Иван Грозный. 34

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Уже несколько веков не затухает интерес к личности Ивана Грозного. Да и едва ли в русской истории найдется другой исторический деятель, который получил столь противоречивую оценку у потомков. Одни считали его выдающимся военачальником, дипломатом и писателем. В глазах других он был кровавым тираном, почти сумасшедшим. Где же истина? Кто прав в своей оценке?

Об Иване Васильевиче писали историки, поэты, писатели, драматурги. Но Иван Грозный слишком крупная и противоречивая фигура, и каждый из тех, кто писал о нём, оценивал государя с позиций своих социальных, классовых, этнических и иных взглядов. Например: С.М. Соловьёв верил, что деятельность Ивана Грозного была началом государственности в России, но он не оправдывал террор Ивана IV как необходимую меру того времени. А С.Ф. Платонов защищает государя, и говорит, что опричнина была необходима, т.к. царь боролся против главного тормоза на пути централизации - боярства. Как мы видим: сколько людей столько и мнений.

Но каков же он - первый российский царь Иван Васильевич IV Грозный? Ответ на такой вопрос могут дать только факты.

Поэтому цель моей работы - представить политический портрет Ивана Грозного.

А моя задача состоит в том, чтобы опираясь на опубликованные труды учёных-историков: Р.Г. Скрынникова, А.А. Зимина, А.Л. Хорошкевича, Д.Н. Альшица изучить личность первого русского царя, политическое развитие России в XVI веке и сделать необходимые выводы.

1. РАННЯЯ БИОГРАФИЯ

1. Детство великого князя

Родился Иван IV 25 августа 1530 года в селе Коломенском под Москвой. Когда ему исполнилось 3 года, умер его отец, и управлять государством стала мать Ивана, женщина честолюбивая и энергичная. Она проводила политику централизации власти в стране, однако ее правление сопровождалось борьбой за власть, дворцовыми интригами и насилием. Все это творилось на глазах малолетнего государя.

В 1538 году в возрасте 35 лет Елена Глинская внезапно умерла (по слухам, ее отравили), и Иван Васильевич стал круглым сиротой. Началось так называемое боярское правление. Как следует из писем Ивана Васильевича, отправленных им уже в зрелом возрасте князю Андрею Курбскому, детство осталось в его памяти как время унижений и обид. Аристократические кланы сменяли друг друга, и всякий раз это заканчивалось кровавой резней и убийствами. Такое окружение молодого государя способствовало развитию в нем подозрительности, жестокости и мстительности. Жестокость выражалась в склонности будущего царя мучить животных и людей. В 13-тилетнем возрасте он, например, приказал затравить собаками князя Андрея Шуйского.

Наступила мрачная эпоха боярского правления, эпоха беззакония, насилия, смут, вражды и борьбы за власть. Эта борьба шла преимущественно между двумя наиболее знатными боярскими фамилиями – князьями Шуйскими и Бельскими. То одна, то другая партия захватывала власть в стране и преследовала побежденных противников.

 Мальчик - государь, от природы умный, живой, впечатлительный и наблюдательный, жил и рос в обстановке заброшенности  и пренебрежения. Бояре - правители  не только не заботились о  правильном воспитании будущего  государя, но даже плохо кормили  его и его маленького брата, а иногда и прямо обижали  или оскорбляли его; но во время  торжественных церемоний и парадных приемов, на глазах народа или иноземных послов, бояре оказывали юноше все знаки внешнего почтения к его высокому сану. Так в душе мальчика рано образовалось чувство вражды и ненависти к боярам, как его врагам и похитителям его власти. Сцены боярского своеволия и насилия и его собственная беспомощность и бессилие развили в нем подозрительность, недоверие к людям, пренебрежение к человеческому достоинству. Так называемое "боярское правление" надолго запомнилось русским людям беззастенчивым расхищением казны, раздачей должностей "своим людям", расправами и разбоями.

 Имея  в своем расположении много  свободного времени, Иван предавался  чтению и перечитывал все книги, которые мог найти во дворце. Единственным его искренним другом  и духовным наставником был  митрополит Макарий. Образованный и умный, он составлял в те годы свой знаменитый сборник житий и поучений и обладал огромной библиотекой. Он и приучил Ивана к чтению, образовав его ум, рано внушив юноше понятие о Москве, как о третьем Риме, и воспитав в нем желание, превратить великое княжество Московское в православное царство. Но, к сожалению даже влияние Макария не могло истребить в будущем царе нравственную порчу.

