Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Китайские опиумные войны

Реферат

Тема: Опиумные войны в Китае

Имя: Владислав Назаренко

Класс: 11б

Школа: А.Мамытова

Содержание

Введение....................................................................................... 3

Первая опиумная война (1839-1842 гг.)................................. 4

Вторая опиумная война (1856-1860 гг.)................................. 9

Продолжение военных действий (1859 г.)............................. 11

Военные действия (1860 г.)..................................................... 12

Заключение................................................................................. 14

Введение

К началу XIX века всё отчётливее стали проявляться черты кризиса цинского Китая. Падал авторитет центральной власти. Большая часть чиновничества погрязла в коррупции. Организация войск в масштабах отдельных провинций явно уступала в боевой выучке и вооружении армиям европейских стран.

Недовольство проводимой Цинами политики вылилось в начале XIX века в ряд народных волнений, организованными тайными обществами. Глубокий кризис охватил и экономику. В стране продолжался процесс обезземеливания крестьян, собственность многих из них постепенно переходила в руки ростовщиков, купцов и помещиков. Ситуация усугублялась частыми неурожаями, наводнениями и другими стихийными бедствиями.

В тяжёлом материальном положении находились также жители городов. Даже владельцы частных мануфактур не могли себя спокойно чувствовать, так как в большей степени зависели от крупных монопольных торговых компаний.

В начале XIX века Цины продолжают проводить политику самоизоляции от остального мира. Однако такое положение уже не могло устраивать многие европейские державы, к этому времени находившиеся на стадии бурного экономического роста и нуждавшиеся в новых рынках сбыта своих товаров, в дешёвых источниках сырья и рабочей силы.

Особую активность проявляли представители Ост-Индской компании, до 1834 года пользовавшейся правом монопольной торговли с Китаем. Начиная с 1793 года, Великобритания несколько раз предпринимала попытки «открыть» Китай. Был подписан ряд договоров. Главным успехом англичан стало увеличение ввоза в Китай из соседней Индии опиума, что приносило его продавцам огромные прибыли.

Китайское правительство неоднократно пыталось воспрепятствовать опиумной торговле. Так, в 1800 году было принято решение о запрещении его ввоза в пределы Китая. В 1836 году китайские власти вновь приняли такое же решение. Однако иностранцы попросту игнорировали запреты в угоду своим собственным коммерческим интересам. Опиум составлял более половины стоимости всех ввозимых в Китай английских товаров.

В самом Китае в правящих кругах обсуждался вопрос о легализации опиумной торговли. Некоторые сановники предлагали запретить его курение лишь этническим маньчжурам, военным и гражданским чиновникам. Однако богдыхан их не поддержал и прислушался к мнению противников опиумной торговли [7].

Экономический аспект:

после открытия товаров китайского производства Старым Светом, главным образом чая и шёлка, они стали пользоваться огромной популярностью среди европейского, а затем и североамериканского населения. Однако по мере увеличения товарооборота для оптовых покупателей китайских товаров на горизонте замаячила экономическая проблема. Китайцы требовали в качестве оплаты серебро, что со временем должно было превратить куплю-продажу чая и шёлка невыгодным делом для ведущих английских и купеческих домов других западных стран. В целях упреждения дальнесрочных прогнозов именитые административные и военные деятели Великобритании, ещё в 1773 году высказали идею о целесообразности развернуть через Ост-Индскую кампанию (1600-1858) массовую продажу китайцам индийского опиума также за серебро. Политики и торгаши цинично рассчитали, как по мере привыкания к наркотику всё большего числа населения Поднебесной империи, уплаченный за китайские товары драгоценный металл в куда более значительном объеме станет возвращаться обратно в Англию.

Однако китайцы согласились, как и прежде, приобретать только 200 ящиков опиума (в зависимости от единицы измерения - аптекарский или торговый фунт - от 10 до 13 тонн) строго для медицинских потребностей. Англичане же хотели продавать опий в неограниченных количествах, сколько позволит спрос. И так как их коварные планы расстроились, Ост-Индская кампания занялась долговременными нелегальными поставками наркотика из Индии в Китай, доведя к 1838 году количество ввозимых ящиков до 39 тысяч, общим весом свыше 235 тонн и стоимостью 25 миллионов долларов.

