Многообразие видов и форм любви. Их классификации
Содержание:
Введение…………………………………………………………
- Многообразие видов и форм любви. Их классификации….…..…стр.5
- Тема любви в русской философии……….………………………..стр.14
- Сущность любви………………………………………. …………..стр.23
Заключение…………………………….……………………
Список литературы………………………….……
Введение
«Любовь долго терпит, милосердствует.
Любовь не завидует, не превозносится,
не гордится, не бесчинствует, не ищет своего,
не раздражается, не мыслит зла.
Всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит.
Любовь никогда не перестаёт.»
Апостал Павел.
С начала времен на Земле прожили свою жизнь 100 миллиардов человек и все они любили. Сейчас на Земле живут 6 миллиардов 700 миллионов человек и все они уже любят, или им это еще предстоит. Люди живут ради любви, поют ради любви, пишут о любви и убивают из-за любви.
Любовь движет нами и определяет нашу судьбу. Она стихийна, нелогична и нематериальна.
Все, кто влюбляется, влюбляются одинаково. Умный и глупый, молодой и старый, буржуа и художник. Ложь, преданность, ревность, восторг, предательство – никто не знает, какой будет наша история любви и как она закончится. Но все знают, что когда она есть, остальное отходит на второй план - время, деньги, репутация, обязательства. Исчезает всё, что занимает людей в нормальном состоянии, потому что мы очарованы этим лицом, взглядом, телом, силуэтом, голосом, самим присутствием любимого человека.
Спросите людей, что такое любовь? И вы не услышите ни одного похожего ответа.
Медики утверждают, что любовь – разновидность компульсивного аддиктивного расстройства психики. Такого расстройства, которое нас властно притягивает к предмету любви. Это сродни наркомании вообще и очень похоже на кокаиновую зависимость, в частности.
Философы говорят, что это особое состояние души и разума, которое вы не в силах понять до тех пор, пока сами не влюбитесь. А Карл Густав Юнг записал: "Это не сумасшествие. Уместно ли вообще здесь слово "ум"? Это и свет, и тьма, конца и края которым никогда не будет. И никому не избежать этой таинственной силы". Иными словами мы все обречены любить, не зная с чем имеем дело.
Платон
говорил, что любовь "не от
мира сего, она нездешний цветок.
Любить значит прикасаться к
тайне, но прикоснуться к
Мы не знаем что такое любовь, но всегда узнаём, когда она к нам приходит.
Нам становится неважно, что творится вокруг и совсем необязательно общаться с другими людьми. Мы готовы разорвать родственные отношения, разрушить дружеские связи, если только они препятствуют нам быть рядом с любимым человеком, поменять гражданство, социальный статус, взгляды на жизнь и всё это из-за неё. Подобное мировосприятие называется ограниченностью, иными словами влюблённый человек глупеет. Взгляд становится мерцающим, мягким, рот слегка приоткрыт в неопределённой улыбке , играющей на губах, но для чего природа всё это делает с нами?
Любовь - одна из самых неразрешимых загадок на свете. Подстать дружбе.
Возникает из ниоткуда и остается навсегда. Порой сам не можешь ответить на вопрос, почему именно к этому человеку ты испытываешь такие чувства?
Любовь так же необъяснима, как и дружба. Ведь, если можешь объяснить хоть одно из этих понятий, значит оно ненастоящее.
Многообразие видов и форм любви. Их классификации.
Духовный мир человека, его эстетическая сущность - это, пожалуй, одна из наименее познанных наукой сфер жизни на Земле. И именно поэтому практически невозможно дать четкого определения высшим человеческим чувствам, одним из которых является любовь. Сложность и важность любви обусловлены тем, что в ней сливаются в одно целое и физическое и духовное, индивидуальное и социальное , личное и общечеловеческое, понятное и необъяснимое. Нет такого развитого общества, и нет такого человека, который был бы не знаком с любовью. Более того, без любви не может формироваться моральный облик человека, не происходит нормального развития. Она может быть в разной степени развита, но ее не может не быть.
