Общий обзор состояния русской гвардии в 1925 году

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

1. Введение
2. Общий обзор состояния русской гвардии в 1925 году
3. Причины движения декабристов
4. Наказанья, наложенные на руководителей и участников восстания
5. Наказанья, наложенные на гвардейских офицеров
6. Заключение

 

 

 

Введение

 

«14 декабря нельзя ни чествовать, ни праздновать, в этот день надо плакать и молиться», - так говорили о памятной дате декабристы.

Невозможно понять, что произошло 14 декабря 1825 г. на Сенатской площади, если не знать, что же именно было задумано декабристами, на каком плане они остановились, что именно надеялись совершить. События обогнали декабристов и вынудили их выступить раньше тех сроков, которые были ими определены. Всё резко изменилось поздней осенью 1825 г. В ноябре 1825 г. неожиданно умер вдали от Петербурга, в Таганроге, император Александр I. Сына у него не было, и наследником престола являлся его брат Константин. Но женатый на простой дворянке, особе не царской крови, Константин по правилам престолонаследия не мог бы передать престол своим потомкам и поэтому отрёкся от престола. Наследником Александра I должен был стать следующий брат, Николай - грубый и жестокий, ненавидимый в армии. Отречение Константина держали в тайне - о нём знал лишь самый узкий круг членов царской семьи. Необнародованное при жизни императора отречение не получило силы закона, поэтому наследником престола продолжал считаться Константин; он воцарился после смерти Александра I, и 27 ноября население было приведено к присяге Константину. Формально в России появился новый император - Константин I. Успели даже отчеканить несколько новых монет с его изображением. Но Константин престола  не  принимал,  одновременно  не  желал  и  формально отрекаться от него в качестве императора, которому уже принесена присяга. Создалось двусмысленное и крайне напряжённое положение междуцарствия. Николай, боясь народного возмущения и ожидая выступления тайного общества, о котором уже был осведомлён шпионами-доносчиками, решился,  наконец, объявить себя императором, так и не дождавшись от брата формального акта отречения. Была назначена вторая присяга, или, как говорили в войсках, “переприсяга”, - на этот раз уже Николаю I. Переприсяга в Петербурге была назначена на 14 декабря. Декабристы ещё при создании своей организации приняли решение выступить в момент смены императоров на престоле. Этот момент теперь и наступил. В то же время декабристам стало известно, что они преданы, - доносы предателей Шервуда и Майбороды уже лежали на столе у императора; ещё немного - и начнётся волна арестов.

Члены тайного общества приняли решение выступать. Нужно сказать, что существует ряд других мнений и интерпретаций событий того времени, они имеют множество и восхваляющих, и осудительных реплик. Но всё же все существующие источники по разному описывают непрерывно нарастающую напряженность и с той и с другой стороны российского общества.

 

 

 

Общий обзор состояния русской гвардии к декабрю 1825 г

 

