Любовь в философии Эриха Фромма

План

 

I.  Биографияи  основные философские взгляда  Эриха Фромма.

 

II.  Обзорнекоторых  работ Эриха Фромма.

 

III.  Философиялюбви  Эриха Фромма: основные положения, изложенные в работе «Искусство  любви»:

 

1.  Любовькак  ответ на проблему существования.

 

2.  Любовьмежду родителями и детьми.

 

3.  Объектылюбви:

 

3.1.  Братскаялюбовь.

 

3.2.  Материнскаялюбовь.

 

3.3.  Эротическаялюбовь.

 

3.4.  Любовьк  себе.

 

3.5.  Любовьк  богу.

 

IV.  Заключение.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

I. Биография и основные философские взгляды

 

Эриха Фромма.

 

Эрих Фромм – немецко-американский психолог и социолог, представительнеофрейдизма. Большинство авторов считают одним из выдающихся психологов, чьиработы уже давно признаны классическими. Несмотря на то, что его часто называютглавой неофрейдизма, сам он определял свою деятельность как «гуманистическийпсихоанализ», который, по мнению Фромма, наряду с другими науками призван былсоздать «Гуманистическую Науку о Человеке как основу Прикладной Науки иПрикладного Искусства Социальной Реконструкции». «Прожив жизнь, вместившуюпочти целое столетие, полное социальных потрясений, он не разуверился вспособности человека к разумной жизни и умел возвращать эту разумность в тех, вком она была затоптана. Его собственная жизнь может служить примеромплодотворности».[1] 

 

Эрих Фромм родился 23 марта 1900 года в Германии, воФранкфурте-на-Майне, в еврейской семье. Его прадед и дед были раввинами, отецзанимался торговлей виноградным вином, а мать происходили из семьи русскихэмигрантов, переселившихся в Финляндию и принявших иудаизм. Эрих Фромм имелвозможность не только получить прекрасное образование в гимназии, но и затемпродолжить это образование в лучших университетах Германии, где онспециализировался в области социальной психологии. Среди его учителей были МаксВебер, Карл Ясперс, Генрих Риккерт.

 

Взросление поколения,к которому принадлежал Фромм, началось с осмысления причин и следствий первоймировой войны и последовавших за ней революций в России и Германии. Такой опыт,несомненно, оказал влияние на выбор профессии.

 

В 1922 году Фромм получил в старейшем немецкомуниверситете в Гейдельберге степень доктора философии. Он увлекаетсяфрейдистским учением и избирает карьеру психоаналитика, в течение года изучаетпсихоанализ в Берлинском психоаналитическом институте.

 

Однако «наряду с психоаналитической практикой, которую онначинает активно вести с 1925 года, значительную часть своего времени онпосвящает теоретическим исследованиям в области социальной психологии»[2]. Являясь в самом началесвоих теоретических исследований строгим последователем и приверженцемортодоксальной теории Зигмунда Фрейда, Эрих Фромм постепенно меняет своивзгляды и под влиянием философии Людвига Фейербаха и Карла Маркса критическипереоценивает фрейдистскую точку зрения на природу бессознательных влечений ироль социальных факторов в становлении человеческой личности. «Фромм отходит отбиологизма Фрейда, приближаясь по своим взглядам к антропологическомупсихологизму и экзистенциализму».[3] Он пытается разработать целостную концепциюличности и стремится при этом обнаружить механизм взаимодействияпсихологических и социальных факторов в процессе её формирования. «Связь междупсихикой индивида и социальной структурой общества выражает, по Фромму,социальный характер, в формировании которого особая роль принадлежит страху.Страх подавляет и вытесняет в бессознательное черты, несовместимые сгосподствующими в обществе нормами. Типы социального характера совпадают сразличными историческими типами самоотчуждённого человека (накопительский,эксплуататорский, «рецептивный» (пассивный), «рыночный»)».[4] Существование в современномзападном обществе различных форм социальной патологии Фромм также связывает сотчуждением.

