Китайская народная республика в мировом хозяйстве

1. Китайская народная республика в мировом хозяйстве

Китайская Народная Республика (КНР) - одна из крупнейших стран мира. На ее территории - 7,2% мировой суши - проживает свыше 21% населения мира. Она обладает крупными минеральными ресурсами практически всех известных элементов. По потенциальным ископаемым ресурсам Китай уступает США и Российской Федерации. Она занимает ведущее место по запасам таких металлов, как вольфрам, цинк, литий, тантал, медь, свинец, никель. Со дня образования КНР ее положение в мировом хозяйстве кардинально изменилось. Она превратилась из отсталой в промышленно-аграрную страну, поставившую цель достичь в первой половине XXI в. высокого уровня развития и стать одной из ведущих держав мира.

Экономические реформы в  КНР являются частью общей программы  модернизации. План модернизации, или  как он назывался «Четырех модернизаций» (превратить Китай в мощное социалистическое государство с современным сельским хозяйством, современной промышленностью, современной обороной и современной  наукой и техникой), выдвинутый при  Мао Цзэдуне и премьере Чжоу Эньлае в 1975 г., формировался и приобретал свои очертания постепенно на протяжении 80-х и 90-х годов 20-го века.

Направление развития Китая  с 1949г. не изменилось, система управления государством также сохранилась, остались и прежние цели развития. Однако экономические результаты тридцатилетия  председательства Мао вряд ли можно  сравнить по успехам с тридцатилетием реформ и открытости.

В последние десятилетия  в стране осуществлялся перевод  хозяйства от централизованно планируемой  экономики к рыночным методам  регулирования. По социально-экономической  характеристике хозяйства КНР скорее относится к группе стран с  переходной экономикой, чем к развивающимся  странам.

Важная особенность современного этапа развития китайской экономики  - возрастание роли научно-технических достижений. В стране реализуется «новый курс развития науки и техники». По некоторым показателям научно-технического потенциала КНР вышла на уровень развитых стран. Однако общие затраты на НИОКР (0,7% ВВП) значительно ниже, чем в западных странах.

Экономический рост привел к изменению положения КНР  в мировом хозяйстве. По абсолютным размерам 26 видов продукции, в основном низкой и средней технологии, страна входит в число 10 наиболее крупных производителей мира. КНР производит 1/4 мирового объема игрушек, обуви и одежды, 17% ковровых покрытий. Она занимает первое место в мире по производству продовольствия, хлопка, угля, стали, цемента, стекла, хлопчатобумажных тканей, фарфора, фаянса. Получили развитие, станкостроение, судостроение, производство конторского оборудования, атомная и аэрокосмическая промышленность.

В то же время экономическое развитие КНР отягощено целым комплексом проблем. В их число входят убыточность 1/3 бюджетных предприятий, низкая квалификация основной массы рабочей силы. Значительная часть трудоспособного населения неграмотна - 9% мужчин и 25% женщин. На образование государство выделяет только 2,3% ВВП, что значительно ниже среднего показателя стран с низким уровнем развития.

Значительны отставания в  уровне технического развития хозяйства. Много предприятий с частично механизированным производством, что  вызывает низкую эффективность хозяйства. В промышленности это проявляется  в большой ресурсоемкости. На единицу  валового продукта расходуется в  три-четыре раза больше минерального сырья, чем в развитых странах.

Экономическую обстановку в  стране отягощает относительное  перенаселение в сельской местности  - до 200 млн. человек. В сельской местности живет 69% населения. Его потребление в 3,2 раза ниже городского. Ежегодно сельское хозяйство покидает 8-10 млн. человек. Городская безработица составляет 16-18 млн. человек, или более 3% рабочей силы. В этих условиях основным внутренним приоритетом является поддержание социальной стабильности и высокого экономического роста.

