Критерии общественного развития

Содержание:

Введение.

1. Общественное развитие. Прогресс и регресс.

2. Общественное развитие – идея и реальность

3. Критерии развития.

4. Критерии общественного  развития 

5. Заключение

6. Список использованной литературы

  Введение 

         Идея  общественного  развития   является   порождением Нового  времени.  Имеется в виду,   что именно  в это время   укоренилось   в сознании  людей и стало формировать их  мировоззрение   представление о поступательном,  восходящем  развитии  общества.  В  античности  подобного  представления  не  было.  Античное  мировоззрение,  как  известно,  носило  космоцентрический  характер.   А  это  значит,  что  человек  античности   был  координирован  по отношению к  природе,  космосу.  Эллинская философия  как  бы  вписывала человека  в  космос,   а  космос   в  представлении  античных  мыслителей   являл  собой  нечто  пребывающее,  вечное  и  прекрасное  в  своей  упорядоченности.  И  человек должен  был  найти  свое  место  в  этом  вечном  космосе,  а  не  в  истории.  Для  античного мироощущения  характерно  было  также  представление  о  вечном  круговороте - таком  движении,  при  котором  нечто,  созидаясь  и  разрушаясь, неизменно   возвращается   к  самому  себе.   Идея  вечного  возвращения  глубоко укоренена  в  античной  философии,  ее  находим  у  Гераклита,  Эмпедокла,  стоиков.  Вообще   движение  по  кругу  рассматривалось  в  античности  как  идеально правильное,  совершенное.   Оно  представлялось  совершенным   античным  мыслителям   потому,  что не  имеет начала  и конца и происходит  в одном и том же  месте,  являя собой как бы  неподвижность и вечность.

Идея  общественного  развития  утверждается  в эпоху Просвещения.  Эта эпоха поднимает на  щит разум,  знание,  науку,  свободу человека  и под этим углом зрения   оценивает историю,   противопоставляя   себя   предшествующим эпохам,  где,   на взгляд  просветителей,   преобладали невежество  и деспотизм. Просветители   определенным  образом   понимали  современную  им  эпоху  ( как эпоху  «просвещения» ),   ее   роль   и   значение   для  человека,  и  сквозь  призму так  понятой  современности  они  рассматривали  прошлое  человечества.  Противопоставление  современности,   трактуемой  как  наступление  эры  разума,   прошлому  человечества,  заключало  в  себе,  конечно,   разрыв  между  настоящим  и прошлым,  но   как  только   делалась  попытка   восстановить  между  ними  историческую  связь   по  основанию  разума  и  знания,   то  сразу   возникала   идея  о восходящем   движении  в  истории.   Развитие   и   распространение знания  рассматривалось  при  этом  как  постепенный  и  накопительный процесс. Неоспоримой  моделью  для  такой  реконструкции  исторического  процесса  служило   просветителям   накопление   научного   знания,   происходившее   в  Новое время.   Моделью  служило  им  также   умственное   становление  и  развитие  отдельного   человека,   индивида:   будучи  перенесено   на  человечество  в  целом,  оно  давало   историческое  развитие человеческого   разума.   Так,  Кондорсе  в своем   « Эскизе  исторической  картины развития человеческого  разума »  говорит,  что  «это развитие подчинено  тем же  общим законам,  которые наблюдаются в развитии  наших индивидуальных  способностей…».[1] 

Идея  общественного  развития  есть  идея  истории,   точнее  -  всемирной истории человечества*.   Эта   идея   призвана   связать историю воедино,   сообщить   ей   направленность  и смысл.   Но  многие  мыслители Просвещения обосновывая   идею  развития,   стремились  к тому,  чтобы   рассматривать его в качестве  естественного закона,  стирая  в той или иной  мере  грань между обществом   и природой.   Натуралистическая трактовка развития  была  у  них  способом  сообщить  развитию  объективный характер. 

1.     

