Младотурецкая революция

Министерство образования и науки Российской Федерации ГОУ ВПО «Тамбовский Государственный университет имени Г.Р. Державина»

Академия гуманитарного и социального образования

Кафедра всеобщей истории

Контрольная работа по истории стран Азии и Африки

«Младотурецкая революция 1908-1909 гг»

Выполнила: студентка третьего курса

заочной формы обучения

Куликова Марина

Проверил: Пожилов И.Е.

Тамбов 2011

Оглавление

Введение

1. Османская империя во второй половине XIX  - начале  XX вв. Предпосылки революции.

2. Зарождение движения младотурок

2.1. Накануне революции

2.2. Ход революции

3. Результаты младотурецкой революции. Младотурки у власти

Выводы

Список литературы

Введение

Накануне революции младотурок Османская империя была большим, синкретическим государством с рядом внутренних и внешних противоречий. Собрав под своей властью территории, населенные представителями разных конфессий и национальностей, государство обеспечило перманентную нестабильность в пределах своих границ. К концу XIX -  началу XX века в стране активизировалось национальное движение, что в целом было характерно и для других государств, под властью которых находились переживающие последний этап становления нации. Жесткий (в том числе в национальной плоскости) режим, господствовавший с конца XIX века, еще сильнее обострял межнациональные противоречия.

Кроме национальных, в стране резче обозначились социальные проблемы. В основном, опять же, как и для других непередовых государств в этот период, они были обусловлены переходом к новым отношениям. Катализатором перемен было активное проникновение в Османскую империю иностранного капитала, иностранных идей, что ломало традиционный уклад, и заставляло империю метаться между приспособленчеством и сопротивлением. Актуальным стал аграрный вопрос, повысилась активность владельцев предприятий в борьбе за свои права.  И, наконец, что тоже волне закономерно для данного периода, в обществе росло желание добиться признания гражданских прав и свобод, попранных режимом зулюма.

Перечисленные тенденции стали основанием для насильственной смены режима – младотурецкой революции 1908 г.

Учитывая тот факт, что революция произошла практически сразу после первой русской революции и была в определенном смысле связана с ней, советская историография уделяла младотуркам достаточно много внимания. События младотурецкой революции подробно описаны в монографиях А.Ф. Миллера, а позже нашли отражение в монографиях по общей истории Труции других авторов.

В данной работе будет дана краткая характеристика событий младотурецкой революции. Сначала будут рассмотрены условия, в которых зарождалось младотурецкое движение, причины его появления, затем подготовительный этап революции, ее  ход и наконец, ее результаты.

1. Османская империя во второй половине XIX  - начале  XX вв. Предпосылки революции.

Во второй половине XIX века Османская империя формально считалась самостоя­тельным государством, хотя и была очень зависима от ведущих иностранных  государств и, по сути, оказалась на положении полуколонии.[8,127]

Падишах (император), обычно именовав­шийся европейцами султаном, был неограниченным самодержцем. В качестве халифа («наместника пророка») он претендовал также на духовную власть над мусульманами «всего мира». [7; 45]

В результате  государственного переворота в феврале 1878 г. к власти пришел Абдул-Хамид.  Парламент был распущен, а империя на долгие годы была превращена в деспотию. В Турции годы правления Абдул-Хамида стали именовать термином «зулюм» — деспотия, тирания.

Режим зулюма обернулся для империи взрывом реакции, фактической отменой всех завоеванных ранее прав и гарантий личности, разгулом беззакония и произвола, взяточничества и казнокрадства, доносов и арестов. Пресса была либо закрыта, либо поставлена под строгий надзор цензуры. Полурегулярная кавалерия «хамидие», исполнявшая жандармские функции, наводила страх на население, особенно в нетурецких районах империи, где произвол и насилие порой оборачивались страшными погромами с десятками тысяч беззащитных жертв. Беззащитной перед лицом реакции оказалась и слабая еще система светского образования: школьные учебники строго пересматривались, специальные средние учебные заведения и Стамбульский университет являли собой жалкое зрелище и временами закрывались вовсе. На всех получивших европейское образование смотрели косо, как на неблагонадежных. [2;143]. Народное образование, наука, литература, искус­ство, пресса были отброшены на несколько десятилетий назад. Прогрессивные писатели и публицисты периода Танзимата: подвершишь жестоким репрессиям. Многие из них эмигрировали.

