Марксиская этика: анализ самооценки

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное  учреждение

высшего профессионального образования

«ХАКАССКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. Н.Ф. КАТАНОВА»

(ХГУ  им. Н.Ф. Катанова)

Институт экономики  и управления

КТС

Марксиская этика: анализ самооценки

Подготовила: Яковлева Виктория

Второй  курс, группаГС-12

Проверила: Мильченко В.В

Абакан 2012

Содержание:

1. Введение. Стр. 3
2. Домарксистская этическая мысль:
1. Происхождение терминов «этика», «мораль», «нравственность». Стр.4
2. Историческое изменение предмета этики. Стр. 4
3. «Линия Демокрита» и «линия Платона». Стр. 5
3. Марксистская этика — качественно новый этап в развитии этической мысли:
1. Материализм и диалектика — методологические принципы. Стр.9
2. Назначение этики. Стр. 10
4. Список литературы. Стр. 14

Введение

Этика — философское учение, предметом  которого является мораль, а центральной  проблемой – Добро и Зло. Этика  дает ответ на вопрос как должно правильно жить. Этика – это:

• наука нормативная;
• учение о нравственности;
• система правил, осуществляющих контроль и коррекцию поведения людей;
• способ оценки человеческих поступков, их одобрения или осуждения;
• «социальный регулятор» поведения и отношений между людьми.

Обозначение этики как науки  о нравственности указывает на область изучения, но не определяет еще ее предмет. Предмет этики исторически изменяется. Во-первых, изменяется сам объект изучения — нравственность, являя на каждом историческом этапе своего развития нечто иное, особое, специфическое по сравнению с тем, с чем имела дело этика ранее (никогда не исчерпывая свой объект полностью). Во-вторых, предмет изменяется в результате развития самого этического знания, открытия новых сторон, особенностей, регулятивных механизмов морали, знаменуя собой различные ступени ее познания, теоретического углубления в ее сущность. История мировой этической мысли является наглядным выражением обоих этих процессов, их взаимной зависимости.

Этика не дает рецептов на каждый случай жизни. Она дает общее направление. Этика может помочь человеку, ведущему диалог с самим собой. Но не каждый человек способен к внутреннему  диалогу. Этика помогает человеку не потерять себя, не растеряться. "Этика  – искусство жить без печали".

Этика изучает генезис, сущность, специфику  морали; раскрывает ее место и роль в жизни общества; выявляет механизмы  нравственного регулирования человеческой жизнедеятельности, критерии нравственного  прогресса. Рассматривает структуру  нравственного сознания общества и  личности, анализирует содержание и  смысл таких категорий, как благо, добро, зло, долг и совесть, честь  и достоинство, счастье и смысл  жизни.… Таким образом этика выступает не только как теория морали, изучающая сущность, специфику морали, но и человека как морального субъекта.

Домарксистская этическая  мысль

2.1 Происхождение терминов «этика», «мораль», «нравственность». Термин «этика» этимологически восходит к древнегреческому слову ethos, которое первоначально (в частности, еще в «Илиаде» Гомера) обозначало местопребывание, совместное жилище. Впоследствии оно приобрело новые значения: обычаи темперамент, характер, образ мысли. Античная философия придала ему терминологический смысл, обозначив им природу, устойчивый характер того или иного физического или социального явления (Эмпедокл говорит об этосе первоэлементов, Гераклит — об этосе человека). История слова «этос» зафиксировала то важное наблюдение, что обычаи и характеры людей рождаются в общежитии.

Отталкиваясь  от значения этоса как характера (темперамента), Аристотель образовал прилагательное ethicos (этический). Им он обозначил особый класс человеческих добродетелей, а именно добродетели характера (мужество, умеренность и др.), которые отличаются от добродетелей разума или дианоэтических добродетелей. Для обозначения науки, которая изучает этические добродетели, Аристотель создал новое существительное — ethica (этика), которое встречается в названиях его сочинений («Никома-хова этика», «Эвдемова этика»). Так в IV в. до н. э. этическая паука получает свое наименование, которое носит до сих пор.

