Искусство времен Великой Отечественной войны

Искусство времен Великой Отечественной войны.

1. Общее состояние  искусства в период Великой  Отечественной войны

Великая Отечественная война – одна из самых ярких и трагичных страниц в истории России. Выстоять в противоборстве с мощнейшей из развитых стран того времени – фашистской Германией стало возможным только ценой огромного напряжения сил и величайших жертв. Немалую роль в достижении Победы сыграли деятели науки и искусства. С первых дней войны литература стала важнейшим идейным и духовным оружием в борьбе с врагом. Многие писатели в качестве военных корреспондентов отправились на фронт: К. М. Симонов, А. А. Фадеев. Многие погибли: А. П. Гайдар, Е. П. Петров. Советский татарский поэт М. Джалиль был ранен, погиб в плену. Подъем патриотических чувств, вызванный войной, стал мощным стимулом к творчеству. Бурный взлет переживает лирика. Большой отклик среди фронтовиков имели стихотворения Константина Михайловича Симонова (1915–1979) («Жди меня»). Огромную популярность приобрел Василий Теркин – герой поэмы Александра Трифоновича Твардовского (1910–1971), простой боец, заводила и балагур. Многие стихи были положены на музыку и стали песнями (например, «Землянка» А. А. Суркова). В прозе создавались произведения, посвященные войне (К. М. Симонов «Дни и ночи», А. А. Фадеев «Молодая гвардия»). На передовую выезжали театрально-концертные бригады. Кинематографисты выпускали документальные фильмы и художественные картины военно-патриотической тематики («Секретарь райкома» реж. И. А. Пырьев, «Нашествие» реж. А. М. Роом, «Два бойца» реж. Л. Д. Луков и др.). Историческое кино было представлено первой серией фильма «Иван Грозный» (реж. С. М. Эйзенштейн), вышедшей на экраны в 1945 г. Художники создавали плакаты. В самом начале войны появился необыкновенный по эмоциональной силе плакат И. М. Тоидзе «Родина-мать зовет!». Много работали в жанре плаката Кукрыниксы (М. В. Куприянов, П. Н. Крылов, Н. А. Соколов). Возрождаются традиции «Окон РОСТА», которые теперь именуются «Окна ТАСС». Военная тема нашла выражение в станковых произведениях А. А. Дейнеки «Оборона Севастополя» (1942 г.),А. А. Пластова «Фашист пролетел» (1942 г.), С. В. Герасимова «Мать партизана» (1943 г.). В симфонической музыке событием стала премьера героической Седьмой симфонии Д. Д. Шостаковича, состоявшаяся в блокадном Ленинграде.

Важнейшей задачей советского правительства после войны в области культуры стало восстановление сферы образования. Потери были огромны: разрушены школьные и вузовские здания, погибли преподаватели, уничтожены библиотеки, музеи и т. д. Из бюджета на образование выделялись большие средства (больше, чем до войны: 2,3 млрд. руб. в 1940 г. и 3,8 млрд. руб. в 1946 г.) К делу восстановления школьного образования подключилась вся страна. Большое количество новых школьных зданий было построено методом народной стройки. Со временем, и довольно быстро, удалось восстановить и даже превзойти довоенное количество учащихся. Страна перешла к системе всеобщего семилетнего образования, но сделано это было во многом за счет снижения качества, т. к. нехватку преподавателей в стране пришлось ликвидировать путем создания краткосрочных курсов или подготовки преподавателей по сокращенной программе в учительских институтах. И все же система образования динамично развивалась. В 1946 г. Всесоюзный комитет по делам высшей школы был преобразован в Министерство высшего образования СССР. Соответствующее подразделение – Отдел науки и высших учебных заведений был создан в ЦК ВКП (б).

Дополнительные инвестиции шли и в науку. В короткий срок была восстановлена материальная база научных учреждений. Открывались новые научно-исследовательские институты, были созданы даже новые Академии наук в Казахстане, Латвии и Эстонии. Однако по-прежнему в отношении власти к науке продолжал господствовать грубый диктат чиновников-непрофессионалов.

Великая Отечественная война, ставшая величайшим испытанием для советского народа, пробудила в людях лучшие качества.

Окончание войны сопровождали оптимистические настроения. Народ, победивший фашизм и освободивший от него мир, чувствовал в себе силы и право на свободу и на достойную жизнь. Ослабление режима, однако, не входило в планы партийно-государственной верхушки. Отсюда новый виток репрессий и глубокий кризис, охвативший русскую культуру на излете сталинской эпохи.