Султан Абдул Хамид II смертельно боялся проникновения в Турцию прогрессивных идей. По его приказу был воспрещен ввоз произведении Вольтера, Толстого, Байрона, Шиллера, трудов ис­ториков Шлоюсера, Вебера, Файфа, Соловьева. В театрах не раз­решалось ставить «Гамлета», чтобы народ не видел даже на сцене убийства короля. В числе запрещенных   цензурой   иностранных пьес были также «Венецианский купец», «Орленок», «Сирано де Бержерак», «Дочь мадам Анго» и многие другие. Из газет и книг, издававшихся в Турции, цензура беспощадно вычеркивала малей­шие намеки  на   революцию  или  государственные  перевороты. Существовал длинный   перечень  «запрещенных» слов, таких, как «республика», «конституция», «свобода», «право» «равенство», «патриотизм», «герой», «тирания», «кровопролитие» и др.

Султанские шпионы орудовали в учреждениях, ар­мии, школах и даже в семьях. Расхищение государственного до­стояния достигло небывалых даже для Турции размеров. [7; 48-49]

Венцом всей системы зулюма стало ее идеологическое обрамление — доктрина панисламизма, ставившая султана-халифа главой всех мусульман. зависимость империи от держав, что сильно сдерживало его в глобальных устремлениях. [2;143-144]

К тому же зависимость Османской империи все росла, особенно финансовая. Еще в 1875 г. впервые был поставлен вопрос о невозможности выплачивать внешние долги, а в 1879 г. империя официально объявила себя банкротом. Результатом было создание Управления оттоманского долга (1881), в ведение которого, т.е. в распоряжение держав, поступали доходы от государственных монополий на табак, соль, спирт и ряд налогов. Вначале в Управлении и вообще в сфере экономической и промышленной экспансии преобладали англичане и французы, но с конца века, особенно после приобретения железнодорожной концессии в Анатолии и начала строительства дороги в Багдад (1888), ведущие позиции в экономике Турции стали переходить к немцам. Немецкие офицеры приступили к реорганизации турецкой армии.[2;144]

В конце XIX — начале XX в. в промышленном производстве, банковском деле, во внешней и крупной внутренней торговле господствовали иностранные капита­листы и капиталисты нетурецкого происхождения. Незначитель­ным было и количество рабочих турецкой национальности. Таким образом, формирование основных классов капиталистического общества — буржуазии и пролетариата — в Османской империи происходило без активного участия турок.

Турецкая буржуазная нация складывалась намного медленнее ряда других наций Османской империи, особенно балканских. Многое мешало ее консолидации. Турки имели общую территорию, но количественно они составляли в Османской империи меньшин­ство— не более трети всего населения. Во многих районах они жили вперемежку с другими народами. Экономическое единст­во турок было весьма относительным вследствие узости внут­реннего рынка и оторванности различных хозяйственных районов друг от друга, наличия внутренних таможен и т. п.

Процесс создания турецкого национального языка, несмотря на большие сдвиги, происшедшие со времени Танзимата, не был еще завершен. Слабо проявлялся и турецкий национальный характер как фактор сплочения нации.[7;52-54]

Но европеизация Турции, несмотря на сопротивление панисламистов, понемногу делала свое дело. Нельзя забывать и о городском населении, пользовавшемся плодами экономического роста и промышленного развития страны и тоже стоявшем за реформы, против возврата к прошлому. Наконец, несмотря на притеснения, в стране работали светские учебные заведения, выпускавшие все новые отряды турецкой интеллигенции,[2;144] вполне очевидно ориентировавшейся на европейские знания, демократические права и культурные традиции.

