Культура и религия. 15

4

Содержание

Введение

Глава 1. Культура и религия: понятие

1.1 Начала культуры и истоки религии

1.2 Религия: понятие и классификация

1.3 Влияние религии на искусство и литературу

Глава 2. Проблемы взаимодействия культуры и религии

2.1 Религия и культурное время

2.2 Проблемы определения веры и убеждения

Заключение

Список литературы              25

Введение

Всё более глубокий интерес сегодня проявляется к сакральному периоду бытия, когда мир является людям в своей изначальной цельности, таинстве и всемогуществе.

Исследования племён, сохранивших до нашего времени первобытный уровень развития, позволили обрисовать общую модель свойственного древнему человеку архаического сознания. Она основана на видении мира целостным, взаимозависимым, взаимообусловленным. В традициях и верованиях народов, сохранивших черты архаического прошлого, исследователи отмечают одну важнейшую особенность, отличающую их мышление от современного. По утверждению В.Ф.Арсеньева, первобытное мышление ориентировано исключительно на мистические причины, действие которых оно чувствует повсюду.[1] Например, допускается, что одно и то же существо может в одно и то же время пребывать в двух или нескольких местах. Животные и люди воспринимаются в таком единстве, что даже возможность перехода из одного облика в другой считается вполне очевидной. Все явления в большом и малом, земном и космическом, преходящем и вечном связаны между собой, обладают способностью к передаче своих свойств и к перевоплощению. Реальной полагается способность материального воздействия на явление через мысленные и физические манипуляции с его образом.

В процессе длительной эволюции архаического сознания, его рационализации появляются и закрепляются в культуре представления о “сверхъестественном”. В основе этих представлений лежат “верования в одушевление всей природы — верования, которые достигают высшей своей точки в олицетворении её... Для примитивных человеческих племён солнце и звёзды, деревья и реки, облака и ветры становятся личными одушевлёнными существами, которые живут наподобие людей или животных...”[2] Термин “анимизм” (от лат. anima —  душа, дух) впервые был употреблён немецким химиком и физиологом Г.Э.Шталем (1660 - 1734), но в научный оборот его ввёл Э.Б.Тайлор.

Эдуард Тайлор, известный английский исследователь первобытной культуры, задавался вопросом: существуют ли на земле или существовали когда-нибудь прежде племена людей, у которых совсем не было бы никаких религиозных понятий? В своей книге “Первобытная культура”, в которой собрано огромное количество мифов самых разных народов мира, автор сделал вывод: нет, наука не знает таких племён.

Первые попытки рационального переосмысления  мифологического материала предпринимались  еще  в античности. Средневековые христианские теологии дискредитировали античную мифологию,  интерес к ней возродился у гуманистов эпохи  Возрождения,  которые  видели в ней выражение чувств и страстей  эмансипирующейся человеческой личности. Деятели французского Просвещения рассматривали мифологию как продукт невежества и обмана,  как суеверие. Романтическая философия мифологии, получившая завершение у Шеллинга, трактовала мифологию как эстетический феномен,  занимающий промежуточное положение между природой и искусством и содержащей символизацию  природы. Во второй половине XIX века друг другу противостояли две основные магистральные школы изучения мифа. Первая из  них  опиралась на достижения научного сравнительно-исторического языкознания и разрабатывала лингвистическую концепцию мифа. Вторая школа  - антропологическая,  или эволюционистская,  -  сложилась в Великобритании  в  результате  первых  научных  шагов сравнительной этнографии. Мифология возводилась к анимизму, к  некоему представлению о душе,  возникающему у "дикаря" из размышлений о смерти, снах, болезни.

Изучение мифологии и др. факторы подтверждают: религия существовала в первобытнообщинном обществе.

Цель написания реферата заключается в рассмотрении религии в контексте мировой культуры.

В связи с чем будут рассмотрены следующие вопросы:

      начала культуры и истоки религии;

      религия: понятие и классификация;

      влияние религии на искусство и литературу;

      религия и культурное время;

      проблемы определения веры и убеждения.             

Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы.

Глава 1. Культура и религия: понятие

1.1 Начала культуры и истоки религии

В основе всех социальных явлений лежит реальная человеческая деятельность, практика. Религия не исключение в этом отношении, и вопрос только в том, какие именно стороны практики породили религию. Вопрос о практике – один из самых сложных в современной философии, важность его признают представители многих ее направлений – не только тех, в рамках которых эта категория выступает как системообразующая (марксизм, прагматизм, научный реализм и др.), но и всех тех, кто исповедует так называемый “деятельностный подход”, а в их числе и многие специалисты в области философии культуры: при всех разногласиях в понимании культуры все-таки в основу ее определения ныне чаще всего полагается именно понятие “деятельность”. Не останавливаясь на сущностно-структурных характеристиках практики, поскольку в самых общих чертах она понимается здесь как чувственно-человеческая деятельность (“sinnlich menschliche Tätigkeit”) и притом “совпадение изменения обстоятельств и человеческой деятельности, или самоизменения, может рассматриваться и быть рационально понято только как революционная практика” (Маркс).

Рассмотрим ее динамические характеристики. С этой точки зрения, прежде всего, бросается в глаза то, что практика претерпевает, а в дальнейшем и сама провоцирует целую цепь культурных дихотомий, которые в свою очередь определяют всю массу культурных феноменов – то есть феноменологию культуры. Так что предложенный К.Леви-Строссом формально-структурный метод бинарных оппозиций в исследованиях культуры может найти в этой развертывающейся дихотомичности свое рационально-содержательное истолкование. В известном смысле теоретический подход к последовательности таких истолкований и есть обоснование культурологии – теоретико-исторический взгляд на культуру.

С момента возникновения социума, то есть по завершении становления человеческого общества, антропосоциогенеза, практика в качестве производственной (поначалу единственно сущей) деятельности раздвоилась на такую, которая имеет связь с заранее намеченным результатом – удовлетворением определенной материальной потребности людей, и такую, которая не имеет связи с результатом, но общество рассматривает ее как не менее, а иногда и как более важную для достижения результата. Такое раздвоение на реальную и иллюзорную практику отражало меру господства человека над окружающей природой, то есть соотношение деятельности свободной (той, в которой человек действовал со знанием дела) и несвободной (той, где результат определяется не целенаправленными усилиями человека, а игрой неподконтрольных ему случайностей).

Раздвоенность практики остается скрытой от сознания, не проходит через него, потому и возникает иллюзия того, что все содержание сознания основано на знаниях. Группа охотников в случае удачной охоты повторяет в точности действия, приведшие к удаче. Среди этих действий есть такие, которые ведут к результату (положим, отыскание следов, выслеживание, преследование, ловля, умервщление и т.д.). Но гораздо большую долю в деятельности группы охотников – и чем древнее эпизод, тем больше доля – составляют те действия, которые не определяются результатом и не связаны с ним: они определяются цепью случайностей, сложившихся в цепь опять-таки случайно. Положим, повторный успех сопутствовал деятельности группы охотников после перехода ручья или после того, как была сломана ветка дерева, изданы те или иные звуки и т.д. У всех этих действий есть шанс стать действиями магическими. Магия (колдовство) и есть как раз такая деятельность, которая не ведет к результату, но парадоксальным образом считается совершенно необходимой для его достижения. Действия, таким образом, подразделяются на утилитарные и “обрядовые”. И поскольку у обрядовых связь с результатом носит опосредованный характер, эти действия гораздо более устойчивы, неизменны – они ведь не должны приспосабливаться к изменяющейся обстановке, ибо производятся по принципу: так всегда делали, когда была удача. Раздвоенность практики на реально-утилитарную и магико-иллюзорную лежит в основе последующего раздвоения сознания и психики в целом: инициированные практикой универсальные процессы генерализации и систематизации представлений возводят, в конце концов, совокупность реальных знаний на уровень науки, а совокупность иллюзорных знаний – псевдознаний (незнания в оболочке знания), полученных в ходе магико-символической деятельности – на уровень религиозного учения.