По-прежнему закрывались возможности для развития многих перспективных направлений исследований. В 1938 г. место президента ВАСХНИЛ занял Т. Д. Лысенко. Он был ярым противником генетики, и его позиция по этому вопросу стала в агробиологии решающей. Собственные теоретические построения Лысенко, обещавшего быстрое увеличение урожайности сельхозкультур в короткие сроки, не подтверждались экспериментами, но руководство страны было на его стороне. В результате на сессии ВАСХНИЛ, прошедшей в августе 1948 г., генетика была объявлена «буржуазной лженаукой». Это означало полное прекращение исследований в этой области. Государство цинично эксплуатировало труд ученых, осужденных за якобы антисоветскую деятельность. Их содержали в специальных зонах, «шарашках», где они отбывали свои сроки и бесплатно работали над на научными проблемами, решение которых имело важное оборонное значение.

Еще более губительным оказалось давление партийно-государственного пресса для гуманитарной науки. За послевоенное десятилетие достижения в этой сфере очень невелики. Научную общественность сотрясали разворачивавшиеся одна за другой кампании: кампанию по борьбе с формализмом сменила кампания по борьбе с «космополитизмом и низкопоклонством перед Западом». Неприятие достижений западной культуры стало официальной позицией. Главная цель этой кампании заключалась в том, чтобы воздвигнуть идеологическую стену между СССР и Западом. Многие деятели искусств и культуры, творчеству которых был чужд узко-патриотический обскурантизм, подвергались гонениям. Неосторожное высказывание, противоречащее насаждаемым догмам, могло стоить человеку не только работы и свободы, но и жизни. Кроме того, в кампании борьбы с космополитизмом был силен антисемитский компонент.

Партия и правительство грубо вмешивались в исследовательский процесс. Партийные деятели принимали участие в научных дискуссиях, полностью лишая участвовавших в них специалистов возможности свободно высказываться. Так, в состоявшейся в 1947 г. дискуссии по философии принял участие член Политбюро ЦК А. А. Жданов, а в дискуссиях по языкознанию (1950 г.) и по политэкономии (1951 г.) принял участие сам «корифей наук» – Сталин. Все эти меры призваны были напугать, «поставить на место» представителей интеллигенции, вернуть атмосферу тотального страха, успевшую за годы войны несколько поредеть.

Так же обстояло дело и в сфере художественного творчества. В 1946–48 гг. были приняты постановления ЦК ВКП (б): «О журналах «Звезда» и «Ленинград»», «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению», «О кинофильме «Большая жизнь»», «Об опере В. Мурадели «Большая жизнь»». Преследованиям подверглись многие известные советские композиторы: Д. Д. Шостакович, С. С. Прокофьев, Н. Я. Мясковский, В. Я. Шебалин, А. И. Хачатурян, писатели и поэты А. А. Ахматова, М. И. Зощенко, кинорежиссер Г. М. Козинцев.

В литературе безраздельно господствовал соцреализм. Ведущей темой для литераторов была прошедшая война, однако в официальной литературе раскрывалась она в то время довольно однообразно. Это не означает, конечно, что ничего хорошего не было написано. Талантливым писателем был Борис Николаевич Полевой (Кампов) (1908–1981). В 1946 г. им была создана «Повесть о настоящем человеке», в основу которой были положены реальные события: подвиг Героя Советского Союза летчика А. П. Маресьева, который был ранен, лишился ног, но продолжал летать. В чертах главного персонажа произведения летчика Мересьева нашел выражение образ советского положительного героя. Эта повесть – одно из лучших произведений «воспитывающей» литературы соцреализма, традиции которой были заложены

Н. Островским в романе «Как закалялась сталь». О Великой Отечественной войне и о послевоенном мире писал Э. Г. Казакевич («Двое в степи» 1948 г., «Весна на Одере» 1949 г.). Историю трех поколений рабочей династии изобразил в своем романе «Журбины» (1952 г.) В. А. Кочетов.

