Мифология Древнего Китая в сравнении с мифологией Древних славян

Федеральное государстственное  бюджетное учреждение

«Хакасский  государственный университет им. Н.Ф. Катанова»

Институт  филологии и межкультурной коммуникации 
 
 
 
 
 

Реферат на тему:

Мифология Древнего Китая в сравнении с  мифологией Древних Славян 
 
 
 
 

Выполнил: Пимшинова. Я. Н

Студентка 1 курса, гр.б

Проверил: Кравченко Т.Ю

Кфилн, доцент 
 
 
 
 

Абакан 2012

Содержание

Введение

1. Особенности мифологии Древнего Китая.
2. Особенности мифологии древних славян.
3. Их общие черты и различия.

Заключение

Библиографический список. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

   Прежде чем начать анализ мифологий , следует сначала определить что такое мифология? Мифология- это завершенная картина мира. Начав с представления о мире как о хаотическом множестве вещей, обладающих чудесной силой губить и исцелять, превратив эти вещи в фетиши, идолы, которым надо служить, чтобы не погибнуть, человек в мифологии вырастает до сознания возможности борьбы с хаосом, выдвигает героев, побеждающих враждебные силы и несущие людям благо. Он постепенно устраиваем мир, освобождая его от страха, наводя в нем порядок. Философия , которая преемствует мифологии , рассматривает мир как безусловно гармоническое и упорядоченное целое. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Особенности Мифологии Древнего Китая.

     Китайская мифология, совокупность мифологических систем: древнекитайской, даосской, буддийской и поздней народной мифологии. Древнекитайская мифология реконструируется по фрагментам древних исторических и философских сочинений («Шуцзин», древнейшие части 14-11 вв. до н. э.; «Ицзин», древнейшие части 8-7 вв. до н. э.; «Чжуаньцзы», 4-3 вв. до н. э.; «Лецзы», 4 в. до н. э.- 4 в. н. э.; «Хуайнаньцзы», 2 в. до н. э.; «Критические суждения» Ван Чуна, 1 в. н. э.). Наибольшее количество сведений по мифологии содержится в древнем трактате «Шань хай цзин» («Книга гор и морей», 4-2 вв. до н. э.), а также в поэзии Цюй Юаня (4 в. до н. э.). Одна из отличительных черт древнекитайской мифологии историзация мифических персонажей, которые под влиянием рационалистического конфуцианского мировоззрения очень рано начали истолковываться как реальные деятели глубокой древности.

    У древнекитайской мифологии есть существенные особенности. Во-первых, мифологическое мышление Китая не было подвергнуто рационализации, как, например, греко-римское. Даосизм и буддизм вообще ценили «рацио» довольно низко, предпочитая интуитивный способ познания мира. Философия ради философии, как своего рода самолюбование ума, всегда была чужда Востоку. В соответствии с этим мировоззрением истинное знание не может быть высказано словами, поскольку бога невозможно постичь умом. Подавляющее большинство даосских и буддийских текстов является не чем иным, как записями учеников о своих беседах и общении с учителем (например, «Лунь юй» — книга о взглядах и беседах Конфуция, записанная его учениками). Это были своего рода «конспекты», которые позволяли еще раз вернуться к тому, что сказал или сделал учитель, дабы обрести лишнюю возможность поразмыслить над увиденным или услышанным. Эти притчи или, в более широком смысле — тексты, ничему не учили. Они лишь позволяли, выражаясь метафорически, ступать туда, куда ступала нога учителя, чтобы облегчить процесс самосовершенствования.         Именно поэтому подобных текстов — величайшее множество, как бесконечно количество путей, по мнению китайцев, ведущих к совершенству. Главными действующими лицами буддизма и даосизма являлись монах, отшельник, странствующий проповедник — одним словом, люди, удалившиеся от общества с целью обретения внутренней гармонии для постижения и непосредственного переживания божественной сущности мира. Соответственно, общество оставалось как бы вне сферы религиозных интересов, что привело в итоге к нарушению взаимосвязи между сакральным знанием и обществом, которая всегда осуществлялась через ритуал. Ритуал же, как уже отмечалось выше, служил инструментом выработки социальных стереотипов у непосвященных, т. е. основной массы людей. Даосы и буддисты пренебрегали ритуалом, считая, что это отбирает неоправданно большое количество времени и сил у процесса самосовершенствования. В результате данные системы неизбежно теряли свой универсализм и превращались в своего рода «религию для посвященных». В конце концов, общественные установления лишались высшего смысла, ритуал, теряя свою почву, неизбежно приходил в упадок, ввергая жизнь самого общества во все больший разлад и хаос. В этой связи вполне логична позиция конфуцианства, которая, напротив, ограничивала свои интересы лишь жизнью общества, делая своим главным объектом «человека социального». Явившись во многом реакцией на упадок «традиционной добродетели», конфуцианство служило, по существу, одной цели — «консервации» ритуала в том виде, в котором он в своих лучших образцах дошел до тех времен. Гениальность Конфуция (если говорить о нем как о реальном персонаже, жившем согласно источникам, в 551—479 гг. до н. э.), собственно, и состояла в том, что он сумел своим учением вывести этическую систему из упадка, при этом сделав ее совершенно самодостаточной. Интересно проследить, каким именно образом он это делает. Если кратко сформулировать идею социального бытия, существовавшую на момент появления конфуцианства, выглядеть это будет так. Центральной темой были отношения правителя-вана и Неба как источника благодати (магической силы «дэ»), при помощи которой ван (т. е. «Сын Неба») упорядочивал «Поднебесную» (т. е. общество). Как видим, такое понимание во многом отличается от «шаманского». Дэ, хотя и наличествует в системе, выступает уже не как звено, связующее миры, но лишь в качестве своеобразного обоснования монаршего права. Небеса оказываются доступны лишь монарху, при этом небеса, понимаемые как источник некой высшей воли, без объяснения ее природы. 
 