ОБЩЕСТВЕННОЕ  РАЗВИТИЕ

Развитие которое характеризуется переходом от низшего к высшему, от менее совершенного к более совершенному. Заслуга выдвижения идеи и разработки теории общественного развития принадлежит философам второй половины XVIII в., а социально-экономической базой для самого возникновения идеи общественного развития послужило становление капитализма и вызревание европейских буржуазных революций. Кстати, оба творца первоначальных концепций общественного развития — Тюрго и Кондорсе — были активными общественными деятелями предреволюционной и революционной Франции. И это вполне объяснимо: идея общественного развития, признание того факта, что человечество в целом, в главном идет в своем движении вперед, есть выражение исторического оптимизма, свойственного передовым социальным силам. 

           Три характерных черты отличали первоначальные концепции развития.  

Во-первых, это  идеализм, т. е. попытка отыскать причины  поступательного развития истории  в духовном начале — в бесконечной способности совершенствования человеческого интеллекта (те же Тюрго и Кондорсе) или в спонтанном саморазвитии абсолютного духа (Гегель). Соответственно этому критерию развития тоже усматривали в явлениях духовного порядка, в уровне развития той или иной формы общественного сознания: науки, нравственности, права, религии. Между прочим, развитие было подмечено прежде всего в сфере научного познания (Ф. Бэкон, Р. Декарт), а затем уже соответствующая идея была распространена на социальные отношения в целом.  

Во-вторых, существенным недостатком многих ранних концепций  социального развития являлось недиалектическое рассмотрение общественной жизни. В таких случаях общественное развитие понимается как плавное эволюционное развитие, без революционных скачков, без попятных движений, как непрерывное восхождение по прямой линии (О. Конт, Г. Спенсер).  

В-третьих, восходящее развитие по форме ограничивалось достижением  какого-нибудь одного облюбованного  общественного строя. Весьма отчетливо  этот отказ от идеи неограниченного развития сказался в утверждениях Гегеля. Вершиной и завершением мирового развития им провозглашался христианско-германский мир, утверждающий свободу и равенство в их традиционном истолковании.[2] 

Эти недостатки в значительной степени были преодолены в марксистском понимании сущности общественного развития, включающем в себя признание его противоречивости и, в частности, того момента, что одно и то же явление и даже ступень исторического развития в целом могут быть одновременно развитыми в одном отношении и регрессивными, реакционными в другом. Именно таков, как мы видели, один из возможных вариантов воздействия государства на развитие экономики.  

Следовательно, говоря о поступательном развитии человечества, мы имеем в виду главное, магистральное направление исторического процесса в целом, его результирующую применительно к основным ступеням развития. Первобытнообщинный строй, рабовладельческое общество, феодализм, капитализм, эпоха социализированных общественных отношений в формационном срезе истории; первобытная доцивилизационность, земледельческая, индустриальная и информационно-компьютерная волны в ее цивилизационном срезе выступают основными «блоками» исторического развития, хотя по каким-то своим конкретным параметрам последующая формация и ступень цивилизации могут уступать предыдущим. Так, в ряде областей духовной культуры феодальное общество уступало рабовладельческому, что послужило основанием для просветителей XVIII в. смотреть на Средние века как на простой «перерыв» в ходе истории, не обращая внимания на большие успехи, сделанные в течение Средних веков: расширение культурной области Европы, образование там в соседстве друг с другом великих жизнеспособных наций, наконец, огромные технические успехи XIV— XV вв. и создание предпосылок для возникновения экспериментального естествознания.  

Если попытаться в общем виде определить причины общественного развития, то ими будут потребности человека, являющиеся порождением и выражением его природы как живого и не в меньшей степени как социального существа. Как уже отмечалось в главе второй, эти потребности многообразны по своей природе, характеру, продолжительности действия, но в любом случае они определяют мотивы деятельности человека. В повседневной жизни на протяжении тысячелетий люди вовсе не ставили своей сознательной целью обеспечить общественное развитие, а само общественное развитие отнюдь не является какой-то изначально заложенной в ход истории идеей («программой»), осуществление которой составляет ее сокровенный смысл. В процессе реальной жизни люди движимы потребностями, порождаемыми их биологической и социальной природой; а в ходе реализации своих жизненных потребностей люди изменяют условия своего существования и самих себя, ибо каждая удовлетворенная потребность порождает новую, ее же удовлетворение, в свою очередь, требует новых действий, следствием которых и является развитие общества.