История слова «этика» повторяется еще  раз на римской почве. Приблизительным  латинским аналогом слова ethos является слово mos, которое переводится как нрав, обычай, характер, поведение; свойство, внутренняя природа; закон, предписание. Римляне (Цицерон), ориентируясь на греческий опыт и прямо ссылаясь на Аристотеля, образовали от слова mos прилагательное moralis (относящийся к характеру, обычаям), а от него позднее, в IV в. н. з., возникает термин moralitas (мораль). Следовательно, по отимологическому содержанию греческое ethica и латинское moralitas совпадают; они не родились в стихии народного сознания, а были образованы искусственно для обозначения определенной области исследования.

Термины «этика» и «мораль» получили общеевропейское  распространение, наполнившись в процессе культурного развития различным  содержанием. Термин «этика» сохраняет  первоначальный смысл и обозначает науку. Под моралью же стали подразумевать  то реальное явление, которое изучается  этой наукой.

2.2 Историческое изменение предмета этики.

Этика зарождается в рабовладельческую  эпоху. Ее возникновение связано  с глубокими катаклизмами, которым  подвергались межчеловеческие отношения  в процессе перехода от первобытного общества к классовой цивилизации. Решающую роль здесь сыграло обособление  морали в качестве особой, относительно самостоятельной формы общественного  сознания. Анализ самых ранних письменных памятников европейской культуры (поэм Гомера, Гесиода, изречений семи греческих  мудрецов) показывает, что зарождение и развитие этического мышления идет параллельно с вычленением абстрактных моральных норм, сопоставляемых с реальным поведением индивидов.

2.3 «Линия Демокрита» и «линия Платона».

  Мораль изучается не только  этикой. Ее исследуют также педагогика, психология, социология, социальная  психология, логика, этнография, теория  научного коммунизма и некоторые  другие науки. В чем же специфика  этики? Во-первых, для нее нравственность  есть единственный объект исследования, причем рассматриваемый как целостное явление. Для других наук нравственность, напротив, выступает лишь одним из моментов изучаемой области (например, социальная психология рассматривает мораль как момент массового сознания, логика — как суждения определенного логического типа и т. д.), и поэтому все они фиксируют в нравственности какую-либо одну сторону (воспитательную, психологическую и т. д.). Во-вторых, этика осмысливает нравственность в свете определенной философско-исторической концепции, дает ей мировоззренческую интерпретацию. Это наука философская.

Когда мы говорим, что этика является философской  наукой, то это означает, что ее выво-ды являются не только следствием обобщения фактов, но также результатом исходных методологических установок. Этика в то же время сама составляет важную предпосылку философского мировоззрения, его социально-ценностную основу. Для понимания той или иной этической теории важное значение имеет поэтому определение ее философской сущности, ее места в споре двух основных философских партий — «линии Демокрита» и «линии Платона», то есть материализма и идеализма.

Исходя  из философски-содержательных принципов, раскрывающих своеобразие борьбы материализма и идеализма в этике, в истории  этической мысли следует выделить эмпири-ческие школы, по преимуществу разрабатывавшиеся философами-материалистами, и соб-ственно идеалистические системы, которые, как правило, были связаны не только с иде-алистической гносеологией, но и с религиозным мировоззрением. Эти основные направ-ления различались, полемизировали и боролись между собой главным образом по двум вопросам.

Первый  из них — вопрос об источнике  морали. Эмпирические направления демистифи-цировали мораль, отрицали ее потустороннее, божественное обоснование, рассматривали ее реалистически, отталкиваясь от действительных фактов жизнедеятельности людей и апеллируя к ним. Эти направления утверждали земной источник норм и идеалов, связывали их с практическими интересами людей, с особенностями их образа жизни. Но, осмысливая мораль в рамках общефилософского материализма, они тем не менее не понимали своеобразия материальности общественной формы движения и не связывали нравственность с таким своеобразием. Они рассматривали ее в рамках зависимости сознания о бытия, в то время как следовало рассматривать сквозь призму зависимости общественного сознания от общественного бытия. В противоположность им открыто идеалистические теории видели источник нравственности в сфере субъективного или объективного духа, подавляющее большинство таких теорий связывало его с идеей бога. В тех случаях, когда нравственность выводилась но из велений бога, то, как отмечал В. И. Ленин, «выводили ее из идеалистических или полуидеалистических фраз, которые всегда сводились тоже к тому, что очень похоже на веления бога» 1. Но во всех случаях получалось, что нравственность появляется откуда-то извне, дана до фактической жизнедеятельности индивидов. Это со всей очевидностью раскрывает ненаучность, а иногда и прямой обман идеализма в объяснении нравственности.