Рассматривая вооруженное столкновение, в которое вылились внешним образом события 14 декабря 1825 г. в Петербурге, нельзя не учесть, что действующими лицами с обеих сторон явились почти исключительно, как тогда их назвали бы, "чины императорской российской гвардии". Русская гвардия того времени имела совершенно определенные организации и состав и во многом отличалась от прочих частей русской вооруженной силы. События 14 декабря могли вылиться в те формы, в которых они протекли, лишь при определенном составе, организации и настроениях тогдашней петербургской гвардии. Поэтому здесь уместно дать краткую сводку данных об общих основах организации и состава гвардии императора Александра I, оставленной им в наследие своему преемнику. Гвардия, как вид военной организации, являлась одновременно и отрядом телохранителей главы государства - дворцовой стражей и отборною частью войска - последним решающим резервом на поле сражения, образцом для организации и обучения прочих войск, а также рассадником и школой командного состава всего войска. Первыми частями русской гвардии были петровские "потешные" - Преображенский и Семеновский полки и Бомбардирская рота. Анна Иоанновна добавила полки - Измайловский и Конный. В этом составе гвардия оставалась до Павла, если не считать мелких команд казаков, гусар и егерей, основанных при Екатерине II. Павел I, влив своих намуштрованных гатчинцев в состав избалованных и распущенных екатерининских гвардейцев, с настойчивостью и даже жестокостью добился стройной организации и доведенной до тонкости вымуштрованности своей гвардии. Что касается ее состава, то при Павле он увеличился не так значительно. Небольшие команды кавалергардов, гусар, казаков, артиллеристов и егерей были развернуты и получили законченную строевую организацию в виде Кавалергардского, Гусарского и Казачьего полков и Артиллерийского и Егерского батальонов. Главным, хотя внешне и мало отмеченным, преобразованием характера гвардии к началу XIX века явился окончательный отказ от комплектования общего солдатского состава гвардии дворянской молодежью, будущими армейскими офицерами, и предъявление к гвардейскому солдату не только всех требований, обычных для армейского, но даже значительно повышенных и более строгих. Свержение Павла не изменило систему. Его сыновья всецело унаследовали болезненную страсть отца к плац-параду и с увлечением предавались личной муштровке войск. Главным объектом этой мучительной плац-парадной выучки являлась, конечно, гвардия, лично руководимая как августейшими инструкторами, так и пересаливавшими в своем стремлении им угодить помощниками, среди которых история запечатлела такие фигуры, как Аракчеев и герой семеновской истории Шварц. В первую половину царствования Александра еще сказывалось смягчающее течение, особенно яркое в его шефском Семеновском и в Кавалергардском полках, рассадниках будущих декабристов. Если изменился со времен Павла солдатский состав гвардии, то среда гвардейских офицеров оказалась более устойчивой. Правда, в гвардию влилось немало офицеров гатчинского типа, особенно балтийцев, но господствовал все же еще тип гвардейского офицера-барича, воспитанного, отчасти, в екатерининских традициях дворянского достоинства. Реакция правительства после 1814 года сильно отразилась на военном обиходе и особенно на обучении и быте гвардии. Усилились разрыв, недоверие и затаенная враждебность правительства и гвардейского начальства, с одной стороны, и гвардейской офицерской массы, с другой. Стремление правительства тверже забрать в руки гвардию путем замены прежних просвещенных и популярных командиров гвардейских полков грубыми, исполнительными и нерассуждающими фронтовиками аракчеевской школы не дало желаемых результатов. История 1820 г. в Семеновском полку, выведенном из терпения грубостью и жестокостью командира нового типа, Шварца, раскассирование этого любимого полка Александра, рассылка в армейские полки семеновских офицеров, внесших в них революционные искры, вывод гвардии из Петербурга в Виленскую губернию на длительный 15-месячный политический карантин в 1821 – 1822 годы и закрытие масонских лож, наполненных гвардейским офицерством, - лишь придали новую энергию движению и загнали его в подполье, дальше от глаз правительства. Так было с офицерством. Что касается гвардейских солдат, то и они по составу и подбору, а в особенности по условиям службы значительно отличались от армейских. После наполеоновских войн были проведены новые правила комплектования гвардии отборными солдатами армейских полков по очень сложной системе. Наиболее заслуженные в боях, лучшие по поведению и видные солдаты армейских полков ежегодно отбирались в гренадерские и кирасирские полки, и уже из этих отборных армейских полков лучшие солдаты отбирались в гвардию. Иногда допускался отбор прямо из армейских полков, из кантонистов и из рекрут. Отбор самый тщательный производился как специально посылавшимися доверенными гвардейскими офицерами, так и самими командирами армейских полков под строжайшей их ответственностью. Прибывавшие на пополнение гвардии солдаты осматривались и проверялись лично государем или великими князьями. Признанные неудовлетворительными нередко отсылались обратно за счет командира, а неудачный выбор мог испортить всю карьеру такого начальника. Естественно, что к концу 1825 г. солдатский состав гвардии представлял редкий подбор наиболее заслуженных ветеранов, проделавших войны с Наполеоном, Турцией и Финляндией. На настроение солдатских масс гвардии громадное влияние оказал ряд общих причин, а именно:

Почти непрерывные походы 1805 - 1815 годов, постоянное соприкосновение, в лице и союзников и противников, с войсками и населением, жившими в иных, нередко более мягких, гуманных и заманчивых условиях.

Разочарование в несбывшихся надеждах войск и народа на улучшение и льготы после колоссальных напряжений указанного десятилетия.

• Явное и обидное предпочтение, отдаваемое иностранцам, более льготные условия службы польской армии с 7-летним сроком службы вместо русского 25-летнего и освобождение Финляндии от набора рекрут.

Кроме этих причин, общих для всей армии, действовали и причины, специфические для самой гвардии, а именно:

• Близость ко двору и высшим сановным кругам гвардейского офицерства, разговоры и настроения которого доходили до гвардейских солдат и держали гвардию в курсе многих событий и течений, не доходивших до армейских масс в провинцию.
• Непосредственная тягость первых, наиболее жестких проявлений реакции и нового расцвета аракчеевщины, хотя бы, например, в смене гуманных командиров типа семеновского Потемкина печальной памяти Шварцами.
• Неизбежное разочарование армейских солдат, переводимых в гвардию. Жизнь в столице, близость двора, сокращение срока службы (22 года вместо 25-ти), более красивое обмундирование и несколько повышенное жалованье не искупали неудобств, с ними связанных. Столица и двор требовали усиленной службы и подтянутости; близость высшего начальства и красивое обмундирование - больших забот о поддержании последнего в исправности и щеголеватости, что требовало даже расходов от солдат.
• Но главной тягостью являлась усиленная муштра и наряды в караулы и самая тягость и строгость караульной службы. Караулы поверялись высшим начальством до государя включительно, а караулам предшествовали парадные разводы с придирчивыми смотрами Александра, великих князей и высшего генералитета. Вместо зимнего полу-отдыха большинства армейских полков при расположении "на широких квартирах" по деревням, большая часть гвардии проводила зиму в казармах, на глазах начальства. Таким образом почетный перевод в гвардию отравлялся тягостью гвардейской службы.
• Непосредственная муштровка государем и великими князьями и вызывавшееся этим усиленное обучение прочими начальниками с массой жестоких наказаний не могли не вызывать недовольства и не подрывать традиционного обаяния царя и царской семьи, которое могло сохраняться неприкосновенным в отдаленных армейских полках.

