М.Вебер. 2

3. Основной вклад 

В области бизнеса  и менеджмента М. Вебер получил  наибольшую известность благодаря  своим исследованиям бюрократии. Однако их результаты обеспечили создание лишь малой части его более  общей теории рационализации западного  общества, многие выходящие за рамки парадигмы бюрократии элементы которой представляют значительную ценность для ученых, занимающихся проблемами бизнеса и менеджмента.

В самом широком  смысле, вопрос, который затрагивает  в своих работах М. Вебер, заключается  в том, почему западное общество эволюционировало к особой форме рационализации и почему остальной мир не смог создать подобной рациональной системы? Отличительной чертой западной рациональности является наличие бюрократии, однако этот вывод отражает лишь один, хотя и очень важный аспект (наряду с капитализмом) широкомасштабного процесса рационализации общества.

Концепция рационализации в веберовских работах является, как известно, весьма неясной, однако наилучшее определение по крайней  мере одного ее ключевого типа —  формальной рационализации — подразумевает процесс, в ходе которого выбор действующими лицами средств достижения цели становится все более ограниченным, если вообще не полностью детерминированным правилами, предписаниями и законами, имеющими универсальное применение. Бюрократия, как важнейшая область использования этих правил, законов и предписаний, является одним из основных результатов данного процесса рационализации, однако наряду с ней существуют и другие, например, капиталистический рынок, система рационально-правовой власти, заводы и сборочные линии. Общим для них является наличие формальных рациональных структур, которые заставляют всех входящих в их состав индивидов действовать в рациональной манере, стремясь к достижению целей посредством выбора наиболее прямых и эффективных методов. Кроме того, М. Вебер наблюдал рост числа секторов общества, попадающих под власть формальной рационализации. В конечном итоге он предвидел появление общества, в котором люди будут заключены в “железную клетку рациональности”, сделанную из почти, что неразрывного сплетения формально рациональных структур.

Эти структуры, а также процесс формальной рационализации в целом, могут рассматриваться  как определяемые во многих измерениях (Eisen, 1978). Во-первых, формально рациональные структуры подчеркивают значение возможности своего измерения или иного количественного определения. Подобный акцент на количественных оценках приводит к снижению важности качественных оценок. Во-вторых, важное значение придается эффективности или нахождению наилучших из имеющихся средств достижения цели. В-третьих, подчеркивается значение предсказуемости или обеспечения гарантий одинакового функционирования объекта в различных местах и в разные моменты времени. В-четвертых, значительное внимание уделяется проблеме контроля и, в конечном итоге, замене требующих участия людей технологий на полностью безлюдные. Наконец, в-пятых, что вполне характерно для расплывчатого веберовского определения процесса рационализации, у формально рациональных систем отмечается наличие тенденции к получению иррациональных результатов или другими словами, к достижению иррациональной рациональности.

Рациональность  обладает многими иррациональными  особенностями, однако наиболее важной из них является дегуманизация. С  точки зрения М. Вебера современные формально рациональные системы стремятся к тому, чтобы стать структурами, в которых невозможно проявление никаких гуманистических начал, что приводит к появлению бюрократа, заводского рабочего, рабочего сборочной линии, а также участника капиталистического рынка. Согласно М. Веберу между этими формально рациональными структурами, лишенными ценностей, и отдельными личностями с их понятиями “индивидуальности” (то есть субъектами, которые определяют эти ценности и находятся под их влиянием) имеет место базовое противоречие (Brubaker, 1984: 63).

Современный исследователь  проблем бизнеса и менеджмента  сталкивается со многими вытекающими  из работ М. Вебера вопросами. На самом  общем уровне для современного делового мира по-прежнему сохраняется актуальность веберовской теории усиления формальной рационализации. Деловой мир, как и все общество в целом, должны, по-видимому, стать еще более рациональными, чем это было во времена М. Вебера. Таким образом, процесс рационализации сохраняет свою релевантность, и нам необходимо быть готовыми к распространению его влияния на мир бизнеса и на все более широкие сферы общества.

Помимо рассмотрения общей теории существуют и более  специфические направления работ  М. Вебера, наиболее важное из которых  для нас связано с процессом бюрократизации и созданием бюрократических структур. Процесс бюрократизации, в качестве одной из разновидностей более общего процесса рационализации, продолжает развиваться, и бюрократические структуры сохраняют свою жизнеспособность и даже распространяются как на Западе, так и в других странах мира. В то же время веберовский “идеальный тип” бюрократии сохраняет свое значение в качестве эвристического инструмента анализа организационных структур. Задача состоит в том, чтобы понять, насколько хорошо эти структуры соответствуют элементам бюрократии идеального типа. Понятие идеальной бюрократии остается полезным методологическим инструментом даже в нашу эпоху радикально обновленных дебюрократизированных форм. Идеальный тип может помочь определить насколько далеко эти новые бюрократические формы отошли от того типа, который впервые был описан М. Вебером.