Развитие живописи и скульптуры по-прежнему определяет соцреализм. Тема Великой Отечественной войны нашла отражение в картинах Ю. М. Непринцева «Отдых после боя» («Василий Теркин» 1951 г.), А. И. Лактионова «Письмо с фронта» (1947 г.). Особенностью названных картин является то, что в каждой из них война представлена не батальными, а бытовыми сценами. Художникам удалось передать атмосферу военного времени. Классикой социалистического реализма стала картина украинской художницы Т. Н. Яблонской «Хлеб» (1949 г.). Большое распространение имели картины, тяготеющие к повествовательности в духе традиций передвижников. Широкой известностью в советское время пользовалась картина Ф. П. Решетникова «Опять двойка» (1952 г.).

Главной задачей архитекторов было восстановление разрушенного войной. Почти заново пришлось отстраивать Сталинград, Киев, Минск, Новгород. В стилистическом отношении продолжает господствовать неоклассика «сталинский ампир». В Москве возводятся знаменитые увенчанные шпилями высотки, в которых традиции античной архитектуры переплетаются с элементами древнерусской. Наиболее удачным принято считать здание Московского университета на Воробьевых горах.

2. Плакаты времен  Великой Отечественной войны.

Советские плакаты времен Великой Отечественной войны — наглядные пособия для разъяснения в доступной форме определённого вопроса, например, отношения советской власти к текущим событиям на фронте. Совместно с радио и газетами являлись средствами агитации и пропаганды во время войны, воздействующими на сознание и настроение людей с целью побуждения их к политической, трудовой или другой деятельности.

Плакат явился одним из самых важных жанров советского изобразительного искусства в период Великой Отечественной войны. Также, как и в годы Гражданской войны, он пережил расцвет; кроме того, традиции периода 1917-21 гг. использовались художниками в период новой войны, причем многие из них поработали в оба периода.

Военные плакаты различались как по качеству исполнения, так и по форме. Некоторые из них были грубыми карикатурами, в то время как другие были картинами на военную тематику или получившими известность фотографиями, с разъяснением о происходящем или стихотворным комментарием.

Старые мастера, внесшие лепту в плакаты периода Гражданской, работали и в этот период:

- Дмитрий Моор

- Виктор Дени

- Михаил Черемных 

Однако важнее был вклад мастеров следующего поколения:

- Тоидзе, Ираклий  Моисеевич — его знаменитый  плакат «Родина-мать зовет!» прямо перекликался с плакатом Моора «Ты записался добровольцем?», который вновь начали использовать.

- Кокорекин, Алексей  Алексеевич — его самый значительный  плакат, «За Родину!» (1942), с фигурой раненого матроса, бросающего гранату, близок к станковому живописному произведению, хотя и обобщен и условен.

Иванов, Виктор Семёнович — плакат «Пьем воду из родного Днепра, будем пить из Прута, Немана и Буга!» (1943) проникнут оптимистическим чувством, уверенностью в победе. Фигура молодого человека, пьющего воду из каски, рисуется на пожарном небе четким силуэтом.

- Корецкий, Виктор  Борисович пользовался в своих  плакатах приемами фотомонтажа, которые восходили к 1920-м годам. Плакат «Воин Красной Армии, спаси!» (1942) — одно из самых впечатляющих произведений плаката этого периода.

- Кукрыниксы (КУприянов—КРЫлов—НИКолай  Соколов)

Во время войны плакаты выпускались в Москве, блокадном Ленинграде, в Горьком, Иванове, Красноярске, Мурманске, Пензе, Ростове, Саратове, Свердловске, Куйбышеве, Тюмени, Хабаровске, Томске, Челябинске и др. городах. Плакаты создавались в республиках, особенно Армении и Грузии. В 1944 году в залах ГТГ в Москве прошла выставка армянского плаката, где выделилось имя

художницы-станковистки Мариам Асламазян («Кровь за кровь!»), гравёра Акопа Коджояна, плакатыВасилия Сурьянинова, Гахиряна. Грузины выпускали большую серию плакатов «Штыком и пером» (Р. Самерджиев, Ш. Бериташвили), в ней участвовали и москвичи — Кукрыниксы, Борис Ефимов, Юлий Ганф. Выпускались плакаты в Казахстане, Туркмении, Узбекистане.

3. Живопись времен  Великой Отечественной войны.

Советские художники создали своего рода летопись Великой Отечественной войны. Содержание картин напрашивалось само собой — фашистская угроза, суровые будни войны, скорбь по погибшим, ненависть к врагу, затем радость победы, чувство причастности каждого к общему делу. «Образное раскрытие переживание советских людей в грозную годину превратилось позже в тематическую традицию советского искусства».

