Источники феодального Китая

    Национальный университет “Одесская Юридическая академия

         Учебная программа “Южноукраинский Еврейский Университет”

                                            Реферат

                                                        По дисциплине

                                “История Государства и права зарубежных стран”

                                                 По теме:

                             «Источники права феодального Китая»

                                             Выполнил студент 1 курса

                                                 Лукин И.М.

                                                           Одесса 2012

                       1. ФЕОДАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО В КИТАЕ

Китайское феодальное государство прошло в своем развитии и периоды централизации, и периоды раздробленности, но всегда в Китае сохранялась преемственность в структуре государственного аппарата. Характерно, что и завоеватели, устанавливая свою власть над Китаем, сохраняли действующий до них государственный аппарат, ограничиваясь весьма незначительными изменениями в его структуре и изъятием всех сколько-нибудь важных постов из рук китайцев.

Центральный госаппарат феодального Китая сохранял многие черты, свойственные рабовладельческой монархии. Главой государства являлся император. Власть его была необычайно широка и переходила по наследству к старшему сыну. Если после смерти императора наследник престола был малолетним, устанавливалось регентство.

Личность императора обожествлялась, он по-прежнему считался "Сыном Неба". В присутствии императора даже высшие сановники согласно этикету должны были трижды преклонять колени и отвешивать 9 земных поклонов. Но бывали и такие периоды в истории феодального Китая, когда императоры становились игрушкой в руках борющихся между собой дворцовых группировок.

Центральные органы власти и управления строились следующим образом.

Первоначально все нити государственного управления были сосредоточены в руках одного лица - цзайсяна. Но в период Тан (618-906 гг.) на первое место выдвигаются, превращаясь в высшие правительственные органы, три палаты (шэн). Главы трех этих палат сообща управляли делами государства. Причем особая роль принадлежала главе Палаты государственных дел. Он ведал всеми чиновниками, руководил работой государственного аппарата. В его распоряжении находилось два помощника. При монголах (династия Юань XIII в.) центральным административным органом империи становится Великий императорский секретариат. Однако с утверждением Минской династии (1368-1644гг.) была проведена определенная реорганизация. Власть сосредоточивается в руках императора, и все назначения на должности исходят отныне только от него. Укреплению центральной власти способствовало также учреждение Государственного совета (нэйгэ), который добивается расширения своих прав. Маньчжуры строили свой государственный аппарат по такому же образцу. Все важные военные и государственные дела проходили через Государственный совет, в состав которого входили высшие сановники и ученые - члены столичной императорской академии Ханьлинь. Этот орган готовил императорские указы, пересматривал законы, вел государственную хронику. Рядом с Государственным советом появляется еще одно учреждение - собственная канцелярия императора, которая ведает назначением и смещением чиновников. Ее работой руководил сам император.

В центральный государственный аппарат включались, кроме того, шесть ведомств: чинов, финансов, ритуалов, военное ведомство, ведомство наказаний и ведомство общественных работ. Во времена Мин к каждому из шести ведомств был приставлен особый чиновник, докладывавший императору о делах ведомства и контролировавший его работу. Создавались специальные управления: дворцовых дел, полицейской службы и т. д. Большим влиянием пользовались наставники, советники императора и наследника престола.

Особое внимание уделялось контрольным органам. Вначале существовала палата цензоров. Подчиненная непосредственно императору, она следила за соблюдением дворцового порядка, контролировала деятельность провинциальных властей и столичных учреждений. В 1382 году она была преобразована в императорскую инспекцию. В ее составе было множество чиновников, цензоров, инспекторов.

В раннефеодальный период местное управление строилось на основе уже известной в Китае системы административно - территориального деления: область, уезд, волость и селение

Разложение надельной системы землепользования вызвало ослабление централизации. В это время расширяются полномочия областных правителей, создаются обширные пограничные наместничества. Вначале такие наместники, на должность которых обычно назначались чиновники высшего ранга, были облечены лишь военной властью. В подведомственных им округах и уездах сохранялась гражданская администрация, назначенная императорским двором. Однако влияние военных наместников быстро росло. Они самостоятельно хозяйничали в подвластных им землях, сами назначали чиновников, взимали налоги и подати, вступали в столкновения друг с другом, заключали союзы. Власть их, как правило, передавалась по наследству. По мере усиления своего могущества военные наместники начинают противиться мероприятиям центрального правительства и даже восставать против него.