Указанные причины создавали почву для событий, разыгравшихся 14 декабря, но руководители восстания использовали не ее, а верность присяге Константину. За период наполеоновских войн и, отчасти, в подражание мощной наполеоновской гвардии, Александр I развернул свою гвардию до внушительного состава сильного боевого "Гвардейского корпуса" из двух дивизий пехоты (по 4 полка и специальному батальону) и 2-х дивизий кавалерии (кирасирской в 4 полка и легкой из 5 полков и специального дивизиона) с соответствующей мощной артиллерией. Эти отборные войска стояли в Петербурге и его окрестностях.

Кроме того при цесаревиче Константине в Варшаве стоял "Резервный корпус" из гвардейских частей королевско-польской армии, учрежденной в 1815 г., и Литовского корпуса, учрежденного в 1817 г. в составе "Пехотной сводно-гвардейской и гренадерской дивизии" (1 полк польской гвардии, Гренадерский, и 2 литовской гвардии: Литовский и Волынский, 2 гренадерских и 1 карабинерный Литовского корпуса) и гвардейской кавалерийской дивизии (из гвардейских полков 3-х литовских - Уланского цесаревича, Подольского кирасирского и Гродненского гусарского и 1-го польского Конно-егерского) с соответствующей артиллерией и саперами (в том числе Литовская артиллерийская рота № 5 и конно-легкая батарея № 3 и польская коннобатарейная батарея). Кроме полков старой гвардии, офицеры которой с Петра имели старшинство двух чинов, а солдаты - более высокие оклады, Александр I, по примеру Наполеона, учредил молодую гвардию (со старшинством одного чина у офицеров). К числу частей молодой гвардии относились: переведенные в 1813 г. в гвардию за отличие в отечественную войну полки лейб гвардии Гренадерский, Павловский и Кирасирский и вновь сформированный в Версале в 1814г. лейб гвардии Конно-егерский полк. Из варшавской гвардии к числу молодой принадлежала вся польская гвардия (Гренадерский и Конно-егерский полки и конно-батарейная батарея), а из литовской гвардии лишь лейб гвардии Гродненский гусарский полк. При составлении заново Семеновского полка в 1820 г., переведенным из армии, новым офицерам предоставлены на первое время права лишь молодой гвардии. Все прочие гвардейские части принадлежали к числу старой гвардии а некоторые негвардейские части, состоявшие при гвардии (все учебные, 1-й конно-пионерный эскадрон, лейб-уральская сотня и лейб-кирасирский ее величества полк, а в Варшаве польские саперный батальон и ракетные части), гвардейских прав и преимуществ не имели. Точно так же старшинства в чинах перед остальными флотскими офицерами не имели офицеры гвардейского экипажа. Верховным главой гвардии, как и всех вооруженных сил государства, являлся император, но относительно гвардии и в Петербурге такое главноначальствование проявлялось непосредственно и весьма реально. В Варшавской гвардии императора всецело замещал цесаревич. Ответственным. начальником гвардии являлся командир гвардейского корпуса. Таковым, с учреждения корпусов в 1812 г. был цесаревич Константин, но с 1814г. он поселился в Варшаве и оставался лишь номинальным начальником петербургских частей гвардии. Таким же номинальным начальником был и генерал граф Ф. В. Сакен, главнокомандующий 1-й армией, к составу которой причислялся и гвардейский корпус. Фактически же начальником петербургских частей гвардии являлся официальный заместитель цесаревича, носивший звание "командующий гвардейским корпусом". На этой ответственной и видной должности сменяли друг друга такие заметные и популярные генералы, как граф М. А. Милорадович с 1814 г., И. В. Васильчиков с 1818 г. и Ф. П. Уваров с 1821 г. Только после смерти Уварова в конце 1824 г. был назначен бесцветный генерал А. Л. Воинов 1-й. Среди начальников штаба гвардейского корпуса выделялся первый (в 1814-1819 гг.) - гуманный и просвещенный Н. М. Сипягин, организатор ланкастерских школ взаимного обучения при гвардейских полках, "Общества военных людей - любителей наук и словесности" при штабе, литографии и типографии того же штаба и "Военного Журнала". С 1823 г. эту должность занимал А. И. Нейдгарт 2-й. Командующий гвардейским корпусом в Петербурге фактически руководствовался непосредственными указаниями императора и отдавал в приказе по корпусу распоряжения государя, не запрашивая ни цесаревича, ни главнокомандующего 1-й армии. Гвардейскими пехотными дивизиями в Петербурге командовали с марта 1825 г. великие князья: первою Михаил и второю Николай. Для руководства ими был приставлен генерал лейтенант К. И. Бистром, получивший при этом звание командующего всей пехотой гвардейского корпуса. До этого, с 1818 г. великие князья командовали бригадами 1-й гвардейской пехотной дивизии, состоявшей под начальством И. Ф. Паскевича. Михаил Павлович командовал 1-й бригадой из преображенцев и семеновцев, а Николай Павлович 2-ой - из измайловцев. Весной 1825 г., при новых назначениях великих князей, перетасовали и полки так, чтобы только что названные полки остались под начальством тех же великих князей. Михаилу подчинили еще его шефских московцев, а также лейб-греиадер и гвардейских моряков, а Николаю - павловцев и финляндцев. Из гвардейской кавалерии в Петербурге стояла 1-я бригада 1-й кирасирской дивизии (кавалергарды и конная гвардия), конно-пионерный дивизион и часть лейб-казаков; кирасирской дивизией командовал А.X. Бенкендорф, а 1-й ее бригадой - А.Ф. Орлов. Легкой кавалерийской дивизией командовал А. И. Чернышев. Конно-пионерами командовал любимец великого князя Николая полковник К.К. Засс. Великие князья возглавляли и отдельные роды войск по специальностям. Наравне с ними такую же роль играл Аракчеев. Цесаревич Константин с 1807 г. был генерал-инспектором всей кавалерии, а граф Аракчеев с 1803 г. - генерал-инспектором всей пехоты и артиллерии. С 1819 г. со вступлением великого князя Михаила в должность генерал-фельдцейхмейстера, управление артиллерией перешло к нему. Великий князь Николай, с назначения в 1817 г. генерал-инспектором по инженерной части, руководил инженерным корпусом и инженерными войсками. Если генерал-инспекторство Константина над кавалерией и Аракчеева над пехотой и артиллерией к 1825 г. сделалось номинальным, то управление молодых вел. князей артиллерией и инженерной частью было весьма действительное. Петербургские же части этих специальностей находились под непосредственным руководством великих князей.