 
 
 

2.Особенности  мифологии древних славян.

       Славяне отделились от индоевропейского языкового массива во II тысячелетии до нашей эры. Их верования уходят корнями в воззрения древних индоевропейцев, благодаря чему во взглядах древних славян мы находим множество общих черт с мифологическими системами Индии, древних германцев, кельтов, греков и римлян.

       К тому времени, когда в 988 году Древняя Русь приняла христианство, исторический путь, проделанный славянами, был еще очень коротким (ведь только в IV-VI веках восточные славяне стали формироваться как самостоятельный этнос), их языческие представления не успели принять вид единой системы, а пантеон высших богов только начал складываться.

    С принятием христианства язычество  было объявлено «вне закона», и система  славянских мифов так и осталась незавершенной. В этом ее первое существенное отличие. Второе отличие славянской мифологии заключается в том, что она существовала исключительно  в форме устных преданий, потому что до принятия христианства у славян не было письменности¹.

    Язычество древних славян просуществовало  до Х века, когда в 988 году князь  Владимир Святославич принял решение  о крещении своей земли. Однако и  после этого многие черты народной мифологии сохранялись в обрядах, поверьях, сказках, загадках и других произведениях народного творчества. За это время их воззрения претерпели существенные изменения. Последующие  взгляды, сюжеты и мифы не стирали  предыдущие, а наслаивались на них  и продолжали сосуществовать с ними.

    Таким образом, даже в эпоху наиболее развитых мифологических представлений в  народном сознании сохранялась память о самых архаических пластах  верований своих предков².

    Историю развития славянского язычества  вкратце можно представить так:

    Первоначально славяне верили в добрых и злых духов природы – берегинь и  упырей. Представления о них были довольно туманны, по всей видимости, человек  еще не придавал этим духам антропоморфных черт. И тем и другим люди приносили  жертвы, чтобы возблагодарить добрых и умилостивить злых.

    Затем наступила эпоха великих богов. На первый план выдвинулся бог Род, всегда выступавший в окружении  двух рожаниц. Этому богу придавался характер главы пантеона, демиурга, создателя вселенной (не все исследователи  согласны с этим мнением).

    Далее культ Рода распался на множество  более мелких культов, из которых  в конце концов самым важным стал культ Перуна, покровителя князя  и его дружины, бога войны и  сражений, мечущего молнии в своих  противников.

    В настоящее время широкое распространение  получила идея, согласно которой поединок Перуна со змеем представляет собой  славянский вариант главного индоевропейского мифа о борьбе небесного всадника-богатыря со змеевидным врагом. Действительно, изображения всадника, копьем поражающего  змея, мы можем встретить в Европе повсюду – этот миф был ассимилирован  христианством, приняв вид поединка святого Георгия с драконом. Изображение  всадника-копьеносца, у ног которого извивается змей, мы можем видеть, например, на современном гербе Москвы, а  также на копейках, повторяющих форму  тех, что были впервые отчеканены в 1534 году. Все это свидетельствует  о невероятной живучести древних  образов, которые, потеряв свое первоначальное осмысление, продолжают жить среди  нас как важнейшие символы  нашего сознания³.

    Развитие  славянского язычества нельзя свести только к процитированной выше периодизации, почерпнутой из творения осведомленного древнерусского книжника. На определенном этапе становления древней славянской религии важнейшую роль играл  бог Сварог, хозяин Неба, покровитель  ремесел. Имя его носит общей  для индоевропейских народов  характер и связана с индийским  словом "сварга" - Небо.