В связи с этим императоры вынуждены принимать меры к укреплению централизации. В Х веке было проведено разделение военной и гражданской власти, что привело к ослаблению военных наместников. Следующим шагом в этом направлении явилась ликвидация должности военного наместника. Все местные чиновники назначались и смещались теперь только центральным правительством. Особые должностные лица осуществляли контроль за деятельностью местной администрации и сообщали о результатах в столицу. Без их санкции распоряжения местных чиновников не подлежали исполнению.

Монголы не внесли никаких принципиальных изменений в структуру местного управления. Однако аппарат управления был в значительной мере изъят из рук китайцев, все военные должности монголы оставили за собой. В административном отношении страна была поделена на 10 обширных областей ("дорог"), во главе которых стояли монголы. Минская династия упразднила должности начальников областей. Отныне в область (провинцию) назначаются подчиненные непосредственно двору три уполномоченных: правительственный уполномоченный, ведавший гражданской администрацией и финансами, судебный уполномоченный и военный.

Это же административное деление сохранилось и во времена Цинской династии. Империя делилась на провинции, округа, уезды, волости.

Низовая администрация феодального Китая строилась на основе общинной организации, сохранявшей свои органы самоуправления. В V веке создаются объединения из 5 (соседство) и 125 (деревня) крестьянских дворов. Старосты, стоявшие во главе этих объединений, выполняли определенные административные функции, отвечали за обработку земли, направляли крестьян на отбывание трудовой повинности, ловили преступников.

Особое внимание было уделено общинной администрации во времена монгольского правления. Все сельское население было разделено на соседские общины по 50 дворов в каждой. Во главе такой общины находился выборный староста. В его обязанности входило руководство сельскохозяйственными работами, сбор налогов, поддержание порядка в общине. Подобная система сохранялась и в дальнейшем: деревня во главе со старостой делилась на десятидворки, члены, которых были связаны круговой порукой.

Китайские империи включали в свой состав окраинные территории с многочисленным иноплеменным населением. На насильственно присоединенных к Китаю территориях создавались особые наместничества.

Разветвленный государственный аппарат китайских монархий нуждался в огромной массе разнообразных чиновников. Все они подразделялись на два разряда: гражданских и военных. Кроме того, в 220 году была введена система "чинов девяти рангов", воспринятая всеми последующими династиями. Чиновники были разделены на 9 рангов, каждый из которых подразделялся еще на классы. Деление чиновничества на ранги и классы находило проявление и в повседневной жизни. Рангу должны были соответствовать дома, посуда, одежда и т. д. Нарушители этой регламентации подлежали суровому наказанию.

Специфической чертой феодального Китая была экзаменационная система отбора на государственные должности, введение которой относится еще к рабовладельческому периоду. Расцвет ее падает на Х-XIII вв. Экзамены для желающих стать чиновниками проводились один раз в три года в провинции и в столице. Особое значение придавалось экзамену, который принимал лично император. Претенденты, успешно сдавшие экзамен, получали ученые степени.

Благодаря системе государственных экзаменов в руках императоров и центральных органов было сосредоточено право аттестации и выдвижения чиновников, что привело к появлению особого сословия шеньши, формируемого из лиц, успешно выдержавших экзамены.

Система комплектования китайской армии была различной на отдельных этапах феодального развития.

С введением государственной надельной системы в основу военной организации была положена воинская повинность крестьянства, получавшего за службу земельные наделы. Вся территория подразделялась на военные округа, каждый из которых выставлял определенное количество воинов. Набор в войска проводился среди местного населения. Воинов освобождали от земельного налога и промысловой подати. Воинскую повинность отбывали мужчины в возрасте от 20 до 60 лет. В мирное время солдаты трудились в своих полях и одновременно проходили военную подготовку. Каждый год они в порядке очередности прибывали в столицу для несения гарнизонной службы, а в случае войны по приказу командующего, назначаемого императором, выступали в поход. С окончанием военных действий командующий возвращался в столицу, а солдаты - в свои деревни. Имелись в это время и другие воинские формирования: создается дворцовая гвардия, появляется наемная тюркская конница.

С разрушением надельной системы землепользования и вступлением Китая в период развитого феодализма система воинской повинности уступает место наемной армии. Ядром армии становятся гвардейские части. Они располагались в столице. Местные войска состояли из гарнизонов, размещенных в округах, в пограничные части вербовались представители покоренных племен.