По некоторым данным, с 1795 по 1838 годы «варвары» завезли в Китай 450 тыс. ящиков или 27 тысяч тонн опиума! При этом китайское правительство «хорошо видело, что ввоз опиума происходил не без ведома английских купцов, и неоднократно обращалось к резидентам Ост-Индской компании с требованием прекратить эту торговлю», но безрезультатно [9].

опиумная война китайский

Глава 1. Первая опиумная война (1839 - 1842 гг.)

В Китае зима. Собран рис и разложен в корзины,

Полено горит в очаге для тепла и для света,

И опиум собран, и чай - для чего еще зимы.

И снежные тучи идут с плоскогорий Тибета [1].

Миллионы китайцев, от простых кули до принцев, стали жертвами пагубного пристрастия. Правительство с ужасом обнаружило, что среди служащих Уголовной и Налоговой палат больше половины - наркоманы. Государственные институты, система искусственного орошения, даже императорская гвардия разваливались на глазах. Наказания за «злоупотребления опиумом» не помогали. Ситуация в стране стала катастрофической.

Часть китайского общества понимала опасность, исходившую от цивилизованных европейцев. На антианглийских митингах в разных городах Китая слышались призывы к сопротивлению: « …английские варвары убили бы всех нас, если бы они могли совершить это. Они - псы, чьи желания никогда не могут быть удовлетворены. Поэтому нам не нужно выяснять, является ли мир, который они сейчас предлагают, подлинным или притворным. Давайте поднимемся, вооружимся, объединимся, и выступим против них!» [7]

Китайский император Даогуан осознавал всю пагубность курения опиума для своих подданных. Поэтому для восстановления правил, разбора столкновений, происшедших между областным управлением Кантона и английскими купцами, а главным образом для прекращения торговли опиумом туда был послан в марте 1839 г. императорский комиссар Линь Цзесюй, облеченный обширными полномочиями. Ему довелось сыграть выдающуюся роль не только в качестве талантливого администратора и борца с наркоторговлей, но и как представителя прогрессивно мыслящей части китайской элиты.

Линь Цзесюй (1785-1850) родился в провинции Фуцзянь, происходил из обедневшего старинного аристократического рода, из которого вышло несколько высших китайских сановников. Получил хорошее домашнее воспитание, учился в академии Ханьминь, где получил конфуцианское образование. С 1820 года являлся императорским особоуполномоченным в провинции Цзянсу. Ещё в 1833 году подал на имя императора доклад с предложением запрета торговли опиумом. В нём он подробно обосновал необходимость этого шага, составил подробный план мероприятий, направленный на искоренение этого зла, предложил строго карать изготовителей и продавцов опиума, а также содержателей притонов для его курения. Причём в целях устрашения, он предлагал карать не только самих виновных, но и их родственников. Программа Линь Цзесюя больше других аналогичных проектов понравилась императору Даогуану, который в 1838 году назначил Линь Цзесюя на пост Высочайше уполномоченного эмиссара по борьбе с опиумной контрабандой в провинции Гуандун для расследования и принятия мер по «опиумному» вопросу [7].

С самого начала Лин показал, что имея намерение уничтожить торговлю опиумом, он не остановится ни перед какими мерами. Первым его требованием было, чтобы резидент Ост-Индской компании Дент и главноуправляющий английской торговлей, капитан Эллиот, явились в Кантон для объяснений. Вслед за тем он объявил резидента Эллиота и всех английских купцов пленными до тех пор, пока весь опиум не будет выдан китайским властям. Несмотря на объяснения капитана Эллиота, что честно торгующие английские купцы не могут быть ответственны за действия своих соотечественников, занимающихся контрабандой, комиссар Лин настаивал на выдаче опиума. Вся китайская прислуга, находившаяся в услужении у английских купцов, должна была, по приказанию Лина, покинуть своих хозяев, и население Кантона, возбуждаемое его прокламациями, стало обнаруживать к ним неприязненные чувства. В таких затруднительных обстоятельствах, не имея инструкций от своего правительства, капитан Эллиот уступил требованиям Лина, отчасти из желания спасти груз чая, закупленный английскими купцами. Эллиот, для освобождения английских купцов, потребовал от всех великобританских подданных выдачи опиума, с обещанием, что правительство заплатит все убытки. Благодаря такой уступчивости, весь сбор чая 1839 года мог быть вывезен в Англию, и купцы получили свободу, но 3 июня опиум был уничтожен по приказанию Лина [2].