    Культ Сварога со временем распался на культы его сыновей – Сварожича, бога огня, и Даждьбога, бога солнца. Даждьбог, судя по всему, играл важную роль в  представлениях древних славян. В "Слове  о полку Игореве", сохранившем  множество мифологических образов, русские люди названы потомками  бога солнца.

    Кроме них, восточные славяне поклонялись  также Велесу, богу скота и богатства, Стрибогу, богу ветров и бурь, Хорсу, также связанному с солнечным  культом. Бог Ярило нес ответственность  за прорастание хлебных злаков, Купало отвечал за созревание плодов, Суд  ведал человеческими судьбами, Чур  охранял межи между полями и всяческие  границы. Значение некоторых богов  остается загадочным: таковы Троян, целых  четыре раза упоминаемый в "Слове  о полку Игореве", и Семаргл, которого чаще считают богом семян  и растений.

    Были  в славянском пантеоне и богини: Макошь, богиня собранного урожая и  гаданий, Лада, хранительница домашнего  очага и покровительница брака; Леля, богиня весеннего расцвета природы; Денница, олицетворение Утренней звезды. Богини Карна и Желя олицетворяли важнейший для язычника похоронных обряд: они отвечали за плач по умершему и огонь погребального костра - крады. Богиня Морена мыслилась как  богиня темных сил природы – зимы, холодов, возможно и смерти.

    Кроме персонажей высшей мифологии (богов  и богинь) славяне населяли также  свой мир и менее значительными  существами: русалками (духами природы, первоначально жившими повсюду: в лесах, лугах, долинах, а не только в воде), лешими, водяными, домовыми, овинниками, банниками и целым  сонмом других мелких божков и духов, память о которых не дошла до наших  времен.

    Создание  славянской государственности вызвало  выдвижение нового социального слоя – князя с дружиной. Выдвинулся среди богов и их покровитель  – громовержец Перун, первоначально  занимавший не самое значительное место. Князь Владимир, находясь на вершине  процесса создания единой русской государственности, задумал придать языческой религии  общественно значимый государственный  характер. С этой целью в 980 году он установил единый пантеон, обязательный для почитания всеми его подданными. В этот пантеон вошли: Перун, Хорс, Даждьбог, Стрибог, Семаргл и Мокошь.

    Мокошь  оказалась единственным женским  божеством в этом патриархальном пантеоне⁴. Перуну был придан характер главы всех богов: ради этого голова его была отлиты из серебра, а усы позолочены. Однако реформа не удовлетворила князя, строившего единое государство. Несколько лет спустя он решился на принятие христианской религии, активно распространяемой самым могущественным государством того времени - Византийской империей.

    В 988 крещение Руси совершилось, однако языческие  поверья были вытеснены новой  верой далеко не сразу. Еще около  двух веков сохраняло так называемое двоеверие, когда поклонение языческим  божествам сочеталось со строительством христианских храмов и утверждением нового религиозного сознания. В виде различных народных обрядов и  игр остатки славянской мифологии сохранились вплоть до ХIХ века, когда они были исследованы и осмыслены этнографами.

    Следы сюжетов древнеславянской мифологии  сохраняют также былины, волшебные  сказки, загадки, узоры на традиционных народных вышивках, резьба по дереву и  многие другие проявления народного  творчества. Многие из образов, порожденных  славянским язычеством, мирно сосуществуют с веком научно-технической революции, и мы настолько привыкли к ним, что даже не замечаем их необыкновенности. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    3.Их  общие черты и различия.

Китайская мифология так же богата и интересна, как славянская  или , но в отличие  от последних, которые известны каждому  образованному человеку, мифы китайцев до сих пор остаются достоянием немногих специалистов-синологов.

     К сожалению, в работах по общей  мифологии или первобытной культуре меньше всего ссылок на китайскую  мифологию. В конце XIX в. немецкий исследователь  Г. Шурц, например в "Истории первобытной  культуры", упомянул Китай, только чтобы  сказать, что у китайцев нет мифа о потопе. И даже такой знаток фольклора, как английский учёный Дж. Фрезер, собравший около 200 мифов  о потопе у разных народов, не знал его китайского варианта.

     В китайских мифах нет прекрасной пластичности и стройности славянских богов и героев, они поражают наше воображение скорее смелостью и  неожиданностью фантазии. Хунь-тунь —  Хаос — бесформенная, но живая масса, в которой её друзья пытаются просверлить  отверстия, чтобы дать приятелю возможность  видеть и слышать, как люди. Шижоу  — зрячая плоть — не менее  удивительное существо, похожее на печень зверя, но обладающее зрением. К  сожалению, древние китайские мифы очень рано стали забываться и  исчезать из народной памяти. Они сохранились  лишь в многочисленных отдельных  фрагментах, как осколки древней  вазы, сложить и склеить которые  дело опытного археолога и реставратора.