 

Огромное влияние на формирование социально-философскихвзглядов Фромма оказала работа в Институте социальных исследований воФранкфурте-на-Майне, который возглавлял Макс Хоркхаймер. Сотрудником данногоинститута Фромм был с 1929 по 1932 годы. Именно на основе этого институтасложилась и получила мировую известность так называемая Франкфуртскаясоциологическая школа в лице таких её представителей, как Макс Хоркхаймер,Теодор Адорно, Герберт Маркузе. Идейные искания представителей этой школы вомногом нашли отражение в социальной философии Эриха Фромма. Например, попыткилиберализовать марксизм, синтезировав его с неогегельянством, экзистенциализмоми фрейдизмом.

 

  Данная  группа занималась в частности  практическим анализомвзаимоотношений  власти и общества, идеологии  и науки, экономики и политики.Фромм  возглавлял в институте отдел социальной психологии, которым был проведёнсоциологический анализ неосознанных мотивов поведения в малых и больших группахв среде немецких рабочих и интеллигенции.

 

Накануне прихода к власти фашистов этими исследователямибыла выявлена готовность немецкого общества подчиниться диктаторскому режиму,по поводу которого у представителей Франкфуртской школы не было ни иллюзий, нисимпатий. В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, Фромм, как и большинствоего коллег, эмигрировал в США.

 

        В США, сначала в Чикаго, а затемв Нью-Йорке, Фромм и его коллеги продолжили работу по изучениюсоциально-психологических причин и последствий авторитаризма, теперь уже наамериканском материале, например, изучение авторитарных тенденций в системевоспитания в семье. Они создали своё периодическое издание «Журнал социальныхисследований». «Однако из-за конфронтации с Адорно и Маркузе Фромм вынужденпокинуть институт и навсегда распрощаться с франкфуртской школой. Оторвавшисьот «немецких корней», он полностью оказывается в американском окружении…»[5]

 

        Именново время пребывания Эриха  Фромма окончательно сформировалась  егонеофрейдистская социальная  философия. В Америке Фромм вёл  активнуюпреподавательскую работу  в Колумбийском и Йельском  университетах, участвовал вразличных союзах и ассоциациях психоаналитиков. В 1946 году в Вашингтоне былвновь создан институт психологии, психиатрии и психоанализа, где Фроммпродолжает заниматься своей научной деятельностью.

 

        В1949 году большинство представителей  Франкфуртской социологической школы,которые эмигрировали в США, вернулось на родину, однако Фромма с ними не было.Он остался в Америке. С 1951 по 1967 годы он жил в Мексике, освоил испанскийязык и занимался преподавательской и научной деятельностью. Фромм возглавилИнститут психологии при Национальном университете в Мехико. В 1974 году ЭрихФромм вместе с женой переехал в Швейцарию, где он продолжил работу над своимикнигами. Последняя из его работ была посвящена учению Фрейда. Фромм умер 23марта 1980 года в Муральто в Швейцарии.

 

II. Обзор  некоторых работ ЭрихаФромма.

 

        Первая,опубликованная в 1941 году  книга «Бегство от свободы»  принесла Эриху Фромму широкуюизвестность. В данной работе автор с  психоаналитической точки зрения  исследуетфашизм как социальное  явление. В этой книге Фромм впервые изложил основныеположения своей социальной философии, которые он развивал во всех своихпоследующих работах. «Главная тема размышлений и теоретических поисков таких,например, широко известных его работ, как «Человек как он есть» (1947),«Разумное общество» (1955), «Искусство любви» (1956), «Концепция человека уМаркса» (1961), «Без цепей иллюзий» (1962), «Сердце человека» (1964),«Революция надежды» (1968), «Анатомия человеческой деструктивности» (1973), — это взаимодействие психологических и социальных факторов в процессеобщественного развития, анализ различных путей его гуманизации».[6]

 

Уже в первой книге Эриха Фромма «Бегство от свободы» какфилософская идея была заявлена тема человеческой деструктивности. Человек, помнению Фромма, как правило, старается подавить в себе иррациональные страсти,такие как влечение к разрушению, ненависть, зависть и месть. Как объясняетучёный, в основе всех этих пагубных комплексов лежат бессилие и изоляциякаждого человека. Только путём разрушения окружающего мира человек можетизбавиться от чувства собственного ничтожества. «Это последняя, отчаяннаяпопытка конкретного человека не дать миру расправиться с ним».[7]

 

        Такаяпозиция американского исследователя  свидетельствует, в первую очередь, осерьёзном отношении к феномену разрушительности. При рассмотрении этогофеномена Фромм сознательно отказывается от общих метафизических абстракций иопределяет деструктивность как отклик человека на разрушение нормальныхчеловеческих условий бытия. 