2. Суть и история экономических преобразований в Китае

Значительные успехи экономического строительства в Китае стали  возможны, в первую очередь, благодаря  изменениям в экономической политике, направленным на обеспечение экономического роста. Можно сказать, что в Китае  сочетание преобразований и экономического роста (его стабильности и темпов) было оптимальным для развития страны. Выбранная модель трансформации  экономической системы при сохранении политического строя позволила  развивать и поддерживать на протяжении трех десятилетий высокие стабильные темпы экономического роста в стране. Стратегию преобразований в Китае можно отнести к стратегии «догоняющего развития», реализованную ранее в Японии и новых индустриальных странах. Одними из основных ее типичных особенностей являются ведущая роль правительства, высокий уровень сбережений, поддержка национального производителя при развитии экспорториентированного производства, поощрение экспорта продукции с высокой долей добавленной стоимости, привлечение иностранных инвестиций, создание стабильной макроэкономической обстановки в стране.

Что касается перехода к  рынку, до 1992 г. плановая система лишь дополнялась рыночной, в 1992 г. было объявлено  о строительстве социалистической рыночной экономики. Переход к ней  происходит не через замену плановой системы рыночной, а через постепенное  вытеснение частным сектором и рыночными  процессами государственного планирования и  контроля, сопровождающееся созданием  механизма косвенного макроэкономического  регулирования со стороны государства. Ход реформ свидетельствует о  подобной трансформации.

Анализируя процесс проведения реформ, возникает впечатление об авторитарной роли государства.

Начало реформ обозначают концом 1978 г. (3-ий пленум 11-го созыва ЦК КПК), но если рассматривать периодизацию реформ вне решений съездов и  пятилетних планов, можно сказать, что  изменения начались сразу после  ухода Мао в 1976 г. Не опираясь на пятилетки, период проведения реформ можно разделить  либо в соответствии с политическими  установками каждого отрезка, либо на более крупные этапы по характеру  проводимых преобразований.

Наиболее используемым в  Китае является деление на: 1978-1984 гг., 1984-1989 гг., 1989-1992 гг., 1992 г. - настоящее  время. Согласно делению на крупные  этапы реформы, можно обозначить следующие: конец 1970-х годов-1992 г., 1992-2000 гг., 2000 г. - настоящее время.

Период конца 1970-х – 1992 гг. характеризуется как экспериментальный, к нему подходит определение «переходить реку, нащупывая ногами камни» – данная Дэн Сяопином характеристика всему процессу реформ. Экспериментальная система подряда в деревне, постепенное наделение правами на самостоятельную деятельность предприятий, затем введение системы ответственности на предприятиях открытие некоторых городов для внешней торговли дали толчок развитию, способствовали оживлению народного хозяйства (учитывая низкий стартовый уровень после «культурной революции»). Стремительно появились и увеличились в числе предприятия поселков и волостей, которые имели право торговать продукцией по рыночным ценам и распоряжаться прибылью самостоятельно. Одними из основных целей создания этих предприятий стало обеспечение занятости избыточной рабочей силы в деревне, трансформация государственных предприятий. Закреплена система двухколейных цен в сельском хозяйстве (на установленную часть продукции действовали жесткие государственные закупочные цены, избыток продукции крестьяне могли продавать по рыночным ценам).

Легкая промышленность начала обгонять тяжелую, их темпы прироста составили 11,7% и 6,6% соответственно. В 1984 г. введена двухколейная система  цен на промышленные товары, но к 1988 г. более 50% товаров продавалось по рыночным ценам.

Государство повышает закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию, увеличивает инвестиции в первичный  сектор. К концу 1980-х годов в  Китае было много крупномасштабных объектов инвестирования, находящихся  в процессе строительства, существовала нехватка капитала для их финансирования. Потребительский спрос был огромным, покупательная способность населения  намного превышала предложение  товаров. Государственные расходы  были больше доходов, размеры кредитов увеличились, выпущено слишком много  валюты. В результате несоответствия спроса предложению, появился дисбаланс  экономической структуры, развитие сельского хозяйства затормозилось, ограниченные ресурсы вкладывались в обрабатывающую промышленность и  непроизводственные объекты, в условиях быстрого роста производства обострились  проблемы дефицита энергии, ресурсов и  транспортных мощностей. В 1988 г. показатели инфляции стали двузначными, индекс розничных цен достиг 18,5%, увеличивающиеся  инвестиции подстегивали повышение  цен, который в 1989 г. составил 17,9%.