“Любовь - единственный удовлетворительный ответ на вопрос о проблеме существования человека,”- говорит Э.Фромм. Однако, что же такое любовь? Достаточно четкого определения еще не удалось дать никому. И эта трудность появляется прежде всего из-за многообразия видов и форм любви, ибо любовью отмечена вся человеческая деятельность во всех ее проявлениях. Можно говорить об эротической любви и любви к самому себе, любви к человеку и богу, любви к жизни и к родине, любви к истине и к добру, любви к свободе и власти...Выделяются также любовь романтическая, рыцарская, платоническая, братская, родительская...Существуют любовь-страсть и любовь-жалость, любовь-нужда и любовь-дар, любовь к ближнему и любовь к дальнему, любовь мужчины и любовь женщины. При перечислении разновидностей любви создается впечатление, что между ними нет ничего общего и нет той общей точки, в которой все эти чувства пересеклись бы.
Что соединяет до крайностей разнообразные страсти, влечения, привязанности под общим названием “любовь”? Как они соотносятся? На все эти вопросы о сущности и видах любви пытались ответить многие философы, начиная с античности. Однако никаких общепринятых ответов не найдено и по сей день.[2]
Для того, чтобы попытаться объяснить феномен любви, в разное время были предприняты попытки создания классификации различных видов проявлений этого чувства, однако все они оказались неполными и не охватывали всех ее разновидностей.
Вот некоторые примеры, дающие представление о сложности деления любви на виды.
Древние греки выделяли две основные категории:
- любовь-страсть (эрос), граничащую с безумием, и
- более спокойную любовь (филиа).
Любовь-страсть, как и всякая страсть, редка, порывиста и непродолжительна. Обычно сюда относится половая любовь. Филиа же более устойчива и разнообразна: сюда относится любовь к родителям, к детям, родственникам, любовь к человеку, родному городу или стране. Это также любовь к власти, славе, свободе, богатству, добру. Предметами данной любви могут быть даже порок, ложь и корыстолюбие.
Широкое истолкование древними философами понятия любви в средние века во многом утрачивается. Область ее проявления суживается только до человека и бога, а иногда и вообще только до представителя противоположного пола.
В связи с этим классификации видов любви, предлагаемые средневековыми философами, основываются прежде всего не на различных формах ее проявления, а на “ранговых” отношениях между людьми.
Так, например, флорентский неоплатоник XV в. Фичино говорил о возможности существования трех видов любви:
- любовь высших существ к низшим (одно из проявлений - опекунство)
- любовь низших существ к высшим (например, почитание) и
- любовь равных существ, которая и составляет основу гуманизма.
Новое время принесло в философскую трактовку понятия любви новые идеи. Сфера определения влияния этого чувства расширяется и классификация его становится более разветвленной.
Кемпер, например, в основу своей теории о возможных видах любви кладет два независимых фактора: власть (способность силой заставить партнера сделать то, что ты хочешь) и статус (способность вызвать желание другого человека пойти навстречу вашим требованиям). И в связи с уровнем проявления того или иного качества философ выделяет семь видов любви:
- романтическая любовь, в которой оба партнера обладают высокой властью и статусом;
- родительская любовь к маленькому ребенку, в которой родитель обладает высокой властью и низким статусом, а ребенок наоборот;
- братская любовь, при которой оба члена пары имеют малую власть дуг над другом, но идут навстречу один другому;
- харизматическая любовь, например, в паре учитель-ученик, когда учитель обладает и высоким уровнем власти и статуса, ученик же, не обладая властью, охотно идет навстречу учителю;
- “поклонение” литературному или какому-либо другому герою, с которым нет реального взаимодействия и у которого нет власти, но есть статус, а у его поклонника нет ни власти, ни статуса;
- влюбленность или односторонняя любовь, когда один обладает и властью и статусом, другой же их лишен;
- “измена”, когда один обладает и властью и статусом, а другой - только властью. Как в случае с супружеской изменой.