     До  философии в Китае было поэтическое  осмысление мира и прошлого человечества в форме мифов. Эти мифы не рассказывались, а пелись, сопровождаемые ударами, гудениями, рокотом музыкальных инструментов. Их героями были первопредки и  цари-мудрецы, создатели человеческой культуры. Несколько столетий понадобилось еще для того, чтобы записанные песни были систематизированы и  осмыслены китайскими мудрецами  как документы исторического  прошлого, как рассказы об истинных событиях и лицах определенной территории и времени.

     Упорядочение  китайской мифологии, осуществленное философами, усложнило понимание  ее развития. Можно лишь догадываться, что в глубокой древности китайцы, как и славяне, почитали животных — змей, ласточек, медведей, слонов, считая их покровителями отдельных  родов и племен. Со временем одна из таких покровительниц, змея, приняла  в воображении рассказчиков мифов  облик чудовищного змея — дракона, которому было приписано господство над метеорологическими явлениями  и небесными телами, водной стихией  и особое покровительство царям.

     Главные герои китайской и славянской мифологии — прародители, представленные в виде реальных правителей и царей, создателей культурных благ огня, земледелия, медицины, календаря, музыки, письменности. Приписывание одного и того же изобретения  разным героям объясняется тем, что  имеющиеся в нашем распоряжении мифы объединили различные мифологические традиции. Китайские культурные герои  выступают одновременно как открыватели  мира, путешественники, проникающие  в самые отдаленные уголки земли. При этом под отдаленными странами запада, куда проникают стрелок и  другие прародители, часто подразумевается  страна мертвых.

     Мифология Древнего Китая имеет ряд особенностей отличающих ее от мифологии славян.

     Прежде  всего, это сам фрагментарный  и эпизодический характер китайских  мифов. Мало того, что здесь нет  мифологических циклов: сами мифы Китая- это не однородные по своему составу  произведения, а скорее сплавы материалов, неоднородных географически, и возможно,этнически  и хронологически; ко времени первоначальной записи мифа эти сплавы еще не оформились.

     Еще один момент,отличающий мифологию древнего Китая от Мифологии славян: « исторический возраст» мифа, т. е период к которому его можно отнести по содержанию, находится здесь в обратной зависимости от его «литературного возраста». 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Заключение.

     Мифы  созданы на заре истории человеческого  общества. По мифам мы можем судить, каковы были представления и мысли  у трудовых людей древности: как  они представляли мироздание, как  воспевали народных героев, каким  образом стремились улучшить свою жизнь, как прославляли труд и борьбу.

     Представляя сами по себе весьма большой интерес, мифы оказали значительное влияние  на литературу и искусство, придав им особую прелесть и свежесть. Скульптура древних греков прекрасна именно своей теснейшей связью с мифами. То же самое можно сказать о  Тао-те, Куе, Куе-драконе, Куе-фениксе, водяном  и однорогом драконах, об удивительных птицах и зверях, изображения которых  украшали треножники и сосуды эпох Инь и Чжоу.

     Следует иметь в виду, что мифы, не будучи историческими свидетельствами, в  какой-то мере смогли отразить историю. Разумеется, абсурдно во всех персонажах мифов видеть древних императоров  и князей, однако в равной степени  неправильно пренебрегать содержанием  мифов в какой-то степени исторического  характера. В мифах мы можем обнаружить отражение исторической действительности. Например, под борьбой между Хуан-ди и Чи-ю скрывается имевшее место  в центральной равнине столкновение людей монгольского плато и племен южной части Тихого океана, под  историей о горах Куньлунь и Си-ван-му - возникновение культурных связей между китайскими и тибетскими племенами.

     Мифы  отражают и национальный характер. Так, китайские мифы в какой-то мере отражают особенности китайской  нации. А славянские мифы отображают особенности своей нации.

     Таким образом, изучая мифы, мы можем понять истоки нашего национального характера, культуры. 
 

     Библиографический список. 

1. А. И. Немировский. Мифы и легенды Древнего Востока. М.: «Просвещение» 1994 г.

2. История Древнего Востока. М.: «Высшая школа» 1988 г.

3. М. Л. Титаренко. История китайской философии. М.: «Прогресс» 1989 4.Иванов В.В., Топоров В.Н. Исследования в области славянских древностей. – М., 1974.

5.Иванов В.В., Топоров В.Н. Мокошь // Мифы народов мира. Энциклопедия. Т.II. – М., 1992.

6.Калашников В. Боги древних славян. – М.: Белый город, 2003.

7.Самозванцев.  А. М. Мифология Востока. –  М.:2000