Положение усугубили несбалансированное развитие города и деревни, злоупотребления  управленцев и чиновников, сохранение прежней системы «даньвэй» (государственное  предприятие), при которой предприятие  обеспечивало все стороны жизни  работника – занятость, жилье, питание, лечение, пенсии, образование.  Дисбаланс  в экономической сфере вызвал социальную нестабильность, протесты населения, самым мощным из которых  стало выступление на площади  Тяньаньмэнь в 1989 г.

Правительство вынуждено  было прибегнуть к мерам по «охлаждению» экономики: сокращены объемы капиталовложений, сбалансирована инвестиционная структура, поставлено под контроль потребление, ограничена покупательная способность некоторых общественных объединений, были дважды повышены сберегательные ставки, введена система долгосрочных вкладов в юанях, установлен строгий надзор за сбытом основных видов продукции.

Была также проведена  политическая кампания по усмирению  протестовавших.

1992-2000 гг. С начала восстановительного периода (1989-1992 гг.) предпринимались меры по реформированию госпредприятий, которые по своей сути можно отнести к последовательной системной трансформации госсектора: разделение функций правительства и предприятий, чиновников и управляющих, усовершенствование системы подряда на предприятиях, распространение процедуры акционирования, развернута реформа системы оплаты труда. Уже в 1992 г. 21% работников госпредприятий работали на контрактной основе, разработана система страхования безработных. В то же время правительство усилило борьбу с проявлениями разложения в бюрократической среде.

В предыдущем периоде, несмотря на его экспериментальный характер и окончание, отмеченное выступлением на площади Тяньаньмэнь, были заложена база для быстрого роста в будущем. В 1992 г. выдвинуты цели построения «социалистической  рыночной экономической системы  с китайской спецификой» и  курса дальнейшего проведения всемерной  открытости, которые обозначили начало нового этапа реформы и модернизации. Основными направлениями стали:

• одновременное развитие разных форм собственности при главенствующей роли общественной сектора;
• продолжение трансформации хозяйственного механизма госпредприятий, создание «системы современных предприятий» (оптимизация управления предприятий, решение проблемы долгов, рационализация инвестирования);
• формирование системы открытых рынков, соединяющей городской  рынок с сельским, внутренний – с мировым;
• пересмотр правительственных функций по управлению экономикой для усовершенствования макрорегулирования, опирающегося на косвенные меры;
• создание системы справедливого распределения доходов, достижение всеобщей зажиточности, при поощрении обогащения одних районов и людей раньше других;
• разработка многоступенчатой системы социального обеспечения;
• стимулирование экономического развития и сохранение общественной стабильности.

Кроме того, была дана установка  на поддержание стабильных высоких  темпов роста.

Характерной чертой данного  периода является стратегия экспорториентированного  производства и экспорториентированной экономики.

Опора на внешнеэкономическое  сотрудничество стала играть особенно важную роль в период дефляции в  середине 1990-х годов. Предложение  на многие товары на внутреннем рынке  превысило спрос. Другой важной проблемой  стали избыточные производственные мощности, сократились масштабы инвестирования. Многие предприятия торговли вынуждены  продавать товары по ценам ниже себестоимости, процент прибыли поставщиков  стал ниже банковского процента. Следующим  явлением стало последствие азиатского финансового кризиса – снижение спроса на внешнем рынке, что усложнило  ситуацию с перенасыщением внутреннего.

Эти явления свидетельствовали  о переходе экономических сложностей Китая из области производства в  область сбыта. Рынок продавца превратился  в рынок покупателя, возросла зависимость  страны от мирового рынка.

Современный этап с 2000 г. характеризуется отказом в официальных планах развития от погони за темпами роста, тем не менее, темпы прироста ВВП с 2003 г. превышают 10% в год. Правительство возвращается к преобразованиям в области создания системы современных предприятий. Развитие сельского хозяйства, поддержка крестьянства и деревни, строительство «гармоничного общества» на основе среднезажиточного уровня жизни, усиление внимания к охране окружающей среды, повышение внутреннего спроса вместо расширения экспорториентированной экономики, развитие системы социального обеспечения выходят на первый план.

