Конференция ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро 1992 года

Содержание:

1.   Позиции стран-участников Рио-92;

2.  Преамбула к Повестке дня на XXI век;

3.  Декларация по окружающей среде и развитию;

4.   Результаты работы конференции. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Конференция ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро 1992 года  

Позиции стран-участников Рио-92

В сознательном переходе цивилизации на новую модель развития международный экологический  форум Рио-92 несомненно займет важное место инициатора. Если же такой поворот не будет реализован, то Рио-92 останется для человечества компетентным предупреждением, грозным предостережением, совестливым укором. В декабре 1989 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию 44/428, призывающую организовать проведение на уровне глав государств и правительств специальную конференцию, посвященную выработке стратегии устойчивого, экологически приемлемого экономического развития цивилизации. С этой резолюции началась прямая дорога в Рио. Общее руководство подготовкой конференции осуществлял в течение двух с половиной лет Генеральный секретарь Конференции по окружающей среде и развитию (КОСР) Морис Стронг (Канада). В декабре 1989 года был создан специальный подготовительный комитет, который провел первую сессию в августе 1990 года в Найроби, вторую и третью - в 1991 году в Женеве и четвертую - в марте 1992 года в Нью-Йорке. В его работе принимали участие представители более 170 стран мира, готовившие общими усилиями три основополагающих документа конференции - Декларацию Рио по окружающей среде и развитию, Заявление о принципах глобального консенсуса по управлению, сохранению и устойчивому развитию лесов и "Повестку дня на XXI век". Параллельно шла работа специального межправительственного переговорного комитета ООН по подготовке Рамочной конвенции об изменении климата и Конвенции о биологическом разнообразии. В соответствии с резолюцией 45/211 генеральной Ассамблеи от 21 декабря 1990 года и ее решением 46/468 от 13 апреля 1992 года Конференция ООН по окружающей среде и развитию начала свою работу 3 июня и продолжалась до 14 июня 1992 года. Ее участниками стали 177 стран, Европейское экономическое сообщество (по списку стран-участников). Возникла проблема с представительством Югославии при наличии на конференции Словении, Хорватии. На конференции также присутствовали представители подразделений ООН, секретариатов региональных комиссий, органов и программ ООН, некоторых специализированных учреждений и смежных организаций. В качестве наблюдателей на конференции находились делегаты ассоциированных членов региональных комиссий, национально-освободительных движений, таких как Африканский национальный конгресс (Южная Африка) и Панафриканский конгресс Азании, а также представители 35 межправительственных организаций. Конференцию открыл Генеральный секретарь ООН Бутрос Гали. Он предложил участникам Конференции соблюсти две минуты молчания от имени планеты Земля. Две минуты молчания в это же время были соблюдены во всем мире. Приводя доводы в пользу того, чтобы считать Конференцию историческим событием, Бутрос Гали подчеркнул, что "историки, возможно, сочтут, что именно эта встреча на высшем уровне по проблемам Земли послужила началом глубоких гносеологических изменений". Выражая оптимизм в отношении будущего, Бутрос Гали сказал: "Так или иначе, мы в некотором роде "обречены" приблизиться, хотя бы на один шаг, к той "благодетельной планете", существование которой предсказал исламский философ аль-Фараби".

Отрывки из выступлений  на торжественной церемонии открытия конференции:                                            

 Председатель  Конференции,

президент Федеративной Республики Бразилия

Фернандо Коллор де Мелло

"... на многих  направлениях по пути в Рио возникали неясные перспективы. В конце концов мы обсуждали нечто совершенно новое; мы старались представить себе новые международные учреждения, новые модели отношений между государствами. Мы принимаем исторический вызов и этическое обязательство создания новой модели, в которой прогресс обязательно будет синонимом благосостояния для всех и синонимом сохранения при родной среды".                                            

 Генеральный  секретарь Конференции

М.Стронг

"...зажженные  в Стокгольме надежды в основном  остались нереализованными... В центре вопросов, которые мы должны рассмотреть, стоят следующие: структура производства и потребления в промышленно развитых странах, наносящая ущерб системам поддержания жизни планеты; стремительный рост численности населения, в основном в развивающихся странах, который составляет четверть миллиона человек в день; углубляющиеся различия между богатыми и бедными, в результате которых 75% человечества оказываются в условиях борьбы за существование; экономическая система, в которой не учитываются экологические издержки или ущерб, - система, рассматривающая несдерживаемый рост как прогресс. Человеческий род был самым успешным из когда-либо существовавших биологических видов, теперь он является биологическим видом, вышедшим из-под контроля".  