 

        В«Бегстве от свободы» Фромм указывает на колоссальный уровень обнаруживаемыхповсюду разрушительных тенденций. «По большей части они не осознаются кактаковые, а рационализируются в различных формах. Деструктивное тогда ещё неоценивалось Фроммом как тайна. Он формулировал предельно просто:разрушительность – это результат непрожитой жизни. Человечество в принципе можетспастись от самоуничтожения. Однако, возможно, писал учёный, пройдёт тысячалет, прежде чем человек перерастёт свою дочеловеческую историю».[8]

 

       

 

Едва ли не самой лучшей работой Эриха Фромма некоторыеучёные называют работу «Анатомия человеческойдеструктивности» (1973).[9] В данной работе Фромм обобщил все своимногочисленные попытки дать целостное представление о реформированномпсихоанализе и о специфике философско-антропологической рефлексии. Книга, какотмечает П.С. Гуревич, носит энциклопедический характер: автор предлагаетчитателю ознакомиться с широчайшей панорамой биологических, психологических иантропологических учений. Фромм философски переосмысливает разрушительное вчеловеке как проблему зла в индивиде, в социуме, в истории, в жизничеловеческого рода.

 

        Спецификуданной работы, а также  и определённую сложность для  анализа концепции ЭрихаФромма  создаёт её жанр. С одной стороны, жанр работы можно определить каккритический анализ множества естественнонаучных концепций, с другой стороны,это всё-таки философское исследование.

 

        Какуже отмечалось выше, тема  человеческой деструктивности рассматривалась  Фроммомуже в первой работе. Однако  необходимо отметить, что после опубликования работы«Бегство от свободы» взгляды учёного на эту проблему претерпели изменения.Анализируя рассуждения Фромма в первой работе, можно говорить о том, что в тотпериод он вполне разделял общие мировоззренческие взгляды западной философииотносительно изначальной порочности человеческой природы. В «Анатомиичеловеческой деструктивности» Фромм делает совершенно другой вывод: человекусовершенно незачем стремиться к тому, чтобы перерасти дочеловеческую историю.Человека ни в коем случае нельзя рассматривать как разрушителя по самой своейприроде. Присущая человеку деструктивность, его разрушительный инстинкты – этоблагоприобретённое свойство. Эти погромные и погибельные страсти были порожденыв человеке историей.

 

        Самавтор рассматривал «Анатомию человеческой деструктивности» как первый томзадуманного им обширного исследования в области теории психоанализа.

 

III. Философия  любви Эриха Фромма:

 

основные положения,

 

изложенные в работе «Искусстволюбви».

 

        По мнению самого автора, работа «Искусство любви», опубликованная в1956 году, ставит своей целью показать, «что любовь – не сентиментальноечувство, испытать которое может всякий человек независимо от уровня достигнутойим зрелости. Она хочет убедить читателя, что все его попытки любить обречены нанеудачу, если он не стремиться более активно развивать свою личность в целом,чтобы достичь прогрессивной ориентации; удовлетворение в индивидуальной любвине может быть достигнуто без способности любить своего ближнего, без истиннойчеловечности, отваги, веры и дисциплины».[10]

 

       

 

Как пишет Фромм,первый и очень серьёзный шаг, который необходимо сделать, должен привестичеловека к осознанию любви как искусства, причём такого искусства, котороеможно сравнить с искусством жить. Если человек стремится к тому, чтобынаучиться любить, то он должен поступать точно также, как он бы поступал, еслибы хотел научиться любому другому искусству.

 

        Проблемалюбви для подавляющего  большинства людей заключается  в том, чтобы быть любимым,а не в том, чтобы самому любить, научиться любить. Таким образом, длябольшинства сущность проблему в том, чтобы их любили, чтобы они могли вызыватьчувство любви к себе.