При основателе Минской династии военная система Китая подверглась очередной реорганизации. Основной частью армии были столичные войска. Вся страна делилась на 5 военных округов. Начальник округа ведал солдатами военных поселений, каждый из которых получал земельный надел. Общее командование войсками, назначение главнокомандующего было сосредоточено в руках императора.

При маньчжурской династии Цин (XVII в.) вооруженные силы состояли из крупных военных соединений регулярной армии, так называемых "восьми знамен". "Восьмизнаменные войска" были сформированы главным образом из маньчжуров. Служба в них была наследственной. Эти войска были поставлены в привилегированное положение по сравнению с войсками "зеленого знамени", которые состояли из навербованных в провинциях китайцев.

В феодальном Китае не было четкого отделения суда от администрации, хотя и имелись чисто судебные должности и учреждения.

Например, при правлении Сун (960-1 126 гг.) существовало уже довольно четкое деление судебных инстанций: уездный суд, окружной, провинциальный, затем- столичный и, наконец, сам император. Причем с целью централизации судебной власти местным чиновникам запрещалось рассматривать дела о серьезных преступлениях. Это право принадлежало центру или же императору.

Минская и Цинская династии располагали довольно значительным судебным аппаратом. К числу центральных учреждений относились: ведомство наказаний, уголовная палата, кассационная палата. Высшая судебная власть принадлежала императору. Судебными функциями располагали также Государственный совет, центральные ведомства и т. д. На местах имелись судебные чиновники провинций, областные, окружные, уездные судьи. В деревнях земельные споры, дела о браках, обидах рассматривали староста и старейшины. В то же время наместники, начальники областей, округов и т. д. были одновременно и судьями, из центра часто посылались с судебными функциями различные инспектора. Характерно, что во времена Юань дела о преступлениях монголов рассматривались особыми судами. В XVII веке ведению специальных судебных учреждений подлежали все дела маньчжуров.

                                      Источники права

Для средневекового Китая характерно появление династийных сводов законов, у истоков которых обычно находился основатель династии. Как и в Византийской империи, здесь практиковалось заимствование из предшествующего династийного законодательства. Так, в 1647 г. усилиями маньчжурских сановников и судей был создан кодекс, во многом воспроизводивший законодательство Минской династии. Самыми разработанными кодификациями начального периода средневековья стали законы династии Тан (618—907) и династии Сун (907—1279). Династия монгольских правителей Юань (1280—1368) предпочла подражание издревле существующим порядкам и превратила в законы специально отобранные судебные прецеденты. Основатель Минской династии Чжу Юань-чжан задолго до вступления на императорский престол уделял большое внимание проблеме создания прочного и долговременного свода законов.

В предисловии к «Законам Великой династии Мин», ставшим крупнейшим законодательным памятником минской эпохи (1368— 1644 Гг.), император выразил свои ожидания и надежды относительно социального эффекта вводимых законов в следующих словах: «Я, владея Поднебесной, подражал древности в осуществлении управления, постигал ритуалы, дабы руководить народом, устанавливал законы, дабы обуздывать непослушных, публиковал распоряжения в качестве декретов, проводил в жизнь все это уже в течение долгого времени, но что поделать, нарушители законов продолжали появляться один за другим. Отсюда возникли пять видов наказаний и жестокие законы, чтобы наказывать их (нарушителей)... Отредактировав написанные законы, мы составили книгу и отпечатали ее для распространения в столице и на местах, дабы сановники и народ знали, чего придерживаться».

Весьма выразительно и напутствие императора законодательной комиссии, в котором Чжу Юаньчжан высказывает такие же пожелания относительно ясности и простоты положений кодифицируемых законов, которые затем будут высказывать многие европейские законодатели, в том числе Наполеон, создатель Гражданского кодекса французов. В напутствии говорилось: «В законах ценятся простота и соответствие, необходимо сделать так, чтобы язык их был точным, основные положения ясными и каждый человек легко понимал их. Если статей слишком много и одно дело можно толковать так и сяк, то возникает возможность облегчать и утяжелять наказания. В результате безнравственные и корыстолюбивые чиновники могут плести интриги и совершать злоупотребления, поэтому такие законы годны для тех, кто жесток и бесчеловечен, и, наоборот, губительны для честных и добропорядочных людей. Это нехорошие законы. Нужно стремиться добиваться максимальной точности, чтобы таким образом устранить многочисленные злоупотребления».