Правительство Британии тотчас объявило действия Линь Цзесюя нарушением прав и интересов британских торговцев, требуя возмещения убытков.

Эти события стали предлогом к началу войны Китая с Великобританией, получившей в историографии название «опиумная».

Явно враждебные действия китайского правительства заставили английское министерство принять срочные меры. Вся эскадра, плававшая в индийских морях, получила приказание сосредоточиться в Сингапуре, начальником ее был назначен адмирал Георгий Эллиот, долженствовавший прибыть с мыса Доброй Надежды с несколькими судами.

План экспедиции. Первой целью действий эскадры должно было быть овладение островом, могущим служить складочным пунктом для продовольствия, депо для войск и обладавшего хорошей стоянкой для флота. Первоначально предполагалось занять остров Ли-тинг, господствовавший над устьем Жемчужной реки и представлявший собой прекрасную базу для эскадры, действовавшей против Кантона.

Затем английское правительство требовало, чтобы эскадра овладела немедленно фортами, защищавшими вход в Жемчужную реку и известных под названием форта Бокки. Начальник английской эскадры не разделял последнего мнения, считая за лучшее не атаковать фортов Бокки, ибо китайцы, обратив на них внимание, могли бы усилить укрепления и сделать вход в реку совершенно недоступным.

Относительно дальнейшего образа ведения предстоящей войны существовало два плана.

Первый ставил непременным условием занятие Кантона, в котором начались враждебные действия против англичан и где впервые был оскорблен великобританский флаг. Наказанием Кантона полагали устрашить китайское правительство и заставить его согласиться на требуемые уступки.

По второму плану предполагалось первоначально занять остров Чусан, лежащий близ устья реки Янцзы, господствующий над ней. Упомянутая река, по своим размерам и свойствам, представляет главную жизненную артерию Китая; с помощью знаменитого Императорского канала она соединена с другими важнейшими реками страны - с Пей-хо и Гоанг-хо. Захватив город Чин-кианг-фу, расположенный на Янцзы в месте соединения с Императорскими каналом, можно прервать все торговые сношения между южными и северными провинциями. С перерывом сообщений по императорскому каналу, в столице Китая неминуемо должен наступить голод, так как население его питается главным образом продуктами, подвозимыми из южных провинций. Кроме того 90 верст выше Императорского канала по течению Янцзы лежит Нанкин, второй по важности и по торговле город, занятие которого нанесло бы также сильный удар Китаю [2].

Пользуясь выгодным положением острова Чусан, можно было легче принудить китайцев исполнить требования английского правительства, а потому был принят второй план.

После прочного занятия Чусана начальник эскадры должен был отправиться в Печелийский залив, к устью реки Пей-хо, и попытаться оттуда войти в сношение с Пекинским двором.

Целью экспедиции было поставлено добиться: во-первых, полного удовлетворения для всех английских подданных, потерпевших от действий комиссара Лина; во-вторых, разрешения свободной торговли в китайских портах, и в-третьих, обеспечения английских подданных от повторения подобных насилий.

Относительно способа ведения войны, английское правительство требовало, чтобы все неприязненные действия были исключительно направлены против китайского правительства и мандаринов, а не против народа, которому следовало показывать вид, что англичане не питают к нему никаких враждебных чувств. Такое наставление было дано начальнику эскадры, потому что в Европе господствовало мнение, что между маньчжурским правительством и китайским народом существовала непримиримая вражда. Подобная инструкция, однако, оказалась трудно выполнимой, и на деле народ гораздо более ненавидел иностранцев, чем своих маньчжурских правителей, к игу которых он уже успел привыкнуть.