Правительство обратилось к  проблемам сельского хозяйства, деревни и крестьянства: принят закон  о земельном подряде как основной форме земельных отношений, подряд может быть передан подрядчиком  другим лицам в пользование. Правительство  задумалось об установлении минимума цен на сельскохозяйственную продукцию, на экспериментальной основе проводятся преобразования системы сельскохозяйственного  налогообложения, в ряду важнейших  мер – отмена сельскохозяйственного  налога с 2006 г. Служившее долгое время  интересам города сельское хозяйство  получает новый стимул к развитию. Вместе с ростом спроса на сельскохозяйственную продукцию, дефицитом природных  ресурсов, в первую очередь, земли, повышается себестоимость рабочей силы в  деревне. В 2007 г. выросли цены на продовольствие. Положительным следствием этого  повышения цен стал рост доходов  крестьян, отрицательным – повышение  цен на другие товары народного потребления. Учитывая бум на фондовом рынке, стремительный  рост цен на недвижимость, повышение  курса юаня (переход от политики фиксированного курса к регулируемому  произошел в 2005 г.), угроза серьезной  инфляции в Китае сохранится на  ближайшее будущее.

В начале нового века активно  разрабатывалась концепция «идти  вовне», включающая восполнение недостатка сырья, вывоз и ввоз новой техники  и оборудования, развитие новых отраслей, формирование собственных транснациональных  корпораций, содействие экономическому развитию стран третьего мира. Китай  превращается в активного инвестора  на мировом рынке. Этому способствуют стремительно возросшие после отмены фиксированного курса юаня золотовалютные резервы страны. В то же время правительство начало ограничивать присутствие иностранного капитала в стране.

Вступление в ВТО –  один из показателей присутствия  страны в мировой системе наравне  со стремлением лидировать в региональном сотрудничестве и с усилением  роли в глобальных экономических  процессах. Правительство Китая  неоднократно заявляло о необходимости  перехода от обеспечения мирного  окружения к активному формированию внешних условий, естественно, мирным путем.

Реформы в Китае, бесспорно, относятся к градуалистским преобразованиям. Постепенность реформ и гибкость правительства к изменению обстоятельств  в значительной степени обусловили положительные результаты.

3. Концепция «китайского пути»

Сложившаяся в последние  годы международная обстановка, трудности, с которыми сталкивается развивающаяся  китайская экономика, глубокие изменения  в обществе, все возрастающая потребность  людей в участии в политическом процессе - каждый из этих вопросов ставит перед лидерами Китая непростой  выбор. Однако сейчас, оказавшись в  такой ситуации, правительство все  чаще предпочитает не делать никакого выбора вовсе. Скоро откроется 18 съезд Коммунистической партии Китая. На этом съезде бразды правления страной будут переданы в руки нового лидера, поэтому весь мир пристально следит за развитием событий. И людей интересует не столько то, каким будет состав правительственной группы, как то, какие реформы в этих новых условиях будет проводить новая политическая верхушка.

Концепция "китайского пути" - это своего рода обобщение китайскими чиновниками всего опыта развития страны. В последние несколько  лет в Китае активно ведется  обсуждение так называемой "китайской  модели" экономики. Однако, несмотря на то, что подобная дискуссия и выглядела изначально весьма многообещающей, она довольно быстро политизировалась и превратилась в площадку для идеологического спора между правыми и левыми. Левые утверждали, что "китайская модель" работает великолепно, даже лучше, чем западные модели развития, и что нет никакой нужды в ускорении реформ. Правые же заняли противоположную позицию, и не только считали, что не существует какой-то особой "китайской модели", но и утверждали, что основная цель реформ как раз должна заключаться в том, чтобы покончить с существующей моделью развития. Сложилось ощущение, что правительство всеми силами старается избежать участия в этом споре: кроме некоторых чиновников, существующих на периферии политической сферы, политики даже перестали упоминать концепцию "китайской модели". Вместо этого они взяли на вооружение идею "китайского пути", пытаясь в рамках этой концепции обобщить весь тридцатилетний опыт политики реформ и открытости, а за ним и все 60 лет с момента образования КНР.

Сложившаяся в последние  годы международная обстановка, трудности, с которыми сталкивается развивающаяся  китайская экономика, глубокие изменения  в обществе, все возрастающая потребность  людей в участии в политическом процессе - каждый из этих вопросов ставит перед лидерами Китая непростой  выбор. Однако сейчас, оказавшись в  такой ситуации, правительство все  чаще предпочитает не делать никакого выбора вовсе. И тому есть несколько  причин.