2. Венчание на царство

Достигнув шестнадцати лет (возраст совершеннолетия) Иван IV собрал бояр и митрополита и объявил им, что желает жениться. Рассуждения юноши о семейной жизни показались боярам и митрополиту столь разумными, что они, по словам летописи от радости «чуть не заплакаху». Вместе с этим, великий князь объявил, что желает, прежде женитьбы, «поискати прародителей чинов», то есть принять царский титул.     

Несомненно, реальная ситуация была сложнее, чем это изображает официальная московская летопись. Считается, что инициатива принятия царского титула принадлежала не самому Ивану IV, а не митрополиту Макарию и родственникам государя боярам Глинским, стоявшим в то время у кормила власти. Значение принятия нового было огромным. Ссылка на «прародителей» государя восходила к легенде о Мономаховом венце, согласно которой византийский император Константин Мономах передал своему внуку великому князю киевскому Владимиру Мономаху царский венец – «шапку Мономаха» и права на царский титул. Надо сказать, что царем на Руси называли только императоров (Византии и Священной Римской империи) или золотоордынских ханов. Принятие царского титула имела важнейшее внутри- и внешнеполитическое значение. Царь резко выделялся среди подвластных ему князей, потомков удельных Рюриковичей, поднимаясь на новую ступень иерархии, тогда как ранее был, формально, только первым среди равных. В переговорах с Казанским и Крымским ханами царь теперь выступал с равным им титулом, а в отношении Западной Европы приравнивался к императору, что было существенно выше королевского титула. Недаром, польский король долгие годы не признавал царского титула русского самодержца.     

Сама коронация – венчание на царство – состоялась торжественно в январе 1547 г. Она была схожа с коронацией в 1498 г. Иваном III Дмитрия-внука, провозглашенного великим князем и соправителем, но церемониал был расширен и усложнен. Во время торжественной службы в Успенском соборе митрополит Макарий возложил на Ивана IV крест, венец и бармы, «присланные» Константином Мономахом внуку Владимиру. После окончания службы митрополит произнес прочувственную речь перед юным царем, призывая его крепить «суд и правду» и вести борьбу с внешними врагами страны.     

Вскоре после царского венчания, в 2 февраля молодой царь женился на Анастасии Романовне, дочери окольничего Романа Юрьевича, потомка древнего старомосковского рода, служившего еще Ивану Калите.     

Призывы митрополита крепить «суд и правду» были не пустыми словами. Годы боярского правления в малолетство Ивана IV ознаменовались торжеством произвола и лихоимства властителей разного рода во всех областях государства. В июне 1547 г. в Москву приехали жаловаться на наместника князя Ивана Турунтая-Пронского 70 псковичей. Царь пришел в гнев, узнав о цели их визита, и подверг псковичей жестоким издевательским пыткам – «бесчинствовал, обливаючи вином горячим, палил бороды и волосы да свечею зажигал, и повелел покласть их нагих на землю».     

Общественное недовольство выплеснулось наружу после страшного пожара Москвы. Весна и лето того же, 1547 года, выдались на редкость жаркими. 12 апреля загорелся Китай-город, и на одном только Гостином дворе, сгорело 2000 дворов, и «много людей погоре». Новый пожар, 15 апреля, охватил Заяузье, районы Болвановки и Кожевников. Не успели погорельцы отстроить свои дома, как 21 июня начался новый пожар. Он охватил центр города, горели Кремль и Китай-город. Царь прятался от огня в подмосковном селе Воробьево (Воробьевы горы). Едва успел, спастись митрополит Макарий. Его спускали с кремлевской стены по веревки, и когда веревка оборвалась, митрополит упал и сильно расшибся. Сопровождавшие владыку лица погибли в огне. В пожаре сгорели и задохнулись несколько тысяч москвичей, большинство население города остались без крова.     

Гнев москвичей обратился против бояр Глинских. По городу распространяли слухи, что бабушка царя княгиня Анна Глинская вырезала из мертвых сердца, клала их в воду «да тою водою, ездя по Москве кропила, и от того Москва выгорела». Глинских ненавидели московские посадские за их утеснения и грабежи. Возмущенная толпа бросилась ловить родичей царя. Боярин князь Юрий Васильевич Глинский, дядя государя, пытался спастись в Успенском соборе, но был схвачен и убит. Народ разграбил дворы Глинских и перебил не только их дворовых слуг, но дворян-пришельцев с Северской земли.      