 

        Нонесмотря на такое понимание  проблемы любви, вопреки жажде  любви, глубокоукоренившейся в человеке, почти всё остальное в нашей жизни принято считатьедва ли не более важным, чем любовь. Мы стремимся к успеху, престижу, деньгам ивласти. И именно чтобы научиться достижению этих целей, мы затрачиваем почтивсю свою энергию, и почти никакой энергии не употребляется на обучениеискусству любви.

 

1. Любовь  как ответ на проблемусуществования.

 

Тот факт, что человек вышел из животного царства,является, по Фромму, существенным для всего существования человека. Выйдя изцарства животных, человек тем самым вышел из «сферы инстинктивной адаптации»[11], он переступил границыприроды. Обратной дороги у человека нет. Когда-то оторвавшись от природы,человек больше уже никогда не сможет к ней вернуться.

 

        Посколькучеловек одарён разумом, т.е. является сознающей себя жизнью, он способеносознать самого себя, своих ближних, своё прошлое и возможности своегобудущего. Человек осознаёт краткость своего существования, осознаёт себя, какотдельное существо, причём существо, которое было рождено не по своей воле иумрёт вопреки своей воле. Осознание того, что он может умереть раньше тех, когоон любит, или они раньше него, не только усиливает осознание собственнойбеспомощности перед силами природы, собственного одиночества и отделённости,оно превращает его отчуждённое, разобщённое с другими существование невыносимойтюрьмой. Если бы человек не мог освободиться из этой тюрьмы, то он непременносошёл бы с ума, и единственная возможность покинуть тюрьму человек видит в тойили иной форме объединения с другими людьми и тем самым с окружающим миром.

 

        Переживаниечеловеком отделённости  от других и от мира является  причиной возникновениятревоги, стыда  и чувства вины. По мнению Фромма, именно это переживание вины  истыда при осознании своей  отделённости находит отражение в библейском рассказеоб Адаме и Еве. С того момента, когда мужчина и женщина начали осознавать самихсебя и друг друга, они пришли и к осознанию своей отделённости в своём различиииз-за принадлежности к разным полам.

 

        «Осознаниечеловеческой отделённости без воссоединения в любви – это источник стыда и в тоже время это источник вины и тревоги».[12] «Таким образом, глубочайшую потребностьчеловека составляет потребность преодолеть свою отделённость, покинуть тюрьмусвоего одиночества».[13] Вопрос преодоления отделённости идостижения единства, поиск выхода за пределы своей собственной индивидуальнойжизни и обретение единения с окружающим миром – именно это волновало человекана протяжении всей истории человеческого общества, во все времена и во всехкультурах.

 

       

 

В разные времена разные народы избирали один из возможныхпутей достижения этой цели, который составляют все виды оргиастическихсостояний. Дело в том, что в трансовом состоянии экзальтации внешний мирперестаёт существовать, а, следовательно, исчезает и чувство отделённости отэтого мира. В неоргиастической культуре индивид выбирает в качестве формдостижения своей цели алкоголизм и наркомания.

 

        Фроммуказывает, что все формы  оргиастических состояний характеризуются  тремячертами:

 

1. Все эти  формыочень сильны и даже бурны.

 

2. Онизахватывают  всего человека целиком.

 

3. Они, какправило, преходящи и периодичны.

 

Автор описывает также и прямо противоположныйоргиастическим состояниям путь достижения всё той же цели, а именно, единство,которое основывается на приспособлении к определённой группе, её обычаям,верованиям и практике. Этот путь наиболее часто избирался людьми в качестверешения в прошлом, очень часто его можно обнаружить и в настоящее время.Подобное достижение единства осуществляется, как правило, за счёт утраты самогосебя, своей индивидуальности. Цель человека на данном пути – слиться со стадом.Достигнутое путём приспособления не бывает ни сильным, ни бурным. «Оноосуществляется тихо, диктуется шаблонами и именно по этой причине частооказывается недостаточным для усмирения тревоги одиночества».[14] Среди достоинств стадногоконформизма Фромм отмечает его стабильный характер.

