Новосибирский государственный архитектурно-строительный университет (Сибстрин) 
 
 

Кафедра истории отечества 
 
 
 
 
 
 
 

РЕФЕРАТ 

КРЫМСКАЯ  ВОЙНА 1853-1855 гг.:  
ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ 
 
 
 
 
 
 

                                             Выполнил:

                                             Студентка первого курса гр. 128 б

                                             Тропезникова Дарья Вениаминовна 

                                             Проверил:

                                             Валиева Елена Николаевна 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Новосибирск 2010 г.

Содержание 

Введение

       Крымская  война – это знаковое событие  из истории XIX в. Её результат во многом повлиял на политику реформ, проводимых молодым императором Александром II, необходимость которых стала очевидна после данной войны.

       Крымская  война 1853-1856 гг., начавшаяся как русско-турецкая, но в последствие ставшая общеевропейской, возникла после длительной и сложной политической борьбы между государствами (Россией – с одной стороны; Турцией, Англией и Францией – с другой), интересы которых сталкивались на Ближнем Востоке. Война завершилась поражением русской армии и подписанием Парижского мирного договора в 1856 г.

       Кроме военных операций на Дунае, в Крыму, на Черном море особое место занимает Кавказский фронт Крымской войны, где военные действия велись еще и при национально-освободительном движении многих народов Кавказа под предводительством Шамиля.

       Крымская  война - одно из крупнейших событий XIX в., отметившее собою крутой поворот в истории Европы в это столетие. Бесспорное торжество консервативных элементов в начале века завершилось в 1815 году Венским конгрессом, надолго установившим политическое строение Европы. “Система Меттерниха” получила господство по всему европейскому материку и получила свое крайнее выражение в Священном Союзе, объединявшем в начале все правительства континентальной Европы и представлявшем как бы взаимное страхование всех европейских правительств от всяких попыток со стороны управляемых народов изменить в свою пользу реставрированные феодальные порядки. И действительно не раз французские, австрийские и прусские войска ходили усмирять свободолюбивых подданных разных мелких и крупных тиранов Германии, Италии и Испании. Французская революция 1830 года сделала первую брешь в этом товариществе взаимного страхования от свободы, просвещения и прогресса.

       За  нею последовали события в  Бельгии, Польше, Испании, англо-французское  сближение, революция и народные движения 1848 года, новое торжество  реакции после того, как поддержанная русской армией Австрия подавила вооруженные русские народные движения Венгрии, Италии и Германии. Консервативная группа держав с самой могущественной из них, Россией, во главе, казалось, еще более сплотилась и упрочилась, восстановив свою гегемонию в Европе. Эта сорокалетняя гегемония (1815 — 1853 года), самым могущественным образом задерживавшая развитие народов, вызывала в Европе всеобщую ненависть, которая с особенной силой направлялась против России, как главного оплота Священного Союза. Между тем события выдвигали вопросы, требовавшие решения, соединявшие западные либеральные державы и напротив того разъединявшие восточные консервативные. Такими вопросами, единственными, на которых западная группа могла пытаться дать битву, и явились затруднения и осложнения на Востоке. Интересы Англии и Франции, во многом несходные, здесь сходились на охране Востока от поглощения Россией.

       Три основных фактора обусловили появление  и развитие непосредственно “восточного  вопроса”:

       1) упадок, некогда могущественной, Османской империи;

       2) рост национально-освободительного движения народов против османского ига;

       3) обострение противоречий между европейскими странами на Ближнем Востоке, вызванных борьбой за раздел мира.

       Напротив  того, Австрия не могла в этом вопросе быть искренней союзницей России, так же, как и западные державы, всего для себя опасаясь от поглощения Востока русской империей. Таким образом, Россия была изолирована. И хотя главный исторический интерес борьбы заключался в задаче устранить консервативную гегемонию России, четыре десятилетия тяготившую над Европой, тем не менее, консервативные державы оставили Россию одинокой и тем подготовили торжество либеральных держав и, стало быть, либеральных принципов. И в Англии и во Франции война с северным консервативным колоссом была популярна, причем война из-за какого-нибудь западного вопроса (итальянского, венгерского, польского) могла только сплотить консервативные державы. Война из-за восточного вопроса их разъединяла. Нужен был повод.