Особенно ценны картины, написанные непосредственно в годы войны под впечатлением от неё. Одно из первых подобных произведений такого рода — «Окраина Москвы. Ноябрь 1941 года» (1941) кисти Дейнеки. Особого сюжета нет, но художник дает обобщенное фиксированное свидетельство необычного состояния города и собственно эпохи. Аркадий Пластов в первый период войны создал известную картину «Фашист пролетел» (1942).

Произведения, созданные за годы войны, различаются по мере растущего опыта восприятия событий художником, в зависимости от года их создания. Немногословность и лаконичность постепенно сменяются тяготением к пространному выражению переживаемого — по причине углубления осмысления происходящего. Так, это очевидно, сравнивая «Оборону Севастополя» (1942) Дейнеки с его более ранней картиной. Новое полотно — уже историческая эпопея. Также и Сергей Герасимовпишет «Мать партизана» (1943), отдавая дань развернутости действия. К этому же типу произведений, которые обобщают историческое представление о стойкости и героизме народа в борьбе относится ряд картин Пластова 1943-45 годов, в частности «Жатва» (1945).

Константин Юон написал «Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года» (1942), написав исторически достоверный образ парада, с которого войска шли на фронт. Павел Корин в 1942 году создает центральную часть триптиха «Александр Невский» (боковые части «Старинный сказ» и «Северная баллада» были написаны позднее), выражая в образе князя героическое начало, непреклонную энергию. Иногда обращение к историческим сюжетам опиралось на традиции Васнецова и Сурикова (историческую живопись 19 века) — например,Александр Бубнов пишет картину «Утро на Куликовом поле» (1943-47).

Даже пейзаж приобрел патриотический характер — так его истолковывал, в частности, Николай Ромадин в серии картин «Волга — русская река» (1944). Различные формы проявления нашёл и портретный жанр. Художники писали героев войны, тружеников тыла, ученых, деятелей культуры, иногда обращались к автопортрету — чтобы передать сложные мысли и чувства свидетеля эпохи («Автопортрет» Кончаловского, 1943; «Автопортрет» Сарьяна, 1942)

4. Скульптура  времен Великой Отечественной  войны.

Война тоже стала основной темой этого жанра, хотя скульпторам намного труднее было работать в условиях фронта.

Наиболее распространенным жанром военной скульптуры был портрет. В нём обобщалось героическое, трудное время. Вера Мухина была самым активным мастером при создании портретной галереи героев военного времени. У неё выходили «труженики боев», вызывающие симпатию отсутствием внешней патетики — («Б. А. Юсупов», 1942; «И. Л. Хижняк», 1942). Одно из самых сильных её произведений — обобщенный портрет «Партизанка» (1942). Николай Томский создает другой тип военно-героического портрета. Его скульптурная галерея Героев Советского Союза сочетает классическую героизацию с пристальной индивидуальной характеристикой (М. Г. Гареев, П. А. Покрышев, А. С. Смирнов, И. Д. Черняховский — 1945-48).

Яков Николадзе истолковывает тип военного портрета по своему — его «Портрет К. Н. Леселидзе» выражает прежде всего индивидуальность модели, состояние, конкретное настроение. Евгений Вучетич также много работал в

портретном жанре. «Он как бы заведомо выдвигает тип героя — победоносного полководца, а затем уже индивидуализирует его. В выражении величия героя — эффекты композиции бюста, его декоративное оформление — главное качество образов Вучётича»[30]. Примечателен его бюст Черняховского. Иван Першудчев занимает особое место в развитии портрета военного периода. Один из немногих скульпторов, которые работали непосредственно на фронте (с передвижной мастерской в грузовичке), он создавал особенно конкретные, достоверные портреты (М. В. Кантария, М. А. Егоров и проч).

Хотя в эти тяжелые годы монументальных памятников не строили, проектирование продолжалось. В 1941 году прошёл конкурс на памятник генералу Панфилову (позже установлен в г. Фрунзе). Победили Аполлон Мануйлов, А. Могилевский и Ольга Мануйлова. Один из наиболее замечательных памятников — работа Вучечича, памятник генералу М. Г. Ефремову (г. Вязьма, установлен в 1946), являющийся 5-фигурной группой. В 1943-45 на мосту Ленинградского шоссе Москвы был поставлен скульптурный ансамбль «Торжество Победы» Томского — юноша и девушка, два бойца (см. Мост Победы).