Таким образом, в Османской империи складывалась ситуация, обычная для многих стран Востока той эпохи: традиционная структура, поставленная в условия насильственного проникновения в нее колониального капитала, сопротивлялась и приспосабливалась одновременно, причем обе стороны этого процесса были представлены соответствующими тенденциями и политическими силами. В Османской империи конца XIX в. силы традиционализма были представлены режимом зулюма. Но понемногу вновь консолидировались и представители течения реформаторов, у истоков которого в свое время стояли как осуществлявшие реформы сановники империи, так и интеллигенты из числа «новых османов». На смену новым османам в условиях зулюма пришли в конце XIX в. младотурки.

2. Зарождение движения младотурок

Носителями революционных идей выступили пред­ставители турецкой интеллигенции, главным образом из среды офицерства и учащейся молодежи, по национальности многие из них являлись не турками, а представителями дру­гих мусульманских народов империи. Тем не менее политическая и идеологическая направленность их деятельности отвечала прежде всего интересам турков.[6;53]

Начало организационного оформления движения относится к 1889 г., когда группа слушателей военно-медицинского учи­лища в Стамбуле по инициативе курсанта Ибрагима Темо соз­дала первые ячейки тайного политического общества «Едине­ние и прогресс» (по турецки Иттихад ве теракки или просто Иттихад).[8;181]

Построенная по принципу организаций карбонариев организация ставила целью избавление страны от деспотизма, возврат к конституционным нормам. По ее образцу вскоре были созданы аналогичные ячейки и в других учебных заведениях. Одновременно с этим в Париже, в эмиграции, А. Риза-бей (1857-1930) создал общество борцов против тирании.[2;145] Сын видного турецкого чиновника, получивший хорошее евро­пейское образование, он мог сделать успешную карьеру, но предпочел в 1889 г. эмигрировать в Европу, где занялся жур­налистской деятельностью. Издаваемые им газеты «Мешверет» (Дебаты) и «Шурра-и Уммет» (Совет общины) сыграли важ­ную роль в объединении сил противников абдулхамидовского «зулюма».[7;54]

Первая листовка от имени организации «Иттихад ве теракки» («Единение и прогресс») стала распространяться в Стамбуле в 1894 г., после чего начались гонения на иттихадистов-младотурок. Значительная часть их бежала в Париж, где в 1895 г. Риза-бей начал издавать газету, излагавшую программу организации: борьба за свободу, справедливость, равенство при единстве прав и интересов всех подданных империи; сохранение империи с учетом необходимых реформ; прогресс и развитие страны в условиях конституционного строя и при невмешательстве иностранцев в ее дела.[10;84]

Участников оппозиционных организаций в Европе стали называть младотурками. К младотурецкому движению примкнули и многие представители государственного бюрокра­тического аппарата, считавших, что политика Абдул Хамида II ведет империю к быстрой гибели.[7;54]

Своими главны­ми целями они считали восстановление конституционного прав­ления и проведение умеренных буржуазных реформ по евро­пейскому образцу. В условиях превращения империи в пери­ферийный элемент мирового капитализма и роста освободи­тельного движения в среде ее нетурецких подданных особую значимость имел национальный вопрос, по которому среди младотурецких лидеров не было единства. Часть из них во гла­ве с Ахмедом Ризой, исходя из интересов рождающегося ту­рецкого буржуазного общества, выступала за доктрину «османизма», ибо видела в ней средство для предупреждения распа­да и раздела империи. Ахмед Риза и его сторонники призывали положить конец засилью империалистических держав и были противниками любого иностранного вмешательства в дела Пор­ты. Объявляя себя сторонниками равноправия всех народов Османской империи, они вместе с тем не принимали предло­жений о предоставлении широкой автономии национальным меньшинствам.

