Комическое в произведениях Чехова

      Введение.

      Причиной  выбора темы моего реферата является мой глубочайший интерес к творчеству А.П.Чехова. Также на мой выбор повлияло участие в постановке школьной сцены по мотивам рассказа «Размазня».

         Из предложенных мне тем   я выбрала «Юмор в произведениях А.П.Чехова» так как считаю, что юмористические рассказы Чехова наиболее удачны и интересны.

      Чудаков А. Вопросы литературы 1986 г. №8 .стр. 153-169., потому что эта статья подробно посвящена раскрытию приемов комического в произведениях Чехова.

      Мною была сформулирована цель изучить юмор в произведениях А.П.Чехова. Данная цель достигалась через решение следующих задач:

      выявить языковые средства создания комического в рассказах.

      определить  приемы создания комических ситуаций у Чехова

      описать смешные мотивы в сюжетах рассказов Чехова (на примере рассказа «Смерть чиновника»).

      рассказать  о природе комического

      В моей работе приведены примеры из рассказов, не входящих в школьную программу, самостоятельно изученных и проанализированных мною.

            Считаю выбранную мною тему актуальной, так как в современное время часто предпринимаются попытки инсценировать рассказы А.П.Чехова. 
 
 

 

       Глава 1.

      I. Биография А.П.Чехова.

      Антон Павлович Чехов родился 17 (29) января 1860 года в Таганроге в семье купца третьей гильдии. Антон не блистал и в гимназии, где восьмилетний курс прошел за десять лет, задерживаясь в третьем и пятом классах по два года. Но дело было не в нерадивости. Ему просто некогда было учиться. Мальчик был страшно занят в церковном хоре и отцовской лавке.

      И все же не будь в жизни Чехова церковного хора и спевок - не было бы и его изумительных рассказов “Художество” , “Святой ночью” , “Студент” и “Архиерей” с удивительной красотой простых верующих душ, с проникновенным знанием церковных служб, древнерусской речи. Да и утомительное сидение в лавке не прошло для Чехова бесследно: оно дало ему, по словам И. А. Бунина, “раннее знание людей, сделало его взрослей, так как лавка отца была клубом таганрогских обывателей, окрестных мужиков и афонских монахов” .

      В детстве Антон был вынужден выполнять долговые обязательства отца, продавая оставшиеся вещи, и одновременно зарабатывать на жизнь репетиторством.

      Тяжелые впечатления детства и юности найдут позже отражение в рассказах  Чехова о детях. Вспомним хотя бы такие  его рассказы, как “Ванька” , “Спать хочется” . Есть у него также своеобразная серия рассказов об учителях - “Человек в футляре” , “Крыжовник” , “О первой любви” .

      Ранние  литературные опыты Чехова связаны  с рукописным юмористическим ученическим  журналом “Заика” и письмами к родным, где он проявил себя как профессиональный критик, ярко и образно рассказывая о прочитанном и увиденном. В 1880 году в журнале “Стрекоза” появляются первые публикации его юмористических рассказов. Он публикует свои юморески под самыми 1разными, смешными псевдонимами: Балдастов, Брат моего брата, Человек без селезенки, Антонсон, Антоша Чехонте.

        Печатается Чехов тоже в различных изданиях, где принимают его рассказы, но все же отдает предпочтение журналу “Осколки” , где для него был создан специальный отдел под названием “Осколки московской жизни” .  
1884 год оказался необычайно удачным для Чехова. Заканчивая университет, он уже был автором таких великолепных произведений, как “Хирургия” , “Хамелеон” , “Жалобная книга” , “Смерть чиновника” , “Толстый и тонкий”.

      В своей литературной деятельности Антон  Павлович не забывал о том, что  он врач. Доктора становятся главными героями многих его произведений, да и психологию своих персонажей он описывает с чисто медицинской  тщательностью. Даже незнакомым с биографией Чехова читателям будет понятно, что писатель, создавший такие произведения, как “Палата № 6” , “Случай из практики” , “Скучная история” , “Припадок” , - врач по профессии.