       Таким предлогом послужили пререкания из-за святых мест в Палестине, начавшиеся еще в 1850 году. Спор шел между православной и католической церковью о “палестинских святынях”, находившихся на территории Османской империи. Речь шла о том, какой из церквей принадлежит право владеть христианскими памятниками в Иерусалиме и его окрестностях. Россия защищала православное духовенство, а Франция покровительствовала католикам. Кроме того, Турция, в которой проживало достаточно много христиан, отказывалась обеспечить их равноправие с мусульманами.

       Таким образом, так как у России не было союзников, Крымская война началась в обстановке дипломатической изоляции России, которой предстояла борьба с коалицией наиболее технически развитых государств. Крайне неблагоприятны для России были и внутренние условия в ней. Отсталая военная промышленность, базировавшая на крепостном труде, не могла обеспечить армию новейшим вооружением и снаряжением. Бездарность командования, казнокрадство интендантного ведомства, устаревшее вооружение и бездорожье сильно понижали боеспособность русской армии, несмотря на героизм и самоотверженность русских солдат и матросов.

       Крымская  война началась как захватническая с обеих сторон. Если царизм стремился  к захвату черноморских проливов и к расширению своего влияния  на Балканах, то Англия и Франция стремились вытеснить Россию с берегов Черного моря и из пределов Закавказья. Османская империя также преследовала в этой войне свои, реваншистские цели.

1. Причины Крымской войны 1853- 1856 гг.

       В основе политики Николая I в начале его правления лежала заветная мечта Екатерины II — изгнание турок из Европы и установление российского контроля над черноморскими проливами. С другой стороны, император имел имидж правителя, непреклонно стоящего на страже принципа легитимизма и сохранения статус-кво в Европе.

       Такая двойственность ограничивала для российской дипломатии возможность маневра. Сыграть на руку России могло массовое движение православного населения на Балканах, аналогичное восстанию греков. Поэтому в основе планов и записок Николая I и его сподвижников, относящихся к 1853 году, находится мысль о том, что в случае массовых волнений в Оттоманской Порте достаточно выделить относительно небольшие силы и осуществить дерзкий десант 13-й и 14-й дивизий на берега Босфора.

       В начале 50-х годов, по мнению Николая, сложилась наиболее благоприятная обстановка для осуществления его грандиозного замысла. Монархи Австрии и Пруссии были его партнерами по Священному союзу; Франция, по его мнению, ещё не окрепла после революционных потрясений, Великобритания отказалась участвовать в войне, и, кроме того, царю казалось, что Великобритания и Франция, являясь соперницами на Ближнем Востоке, не заключат между собой союза. Однако эти обнадеживающие взгляды царя на международное положение были не до конца верны. После революций 1848 г. французский император Наполеон III, памятуя о лаврах Наполеона I Бонапарта, желал укрепить свой трон с помощью какого-нибудь победоносного военного конфликта. А перед Великобританией открылась перспектива образования антироссийской коалиции, и при этом добиться ослабления влияния России на Балканах.

       Известно, что 9 января 1853 г. на одном из великосветских балов в Петербурге состоялась первая беседа Николая I с сэром Джорджем Гамильтоном Сеймуром, британским послом в России. Разговор шел о разделе Османской империи. Называя Турцию «больным человеком», Николай I предложил принять соглашение о разделе ее на сферы влияния между Россией и Англией. При второй встрече с Сеймуром, состоявшейся 14 января 1853 г., Николай I настаивал на заключении нового англо-русского неофициального устного соглашения по поводу совместных действий в случае падения Османской империи. Царь подчеркнул, что ни одна из великих держав не должна владеть Константинополем (кроме России), а Дунайские княжества должны быть под защитой России. Англии он предложил в качестве компенсации Египет и Крит. Сеймур сообщил в Лондон подробное содержание переговоров с русским императором. Когда министр иностранных дел британского кабинета Рассел получил это сообщение, он ответил 9 февраля, что падение Оттоманской империи — дело очень далекого будущего и что соглашение между Англией и Россией может скорее привести к войне на Ближнем Востоке, чем предотвратить ее.