Среди европейских синологов распространено убеждение, что китайские законы имеют преимущественно карательную направленность. Это суждение правомерно лишь отчасти. Действительно, сами слова «закон» (фа) И свод законов (люй) Обычно обозначают законы уголовные. Исторически сложилось так, что уголовные (карательные) законы и своды законодательства получили в Китае наибольшее развитие и этим сильно удивили в свое время многих европейских историков права. Однако и старые, и средневековые кодексы включали довольно широкий круг законов военных, гражданских и административных. Такое соотношение отраслей законодательной деятельности объясняется тем, что в Китае, как и в других районах мира, древнее и средневековое законодательство было воплощением одновременно законных и моральных требований, а также смешением уголовного и гражданского законодательства. При этом весьма важную и своеобразную часть таких законодательств составило законодательство административное, поскольку Китай всегда был страной централизованного и даже сверхцентрализованного управления делами государства.

Особенно явственно комплексный, многоотраслевой характер династийного законодательства проявил себя в минском кодексе XIV в. В с е законы, изложенные в 460 статьях, собраны в 30 главах, но параллельно законы также подразделяются соответственно традиционным для Китая шести ведомствам, названия которых указывают одновременно на отраслевой характер законодательного регулирования. Законы подразделяются на законы по ведомству чинов, ведомству финансов, ведомству церемоний, военному ведомству, ведомству наказаний и ведомству работ. «Ведомственным» разделам кодекса предпослано вступление из 47 статей, названное «Меры наказаний и принципы применения законов», что дает основание отнести способ построения кодекса к разновидности, именуемой в европейской традиции Пандектной системой изложения законов (вначале излагаются общие принципы и определения, а затем нормы законоположений по отраслям или областям регулирования).

В фундаментальном исследовании тангутского права и текста «Измененного и заново утвержденного кодекса девиза царствования Небесное процветание» (XII в.), во многом скопировавшего образцы кодексов Танской и Сунской династий, Е. И. Кычанов распределил объекты тангутского законодательства по следующим отраслям и областям законодательного осмысления и регулирования: учение о преступлении, применение наказаний, процессуальное право, уголовное право, гражданское право, административное право — центральный аппарат управления, административное право — местная администрация, административное право — правовое положение буддийских общин и даосских монахов в тангутском государстве, военное право.

Китайское средневековое законодательство сосуществует с обычным правом, для которого характерно использование принципа рав-новозмездности {талиона) Либо откупа от наказания (композиции) И изгнания преступника из рода-племени (атимия). В танском Китае изгоняли, например, убийцу, поскольку кровная месть внутри рода и племени не применялась. Чужаки для племени не охранялись ни обычаем, ни религиозным запретом. Так, у предков тангутов мститель давал клятву в том, что, пока не отомстит, не будет есть хлеба (только овощи) и «пусть мужчины и женщины в моем роде покроются паршой и облысеют, пусть подохнет скот, пусть змея заползет в мое жилище». Мститель носил на одежде отличительный знак — свидетельство его обязанности кровной мести. Иногда он специально взъерошивал волосы на голове, мазал лицо грязью, ходил босой и возвращался к нормальной жизни только после того, как обезглав­ливал врага. Китайские администраторы, управлявшие тангутскими племенами в X—XI вв., в случае возникновения конфликтов между тангутами «подбирали справедливого человека, умелого оратора» или высылали на место чиновника для того, чтобы выяснить, кто прав, кто виноват, и чтобы убийца уплатил выкуп, либо — в случае более обширного конфликта — поручали примирить конфликтующих «по их собственным законам и обычаям».

Кодифицированное собрание законов имело несколько разновидностей. Так, свод военных законов в тангутском государстве Си Ся (982—1227 гг.) имел название «Яшмовое зерцало». Зеркало из яшмы еще в древнем Китае почиталось как «символ пути чистоты и света, пути порядка и управления, основанного на законе и справед­ливости». Со времени династии Тан собрания законов разной силы и степени важности подразделялись на четыре группы: Люй, лин, кэ И Ши. Законы «люй» фиксировали преступления и содержали точные меры наказания. Законы «лин» обеспечивали процесс властного администрирования в обществе и государстве путем установления правил и образцов, а также предписаний для взаимоотношений между «благородными» и «презираемыми», а также между знатными и низкорож-денными. Законы «кэ» и «ши» также относились к области административных отношений, но уже не в общегосударственном масштабе, а в пределах административно-властного управления ведомств. Они регулировали правила награждения, субординации, а также правила и инструкции, относящиеся к внутреннему распорядку.