                                       Король Швеции Карл XVI Густав

(от имени  страны, принимавшей в 1972 году

Конференцию по окружающей среде и развитию)

"Связь между  окружающей средой и развитием  имеет жизненно важное значение. Здесь, в Риоде-Жанейро, мы должны выдвинуть новые идеи и выработать новые практические меры, с тем, чтобы сделать устойчивое развитие существующей реальностью и реальной возможностью".                                   

 Председатель  Международной комиссии

по окружающей среде и развитию,

премьер-министр  Норвегии Г.Х. Брундтланд

"До конца  ХХ века осталось менее 400 недель. У нас мало времени для исправления  нынешних неустойчивых моделей  развития человечества. Мы должны  искоренить нищету. Мы должны  добиться большего равенства  как внутри стран, так и между  странами. Мы должны привести  деятельность  человека и рост численности населения в соответствие с законами природы... Нам нельзя предавать будущие поколения. Они сурово осудят нас, если мы подведем их в этот критический момент. У нас есть перед ними моральное обязательство".                                                

 Президент  Португалии

Мариу Соареш

"...сейчас, когда  мы говорим об окончании идеологической  борьбы в результате краха  коммунизма и окончания эпохи,  когда мир был разделен на  соперничающие блоки, приятно  видеть в связи с этой Конференцией  в Рио-де-Жанейро моральный идеализм  молодых людей, которые верят  в это  великое и благородное дело защиты нашей планеты от многочисленных опасностей, угрожающих нам. В определенном смысле мы видим возрождение утопии, веры в способность каждого человека, всех людей взять свою судьбу в свои собственные руки, защищая ресурсы Земли, охраняя биологическое разнообразие, избегая загрязнения таких важнейших ресурсов, как вода, воздух, почва или океаны и, прежде всего, будучи убежденными в возможности сокращения неравноправия между отдельными лицами и между государствами и построения общества. основанного на мире, справедливости и благосостоянии... скептикам я бы сказал, что Конференцию в Рио-де-Жанейро следует рассматривать не в качестве окончательного решения экологических проблем Земли, а скорее в качестве отправной точки, а также исключительно важного качественного скачка в процессе обеспечения всеобщего осознания экологических проблем со всеми их экономическими, социальными и культурными последствиями".

Совокупность  стран мира представляет собой динамичную международную систему. Состояние  конца XIX - начала XX века политологи образно  называют "концертом держав". Государства  долго метались в поисках союзников, создавали и разрушали самые  разнообразные коалиции, пока наконец  не разошлись по двум относительно стабильным блокам, противоречия между  которыми привели к Первой мировой войне.

XX век при  всей пестроте политической карты  был отмечен ярковыраженной, доминирующей над миром двухполюсностью. После Второй мировой войны в равновесном противостоянии замерли капиталистические и социалистические страны, которые группировались вокруг США и СССР.

90-е годы характеризуются  существенными сдвигами в геополитическом  раскладе мира. Рухнул блок социализма. За небольшим исключением, страны  в него входящие стали кардинально  менять свой общественный строй,  решительно отказавшись от прежних  системных характеристик. Ушла  в прошлое идеологическая биполярность, вместе с ней роль сильного полюса была выпущена из рук наследниками бывшего социализма. Даже Россия, самим геополитическим пространством предопределенная быть великой державой, ослабев в результате реформ и неумелой внешней политики, выпала из сферы центра притяжения, полюса.

На сегодняшний  день многие ученые говорят о складывающемся в мире двоецентрии, но принципиально другого качества, чем прежнее. Одним центром признается Запад, в который входят США и европейские страны. Вторым центром считается АТР (Азиатско-тихоокеанский регион) во главе с Японией, в сферу влияния которой включаются и первые четыре дракона и идущие вслед за ними Таиланд, Индонезия, Малайзия. По существу центрами становятся издавна сложившиеся западная и восточная цивилизации, со своими особыми традициями, ментальностью, мировосприятием. Долго доминировавший европоцентризм сменяется встречей и сотрудничеством двух равноценных цивилизаций.