       Не  добившись успеха в переговорах  с Великобританией по поводу разграничения сфер влияния на Ближнем востоке, Николай I решает действовать в одиночку.

       Поводом для начала войны послужила распря между католическим и греко-православным (ортодоксальным духовенством), вспыхнувшая  из-за обладания религиозными святынями христиан в Палестине. Еще один найденный Николаем I повод была невыдача Турцией России и Австрии польских и венгерских эмигрантов. Российский император в феврале 1853 г. потребовал от Порты (турецкого правительства) поставить всех православных подданных Османской империи под его покровительство, одновременно приказав морскому министру князю А.С. Меншикову, отличавшемуся чрезмерным самомнением, недоверчивостью и нерешительностью, снарядить военный линейный корабль и плыть в Константинополь с требованиями к султану. В случае неполного удовлетворения российских требований Меншикову разрешалось предъявить ультиматум, т.е. официальное объявление войны. Меншиков довольно бесцеремонно повел себя во время встречи с султаном Абдул-Меджидом, хотя тот соглашался на некоторые уступки. После нескольких дней переговоров Меншиков представил султану проект конвенции, которая делала российского царя фактически вторым турецким султаном. Разумеется, Абдул-Меджид не ожидал такого от российского посланника и отклонил конвенцию».

       В ответ Русская армия начала оккупацию турецких владений в Румынии, надеясь тем самым склонить Порту к уступкам и не доводить дело до войны.

2. Накануне  войны

       Первоначальные планы русского командования отличались особой смелостью и решительностью. Предполагалось провести в жизнь план Босфорской экспедиции, составленный на основе проекта адмирала Лазарева и поддержанный начальником штаба Черноморского флота адмиралом Корниловым. План Босфорской экспедиции предусматривал снаряжение сильной экспедиции «с помощью флота прямо в Босфор и Царьград». По плану войска, предназначенные для десанта, должны были произвести посадку на корабли в один день в Севастополе и Одессе и идти к Босфору на соединение с остальной частью войск. В случае выхода турецкого флота в море предполагалось разбить его и затем уже следовать к Босфору. Прорыв русской эскадры в Босфор ставил под удар столицу Турции, Константинополь. Чтобы помешать Франции в оказании помощи Турции, план предусматривал занятие Дарданелл.

       Николай I, как всегда в подобных случаях, одобрил этот проект, но выслушав очередные анти-доводы князя А.С. Меншикова, отверг его. Впоследствии были отвергнуты и другие активно-наступательные планы и выбор императора пал на очередном безликом плане отличавшемся, как и большинство решений императора, отказом от каких-либо активных действий.

       Войскам, под командованием генерал-адъютанта  Горчакова, предписывалось, в июне 1853 г. переправиться через Прут, достигнуть Дуная, не переправляться через него и избегать военных действий. Черноморскому же флоту надлежало оставаться у своих берегов и уклоняться от боя, выделить лишь крейсера для наблюдения за турецким и другими иностранными флотами. Такой демонстрацией силы Николай I надеялся склонить Турцию к уступкам. О том, что эти действия приведут к войне в окружении русского императора и не думали.

       В результате таких действий царского правительства Россия в очень  скором времени окажется втянутой в  самую тяжелую и проигранную  для нее войну в XIX в.

  2.1. Положение союзников перед началом войны.

       Англия в Крымской войне хотя и располагала самым мощным флотом в мире, однако ее сухопутная армия насчитывала не более 150 тыс. человек.

       Англия, оттеснившая после падения Наполеона  Францию на второй план, установила свое господство в восточной части Средиземного моря, на подступах к проливам, Малоазиатскому полуострову.

       К середине XIX в. Англия добилась полной монополии на мировом рынке. Она стала самой мощной индустриальной державой мира.

       Главной задачей британского правительства  было любой ценой добиться ослабления русского влияния на Востоке, особенно в Турции, Иране и в бассейне Черного моря.