Резко различались указанные направления  в этике и по вопросу об отношении  к нрав-ственному идеалу. Представители материалистической тенденции, как правило, отлича-лись оптимизмом, признавали возможность достижения людьми нравственных высот в их земном бытии. Мораль, будучи устремленной «ввысь», заключая в себе долженствование, открывая перспективу развития людей, сохраняла в их теориях черты реальности, она всегда оставалась чем-то практически достижимым. Для мыслителей, придерживавшихся идеалистического мировоззрения, мораль не только по происхождению, но и по своему фактическому статусу была внечеловеческой, она оказывалась выше реальных возможностей реальных людей. В лучшем случае (как это было, например, у И. Канта) осуществление нравственного идеала переносилось в потусторонний мир. Мораль ими изображалась как надежда, заманчивая, но иллюзорная.

Мораль  для человека или человек для  морали —  так можно кратко определить коренное теоретическое и нормативное  различие между эмпирической и религиозно-идеалистической  линиями в этике.

Эмпирическая  тенденция в этике нашла свое воплощение в натуралистических, космоло-гических и социологических школах, которые различались между собой тем, что берется в качестве исходного пункта для объяснения морали — природа человека, космос или социальные отношения.

Натуралистические школы выводили нравственность из «природы человека» как естественного существа, из его потребностей и интересов, вытекающих из его «неизменной» биолого-психологической сущности. Можно выделить сл Гедонизм (от древнегреческого слова hedone — наслаждение, удовольствие) выводит мо-раль из очевидного, всяким индивидом непосредственно ощущаемого различия между удовольствиями и аэудоводьствиями, а ее основное назначение видит в том, чтобы научить человека наслаждаться, находить полноту своего бытия в стремлении к удоволь-ствиям. В своем классическом виде гедонизм был представлен древнегреческой школой киренаиков, и прежде всего ее основателем Аристиппом (ок. 435 — 355 до н. э.).

Наиболее  типичной и пронизывающей всю  домарксистскую этику формой натурализма  был эвдемонизм (от древнегреческого слова cudaimonia — счастье). Сторонники его счи-тают, что стремление к счастью является исходным пунктом и внутренней движущей си-лой нравственной деятельности, а достижение счастья — ее конечной целью. В отличие от гедонизма, эвдемонизм не отождествляет моральное благо с телесными и сиюминутными удовольствиями, а понимает его широко — как обладание всеми физическими и духовными (часто и гражданскими) ценностями, которые в своей совокупности составляют счастье человека, приносят ему удовлетворение. Поскольку эвдемонистические установки были свойственны самым разнообразным, в том числе теологическим (этика Фомы Аквинского), системам, то следует более строго очертить границы эвдемонизма как разновидности натуралистической этики. В нем речь идет, во-первых, о реальном посюстороннем счастье, во-вторых, о счастье самого действующего индивида, в-третьих, он связывает счастье с присущими «природе человека» потребностями и стремлениями.

Наиболее  яркими и выдающимися представителями  эвдемонизма были Демокрит (460 — 370 до н. э.). Эпикур (341 — 270 до н. э.), Фейербах (1804 — 1872). Эвдемонистически окрашенной была этика чарваков (Древняя Индия) и другие восточные учения.

Выражением  натурализма следует считать  также этический утилитаризм, который  отча-сти был представлен древней Школой софистов (Антифонт, Фразимах), но в своем закон-ченном виде стожился как направление буржуазной этики (И. Бентам, Дж.-Ст. Милль). Как основу этики утилитаризм рассматривает пользу индивида, которая связывается с его естественным стремлением избегать страданий и добиваться наслаждений. Однако польза понимается утилитаризмом не в античном духе, не как утверждение здоровой человече-ской чувственности, а сугубо буржуазно, как выгода, своекорыстие, личный интерес.