Покончив с князем Юрием Глинским, москвичи двинулись искать других Глинских и подступили к царскому дворцу в Воробьеве, предводительствовал толпой городской палач. Приход вооруженной толпы испугал царя. Позднее он вспоминал об этом событии: «вниде страх в душу мою и трепет в кости моя и смирися дух мой».

Ивану IV удалось убедить москвичей, что он не прячет у себя Глинских и народ разошелся. Некоторое время спустя, царь приказал ловить и зачинщиков, но побоялся прибегнуть к широким репрессиям против участников восстания. В то же время, по велению царя москвичам раздавали деньги, успокаивая недовольство горожан. Память об этих грозных событиях Иван IV сохранил на всю жизнь.

2. ПРАВЛЕНИЕ ПРИ «ИЗБРАННОЙ РАДЕ»

1. Реформы Ивана Грозного

С 1549 года вместе с Избранной радой (А. Ф. Адашев, митрополит Макарий, А. М. Курбский, протопоп Сильвестр) Иван IV осуществил ряд реформ, направленных на централизацию государства: Земскую реформу, Губную реформу, провел преобразования в армии. В 1550 году был принят новый судебник, который ужесточил правила перехода крестьян (размер пожилого был увеличен) . В 1549 году был созван первый Земский собор. В 1555—1556 Иван IV отменил кормления и принял Уложение о службе.

В феврале 1549 года на Руси начинают действовать Земские соборы – своеобразные органы представительной власти, которые заменили вече. Первый Земский собор состоялся 27 февраля, его возглавлял  Иван IV.

Следующим этапом реформ органов власти стала ликвидация управления наместников в отдельных областях (1551-1552 гг.). А к 1556 году наместничество было отменено повсеместно. На смену наместничеству должно было прийти местное управление, становление и развитие которого будет сложным и длительным процессом.

В каких-то областях страны вводилось губное управление, когда дворяне из своей среды выбирали губного старосту. В тех же местах, где не было частного землевладения, староста выбирался из числа зажиточных слоев населения. Считается, что именно земская и губная реформы стали первым шагом к централизации государства.

Во времена Избранной Рады растет значение приказов  как одной из форм управления государством. К тому периоду относится Челобитенный приказ во главе с Адашевым, который принимал и рассматривал жалобы людей,  и Посольский приказ, который возглавлял Иван Висковатый.

Поместные дела вел Поместный приказ, розыскные и судебные функции возлагались на Разбойный приказ. Разрядный и Стрелецкий приказы отвечали за ополчение и назначение воевод. Окончательное формирование приказной системы приходится на XVII век.

Главные реформы социально-экономической сферы коснулись в основном дворян. В 1551 году Иван IV на Стоглавом соборе заявил о необходимости упорядочения земель. Суть реформы заключалась в том, чтобы те дворяне, у кого имеется излишек земель, пожаловали его тем дворянам, которые испытывают недостаток в таковых. Для чего была проведена перепись земель, а налоговое обложение подворное  было заменено на поземельное или «большая соха». Размер сохи напрямую зависел от социального положения гражданина.

Изменения были внесены и в «Уложение о службе». Теперь каждый служилый человек мог требовать для себя не менее 100 четвертей земли (170 га). Служебные вотчины приравнивались к поместьям, а вместо «кормленичего дохода», шедшего в руки волостей, был введен «кормленый откуп». Налог этот поступал непосредственно в казну государства, после чего выплачивался служилым людям как жалование.

Военные преобразования тех лет послужили основой для формирования структуры регулярной армии, хотя сохранилось и ополчение крестьян и горожан, которые несли вспомогательную службу.

2. Война со Швецией

Причиной этого конфликта между Русским царством и Швецией стало стремление Москвы вернуть утерянные в годы тяжёлой Ливонской войны крепости Нарву (Ругодив), Ивангород, Ям, Копорье и окружающие их территории. Первоначально русское правительство пыталось решить дело миром, добиваясь возвращения отторгнутых территорий дипломатическим путём. Шведский король Юхан III (правил в 1568—1592 годы) не собирался уступать захваченные территории и стремился заключить мирный договор, который юридически признает новые восточный границы Шведского королевства. Он даже угрожал Москве, что если та откажется признать новые границы Швеции, военные действия будут возобновлены.