Во-первых, некоторые представители  правящей верхушки вообще стараются  избегать принятия решений. Сталкиваясь  с тем, что ситуация становится только сложнее с течением времени, они  либо не знают, какие у них есть варианты, либо не знают, что выбрать. В результате они предпочитают выжидать. Они знают только то, на что не способны пойти, а что могут сделать  – не представляют. Подобный подход можно назвать "политикой бездействия". Во-вторых, хотя и есть другие политики, обладающие как силой воли, так и желанием проводить реформы, они оказываются связанными множеством факторов, под воздействием которых действовать практически невозможно. Результат тот же – бездействие. Эту ситуацию можно обозначить так: "желание действовать есть, а возможностей для этого нет". В-третьих, бездействие – выбор, продиктованный наличием взаимоисключающих интересов внутри партии. Когда у власти стоит сильный человек, он делает выбор, исходя из своих личных наклонностей, а потом посредством различных способов и механизмов распространяет свою волю, и, следовательно, политику, продиктованную этой волей, на все правительство. Однако в Китае сейчас сложилась ситуация, когда внутри партии существуют различные, не всегда совпадающие интересы. На уровне принятия решений это проявляется в существовании системы коллективного руководства, которую мы и наблюдаем сейчас в китайском правительстве.

И тогда возникает вопрос: что ждет Китай, если он будет и  дальше уходить от трудного выбора? Каким будет его будущее? Практически  невозможно с абсолютной точностью  дать ответ на этот вопрос, однако опираясь на исторический опыт Китая и опыт других государств, мы можем попробовать  спрогнозировать то, по каким путям  может пойти развитие КНР.

Во-первых, Китай может  пойти по стопам Советского Союза. Основными  особенностями такого сценария развития событий будут: в экономической  сфере - длительные стагнация и инфляция; в обществе – замедленный темп развития; в политике - самоуправство  политической верхушки. Начав проводить  политику реформ и открытости, Китай  отказался от плановой модели экономики. Однако сейчас в западных странах  все сильнее становятся опасения, что Китай может в какой-то мере к ней вернуться. И действительно, в последние годы был значительно  расширен сектор государственных предприятий, государственный капитализм снова  начинает играть в национальной экономике  ведущую роль, и все более явной  становится зависимость экономического строя от политических решений. В то же время, поскольку Китай сталкивается с все более серьезными международными проблемами, также сохраняется опасность милитаризации национальной экономики. Стоит только Китаю начать конкурировать с США и другими западными странами в военной сфере, как вероятность такого сценария тут же увеличится. Опять же, если Китай пойдет по этому пути, то правящая партия сможет, по аналогии с Советским Союзом, с одной стороны, опираться в экономической сфере на государственный сектор, а с другой стороны пользоваться националистическими настроениями и образом внешнего врага для легитимизации своих действий. А политический диктат номенклатуры, даже несмотря на то, что внутри управленческого аппарата происходит постоянная смена поколений, будет сохраняться до тех пор, пока не произойдут коренные изменения в структуре государства.

Во-вторых, Китай может  продолжать идти по дороге авторитаризма. Этот сценарий значительно отличается от предыдущего. В первом случае мы будем иметь очень жесткое, негибкое правительство, обладающее абсолютной властью; во втором же случае будет  существовать политический строй, обладающий довольно большим запасом гибкости. Цель такого режима – сохраняя и  развивая идеи авторитаризма, осуществлять управление и контроль над экономической, политической и социальной сферами  общества. Гибкости подобного строя  вполне достаточно, чтобы идти в  ногу со временем, вносить какие-то небольшие изменения в существующую систему, а в некоторых сферах, возможно, даже менять положение дел  коренным образом – но значимого  изменения существующего строя  не произойдет.