Натуралистические концепции неизбежно оказываются  противоречивыми. За критерий различения добра и зла они берут природу  человека, в частности естественное различие между удовольствием и страданием, однако сама природа человека оказывается не столь простой и однозначной, как это кажется на первый взгляд. Удовольствия бывают скоротечны и часто со-пряжены со страданиями; разные удовольствия приходят в конфликт между собой и т. д. Возникает потребность в «правильном разграничении» (Демокрит), в «измерении» (Со-крат) удовольствий, в ценностном анализе самой природы. В результате следствие становится причиной: человеческие представления о хорошем и плохом оказываются критерием для организации природных импульсов, для различения полезного (приятного) и вредного (неприятного). Так мыслители натуралистического направления неизбежно попадают в порочный круг. II даже киренаики, которые с наибольшей последовательностью старались провести исходный натуралистический постулат, в итоге пришли к глубоко противоречивой формуле о необходимости разумно наслаждаться. Логический круг в рассуждениях натуралистов, когда в саму посылку включается то, что еще предстоит доказать, обусловлен ложностью их исходного тезиса. Мораль не может быть обоснована натуралистически, ибо природа человека, если ее понимать правильно, то есть как совокупность общественных отношений, уже включает в себя мораль.

Космологические школы выводят нравственность из природы вообще и достижение нравственных целей связывают с ее законами. Космологическое обоснование — это особый тип этической теории. Оно было типично прежде всего для раннерабовладельческой эпохи с ее натурфилософской этикой. Здесь мораль рассматривается как частный случай общего мирового закона — логоса (Гераклит), небесной гармонии (пифагорейцы), небесного мира (Конфуций и др.), а высшая цель нравственной деятельности усматривается в том, чтобы приблизиться, приобщиться, наиболее полно слиться с требованиями мировой законосообразности, «придерживаться законов» всеобщей гармонии. едующие разновидности натуралистической этики.

Границы между «линией Демокрита» и «линией Платона» в домарксистской этике не бы-ли столь резкими, а борьба — столь острой, как в гносеологии. Это объясняется слабо-стью ее материалистических начал: как бы многочисленны ни были эмпирические школы в этике, они в теоретическом отношении оставались на почве исторического идеализма, а в социальном — не могли преодолеть узкий горизонт частнособственнических отноше-ний. Дело коренным образом меняется с возникновением марксистской этики.

 Марксистская этика — качественно новый этап в развитии этической мысли

3.1 Материализм и диалектика  — методологические принципы. Марксистско-ленинская этика является последовательно материалистической. Это означает, что она полностью демистифицирует нравственность: функционирующие в обществе идеалы, нормы и добродетели рассматривает как отражение действительных межчеловеческих (ценностных) отношений, как выражение интересов, как требования определенных социальных групп п классов. Нравственность не сводится к обособившейся от мира и претендующей на абсолютность нравственной идеологии. Напротив, само возникновение этих «истинных», «вечных», «священных» заповедей и запретов объясняется фактической нравственной разорванностью общества, является формой, позволяющей господствующему классу навязывать трудящимся свои моральные представления. В наиболее общем виде нравственность можно охарактеризовать как обусловленное социально-историческим бытием человека свойство его поведение, как те ценностные значения, которые связывают между собой (или, наоборот, разъединяют) живых, конкретных индивидов.

Предельно заостряя вопрос, К. Маркс и Ф. Энгельс  выразили своеобразие материалистического  понимания морали следующим образом: «Коммунисты вообще не проповедуют  никакой морали... Они не предъявляют людям морального требования: любите друг друга, не будьте эгоистами и т. д.; они, наоборот, отлично знают, что как эгоизм, так и самоотверженность есть при определенных обстоятельствах необходимая форма самоутверждения индивидов» 1. Никаких моральных фетишей, а рассмотрение морали в качестве формы самоутверждения, саморазвития индивидов, в качестве реальных межчеловеческих связей — в этом заключается принципиально новый подход к морали.

