Конкурентоспособность и модернизация российской экономики

Владикавказский Институт Управления

Кафедра   «Финансы и кредит».

Реферат

«Конкурентоспособность и модернизация российской экономики»

Преподаватель:

Хамаева Ф.Э.

выполнила:

студентка 4 курса ФК

Юлдашева Наргиза

Г. Владикавказ

2012г.

Оглавление

Глава 1. Модернизация российской экономики

1.1Проблемы модернизации российской экономики

1.2 Стратегии модернизации российской экономики

1.3 Модернизация – вот панацея российской экономики!

Глава 2 .Конкурентоспособность российской экономики

Заключение

Глава 1. Модернизация российской экономики

1.1Проблемы модернизации российской экономики

Сразу после войны, в конце 1940-х гг., в стране был создан атомный комплекс, сначала нацеленный на производство ядерного оружия, но очень скоро ставший обеспечивать и развитие атомной энергетики, и мирное использование имеющихся наработок (машиностроение, медицина и т.п.). В конце 1950-х гг. была сформирована космическая промышленность, которая долгое время занимала лидирующие позиции в мире. Значимые успехи были достигнуты в авиационной промышленности. Было освоено массовое производство военных самолетов.        

Эту советскую модернизацию можно считать вполне успешной. Однако со временем в силу ряда причин лидерство в большинстве передовых отраслей было упущено, существенно возросло отставание в тех отраслях, развитию которых в свое время не уделялось должного внимания (автомобильная, легкая промышленность и т.п.), в мировой экономике возникли новые отрасли, которые вообще не развивались в стране. Поэтому сейчас перед страной вновь объективно ставится задача проведения очередной в ее истории догоняющей модернизации. Однако возникает проблема определения приоритетов, задач и механизмов достижения поставленных целей.             

Последние 20 лет российская экономика функционировала за счёт прежних достижений, созданных в эпоху СССР. Это относится, прежде всего, к индустриальной мощи, жилищно-коммунальной сфере, инфраструктуре, ядерному потенциалу страны, разведанным запасам нефти, газа и организации их добычи. Однако проедание активов и поддержка экстенсивного экономического роста не может продолжаться сколь угодно долго, поскольку активы изнашиваются, морально устаревают.

Как провозгласил Президент РФ в послании Федеральному Собранию в ноябре 2009 года, стратегической целью развития общества должно стать создание «умной» экономики, удовлетворяющей интересы и потребности широких слоёв населения страны. Однако эту цель можно достичь посредством только лишь системной модернизации экономики. При этом системная модернизация должна сводиться к тому, чтобы Россия свернула с сырьевого пути развития.

Без эффективного государства невозможно преодолеть в стране беззаконие, коррупцию, которые порождают экономические преступления, а также монополизм, инфляцию и некомпетентность государственного регулирования экономикой. Иными словами, поручения президента, связанные с реализацией Послания Федеральному Собранию, автоматически не создают условий для мотивации к труду, а, следовательно, не ведут к модернизации экономики.

Между тем по данным обзора PWC «Экономические преступления в условиях экономического спада» Россия в 2009 году стала мировым лидером по количеству экономических преступлений. Потери от криминалитета несут больше 70% российских компаний. Это на 12% выше, чем в 2007 году, и на 41% выше, чем в среднем по миру. Среди самых распространенных экономических преступлений в России - незаконное присвоение активов (с ним сталкивались 64% компаний), еще 48% опрошенных предпринимателей считают основной проблемой страны взяточничество и коррупцию.

По оценкам экспертов, ущерб от экономических преступлений в 2009 году может достигать 7% от годовой выручки российских компаний (более 1 млрд. долларов). В 2009 году рост потерь из-за мошеннических действий отметили 43% российских компаний. Всего же потери несут более 47% компаний (для сравнения в Центральной и Восточной Европе - 24%).