Но все это произойдет много позже. Сейчас же сознание не отделено от действия, познание вплетено в практику; по сути, это единое синкретичное образование, в котором принципиально нельзя отделить познавательный акт от моторно-практического. Тем более невозможно разделить, расчленить реальность и иллюзию, что то и другое в качестве содержания человеческого поведения в одинаковой мере подтверждается успехом или неудачей действия.

Практика, таким образом, будучи непосредственно связана с объектом, одинаково подтверждает и знание, и псевдознание. С момента возникновения человека в его деятельности проявляется реальная сила (та узкая на первых порах сфера, где деятельность человека была надежной, устойчиво вела к желаемому результату – эта сфера могла быть сколь угодно узка, но никогда не могла быть вообще равной нулю) и реальное бессилие (то есть невозможность ни при каких обстоятельствах преодолеть власть случайностей – эта сфера всегда сокращается,но никогда не исчезает). Дальнейший процесс автономизации знания есть одновременно и процесс последующей его дихотомизации: в знании обнаруживается заблуждение, то есть то, что выглядело как знание, не будучи им на самом деле – то, что было знанием лишь по видимости. Так реализуется живое противоречие: избавление от некоторой части знания – служит приращению знания. Здесь же нас, разумеется, интересует не этот процесс внутри знания, а то, что привело к возникновению религии.

Магическая практика представляла собой весьма своеобразное явление: если любое утилитарное действие имело в виду непосредственный результат, по достижении цели “умирало” в результате, то результат магического действия не имел непосредственного касательства к его же, этого действия, цели. Раздваивался в данном случае именно результат. Получалось как бы два результата: один – реальный (преодоленная река, переломленная ветка – в моем примере), а другой – мнимый. В этом втором случае отсутствие немедленного желаемого следствия удивить никого не могло – ведь всегда оставалась возможность счесть магические действия недостаточно точно выполненными. Важнее, однако, другое. Магическое действие было – именно в силу своей направленности на иной, нежели утилитарно-непосредственный, результат – прообразом символической деятельности. Эта деятельность сходна с деятельностью знаково-сигнальной, но одновременно и резко отлична от нее. Первая представляет собой пусковой механизм системы “стимул – реакция”; вторая – составная часть гораздо более сложной системы, в которой раздвоен сам результат. Омовение, сломленная ветка, – все это непосредственные результаты отдельных актов, но в виду при этом имеется совсем другой результат, для которого первый – всего лишь посредник. Так уже на ранних стадиях существования человечества дает себя знать важная особенность символического мышления – его дихотомичность, раздвоенность на образ и идею, которые, однако, нерасчленимо слиты воедино для носителей символического сознания. В самом деле, образ будущего результата сочленен в магическом действии с сутью желаемого, взятого в отвлеченной форме, то есть с его идеей. Выясняется, что элементарные практические акты отнюдь не элементарны: над “простой” практической цепочкой, состоящей из идеального образа будущего (цели), наборасредств, деятельности по реализации цели и, наконец, результата, – надстраивается еще одна – символическая, направляемая образно-идеальной схемой цепь иллюзий, обусловленная состоянием практики, но в то же время необходимая для этой практики.

Это хорошо понимал Б.Малиновский: “Самый существенный для нас момент в магическом и религиозном ритуале – то, что он вступает в силу там, где не хватает знания. Обосновываемые участием сверхъестественных сил обряды вырастают из самой жизни, но это никогда не сводит на нет практические усилия человека”.

1.2 Религия: понятие и классификация

Религия - многогранное, разветвленное, сложное общественное явление, представленное различными типами и формами, самыми распространенными из которых являются мировые религии, включающие многочисленные направления, школы и организации.

В истории культуры особое значение имело возникновение трех мировых религий: буддизма в VI в. до н. э., христианства в 1 в. н.э. и ислама в VII в. н. э. Эти религии внесли существенные изменения в культуру, вступив в сложное взаимодействие с различными ее элементами и сторонами.