Подшефные великому князю Николаю гвардейские саперы были предметом особых его забот, равно как и созданные по его почину и под его руководством 2 конно-пионерных эскадрона, учебный саперный батальон и Главное инженерное училище. Подобное же отношение Михаил Павлович проявлял к гвардейской артиллерии (2 бригады пешей и 1 конной артиллерии), учебной бригаде и Главному артиллерийскому училищу. Стремление приблизить членов царской семьи к войскам выражалось не только по линии фактических назначений на высшие командные должности по гвардии и специальным войскам, но и назначением их шефами, т.е. почетными начальниками, ряда полков, преимущественно гвардейских. К концу 1825 г. члены императорской фамилии состояли шефами следующих полков и других частей:

Император Александр I

• Лейб гвардии Семеновского полка с 1796 г. Лейб гвардии Преображенского, Кирасирского и Гренадерского полков с 1801 г. (преемственно после Павла).

• Польской гвардии: Гренадерского и Конно-егерского с 1818 г.

Цесаревич Константин

• Петербургских полков лейб гвардии: Конного с 1800 г., Уланского с 1803 г., Драгунского с 1809 г., Егерского и Финляндского с 1813 г.

• Полков Литовской гвардии в Варшаве. Лейб гвардии Литовского с 1817 г. Волынского, Подольского, Кирасирского и Уланского цесаревича полков с 1818 г.

Кроме того, разновременно он получил звание главного начальника целого ряда военно-учебных заведений, а при Николае в 1826г. - шефа лейб гвардии Гродненского гусарского полка.

Великий князь Николай Павлович

• Лейб гвардии Измайловского полка с 1800 г. Северского конно-егерского п. с 1816 г.

• Лейб гвардии саперного батальона с 1817 г. 5-го пионерного батальона с 1821 г.

• 1-го Егерского полка польской армии с 1821 г.

Великий князь Михаил Павлович

• Гвардейской артиллерии с 1798 г.

• Переяславского конно-егерского полка с 1816 г.

• 1-го линейного (пехотного) полка польской армии с 1821 г.

• Лейб гвардии Московского полка с 8 февраля 1824 г.