       Включение Кавказа в состав России очень  беспокоили британское правительство, для которого господство слабого, распадавшегося турецкого государства над богатейшими землями Кавказа и Закавказья было выгоднее, нежели господство России, ибо власть Турции создавала определенные возможности колониальной экспансии и закабаления народов Кавказа английским капиталом.

       Французская армия накануне Крымской войны насчитывала  в мирное время до 350 тыс. человек, а в военное время могла развернуться и достигнуть 500-550 тыс. человек. Общая численность французской пехоты накануне войны составляла 330 тыс. человек. Кавалерия состояла из 60 полков.

       Австрия, Пруссия и Швеция непосредственного участия в Крымской войне не приняли, но армии этих государств, насчитывавшие в общей сложности свыше 1 млн. человек заняли угрожающее положение на западных границах России.

       Недавние  друзья России по Священному союзу  поставили ее в такое положение, которое вынудило ее оставить на западных рубежах до ¾ своей сухопутной армии. Понятно, какое влияние на ход и на исход Крымской войны оказало это обстоятельство.

  2.2. Положение Османской империи перед началом войны.

       В начале 50х гг. XIX в. огромная Османская империя представляла эфемерный конгломерат слабо связанных между собой отдельных народностей.

       По  свидетельству Жоли Виктора Турция к началу Крымской войны имела  все учреждения европейских государств. Но турецкий султан заимствовал у европейской цивилизации только то, что могло способствовать утверждению и распространению его деспотизма.

       С середины XVIII в. огромным влиянием на Турцию стала пользоваться Франция, направлявшая как внешнюю, так и внутреннюю политику султана. Но уже накануне Крымской войны Англия приобрела исключительное влияние в Константинополе, и это положение сохранялось и в последующие годы.

       Вооруженные годы Турции состояли из регулярной действующей  армии – Низамийе, резерва регулярной армии – Редиф, иррегулярных войск и вспомогательных контингентов, набиравшихся в вассальных владениях Османской империи, под общим названием «Неферам-аскер». Численность Низамийе доходила до 136 тыс. человек. Вспомогательные войсковые контингенты, набранные в завоеванных странах, составляли 116 тыс. человек.

         Рекрутский набор в регулярную турецкую армию был введен с 1839 г. Согласно этому закону каждый солдат обязан прослужить в Низамийе 6 лет, после чего отпускался в бессрочный отпуск с обязательством собираться в продолжение 7 лет на одномесячные сборы. Из солдат, увольняемых в бессрочный отпуск создавался Редиф.

       Артиллерия  турецкой армии придерживалась больше прусской системы.

       Турецкая  конница была исключительно легкой и напоминала организационной структурой и вооружением французские уланские полки.

       В регулярной турецкой армии могли проходить службу только мусульмане.

       Исходя  из всего этого, можно сделать  вывод, что турецкая армия, принявшая  многие заимствования Европейских  стран, комплектовалась несколько  лучшим образом, чем российская (где срок рекрутской службы доходил до 25 лет). К тому же помощь Западной Европы повышал военный потенциал турецкой армии.

  2.3. Положение России перед началом войны.

       Россия  еще перед началом боевых действий находилась в тяжелом международном положении. Однако царь, не желая признавать этого, решался на активизацию боевых действий с надеждой в быструю и легкую победу.

       Перед началом Крымской войны Россия располагала  обученной сухопутной регулярной и  иррегулярной армией, насчитывавшей 1 397 178 человек, в том числе 31 392 генерала и офицера. К январю 1853 г. на действительной военной службе состояло 938731 человек регулярных войск, в бессрочном и годовом отпусках — 212677 человек (регулярных войск). В иррегулярных войсках на действительной службе состояло 89168 человек, остальные 156682 человека не были в строю и не несли действительной службы.

       Таким образом, накануне Крымской войны русская  армия под ружьем насчитывала 1 027 899 солдат и офицеров.

       Регулярные  войска делились на действующие, или  так называемые линейные, резервные  и запасные местные и вспомогательные.

       Действующая русская пехота делилась на линейную и легкую (карабинеры, егеря, стрелки).