Другой подход отстаивала группа младотурок, идейным во­ждем которой позже стал племянник Абдул Хамида принц Мехмед Сабахеддин (1877-1948). В 1899 г. он вместе с братом эмигрировал в Европу и с того времени жил в Париже, где изучал социологию и поддерживал тесные контакты с европей­скими либералами, социалистами и анархистами. Вместе со своими единомышленниками принц Сабахеддин ратовал за союз с инонациональной буржуазией и предлагал решать националь­ный вопрос путем создания османской федерации, в рамках которой все народности в империи пользовались бы автономи­ей. Он такжепризывал к активному сотрудничеству с ино­странными державами, чтобы добиться прилива капиталов и способствовать развитию частной инициативы. В отличие от Ахмеда Ризы, выступавшего за сильную государственную власть, Сабахеддин был противником централизованного госу­дарства, которое, по его мнению, сковывает инициативу и пред­принимательскую активность.[8;182]

Вся образованная часть населения империи, равно как и многие другие слои, в том числе немусульманские народы, со вниманием следили за развитием событий и сочувствовали иттихадистам. Количество ячеек иттихадистов быстро росло.[2;145]

Младотурки подвергались жестоким преследованиям со стороны Абдул Хамида. В 1884— 1895 гг. в Стамбуле и некоторых других городах имели место мас­совые аресты. Были даже сделаны попытки государственного переворота (1896), на что султан ответил репрессиями.  На эти годы падает и наиболее многочисленная эмиграция младотурок за границу. В 1897 г. после политической демонстрации перед султанским дворцом, организованной младо­турками, был инсценирован судебный процесс над «заговорщика­ми»: 13 человек были казнены, 68 заточены в тюрьмы и сосланы на каторжные работы. Через два года последовал новый судебный процесс над большой группой младотурок, в числе которых было несколько государственных служащих. Агенты султана действовали и за границей: кое-кто из эмигрантов был подкуплен, других запу­гали. В ряде случаев   правительства   европейских   государств удовлетворяли требования Абдул Хамида о высылке младотурецких деятелей, о закрытии их газет и т. д.[7;54-55]

Заявив о себе как о сильной и деятельной организации с оформленными программными требованиями, младотурки начали привлекать на свою сторону все больше сторонников, но репрессивные меры Абдул-Хамида привели к тому, что к началу XX в. активность   младотурок   заметно   снизилась.

2.1. Накануне революции

Попытка объединить усилия всех политических обществ, групп и кружков, ведших борьбу против деспотического режи­ма, была предпринята на первом конгрессе младотурок в Пари­же в 1902 г. Однако разногласия по вопросу о пути и методах изменения существующего строя привели к расколу участников конгресса и созданию двух самостоятельных организаций. Основу одной из них («Османского комитета «Единение и про­гресс») составила группа Ахмеда Ризы. Его идеи, высказывав­шиеся ранее на страницах газеты «Мешверет», легли в основу программы этого политического объединения. Группа Сабахед-дина оформилась в «Лигу частной инициативы и децентрализа­ции».[8; 56]

Взаимное соперничество двух младотурецких центров при­вело к временному снижению активности их борьбы с тиранией, что было особенно заметно на фоне активизации выступлений нетурецких народов.

В 1903 г. в Македонии произошло народное восстание. Хотя оно было жес­токо подавлено, но во многих районах продолжались выступ­ления партизанских отрядов (чет). В эти же годы усилилась деятельность армянских националистов, оживились оппозици­онные арабские организации, все больший размах стали при­обретать антитурецкие настроения в Албании.[4; 229-230]

Таким образом в начале XX в. против правящего режима выступали изолированно друг от друга младотурки и силы освободительного дви­жения национальных меньшинств.

Революция 1905-1907 гг. в России и начавшаяся вслед за ней революция в Иране 1905-1911 гг. получили широкий от­клик в Османской империи. Они способствовали подъему младотурецкого движения и создали благоприятные условия для объединения двух течений, боровшихся с существующим строем. Султанские власти предпринимали всевозможные меры для того, чтобы не допустить распространения «заразы рево­люции» в империи. Усилилось бро­жение в армии, о чем свидетельствовало большое количество выступлений солдат и матросов против палочной дисциплины, произвола командиров. Отмечались случаи отказа солдат и младших офицеров от участия в карательных экспедициях.[8;56]