В условиях экономического кризиса российские компании стали по-иному оценивать риски, связанные с экономическим мошенничеством. Например, 51% опрошенных предпринимателей считают, что сейчас сталкиваются с более высоким риском экономических преступлений. Таким образом, без создания эффективного государства построить эффективную экономику в России невозможно.

Структура промышленного производства в России в период 1990-2008 гг. изменялась в сторону повышения доли энерго-сырьевых секторов хозяйства, при сокращении перерабатывающих отраслей, в частности, машиностроения и металлобработки в 2 раза, лёгкой промышленности – более чем в 12 раз по доле в структуре промышленного производства и т.д. Производство промышленной продукции и продукции сельского хозяйства в 2008 году относительно 1990 года составило соответственно 82,1 и 86,7%.

Кризис осени 2008 г. и 2009 г., который привёл к сокращению объёмов производства и росту безработицы, ещё больше отдалил российскую экономику от значений названных показателей 1990 года. Инвестиции в основной капитал на начало 2008 года составляли всего 65% от уровня 1990 года, а реальные располагаемые доходы населения – 82,9%. Вывод неутешительный: сырьевой экспорт возрос за 18 лет почти в 2 раза, и почти в 3 раза снизился экспорт машин и оборудования; импорт сырья снизился, а машин и оборудования возрос до 55%. Иными словами, сложилась, так называемая, «сырьевая» структура российской экономики. Под этим следует понимать, что существенный вклад в производство валового продукта (национального дохода) до 65% даёт сырьевой комплекс страны, он же обеспечивает подавляющую часть расходов федерального бюджета и положительный торговый баланс, обеспечивая до 70% экспорта страны. При этом эффективность добычи сырья не являлась высокой, капиталоёмкость производства снижалась за прошедшие годы. В связи с этим, можно говорить даже о зыбком фундаменте сырьевой экономики.

Модернизация экономики и общества – это вне всяких сомнений системная модернизация. Ставя задачу именно так, безусловно, признаётся низкая системная эффективность российской общественной системы (если изменений требуют практически все общественные подсистемы одновременно, то в наличии системный кризис общества) и низкий уровень жизни населения, дисфункция системы управления. Однако внесистемная постановка и отсутствие уточнения содержания такой модернизации, как и отсутствие её плана, подрывают возможность достижения необходимых результатов, да и собственно подрывают правильность понимания содержания модернизации.

Очень важной проблемой модернизации общества является исходное качественное состояние системы, ее способность менять собственные пропорции и готовность агентов к таким изменениям. Достаточно ли ресурсов, энергии и способностей людей осуществлять масштабные изменения, желают ли они качественных изменений по существу? Уже сейчас можно заметить, что низкое нравственное содержание человеческого капитала становится тормозом развития, главным препятствием реализации различных правительственных программ и развития инновационной экономики.

Существует точка зрения, согласно которой только высокая нравственность может обеспечить необходимое социально-экономическое развитие с точки зрения достижения социальных стандартов.

Необходимо отметить, что в России существует яркая проблема правильной постановки задачи модернизации. Причём аспект культуры и нравственности здесь не стоит сбрасывать со счетов. Актуальными становятся следующие вопросы:

1. Возможна ли модернизация за счёт сырьевого комплекса страны, если учесть, что эффективность нефтегазовой отрасли постоянно снижается, а инфляция издержек становится всё более регламентирующей функционирование этой отрасли, в том числе по причине технологической отсталости и отсутствия необходимого капитала?

2. Насколько возможно модернизировать экономику, сохраняя задачу удвоения ВВП, и какой должны быть глубина модернизации? Кроме того, насколько адекватно провозглашение задач модернизации в условиях недостатка ликвидности и финансово-экономического кризиса, является ли модернизация этапным планированием преодоления кризиса и инерционных посткризисных явлений, а затем уже изменением хозяйственных пропорций и каков её алгоритм?