В приказе этого числа было объявлено: "По желанию е. и. в. цесаревича назначается е. и. в. великий князь Михаил Павлович вместо него шефом лейб гвардии Московского полка". (Константин Павлович уступил Московский полк, где он был шефом с 1815 г., любимому брату Михаилу. В 1800 г. по его просьбе Павел обменял шефскими полками Константина с малолетним Николаем, дав первому конную гвардию, а второму измайловцев.) Императрица Мария Федоровна числилась шефом лейб-кирасирского ее величества полка с 1796 г. Вел. кн. Александр Николаевич числился шефом лейб гвардии Гусарского полка с 1818 г., т.-е. с рождения. Типично, что в 1818 г. для того, чтобы почетную должность шефа лейб-гусар дать новорожденному великому князю Александру, с нее сместили заслуженного боевого шефа - графа Витгенштейна, а 19 декабря 1825г. также поступлено было с графом Остерманом-Толстым при назначении семилетнего Александра шефом Павловского полка. В кавалергардском полку со смерти Уварова в конце 1824 г. новый шеф не назначался до 1826 г., когда назначена императрица Александра Федоровна. Из лиц, не принадлежавших к императорской фамилии, к концу 1825 в гвардии шефами состояли только 3 генерала: уже названный ранее Аракчеев, Остерман - Толстой (в Павловском полку) и Васильчиков (в конно-егерском полку).

Таким образом к 14 декабря гвардия была связана с Константином не только как с императором, которому незадолго перед тем присягнула, но и как со своим корпусным командиром, хотя и номинальным, а из петербургских полков его шефскими являлись Конный, Егерский и Финляндский, драгунский и уланский и бывший шефский Московский. Николай был ближе к своим шефским частям: Измайловскому полку и Саперному батальону и - как генерал-инспектор - к прочим инженерным частям (Учебный саперный батальон и Конно-пионерный дивизион), как начальник 2-й дивизии - еще к егерям, финляндцам и павловцам. Михаил, как фельдцейхмейстер, был ближе к гвардейской артиллерии, как шеф - к московцам и как начальник дивизии - к преображенцам, семеновцам, гренадерам и морякам. События 14 декабря отчасти подтвердили предначертания лиц, распределявших шефство: подшефные и подчиненные части Николая не выступали против него, а восставшие оказались из чужой ему 1-й дивизии Михаила Павловича. Одним из объяснений того, что конная гвардия понесла столь малые потери, современники считали уверенность восставших в том, что конная гвардия, имевшая шефом Константина, ждет только удобной минуты, чтоб открыто перейти на сторону восставших под знаменем их шефа. Что касается численности войск, которых можно было вызвать под ружье к 14 декабря, то, считая исключительно гвардейские и учебные строевые части без гарнизонных частей и военно-учебных заведений и исходя из выше приведенного состава частей, можно считать приблизительно, что под ружьем могло оказаться: 21 батальон - 18 - 20 тысяч штыков. Если отбросить, примерно, 4 батальона, занимавших караулы и прикованных этим к месту, свободных для действия можно было насчитать 14-16 тысяч штыков. Кавалерии в 3 полках и в конно-пионерном дивизионе 20 эскадронов около 3,5 тысяч сабель. Артиллерии в 9 пеших ротах и в 2 конных батареях 124 орудия. Итого в самом городе было: батальонов 21 (до 20 тысяч штыков), эскадронов 20 (до 3,5 тысяч сабель), артиллерийских рот и батарей 11 (124 орудия). Кроме того, в окрестностях готовыми к вызову были 8 третьих батальонов гвардейских пехотных полков, лейб гвардии гарнизонный батальон, полки лейб гвардии Уланский, Драгунский, Гусарский, Кирасирский (по 7 эскадронов каждый), лейб -Уральская сотня и лейб гвардии конно-легкая батарея № 2, всего: 9 батальонов - 8 тысяч штыков, 29 эскадронов - 4,5 тысячи сабель, 1 батарея - 8 орудий. Как известно, 14 декабря из загородных частей были вызваны лишь 3 батальона, уланы, гусары и драгуны, а стоявшие по Неве кирасиры, гарнизонный батальон и батарея вызваны не были. Подводя итоги, видим, что 14 декабря Петербург был густо наполнен войсками, имевшими стройную организацию, многочисленное, связанное с интересами династии начальство, а сами войска, до солдат включительно, были связаны с династией близкими служебными отношениями, сложными нитями симпатий, антипатий и личных расчетов.

 

 

Причины движения декабристов

 

Зарождение движения декабристов было прежде всего связано с внутренними процессами, происходившими в России в первой четверти Х1Х века. Декабристы, образованные и дальновидные люди своего времени, поняли, что самодержавие и крепостничество – главная причина отсталости России. Старый, самодержвно-крепостнический строй тормозил развитие производительных сил, исторический прогресс и общую модернизацию страны. В это время стало заметно отставание России от передовых западноевропейских стран.

Задача сокрушения крепостничества и самодержавия были главными для России  того времени: от их разрешения зависело, двинется ли страна вперед или затормозится в старых, изживших себя формах социального строя. Понимание этого и явилось главной причиной зарождение революционной идеологии  и  тайных революционных организаций.