В-третьих, Китай может  выбрать путь постепенного реформирования политического строя и, в конце  концов, прийти к западной демократической  модели. Эта точка зрения, распространенная в научной и политической среде  как в самом Китае, так и  за рубежом, выглядит более оптимистичной. По сути, такое будущее – логическое развитие второго, авторитарного варианта. Согласно этой точке зрения, по мере того, как авторитарный строй будет  допускать небольшие изменения, они будут понемногу накапливаться, пока, подхлестываемые политикой "наращивания темпа реформ", не вызовут качественный скачок в развитии государственного строя, а именно переход от авторитаризма к демократии. Но существует и другое мнение. Некоторые люди не считают, что "наращивание темпа реформ" может помочь Китаю отвечать на те вызовы и проблемы, с которыми он сталкивается сегодня. Если мы остановимся на том, продолжают они, чтобы реформировать страну постепенно, шаг за шагом, то вполне возможно, в конечном итоге окажемся в кризисной ситуации. В то же время скептики не верят, что политика "наращивания темпа реформ" может вызывать качественное изменение государственного строя и превратить Китай в демократическое государство западного типа. Для того чтобы это произошло, должна быть реформирована сама политическая система, однако "наращивание темпа реформ" помогает лишь справиться с напряжением, возникающим в ходе конкуренции с западной демократической моделью, но не меняет авторитарный характер существующего строя.

В-четвертых, Китай может  пойти по пути радикальных преобразований, вплоть до развала существующей системы. Надо сказать, что речь здесь идет не о распаде страны и общества, а о распаде Коммунистической партии Китая. После распада коммунистического  строя в рамках Советского Союза  и республик Восточной Европы ни на миг не утихали голоса, предсказывающие  скорый развал КПК. Существуют даже книги  и исследования, главной темой  или заглавием которых является "Распад Китая". Некоторые самоуверенные  западные авторы даже называли точную дату, когда это должно произойти, вплоть до конкретных дней. В китайских  либеральных и левых кругах тоже есть поклонники этих идей. На самом  деле логика, стоящая за подобными  рассуждениями, очень проста: с одной  стороны мы видим трудности и  проблемы, стоящие перед современным  Китаем, с другой стороны понимаем, что правительство предпочитает уходить от выбора и ничего не предпринимать. Совмещаем бездействие с кризисом и на выходе неотвратимо получаем радикальные преобразования и революцию.

Уже довольно долгое время  в политических кругах Китая формировалось  понимание, что для сохранения стабильности стране нужны перемены, и к вопросу  необходимости реформ в Китае  сейчас подходят исходя именно из этого  принципа. Но на данный момент такого рода настроения и сам принцип уже  не соответствуют действительности. Текущая ситуация диктует новые  требования: "стране нужны стабильные перемены". Слова те же, но смысл  иной. Если взять принцип "перемены нужны для стабильности страны", то во главе угла стоит стабильность, а перемены как таковые уходят на второй план. У чиновника любого уровня взгляд на это один: не меняться, избегать реформ. И это понятно. Если ставить стабильность превыше всего, то любые серьезные перемены, конечно, выглядят угрозой: они же могут нарушить стабильность. Поэтому-то чиновники  и мешают проведению реформ всеми  возможными способами. "Отстаиваем стабильность" – девиз, под которым  и прошли последние несколько  лет – как раз продукт идей "перемены нужны для сохранения стабильности".

Если задуматься, уже в  древнем тексте "Книги перемен" было написано о той огромной роли, которую играют изменения в нашей  жизни. Все в мире меняется, и только сама потребность в переменах  остается неизменной. Многотысячелетний  опыт китайской истории говорит  нам: "если не меняешься сам, то будешь изменен против своей воли, и эта  перемена будет радикальной, если не революционной". Если осознать, что  подобные вынужденные изменения  и революция для Китая уже  не просто слова, а вероятные сценарии развития событий, то рассуждения на тему, нужны ли ему перемены вообще, отпадают сами собой.

Список использованных источников

1. Девятов А. Красный дракон: Китай и Россия в двадцать первом веке. – М.: Инфра-М, 2006. – 152с.
2. Котляров Н.Н. Экономические отношения КНР с США. - М.: Издательство Норма, 2008. - 138с.
3. Китай в двадцать первом веке: глобализация интересов безопасности. Коллективная монография /Под ред. Чуфрина Г.И./. – М.: Академический проект, 2007. – 163с.
4. Песков Ю.С. СССР – КНР: от конфронтации к партнёрству.- М.: Инфра-М, 2004. - 256с.
5. www.centrasia.ru