Видимо, шведский монарх рассчитывал на военную поддержку своего старшего сына Сигизмунда Вазы (Сигизмунда III), который с конца 1587 года занимал престол Речи Посполитой. При этом Юхана не смутило 15-летнее Варшавское перемирие, заключённое между Россией и Польшей в августе 1587 года. К тому же часть польской знати была раздражена новым королём – он пытался установить абсолютистские порядки, против чего боролся сейм, и не решил территориальный спор со Швецией за Эстонию.

Стремясь продемонстрировать военную силу и испугать Москву, шведы организовали ряд нападений на пограничные русские территории. В июле 1589 года шведский отряд разорил Кандалакшскую волость, было сожжено несколько поселений, убито 450 человек. Осенью шведы опустошили Керетьскую и Кемскую волости. В результате война стала неизбежной, и начинать её надо было как можно скорее, пока Сигизмунд III не утвердился в Польше.

Тявзинский «вечный» мир был подписан только 18 мая 1595 г, Русская сторона признала права Шведского королевства на княжество Эстляндское со всеми городами и замками: Нарвой, Ревелем, Вейсенштейном, Везенбергом, Падисом, Тольсборгом, Нейшлотом, Боркгольмом, Гапсалем, Лоде, Леалем, Фикелем, уступив также часть карельской территории до Топ-озера и Выг-озера, Шведские представители со своей стороны согласились вернуть России крепость Кексгольм (Корелу) с уездом и признали отошедшими к Московскому государству города, взятые русскими войсками в начале войны во время похода 1590 г.: Ивангород, Ям и Копорье. Принадлежащими России были признаны города Орешек (Нотебург) и Ладога. Шведы обязались не нападать на Псков, Холмогоры, Двинскую землю, Кольский «замок", Свинск, Каргополь и Соловецкий монастырь, другие пограничные крепости "со всеми своими урочищами и с морскими береги и никакой военной силы ни много, ни мало, ни «водою, ни землею против оных не посылать». Стороны договорились освободить "без всякого откупу или размены" всех захваченных во время войны пленных.

Таким образом, русско-шведская война 1590-95 гг. была спровоцирована нападением шведов на приграничные новгородские волости. Защищая порубежные земли, московские власти смогли вернуть свои северо-западные крепости: Ивангород, Ям, Копорье, потерянные на последнем этапе Ливонской войны. Безуспешными оказались попытки шведов прорваться в Поморье, чтобы прервать морское сообщение России с Западной Европой вокруг Скандинавии.

3. НАЧАЛО ЛИВОНСКОЙ ВОЙНЫ

1. Причины войны

Основанный на рубеже XII–XIII веков Ливонский орден владел с тех пор большей частью современной Прибалтики – Эстляндией, Лифляндией и Курляндией. В XVI веке Ливония утратила часть былой мощи. Изнутри она была охвачена раздорами, которые усиливала проникавшая сюда церковная Реформация. Архиепископ Рижский ссорился с орденским магистром, а города враждовали с ними обоими. Внутренняя смута ослабила Ливонию, и этим были не прочь воспользоваться все её соседи. До начала захватов ливонских рыцарей прибалтийские земли зависели от русских князей. Помня об этом, государи московские считали, что имеют на Ливонию вполне законные права. По своему приморскому положению Ливония имела важное торговое значение. После Москва наследовала коммерцию покорённого ею Новгорода с прибалтийскими землями. Однако ливонские владетели всячески ограничивали сношения, которые Московская Русь вела с Западной Европой через их область. Опасаясь Москвы и стараясь мешать быстрому её усилению, ливонское правительство не пропускало на Русь европейских мастеров и многие товары. Явная враждебность Ливонии порождала у русских неприязнь к ней. Видя ослабление ливонского ордена, русские правители опасались, что его территорией завладеет какой-нибудь другой, более сильный враг, который будет относиться к Москве ещё хуже.

Уже Иван III после покорения Новгорода построил ливонской границе, против города Нарвы, русскую крепость Ивангород. После покорения Казани и Астрахани Избранная рада советовала Ивану Грозному обратиться на грабительский Крым, чьи орды постоянно совершали набеги на южные русские области, угоняя каждый год в рабство тысячи пленников. Но Иван IV предпочёл напасть на Ливонию. Уверенность в легком успехе на западе царю придал удачный исход войны со шведами 1554–1557.