Другие ученые говорят или о формировании трех центров, или о складывании единого  центра в виде коллективного лидерства  США, Запаной Европы и Японии. Однополюсность или трехполюсность определяется, с одной стороны, степенью остроты противоречий между странами, с другой стороны, их схожестью в движении к постиндустриальной цивилизации.

Какие бы разные конфигурации в международной системе  не видели ученые, для определения  геополитических центров они  пользуются категорией "сила". Под  силой государства традиционно  подразумевается его экономическая, научно-техническая, военная мощь, дающие ему решающие  голоса в международной политике. Но есть множество других критериев, по которым можно группировать страны, или хотя бы расширять спектр традиционных оценок. Один из таких критериев стал виден на международном экологическом форуме Рио-92. В связи с необходимостью перехода на новую модель устойчивого развития конференция Рио-92 вполне четко выявила определенную расстановку сил на мировой арене, своеобразно коррелирующую представленную выше картину. Расстановка сил просматривается по особым позициям стран и групп стран, занятых ими по отношению к ключевым вопросам в ходе работы Подготовительного комитета и самой Конференции.

Конференция стала  сложнейшим организмом, работа которого шла в комиссиях, на пленарных  секционных заседаниях, где выступали  главы государств, министры экологии, представители государственного аппарата, специалисты, эксперты. С трибун Конференции  выступили только 118 глав государств и правительств. В этом веере событий  и лиц большое внимание обращалось на тех, кто представлял мир "сильных", промышленно развитых стран.

Одними из важнейших  проблем конференции были подписание Конвенции о биологическом разнообразии и вопросы сокращения выбросов углекислого  газа в атмосферу, связанные с  подписанием Конвенции об изменении  климата.

Конвенция о  биологическом разнообразии была подготовлена Программой ООН по окружающей среде (ЮНЕП) с участием Института мировых  ресурсов, Международного союза охраны природы (МСОП) и других международных  и национальных организаций, согласована  до начала работы Конференции и открыта  для подписания на третий день ее работы - 5 июня 1992 года.

Разработка Конвенции  явилась выражением озабоченности  международного сообщества существенным сокращением биологического разнообразия в результате деятельности человека. К настоящему времени описано  около 1,4 млн. биологических видов, всего  же их, по имеющимся оценкам, не менее 5 млн. Специалисты подсчитали, что  сейчас ежегодно исчезает 10-15 тыс. видов, преимущественно простейших. При  таких темпах в ближайшие 50 лет  планета потеряет от четверти до половины своего биологического разнообразия, формировавшегося сотни миллионов  лет.

Биосфера как  область активной жизни Земли - это  не только целостная природная система, но и уникальный банк генетических ресурсов. Генетические ресурсы являются основой селекционной работы по созданию новых сортов растений и пород  животных, для биохимических процессов  и биотехнологий, дающих, в частности, значительную часть ассортимента лекарственных  препаратов.

Не случайно, создатели Конвенции представили  ее основной целью сохранение биоразнообразия на экосистемном, видовом и генетическом уровнях, устойчивое использование компонентов биоразнообразия и получение выгод, связанных и использованием генетических ресурсов и обменом соответствующими технологиями.

В отношении  генетических ресурсов, как, впрочем, и  многих других, в мире сложилась  неравноправная ситуация. Богаты ресурсами  одни, прибыли от их использования  получают другие.

В биологическом  разнообразии лидируют тропические  страны. Считается, что в их лесах  и прибрежных водах, в зонах коралловых рифов обитает до 2/3 всех видов  планеты. Однако используются они в  основном биотехнологическими компаниями промышленно развитых стран. На сегодняшний день ежегодная стоимость продукции, производимой с использованием биотехнологий, оценивается в 4 млрд. долл., к 2000 году она вырастет до 40-50 млрд. в год. Конкурентная борьба между соответствующими компаниями США, Западной Европы, Японии необычайно остра.

На Конференции  был поставлен вопрос о том, что  было бы справедливо передавать развивающимся  странам или часть прибыли, полученной от использования их генетических ресурсов для сохранения биоразнообразия, или на льготных условиях новые технологии, способные содействовать решению вопросов охраны окружающей среды. Вполне логичная, с точки зрения здравого смысла и общечеловеческой морали, позиция. Но на пути ее осуществления возникает много проблем, связанных с правом частной собственности. Можно ли у владельцев запатентованных технологий взять часть прибыли, даже в соответствии с решением международного сообщества, даже на самые гуманные нужды охраны природы?