 

       

 

        Третийпуть достижения единства  автор видит в творческой деятельности. Независимо отвида творческой работы творческий человек делает попытку объединить себя сосвоим материалом, который в данном случае презентирует внешний мир. «… Во всехвидах творческой деятельности творец и его предмет становятся чем-то единым, впроцессе творения человек объединяет себя с миром».[15] Однако Фромм оговаривает,что данное утверждение справедливо только для созидательного труда, в то времякак в современном рабочем процессе от этого объединяющего свойства трудаосталось чрезвычайно мало. Только в том случае, когда человек сам планирует,производит и видит результат своего творчества, он приходит к единству с миром.

 

        Однако,всё это лишь частичные  ответы на проблему существования. Полный ответ Фроммвидит только  в межличностном слиянии, в единении  с другим человеком, в любви.

 

        ПоФромму, наиболее мощным стремлением  человека является желание межличностногослияния. Именно это желание является  той силой, «которая заставляет  держатьсявместе членов человеческого  рода, клана, семьи, общества».[16]

 

       

 

        Рассматриваялюбовь как зрелый  ответ на проблему существования, Фромм пишет и незрелые формылюбви, которые он объединяет под  названием симбиотических союзов.

 

        Авторвыделяет две формы симбиотических  единств:

 

- пассивнаяформа,

 

- активнаяформа.

 

Пассивной формой симбиотического единства являетсяподчинение, пользуясь клиническим термином – мазохизм. Невыносимое чувствоизоляции мазохист пытается преодолеть, превращая себя в неотъемлемую частьдругого человека, который полностью руководит им и защищает его.

 

В качестве активной формы симбиотического единства Фроммрассматривает господство или садизм. Тот факт, что садист делает другогочеловека неотъемлемой частью самого себя, может быть также объяснён егостремлением избежать одиночества и чувства замкнутости в себе. Вбирая в себятого человека, который ему подчиняется, садист как бы набирается силы. Однако,садист также зависим от подчинённого ему человека, как тот зависим от него, тоесть ни один, ни другой не могли бы существовать друг без друга.

 

       

 

«В противоположность симбиотическим единствам зрелая любовь– это единение при условии сохранения собственной целостности, собственнойиндивидуальности. Любовь – это активная сила в человеке, сила, которая рушитстены, отделяющие человека от его близких; которая объединяет его с другими;любовь помогает ему преодолеть чувство изоляции и одиночества; при этомпозволяет ему оставаться самим собой, сохранять свою целостность. В любви имеетместо парадокс: два существа становятся одним и остаются при этом двумя».[17]

 

        Напротяжении всего анализа феномена  любви Эрих Фромм подчёркивает  её активныйхарактер. Активный характер  любви в наиболее общем виде  можнопроиллюстрировать, используя утверждение о том, что любить, значит, преждевсего, давать, а не брать. Автор указывает на очень широкое распространениеневерного мнения о том, что давать – это означает отказ от чего-то. Давать,согласно этому мнению, — стать лишённым чего-то, жертвовать. Но совершеннодругой характер, другое значение имеет давание для продуктивного характера.«Давание – это высшее проявление силы. В каждом акте давания я осуществляю своюсилу, своё богатство, свою власть».[18]

 

        Пытаясьнайти ответ на вопрос, что же один человек может дать другому, Эрих Фромм,пишет, что вопрос этот касается самой важной сферы давания, а именно,специфически человеческой сферы. Один человек даёт другому самого себя, то естьсамое драгоценное из того, что имеет, он даёт свою жизнь. Однако это необязательно должно означать, что он жертвует свою жизнь другому человеку. «Ондаёт ему то, что есть в нём живого, он даёт свою радость, свой интерес, своёпонимание, своё знание, свой юмор, свою печаль – все переживания и всепроявления того, что есть в нём живого».[19] Автор отмечает и то, что один акт даванияпорождает другой, так как давание вызывает в другом человека также стремлениестать дающим.