В первую очередь следует отметить все усиливавшееся несоответствие производственных отношений  характеру производительных сил. Страна производила все больше количество жизненных благ и вовсе более значительной доле по-новому. Развивались предприятия, приближавшиеся к капиталистическому типу, рос вольнонаемный труд, увеличивалось число промышленных рабочих, умножалось количество городов и городское население. Расширялся внутренний рынок, требуя все большего количества продуктов питания и промышленных изделий. Самодержавно-крепостной строй сковывал производительные силы страны, тормозил  их дальнейшее развитие.  Новые явления жизни вступали в резкое противоречие с устарелыми общественными формами. Крестьянин был собственностью помещика. Крестьянина могли купить, продать или проиграть он не мог  уйти в город на заработки без разрешения барина. А барин всегда мог отозвать с фабрики в деревню своего оброчного мужика, и тем нанести урон фабричному производству. Заработок крестьянина в значительной доле шел в карман к барину-помещику в виде оброка. Все было подчинено интересам дворянского сословия. Дворянин считался благородным от рождения – ему было законом присвоено право владеть крепостными крестьянами и землей.

При самодержавии народ не принимал никакого участия в  управления страной: царизм осуществлял бесконтрольную власть над Россией. Люди были неравны перед законом : одни сословия   были привилегированными, другие угнетенными. Все более и более сказывались противоречия между развитием производительных сил и феодально-крепостническим строем. Необходимость замены старого общественного строя новым ощущалось тем отчетливее, чем яснее выявлялось огромная мощь страны, ее необъятные силы. В высказываниях декабристов по экономическим вопросам это несоответствие производственных отношений характеру производительных сил формулируется как несоответствие интересов народа с интересами правительствами, где под народными интересами мыслится все то, что способствует свободному развитию капитализма, а под интересами правительства -  господствующее и задерживающая прогресс феодальная крепостническая система. Многие декабристы неоднократно указывали, что именно крепостное право и пренебрежение к личности человека заставили их пересмотреть свое отношение к Российской действительности, толкнули их на путь активной борьбы. «Рабство крестьян всегда сильно на меня действовало» - заявлял в своих показаниях П.И.Пестель. Крепостное право воспринималось прежде всего как глубочайшее оскорбление национальной гордости. Но оно расценивалось декабристами и как исходный момент в том несоответствии между производительными силами и производственными отношениями, которая тормозила хозяйственное развитие России и обрекало ее на экономическую отсталость. Большое влияние на формирование освободительных идей декабристов оказал патриотический подъем в Отечественной войне 1812года. Они называли себя «детьми 1812года». Победа русского народа в войне способствовала росту национального самосознания народа. Вместе с тем она оказала огромное влияние на все стороны социальной, политической и культурной жизни страны, дала толчок для развития общественной мысли в России. Подъем патриотизма  сближение  будущих декабристов, участников войны, с солдатами, народом, пробуждение не только национально-патриотического, но и гражданского самосознания передовой России – вот на что указывали декабристы, объясняя истоки формирования своих освободительных идей в связи с Отечественной войной 1812 года. В то же время декабристы видели, что народ, вынесший на своих плечах всю тяжесть войны, продолжал оставаться в крепостной зависимости, ратники ополчений снова возвращались в крепостную неволю. «Мы проливали кровь, - говорили солдаты, вернувшись с войны, - а нас опять заставляют потеть на барщине. Мы избавили страну от тирана, а нас опять тиранят господа». Вместо дальнейших политических преобразований, внушенных либеральными идеями Александра  в первые годы его царствования, установилась аракчеевская реакция. Одержав победу в войне народной силой, царское правительство не замедлило показать свое истинное лицо – угнетение народа стало еще тяжелее. Помещики свирепствовали над крестьянами, а новые царские законы поддерживали их власть. Крепостной гнет усилился и в армии. По всей стране по приказу Александра 1 были созданы военные поселения – худшая форма военно-крепостного гнета. В них все мужское население, даже дети, должно были носить неудобную военную форму и подчиняться жестокому палочному военному режиму.

На ранних этапах освободительного движения огромное значение имеют проблемы национального возрождения и самосознания. Борьба против феодально-абсолютистских режимов и задачи национального возрождения взаимосвязаны. Прогресс нации мог быть обеспечен только коренными политическими преобразованиями. Поэтому национально патриотические задачи «блага» России логически приводили декабристов к утверждению идеи революционных преобразований.

Революционные события конца века, политические и военные потрясения мирового значения оказали сильное воздействие на умы декабристов. Знакомство с революционными идеями, новыми политическими учреждениями облегчалось благодаря заграничным походам русской армии в 1813-1814 годах, в составе которой находились многие будущие декабристы.