Верными и стойкими защитниками частной собственности  на Конференции выступили США. Несмотря на то, что в период разработки текст  Конвенции о биоразнообразии был согласован с представителями этой страны, на самой Конференции президент Дж.Буш выступил ее резким противником и отказался от подписания. В представленном США письменном заявлении по этому вопросу отмечалось: "Соединенные Штаты решительно придерживаются мнения, что надлежащая и эффективная защита прав интеллектуальной собственности является важным компонентом любых международных усилий в области технического сотрудничества, направленных на охрану окружающей среды и оказания помощи в целях развития. Соединенные Штаты считают, что... должные меры по обеспечению справедливого и равноправного совместного использования преимуществ, которые предоставляют биологические и генетические ресурсы, означают такие меры, которые могут быть согласованы между источниками и потребителями таких ресурсов в соответствии с условиями, в которых признается необходимость надлежащей и эффективной защиты прав интеллектуальной собственности и которые в полной мере соответствуют им. Кроме того, существует понимание, что ссылки на совместное использование преимуществ, которые предоставляют биологические и генетические ресурсы, не относятся к источникам таких ресурсов".

Право интеллектуальной собственности, защищенной патентами, США рассматривают необходимым  условием достижения устойчивого развития, тогда как на Конференции прозвучало мнение о том, что часто оно  становится препятствием, особенно для  передачи столь необходимых в  деле охраны окружающей среды технологий. Это яркая иллюстрация тенденций  эволюции собственности.

В законодательстве XVIII-XIX веков были закреплены положения  об абсолютном характере частной  собственности. Однако уже реальное право XIX столетия знало различные  ограничения прав собственника. Особенно много ограничений было установлено  в отношении права собственности  на землю. Первоначально собственник  земельного участка являлся также  собственником недр под ним и  воздушного пространства над ним. Но затем собственника стали ограничивать, ставя условия в его деятельности, связанные с соблюдением норм выбросов газа, пара, дыма, копоти, шума, планировки улиц, с разрешением вести на своем участке все необходимые общественные работы, с запрещением использовать по своему усмотрению недра и т.д. Многие современные юристы единодушны во мнении, что право свободного использования, извлечения выгоды и распоряжения собственностью имеют сейчас не более чем историческое значение.

Не случайно уже в XIX веке возникла и сегодня  с энтузиазмом воспринята западным обществом и законодательством так называемая теория социальной функции права, согласно которой субъекты права должны не столько реализовывать свое право на что-либо, сколько подчиняться социальным нормам, выполнять возложенные на них социальные функции. Согласно основному закону ФРГ, "собственность обязывает. Пользование ею должно одновременно служить общему благу". Конституция Испании оговаривает, что социальная функция права собственности "ограничивает его содержание в соответствии с законами". В Конституции Греции подчеркивается, что "право собственности не может, однако, осуществляться в ущерб общественным интересам". Весьма подробно в соответствии с теорией социальной функции собственность определяется в Конституции Итальянской республики. "Частная собственность признается и гарантируется законом, который определяет способы ее приобретения и границы ее действия с целью обеспечить ее социальную функцию и сделать ее доступной для всех".

Ограничение собственности  становится неотъемлемым элементом  ее содержания. В настоящее время  возрастает значение права общей  собственности. По словам Ю.А.Васильчука, важно видеть реальность процесса расширения общей материальной собственности человечества и фактического превращения всей планеты в объект этого права собственности, при запаздывании процесса такого же распространения чувства ответственности хозяев планеты.

Этот процесс  неизбежен. Он стимулируется экологическим  императивом. По образному выражению  экономиста М.Голанского, частная собственность - это признак нетерпимости и развития, общественная собственность - признак терпимости и застоя. Переход к общественной собственности ознаменует собой конец экономического саморазвития общества, прекращение расширения искусственной емкости среды обитания человека. Капитализм, основанный на частной собственности, уйдет со сцены естественным путем с связи с экологическим кризисом. Автор заведомо обострил тенденцию, высветил ее под увеличительным стеклом, но не замечать ее уже нельзя.

Когда на Конференции  Рио-92 Дж.Буш, защищая право частной собственности, отказался подписать Конвенцию о биоразнообразии, он надеялся, что его поддержат представители других промышленно развитых стран. Но этого не произошло. Первым заявил о несогласии с позицией Дж.Буша тогдашний премьер-министр Канады Б.Малруни, затем его поддержали другие.