Термин «религия» латинского происхождения и означает «благочестие, святыня». Религия - это особое мироощущение, соответствующее поведение и специфические действия, основанные на вере в сверхъестественное, нечто высшее и священное. Религия предстает такой формой отражения действительности, в которой преобладает психологический, иррациональный элемент - различные состояния души, настроения, грезы, экстаз. Однако стержнем, основой любой религии является вера в Бога, бессмертие души, потусторонний мир, т. е. мифы и догмы.

Религия представляет собой фундаментальный феномен культуры и два основополагающий типа мировоззрения. На протяжении всей истории человечества шел процесс дифференциации наук, формировались различные области знания: естественнонаучная, техническая, социальная, гуманитарная. Подобным образом и в религии шел процесс формирования новых религий (от политеистических к монотеистическим) (см. Таблицу 1.1, Таблицу 1.2). 

Таблица 1.1

Классификация религий по Г. Гегелю

Таблица 1.2

Современная классификация религий

Каждая эпоха имеет свои доминанты, наряду с которыми присутствуют периферийные формы мировоззрения, играющие, тем не менее, значимую роль в развитии человеческого общества. Так, в эпоху средневековья в европейской традиции господствующей была христианская религиозность - как официально, так и на уровне массового сознания, а наука существовала в виде фонового, в основном элитарного типа миропонимания, свойственного кругам просвещенного монашества и только еще зарождавшимся тогда светским университетским кругам. А уже Новое время, начиная с ХVII века, являет нам образец нарастающего господства научного типа миропонимания. Критерии и идеалы научности изменчивы, они имеют определенные закономерности развития. В эпоху господства религиозных систем наука подавляется, в том числе и силовыми методами, а в эпоху господства науки подавляется религиозность.

Очевидно, что и сегодня наука не вытеснила религиозные формы миропонимания, не уничтожила их, а лишь оттеснила религиозность на периферию стратегической магистрали познания и миропонимания в структурах массового сознания. Основная идея науки - закономерность развития природы и общества - не только не исключает веры в Бога, но, напротив, требует ее для своего собственного обоснования. В этом заключается сама возможность совместимости науки и религии.

В идеальной модели взаимодействия религии и науки они должны мирно сосуществовать, не обращая друг на друга никакого внимания. Наука должна ограничиться причинным объяснением взаимосвязи вещей и процессов, а религия - опытом нашего духа, внутренней жизни, который не зависит от истин науки.

Именно наука и религия в наибольшей степени реализуют мировоззренческую функцию культуры, они тесно связаны между собой, их роль в культуре исполнена глубоким смыслом и стратегической перспективой.

Однако отношения этих двух феноменов культуры на протяжении длительного исторического периода отнюдь не отличались абсолютной гармонией, а в массовом сознании продолжает воспроизводиться представление об их несовместимости и даже конфликте. Отсюда возникает задача поиска позитивного диалога между наукой и религией, их честное взаимное признание, уважение и сотрудничество.

1.3 Влияние религии на искусство и литературу

Религия и искусство

Во взаимодействии с искусством религия обращается к духовной жизни человека и по-своему интерпретирует смысл и цели человеческого бытия. Искусство и религия отражают мир в форме художественных образов, постигают истину интуитивно, путем озарения. Они немыслимы без эмоционального отношения к миру, без развитой образности, фантазии. Но искусство имеет более широкие возможности образного отражения мира, выходящие за пределы религиозного сознания.

Как взаимодействовали искусство и религия на протяжении человеческой истории? Для первобытной культуры характерна нерасчлененность общественного сознания, поэтому в древности религия, представлявшая собой сложный синтез тотемизма, анимизма, фетишизма и магии, была слита с первобытным искусством и моралью. Все вместе они явились художественным отражением природы, окружающей человека, его трудовой деятельности - охоты, земледелия, собирательства. Сначала, очевидно, появился танец, представлявший собой магические телодвижения, имеющие целью задобрить или устрашить духов, затем родилась музыка и мимическое искусство. Из эстетической имитации процессов и результатов труда постепенно развилось изобразительное искусство, направленное на умилостивление духов.