 

        Нопомимо элемента давания есть  ещё целый набор элементов, в  каждом из которыхстановится очевидным действенный характер любви и которые являются общими длявсех форм зрелой любви. Среди таких элементов Фромм особое внимание уделяеттаким как забота, ответственность, уважение и знание.

 

        Любовьпредполагает активную заинтересованность в жизни и развитии того, кого мылюбим. Забота и заинтересованность приводят нас к другому аспекту любви: кответственности. В настоящее время под ответственностью понимается, какправило, нечто налагаемое извне, какая-то навязанная обязанность. Однакоответственность в её истинном смысле это от начала и до конца добровольный акт.Фромм указывает на опасность вырождения ответственности в желание превосходстваи господства при отсутствии такого компонента зрелой любви как уважение. Подуважением ни к коем случае не следует понимать страх или благоговение. Уважениепредставляет собой нечто совершенно другое, а именно, «способность видетьчеловека таким, каков он есть, осознавать его уникальную индивидуальность.Уважение означает желание, чтобы другой рас и развивался таким, каков он есть».[20]

 

        ЭрихФромм указывает на очень  тесную взаимосвязь между всеми  компонентами любви. Содной стороны, невозможно уважать человека, не  зная его; и забота, иответственность  были бы слепы, если бы их  не направляло знание. С другойстороны, если бы в качестве мотива знания не выступала заинтересованность, онобыло бы пустым

 

        Однакоавтор отмечает, что знание  имеет ещё одно, более основательное, отношение кфеномену любви. «Фундаментальная  потребность в соединении с  другим человекомтаким образом, чтобы мочь освободиться из темницы собственной изоляции, тесносвязана с другим специфическим человеческим желанием, желанием познать «тайнучеловека»».[21]

 

        Среди путейпознания этой тайны  Фромм указывает один, который  он называет отчаянным путём.Это путь достижения полного господства над другим человеком. Такое полноегосподство сделает человека таким, каким мы хотим, оно заставит его чувствоватьименно то, что мы хотим. На этом пути человек превращается в вещь, всобственность. Высшую степень такой попытки познания можно обнаружить вкрайностях садизма, в желании и способности пытать человека, мучениямизаставить его выдать свою тайну. Отсюда автор делает вывод о глубинных причинахжестокости. По Фромму, жестокость сама по себе мотивируется желанием познатьтайну вещей и жизни.

 

        Любовь– это другой путь познания  тайны человека. Представляя собой  активноепроникновение в другого  человека, любовь удовлетворяет  наше желание познанияблагодаря  единению. «В акте любви, отдавания  себя, я открываю нас обоих, яоткрываю человека».[22]

 

2. Любовь  между родителями идетьми.

 

        Посколькумладенец в момент рождения  ещё не обладает способностью  осознавать себя и мир,как нечто, существующее вне его, он не  испытывает страха смерти. Но  по мерероста и развития ребёнка он становится способным воспринимать вещи как ониесть. Кроме того, он учится восприятию вещей как различных, как имеющих своёсобственное существование. Именно с этого времени ребёнок научается  даватьвещам имена.

 

Однако он учится обходиться не только с вещами, но и слюдьми. Все переживания ребёнка, которые в это время в большей степени связаныс матерью, кристаллизуются и объединяются в одном переживании: я любим, илюбим, потому что я – ребёнок своей матери. Я любим за то, что я есть, «или повозможности более точно: Я любим, потому что это я».[23] Подобное переживаниелюбимости матерью носит пассивный характер. Нет ничего, что ребёнок сделал,чтобы быть любимым. Единственное, что от него требуется, это быть – быть еёребёнком. Особенность материнской любви состоит в том, что её не нужнозаслуживать, добиваться, да её и нельзя добиться. Материнскую любовь нельзявызвать и контролировать.

 

Для подавляющего большинства детей в возрасте от восьмидо десяти с половиной лет проблема состоит почти исключительно в том, чтобыбыть любимым – быть любимым просто за то, что они есть. Но постепенно вразвитии ребёнка всё большее влияние начинает оказывать новый фактор, а именно,ребёнок испытывает совершенно новое чувство, он осознаёт, что способен своейсобственной активностью возбудить любовь. Впервые он начинает задумываться отом, как бы что-нибудь дать матери или отцу. Именно в это время идея любвипретерпевает изменения и в первый раз в жизни желание ребёнка быть любимымпереходит в желание любить, то есть в сотворение любви. Ребёнок открывает длясебя, что давать ещё более приятно, более радостно, чем получать; любить дажеболее важно, чем быть любимым. Более того, ребёнок открывает возможностьвозбуждать любовь своей любовью.