2. Разгром Ливонского ордена

Перемирие 1559 г. оказалось недолговечным. Военные действия возобновились, и уже в феврале 1560 г. русские войска взяли город Мариенбург (Алуксне) и, разгромив в августе того же года лучшие вооруженные силы Ордена, овладели сильнейшей крепостью Ливонии Вильянди (Феллин). Магистр Ордена Фюрстенберг попал в плен, а Ливонский орден в качестве самостоятельной военной силы перестал существовать.

Успешные действия русских войск в Прибалтике облегчались той поддержкой, которую оказывали им эстонские и латышские крестьяне. Прибалтийские крестьяне рассматривали Ливонскую войну как борьбу за изгнание немецких феодалов, за присоединение к Русскому государству. Занятие Восточной Эстонии русскими войсками привело к уничтожению землевладения немецких духовных феодалов. Латышские и эстонские крестьяне искали помощи и защиты от своих феодалов и орденских войск у русских, сообщали им сведения о ливонских рыцарях, снабжали их продовольствием, расправлялись со своими помещиками. Во многих местах Ливонии вспыхнули крестьянские восстания. Наиболее крупное из них произошло осенью 1560 г. на островах Харьюмаа и Вирумаа, причём эстонским крестьянам оказала поддержку таллинская беднота. Волнения эстонских и латышских крестьян продолжались и в 1561 г.

Успехи Русского государства обострили борьбу вокруг балтийской проблемы. На Шпейерском имперском сейме в 1560 г. обсуждался вопрос о создании коалиции для борьбы с Россией. В том же году император Фердинанд I, считавшийся сеньором Ливонского ордена, обратился к Ивану IV с предложением прекратить войну в Ливонии. Иван IV ответил отказом. Несмотря на неудачу этой попытки, Габсбурги в течение всей Ливонской войны пытались вовлечь Ивана IV в войну с Турцией и тем ослабить действия русских войск на Западе.

Новые победы русских войск ускорили открытое вмешательство в Ливонскую войну Швеции и Литвы.

В 1561 г. Швеция захватила Таллин (Ревель) и значительную часть Северной Эстонии. Виленским договором 1561 г., заключённым между ливонскими феодалами и Сигизмундом II Августом, Орден был ликвидирован. Территория, расположенная к северу от Даугавы (Западной Двины), была включена в состав Литвы (Задвинское герцогство), а на территории, находившейся южнее Даугавы, образовалось Курляндское герцогство во главе с последним магистром Ордена Кетлером, который становился отныне вассалом литовского великого князя и польского короля. Швеция, Дания и Литва предприняли блокаду Нарвы и ждали только удобного момента для решительного выступления против русских в Прибалтике. Ливонская война приобретала международный характер. России приходилось теперь иметь дело вместо раздробленной Ливонии с рядом сильных европейских держав.

В результате военных действий против Литвы, начатых ещё в 1562 г., в феврале 1563 г. был взят Полоцк. Овладение этим древнерусским городом на Западной Двине не только давало возможность предпринять наступление на Ригу, но и открывало путь к столице Великого княжества Литовского — Вильнюсу.

3. Падение «Избранной рады»

Несчастья начались с падения Избранной рады в 1560 г.

Противоречия между царем и его любимцами накапливались постепенно, как бы помимо воли всех действующих лиц. Мужающему царю, воспитанному на мысли, что он единственный богоизбранный властитель, было все тяжелее сносить опеку Сильвестра и осознавать, что реально страной правит Алексей Адашев. Иван, как и отец его, и дед, видел в подданных холопов. Позже, споря с Андреем Курбским, Иван сформулировал свой принцип царской власти: «А жаловати есмя своих холопей вольны, а и казнить вольны же!» Царь желал, чтобы сподвижники слепо повиновались его воле. Непреклонный Адашев или суровый Сильвестр, имевшие свое мнение, понятие о чести и смелость их отстаивать, Андрей Курбский с его убеждением, что у «лучших людей» (аристократии), помимо обязанностей перед монархом, есть еще и права, а у монарха есть долг перед страной, не вписывались в выдвинутую Иваном Грозным формулу деспотизма.

Кроме того, не все при Избранной раде было безоблачно. Набор стрелецкого войска и создание вспомогательного народного ополчения в военное время вызвали частичное разорение центра страны. Людей на многие годы отрывали от хозяйства; постой войск, подводная повинность разоряли здешних жителей. Войны требовали больших затрат, рос налоговый гнет – это плохо сказывалось на хозяйстве. Народ находился в волнении, о чем свидетельствовали распространение ересей, бегство крестьян на окраины и за рубеж, увеличение числа лихих людей. К концу 1550 г. стране явно требовалась передышка. Но громкие победы толкали к иному.

