Как поджарить факт в журналистике

Содержание

Введение…………………………………………………………………………3

§1.Что такое «желтая» журналистика…………………………………………5

§2. Где взять и как поджарить факт……………………………………………11

§3. «Желтая» журналистика и этика: кто кого?.................................................12

Заключение………………………………………………………………………16

Список литературы………………………………………………………………17

Введение

«Кроха сын к отцу пришел, и спросила кроха: Что такое хорошо, и что такое плохо?». Эти строчки из Маяковского не эпиграф. Это наглядное изображение того, что творится в головах у первокурсников факультета журналистики. Да, все слышали, что «желтая» журналистика – это плохо. Да, считается, что это занятие, недостойное настоящего журналиста. Но, с другой стороны, плюсы тоже существуют. Во-первых, бульварная пресса популярна среди читателей. А это значит, что журналист знает, что он работает не впустую, что его материал, скорее всего, будет прочитан. Во-вторых, это зарплата из воздуха: придумал-написал-заработал. На наш взгляд, «желтая» журналистика крайне привлекательна еще и бонусами вроде посещения различных мероприятий. Получается, что на одной чаше весов материальные блага и развлечения, а на другой – моральные и этические принципы и уважение коллег. Кажется, что, склонившись однажды в сторону «желтой» журналистики, другая чаша уже никогда не опустится. Журналист приобретет имидж несерьезного писаки, навсегда потеряет возможность вернуться на путь истинный, и не сможет работать в серьезных СМИ.

По поводу этических трудностей профессии декан факультета журналистики МГУ Ясен Николаевич Засурский имеет свое мнение:

.              - Мы должны помочь студенту сделать правильный выбор. Есть ведь общечеловеческая этика, а есть профессиональная этика. Журналист, например, не должен заниматься скрытой рекламой. Есть соответствующие правила. Кроме того, я считаю, что Кодекс профессиональной этики российского журналиста, принятый в 1994 году необходимо дополнить. Сейчас нужны специальные моменты, связанные с борьбой против терроризма, а также с ксенофобией, шовинизмом[1].

Однако даже некоторые преподаватели нашего факультета признают, что «желтая» журналистика – тоже журналистика, потому что у нее есть свои цели, задачи, способы добывания информации, способы подачи материала и разные нюансы. Но больше всего автора данной работы поразил руководитель его практики, посоветовавший пойти поработать в «желтое» издание. Оказывается, не все профессионалы единодушны в своем ополчении на бульварную прессу.

              В нашей работе мы рассмотрим механизмы «желтой» журналистики, а также этические нормы, которые чаще всего нарушают акулы пера. В основном мы будем говорить о печатных изданиях, в силу большей склонности автора к этой сфере. Но, даже говоря о прессе, мы вполне можем иметь в виду телевидение, так как нам представляется, что принципы работы «желтого» печатника и «желтого» телевизионщика  схожи.

§1. Что такое «желтая» журналистика?

Разберемся, что же такое «желтая» журналистика. Не подглядывая в умные книжки, можно сразу сказать, что это журналистика, цель которой развлечь читателя, а не предоставить актуальную серьезную информацию. Конечно, она может и информировать, но такой информации очень сложно верить. Тем более речь не идет о воспитании аудитории. Картина же современности в подобных изданиях выглядит совсем чуднО, она словно вывернута наизнанку. Пресса такого рода не гнушается пикантными, интимными подробностями жизни, из-за чего авторов постоянно обвиняют в безнравственности. Но нельзя так категорично судить журналистов. Всем давно известно, что спрос рождает предложение. Поэтому, на наш взгляд, аудитория участвует в создании желтых материалов ничуть не меньше, чем сами журналисты. В доказательство этой мысли приведем цитату из рассказа Аркадия Аверченко о знакомстве с «желтым» журналистом:

      — Работа легкая. Пиши о чем хочешь, измышляй что угодно и получай денежки. Ей-богу!

     Я недоверчиво спросил:

      — Неужели можно измыслить что угодно?

      — Уверяю вас. Ну что вы, например, хотите, чтобы было у вас завтра в газете?

     Я рассмеялся.

      — Напишите, что я очень люблю устриц.

      — Хорошо! Устрицы — так устрицы[2].

На самом же деле автору данной работы понятие «желтая» журналистика» представляется довольно обширным, поэтому мы предлагаем рассмотреть разные аспекты этого явления.

1.      Издания «желтые» и с оттенком желтизны.