 

«Детская любовь следует принципу: «Я люблю, потому что ялюбим». Зрелая любовь следует принципу: «Я любим, потому что я люблю». Незрелаялюбовь говорит: «Я люблю тебя, потому что я нуждаюсь в тебе». Зрелая любовьговорит: «Я нуждаюсь в тебе, потому что я люблю тебя»».[24]

 

Эрих Фромм отмечает также тесную связь между развитиемспособности любить и объектом любви. Первые месяцы и годы жизни ребёнка поправу считаются таким периодом, когда он наиболее сильно чувствуетпривязанность к матери. Затем подобная тесная связь с матерью несколькоутрачивает своё жизненное значение и вместо неё всё более и более значимойстановится связь с отцом. Для понимания этого поворота от матери к отцу мыдолжны обратить особое внимание на очень существенное различие междуматеринской и отцовской любовью.

 

        Посамой своей природе материнская любовь является безусловной. Такая безусловнаялюбовь способна восполнить одно из самых глубочайших томлений каждогочеловеческого существа. И будучи детьми, и будучи взрослыми, все мы томимся поматеринской любви.

 

       Связьс отцом совершенно другого плана. Отец является воплощением другого полюсачеловеческого существования: «мир мыслей, вещей,… закона и порядка, дисциплины,путешествий и приключений. Отец – это тот, кто учит ребёнка, как узнать дорогув мир».[25] Отцовская любовь – любовь обусловленная.Она следует следующему принципу: «Я люблю тебя, потому что ты удовлетворяешьмоим ожиданиям, потому что ты исполняешь свои обязанности, потому что ты похожна меня».[26] Таким образом, отцовская любовь должнабыть заслужена. У ребёнка есть возможность что-то сделать, чтобы добиться её,он может трудиться ради неё. Отцовская любовь находится в пределах его контроляв отличие от материнской. Однако, если ребёнок не сделал того, что от негождут, он может потерять отцовскую любовь.

 

       

 

        Вконечном счёте, в жизни зрелого  человека наступает такой момент, когда он самстановится и собственной  матерью и собственным отцом. Внешне он свободен как отматеринской, так и от отцовской фигуры, он строит их внутри себя. Более  того,несмотря на резкую противоположность материнского и отцовского сознания, зрелыйчеловек способен соединить их в своей любви. «В этом развитии отматерински-центрированной к отцовски-центрированной привязанности и ихокончательном синтезе состоит основа духовного здоровья и зрелости».[27]

 

3.  Объекты  любви.

 

Фромм пишет о том, что любовь не обязательно понимать какотношение только к одному, определённому человеку. Любовь, по Фромму, — «этоустановка; ориентация характера, которая задаёт отношения человека к мирувообще, а не только к одному «объекту» любви».[28] Если я действительно люблю какого-нибудьчеловека, то я люблю и всех людей, я люблю весь мир и люблю жизнь.

 

В зависимости от видов любимого объекта Эрих Фромм выделяетразличные типы любви.

 

3.1. Братская  любовь.

 

    Братская любовь, по мнению автора, является наиболеефундаментальным  видом любви, составляющим основу  всех других типов любви. Фроммпонимает  под братской любовью «ответственность, заботу, уважение, знаниекакого-либо  другого человеческого существа, желание продлить его жизнь».[29] Именно этот вид любвиимеется в виду в Библии, когда говорится: «Возлюби ближнего своего, как самогосебя». Братская любовь характеризуется полным отсутствием предпочтения, этолюбовь ко всем человеческим существам. В основе братской любви лежит чувство,что все мы – одно. Братская любовь является любовью между равными, хотя онаберёт своё начало в любви к беспомощному человеку, в любви к бедному и чужому.