С конца 1905 г. в Анатолии, особенно в ее восточных облас­тях, отмечаются значительные по своему размаху революцион­ные выступления. Перекидываясь из города в город, охватывая все более широкие слои населения, волнения в Анатолии при­обрели опасный для существовавшего режима характер. Цен­тром выступлений стал Эрзурум, где в начале 1906 г. образо­валась первая буржуазно-революционная организация «Джан верир» («Жертвующие собой»). Созданная под влиянием рево­люционных событий в Закавказье и Иранском Азербайджане она объединила в своих рядах представителей различных сло­ев общества - торговцев, ремесленников, религиозных деяте­лей, солдат и офицеров. Около двух лет в провинции сущест­вовало фактическое двоевластие. Все попытки правительства расправиться с руководителями общества не имели успеха.[4;230]

Нарастание революционной ситуации в империи в 1906-1907 гг. потребовало от младотурок пересмотра их стратегии и. так­тики. Они осознали необходимость объединения своих рядов и консолидации всех сил, боровшихся с са­модержавием. В сентябре 1907 г. руководители парижского «Комитета Единение и прогресс» во главе с Ахмедом Ризой соединились вместе с близкими им по взглядам нелегальными организациями в самой империи в Османское общество «Еди­нение и Прогресс». Именно по отношению к этой партии стало употребляться в дальнейшем выражение «младотурки». Сло­жившаяся ситуация того времени отражена в донесении рус­ского дипломата Неклюдова, в котором суммированы собран­ные российским посольством в Париже сведения о развитии младотурецкого движения до 1908 г.

В декабре 1907 г. в Париже был проведен конгресс оппози­ционных сил, в котором приняли участие делегаты от Осман­ского общества Единение и прогресс во главе с Ахмедом Риза-беем, Лиги частной инициативы и децентрализации во главе с принцем Сабахеддином, партии армянских либералов-национа­листов - Дашнакцутюн во главе с ее председателем К. Малу-мяном, а также представители еврейской рабочей партии «Ла-вора» (Труд), арабского оппозиционного общества «Ахд-и ос-мани» (Османский обет), различных эмигрантских газет.

Кон­гресс принял программу действий, направленных к свержению деспотического режима и восстановлению конституционного правления. Было решено начать подготовку к восстанию.

Практическую работу по реализации планов вооруженного выступления взял на себя ставший руководящим центром пар­тии Салоникский комитет «Единение и прогресс», в котором главную роль играли местный почтовый служащий Талаат-бей, майор Энвер-бей, представитель одной из знатных семей горо­да Мехмед Шюкрю.[8;57-58]

С середины июня 1908 г. началась непосредственная подготов­ка к восстанию. К этому времени младотурецкая тайная организа­ция в Македонии чрезвычайно разрослась. Число ее членов составляло 15 тыс. Во всех городах и даже в маленьких местечках действовали отделения комитета Единение и прогресс. Члены и сторонники младотурецкой организации находились во всех правительственных учреждениях, что позволяло комитету заранее узнавать о мероприятиях властей. Часто комитет оказывался сильнее правительства. По приговору комитета совершались убий­ства султанских шпионов, и власти были бессильны даже разы­скать убийц[7;62-63]

2.2. Ход революции

Наибольших успехов   младотурецкая   пропаганда   достигла среди средних и младших офицеров расквартированного в Маке­донии 3-го корпуса османской армии. Помимо общей обстановки, воздействовавшей на усиление патриотических и революционных настроений офицерства, большое значение имело и то обстоятель­ство, что в Македонии особенно  наглядно  проявлялись  пороки существующего строя. Турецкие   офицеры   сталкивались   здесь с иностранным контролем и иностранными офицерами, возглавляв­шими жандармерию, видели, как ускользает эта провинция из рук турок, убеждались на собственном опыте  в ненависти   народных масс к султанскому режиму. Росту недовольства среди офицеров способствовали и такие причины, как задержка жалованья, разда­ла чинов и орденов султанским фаворитам, замена  заслуженных офицеров неграмотными султанскими шпионами, постоянная угро­за увольнения или ссылки.