В то время как англичане деятельно приготовлялись к войне, китайцы не принимали никаких решительных мер к защите, веруя в свою традиционную непобедимость и в свое военное превосходство над Европой. Между тем в действительности китайская армия была в самом жалком состоянии. Войска делились на маньчжурские и на собственно китайские. Первые считались лучшими и были подразделены на восемь знамен, численность которых в точности определить невозможно, но в каждом знамени должно было быть около 10,000 человек. Вторые имели одно зеленое знамя, исключительно им присвоенное, и находились под командою частью маньчжурских, частью китайских офицеров. Войска зеленого знамени представляли собою худшую часть войск. Кроме того имелась еще Императорская гвардия, разделенная на три бригады и состоявшая исключительно из одних маньчжур; в ней насчитывалось до 23,000 пехоты и 3,000 кавалерии. Вооружение китайской армии весьма разнообразное: солдаты имели фитильные ружья, арбалеты, луки, копья и сабли. Артиллерия состояла из пушек самых разнообразных калибров, без всяких приспособлений для прицеливания. Стрельба из орудий разрывными снарядами была вовсе неизвестна китайцам, хотя в некоторых укреплениях англичане нашли гаубицы, предназначавшиеся для стрельбы пустотелыми снарядами. О тактической подготовке китайских войск не может быть и речи, во все время войны ни разу не было замечено, чтобы они двигались стройно. Укрепления китайцы строили не придерживаясь никаких фортификационных правил. Стены укреплений были огромной толщины, но основания весьма непрочны. Для прекращения движения судов по рекам китайцы перегораживали их плотами и сваями, а иногда затопляли в речном ложе джонки, наполненные камнями. В храбрости и стойкости китайские войска также себя не проявили; в рукопашный бой они никогда не вступали, а всегда заранее очищали позиции при одном приближении английских войск [2].

Первые выстрелы прозвучали 4 сентября 1839 года. Англичане обстреляли со своих кораблей у полуострова Цзянлун китайские военные суда. В ноябре того же года они начали боевые действия у берегов Китая, ожидая подкрепления. Линь Цзесюй, в свою очередь, запретил прибытие английских судов в Кантон. 5 января 1840 года указом императора он был назначен наместником Лянгуана с широкими полномочиями, и на него персонально была возложена ответственность за дальнейший ход событий.

Тем временем, собравшаяся у Сингапура эскадра, не дождавшись адмирала Эллиота, 30 мая 1840 года под командой Сэра Гордона Бремера отошла к берегам Китая. Эскадра состояла из 3-х линейных 74-х пушечных кораблей; 2-х фрегатов, вооруженных 20-28 орудиями; 5 корветов и бригов; 4 пароходов, вооруженных артиллерией и принадлежавших Ост-Индской компании, и 28 транспортов, вооруженных 2 орудиями и 6-ти фунтовой пушкой для гребных судов. Всего в эскадре было 18 боевых парусных судов и 4 парохода. Сухопутные силы экспедиции в общей сложности достигали до 4094 человек, не считая прислуги [2].

Несмотря на то, что экспедиционный корпус в составе более четырёх тысяч человек уже в июне 1840 года, нарушив запрет Линь Цзесюя, готовясь к боевым действиям курсировал у берегов Китая, официального объявления войны так и не последовало. 5 июля 1840 года англичане атаковали остров Чусан. Им потребовалось двое суток, чтобы высадиться, взять город Тин-гай и вытеснить с острова сопротивлявшихся китайцев. 7 июля к эскадре присоединился адмирал Эллиот.

Англичане блокировали Амой, Нинбо, Кантон, а также устья рек Миньззян, Янцзы и Байхэ. В июле был захвачен и разграблен город Динхай на Чжоушаньских островах. После этого китайцы пошли на переговоры с англичанами. По предварительным условиям мирного договора остров Гонконг уступался англичанам, китайцы обязывались выплатить 6 000 000 млн. долларов контрибуции в шесть лет, сношения между обоими государствами должны были производиться на равных правах, торговля с Кантоном восстановлена за 10 дней, а за уничтоженный опиум в Кантоне китайцы обязались выплатить денежную компенсацию [7].