Эта интересная типология любви, отличающаяся простотой и ясностью, является тем не менее абстрактной и неполной. Два фактора - власть и статус - очевидно, недостаточны для выявления всех тех многообразных отношениях, которые покрываются словом “любовь”: так, например, если попытаться ввести в рассматриваемую схему любовь к богу, то ее можно будет отождествить только с “влюбленностью”, безответной любовью.
Таким образом очевидно, что простые классификации, которые опираются на ясное основание, обладают только тем достоинством, что могут быть проверены на практике, а поэтому полезны лишь в психологии, а не при философском анализе любви.
Опираясь на эти выводы, современные философы приходят к заключению, что любовь разнородна: она включает в себя не только различные виды и их подвиды, но и различные ее формы или так называемые “модусы”. К видам любви можно отнести, например, любовь к ближнему. Формами проявления ее является любовь к детям, к родителям, братская любовь; модусы ее - это любовь мужчины и женщины, любовь северянина и южанина, любовь средневековая и современная. Конкретизация может идти и дальше, и все эти разнообразные проявления человеческих чувств относятся к одному категориальному понятию - любовь.
Модусов любви можно выделить
огромное количество, а поэтому
обратим внимание на более
конкретные виды любви. В этой
связи рассмотрим теорию
К “первому кругу” можно отнести эротическую (половую) любовь и любовь к самому себе. Эти два вида - парадигмы всех видов любви, независимо от ее предмета. Примечательно, что когда слово “любовь” встречается вне контекста, оно практически всегда подразумевает именно эротическую любовь.
В определенном смысле, по мнению многих философов, этот вид любви делает человека полноценным: он сообщает ему такую полноту и остроту бытия, какую не способно дать ему ничто другое. Так К.Маркс писал своей жене: “Не любовь к фейербаховскоу “человеку”, к молешотовскому “обмену веществ”, к пролетариату, а любовь к любимой, именно к тебе, делает человека снова человеком в полном смысле этого слова,”- и таким образом определяет этот вид любви, как основополагающую черту моральной стабильности человека.
В.Соловьев также возводит эротическую любовь на вершину иерархической лестницы и говорит о том, что “и у животных, и у человека половая любовь есть высший расцвет индивидуальной жизни.”
Но если у Соловьева эротическая любовь, при всей ее значимости, не распространяется на другие виды любви, то З.Фрейд максимизирует это понятие и во всех формах дружеских и любовных отношений, во всех привязанностях, будь-то к себе, к родителям или к родине, видит один и тот же сексуальный источник. Учение Фрейда способствовало распространению упрощенного понятия, будто всякая любовь - это эротическая любовь.
Любовь человека к самому себе является важной предпосылкой его существования как личности и, значит, условием всякой любви. Кроме того, “если кто-то любит ближнего, но не любит себя, это доказывает, что любовь к ближнему не является подлинной,”-пишет Э.Фромм. А так как любовь “основана на утверждении и уважении, то если человек не испытывает этих чувств в отношении к самому себе, то их и вовсе не существует.”
Мысль
о первостепенной важности любви
к самому себе прочитывается и
в трудах Эразма Роттердамского: “Никто
не может полюбить другого, если до
этого он не полюбил себя - но только
праведно. И никто не может возненавидеть
другого, если он до этого не возненавидел
себя.” Таким образом, в философском
понимании любовь к себе противопоставлена
эгоизму, с которым ее нередко
отождествляют. Эгоизм, себялюбие - это
внимание лишь к самому себе и предпочтение
собственных интересов
Второй
“круг любви” - это любовь к ближнему:
к детям, к родителям, к братьям,
к сестрам, а также к людям,
которые прочно связаны с нашей
жизнью... Многие философы подчеркивали
важность этого явления. Так С.Франк
считал любовь к ближнему “зачатком
истинной любви”; а русский мыслитель
Н.Фролов считал любовь к родителям
высшим видом любви и основой
человеческого сообщества. Особое место
здесь занимают родительские чувства.