Наряду с кодексами существовало своеобразное «указное право» императоров, которое затем в виде кратких записей решений и постановлений с добавлениями составляло особый жанр законодатель-ствования и специфический источник права — собрание указов («чи»), или китайскую разновидность прецедентного императорского права. Иногда собрания указов — «чи» — выполняли роль новых уголовных законов (во времена династии Сун), и практикующий судья сначала смотрел в сборник указов, а затем в уголовный кодекс. И хотя указы низводили кодекс до вспомогательного средства, его действие никогда не отменялось.

Таким образом, средневековое китайское законодательство обладало такими особенностями перехода от обычного права к закону (замена кровной мести откупом, наказания композицией и атимией) и такими своеобразными чертами законодательного регулирования (кодексы, императорские указы), которые могут рассматриваться сразу в двух измерениях — как своеобразные черты эволюции правовых институтов всего дальневосточного региона и как пример вполне узнаваемых общих черт, сходных с признаками эволюции права и законодательства в странах европейского региона.

Исследования российских китаеведов последних лет сделали возможным более конкретно, чем раньше, обсудить вопросы происхождения и исторической эволюции права и законов на конкретных образцах законотворчества и соответствующих комментариев к ним юристов, историков и этнографов. Недавнее исследование генезиса ритуалов и правил этикета с их поразительной устойчивостью на протяжении многих веков также дает основания для нового сопоставления истории норм ритуальных с нормами морали и нормами, установленными законом, в их определенном социальном и культурном назначении.

Краткое господство легизма в период империи Цинь (221—206 Г г. До н. Э.), Во многом способствовавшего превращению заурядного княжества во всекитайскую державу, продемонстрировало также ограниченность возможностей командной силы законов и связанного с ними контроля и принуждения. В этот период расхождения между конфуцианцами и легистами свелись к спору, что должно внедряться в обыденную жизнь при содействии государственной власти — «динамичные, произвольно задаваемые сообразно сиюминутной государственной пользе, не учитывающие ни сложной структуры общества, ни его традиций законы Фа или же фиксирующие сложную общественную структуру, гораздо более неповоротливые, но зато гораздо более отвечающие исконному строю жизни людей Моральные устои Ли».

Ли обычно переводят с китайского и как «ритуал», и как «этикет», и как «правила поведения», но более удачным и более адекватным представляется перевод термина словосочетанием «моральные устои и обусловленное ими поведение». В. М. Рыбаков, предложивший это истолкование, уточняет, что здесь следует иметь в виду не формальные правила церемоний, а глобальную гармонизирующую правильность, старательно уподобленную древнекитайскими мыслителями неизменной правильности круговорота процессов во всей природе.

«Моральные устои суть копии устоев мира в целом, таких, например, как то, что солнце восходит на востоке или что вода течет вниз, а не взлетает вверх. Мораль есть модификация интегральных устоев для человеческого мира; ее отличие в том, что она проявляется в человеке не автоматически, а только в процессе социализации... Гарантом несокрушимости и неизменности Моральных устоев Ли являлось, по Конфуцию, Небо — верховная гармонирующая сила мироздания; отражением неизменных законов функционирования Неба, их микрообразами, опрокинутыми в человеческий мир, и являлись Моральные устои. Потому-то столь значительна их роль; покуда они соблюдаются, мир людей уподоблен миру в целом, и, следовательно, как и мир в целом, он гармоничен и незыблем. На интегральных законах стоит мир, а на их локальных межчеловеческих проявлениях стоит человеческий мир»

В начале правления династии Хань (206 г. до н. э. — 220 г. н. э.) легистские концепции стали трансформироваться (в этом оказалась заинтересованной главным образом служилая бюрократия в ее противостоянии произволу верховного правителя). Первые шаги в этом направлении сделал конфуцианец Сюнь-цзы (ок. 298—238 до н. э.), который сблизил понимание Ли с пониманием закона у легистов. Он обосновал возможность «поставить Фа на службу Ли, превратить законы в обслугу Моральных устоев, но в то же время дать определенные гарантии защиты от произвола законов, сделав противореча­щие Моральным устоям законы невозможными» (В. М. Рыбаков). Так была заложена новая основа для различения закона и морали (с сохранением верховенства роли последней) с одновременным превращением конфуцианства в инструмент примирительного синтеза противоборствующих доктрин — легизма и конфуцианства.