Это деление очень условное, поскольку порой эти границы могут быть размыты. Истинно «желтое» издание видно с первого взгляда. К примеру, это «СПИД-инфо». Можно сказать, что желтая журналистика абсолютно искренна в том, что она врет и воздействует на низкие инстинкты человека. Читатель заранее знает, чего можно ожидать от желтого издания, поэтому не верит, тому, что написано в этом издании. Гораздо опаснее ситуация в этом плане с изданиями, которые вроде бы не желтые, а нет-нет, да и проскочит что-нибудь желтоватое. Другими словами, такая журналистика -  волк в овечьей шкуре. К таким изданиям мы относим газету «Комсомольская правда». Хотя с каждым годом она все больше дает крен в желтизну. Но похоже, что это общая тенденция, и редкие издания смогли удержаться на высоте.

2. Круг тем «желтой» журналистики.

Темы, которые  поднимаются в «желтых» изданиях перечислить невозможно: скандалы, казусы, звезды, секс, насилие, инопланетяне… При всем этом разнообразии в «желтом» свете можно преподнести любую серьезную тему. Так приведем критический материал Владимира Шиловского об ошибке телекомпании, которая так поторопилась выдать сенсацию, что не удосужилась как следует разобраться в ситуации и проверить факты.

Жарьте факты!

Ситуация

“В нашем распоряжении оказались уникальные и, скажем прямо, шокирующие факты”. Такой фразой можно было бы предварить новостийный репортаж одной из местных телекомпаний, показанный норильчанам в эту среду. Увы, нечто подобное уже используется на НТВ. А жаль: кадры и впрямь получились шокирующие. Речь идет о найденных в прессованной оленине производства мясоперерабатывающего цеха “Жар.Птица” ЛИЧИНКАХ. Личинки эти, показанные крупным планом, у многих отбили аппетит всерьёз и надолго. Особо впечатлительные зрители и по сей день утверждают, что личинки размером с палец кишели в мясе кишмя, копошились и даже клацали зубами. Такой вот оптический самообман. “Броненосец Потёмкин” отдыхает.

Звукоряд был не менее выразителен. Трагическая история об обнаружении в Талнахе таинственных объектов, за исследования которых не берется ни СЭС, ни МЧС, наводила на мысль о том, что вскоре город будет подвергнут карантину и оцеплен правительственными войсками. Во избежание. Чего? Да чего угодно. Мы достаточно наслышаны о птичьем гриппе, коровьем бешенстве, сибирской язве и прочих бактериологических напастях, готовых в любой момент стереть человечество с лица земли. “Партия мяса изъята из продажи”, “нарушение технологии” — многозначительно звучало с экрана.

Особо настораживал тот факт, что в репортаже не было ни слова сказано о магазине, где случилась зловещая находка. “Совершенно секретно”, понимаешь. Воображение рисовало такую картинку: люди в защитных скафандрах обрабатывают помещение “Доместосом”, а строители, поминутно отдающие друг другу честь, нервно куря в сторонке, готовятся к возведению бетонного саркофага над обреченной торговой точкой. Жару добавлял душераздирающий рассказ о том, каким разрушениям может подвергнуться печень, сердце и мозг человека, отведавшего зараженной оленинки. “Боже, да я же это ел!”, — с ужасом подумал я, подсчитывая, сколько колбасы, ветчины, оленины и прочих вкусностей от “Жар.Птицы” успел употребить за последнее время. По подсчетам выходило, что меня уже на кладбище с фонарями ищут. Такой вот этюд в багровых тонах. И это не только мои ощущения.

Номер Краевого государственного учреждения “Норильский отдел ветеринарии” я набирал дрожащей рукой. Трубку поднял представитель “НОВ” Иван ШАЛАЕВ.

– Вы по поводу оленины? Да, мы уже проверили. Ничего страшного.

На робкий вопрос: “Как это?” последовал подробный профессиональный ответ. Действительно, мясо оленя было заражено болезнью под названием финоз. Этому заболеванию подвержен и домашний скот, и дикие животные. Опасность для человека эта болезнь может представлять, если мясо употребляется в сыром виде, например, в виде строганины. После термической обработки мясо становится абсолютно безвредным. К “Жар.Птице” у ветеринаров претензий нет. Технологический цикл был соблюден от начала до конца. К тому же государственными нормами допускается присутствие в подобной продукции до пяти личинок на 40 квадратных сантиметров мяса. “Ничего себе нормы”, — содрогнулся я, вспоминая жуткие кадры, но вслух ничего не сказал.