3. Возможно ли модернизировать экономику при неправильной постановке целей модернизации и отсутствия понимания её содержания? Например, если структура национального богатства стран Запада такова, что 65% приходится на человеческий капитал, 15% - на природно-ресурсный и 20% - на физический, а для России всё с точностью наоборот, то есть 65% - на природно-ресурсный, 20% – на физический и 15% - на человеческий, то следует ли под модернизацией понимать изменение данного соотношения?

4. Почему модернизацию экономики не рассматривать как структурную задачу формирования соответствующих хозяйственных пропорций? Ведь это требуется для рассмотрения проектировочной задачи, использования методов планирования и подбора необходимого инструментария, воздействующего на компоненты этой и предполагаемой (желательной) структуры.

Только продвинувшись в части ответов на поставленные вопросы и поняв причины кризиса внутри самой экономической науки, можно подойти к созданию новой модели современного общественного развития, модифицируя неэффективную и изжившую себя капиталистическую форму общественного воспроизводства и общественно-культурного развития. Я предполагаю, что подлинное существо модернизации состоит в решении структурной задачи по компонентам национального богатства, структуре секторов и национальной экономики. Именно так должна быть поставлена задача, а её решение должно предлагаться на основе методов планирования, проектирования пропорций, национализации части производств и ресурсной базы и развития эффективного и масштабного для России государственного сектора, иначе деградация нашей страны, которая наблюдается сегодня, будет только усилена и необратима.

1.2 Стратегии модернизации российской экономики

Сегодня речь о модернизации российской экономики, а также некоторых других сфер идет на самом высоком уровне. Основные направления модернизации – это создание Государственной корпорации «Российская корпорация нанотехнологий» (РОСНАНО) (июль 2007 года), работы по созданию инновационного комплекса «Сколково» (впервые об этом проекте заявлено в ноябре 2009 года), реформа высшего образования и реформа армии. Если реформирование армии и высшей школы – это длительный процесс, результаты которого пока не ясны, то создание «инограда Сколково» и корпорации «Роснано» преследует достаточно конкретные, ясные и обозримые цели.

На сайте госкорпорации ее задачи обозначены следующим образом: «РОСНАНО – масштабный государственный проект, конечной целью которого является перевод страны на инновационный путь развития и вхождение России в число лидеров мирового рынка нанотехнологий. Государственная корпорация «Российская корпорация нанотехнологий» (РОСНАНО) учреждена федеральным законом №139-ФЗ 19 июля 2007 года для «реализации государственной политики в сфере нанотехнологий, развития инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, реализации проектов создания перспективных нанотехнологий и наноиндустрии». Задачи проекта «Сколково» обозначены Д.М. Медведевым следующим образом: «…речь идёт о создании современного технологического центра, «если хотите, по примеру Силиконовой долины и других подобных зарубежных центров». «Там будут формироваться условия, привлекательные для работы ведущих учёных, инженеров, конструкторов, программистов, менеджеров и финансистов. И создаваться новые конкурентоспособные на мировом рынке технологии». И хотя здесь же президент отметил: «Институты развития должны заниматься поиском и отбором перспективных проектов по всей территории страны, предоставлять финансовое содействие инновационным предприятиям, в том числе малым инновационным предприятиям, которые создаются сегодня по известному закону при вузах и научных учреждениях, при этом разделять риски и с частными инвесторами», – однако это очень верное и перспективное направление модернизации не имеет столь выраженной и действенной поддержки, как сколковский проект.

Таким образом, очевидно, что модернизация сверху сегодня направлена на прорыв России в число стран, генерирующих наиболее современные и передовые технологии, которые должны определить лицо российской экономики в ближайшие годы. Причем основные направления в развитии НТП также фактически «назначены» сверху, путем концентрации финансовых потоков на весьма узком спектре научно-технических разработок. Однако обращение к универсальным законам экономического развития заставляет прийти к выводу, что поставленная задача вряд ли может быть решена предложенным способом и в ожидаемые сроки.