В конце 1945 года по постановлению советского правительства началось возведение памятников в честь павших за освобождение Европы от фашизма. «Воин-освободитель» в Берлине Вучетича был открыт одним из первым.

5. Архитектура  времен Великой Отечественной  войны.

В этот период строили, конечно, мало, но проекты в области жилья и градостроительства продолжали создавать. В 1943 году для повышения качества архитектуры и строительства при восстановлении разрушенных войной городов и населенных пунктов СССР был организован Комитет по делам архитектуры. Перед ним стояла задача восстановления 70 тыс. населенных пунктов, от городов до деревень, разрушенных немцами. В 1943-44 гг. работы по восстановлению начались. Главными задачами были сначала Сталинград, Воронеж, Новгород, Киев, Смоленск, Калинин. Началось восстановление Днепрогэса. Создавались генеральные планы городов и республик СССР.

Происходит проектирование и создание памятников героям и жертвам войны. Весной 1942 года проходит один из первых конкурсов, затем — в 1943 году. В ГТГ проходит выставка архитектурных работ «Героический фронт и тыл»

6. Декоративно-прикладное искусство времен Великой Отечественной войны.

ﾏ  蒡趺粢澵  黑餧 澵ⅲ 磊 蔔竟褊 炫趾瑟 粽褊濵胛  糅褌褊 ﾂ鮱澵   ⅳ鉅   珸ⅸ燾  礪 頌 ﾏ琿襄 ﾌ褞 ﾈⅱ顆褥  髜鍄 …粨  鵫 瑰 (ｫﾑ瑙竟ｻ ﾑ褞肄… ﾅ籵淏魵 . ﾁ 趺 煜 粽鳫 湜  糺 砒蕘 (ﾌ頷琲 ﾐ瑕魵 ｫﾑ琿™ ﾏ髜裝釗). ﾓ 籵褪 竟 ©  .

ﾂ ⅲ琥蒟澵黑 ﾋ褊竟胙琅 1943 944 胛萵 鈕珞琿瑰 糺珞 , …澵 肄顆褥  髜ⅱ 胛萵 (肭珞燾 蒡跫韭 ﾍ. ﾑ . ﾒ 粽ⅱ褊韃 鈞韭魵 ﾋ褊竟胙琅 琿  蒡 炅 硴鶴琅濵  粮褥 跖粽 隯 澵  濵 , 蒻ⅱ瑟瑟   籵  淲磊籵  胛 趺籵 趺 萵湜  蓿瑟瑣韈 髜鈿鵫   糺珞 , 淲 裝粢澵魲 粽鈕裨粨… 浯 糅褌褊湜 鶴珸琿 粢澵鮱 粱 湜  浯 萵 淲鵁裹 鈔頸韃 頌  © 鉅

ﾂ 鮱 裘鮱澵鮱  蒟   浯鞦鸙 韃   顏  浯 蒡 蒡趺粢澵魲 裲 . ﾏ鮏髜濵  糂褌 ⅳ… 蒡趺粢澵鵫  黑餧 澵ⅲ, 粲 褪  胛蕘 蓖鐱 韭琿  鐱 鵰鈔裝褊 糺珞ⅸ濵胛  褞 ( 碎  碚  籵鍄),  鳫鐱 蒡肛 粢 磊粽胛  浯鈿璞褊 . ﾍ裲ⅳⅱ鐱 韈蒟 … 魲  , 糺  褊燾  炅 糺 蒡跫韭瑟 髜 萵™ 淲鈞…蓖隯 蒡鵰瀨瑟 ﾎ湜 鈕珞琿頌  肄顆褥 磊…  鞴珞琿 韲 ⅲ髜鮱 鞴裨濵 鈔瑙韃 (浯 韲褞, 籵鈞, 萵澵 ﾋ褊竟胙琅黑 砒  浯蔘, 1948, 鮱 ﾝ. ﾊ 褞 . ﾎ蓖瑕  粢 鮱 浯鈿璞褊 糺蒻 鈞  碵褊濵 韭 蓖魲 頌  淲 鶴珸琿 粢澵魲 粽鈕裨粨… 浯 萵 淲鵁裹 鈔頸韃 蒡趺粢澵魲 裲 .