Как вам известно, общество находится в непрерывном  движении. Мыслители давно задумались над вопросом: в каком направлении  оно движется? Можно ли это движение уподобить, например, циклическим изменениям в природе: вслед за летом наступает осень, затем зима, весна и снова лето? И так тысячи и тысячи лет. Или, может быть, жизнь общества подобна жизни живого существа: появившийся на свет организм взрослеет, становится зрелым, затем стареет и умирает? Зависит ли направление развития общества от сознательной деятельности людей? 

Развитие и регресс 

Направление развития, для которого характерен переход  от низшего к высшему, от менее  совершенного к более совершенному, называется в науке прогрессом (слово латинского происхождения, означающее буквально движение вперед). Понятию прогресса противоположно понятие регресса. Для регресса характерны движение от высшего к низшему, процессы деградации, возврат к изжившим себя формам и структурам. 

По какому пути идет общество: по пути прогресса или  регресса? От того, каким будет ответ  на этот вопрос, зависит представление  людей о будущем: несет ли оно  лучшую жизнь или не сулит ничего хорошего? 

Древнегреческий поэт Гесиод (VIII—VII вв. до н. э.) писал о пяти стадиях в жизни человечества. Первой стадией был «золотой век», когда люди жили легко и беспечно, второй — «серебряный век», когда началось падение морали и благочестия. Так, опускаясь все ниже, люди оказались в «железном веке», когда повсюду царят зло, насилие, попирается справедливость. Вероятно, вам нетрудно определить, каким видел Гесиод путь человечества: прогрессивным или регрессивным? 

В отличие от Гесиода древние философы Платон и Аристотель рассматривали историю как циклический круговорот, повторяющий одни и те же стадии. 

С достижениями науки, ремесел, искусств, оживлением общественной жизни в эпоху Возрождения  связано развитие идеи исторического  прогресса. Одним из первых теорию общественного прогресса выдвинул французский философ Анн Робер Тюрго (1727—1781). Его современник французский философ-просветитель Жак Антуан Кондорсе (1743—1794) писал, что история представляет картину беспрерывных изменений, картину прогресса человеческого разума. Наблюдение этой исторической картины показывает в видоизменениях человеческого рода, в беспрерывном его обновлении, в бесконечности веков путь, по которому он следовал, шаги, которые он сделал, стремясь к истине или счастью. Наблюдения над тем, чем человек был, и над 

тем, чем он стал в настоящее время, помогут нам, писал Кондор-се, найти средства обеспечить и ускорить новые успехи, на которые его природа позволяет  ему надеяться. 

Итак, Кондорсе видит исторический процесс как  путь социального прогресса, в центре которого — восходящее развитие человеческого разума. Гегель считал прогресс не только принципом разума, но и принципом мировых событий. Эту веру в прогресс воспринял и К- Маркс, считавший, что человечество идет ко все большему овладению природой, развитию производства и самого человека. 

XIX и XX вв. ознаменовались  бурными событиями, которые дали  новую «информацию к размышлению»  о прогрессе и регрессе в  жизни общества. В XX в. появились  социологические теории, которые  отказались от оптимистического  взгляда на развитие общества, характерного для идей прогресса. Вместо них предлагаются теории циклического круговорота, пессимистиче­ские идеи «конца истории», глобальных экологических, энергетических и ядерных катастроф. Одну из точек зрения по вопросу о прогрессе выдвинул философ и социолог Карл Поппер (род. в 1902 г.), который писал: «Если мы думаем, что история прогрессирует или что мы вынуждены прогрессировать, то мы совершаем такую же ошибку, как и те, кто верит, что история имеет смысл, который может быть в ней открыт, а не придан ей. Ведь прогрессировать — значит двигаться к некой цели, которая существует для нас как для человеческих существ. Для истории это невозможно. Прогрессировать можем только мы, человеческие индивидуумы, и мы можем делать это, защищая и усиливая те демократические институты, от которых зависит свобода, а вместе с тем и прогресс. Мы достигнем в этом больших успехов, если глубже осознаем тот факт, что прогресс зависит от нас, от нашей бдительности, от наших усилий, от ясности нашей концепции относительно наших целей и реалистического выбора таких целей».[3]

2. Общественный  прогресс – идея и реальность 

            Степень удовлетворенности общественным  устройством можно считать важнейшей  социологической характеристикой.  Но реальных заказчиков эта характеристика нашего социума не интересует. 