1. Общеизвестно, что процесс внедрения и освоение базовых нововведений носит циклический, волнообразный характер. Данного рода циклы получили название длинных волн Кондратьева. Кондратьевский цикл продолжается 50-60 лет, и если в первой половине цикла предприниматели и собственники капитала массово вкладывают его в развитие принципиально новых технологий, создавая новый технологический уклад, то во второй половине цикла на финансирование ранее не опробованных технологических разработок большой бизнес идет крайне редко и неохотно. Предыдущий виток цикла Кондратьева начался после Великой депрессией 1929-33 годов и закончился серией нефтяных кризисов 70-х – начала 80-х годов ХХ века. Таким образом, восходящая волна длилась с середины 1930-х до начала 1960-х годов. Если вспомнить, как формировался технологический уклад этого 50-летия, то можно увидеть, что 30 и 50-е годы были годами бурного развития НТР. В это время были созданы такие отрасли как органическая химии и атомная энергетика, реактивное моторостроение и цветная металлургия, производство ЭВМ и аэрокосмическая промышленность, телевидение и производство полупроводников. Далее же, вплоть до середины 80-х годов практически ничего принципиально нового не появилось. Происходила эксплуатация ранее разработанных идей, медленное совершенствование ране созданных продуктов и технологий.

Современная волна цикла Кондратьева началась в первой половине 1980-х годов, и к настоящему времени новый технологический уклад, ядром которого являются микропроцессорная техника и телекоммуникации, оптоволоконная связь и биотехнологии, лазерная техника, криомедицина и т.п. полностью сформировался. Ожидать каких-либо технологических прорывов в ближайшие 20 лет вряд ли стоит. Из этого следует простой вывод. Надеяться на то, что вложением значительных бюджетных средств сегодня можно создать принципиально новые производства, на что нацелены и «Сколково», и «Роснано», не следует. Потраченные таким образом деньги не дадут ожидаемого эффекта. Кроме того, не может быть никакой уверенности, что именно избранные российским руководством технологии будут определять лицо мировой экономики в период следующей волны НТР.

2. В условиях рыночной экономики технологические инновации не могут быть навязаны фирмам извне. Предприниматели должны быть готовы к восприятию нововведений, находиться в поиске новых областей вложения капитала. Для этого экономика должна быть конкурентной и мобильной. Данные свойства экономического климата во многом определяются состоянием таких важнейших институтов как отношения собственности, инвестиционный климат, хозяйственное право, налоговая система и т.п. Очевидно, что институциональная среда Росси далека от состояния, обеспечивающего конкурентность и мобильность, о чем свидетельствуют следующие данные.

- В большинстве базовых отраслей экономики господствуют суперкорпорации.

- По показателю «легкости ведения бизнеса» в 2009 году Россия находилась на 116 месте в мире.

- Количество шагов для регистрации нового предприятия было равно девяти, в то время как 114 стран имеют меньшее число процедур, например, в Канаде требуется 1 шаг, в США 6, в ЕС в среднем 6,4, в Японии – 8.

- Фактически необходимое для запуска собственного дела время составляет 30 дней, в 115 стран требуется более короткий срок, например в Новой Зеландии 1 день, в США 6 дней, в ЕС около 15 дней, в Японии 23 дня.

Очевидно, что для проведения модернизации требуются глубокие институциональные реформы, так как нынешние институты, определяющие инвестиционный климат и предпринимательскую среду, совершено не способствуют инновационной направленности российской экономики. Однако сопротивление модернизации основных государственных и экономических институтов носит в нашей стране исторический характер. Именно в процессе первой глубокой модернизации, предпринятой Петром I на рубеже XVII – XVIII веков, образовался раскол в российском обществе в целом и его властной элите в частности. Часть элиты поддержала прозападную ориентацию императора, а часть выбрала курс на сохранение самобытности и относительной изолированности России, на особый путь национального развития. Эта расколотость сохранялась в России на протяжении всей ее дальнейшей истории. Однако если обычно власть находилась в руках одной из двух вышеобозначенных группировок российской элиты, то сегодня в высших ее эшелонах представлены оба данных течения. Это во многом определяет противоречивость избранной стратегии модернизации: признание необходимости технологических инноваций и фактический отказ от модернизации политической, социальной и институциональной сфер.