В среде этого патриотически настроенного офицерства и воз­никло решение о вооруженном выступлении против султанского самодержавия.[7;63]

Первоначально восстание было приурочено к 33 годовщине вступления Абдул Хамида II на престол (т.е. на конец августа 1909 г.). Однако развитие событий заставило младотурок на­чать выступление раньше. Султанское правительство усилило карательные действия против национально-освободительного движения и репрессии в отношении участников нелегальных младотурецких организаций. Обострилась и борьба держав за Македонию. В июне 1908 г. в ходе свидания в Ревеле (Тал­линн) российский император Николай II и английский король Эдуард VII достигли согласия относительно мер, которые над­лежало предпринять в ответ на предоставление Австро-Венг­рии концессии на строительство железной дороги к Салони­кам. Выступая за спасение Македонии от угрозы «германиза­ции», Англия и Россия предъявили Порте ряд требований от­носительно осуществления реформ, в том числе стали добиваться согласия на ввод в эту область 10-12 тысячного иностранного корпуса. Такое решение судьбы Македонии оз­начало бы ее отторжение от Османской империи и одновре­менно ликвидацию основного центра революционного движе­ния в стране. Угроза разгрома оппозиционных сил и англо­русский ультиматум Порте побудили младотурецкий комитет в Салониках принять решение о немедленном начале выступле­нияМладотурецкая революция была совершена силами армии. Сигнал к их выступлению был дан 3 июля 1908 г. комендантом гарнизона македонского городка Ресне Ахмедом Ниязи-беем (1873-1912). Албанец по происхождению, получивший впослед­ствии почетный титул «героя свободы» Ахмед Ниязи был скром­ным и ничем до того не известным офицером. Во главе ресненской четы  стоял   кол-агаоы   (секунд-майор) Ахмед Ниязи-бей, по. происхождению албанец. Это был скромный,, ничем до того не известный офицер, родившийся и проведший поч­ти всю свою жизнь в Ресне. Он даже не знал, кто именно входит в состав монастырского областного комитета Единение и прогресс, и только после революции с удивлением констатировал, что это были его хорошие знакомые. Ниязи-бей при выступлении четы следующим образом определил задачи   начинающейся   борьбы: «В этой революции, которую мы поднимем против правительства и ревельских решений, мы должны на деле показать, что мы лю­бим христиан, как наших соотечественников, считаем их равными с собой, уважаем их земли, как наши собственные земли, их жиз­ни, как нашу жизнь, их имущества, как наше имущество.  Наша революция... будет восстанием против образа правления, делаю­щего нас и все остальные национальности врагами друг друга; она провозгласит свободу, равенство и братство».

Свободолюбивые лозунги, обещание установить всеобщее ра­венство и удовлетворить насущные нужды народа произвели в на­каленной атмосфере этих дней огромное впечатление.[7;64-65]

По решению местной младотурецкой ячейки он 3 июля 1908 г. сформировал революцион­ный отряд - чету в 160 фидаев (т.е. жертвующих собой) и ушел с ними в горы. Его примеру последовали военные из других младотурецких ячеек. Вскоре на сторону восставших перешли военные гарнизоны Салоник и других крупных горо­дов в Македонии. Революционное движение получило поддержку действовавших здесь и в Албании партизанских отрядов, а также местного населения.

23 июля повстанцы вступили в Салоники и другие крупные города Македонии. Повсюду на многолюд­ных митингах провозглашалось восстановление конституции. В тот же день салоникский комитет отправил телеграмму сул­тану с требованием подчиниться воле восставших.

К младотуркам присоединились офицеры 2-го корпуса рас­квартированного в Адрианопольском вилайете. Султан приказал перебросить в Македонию анатолийские полки, но и это не помог­ло. Прибывшие из Измира в Салоники 27 батальонов (всего на­мечалось перебросить из Анатолии 48 батальонов) были еще до отправки, а затем в пути распропагандированы младотурками и отказались выступить против революционеров. Ничего не дали султану и все прочие меры: повышение в чинах офицеров, посы­лавшихся против повстанцев, многочисленные аресты сторонников младотурок в Стамбуле и Анатолии и даже провокационное обра­щение к македонским христианам, в котором утверждалось, что младотурецкое движение грозит их жизни и имуществу

Фактически султанский режим в Македонии рухнул уже в пер­вые дни революции. Правительственный аппарат был совершенно парализован. Даже высшие военные и гражданские чины (в том числе и генерал-инспектор Хильми-паша) частью из страха за свою жизнь, частью в надежде на сговор с младотурками проявля­ли за редкими исключениями полную пассивность. Хозяином положения сделался салоникский комитет Единение и прогресс. Он не только осуществлял все руководство движением, но и подчинил себе гражданские и военные власти провинции.