Хотя бюрократия продолжает сохранять свое значение, у нас может возникнуть вопрос о том, является ли она по-прежнему возможной парадигмой процесса рационализации? Ведь можно утверждать, к примеру, что рестораны быстрого обслуживания являются сегодня лучшей парадигмой для процесса рационализации, чем бюрократия (Ritzer, 1996).

Бюрократия является организационной формой, характерной  для одного из трех веберовских типов  власти. Если рационально-правовая власти, основывается на законности введенных  в действие правил, то традиционная власть — на святости древних традиций. Наконец, харизматическая власть основывается на убеждениях последователей в том, что их лидер обладает уникальными качествами. Определения этих типов власти могут использоваться и при анализе деятельности руководителей как коммерческих предприятий, так и иных организаций. Так как все три типа власти носят идеальный характер, то любой руководитель может получить обусловленные ими полномочия на основе легитимизации любого сочетания этих типов.

По мере возникновения в разных странах коммунистических режимов мира актулизировались и идеи М. Вебера о капиталистическом рынке. Капиталистический рынок был основным местом развития и процесса рационализации, и формально рациональной структуры, определяемой всеми перечисленными выше ключевыми элементами. Кроме того, он имел важнейшее значение для распространения принципов формальной рациональности во многие другие сферы общества.

М.Вебер предвидел  происходящую в современном мире жестокую борьбу между формальным рационализмом и вторым типом рациональности, так называемым субстантивным рационализмом. В то время как формальный рационализм подразумевает выбор средств достижения целей с помощью установленных правил, при субстантивном рационализме подобный выбор осуществляется на основе учета более широких человеческих ценностей. Примером субстантивного рационализма является протестантская этика, в то время как капиталистическая система, оказавшаяся, как мы видели, “непредвиденным последствием” этой этики, является примером формального рационализма. Противоречие между обоими типами рационализма отражается в том, что капитализм стал системой, враждебной не только протестантизму, но и любой другой религии. Другими словами, капитализм и в более общем смысле все формально рациональные системы отражают в себе растущее “разочарование мира”.

В современном  мире одной из сфер этого конфликта  является борьба между формально  рациональными системами, например, бюрократиями и независимыми рациональными  профессиями, связанными, в частности, с медициной или юриспруденцией. Классическим профессиям угрожают как формально рациональные бюрократии, наподобие тех, которые ассоциируются с государством или частным предприятием, так и усиление формальной рационализации внутри самих этих профессий. В результате профессии в том виде, в котором они нам известны, выстраиваются в строгие “боевые порядки”, и в значительной мере начинают утрачивать свои влияние, престиж и отличительные характеристики. Другими словами, они оказываются подверженными процессу депрофессионализации. Наиболее четко данная тенденция проявляется в наиболее влиятельной из всех профессий — среди американских врачей (Ritzer and Walczak, 1988).

Мы рассмотрели  два исследовавшихся М. Вебером  типа рационализма (формальный и субстантивный), однако следует упомянуть и два других: практический (повседневный рационализм, с помощью которого люди воспринимают реалии окружающего мира и стремятся справиться с ними наилучшим образом) и теоретический (стремление к когнитивному управлению реальностью с помощью абстрактных концепций). Следует отметить, что США добились выдающихся экономических успехов во многом благодаря созданию и усовершенствованию формально рациональных систем, например, сборочных линий, систем контроля трудовых движений и затрат времени, новых принципов организации — в частности системы независимых подразделений в корпорации General Motors (см. СЛОАН, А.) и многих других. Необходимо также признать и то, недавние трудности США также во многом связаны с использованием формально рациональных систем. В то же время достижения Японии связаны как с применением американских формально рациональных систем (а также развития собственных, например, системы поставок точно вовремя) так и дополнения их субстантивным рационализмом (важность успеха коллективных усилий), теоретическим рационализмом (прочной опорой на проведение научно-технических исследований и достижения инженерной мысли) и практическим рационализмом (например, созданием кружков качества). Другими словами, Япония создала “гиперрациональную” систему, что дало ей огромные преимущества перед американской промышленностью, которая во многом продолжает опираться на одну-единственную форму рационализма (Rirzer and LeMoyne, 1991).

4. Выводы 

Основной научный  вклад М. Вебера заключался в создании им теории рационализации и определения четырех типов рационализма (формального, субстантивного, теоретического и практического) и обосновании тезиса о том, что формальный рационализм был типичным продуктом Западной цивилизации и в конечном итоге занял в ней доминирующее положение. Теория рационализации доказала свою полезность при анализе таких традиционных понятий как бюрократия, профессии и капиталистический рынок, а также более новых явлений, например, появления ресторанов быстрого питания, депрофессионализации и впечатляющего роста японской экономики на фоне одновременного снижения темпов развития американской. Таким образом, идеи М. Вебера продолжают сохранять свое значение для понимания многих современных тенденций развития бизнеса и экономики в целом. Теоретики продолжают изучать и развивать его идеи, а исследователи пытаются применять их к изучению различных социальных проблем.