Таким образом, обозначенная на сегодняшний день стратегия модернизации не выглядит ни обоснованной, ни реалистичной. В то же время, момент для начала модернизации экономики выбран весьма удачно. В ближайшие 20 лет вследствие вступления мировой экономики в понижательный период цикла Кондратьева технологическое отставание России от мировых лидеров будет нарастать гораздо более медленными темпами, чем в предыдущее тридцатилетие. Именно в аналогичный период предшествующей кондратьевской волны (60-е – 80-е годы ХХ века) страны Юго-Восточной Азии сумели совершить технологический рывок и войти в число наиболее передовых экономик мира. Однако для этого необходимо переориентироваться на стратегию догоняющего развития, которая требует активного заимствования и копирования передовых иностранных технологий, привлечения иностранного капитала в форме создания новых производств с ввозом собственных технологий, массовых закупок передового иностранного оборудования, создания специальных экономических зон, ориентированных на инвесторов из технологически передовых стран и т.п. В этом направлении творческое применение опыта НИС Азии могло бы помочь России повторить их весьма успешный путь модернизации. Однако значительных продвижений на данном пути пока незаметно. Об этом свидетельствуют, в частности, затраты на оплату патентов и лицензий, ввозимых из-за рубежа, осуществленные в 2009 году:

- в наиболее передовой в технологическом отношении стране мира – США – потратили около 25 млрд. $;

- в Германии – около 14 млрд. $;

- в Японии – около 16 млрд. $;

- в России 4,1 млрд. $3.

В то же время, должен быть подготовлен обширный банк научно-технических заделов, о чем говорил Д. Медведев в ранее цитированном выступлении. Напомним, что в нем он призывал создать широкую сеть организаций, которые будут оказывать поддержку в создании и развитии малых инновационных коммерческих и некоммерческих фирм и организаций по всей стране. Здесь мы, по-видимому, могли бы использовать более близкий нам опыт Западной Европы и США.

В первом приближении задачи модернизации российской экономики можно сформулировать следующим образом.

- Ликвидация технологического отставания в ключевых отраслях путем заимствования

- Формирование благоприятного инвестиционного климата

- Модернизация системы управления экономикой для повышения мобильности и конкурентности бизнеса

- Стимулирование развития венчурного бизнеса, создание системы поддержки венчурного предпринимательства

- Дальнейшее развитие системы внедренческих производств при ВУЗах и научных центрах

- Создание широкой системы грантов и государственных заказов на прикладные исследования и НИОКР с обязательным привлечением провинциальных ВУЗов и научных центров

- Государственная поддержка фундаментальной науки

Для сравнения, приведем задачи, поставленные в рамках новой инновационной стратегии, которую изложил 14 февраля 2011 года президент США Барак Обама в ходе представления конгрессменам концепции государственного бюджета на 2012 год. Они включают укрепление патентной системы, в частности, ускорение процесса выдачи патентов представителям малого бизнеса; улучшение системы образования; поддержку компаний, которые только начинают свой бизнес; увеличение инвестиций в базовые исследования, в том числе, двукратный рост финансирования Национального фонда науки и ряда других аналогичных организаций. Из технологических приоритетов названо развитие беспроводных систем связи по всей стране и развитие альтернативной энергетики. Как видим две стратегии поддержки инноваций практически ни в чем не совпадают. Полагаем, что этот факт должен заставить задуматься скорее российских разработчиков путей модернизации экономики, чем американских.

1.3 Модернизация – вот панацея российской экономики!

Американская газета «Лос Анжелес Таймс» решила жути поднагнать на своих читателей. А переводчики постарались, чтобы и русскоязычный народ был в курсе. Конечно, это не публикация научной статьи, а частное мнение частного лица. Но – тем не менее… Обозреватель этой уважаемой газеты написал для начала, что возвращение Путина на президентский пост – само по себе не новость ни для кого. (Для придания пряного вкуса своей статье обозреватель именует Путина «регентом», а Медведева –«дофином».)