Руководитель “Жар.Птицы” Виктор Коновалов, с которым я тоже обсудил создавшуюся ситуацию, был удручен и подавлен поднявшейся шумихой.

– Мясо оленя, которое мы получили, — сказал он, — имело все документы, подтверждающие его пригодность для производства и употребления в пищу. У нас оно прошло дополнительную обработку. Мы удаляем из туши мясо в местах ушибов и переломов, извлекаем инородные тела, такие как пули и дробь, вырезаем гематомы, образовавшиеся в месте попадания. Это ручная работа, и не всегда удается заметить каждую мелочь. То, что произошло, — досадная случайность. Конечно, личинки в мясе не самое приятное зрелище. Я сам, когда увидел репортаж, почувствовал отвращение к своей продукции. Представляю, что испытали зрители. Обидно, если из–за одного сюжета будет подорвано доверие, которое мы завоевывали семь лет. Наша продукция совершенно безопасна для здоровья. Мясо проходит термическую обработку в течение трех–четырех часов при температуре 90 градусов. У нас действует отлаженная технология, которую мы неукоснительно соблюдаем. Условия хранения продукции практически идеальные. Всё это обеспечивает высокое качество наших товаров. Покупатели могут быть спокойны, на их стол попадают хорошие и полезные продукты.

Итак, что мы имеем в сухом остатке? Ветеринарный контроль претензий к “Жар.Птице” не имеет. У управления потребительского рынка и услуг вопросы есть только к магазину “Азия”, так как прессованная оленина, купленная там, была просрочена. “Жар.Птица” к этому магазину также отношения не имеет. Сенсация лопнула.

Лопнуть — лопнула, а сделанного не вернешь. Деловой репутации торгово–промышленной фирмы нанесен урон. Как это скажется на объемах продаж — мы скоро увидим. А пока зададимся вопросом: кто выиграет в случае, если местные производители уйдут с норильского рынка? При том, что сразу же вырастет цена тех же московских колбас, да и других мясопродуктов, ответ вырисовывается вполне определенный. Еще пара страшилок, и он может воплотиться в реальность[3].

Из этого материала мы можем сделать один важный вывод. Отсутствие налета «желтизны» на лице средства массовой информации является показателем высокого профессионализма всей редакции. Говоря это, мы имеем в виду тот факт, что если СМИ «желтым» не является, оно может допустить ошибку и случайно съехать на «желтизну». Поэтому весь штат издания или канала должен быть профессионален до автоматизма. Тогда репутация конкретного СМИ не пострадает.

3.Критерии желтизны.

А) непроверенные материалы или дезинформация;

Б) клевета и оскорбление;

В) ангажированные материалы;

Г) нарушение журналистской этики или некорректность;

Думаем, что вымысел нужно поставить отдельно, потому что он связан со всеми вышеперечисленными пунктами. Но ни в одном законе не написано, что запрещено придумывать свои информационные поводы и делать из них материалы, в которых нет ни одного слова правды.

Но, по словам автора книги «Таблоид: Учебник желтой журналистики» Ильи Стогова, жизнь ВСЕГДА интереснее вранья. В жизни каждый день происходит такое, до чего НИКОГДА не дофантазируется ни один выдумщик. Это действительно так, поэтому все желтые журналисты ищут сенсации и вынюхивают «жареные» факты.

§2. Где взять и как поджарить факт

Мы уже выяснили, что даже из новости, которую завтра опубликует серьезное аналитическое издание, можно сделать новость, которая появится в бульварной прессе. Для этого нужно только немного фантазии, нестандартного мышления и извращенного вкуса. Но можно ли поджарить факт так, чтобы он прозвучал громко, чтобы у читателей глаза на лоб лезли от его сенсационности? Как показывает практика, факты жарить не надо. Сенсационные, они сами так и просятся на полосу под громкий заголовок без дополнительного прожаривания. Такие материалы, безусловно, поднимают газету в глазах аудитории.

Непонятно одно: почему же многие обвиняют «желтую» прессу в том, что она публикует жареные факты? Серьезные издания точно так же нацелены на поиск «жареных» фактов. Разница только в тематике. Думается, что большинство раздражает та настойчивость, с которой акулы пера рыщут в поисках чего-нибудь повкуснее. Это неразрешимая дилемма. Потому что те, кто раздражается, возможно, тоже будут пить кофе с тем, что найдут эти назойливые писаки.

Понятно, что «желтые» журналисты не остановятся ни перед чем. Они подсматривают, подслушивают, а иногда просто все придумывают от начала и до конца. Понятно и то, что все эти профессиональные приемы могут довести до беды. Или до суда.