       К началу Крымской войны русская пехота состояла из 110 полков, в каждом полку 3—5 батальонов, которые состояли из 6 рот каждый. Кроме пехотных полков в русской армии было 9 стрелковых и 84 линейных батальона. Вся регулярная русская пехота перед самым началом Крымской войны была сведена в 30 дивизий четырехполкового состава и 6 отдельных бригад.

       Регулярная  кавалерия русской армии накануне Крымской войны состояла из 15 кавалерийских дивизий, в которые входило 59 шести- и десятиэскадронных полков. Вся кавалерия делилась на тяжелую (кирасиры и драгуны) и легкую (уланы и гусары).

       Вооружение  как регулярных, так и иррегулярных войск по качеству было низкое. Медленное заряжание стрелкового оружия, его низкие баллистические качества снижали боеспособность и огневую маневренность пехоты и кавалерии.

       Русская пехота и конница накануне Крымской войны были вооружены гладкоствольными, заряжавшимися с дула кремневыми. ударными ружьями семилинейного калибра. Дистанция стрельбы из этих ружей достигала только 600 шагов. Стрелковые батальоны были вооружены штуцерами с нарезным каналом ствола, также заряжавшимися с дула. Дистанция стрельбы из штуцеров достигала 1200 шагов.

       Предельная  дальность стрельбы полевой артиллерии едва доходила до 500—600 саженей при  стрельбе гранатой и до 200—300 саженей  при стрельбе картечью. Разумеется, при таких свойствах артиллерия не способна была своим огнем осуществлять мощную подготовку атаки пехоты, что приводило к большому числу потерь в людях.

       Кроме полевой артиллерии в русской  армии в этот период была и осадная, на вооружении которой были чугунные, гладкоствольные, заряжавшиеся с дула орудия (18-фунтовые пушки, пудовые единороги, двух- и пятипудовые горные орудия — мортиры). Для обороны крепостей кроме перечисленных систем применялись 36-фунтовые и трехпудовые бомбовые пушки.

       Военно-морской  флот перед Крымской войной имел очень  мало паровых судов. В Балтийском и Черноморском флотах, в Архангельской, Камчатской и Каспийской флотилиях насчитывалось немногим более 90 тыс. человек. На первое место по численности личного состава и кораблей накануне Крымской войны выдвигался Черноморский флот. Благодаря руководству и неутомимой деятельности патриотов родины адмиралов М. П. Лазарева, П. С. Нахимова, В. Л. Корнилова и В. И. Истомина Черноморский флот по организации и боевой подготовке превосходил английский и французский флоты. Но в Черноморском флоте, как и в Балтийском и во флотилиях, накануне Крымской войны не было ни одного винтового корабля.

       Перед началом Крымской войны Черноморский флот насчитывал 17 линейных кораблей, вооруженных 84—120 пушками, 7 фрегатов, 7 пароходо-фрегатов, 5 корветов, 12 бригов и много мелких кораблей. 28 пароходов, состоявших в числе кораблей флота, приводились в движение колесами.

       В Черноморском флоте насчитывалось 1472 офицера и 36667 матросов.

       Так же как и Отдельный Кавказский корпус, Черноморский флот отличался  от всех остальных флотов царской  России.

       Огромное значение Черноморскому флоту придавали враги России, и потому в планах войны основное внимание уделялось Севастополю с его «самым страшным жупелом», которым был Черноморский флот. Именно потому, что он был лучшим флотом России, его опасались англичане и французы. Уничтожение Черноморского флота, этого «жупела», и захват первоклассной военно-морской базы — Севастополя — было первоочередной стратегической и политической целью англо-франко-турецкой коалиции в Крымской войне.

         Таким образом, мы видим, как  сильно проявляются недостатки русского войска и каковы их глубинные корни, т.е. влияние пережитков феодально-крепостнического строя.

3.Ход войны

       Когда император Николай I, не объявляя войны, ввел русские войска, под командованием князя Горчакова, в Дунайские княжества  “ околе Турция не удовлетворит справедливых требований России” (манифест 14 июня 1853 года), в Вене была созвана конференция из представителей России, Англии, Франции, Австрии и Пруссии для улаживания мирным путем возникших разногласий, цели не достигла. В конце сентября. Турция, под угрозой войны, потребовала очищения княжеств в двухнедельный срок, а 8 октября английские и французские флоты вошли в Босфор, нарушив этим конвенцию 1841 года, объявившую Босфор закрытым для военных судов всех держав.