Причем материнская и отцовская
любовь - два существенно
Третий “круг любви” - любовь к человеку, которая включает любовь человека к самому себе, любовь к ближнему и любовь к каждому иному человеку. В частности это и любовь к будущим поколениям и связанная с ней ответственность пред ними: каждое поколение должно стремиться оставить следующему поколения все, что оно получило от предыдущего как качественно, так и количественно.
К
четвертому “кругу любви” принадлежит
любовь к родине, к жизни и любовь
к богу. Любовь к богу не является
результатом рассуждения и
По Фрейду же религиозная любовь - это перенесение полового влечения в духовную деятельность. Он считал, что верующий погружается в мир религиозных фантазий, чтобы там найти заменяющее удовольствие. В следствии чего называет религию то “сублимированным продуктом сексуальных влечений”, то “коллективной иллюзией, возникшей вследствие подавления первичных природных влечений.”
В христианстве любовь к богу не оставалась постоянной, она менялась в своей форме и в своей интенсивности. Достигнув высшего напряжения в средние века, она стала постепенно утрачивать свою возвышенность и непосредственность.
К “пятому кругу” любви относится любовь к природе и в частности космическая любовь, которая, направленная на мир в целом, говорит о единстве человека и мира и об их взаимовлиянии. С точки зрения П.Т. де Шардена, “всеобъемлющая, космическая любовь не только психологически возможна, она единственно полный и конечный способ, которым мы можем любить.” Космическое чувство единства со Вселенной проявляется перед лицом красоты, при созерцании природы, в музыке. Чувство всеобщей любви, по мнению многих философов, - это стремление к единению, свойственное как живой, так и неживой природе.
На рубеже средних веков и Нового времени идею космической любви развивал Николай Кузанский и Марсилио Фичино, которые сравнивали это чувство с крепчайшим обручем, который скрепляет мироздание в одно сооружение, а всех людей - в единое братство. Несколько позднее о любви, как о всепроникающем космическом чувстве, говорили Д.Бруно, Я.Беме и другие. Однако затем эта тенденция сошла на нет. Существенную роль в этом сыграло переосмысление мировых сил, начатое ньютоновской механикой.
Шестой “круг” включает в
себя любовь к истине, к добру,
к прекрасному, любовь к
Так, понятие справедливости - одно из центральных в морали, праве, экономике, политике, идеологии. И нет, пожалуй, такой области человеческих отношений, где не вставал бы вопрос об их справедливости и несправедливости. Еще Сократ высказал убеждение, что нельзя ставить ничего выше справедливости - ни детей, ни жизнь. Но уже Аристотель замечал, что все люди высоко ценят справедливость, но каждый воспринимает ее по-своему.
Высокую оценку стремлению к справедливости дает Ф.Ницше: “Поистине никто не имеет больших прав на наше уважение, чем тот, кто хочет и может быть справедливым. Ибо в справедливости совмещаются и скрываются высшие и редчайшие добродетели, как в море, принимающем и поглощающем в своей неизведанной глубине впадающие в него со всех сторон реки.”
Любовь к справедливости представляет собой сложное, комплексное чувство, где переплетаются любовь к себе и к близким, любовь к человеку и к родине, любовь к добру и к истине. Тем не менее, в любви к справедливости есть независимое содержание, которое не позволяет свести все значение к ее составляющим.
Седьмой “круг любви” - это любовь к творчеству, к славе, к своей деятельности, к свободе, к богатству. Любовь к деньгам имеет определенную социальную предпосылку: неуверенность в будущем, желание обезопасить себя перед испытаниями судьбы. “Деньги и власть, - пишет Гессе, - изобретены недоверием. Кто не доверяет жизненной силе в себе самом, у кого нет этой силы, тот восполняет ее таким знаменателем, как деньги.” Но далеко не каждый человек найдет в себе сил положиться только на свой талант, о котором говорит Гессе. И желание минимальной стабильности в жизни вполне понятно и объяснимо.
Восьмой “круг” - это любовь к игре, к общению, к коллекционированию, к путешествиям.