ﾂ 頷 韈蒟 … 糘ⅱ魲  , 肭珞燾 髜鉋 蒟 淲碚  籵鈞 鈔鞣琿頌  竟 , 粢 粽 ￢褊燾 蒡粽褊燾 碚 韈 裲 ﾂ. ﾌ竟鵫, ﾀ. ﾓ褊魲 蓿頷 蒡跫韭魵, 淲 糲韃 鈿璞褊 蒡 浯 蓖裨. ﾂ  © 鵰鈔裝褊 珞   糺…粨 褄褥 琿 鵫  鈞 裙 褪, 鰀ⅲ 褪 ⅲ濵 褥 渼 琿 鐱 鸙魲顆褥 裔魵瑙 . ﾒ瑕韲 鵫籵 髜 萵 , 浯 韲褞, 韭 籵鍄 糂褌 蒡 聿 蒡跫頽 ﾅ. ﾁ瑣瑙魵鵫 齏 鞦ⅱ 蓁… 粨浯 ｫﾆ褄 ﾅ. ﾟ濵糂 珸蓖顆濵 瑟褊  肭鶴韲 礪濵糺 ⅳ褪瑟 ﾂ褥  褞濵,  © 粢 褄瑙 浯 ﾋ褊竟胙琅黑 鈞粽蒟 蒡趺粢澵魲 裲 , 聿 1940 941 胛萵 碚 ﾓ褊韜 裙 籵, 聿 糺 … 鵰鈔裝褊 ﾌ竟 蒡 煜 鵰 蓖裨 ⅲ籵糲 ⅱ韲  粽蒻 裲籵.

ﾂ 萵 ﾁ. ﾑ 魵 韈胛粱褊燾 浯  趺 鈞粽蒟, ⅳ 澵顥 淸褊 … ￢韲  褊韃  ⅲ 髜栁 . ﾕ鮻湜 蒡礪籵 … ©胛 碚 韈 肭琅 胛 裲 (胙瑶竟 ｫﾑ鶴鸙韭ｻ) 韈蒟 …  胙瑙 ( 鞦ⅱ 蓁… 粨浯 ｫﾊ ). ﾄ琥 頌 銛… 琿 鈿 胙瑙 ﾑ 魵, 蒡硼 ﾌ竟鵫 籵鈑 ｫﾀｻ, 淲  粢濵 ( © 髜飼濵 蒟 ), 鈕珞琿 濵糒™  裝 , 韈 …

ⅸ褞湜… 裙  璞琿  魲 髜栁 (琿褪燾 鞦ⅱ ｫﾑ鸙淲隆ｻ). ﾒ 趺 湜™ -鮱 鮏鸙赳 浯 ﾄ… 糂  濵 鈞粽蒟 ﾅ. ﾘ琿魵 (籵鈞 ｫﾒ™ 晙).

ﾐ珮ⅳ 浯 鵫 褪黑,  瑰ⅳ 琿 磊 淲ⅳ蒟 蓁… 頷 褞魵 裲 ⅳ 頌 ⅲ髜鵫 髜鈿ⅲ, 頌裨  蒟 粹黑 頌  ﾍ 粽韈粽  琿  鵫 蒟鴦頸褄 ⅲ, 蒡跫韭 萵籵 頷 韜  © 鞣琿褊 磊 粲 蕘籵… 鵰 蕘 蔘 …粱褊 . ﾒ瑕魵 粢 ﾑ 魵 胙瑶竟 ｫﾑ鶴鸙韭ｻ, 浯 浯™ 鵫 ⅳⅳ韵 褄 糂 炫 ｫ胛 粽鮟 (胛餧 餧 鵫 ｫ胙 ｻ  籵, 齏 琿褪燾 鞦ⅱ ｫﾑ鸙淲隆ｻ, 隆 ⅲ魲澵隆, 鉋  …™ 蒻濵

Эти тенденции тем более существенны, что в дальнейшем именно они по-разному претворялись и развивались в работах Ю. Мунтяна, X. Пыльд, Л. Смирновой, Л. Юрген в Ленинграде, Г. Антоновой, С. Бескин-ской, Н. Матушевской, Е. Рогова на других заводах.