       23 октября султан объявил России  войну. К этому времени русская  Дунайская армия (55 тысяч солдат) была сосредоточена в окрестностях  Бухареста, имея передовые отряды на Дунае, а турки имели в Европейской Турции до 120—130 тысяч солдат, под командованием Омера-паши. Войска эти расположены были: 30 тысяч у Шумлы, 30 тысяч в Адрианополе, остальные по Дунаю от Виддина до устья.

       Несколько ранее объявления воины турки  начали военные действия захватом в  ночь на 20 октября Ольтеницкого карантина на левом берегу Дуная. Прибывший русский отряд генерала Данненберга (6 тысяч солдат) 23 октября атаковал турок и, несмотря на их численное превосходство (14 тысяч), почти уже занял турецкие укрепления, как был отведен назад генералом Данненбергом, считавшим невозможным удерживать Ольтеницу под огнем турецких батарей с правого берега Дуная. Затем Омер-Паша сам вернул турок на правый берег Дуная и беспокоил наши войска лишь отдельными внезапными нападениями, чем отвечали и русские войска.

       Одновременно с этим турецкий флот подвозил припасы кавказским горцам, действовавшим против нас по наущению Порты и Англии. Чтобы воспрепятствовать этому, 18 ноября адмирал П.С.Нахимов с эскадрой из 18 кораблей напал н турецкий флот в Синопской бухте. После 3-х часового боя, неприятельский флот, в числе 11 судов был истреблен: пять судов взорвано, турки потеряли до 4000 убитыми и ранеными 1200 турок попали в плен. Потери русских составили 229 солдат и 38 офицеров.

         Это явилось поводом для прямого  вмешательства Англии и Франции в конфликт между Россией и Турцией. В январе 1854 г. 70-тысячная англо-французская армия высадилась в болгарском городе Варна. В марте Англия и Франция предъявили России ультиматум об очищении Дунайских княжеств от войск, а вскоре, не дожидаясь ответа, объявили ей войну.

  3.1. Дунайская и Кавказская кампании

       Между тем Омер-паша, отказавшись от наступательных операций со стороны Ольтеницы, собрал к Калафату до 40 тысяч солдат и решил разбить слабый передовой Мало-Валахский отряд генерала. Анрепа (7,5 тысяч солдат). 25 декабря 18 тысяч турок атаковали у Четати отряд в 2,5 тысячи солдат полковника Баумгартена, но подошедшие подкрепления (1,5 тысячи) спасли наш отряд, расстрелявший все патроны, от окончательной гибели. Потеряв до 2 тысяч человек, оба наши отряда отступили ночью к селу Моцецей.

       После сражения у Четати Мало-Валахский  отряд усиленный до 20 тысяч, расположился на квартирах у Калафата и преградил туркам доступ в Валахию; дальнейшие военные действия в январе и феврале 1854 года ограничивались мелкими столкновениями.

             Тем временем действия наших войск на Кавказе сопровождались полным успехом. Здесь турки, еще задолго до объявления войны, собрав 40-тысячную армию, в середине октября открыли неприязненные действия. Начальником русского действующего корпуса назначен был энергичный князь Бебутов. Получив сведения о движении турок к Александрополю, Бебутов 2 ноября выслал отряд генерала Орбелиани. Отряд этот неожиданно наткнулся у села Баяндура на главные силы турецкой армии и едва спасся в Александрополе. Турки же, опасаясь русских подкреплений, заняли позицию у Башкадыклара. Наконец 6 ноября получен был манифест о войне 14 и ноября князь. Бебутов двинулся на Карс.

       Другой  турецкий отряд (18 тысяч) 29 октября подошел  к Ахалцыху, но начальник Ахалдыхского отряда князь Андронников со своими 7-ю тысячами 14 ноября сам атаковал турок и обратил их в беспорядочное бегство. Турки потеряли до трех с половиной тысяч солдат, тогда как потери русских ограничились лишь 450 чел.