И наконец, последний “круг”, который, в принципе, уже и не является “кругом любви” - это влечение к пище и к сквернословию. Это скорее пристрастия, которые нельзя поставить в один ряд с любовью к человеку или богу, но они напоминают отдаленные модусы любви.
В
этой схеме, где наиболее полно представлена
вся гамма разнообразных форм
любви, просматривается четкая закономерность:
чем дальше мы продвигаемся от центра,
тем ниже интенсивность любви
и больше роль социальных влияний. Так,
например, эротическая любовь и любовь
к детям способны заполнить всю
эмоциональную жизнь человека; любовь
к творчеству и к славе чаще
всего составляет только часть жизни;
пристрастие к игре и коллекционированию
- это всего лишь один аспект существования
человека.
Тема любви в русской философии
Тема любви всегда была очень близка русской философии, много глубоких и удивительных страниц посвящено ей в произведениях В.С. Соловьева, В.В. Розанова, Н. А. Бердяева, С. Л. Франка. Любовь, по общему мнению русских мыслителей, — это феномен, в котором наиболее адекватно проявляется богочеловеческая сущность личности. Любовь — важнейшая составляющая человеческого духа. Уже в физиологических основаниях любви — в половых особенностях человека, брачных отношениях — русские мыслители открывают трансцендентные бездны, подтверждающие основную идею философии: человек есть самая великая и самая глубокая тайна Вселенной.[4]
Об этом писал удивительный, яркий и неповторимый писатель и философ В.В. Розанов (1856—1919). В.Б. Розанов родился в многодетной православной семье уездного чиновника, вышедшего из священнического рода. Высшее образование получил в Московском университете, где прослушал на историко-филологическом факультете в 1878—1882 гг. курс, закончив его со степенью, кандидата, выказав отличные успехи. По окончании университета 11 лет прослужил учителем в Московском учебном округе, с 1893 по 1899 г. Розанов — чиновник Государственного контроля в Санкт-Петербурге, в мае 1899 г. он принял предложение АС-Суворина стать постоянным сотрудником «Нового времени», где работал до закрытия газеты. В конце августа 1917 г. Розанов переехал с семьей в Сергиев Посад, где и умер от истощения и голода.
Он считал, что пол — это не функция и не орган, иначе не было бы любви, целомудрия, материнство и дитя не были бы самоизлучающими явлениями. Пол — это второе, едва просвечивающее в темноте лицо, потустороннее, не от мира сего Никто, по Розанову, и не считает источники жизни посюсторонними. Касание миров иных гораздо более непосредственно происходит через пол и половое общение, чем через разум или через совесть Секунда зачатия человека — естественное построение ноуменального, глубинного плана его души. Тут и более нигде и никогда, хоть на секунду, но соединяются «пуповиной» земля и таинственное, не астрономическое, небо. Огонек новой зажигаемой жизни не от мира сего.
Исходя из такой метафизики пола, Розанов создал и свою картину мира, которая предстает как живая связь всех вещей: человека, природы, истории, Бога, трансцендентного. Но связывает все это любовь, именно чувственная любовь, которая, несмотря на ее грозовые и временами разрушительные воздействия, драгоценна, велика и загадочна тем, что пронизывает все человечество какими-то жгучими лучами, но одновременно и нитями прочности. И Бог есть чувственная любовь. «В чем же еще сущность благословения могла бы быть выражена так полно и коренным образом, как не в благословении тонкому и нежному аромату, которым благоухает мир Божий, «сад» Божий, — этому нектару цветов его, «тычинок», «пестиков», откуда, если рассмотреть внимательно, течет всякая поэзия, растет гений, теплится молитва, и, наконец, из вечности в вечность льется бытие мира?»