Такое развитие событий привело к полной растерянности в лагере Цинов. Китайски власти отстранили от должности Линь Цзесюя, заменив его на Ци Шаня, который начал переговоры, предварительно приняв все условия англичан. Такой капитулянтский шаг вызвал волну недовольства в среде китайской элиты, в тот период ещё питавшей иллюзии относительно истинного места их страны в окружающем мире. В результате богдыхан не утвердил это соглашение, а Ци Шаня арестовали как изменника.

После этих событий английское правительство направило в Китай дополнительные подкрепления и в августе 1841 года туда прибыло ещё 36 военных судов, с помощью которых были захвачены окрестности Кантона, порты Амой и Нинбо. Весной 1842 года пала крепость Усун близ Шанхая, а в середине июня и сам Шанхай. Затем английские военные корабли двинулись по реке Янцзы для захвата Нанкина. По пути произошло сражение у города Чжецзян, который был захвачен 21 июля. Таким образом, англичане получили возможность контроля над одним из наиболее стратегически важных районов Китая.

Военные действия показали военную и экономическую слабость Китая, его неспособность противостоять натиску европейских держав. Китай был вынужден пойти на переговоры с англичанами.

августа 1842 года на палубе британского военного корабля "Корнуэлс", был подписан первый неравноправный договор между Великобританией и Китаем, получившим название по месту его подписания - Нанкинский. Китайские власти обязывались открыть для английских торговцев порты Кантон, Амой, Фучжоу, Нинбо и Шанхай. Китай должен был выплатить 21 млн. лян серебра в качестве контрибуции, ликвидировать монопольную торговую компанию Кохконг (Гуханг). Английские товары облагались лишь пятипроцентной пошлиной (от их стоимости), о. Гонконг переходил под контроль Великобритании, все пленные должны были быть освобождены.

-го сентября в Нанкин прибыл ратифицированный трактат, и английский флот немедленно удалился из р. Янцзы, чем и окончились военные действия [2].

Таким образом, этот договор означал вступление Китая в новую полосу своего развития, характеризовавшуюся полуколониальной зависимостью от западных держав [7].

Однако британцам так и не удалось добиться формальной легализации ввоза опиума в Китай, хотя договор фактически не запрещал контрабандную торговлю. Это не могло удовлетворить англичан. Видя слабость цинского режима, они вскоре навязали ему новое неравноправное соглашение. В октябре 1843 года между двумя странами был подписан Хумыньский договор из 17 пунктов, согласно которому для иностранцев в Китае устанавливался режим экстерриториальности, в «открытых» портах определялись специальные жилые кварталы - сеттльменты, в которых управление и поддержание общественного порядка осуществлялось самими иностранцами по своим законам. Англичане получили в Китае режим наибольшего благоприятствования.

В 1844 году подобные договоры были подписаны с США и Францией.

Указанные договоры в значительной степени ущемляли суверенитет и экономическое положение Китая. Теперь, помимо ввоза в страну опиума, сюда стали поступать в больших количествах английские и американские хлопчатобумажные ткани, что приводило к разорению местных товаропроизводителей, не выдерживавших конкуренции ни по цене, ни по качеству. Из Китая ещё в больших объёмах пошёл отток серебра, также осложнявшего экономическую ситуацию. Если в 1830 году 1лян китайского серебра составлял 1 тыс. медных монет, то 1848 году он равнялся 2 тыс. монет, а в 1851 году - уже 4700 медных монет. Цины вводили новые налоги, приходило в упадок сельское хозяйство.

Глава 2. Вторая опиумная война (1856 - 1860 гг.)

В 1851 - 1864 гг. в Китае шла гражданская война. Вследствие опиумной войны, имперская власть ослабла. На территории Китая образовалось Тайпинское государство, с которым китайское правительство вело изнурительную борьбу.