Но дальше этот предсказатель заявил, что при полной очевидности того факта, что Россию ближайшие двенадцать (это минимально) лет ждет путинское правление – надо бить во все колокола. По той причине, что система, созданная Путиным в начале двухтысячных годов, перестала себя оправдывать и полностью самоисчерпалась. Она – эта система – уже не способна к самосовершенствованию, не может критически воспринимать новую информацию и, вследствие своей благоприобретенной окостенелости прямым ходом ведет Россию в тупик.

По словам обозревателя, такие системы, которые изжили себя, в лучшем случае кардинально и радикально подвергают реформированию, или же просто отбрасывают за ненадобностью и заменяют на что-то более прогрессивное. Но для российских реалий оба эти способа находятся под огромным знаком вопроса. Кто осмелится заикнуться в критическом смысле насчет системы, если ее родитель опять берет вожжи в свои руки?

Двенадцать последних лет ознаменовались для России окончательным установлением зависимости ее экономики, ее беззащитности пред волатильностью… эээ… проще сказать, перед тем, как непредсказуемо гуляют туда – сюда мировые цены на углеводороды. В случае продолжения движения России по этому гибельному пути – пророчествует обозреватель «Лос Анжелес Таймс» — ей светит только превращение в нефтяное государство с коррупцией, которая проела все сверху донизу, резким перепадом между бедными и богатыми, отсутствием социальной сферы, как таковой, деградацией науки и техники, укреплением господства государственных монополий в экономике.

Далее автор отмечает, что уже в России и образование и здравоохранение стали менее доступны для народа, а качество их – уже по общему мнению – оставляет желать лучшего – по сравнению с СССР, . В связи с тем, что население России быстро стареет вследствие ущербной демографической обстановки в стране – Пенсионный фонд скоро накроется медным тазиком, что может наверняка послужить дальнейшему нагнетанию социальной напряженности. Что говорить обозревателям, если сам Путин публично признал – да, дефицит бюджета и инфляция вынуждают правительство к применению жестких и болезненных мер для борьбы с ними.

А дальше заокеанский обозреватель, естественно, дает бесплатный совет – как все сразу вылечить. Модернизация – вот панацея! И российский президент, и премьер – министр много и часто теоретически рассуждали об этой самой модернизации, но практически не сделали ни одного шага в ту сторону, где эта самая модернизация для России обозначает наличие беспристрастных судов, честных и компетентных чиновников, по-настоящему свободные от цензуры средства массовой информации. И прочее, и прочее, и прочее…

Глава 2 .Конкурентоспособность российской экономики

Россия готова вступить во Всемирную торговую организацию /ВТО/ и быть "полноправным членом на стандартных, таких же, как для других стран, условиях". Россия "не нуждается в особых привилегиях, но и не будет мириться с какими-либо ограничениями" по сравнению с другими странами-членами ВТО.

Вступление России в ВТО - важнейший этап в развитии российской экономики.

Россия всячески приветствует этот процесс, однако вместе с тем "надеется быть услышанной в связи с собственными проблемами, появляющимися из-за расширения союза".

Власть России в лице премьера Михаила Касьянова сформулировала основную задачу при вступлении страны в ВТО следующим образом: Преимуществ от вступления в ВТО Россия должна получить больше, чем проблем. С этим согласно и правительство, и крупный бизнес. Однако ни те, ни другие, не знают, как бы это осуществить на практике. Да еще так, чтобы экономика страны после выполнения всех требований ВТО осталась в живых? Ведь значительность плюсов от вступления в ВТО отнюдь не очевидны. А силу удара от вторжения «экономических варягов» ощутит на себе каждый житель Российской Федерации.