Оказавшись перед угрозой свержения, Абдул Хамид II был вынужден согласиться на восстановление конституции 1876 г. и созыв парламента. 23 июля 1908 г. революционные отряды, восторженно приветствуемые насе­лением и войсками, вступили в Салоники, Монастырь и другие большие города Македонии. Повсюду на многолюдных митингах было «от имени армии и народа» провозглашено восстановление конституции. Этот день, 23 июля, и явился днем торжества младо-Турецкой революции.[7;65]

Волна восторженных манифестаций, про­катившаяся по крупнейшим городам империи, заставила сул­тана пойти на новые уступки. Была объявлена амнистия участ­никам революционного движения, отменена цензура, ликвиди­рована султанская тайная полиция и распущена 30-тысячная армия доносчиков. Правительство согласилось на смещение части султанской администрации, особенно скомпрометировав­шей себя в эпоху «зулюма». В стране значительно оживилась политическая жизнь, появились различные общественные ор­ганизации, ассоциации и клубы, стали выходить новые газеты, начали образовываться политические партии. [9;118]

Новый режим представлялся современникам устойчивым и прочным. Реакционные силы совсем притихли. Султан Абдул Хамид объявил себя сторонником конституции. За исключением нескольких наиболее одиозных деятелей старого режима, бежав­ших за границу, все министры, сановники, -генералы, высшее мусульманское духовенство также демонстриро­вали свою приверженность конституционному строю.

«Весна» младотурецкой революции проходила в условиях свое­образного двоевластия. Абдул Хамид II остался на троне. В правительство, составленное из старых султанских сановников, не вошел ни один представитель младотурок. Почти нигде не были вменены губернаторы, полицейские, жандармские и судебные чины. Но наряду с официальными властями (а вернее, над ними) страной управляли младотурецкие комитеты.[8;68]

В середине сентября 1908 г. младотурки опубликовали свою официальную программу. В ней много говорилось о выборах в парламент и о поправках к конституции 1876 г., но радикальных задач изменения политического и государственного строя младотурки перед собой не ставили. Вместо наделения крестьян землей программа ука­зывала на необходимость «принятия мер, дабы облегчить кре­стьянам приобретение земельной собственности при условии, чтобы не нарушались охраняемые законом права собственности нынеш­них землевладельцев». Уничтожение ашара программа подменяла уточнением ранетов при «определении десятины» и проведением кадастра. О рабочем законодательстве глухо говорилось, что «вза­имные права и обязанности рабочих и работодателей регулируют­ся особыми законами».

Официальным языком объявлялся только турецкий. Преподавание во всех государствен­ных школах — низших, средних и высших — должно было вестись также на турецком языке. Изданный вскоре после этого избирательный закон еще больше подчеркивал фактическое неравнопра­вие национальных меньшинств. Избирательные округа образовы­вались в таких границах, чтобы обеспечить в каждом из них пре­обладание турецкого элемента. Право быть избранным в парла­мент сохранялось только за лицами, владеющими турецким язы­ком. Когда начались выборы турецкие власти и младотурецкие комитеты стали производить такое беззастенчи­вое давление, что в ряде мест нетурецкое население совсем отка­залось от участия в голосовании.

Своей официальной «доктриной» в национальном вопросе мла­дотурки провозгласили «османизм». Формально «османизм» озна­чал равенство всех подданных султана перед законом, но фактиче­ски— полное отрицание наличия национального вопроса в Тур­ции, лишение национальных меньшинств их элементарных прав и в конечном счете насильственную ассимиляцию их. Младотурки разрешали национальным меньшинствам сохранить свою религию, но не свой родной язык. Уродливо искажая исторические приме­ры, они доказывали, что по аналогии с идеями французской рево­люции конца XVIII в. следует создать «единую и неделимую» Османскую империю.[6;112]