Отказ от подписания Конвенции США вызвал резко негативную реакцию в мире и даже был расценен многими кругами, как попытка  сорвать Конференцию в Рио. Другие страны, в том числе развивающиеся, отнеслись к Конвенции более благосклонно. Она была подписана и вступила в силу 29 декабря 1993 года после ее ратификации 30 странами. Как сказал на закрытии Конференции ее Генеральный секретарь Морис Стронг: "Конвенция о биологическом разнообразии не была принята по крайней мере одним из государств, принятие которым необходимо для ее полного и эффективного осуществления".

Демократическая партия США, учтя просчеты Дж.Буша и республиканцев в экологической политике, предложила себя избирателям в более "зеленом" свете и победила. После того, как на Уругвайском раунде переговоров Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ) в 1993 году были принципиально решены вопросы защиты интеллектуальной собственности, президент США Билл Клинтон 22 апреля 1994 года подписал Конвенцию о биологическом разнообразии. Но отношение к США, как к тормозу в деле достижения всеобщего экологического благополучия, в одночасье не изменилось, тем более что на Конференции они занимали особую позицию и по другим вопросам. В частности, они много потрудились для ослабления эффективности Конвенции об изменении климата по вопросу сокращения выбросов парниковых газов в атмосферу.

Парниковыми называют газы как природного, так и антропогенного происхождения, которые поглощают  инфракрасное тепловое излучение. Тем  самым они усиливают роль атмосферы  в качестве парникового покрытия по отношению к поверхности Земли ("парниковый" или "оранжерейный" эффект). Рост концентрации парниковых газов в атмосфере в конечном итоге приводит к глобальному  потеплению климата, что угрожает многим экосистемам, приспособившимся к определенным климатическим условиям. К парниковым относятся углекислый газ; хлорфторуглеводороды (фреоны), используемые в холодильных установках и аэрозолях; метан, озон и окислы азота. На выбросы фреонов уже введены ограничения Венской конвенцией 1985 года об охране озонового слоя, Монреальским протоколом 1987 года по веществам, разрушающим озоновый слой, с изменениями и поправками от 29 июня 1990 года. Поэтому на Конференции Рио-92 при разработке соответствующих документов основное внимание уделялось углекислому газу.

Важнейшими антропогенными источниками углекислого газа в  атмосфере являются энергетика и  транспорт, работающие на органическом топливе. Не случайно, основные выбросы углекислого газа приходятся на долю ведущих промышленно развитых стран: США - 25%, бывшего СССР - 19%, Европейского Союза - 14%, Китая - 10%, всего остального мира - 32%. Можно представить, какими будут цифры выбросов на душу населения. Это яркая иллюстрация порождения многих экологических проблем высокоразвитыми индустриальными странами, в частности чрезмерным потреблением ими ресурсов. По мнению ученых, выбросы углерода должны быть сокращены по крайней мере на 60% только лишь для того, чтобы остановить тенденцию к глобальному потеплению.

На Конференции  широко обсуждался вопрос о введении системы цен на все виды ресурсов с учетом ущерба, наносимого окружающей среде, а также о квотировании выбросов парниковых газов на душу населения. Принцип квотирования означает необходимость покупать квоты на выбросы, превосходящие установленную  норму, вычисленную на душу населения. В сложившихся условиях основными  покупателями квот, конечно же, будут  промышленно развитые страны. В весьма невыгодном положении окажутся США, поскольку именно там потребляется больше всего энергоресурсов на душу населения, несмотря на широкомасштабную энергосберегающую политику.

Во время обсуждения рамочной Конвенции об изменении  климата представители США сделали  все, чтобы исключить из текста какие-либо обязывающие конкретные записи о  квотировании, масштабах и сроках сокращения выбросов. В этом отношении  они оказались "по одну сторону  баррикад" с нефтедобывающими арабскими  странами и резко разошлись с  европейскими, чем опять противопоставили себя мировому сообществу. Журналисты заклеймили Дж.Буша "пленником нефтяной промышленности". Группы зеленых организовали в Рио-де-Жанейро ряд актов протеста против позиции США, вплоть до попыток прорваться в зал заседаний, закончившихся  битьем стекол и вмешательством сил безопасности.