Возрос интерес декабристов к чтению политических и философских сочинений западноевропейских и русских мыслителей. В трудах таких великих французских просветителей, как Вольтер, Руссо, Монтескье, декабристы находили подтверждение мыслям о том, что отсутствие крепостного права в западноевропейских странах обеспечивает их прогрессивное развитие.

Революционные процессы активно продолжались в Европе. Идеология европейских революционеров и декабристов, их стратегия и тактика во многом совпадали. Выступление в России в 1825 году стоит в одном ряду с общеевропейскими революционными процессами. Характер их движения можно определить как объективно буржуазный.

Вместе с тем в общественном движении в России существовала своя специфика. Особенностью российского исторического процесса было то, что на раннем этапе руководство борьбой за буржуазные преобразования принадлежало не буржуазии, а дворянству. Объясняется это тем, что русская буржуазия в эпоху крепостного права еще не сформировалась как класс и не смогла выдвинуть самостоятельные политические требования. Поэтому революционная идеология, понимание необходимости модернизации страны складывалось в начале Х1Х века исключительно у передовой части дворянства, которая , по существу, выступала против интересов своего класса. Круг революционеров был крайне ограничен – в основном он состоял из представителей высшего дворянства и офицерского корпуса. Оторванные от всех классов и сословий России, они вынуждены были придерживаться узко-заговорщической тактики, что обусловило слабость дворянской революционности и, в конечном счете, их неудачу и поражение.

Таким образом, историческая действительность показывала декабристам способы борьбы, заставляла задумываться над революцией. Общую возбужденную атмосферу времени, их воспитавшего, прекрасно и точно охарактеризовал один из самых выдающихся декабристов – Павел Иванович Пестель. Он писал об этом так: «Происшествия 1812, 1813, 1814 и 1815 годов, равно как предшествующих и последовавших времен, показали столько престолов низверженных, столько других постановленных, столько царств уничтоженных, столько новых учрежденных, столько царей изгнанных, столько возвратившихся или призванных и столько опять изгнанных, столько  революций совершенных, столько переворотов произведенных, что все сии происшествия ознакомили умы с революциями, с возможностями и удобностями оные производить. К тому же каждый век имеет свою отличительную черту. Нынешний ознаменовывается революционными мыслями. От одного конца Европы до другого видно везде одно и то же, от Португалии до России, не исключая ни единого государства, даже Англии и Турции, сих двух противоположностей. То же самое зрелище представляет и вся Америка. Дух преобразований заставляет, так сказать, везде умы клокотать… Вот причины, полагаю я, которые породили революционные мысли и правила и укоренили оные в умах»

 

Наказанья, наложенные на руководителей и участников восстания

Приговоренные к четвертованию вожди восстания, бывшие офицеры Рылеев и Каховский, повешены 13 июля 1826 г.

Приговоренные к отсечению головы сосланы на пожизненную каторгу: диктатор, полковник Преображенского полка Трубецкой, принявший под конец командование старший адъютант Е. Оболенский, гвардейский артиллерист И. Пущин и Нижегородский драгун Якубович, а также главные руководители восстания в своих частях: Московского- Щепин-Ростовский, Гренадерского - Сутгоф и Панов и гвардейского экипажа - Арбузов и Дивов. Из той же категории сосланы на каторгу на 20 лет адъютант герцога А. Виртембергского лейб-драгун А. Бестужев и невоенный В. Кюхельбекер.

Сосланы на каторжные работы пожизненно: руководители восстания в Московском полку- М. Бестужев и в гвардейском экипаже- Н. Бестужев; на 12 лет Конного полка- Одоевский и гвардейского экипажа- А. Беляев и П. Беляев. в 1827 г. Московского полка- Луцкий и фузилер Покеткин. На 10 лет - Финляндского полка- Розен и невоенный Глебов; на 8 лет - Финляндского полка- Репин и гвардейского экипажа М. Кюхельбекер.

Заключены в крепость с лишением дворянства и воинского звания - на 5 лет гвардейского экипажа М. Бодиско и на 1-год - П. Коновницын.

Разжалованы в рядовые без выслуги с лишением дворянства - гвардейского экипажа- Б. Бодиско и финляндского полка- Н. Цебриков.

Разжалованы в рядовые с правом выслуги - Измайловского полка- Фок, гвардейского экипажа Акулов, Вишневский и Э. Мусин-Пушкин и адъютант командира Кронштадтского порта Ф. И. Моллера мичман П. Бестужев.

Переведены в армию теми же чинами с заключением в крепости на 4 г. - Кавалергардского полка- Горожанский, на 1 год - Палицын, на 6 месяцев Измайловского полка- А. П. Вадбольский и Малютин, Гренадерского полка- А. Кожевников и гвардейского экипажа Шпейер, - без заключения в крепости: Измайловского полка- Гудим, Московского полка- Броке и Волков, Гренадерского полка- Шторх и гвардейского экипажа Тыртов. К этой группе могут быть отнесены откомандированные обратно в армию от конной артиллерии- И. Коновницын и от Московского полка- Лашкевич.