            А какое общественное устройство  нужно гражданам? Вот тут у  нас, особенно в последнее время,  непривычная неясность. 

            Поиск устойчивых критериев соответствия  общественного устройства устремлениям людей,  шаг за шагом сужает круг возможных решений. Остается лишь редукционистский вариант - найти естественнонаучное основание для вывода критериев оценки общественного устройства. 

            Общественная самоорганизация - результат поведения разумных людей. А мышцами людей управляет их мозг. Наиболее правдоподобной моделью работы мозга на сегодня является представление о мозге-оптимизаторе поведения. Мозг человека выбирает наилучший следующий шаг из набора возможных вариантов на основе прогноза последствий. 

            Качество прогнозирования последствий  отличает разумное поведение  от неразумного - человеческого  неразумного или животного. Глубина  и объем учитываемых человеком  причинно-следственных связей несоизмеримы  с возможностями животных. Как произошел этот отрыв - отдельный вопрос. Тем более, что в области общественных отношений оправдываемость прогнозов плохая. 

            Из представления о биологических  видах как самоорганизующихся  системах, конкурирующих в условиях  ограниченности ресурсов и находящихся в случайном потоке разрушительных внешних  воздействий, спектр мощностей которых неограничен, а частота появления убывает с повышением мощности, следует, что целевой функцией решаемой мозгом оптимизационной задачи является максимизация массы вещества, организованного в специфические для конкретного биологического вида структуры. Если биологические виды вступают в конкуренцию, то при прочих равных условиях проиграет тот из них, чей мозг отклоняется от максимизации массы вида.  

            Человек выстоял в биологической  конкуренции, значит, человеческий  мозг изначально максимизировал  массу вида "человек".  

            Способность прогнозировать развитие  ситуации привела к изменению  целевой функции. Максимизируется  некий функционал от численности и от степени защищенности от разрушительных внешних воздействий, значение которого увеличивается с ростом каждого из аргументов. Назовем этот функционал потенциалом человечества. 

            Убывающая с увеличением глубины  во времени надежность прогноза не контролируется человеком, что часто приводит к очевидным потерям. Это порождает две крайние позиции в отношение допустимости и полезности использования прогноза при выборе наилучшего следующего шага. Соответственно этим позициям в человеческом обществе всегда присутствуют два течения, две партии - "рационалистов" и "традиционалистов". "Рационалисты" считают, что (в мягкой формулировке) допустимо действовать, исходя из собственного прогноза. "Традиционалисты" утверждают, что вмешательство в "естественный" (читай - "традиционный") порядок является вредным. Убежденные сторонники обеих позиций могут привести достаточное количество фактов истории в подтверждение своей правоты. 

            Отмеченная особенность человеческой  психологии порождает на уровне человеческого общества специфический волновой процесс "пилу общественного развития". 

            В качестве исходной точки  нашего рассмотрения возьмем  общественно-политический кризис - хорошо знакомое состояние человеческого  общества.  

            Основная цель, достигаемая объединением людей в общественные структуры, - это выигрыш в степени защищенности от разрушительных внешних воздействий за счет обобществления части своих ресурсов. Поэтому основной функцией общественных структур является обеспечение эффективного использования обобществленных ресурсов. Организация общества должна быть адекватна выбираемому способу использования ресурсов. 

            Общественно-политический кризис  развивается тогда, когда обнаруживается  несоответствие организации общества предпочитаемому значительной частью людей способу использования обобществленных ресурсов. 