Возникновение ортодоксального конфуцианства, ставшего затем На Два с лишним тысячелетия доминирующим мировоззрением и За-Коноведческой доктриной, связано с именем ханьца Дун Чжун-шу (179—104 гг. до н. э.). Он дал фундаментальное обоснование взаимозависимости и «параллельности» воспитания и наказания, увязав их с параллельностью стихий Ян (мужской, положительной, светлой) И Инь (женской, отрицательной, темной). «Он показал, что хорошее в человеке должно выявляться и культивироваться морализующим воздействием, воспитанием, но плохое может быть сдержано И Пресечено лишь наказанием» (Рыбаков В. М. Указ. соч. С. 15).

Процесс «конфуцианизации» китайского законоведения растянулся на несколько веков и завершился в известной мере ко времени первых крупных кодификаций династий Сун и Тан. Этическая ориентированность законоустановлений, их пронизанность духом Моральных устоев особенно заметна в танском кодексе.

Танский кодекс («Тан люй шу и»). Первым крупным сводом законов стал танский уголовный кодекс с комментариями и разъяснениями. Комментарии и разъяснения не только имеют большую практическую ценность, но и облегчают ориентирование в обилии законодательных установлений за счет достаточно подробного ком­ментирования классифицируемых особым образом разновидностей преступлений и наказаний. В этом состоит еще одна характерная особенность китайского средневекового законодательного искусства. Составление танского кодекса было завершено в 653 г., обнародование состоялось только в 737 г. Кодекс династии Сун «Исправленное и пересмотренное собрание уголовных законов» (составлен в 959 г., опубликован в 963 г.) во многом повторял танский кодекс.

Характерной особенностью династийного законодательства стало допущение исходного для конфуцианства представления о том, что эффективность государственной системы контроля и регулирования возможна только на основе сочетания и взаимодействия моральных норм (морально-ритуальных заповедей, обозначаемых термином Ли) И Жестких Предписаний закона (фа). Традиционны и ссылки в текстах законов на моральные нормы или на произведения Конфуция и его последователей. Пересмотры и переиздания кодексов в последующие века также производились в согласии с конфуцианской традицией, требовавшей «с любовью относиться к древности, но и знать новое».

Поскольку средневековое конфуцианство представляло собой компромисс позиций древнего конфуцианства и Легизма, То в законодательстве рассматриваемого периода довольно сильными оказались легистские традиции, требующие ответственности по принципу круговой поруки и поощряющие доносительство или добровольное покаяние. Под влиянием осуждения доноса на родителей и родственников самим Конфуцием танский кодекс запрещает донос на родственников первой и второй степени родства под страхом смертной казни.

Танский кодекс имеет следующую структуру: 502 статьи были собраны в 30 глав (цзюаней), которые сведены в 12 тематических разделов. Эти разделы имели следующие области регулирования: 1. Меры наказания и принципы применения законов; 2. Охрана запретных мест; 3. Должностные обязанности чиновников и порядок их исполнения; 4. Домохозяйства и бракосочетания; 5. Государственные конюшни и зернохранилища; 6. Самовольные действия администрации; 7. Разбой и хищения; 8. Драки и тяжбы; 9. Мошенничества и подлоги; 10. Разнородные карательные законоустановления; 11. Задержания и побеги; 12. Судопроизводство и тюремное содер­жание.

Первый раздел «Меры наказания и принципы их применения» — самый большой и составляет примерно пятую часть всего корпуса «Тан люй шу и». Он содержит толкования основных и вспомогательных разновидностей наказания и общих принципов их применения. В остальных разделах разбираются конкретные типы преступной деятельности и соответствующие им наказания. Таким образом, структура кодекса напоминает пандектное изложение законодательного материала в европейской традиции.

Так, в разделе 1 в статье о пяти видах наказания легкими палками приводится следующее «разъяснение» (толкование) составителей кодекса самой меры наказания и ее происхождения и назначения: «Наказывать легкими палками» — значит «бить» и, кроме того, может толковаться как «стыдить». Объясняется это тем, что, если человек совершил легкий проступок, по закону необходимо вразумить его, поэтому применяют к нему битье, чтобы устыдить его...