      Критики часто ставили в вину Чехову то обстоятельство, что в своих рассказах он изображает мрачный и неприглядный мир, в котором нет места “живому человеку” , как будто этот мир видится глазами больного. Однако писатель по своей натуре был веселым и жизнерадостным человеком.                   В конце июля 1890 года больной чахоткой, в весеннюю распутицу он прибыл на Сахалин. То, что он увидел по пути на Сахалин и на самом острове, потрясло его и все эти свои впечатления Чехов передал в книгах “Из Сибири” и “Остров Сахалин”. 2

      Антон Павлович Чехов всероссийский признанный писатель; В 1888 году он становится лауреатом Пушкинской премии, а в 1900 году - почетным академиком.

      Таким образом,  в истории мировой культуры Антон Павлович Чехов остался как мастер короткого рассказа и нового типа пьесы - трагикомедии. Его умение найти точную художественную деталь, талант отражения тончайших душевных переживаний героев снискали ему известность во многих странах мира. 3 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 

       Глава 2.

      Юмор  в рассказах А.П.Чехова.

      2.1. Языковые средства создания комического в рассказах.

      «Репетитор».

      Смешные фамилии: Зиберов, Удодов.

      Портретные  описания.

      Петя, двенадцатилетний мальчуган в сером  костюмчике, пухлый и краснощекий, с  маленьким лбом и щетинистыми  волосами…

      Просторечивые выражения.

        Ах ты, свинья, свинья! Ведь и вчерась  порол!

      Мешает, скотина, заниматься…

      Экий  ты дурак, братец!

      «Дочь Альбиона».

      Портрет:

      Грябов, большой, толстый человек  с очень  большой головой, сидел на песочке, поджав под себя ноги по-турецки, и  удил. Шляпа у него была на затылке, галстук сполз набок.

      Возле него стояла высокая, тонкая англичанка с выпуклыми рачьими глазами и большим птичьим носом, похожий скорей на крючок, чем на нос. Одета она была в белое кисейное платье, сквозь которое сильно просвечивали тощие, желтые плечи. На золотом поясе висели золотые часики.

      Просторечная  лексика:

      «…Ах  ты, кикимора! Для детей только и  держу этого тритона. Не будь детей, я ее бы и за десять верст к  своему имению не подпустил…Нос точно  у ястреба… А талия? Эта кукла  напоминает мне длинный гвоздь. Так, знаешь, взял бы в землю и вбил…»

      «…Она не женщина, а девица.…О женихах  небось мечтает, чертова кукла. И  пахнет от нее какой-то гнилью… Возненавидел, брат, ее... Как взглянет на меня своими глазищами, так меня и покоробит  всего, словно я локтем о перила ударился…»

      «…да  черт с ней! Все одно, ни бельмеса по-русски не смыслит... Стоит, как чучело, и бельмы на воду таращит…»

      «…Живет дурища в России 10 лет, и хоть бы одно слово по-русски!.. Наш какой-нибудь аристократишка поедет к ним и  живо по-ихнему брехать научиться, а  они…черт их знает!»

        «…Что-с? Не понимаете? Ступай, тебе говорят, отсюда! Мне раздеваться  нужно, чертова кукла! Туда  ступай! Туда!...»

      «Злой мальчик».

      Иван  Иванович Лапкин, молодой человек  приятной наружности, и Анна Семеновна  Замблицкая, молодая девушка со вздернутым носиком..

      «..Я  рад, что мы наконец одни, - начал  Лапкин, оглядываясь. – Я должен сказать вам многое, Анна Семеновна… Очень многое…Когда я увидел вас  в первый раз…У вас клюет…Я  понял тогда, для чего я живу, понял, где мой кумир, которому я должен посвятить свою честную, трудовую жизнь…Это, должно быть, большая клюет…Увидя вас, я полюбил впервые, полюбил страстно! Подождите дергать…пусть лучше клюнет…Скажите мне, моя дорогая, заклинаю вас, могу ли я рассчитывать – не на взаимность, нет! – этого я не стою, я не смею даже помыслить об этом, - могу ли я на рассчитывать на…Тащите!»