            В течение последних десятка  лет российское общество находится  на нисходящем участке "пилы  общественного развития". Эффективность  использования обобществленных ресурсов низка. Идет открытый конкурс идей. "Что делать?" - основной вопрос. Повышается общественный вес "рационалистов". Пока нет четкого выбора общества. И если ни одна из идей не получит решительного преимущества, то люди доверят управление конкретному человеку - лидеру, вождю. Это - запасной выход, фашизм, защита от хаоса, безысходной войны каждого с каждым.  

            В случае, если какое-либо из  предложений сумеет получить  достаточно массовую поддержку,  начнется выползание из кризиса по выбранному пути. В этой точке получившая поддержку идея базируется на близком и, скорее всего, точном прогнозе развития ситуации. Некоторое время удается решать неизбежно возникающие мелкие проблемы. Нарастает уверенность в правильности выбранного пути. Руль оказывается все прочнее закрепленным. Неизменность его положения защищают множество людей. Общественные структуры все лучше подгоняются для выбранного движения. С диссидентами не церемонятся. Общество оказывается на восходящем участке "пилы". 

            С удалением от кризисной точки  выбора идеи начинает проявляться  естественная неточность прогноза. Дальше - больше. А руль закреплен.  У руля к этому времени уже  не те "рационалисты"-практики, которые рискнули, решившись на  грех реализации придуманного, а чиновники, чье положение в обществе держится на неизменности пути. 

            В обществе нарастают кризисные  явления. Это - вершина зубца  "пилы". Эффективность использования  обобществленных ресурсов падает. "Хватит на нас экспериментировать!" - таким становится общественное мнение. Тут на политическую сцену выходят  "традиционалисты". Они убедительно доказывают, что выбранный путь был ошибочным с самого начала. Все было бы хорошо, если бы люди не послушались этих авантюристов - "рационалистов". Нужно вернуться. Но почему-то не до пещерного состояния, а на один шаг "пилы". "Традиционалисты", при массовой поддержке формируют общественные структуры переходного периода. "Рационалисты" отторгаются. А кризис продолжает нарастать, ведь "традиционалисты" рассчитывают на естественное "выздоравливание" общества, без разумного вмешательства. 

            Общество опять оказывается на  ниспадающей части "пилы общественного  развития". Время проходит. Стирается  острота эмоций, вызванных разоблачениями  деяний "рационалистов". Перед людьми снова стоит вопрос: "Что делать?" Цикл повторяется. 

            Предложенная качественная модель  описывает процессы общественной  самоорганизации в различных  по численности людей социумах. Специфическая динамика структур  прослеживается в истории стран, корпораций, малых коллективов. Фундаментальные причины структурных изменений могут быть разными, но реализация изменений всегда опосредуется разумным поведением людей. Это опосредование нарушает механическое соответствие между базисом и надстройкой. В степени удовлетворенности общественным устройством важнейшую роль играет оценка людьми эффективности использования обобществленных ресурсов. Эта оценка зависит от многих факторов, и ее резкие изменения могут происходить и без реальных существенных изменений самой эффективности. 

            Инициаторы конкурирующих вариантов  общественного устройства часто  декларируют их сравнительную  "прогрессивность". Это качество, не имея четкого определения,  влияет на общественное мнение. 

            Возможность сравнивать варианты общественного устройства по их "прогрессивности" предполагает определенную упорядоченность этих вариантов с образованием некоей траектории поступательного движения человечества к светлому будущему. Несмотря на исторический опыт, научные прогнозы, перспективы, рисуемые мировыми религиями, представление о мировом прогрессе, порожденное технологическими достижениями конца 19-го - средины 20-го веков, занимает важное место в обыденном сознании людей, влияет на их оценки. 

            В качестве реального наполнителя  понятия "прогресс" можно принять  рост потенциала человечества (функционала  от численности людей и степени  их защищенности от разрушительных  внешних воздействий) в результате  человеческой деятельности. При  этом параллельно идут два процесса: рост потенциала человечества и рост вероятности встречи с все более мощными (и более редкими) внешними воздействиями различной природы. Это соревнование с временем в сознании людей отображается как противоречие между оценкой достигнутого потенциала и представлением о требуемом уровне потенциала. 