В творчестве художников текстиля в 1945―1954 годах также сохранялись и развивались некоторые важные особенности этого вида декоративного искусства. Уже тогда проекты ряда тканей создавались для конкретных образцов одежды в содружестве с модельерами (купонные ткани для детских платьев). Наибольшей популярностью пользовался в те годы растительный орнамент, почти целиком занимавший поверхность материи. В лучших из дорогих плательных шелков, особенно фабрик «Красная Роза», имени Свердлова и комбината имени Щербакова волей художников растительные формы обобщались, сплетаясь в нарядный узор, необычный по замыслу и удачный по цвету. Таковы, например, работы А. Забелиной, Н. Кирсановой, Н. Жовтис, С. Заславской, И. Кулаковой, А. Андреевой, Т. Озерной, 3. Ярцевой, Н. Щегловой, 3. Бобковой, А. Подъяпольской, 3. Штих, И. Архангельской.

Однако во многих других случаях авторы стремились возможно более точно изобразить конкретный цветок или плод, передать светотеневые соотношения. Это влекло за собой наслоение одного цвета на другой и введение бликов, словом, приемов тональной живописи. Локальные цвета, ограниченные контуром, здесь, как правило, не находили себе места. Они применялись лишь в геометрическом узоре, опирающемся на традиции народного орнамента в ткачестве и вышивках.

Фарфоровую посуду еще охотнее, чем до войны (см. том 7), украшали пышным, густым, чаще всего растительным орнаментом. Причем его основные особенности стилистически близки отмеченным выше чертам декора тканей. Нередко этот узор сплошь покрывал внешнюю поверхность изделий, иногда выстилал чашку и изнутри, закрывая сияющую белизну фарфора. Лишь в наиболее удачных вещах декор обобщен и орнаментален, органически связан с формой, не маскирует, а подчеркивает красоту материала. В свою очередь форма здесь не только функционально оправданна, но и пластически выразительна. Это свойственно предметам из сервиза «Кобальтовая сеточка» (форма С. Яковлевой, роспись А. Яцкевич, Ленинградский фарфоровый завод имени М. В. Ломоносова). Их четкие сферы и полушария, расчлененные мягко круглящимися долями, крепко схвачены синей диагональной сеткой, унаследованной от великолепного фарфора XVIII века. Немало достоинств есть и в лучших работах Т. Безпаловой-Михалевой, Л. Блак, А. Воробьевского, Э. Криммера, Л. Лебединской, А. Лепорской, М. Моха, Н. Павловой, Л. Протопоповой, И. Ризнича, В. Семенова, А. Щекатихиной-Потоц-кой (Ленинградский фарфоровый завод), Ю. Ганрио, Е. Смирнова, А. Чекулиной (Дмитровский фарфоровый завод), П. Леонова, В. Яснецова (Дулевский фарфоровый завод), В. Филянской (Конаковский фаянсовый завод имени М. И. Калинина).

Многих фарфористов привлекала работа в малой пластике. Этому, в частности, содействовала ее изобразительная повествовательность, столь высоко ценившаяся в те годы. По художественным качествам выделялись анималистические работы, особенно произведения И. Ефимова, Е. Чарушина, Д. Горлова, П. Кожина и А. Сотникова. В бытовом, юмористическом и сатирическом жанрах, восходивших к старым традициям фарфоровой скульптуры конца XVIII―XIX веков, наряду с удачными произведениями нередко встречались вещи, в которых давали себя знать слащавость и невысокий вкус. Большое развитие приобрели былинные и сказочные сюжеты, вызванные к жизни характерным для тех лет интересом к историческому

прошлому.

Подобные устремления очевидны и в некоторых других областях прикладного искусства, например в лаках, резьбе по кости. Это отражало тенденцию, общую для многих видов советской художественной культуры тех лет.

Мастера народных промыслов, в частности Палеха, Мегеры, Холуя и Федоскина, продолжали создавать прекрасные произведения, развивавшие лучшие традиции 20-х ― 30-х годов. Как правило, то были небольшие коробочки, украшенные пейзажами и натюрмортами, историческими, сказочными сценами или чисто орнаментальными композициями. В них наиболее полно сохранились черты лаковой миниатюры ― драгоценного украшения, вносящего в уют жилища блеск своих удивительных красок и прихотливость сплетений золотых линий узора. Примером таких произведений могут служить «В бой за Родину...» и «Рейд конницы в тыл врага» А. Котухиной, «Поет гармонь за Вологдой» Т. Зубковой, выполненные в Палехе, «Куликовская битва» и «Князь Владимир Мономах в половецких степях» И. Фомичева, «Сказка о мертвой царевне» И. Морозова, орнаментальные композиции Е. Юрина, сделанные в Мстере, «Боярин Орша» В. Белова и «Дубровский» Б. Тихонравова, созданные в Холуе.