§3. «Желтая» журналистика и этика: кто кого?

Не так уж и много требуется от журналиста, чтобы никто не мог предъявить ему свои претензии. Излагая провокационный материал, главное сделать оговорку "по слухам" или "мы предполагаем" - и тогда вопрос об интерпретации (представляет ли текст собой рассуждение или жесткую оценку) судьей будет решен в пользу журналиста[4], - показывает дыры в заборе закона Павел Сурков, эксперт центра «Право и СМИ».

Думается, что «желтые» журналисты знают множество лазеек и уверток. Однако и они попадаются на крючок. Давайте разберем одно из самых частых нарушений журналистов – вторжение в частную жизнь – на примере случая с немецким тележурналистом.

Многие стремятся оградить себя от вторжения в личную жизнь. Но немногим людям это удается, т.к. информация об их личной жизни способствует увеличению тиража газет.

Описываемые события произошли в Гамбурге и были вызваны телепрограммой «Einspuch» (возражения и протест), которая передается по частному каналу спутникового вещания SAT-1. Передача являла собой очень острую и сенсационную дискуссию о текущих событиях, и можно даже усомниться, применимо ли здесь вообще слово «дискуссия», поскольку в конце передачи приглашенные для участия в ней просто кричали друг на друга. Гости ведущего программы Ульриха Мейера яростно защищали свои взгляды. Воздействие этой программы, которую смотрело от 4 до 5 миллионов зрителей, было огромным.

Обстоятельства дела

В сентябре 1993 противники и сторонники проведения общественно-профилактической работы с молодыми уличными проститутками мужского пола обсуждали эту проблему в прямом эфире телевизионного канала в Гамбурге. Передача скорее представляла некую смесь обсуждения секса и преступности, нежели серьезную дискуссию на тему о том, как изменить ситуацию к лучшему, особенности среди несовершеннолетних. Одним из приглашенных на передачу был г-н Питер М., который курировал вопросы молодежной политики Партии Зеленых. Он был известен тем, что использовал весьма неформальные методы помощи этой группе молодежи, за что неоднократно подвергался критике. В конце передачи молодой человек-проститутка был доставлен в студию и опознал в М. своего клиента. Политический деятель назвал это заявление клеветой и подал иск на телеканал и ведущего Ульриха Мейера за обман. Молодой человек, который возможно находился под воздействием наркотиков, во время передачи не присутствовал в студии, как заявила группа, делавшая передачу, а смотрел телепрограмму где-то вне ее, и заявил, что узнал в М. своего клиента. Мейер, на которого М. подал в суд, сообщил, что его сотрудники проверили заявление молодого человека-проститутки, сделанное во время телепередачи, и оно было подтверждено источниками, заслуживающими доверия. Но он не раскрыл этих источников информации, так же как и не объяснил причин, почему он так поступил. Его противники возражали, что изложенные факты было практически невозможно проверить за остававшийся весьма короткий отрезок времени передачи, прерывавшейся к тому же рекламными паузами, а защита источников информации в данном случае была надуманной причиной. Все критики были едины во мнении, что группа, готовившая передачу, после ее окончания отправились в места, где собираются проститутки, взяв собой фотографию М., которую они предъявляли с целью сбора информации о нем.

Мейер защищал свои действия, заявляя, что они были основаны на имевших место слухах, которые просочились в общество, и он хотели дать М. возможность отреагировать на них. Адвокат М. убежден, что все было спланировано задолго до передачи, и все это похоже на провокацию — М. просто заманили в ловушку. Более того, наблюдающий за работой телеканала орган — Краевой комитет по СМИ, позднее критиковал его за то, что М. заранее не был извещен о том, что его ждет на передаче.

Более того, дискредитация М. имела весьма серьезные последствия: прокуратура начала расследование против М. по подозрению в совершении преступления по статье 175 Закона (вовлечение в половые отношения несовершеннолетних в возрасте от 16 до 18 лет), который был отменен в мае 1994 года. Адвокат Мейера и телеканал SAT-1 заявили, что предоставят судье документы полиции по данному расследованию.

Что произошло

Описанные обстоятельства послужили лишь прелюдией к последовавшим событиям. Речь идет о статье, освещающей ход расследования обстоятельств дела против М., которая была опубликована в новом информационно-развлекательном журнале «Tango», издававшемся Грунером и Йаром, с 1993 года. Он являлся конкурентом журнала «Focus», издаваемого фирмой Burda, который в свою очередь является конкурентом журнала «Spiegal». В то время как «Focus» процветает и поныне, «Tango» выпустил свой последний номер в июне 1995 года.