            В отношение общественного устройства  определение качества "прогрессивность"  неприменимо. Здесь имеет основание  лишь оценка адекватности общественного  устройства выбранному пути наращивания потенциала и технологическому уровню хозяйства. И эта адекватность совершенно не предполагает однозначного соответствия. 

            Общественное устройство должно  обеспечивать (хотя бы не тормозить)  деятельность людей по наращиванию  потенциала. На этом требовании может базироваться оценка людьми его удовлетворительности. [4]

3.     

Критерии прогресса

Кондорсе (как  и другие французские просветители) считал критерием прогресса развитие разума. Социалисты-утописты выдвигали  нравственный критерий прогресса. Сен-Симон считал, например, что общество должно принять такую форму организации, которая бы привела к осуществлению нравственного принципа: все люди должны относиться друг к другу, как братья. Современник социалистов-утопистов немецкий философ Фридрих Вильгельм Шеллинг (1775—1854) писал, что решение опроса об историческом прогрессе осложнено тем, что сторонники и противники веры в совершенствование человечества полностью запутались в спорах о критериях прогресса. Одни рассуждают о прогрессе человечества в области морали, другие — о прогрессе науки и техники, который, как писал Шеллинг, с исторической точки зрения является скорее регрессом, и предлагал свое решение проблемы: критерием в установлении исторического прогресса человеческого рода может служить только постепенное приближение к правовому устройству. 

Еще одна точка  зрения на общественный прогресс принадлежит  Г. Гегелю. Критерий прогресса он усматривал в сознании свободы. По мере роста  сознания свободы происходит поступательное развитие общества. 

Как видим, вопрос о критерии прогресса занимал  великие умы нового времени, но решения  не нашел. Недостатком всех попыток  одолеть эту задачу было то, что  во всех случаях в качестве критерия рассматривалась лишь одна линия (или  одна сторона, или одна сфера) общественного развития. И разум, и мораль, и наука, и техника, и правовой порядок, и сознание свободы — все это показатели очень важные, но не универсальные, не охватывающие жизнь человека и общества в целом. 

В наше время  философы также придерживаются разных взглядов на критерий общественного прогресса. Рассмотрим некоторые из них. 

Одна из существующих ныне точек зрения состоит в том, что высшим и всеобщим объективным  критерием общественного прогресса  является развитие производительных сил, включая развитие самого человека. Она аргументируется тем, что направленность исторического процесса обусловлена ростом и совершенствованием производительных сил общества, включающих средства труда, степень овладения человеком силами природы, возможности их использования в качестве основы жизнедеятельности человека. В общественном производстве лежат истоки всей жизнедеятельности людей. Согласно этому критерию, те общественные отношения признаются прогрессивными, которые .соответствуют уровню производительных сил и открывают наибольший простор для их развития, для роста производительности труда, для развития человека. Человек здесь рассматривается как главное в производительных силах, поэтому их развитие понимается с этой точки зрения и как развитие богатства человеческой природы. 

Эта позиция  подвергается критике с другой точки  зрения. Так же как нельзя найти  всеобщий критерий прогресса только в общественном сознании (в развитии разума, морали, сознании свободы), так  нельзя найти его лишь в сфере  материального производства (техники, экономических отношений). История дала примеры стран, где высокий уровень материального производства сочетался с деградацией духовной культуры. Чтобы преодолеть односторонность критериев, отражающих состояние лишь одной сферы жизни общества, необходимо найти понятие, которое характеризовало бы сущность жизни и деятельности человека. В этом качестве философами предлагается понятие свободы. 

Свобода, как  вы уже знаете, характеризуется не только знанием (отсутствие которого делает человека субъективно несвободным), но и наличием условий для ее реализации. Необходимо также решение, принимаемое на основе свободного выбора. Наконец, требуются еще и средства, а также действия, направленные на реализацию принятого решения. Напомним также, что свобода одного человека не должна достигаться путем ущемления свободы другого человека. Такое ограничение свободы носит социально-нравственный характер.