      «Мститель».

      Ежедневно продаем  по десятку для разбойников, волков и любовников.. Очень верный и сильный бой, бьет на большой  дистанции и убивает навылет  жену и любовника. 

      Приказчик поднимал и опускал курки, дышал на стволы, прицеливался и делал вид, что задыхается от восторга. Глядя на его восхищенное лицо, можно было подумать, что он сам охотно пустил бы себе пулю в лоб, если бы только обладал револьвером такой прекрасной системы, как Смит и Вессон.

      Застрелиться  или убить жену из Лефоше считается  признаком дурного тона. Хороший  тон признает только Смита и Вессон.

      …А  тульское оружие – это несчастье! Стреляешь из тульского револьвера в жену, а попадешь себе в лопатку…

      На  днях – вы, вероятно, уже читали – один офицер приобрел у нас револьвер системы Смит и Вессон. Он выстрелил в любовника и – что же вы думаете? – пуля прошла навылет, пробила затем бронзовую лампу, потом рояль, а от рояля рикошетом убила болонку и контузила жену. Эффект блистательный и делает честь нашей фирме.

      Любить  чужих жен  теперь так же принято, как курить чужие папиросы и читать чужие книги.

      «…идти  на Сахалин из-за какой-нибудь свиньи тоже не разумно…»

      «Отец семейства».

      Портрет:

      Вид у Степана Степаныча Жилина кислый, помятый, разлохмаченный; на сером лице выражение недовольства: не то он обиделся, не то брезгует чем-то.

      Просторечная  лексика:

      «Желал  бы я знать, какая ссскотина ходит  здесь и дверей не затворяет?»

      «Убрать эту бумагу! Зачем она здесь  валяется? Держим двадцать слуг, а порядка меньше,  чем в корчме.»

      «Шляются  тут…дармоеды!»

      «…не  знаю, какой нужно иметь свинский вкус, чтобы есть эту бурду! Пересолен, тряпкой воняет…клопы какие-то вместо лука…»

      «…Ааа…ты  плакать! Ты виноват, ты же и плачешь? Пошел, стань в угол, скотина!»

      «Хочешь, чтоб я тебя, подлеца такого высек?»

      «Налим».

         Портретные зарисовки героев:

      Плотник Герасим – высокий, тощий мужик  с рыжей курчавой головой и  с лицом, поросшим волосами.

      Плотник Любим – молодой горбатый мужик  с треугольным лицом и с  узкими, китайскими глазками.

      «…ты  держи его, держи, а то уйдет, анафема!»

      «…Да  и беспонятный же мужик, прости царица небесная!»

      «Шел  бы, да и хватал бы сам, горбатый черт…»

      «…там глыбоко…»

      «…Я сичас…под зебры его…Заходи сбоку, пхай его, пхай! Шпыняй его пальцем!»

      «Ну тя к лешему!»»Что вы здесь копошитесь?»

      «….Знамо  дело, дурак»

      «…ну  не лай, а то влетит! Сволочь!»

      «Маска».

      « …Господин Белобухин, выходи к свиньям  собачьим! Что рыло наморщил?»

      «Из огня да в полымя».

      Фамилии: Градусов, Деревяшкин, Калякин

      Градусов – высокий старик с узким, мало обещающим лбом, густыми бровями и с бронзовой медалью в петлице»

      «…кой черт его оскорблял?»

      «…вы, как заявляет он в своем прошении, публично тыкали на него, называли его  ослом, мерзавцем и тому подобное…»

      «Свинья, одним словом»

      «Ну не хамово ли отродье?»

      «Гляжу, и он сидит тут же, со своими писарями пиво трескает. Франт такой, морду  поднял, орет…руками размахивает»

      «Свинья, брат! Рыло ты, рыло»

      «А  ежели я тебя сейчас свиньей нечаянно обозвал, так ты и есть свинья!»

      «Вы их, шельмов, оправдаете, другой оправдает…» 

      «Хамелеон».