Выигрышную и  одобренную многими позицию по этому  вопросу заняли европейские страны. Они заострили внимание на проблеме субъекта, ответственного за сокращение выбросов. Согласно статье 4 Конвенции, стороны должны учитывать общую  и дифференцированную ответственность, конкретные национальные и региональные приоритеты. Указанное положение  вполне дает возможность считать  субъектом, ответственным за выбросы  не только отдельные государства, но и региональные организации, чем  и решил воспользоваться Европейский  Союз. Во-первых, европейские страны отмежевались от обструкционистской позиции  США. Во-вторых, они предложили интересное решение проблемы квотирования. Квоту  за выбросы можно рассчитывать для  региона в целом, оставляя за ним  право маневрировать внутри, или же просто дать возможность региональным структурам по своему усмотрению оплачивать квоты своих участников. Эти предложения полностью соответствовали духу единой экологической политики ЕС, закрепленной Маастрихтским договором 1991 года.

Выступая на закрытии Конференции, Генеральный  секретарь ООН Бутрос Гали отметил, что "рамочная Конвенция об изменении климата закладывает основы для процесса сотрудничества, направленного на сохранение в безопасных пределах объема выбросов парниковых газов в атмосферу. Первоначальный уровень обязательств не столь высок, как многим бы хотелось. Однако невысокий уровень обязательств должен максимально увеличить число участников, что является одним из условий эффективности".

В гуманном и  привлекательном свете движения к новой модели развития попытались представить свою страну представители  Японии. Возглавили эту линию видные политические деятели, бывшие премьер-министры Японии Н.Такэсита и Т.Кайфу. Они сыграли большую роль в подготовке Конференции. В критический момент, когда расхождения по финансовым вопросам "Повестки дня на XXI век" стали угрожающими и могли сорвать проведение Конференции, Н.Такэсита собрал в апреле 1992 года в Токио политических и финансовых лидеров мира, и они смогли наконец договориться о взаимоприемлемых решениях.

Серьезным "минусом" для Японии было то, что на Конференции  не смог присутствовать премьер-министр  Киити Миядзава. В распространенном на Конференции тексте его несостоявшегося выступления говорилось: "...Япония взяла курс на превращение в энерго- и ресурсосберегающее общество и резко улучшила состояние своей природной среды. Сегодня в Японии, на долю которой приходится 14% общемирового валового национального продукта, выбросы в атмосферу углекислого газа составляют менее 5%, а окислов серы - всего 1% от мирового объема выбросов. Благополучие Японии, достигнутое путем использования ресурсов планеты, возлагает на Японию обязанность играть лидирующую роль в международных усилиях по проблемам как окружающей среды, так и развития". С учетом экономического и научно-технического потенциала при современной экологической политике, одном из самых строгих природоохранных законодательств, претензии Японии выглядят вполне обоснованными.

Увиденное многими исследователями троецентрие в геополитическом раскладе современного мира четко прослеживается в отношении к экологическим проблемам. По меткой оценке журнала "Ecologist", для главных игроков встреча в Рио была феноменальным успехом.

Однако традиционный силовой и экологический треугольники не совпадают. Если на Стокгольмской  конференции по окружающей среде  и развитию 1972 года США играли роль явного лидера в движении человечества к экологически безопасному будущему, то на Рио-92 эту роль они не удержали. Ее уверенно подхватили европейские  страны и Япония, порадовавшие международное  сообщество взвешенной, продуманной  позицией. США же, по меткой оценке издававшейся на Конференции газеты "Earth Summit Times", "... к обеспокоенности и даже замешательству большинства американцев не способны более лидировать. Широкие круги рассматривают их как реакционную силу". Это жесткая и бескомпромиссная оценка, тем более на фоне широкомасштабной экологической политики и многих серьезных успехов в деле защиты окружающей среды. Участники Конференции не отрицали эти достижения, но все-таки в большей степени их интересовал настрой на будущее, готовность к серьезным преобразованиям. Позиция США не произвела здесь должного впечатления.

А что же с  полюсом социализма? Как выглядели  на Рио Россия и другие постсоветские и постсоциалистические страны? К сожалению, они не оказались на должной высоте. На Конференции звучали тирады, особенно из уст Дж.Буша, об исключительной виновности тоталитаризма в экологической деградации, но они не получали одобрения. Тем более ссылки на тоталитаризм не находили отклика в выступлениях представителей России, СНГ и восточноевропейских стран. Окружающая среда, в конечном итоге, находится вне идеологии, она требует общемирового единства и ответственности.