Огромное влияние религия оказала на античную культуру) одним из элементов которой явилась древнегреческая мифология. Из мифов мы узнаем об исторических событиях того времени, об общественной жизни и быте греков архаического периода. Гомеровский эпос («Илиада» и «Одиссея») является важным источником для изучения древнейшего периода истории Греции, о котором нет других письменных свидетельств.

Кроме того, древнегреческие мифы послужили почвой для возникновения античного театра. Прообразом театральных представлений были празднества в честь популярного и любимого во многих областях Греции бога Диониса. Во время празднеств выступали хоры наряженных в козьи шкуры певцов, исполнявших особые гимны - дифирамбы (от греч. diphyrambos- «песня козлов»); в этих празднествах, так называемых дионисиях - истоки греческой трагедии. Из сельских празднеств с шуточными песнями и плясками родилась комедия.

Древнегреческая мифология оказала большое влияние на культуру многих современных европейских народов. К ней обращались Леонардо да Винчи, Тициан, Рубене, Шекспир, Моцарт, Глюк и многие другие композиторы, писатели и художники.

Библейские мифы, в том числе главный миф - о богочеловеке Иисусе Христе, были самыми притягательными для искусства. Основными сюжетами живописи на протяжении многих веков были евангельские сюжеты, художники по-разному трактовали Рождество и Крещение Христа, Тайную Вечерю, Распятие, Воскресение и Вознесение Иисуса. На полотнах Леонардо да Винчи, Крамского, Ге, Иванова Христос представлен как высший идеал человека, как идеал чистоты, любви и всепрощения. Эта нравственная доминанта преобладает во всей христианской иконописи, фресках, храмовом искусстве.

Храм - это не только место богослужения, это - крепость, эмблема силы и независимости государства или города, исторический памятник. Так, самая древняя церковь в Ленинградской области - церковь Св. Георгия в Старой Ладоге - была построена в честь победы над шведами, осадившими Ладогу в 1164 г., и посвящена Святому Георгию, покровителю ратных дел. Главный храм Пскова - Троицкий собор (1365-1367 гг.) - был символическим выражением столичных функций Пскова как независимой вечевой республики. Памятником утверждения Киевского государства был Софийский собор в Киеве, построенный Ярославом Мудрым в XI в. на месте одержанной над печенегами победы. В роскошной обстановке, среди драгоценного убранства, на фоне великолепных фресок здесь происходили торжественные церемонии вокняжения великих князей, назначения высших чинов, приемы послов. Здесь находилась кафедра киевских митрополитов. При Софийском соборе в Киеве собиралась первая на Руси библиотека, велось летописание.

Таким образом, храмы, являясь культовыми сооружениями, имели и большое культурное значение; в них воплотились история страны, традиции и художественные вкусы народа.

Для каждого храма древнерусские мастера находили свое, единственно верное архитектурное решение. Умея точно выбрать лучшее место в ландшафте, они добивались гармоничного сочетания храма с окружающей природой, что усиливало выразительность храмовых сооружений. Примером может служить самое поэтичное творение древнерусского зодчества - церковь Покрова в излучине реки Нерли на Владимирско-Суздальской земле.

Религия и литература

Религия оказала большое влияние на литературу. Три основные мировые религии - буддизм, христианство и ислам - дали миру три великие книги - Веды, Библию и Коран.

Веды - четыре главные книги древних индийцев (Риг-веда, Атхарваведа, Самаведа и Яджурведа), были созданы в течение XII - VII в. до н. э. Словом «Веды» (от санскритского; «ведение, знание») называют также и относящиеся к данным книгам брахманы (книги, излагающие и трактующие ведические обряды), араньяки («лесные книги», где объясняется мистический смысл ведических обрядов и раскрывается их символика), а также созданные позднее, в VII - III вв. до н. э., Упанишады - книги, в которых культ и мифология Вед получают философское обоснование и где на первый план выступают общие рассуждения о боге, человеке и природе.