      Фамилии: Очумелов, Хрюкин, Пичугин.

      «Так  ты кусаться, окаянная! Ребята, не пущай  ее!»

      «Ужо  я сорву с тебя, шельма!»

      «сКак оштрафуют его, мерзавца, так он узнает у меня, что значит собака и прочий бродячий скот! Я ему покажу кузькину мать!»

      «Он, ваше благородие, цигаркой ей в харю для смеха, а она – не будь дура и тяпни…»

      «Она, может быть, дорогая, а ежели каждый свинья будет ей в нос сигаркой тыкать, то долго ли испортить.»

      «А  ты, болван, опусти руку! Нечего свой дурацкий палец выставлять!»

      «Сердится шельма….цуцик этакий» 

      Антропонимы.

      Под антропонимами понимаются «собственные именования людей: имена личные, патронимы (отчества или иные именования по отцу), фамилии, родовые имена, прозвища, псевдонимы (индивидуальные или групповые), криптонимы (скрываемые имена)» [Русский язык, 1998, с. 31].

      Ранние  рассказы : «Письмо к ученому соседу», «Мой юбилей», «Жизнь в вопросах и  восклицаниях», «Пропащее дело», «Он  и она», «Живой товар», «Цветы запоздалые», «Пережитое», «Мошенники поневоле», «Радость», «За двумя зайцами погонишься , ни одного не поймаешь», «Перед свадьбой», «Петров день», «Суд», «Забыл!!», «Жены артистов», «Корреспондент».

      · Антропонимы рассказов раннего  периода :

      1. В рассказе «Письмо к ученому  соседу»:

      Антропоним  Василий Семи-Булатов - персонаж, неполная модель. Антропоним экспрессивно окрашен  нарицательными словами: «семь» и «булат» , в значении «еще сильнее». Антропоним выполняет функцию сатиры и юмора , сам себя именует «жалким старичком» или «вы изволили поселиться в нашей части света по соседству со мной , мелким человечком, а я все еще не знаю вас , а вы меня стрекозу жалкую не знаете». Это жанрово – смешная фамилия, которая смешна сама по себе соединяясь с числительным.

      Используются  жанрово – смешные фамилии , ложно – мотивированные : Некричихвостов , Фортунатов , Амфитеатров .

      Жанрово – смешными являются двухкомпонентные модели , ничем не мотивированные , употребляются  в разговорной речи : таутоним –  Иван Ивановитш (на конце ч заменена на тш - на иностранный манер) ,

      Франческо Бутронц , Дубадолла Свист , таутоним - Петр Петрученца – Петрурио.

      АВ  – Фердинад Лай - жанрово – смешная  модель : португальское имя и фамилия , которая образована от русского слова  «лай». АД – Лай - фамилия образована от русского слова «лай» . В контексте герой « …с самого утра дерет горло и своим пением никому жить не дает… » .

      Софья Фердрабантеро – Неракруц – Розга - жанрово – смешная модель . Фамилия  представляет собой соединение иностранных  слов с русским словом «розги». Также средством сатиры и юмора является фонетические созвучия –р- .

      Фамильный антропоним - Мурашкина – апеллятивно  – мотивирован нарицательным  словом «мурашка» , в значении маленького и трудолюбивого муравья .Так  в рассказе мы видим , что Мурашкина это трудолюбивая писательница , которую А.П.Чехов соотносит с муравьем : «…она вдруг стала маленькой , как бутылка, закачалась и вместе со столом ушла в глубь комнаты…» .

      · В рассказах раннего периода  можно выделить такие характерные  особенности :

      1.использование двухкомпонентных жанрово – смешных антропонимов , с формальной мотивацией : Василий Семи-Булатов - персонаж, неполная модель. Антропоним экспрессивно окрашен нарицательными словами: «семь» и «булат» , в значении «еще сильнее». Грохольский , Топорков , Бугров , Грыжев, Гуськова , Алебастров , Потрошилов , Трамбонов , Копайский.