Реформы улучшили деятельность столичных и местных государственных органов, но до завершения централизации было далеко. Губные и земские старосты, выполнявшие свои обязанности из-под палки, были так же плохо контролируемы из Москвы, как их предшественники – наместники. В столице чувствовали это и так же, как и раньше, стремились компенсировать все суровостью и жестокостью.

Случались и личные столкновения царя с его сподвижниками из Избранной рады.

Уже с 50-х гг. с проведением военных реформ (набор стрелецкого войска, вспомогательной посошной рати из горожан, введение новых налогов и т.д.) появляются первые признаки разорения центра страны, его запустения. Позднее, в 60-80-е гг., они приняли размеры катастрофические. Недовольство простолюдинов, да и других сословий вырывается наружу. «Многое множество» торговых людей подвергли казням в 1555-1556 гг. Некоторые холопы и посадские люди, священники, дворяне с сочувствием воспринимали слова и проповеди еретиков-вольнодумцев. Они критиковали мздоимство священнослужителей, церковные догмы – не верили в троичность Бога, призывали к уничтожению икон, церковной иерархии, самого института церкви. Один из реформаторов, сын боярский (мелкий дворянин) Матвей Башкин выступил против закабаления свободных людей, отпустил на волю своих холопов. А Феодосий Косой, холоп одного из столичных вельмож, провозгласил «новое учение» («рабье учение») – равенство всех людей, народов и вер, общность имущества, неповиновение властям, светским и духовным, неприятие войн. Свои идеи он пытался осуществить в рамках общины последователей.

Еретиков осуждали на церковном соборе (1553 г.), ссылали в дальние монастыри. Некоторые из них (Косой, игумен Троице-Сергиева монастыря Артемий и др.) бежали в Литву. Там они продолжали свои проповеди, и не без успеха.

Горький осадок у Ивана IV оставил 1553 г. В марте этого года он тяжело занемог, и все поговаривали о скорой кончине царя. Больной захотел, чтобы при его жизни бояре, духовенство и прочие, находящиеся при дворе люди присягнули наследнику престола царевичу Дмитрию Ивановичу, которому было от роду 5 месяцев. Часть членов Боярской думы выдвинула иную кандидатуру: двоюродного брата Ивана IV Владимира Андреевича Старицкого. Сильвестр, хоть и не прямо, но тоже выступил за Владимира. Алексей Адашев с братом Данилой и отцом целовали крест Дмитрию (т.е. присягали), но при этом старший Адашев, боярин Федор Григорьевич, молвил: «Мы служили тебе и сыну твоему рады, но сын твой, государь наш, еще в пеленках, а владеть нами будут Захарьины… А мы уже от бояр до твоего возраста беды многие видели». Деятели Избранной рады, потеснившие у трона родню царицы Анастасии Захарьиной-Юрьевой, по-видимому, не совсем ладили с последними. Закончились события 1553 г. так: Дмитрию, в конце концов, присягнули все, в том числе и Владимир Старицкий. Потом 23-летний царь Иван все же выздоровел, зато его несчастный первенец Дмитрий вскоре погиб. Кормилица, переходя по мосткам реку, обронила мальчика, и тот захлебнулся. Несчастные родители позже утешились рождением других сыновей – царевичей Ивана и Федора.

Многие историки полагали, что падению Избранной рады способствовали также разногласия царя с А. Адашевым в вопросах внешней политики. Сам Иван в послании Курбскому говорил, что удалил людей Избранной рады, считая их виновниками болезни и преждевременной кончины его любимой жены – Анастасии.

А Андрей Курбский писал, что родня царицы постоянно клеветала на Адашевых, Сильвестра и их товарищей, а после смерти Анастасии Захарьины якобы объявили тоскующему Ивану, что царицу «счаровали (околдовали) оные мужи».

3. ПЕРИОД ОПРИЧНИНЫ

1. Причины введения опричнины

Опричнина – государственная политика террора, царившая на Руси в конце 16 века при правлении Ивана 4.

Сущность опричнины состояла в отторжении имущества у граждан в пользу государства. По повелению государя выделялись особые земли, которые использовались исключительно для царских нужд и нужд царского двора. На эти территориях было собственное управление, и они были закрыты для простых граждан. Все территории отбирались у помещиков с помощью угроз и силы.