Веды - это ценнейший источник древнеиндийской философии, обширный фонд идей и знаний в самых разных областях. Здесь рассказывается о творении мира, вводятся понятия космологии, теологии, гносеологии, мировой души, определяются практические пути преодоления зла и страдания, обретения духовной свободы. Характер толкования Вед определил различные направления древнеиндийских философских школ (веданты, сан-кьи, йоги и др.). На почве Вед возникла не только индийская философия, она послужила философской основой древнейшего индийского эпоса - Махабхараты и Бха-гавадгиты, где в поэтической форме идет речь о нравственном аспекте индуизма, о внутренней свободе, о добре, зле и справедливости.

Библия (от греческого «библос» - книга) состоит из двух частей. Первая из них - Ветхий Завет является богослужебной книгой иудаизма (под названием «Тора»). Она была записана в 1-II вв. до н.э. и является памятником древнееврейской литературы. В Ветхий завет включены законоучительные книги (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), исторические хроники (книги Иисуса Навина, Судей, Руфи, 4 книги Царств, 2 книги Парали-помемнон, 2 книги Ездры, книга Есфирь), сочинения проповедников (так называемые учительные книги), религиозная лирика, размышления о смысле жизни (книги Иова и Екклезиаст), любовная лирика (книга Притчей Соломона) и др.

Коран (VII-VIII вв. н. э.) - главная книга исламского вероучения, излагающая основы представлений мусульман о судьбах мира и человека, содержит собрание обрядовых и юридических установлений, назидательные рассказы и притчи. В Коране, кроме того, представлены древнеарабские обычаи, арабская поэзия, фольклор. Литературные достоинства Корана признаны всеми знатоками арабского языка.

Роль религии в истории мировой культуры заключалась не только в том, что она даровала человечеству эти священные книги - источники мудрости, доброты и творческого вдохновения. Религия оказала немалое влияние на художественную литературу разных стран и народов.

Так, христианство воздействовало на русскую литературу. В древнерусской литературе (жития) подробно описывалась жизнь святых, подвижников, праведников-князей, а сам Иисус Христос еще не выступал в качестве литературного персонажа: слишком велики были священный трепет и благоговейное отношение к образу Спасителя. В литературе XIX в. Христа тоже не изображали, но в это время появляются образы людей христианского духа и святости: у Ф. М. Достоевского - князь Мышкин в романе «Идиот», Алеша и Зосима в «Братьях Карамазовых», у Л. Н. Толстого - Платон Каратаев в «Войне и мире». Как это ни парадоксально, литературным персонажем Христос впервые стал в советской литературе. А. Блок в поэме «Двенадцать» впереди объятых ненавистью и готовых идти на смерть людей поставил Христа, образ которого, очевидно, символизирует надежду на очищение и покаяние. Позднее Христос появился в романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита» под именем Иешуа, у Б. Пастернака - в «Докторе Живаго», у Ч. Айтматова - в «Плахе», у Ю. Домбровского - в «Факультете ненужных вещей».

Писатели обратились к образу Христа как идеалу нравственного совершенства, спасителю мира. Кроме того, обращаясь к земной жизни Христа, на долю которого выпали предательство, преследование, неправый суд, русские писатели XX века проводили тем самым параллель с теми муками, которые переживали многие их современники на протяжении советского периода истории России.

В сложную эпоху «коммунистического перевоспитания» человека, эпоху сталинской диктатуры и лагерей многие люди уставали жить, разуверивались в «вечных ценностях». Обесценивание жизни, страх перед физической гибелью порождали в людях такие черты, как трусость, лицемерие, покорность, предательство.

Когда люди теряют духовные ориентиры, порывают с вечными ценностями и начинают жить только сиюминутными интересами, заботясь лишь о материальном (пище, одежде, жилье), тогда культура и общество в целом неизбежно оказываются в кризисном состоянии. Так было на закате античности, это происходит и сейчас. Выход из тупика - в нравственном возрождении людей, которое всегда совершалось на духовной, в том числе религиозной, основе.