      Зюмбумбунчиков ,Некричихвостов , Фортунатов , Амфитеатров , Альфонсо Зинзаг, Альфонсо Зензег , Альфонсо Зунзуг, Петр Петрученца - Петрурио. Софья  Фердрабантеро – Неракруц – Розга - жанрово – смешная модель . Фамилия представляет собой соединение иностранных слов с русским словом «розги».

      ЩЕЛКОЛОБОВ . - Антропоним Щелколобов - апеллятивно  – мотивирован , мотивируется нарицательными словами «щелк» и «лоб» .Так в  рассказе , когда Щелколобов и жена его тонут , на помощь приплывает мужик и хочет спасти их с выгодой , но в результате ничего не получает от Щелколобова , который к тому же выгоняет его с работы .

      ВАНЬКА  Смыломалов – апеллятивно – мотивирован , мотивируется нарицательными словами «смысл» и «мал» , в значении мало смыслящий . Это истинная мотивация , так как в контексте мы видим , что он дурачится и всех развлекает .

      Подзатылкина - апеллятивно – мотивирован, мотивируется нарицательным словом «подзатыльник», в значении дать как следует.

        В контексте писатель пишет, что ей все время давали «подзатыльники» , да «…ума ее никто не видал и не знает…» .

      Фамилия Обтемперанский мотивирована, образована от слова «темперамент», что проявляется в глубине и силе чувств. Так в тексте мы видим, что он очень сильно любит свою жену и ревнует ее к доктору.

      Однокомпонентная  фамилия Мигуев является апеллятивно – мотивированной, образована от слова «мигать», герою рассказа присущи «минутные увлечения», он все время подмигивает красивым женщинам. 1) Двухкомпонентные жанрово-смешные фамилии: фамилия соединенная с числительным для придания комичности – Семи булатов, Альфонсозинзаг, Альфонсозензег, Альфонсозунзуг, Иван Ивановидш, Дубадолло Свист, Фердинанд Лай, Петр, Петрученцо, Петрурио, Софья Фердрабантеро-Неракруц-Розга.

      3) Сатирическим приемом является  фонетическое созвучие - гр - в антропонимах - Грохольский и Бугров, которые создают определенный настрой у читателя по отношению к носителю антропонима. 

2.2.Основные приемы комического образа. 

      Один  главный прием комического –  несомненно, «несоответствие между  внешностью и действительностью», демонстрация «несоответствия между высоким  мнением человека о своей моральной, общественной, интеллектуальной значимости и его фактической ценностью». В качестве примеров Б. Дземидок приводит рассказы Чехова «Унтер Пришибеев»,

      «Княгиня», «Человек в футляре».  Очевидно, что  в двух последних рассказах этот прием выходит за рамки узкокомических задач. Но в одном  исследователь, несомненно, прав: их исток – традиционная комическая ситуация.

            Не менее смешной прием юмористики  – смешение разнородных и явно  несочетаемых признаков ранний  Чехов использовал его  очень  охотно. Сочетаются – обычно в  пределах одного предложения  или синтаксического целого  вещи  вообще несоединяемые и несоизмеримые: крупное и мелкое, физическое и идеальное. «Любит больше всего на свете свой почерк, журнал «Развлечение» и сапоги со скрипом» («Перед свадьбой» 1880). «Этот скандал... обошёлся ему очень дорого. Благодаря ему он потерял свою форменную и веру в человечество». («Начальник станции», 1883г.) Ср. в письмах Чехова «Пахнет кислой капустой и покаянием».