В первый период движения тайпинов западные державы неоднократно делали заявления относительно своего нейтралитета, но после народного восстания в Шанхае 1853 года стало ясно, что они всё больше склоняются к поддержки Цинов. Тем не менее в своём стремлении проводить политику «разделяй и властвуй», англичане не исключали возможности раздела Китая на два государства и даже направили к лидеру тайпинов Хун Сюцюаню в Нанкин официальную полномочную делегацию с целью получения права на судоходство по реке Янцзы и торговых привилегий на землях, контролировавшихся тайпинами. Руководители тайпинов дали на это своё согласие, но в качестве ответного шага со стороны англичан потребовали запрета торговли опиумом и уважении законов Тайпин Тяньго [7].

Несмотря на заявленный нейтралитет, западные державы уже в 1854 году попытались использовать Гражданскую войну в своих корыстных целях. Дипломатические представители Великобритании, Франции и США предъявили китайскому императору совместное требование о перезаключении договоров 1842 - 1844 гг. Державы требовали себе права неограниченной торговли на всей территории Китая, допущения своих постоянных послов в Пекин, официального права торговать опиумом. Китайское правительство отклонило эти требования, но к открытому конфликту это не привело, так как военные силы Великобритании в это время были связаны в войнах с Россией, Ираном и Индией [3].

В 1856 году обстановка изменилась. Великобритания и Франция освободили свои силы после Крымской войны, что дало возможность искать повод для развязывания военного конфликта в Китае. Такой повод вскоре нашелся.

В 1856 году английский генерал-губернатор Гонконга сэр Дж. Боуринг получил письмо с извещением о казни французского миссионера Шапделаня, совершенной в городе Синьлисянь, в провинции Гуанси, по приказанию некоего мандарина, вопреки одной из статей трактата, обязывающей китайское правительство доставлять виновного в ближайшее консульство своей нации для производства над ним суда в присутствии консула. 8 октября того же года у города Кантона было захвачено каботажное судно «Эрроу», плававшее под английским флагом. Китайский офицер сорвал с него этот флаг и арестовал 12 человек матросов-китайцев, находившихся под командою английского капитана. Офицер этот действовал, как оказалось впоследствии, по приказанию вице-короля, отличавшегося своим враждебным настроением по отношению к европейцам. Английский консул в Кантоне М. Паркес обратился по поводу этого оскорбления национального флага с письмом к вице-королю, от которого требовал, по приказанию сэра Боуринга, освобождения арестованного экипажа и присылки письма с изъявлением сожаления о произошедшем событии [2].

Одна китайская джонка, была захвачена англичанами в ответ на произведенное насилие, и 15 октября Паркес, известив вице-короля об этом захвате, сообщил ему, что английские морские силы сосредоточились у форта «Барвер» на Жемчужной реке в ожидании удовлетворительного ответа. Вице-король оставался непреклонным, и только угроза, высказанная в послании от 21 октября, где говорилось, что в случае отказа через 24 часа будут открыты военные действия, заставила его выдать 12 арестованных матросов; письменного же извинения по поводу оскорбления английского флага он так и не прислал.

Уклонение вице-короля от извинения генерал-губернатор Гонконга считал оскорбительным для достоинства Англии и потому после совещания с контр-адмиралом Сеймуром, командовавшим эскадрой, приказал тому овладеть укреплениями, оборонявшими речной путь к Кантону.

Видя военные приготовления Англии, французский император Наполеон-III пожелал присоединиться к англичанам, добиваясь пересмотра торгового договора, заключенного в Вампу, и упрочения влияния Франции в китайских водах. С этой целью для ведения переговоров с китайским правительством в мае 1857 года был послан в качестве чрезвычайного посланника французского императора барон Гро, с требованием удовлетворения за убийство миссионера и правом прибегнуть в случае надобности к силе оружия [2].

В конце октября 1856 года английская эскадра начала обстрел Кантона. Китайское население организовало отпор значительно более сильный, чем в период «прошедшей» войны.

Англичане и французы начали подготовку к войне. Общий план действий должен был быть установлен обоими послами, лордом Эльджином и бароном Гро, последний из которых прибыл на место только 13 октября 1857 года.

В декабре 1857 года Великобритания предъявила Китаю требования пересмотра прежних договоров, которые были тут же отвергнуты. Тогда объединённые англо-французские войска заняли Кантон, взяв в плен местного губернатора.