Как известно, в качестве основных условий по вступлению РФ в ВТО Запад рассматривает открытие рынка финансовых услуг (прежде всего, страхового), трехкратное увеличение тарифов на электроэнергию внутри страны, снижение таможенных пошлин на импорт и другие не менее неприятные для нас моменты. Россия, конечно же, торгуется, но при этом ясно - либо мы уступим «по полной», либо вопрос о вступлении в ВТО в очередной раз отложится до лучших времен. По мнению вице-президента РСПП Игоря Юргенса, придется уступить не только там, где мы к этому готовы (рынок услуг, в том числе страховых), но и там, где это нам совсем не желательно.

Спору нет. С одной стороны, открытие рынков для иностранных производителей и поставщиков услуг создаст лучшие условия для конкуренции. Российскому несколько обленившемуся бизнесу придется поднапрячься и как следует покрутиться. Соответственно, снизятся цены, повысится качество услуг. И российский потребитель по идее должен почувствовать себя значительно лучше. Все это правильно.

С другой стороны, сегодня мало кто сомневается, что конкурентные позиции российских компаний и предприятий при таком открытии внутреннего рынка просто рухнут. Можно не сомневаться, многих не досчитаемся. Также, как не досчитаются налоговых сборов федеральные налоговики, бюджеты субъектов Федерации. Помимо этого тысячи и тысячи россиян отправятся в бессрочные неоплачиваемые отпуска, а врачи и учителя опять забудут, когда в последний раз получали в кассе деньги.

Конечно, все это не совсем экономика, а так называемые социально-экономические последствия. Но на то и правительство, чтобы учитывать все аспекты последствий.

Противники вступления в ВТО со своей стороны приводят вполне здравые доводы. К примеру, развитые страны заманивают экономически более слабые страны в ВТО и попросту захватывают их незащищенные рынки. За счет этого они получают доступ к более дешевым ресурсам и снижают собственные издержки. Естественно, конкурентоспособность развитых стран растет. А экономики стран слабых обычно так и не могут оправиться.

Рынкам России всего десять лет, - заявляет один из ярых противников вступления в ВТО председатель Общественного совета по вопросам присоединения России к ВТО, депутат Государственной Думы Константин Ремчуков, - их открытость и так постоянно растет, а значит, форсировать вступление в ВТО незачем. Тем более, что Запад, по убеждению депутата, заинтересован в усилении контроля за реформами Путина и в фактическом делегировании в Женеву части российского суверенитета. И, прежде всего, в плане субсидий и льгот российскому производителю. Кажется, у страха глаза велики?

Но российская рыночная экономика действительно еще очень молода. В ней масса проблем: слабая мобильность рынка труда, отсутствие межбанковских кредитных рынков, очень высокая стоимость капитала, недоразвитость фондового рынка как источника средств для развития. "Каким образом правительство хочет, чтобы в этих условиях бизнес развивался исключительно на основе рыночных законов и сил, непонятно?" – вопрошает депутат Ремчуков, весьма близкий к олигарху Дерипаске.

Конечно, противники вступления выглядят этакими замшелыми мастодонтами. Но, к сожалению, ни правительство, ни флагманы капитализма в России, похоже, не в состоянии внятно объяснить обществу, зачем мы рвемся в ВТО и что нам от этого будет хорошего.

Проблемы большинства отечественных производителей к членству в ВТО не имеют никакого отношения. Их нужно решать принципиально и внутри страны. Давным-давно отечественные производители пытаются добиться от правительства ясной и понятной промышленной политики. Четких ориентиров в развитии экономики, уровня экономических амбиций России сегодня. Однако у правительства, занятого множеством не менее важных проблем, до решения такого рода задач просто не доходят руки. А представители крупного (в основном, ресурсо-экспортного) бизнеса, которые на днях достигли столь умилительного консенсуса с правительством по вопросу вступления в ВТО, к сожалению, отнюдь не выражают интересов всей российской экономики в целом. Но поскольку они главные несуны валюты в копилку бюджета, их мнение для премьера Касьянова чрезвычайно важно и в конечном итоге определяет государственную политику в экономике.