         Этот прием, кроме решения комических  задач, обеспечивал возможность  включения самых разнообразных  черт, вещей, качеств, как существенных для характеристики объекта (журнал «Развлечения»), так и собственно и индивидуальных и вообще неожиданных, попавших сюда, быть может по причинам комического ( «Говорит в нос, не отрицает наук, умывается с мылом...Поет тенором и в восторге от архиерейского баса» - «Случай с классиком», 1883). 4

      Связано с юмором, но уже выходит   в  более широкие сферы объединение  разнородных предметов в таких  рассказах, как «Гриша», «Событие», «Ванька» (1886), «Каштанка»  (1887). «Вечером он никак не может уснуть. Солдаты с вениками, большие кошки, лошади, стеклышко, корыто с апельсинами, светлые пуговицы, – все это собралось в кучу...» («Гриша»). Здесь это перечисление еще окрашено улыбкой авторского отношения к детскому восприятию, но оно уже близко к вполне серьезным пассажам рассказов переломного периода: «Нюта казалась... топорной бабищей, доктор говорил пошло и неумно,  в котлетах за завтраком было очень много луку». («Володя»; первая редакция – «Его первая любовь», 1887). В едином потоке даются и чувства, и мысли героя, и его гастрономические ощущения.

      Примером  такой же трансформации приёма могут  служить чеховские сравнения. Принцип  юмористического сравнения –  почти обязательная перемена рядности: сравнение переводит предмет  в другой ряд в другой план, чаще всего снижающий. Молодой Чехов широко это использовал.

      Но  у позднего Чехова это приобрело  другой характер. Мы имеем в виде знаменитые неожиданные чеховские  сравнения, которые К. Чуковский  в своё время давал длинным  списком: «К пожилой даме, у которой  нижняя часть лица была несоразмерно велика, так что казалось, будто она держала во рту большой камень» («Анна на шее», 1895г. ср. далее: «Когда ... дали выручку пожилой даме с камнем во рту»);

        «Когда Гуров охладевал к ним,  то красота их возбуждала в  нём ненависть у кружева на их белье казались ему тогда похожими на  чешую («Дама с собачкой»,  1899г.); «Лёгкий остроносый челнок ... имел живое, хитрое выражение и, казалось, ненавидел тяжёлого Петра Дмитриевича» («Именины» 1888г). Сравнение мёртвого, зашитого в парусину Гусева с морковью или редькой («У головы широко, к ногам узко» - «Гусев») .5

          «Рассказ неизвестного человека»:  «Самый жалкий и преступный  вид имели два пирожка на  тарелочке. «Сегодня нас унесут  обратно в ресторан, - как бы  говорили они, - а завтра опять подадут к обеду какому-нибудь чиновнику или знаменитой певице».

         В юмористике пейзаж – тоже один из первейших инструментов в выполнении ее специфических задач. Среди важнейших способов создания комического – перемещение явления в несвойственную ему сферу; так, проверенным приемом является ситуация, когда мифологические или библейские персонажи действуют в теперешнее, небиблейское время. Как этот прием выглядит в сфере пейзажа?

              Здесь это прежде всего приписывание  явлениям и объектам природы, вселенной неких человеческих качеств, поступков, которые при этом совершаются в современной бытовой обстановке. Луна, солнце, ветерок, листья и т.п. действуют, рассуждают, чувствуют точно так же, как прочие живые герои юмористической прессы, отягощены теми же заботами, делами, привычками.

            «Весна идет!.. В воздухе пахнет  жаворонками… печеными, разумеется, и аптечными медикаментами. Солнце, все еще постукивая зубами  от холоду, улыбается иногда кисло-сладкой  улыбкой и снова прячется в  тучи, как в фланелевую фуфайку»  («Будильник» 1885).

      Другой  не менее распространенный способ –  перенесение предмета из того класса, в котором он закреплен в социальном  знаковом узусе, в другой класс. Природа  в этом узусе традиционно числится по разряду «возвышенного» и «поэтического» и описывается с использованием целого устоявшегося набора поэтизмов типа «серебряный диск», «алмазные (бриллиантовые)» зерна, капли, льдинки, «золотистые  лучи» и проч., в русской литературе мало изменившегося на протяжении всего 19 века.6

      Юмористическое  описание переносит предметы из этого  разряда в другой – непоэтический, сниженный, обыденный.

      Ранняя  юмористика Чехова – настоящая энциклопедия русской жизни начала 80-х годов. Неожиданное применение нашли медицинские  знания молодого юмориста.

Комическое в произведениях Чехова