Брак, согласно Розанову, должен быть основан на любви, на половом инстинкте в самом глубоком метафизическом его смысле. Но вместо этого он, согласно Розанову, зачастую является продолжением холостых удовольствий. Его строгая и действительная, в самом сердце зиждущаяся моногамия, или «вечность», в наше позитивистское время вовсе недостижима, она реально не осуществляется. Стоит ли удивляться, что пол, исключенный из «дыхания», из религии, не пронизываемый этим дыханием, не высвечиваемый религиозно, лег в основу «пассивной» семьи и номинально религиозного (лишь в минуту венчания) брака. Отсюда очень малое количество счастливых семей. Это, согласно Розанову, семьи, где сильно «животное» (в вышеприведенном смысле) начало, где члены семьи сбиты в «кучу», копаются друг около друга, живут в теплой атмосфере дыхания, у них есть чувство серьезности, если не религиозности, разлившееся на самый ритм брака, его реальное и длительное существо. В такой семье дети почитают своих родителей, почитают именно религиозно, а не благодарят за квартиру и стол. Дети — религиозные существа и находятся в религиозной связи с родителями. Это как разбежавшиеся слова одной молитвы, связь которых уже непонятна. Но лишь в этой связи постигается существо ребенка, неразрывная связь мужа и жены, любовь до гроба.
Пренебрежение
полом, его бездонной
Любовь, по мнению другого видного русского мыслителя Н. Бердяева, лежит в ином плане бытия, не в том, в котором живет и устраивается человеческий род. Любовь — вне человеческого рода, она не нужна ему, перспективе его продолжения и устроения. В любви нет перспективы, устроенной в этом мире жизни. В любви есть роковое семя гибели. Ромео и Джульетта, Тристан и Изольда погибли от любви, и не случайно их любовь несла с собой смерть. Любви всегда присущ безысходный трагизм в пределах этого мира. Над любовью нельзя ни богословствовать, ни морализировать, ни социологизировать, ни биологизировать. Она вне всего этого, она не от мира сего, она нездешний цветок, гибнущий в среде этого мира. Любовь скинута со всех мирских расчетов, и поэтому проблемы пола, брака и семьи решаются вне проблемы любви.
Любовь, согласно Бердяеву, — свободное художество. В творческом акте любви раскрывается творческая тайна лица любимого. Любящий прозревает любимого через оболочку природного мира, через кору, лежащую на всяком лице. Это есть путь к раскрытию тайны лица, восприятию, лица в глубине его бытия. Любящий знает о лице любимого то, чего весь мир не знает, и любящий всегда более прав, чем весь мир. Нелюбящий знает лишь поверхность лица, но не знает его последней тайны.
Право любви абсолютно и безусловно. И нет такой жертвы, которая не была бы оправдана во имя любви. В любви нет произвола личности, нет личного безудержного желания. В любви воля более высокая, чем человеческая. Именно божественная воля соединяет людей, предназначает их друг другу. Поэтому любовь всегда космична, всегда нужна для мировой гармонии, для божественных предназначений. Поэтому не может быть, не должно быть неразделенной любви, ибо любовь выше человека. Неразделенная любовь — грех против мировой гармонии, против начертанного в мировом порядке андрогинического образа. И вся трагедия любви — в мучительном искании этого образа, космической гармонии.
Одно из самых больших и доступных человеку чудес, говорит С. Франк, — это непостижимое чудо явления другого, второго Я. И это чудо осуществляется, конституируется в феномене любви, и потому сама любовь есть явление чудесное, есть таинство. Любовь — это не просто чувство или эмоциональное отношение к другому, она есть актуализированное, завершенное трансцендирование к Ты как подлинной, я-подобной, по себе и для себя сущей реальности, открытие и усмотрение Ты как такой реальности и обретение в нем онтологической опорной точки для меня.
- Многообразие в природе, роль видового многообразия
- Многообразие живого мира
- Многообразие животного мира: Енот-полоскун
- Многообразие живых организмов - основа организации и устойчивости
- Многообразие живых организмов – основа организации и устойчивости биосферы
- Многообразие звезд
- Многообразие звезд. От красных карликов до черных дыр
- Многомерный регрессионный анализ
- Многонациональное государство в широком и узком смысле
- Многонациональное население РФ
- Многонациональные банковские организации
- Многонациональные компании
- Многообразие видов искусства
- Многообразие видов и форм любви. Их классификации