Союзные уполномоченные, полагая, что взятие Кантона произвело сильное впечатление на Пекинский двор, решили снова вступить с ним в переговоры. Но Пекинское правительство не собиралось вести переговоры, мало того, правительство было недовольно действиями вице-короля, а потому сменило его, назначив нового, столь же враждебного европейцам.

Прождав ответа из Пекина до начала апреля 1858 года, объединённые англо-французские войска начинают военные действия в устье реки Бэйхэ на севере Китая.

Уже 20 мая европейцы захватили форты Дагу в устье реки, а 23 мая двинулись дальше к городу Тяньцзиню. Город представлял собой продовольственный рынок Пекина; с прекращением сообщения с ним столице угрожал голод. Китайское правительство поняло, что всякое дальнейшее сопротивление стало бессмысленным и могло иметь гибельные последствия, тем более что Тяньцзинь легко было разрушить, ибо он не укреплялся китайцами, которые считали невозможным взятие союзниками приступом фортов Дагу и дальнейшее их проникновение в Байхэ. Действительно, адмиралам немедленно по прибытии в Тяньцзинь было послано извещение, что китайский император назначил двух комиссаров с самыми обширными полномочиями для заключения мирного трактата. Вследствие этого барон Гро и лорд Эльджин отправились в Тяньцзинь.

Цинам было трудно вести войну на два фронта - с тайпинами и европейцами, поэтому они капитулировали перед последними. Маньчжурская династия прекрасно понимала, что если их одолеют тайпины, то у власти им не удержаться, зато ни англичане, ни французы не претендовали на имперские права династии. Поэтому Цины выбрали меньшее из зол.

мая, по прибытии обоих уполномоченных, начались переговоры. Вслед за английским и французским уполномоченными в Тяньцзинь прибыли также граф Путятин и американский посланник Рид. Китайские дипломаты оказались весьма уступчивыми по всем вопросам, исключая права иметь постоянные посольства в Пекине. Русский посланник и уполномоченный Соединенных Штатов подписали свои торговые и дружественные договоры раньше союзников, потому что довольствовались временным пребыванием своих посольств в Пекине [8]. Барон Гро и лорд Эльджин решились последовать их примеру и уступить в этом пункте, после чего был подписан 27 июня 1858 года Тяньцзинский мир, а 4 июля утвержден китайским императором.

По условиям Тяньцзиньского мира, европейской торговле, в том числе и опиумом, были открыты шесть новых портов: Цюаньчжоу и Чаочжоу в провинции Гуандун, Тайнань и Даньшуй на острове Формозе (Тайвань) в провинции Фуцзянь, Дэнчжоу в провинции Шаньдун и Нанкин в провинции Цзянсу. Миссионеры получили право свободно путешествовать внутри Китая. Все иностранцы, обвиняемые в каких бы то ни было преступлениях, должны были передаваться в консульства и быть судимы по собственным законам. Китайское правительство приняло на себя возмещение военных издержек.

Договор, заключенный англо-французами с китайцами в Тяньцзине 27 июня 1858 года, обязывал, китайское правительство принять в Пекине посланников Англии и Франции для обмена ратификаций трактата.

.1 Продолжение военных действий (1859 г.)

После продолжительных переговоров европейцам удалось весной 1859 года получить заверение от императорского комиссара Гуй Ляна, что путь в Пекин открыт и что они могут без всяких опасений приезжать. На этом основании английский посланник Брюс и французский де Бурбулон обратились к начальнику английской эскадры в китайских водах адмиралу Хоупу с просьбой предупредить надлежащие власти в провинции Чжили о намерении посланников следовать на своих судах по реке Байхэ в город Тяньцзинь и оттуда в сопровождении почетного конвоя сухим путем в Пекин. Предшествовавшая дипломатическая переписка не оставляла сомнения, что китайское правительство под разными предлогами желает уклониться от выполнения условий Тяньзиньского договора, касающихся приезда послов в Пекин. Вследствие этого приходилось предвидеть возможность вооруженного столкновения, и адмирал Хоуп решился идти в Чжилийский залив во главе довольно сильной эскадры.