Марксистско-ленинская  этика является диалектической. С ее точки зрения каждое проявление морали, любая норма, добродетель и т. д., точно так же как и мораль в целом, находится в постоянном движении — рождается, развивается, умирает, меняет качественные состояния. Морали вообще, вне конкретно-исторического процесса, не существует. Даже когда можно говорить о тех или иных общих чертах нравственности как общественного явления, люди имеют дело с этими чертами, воплощенными в конкретной морали конкретных эпох, классов и индивидов,

Сказанное не означает оправдание морального плюрализма. Историзм не тождествен релятивизму. И  дело не только в том, что одинаковые условия общественного бытия  порождают в общем и целом одинаковую нравственность. В развитии морали наблюдается преемственность, и при всем качественном своеобразии различных типов морали ее развитие предстает как единый процесс. Так, представленные в современную эпоху многообразные типы морали («феодальная мораль», «буржуазная мораль», «мелкобуржуазная мораль», «пролетарская мораль», «социалистическая мораль», «коммунистическая мораль») марксистская этика рассматривает как звенья одной цепи, которые представляют собой «различные ступени одного и того же исторического развития» 2, его прошлое, настоящее и будущее.

Марксистско-ленинская  этика понимает, таким образом, под  нравственностью исторически меняющиеся формы общественной связи между людьми. Она поэтому наука не только о должном. В не меньшей степени она является наукой о сущем.

3.2 Назначение этики. Применительно к своему предмету этика выполняет функции троякого рода.

1. Этика описывает качественные границы нравственности, в единой человеческой деятельности выделяет собственно нравственный аспект. Мораль не составляет особой сферы общественной действительности, имеющей свои внешне очерченные контуры, а пронизывает все многообразие человеческого сознания и поведения. Мораль органически сопутствует всякой социально значимой деятельности. На уровне эмпирического созерцания, наблюдения за фактами, поступками, ее качественная определенность ускользает: порой она кажется чем-то неуловимым, иллюзорным, а чаще складывается впечатление, что мораль заполняет собой все.

Рассмотрим  это на примере категории «совесть». Каждый знает, что есть нечто, именуемое  совестью. Каждый ощущал ее власть. Но стоит только попытаться определить совесть или даже просто отграничить  ее от других состоянии (печали, раскаяния и т. д.), как обнаруживается неимоверная трудность этой задачи. Совесть как бы не поддается словесному выражению. Но хотя моральные понятия трудно уловимы, их применяют повсюду. О войне говорят как о правой или преступной, об экономической системе — как о справедливой пли несправедливой, о произведении искусства — как о гуманном или антигуманном и т. д. Люди рассуждают о политических, экономических, духовных процессах так, словно они по сути являются нравственными, а моральная оценка оказывается зачастую на переднем плане.

Таким образом, задача вычленения нравственности из сознания и действий реальных живых  людей оказывается достаточно сложной. Она не решается на уровне непосредственного  созерцания, а органически включается в этическое исследование в качестве его исходного момента.

Сбор  и первичная систематизация фактов нравственной жизни, их включение в  сферу научного осмысления входит в  компетенцию таких разделов этики, как история нравов и социология морали.

2. Далее, этика призвана воспроизвести нравственность теоретически, научно обосновать ее необходимость, происхождение, сущность, специфику, роль в обществе, законы развития. Способность этической теории решить эту центральную задачу в решающей мере определяется практическими потребностями социального прогресса, состоянием нравственности на данном этапе развития общества.

3. Этика — нормативная наука, она не просто отображает нравы, а дает их критически-ценностный, партийно-пристрастный анализ, а следовательно, может обосновывать предпочтение тех или иных норм поведения.