В октябре 1994 года в начале судебного разбирательства между SAT-1 и М. по поводу иска на сумму 200000 марок, и за несколько дней до выборов в бундестаг журнал «Tango» опубликовал статью об этом политическом деятеле и о ходе расследования вышеупомянутого дела. В этой статье были процитированы материалы следствия, но имена подозреваемых были изменены. Эти материалы были наполнены непристойными заявлениями, сделанными молодыми мужчинами-проститутками, например, о способах половых контактов, в которые М. вступал с ними. В статье делается предположение о связи смерти молодого человека-проститутки, принявшего участие в передаче SAT-1, последовавшей от передозировки героина, и намерением М. заплатить ему за отзыв свидетельских показаний.

Более того, в статье сообщалось об обвинительном приговоре, вынесенном пятнадцатилетнему М. 32 года тому назад, которое по немецкому законодательству не имеет силы за истечением срока давности. Несовершеннолетний М. убил человека во время ограбления и был приговорен к десяти годам тюремного заключения. Об этом преступлении и последовавшем наказании отделению Партии Зеленых в Гамбурге было известно, и Председатель Отделения Партии всегда вставала на сторону М.

Клеветнический характер статьи и уровень аргументации заставили гамбургское отделение Союза журналистов Германии выступить с заявлением. Это отделение насчитывает более 2000 членов и является вторым по величине после берлинского. В ноябре 1994 года председатель отделения обратился с жалобой в Совет по печати Германии, требуя вынести редакции «Таngo» общественное порицание. В заявлении говорится, что в статье неоднократно нарушается этический Кодекс, и такие правовые нормы, как цитирование материалов следствия и заключение о том, какое может последовать наказание. В данном случае, по мнению журналистов СЖГ, была нарушена статья Кодекса журналисткой этики, относительно точности предоставленной информации.

Совет по печати указал, что сексуальный опыт описывался в статье с излишними подробностями, таким образом, пресса нарушила право на неприкосновенность личной жизни. Слух о том, что возможно М. заплатил несовершеннолетним за отзыв компрометирующих его свидетельских показаний, был, по мнению Совета по печати, настолько серьезным обстоятельством, что ссылки на непроверенные источники было недостаточно[5].

На этом примере мы видим, что в погоне за сенсацией, журналисты, сознательно или нет, нарушают правовые и этические Кодексы. И хуже всего, на наш взгляд, то, что искоренить такие проблемы невозможно.

Заключение

Итак, в данной работе мы в общих чертах рассмотрели явление «желтой» журналистики. Мы разобрались в методах работы и выяснили, каким образом «желтая» журналистика соприкасается с этическими и правовыми нормами. Конечно, тема этических нарушений в «желтой» журналистике гораздо шире, однако принцип везде один и тот же: журналисты на стесняясь, влезают в личную жизнь людей, подают информацию в выгодном им свете, публикуют проплаченные материалы, оскорбляют, клевещут…. Список их прегрешений можно продолжать до бесконечности. Профессиональные законы и кодексы не могут остановить этот поток. На место старых акул будут приходить новые, уже зная, чего им нужно бояться и в какие дыры можно спрятаться. Они будут создавать сенсации даже своим поведением. А все потому, что обществу (большей его части) нужно что-то читать в метро или вагоне поезда…

Список литературы

1.Аверченко А.Т. Рассказы. Сост. П.Горелов. — М.: Молодая гвардия, 1990

2.Лазутина Г.В. Профессиональная этика журналиста. Учебное пособие по журналистике. – М., Аспект Пресс, 2000

3.Стогов Илья Таблоид: Учебник желтой журналистики. – СПб., Амфора, 2005

Интернет-ресурсы:

4.http://www.analitika.az

5.http://gazetazp.ru/2005/134/6/

6.http://www.kp.ru/daily/

7.http://www.kultura-portal.ru/

8.http://www.newizv.ru/

9.http://www.vecherniy.kharkov.ua/

10.http://www.ucpb.org/

11.http://www.unesco.org/

3

[1] http://www.newizv.ru/

[2]     Аверченко Аркадий Тимофеевич. Рассказы. Сост. П.Горелов. — М.: Молодая гвардия, 1990

[3] http://gazetazp.ru/2005/

[4] http://www.kultura-portal.ru/

[5] http://www.unesco.ru/