Этика, будучи наукой, в то же время является способом осознания общественного  бытия, включена в само нравственное сознание в качестве его высшего  этажа. И даже тогда, когда этическая  теория мнит себя нейтральной по отношению  к живым страстям, стоящей над  добром и злом (а это характерно для многих немарксистских этических  концепций), она фактически выражает определенный классовый интерес. Неповторимое своеобразие этики, таким образом, заключается в том, что она одновременно наука о морали и отчасти достояние самой морали. Научно-этические представления о нравственности рано или поздно (через ряд опо- средствующих звеньев) вживаются в массовое сознание, оказывают обратное влияние на состояние и развитие нравов. Можно даже сказать, что нравственность получает в этической теории свое завершение и одновременно новый импульс к развитию.

Если  этика ограничивается выработкой и  формулированием норм поведения  и ценностей, она перестает быть наукой, превращается в назидательность, морализаторство. Лишаясь в этом случае каких-либо строгих критериев  для разграничения добра и  зла, она может стать формой проповеди  реакционных идей (история религиозного проповедничества дает тому много примеров), способом манипулирования нравственным сознанием масс. Если же зтика ограничивается только объяснением фактов, то она становится формально-объективистской, лишается действенности, оказывается неспособной влиять на нравственные процессы. Она выглядит в таком случае красивой ненужностью. Этика, не помогающая людям становиться лучше, чище, так же бесполезна, как и медицина, не умеющая лечить.

Марксистская  этика преодолевает односторонности  нормативизма и спиентизма. Она нормативна, но ее нормативность способствует объективному научному анализу. Она научна, но ее научность ведет к обоснованию определенного нравственного идеала.

Так, осуществляемый марксистской этикой ценностный анализ современных нравственных процессов  обнаруживает историческое преимущество, прогрессивность, гуманность норм и  принципов коммунистической морали.

Объективное рассмотрение в данном случае обернулось определенной моральной позицией. С другой стороны, разобраться в сложностях и противоречиях моральных процессов можно только п том случае, если анализировать их в свете наиболее развитой формы морали, каковой является коммунистическая мораль. Коммунистическая нормативность в этом смысле служит предпосылкой научной объективности.

Таким образом, этика описывает мораль, объясняет мораль и учит морали. Соответственно этим трем функциям она подразделяется на эмпирически-описательную, философско-теоретическую и нормативную части.

Сбор  и описание фактов, их теоретическое  объяснение и нор-нативно-ценностный анализ — это три относительно самостоятельные и одновременно тесно взаимосвязанные функции этической науки по отношению к своему предмету. От характера подлежащих теоретическому осмыслению и нормативному анализу фактов зависят и это осмысление, и этот анализ. Но с другой стороны, сам сбор и первичная систематизация фактов предопределяются теоретическими установками исследователя и его нормативными пристрастиями. Теоретическое объяснение морали всегда подводит к той или иной социально-нравственной позиции, и в то же время оно само обусловлено классовыми причинами. Подчеркивая сложное взаимовлияние различных функций и структурных частей этики, следует все же отметить, что ее основной, центральной частью, выражающей само существо науки, является теоретическая этика. К примеру, этика Демокрита и Сократа в античности или этические системы французских просветителей и Канта в новое время отличались между собой не столько по составу эмпирического материала, социально-классовым установкам и нормативным выводам, сколько по философско-теоретическим принципам объяснения нравственности.

Появление диалектико-материалистической этики  марксизма означало коренной переворот  во взглядах на мораль. Объективно и  всесторонне оценив историко-этический  процесс, К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин критически переработали его  позитивное содержание и одновременно подвергли принципиальной критике  его общефилософские основания. Марксистско-ленинская этика явилась  качественно новой этической  теорией не только по своим научно-философским  основаниям, но и по социально-классовой  ориентированности. Впервые в истории  последовательно выражая интересы трудящихся, прежде всего рабочего класса, маркси-стско-ленинская этика провозгласила такие ценности, которые открыли перед человечеством невиданные ранее и принципиально новые нравственные горизонты (ценность освобожденного труда, интернационализм, коллективизм как тип поведения и др.).

Список литературы

• http://www.abccba.ru/index.php
• Марксистская этика: Учеб. пособие для вузов / А. И. Титаренко, А. А. Гусейнов, В. И. Бакштановский и др.; Общ. ред. А. И. Титаренко. — 2-е изд., переработ., и доп. — М.: Политиздат, 1980. — 352 с.