Высланы: в Березов статский советник Горский (в 1827 г.), за границу англичане Гайнам и Буль (в 1826 г.).

Оставлены без наказания - бывшие на площади, но вернувшиеся Гренадерского полка- Штакельберг, А. П. Пущин, Лелякин, гвардейского экипажа Д. Лермонтов, Баранцев, А. Цебриков, Миллер, Колунчаков и А. Литке; сопротивлявшиеся присяге Вилламов, А. Гагарин, Лукин и Малиновский; агитировавшие против присяги в чужих частях: в 1-м батальоне преображенцев на Миллионной, адъютант князя Хованского конно-егерь А. Чевкин и в 3-м батальоне измайловцев на походе из Петергофа у "Красного Кабачка" лейб-улан А. Скалой. К этой же группе могут быть отнесены назначенные в Сводно-гвардейский полк на Кавказ наравне с ненаказанными офицерами Московского полка- Кудашев, Гренадерского полка- П. Прянишников и Финляндского- Богданов.

Покончил с собой до суда командир 12-го Егерского полка Булатов.

 

 

Наказанья, наложенные на гвардейских офицеров

Приговорен к отсечению головы и сослан на каторгу пожизненно адъютант главнокомандующего 2-й армии Витгенштейна лейб-гусар Барятинский.

Сосланы на каторжные работы  
- на 20 лет - Кавалергардского полка Анненков и Свистунов и того же полка адъютанты главкомандующих армиями –  Крюков, Ивашов, Егерского полка- Басаргин, Финляндского полка- Митьков, адъютант цесаревича гродненский гусар Лунин и ближайший помощник великого князя Николая Павловича, Никита Муравьев;  
- на 12 лет - Кавалергардского полка-Чернышев и А. М. Муравьев, Конной артиллерии- Кривцов, Корнилович и Измайловского полка адъютант Раевского, Муханов.

Заключен в крепость на 2 года с лишением дворянства и воинского звания лейб-кирасир ее величества Булгари.

Сосланы в Сибирь на поселение пожизненно: Измайловского полка А. Андреев и Конно-пионерного эскадрона Назимов.

Разжалованы в рядовые без выслуги с лишением дворянства Измайловского полка Н. Кожевников и Конно-пионерного эскадрона М. Пущин и с выслугой - Измайловского полка- Лаппа.

Переведены в армию теми же чинами с заключением в крепость: на 6 мес. - Кавалергардского полка Кологривов, Искрицкий, на 4 мес. - Измайловского полка Гангеблов, на 3 мес. - П. П. Титов, на 2 мес. - Конного полка- Ренкевич и на 1 мес. - Кавалергардского полка Арцыбашев и Васильчиков, адъютант главнокомандующего 1-й армии измайловец В. Мусин-Пушкин и адъютант 2-го пехотного корпуса гусарского полка- Сабуров. Без заключения в крепости: Кавалергардского полка- А. Вяземский, Н. Н. Депрерадович и Свиньин, Конного полка- Алексей Плещеев, Преображенского полка- Н. Шереметев, Гренадерского полка Корсаков, Финляндского полка Добринский и Павловского К. Оболенский.

Оставлены без наказания: Конного полка - Барыков, М. Голицын, А. Плещеев, эстандарт-юнкер Италийский, Суворов-Рымникский, Бреверн, Колокольцев, Путята, Я.И. Ростовцев. Отчасти сюда можно отнести Финляндского полка Синявина, которому в наказание вменено 3-месячное предварительное заключение.

Покончил с собой до ареста Измайловского полка- Богданович.

 

 

 

Наказанья, наложенные на гвардейских солдат и матросов

 

Насколько изучены материалы, касающиеся так называемых "декабристов", настолько же бедны материалы о солдатской и матросской массе, давшей физическую силу движению при его внешнем проявлении. На основании имеющихся материалов о наказаниях, которым были подвергнуты солдатские и матросские массы, можно сказать следующее. Все арестованные при преследовании и в ближайшие дни нижние чины Московского и Гренадерского полков и гвардейского экипажа и некоторые персонально обвиненные, были посажены в Петропавловскую крепость, а оттуда переведены московцы в Выборг, а гренадеры и гвардейские моряки в Кексгольм, где и содержались в казематах старинных крепостных сооружений. По окончании расследования они были переведены в армейские и гарнизонные части, преимущественно на Кавказ. В конце 1826 г. было возбуждено заново дело о двух нижних чинах Московского полка: унтер-офицере Луцком и фузилере Поветкине, сосланных 6 мая 1827 г. на пожизненную каторгу. Добровольно явившиеся были снова поставлены в строй своих частей, при чем для командования ротами, составленными из бывших восставших, временно назначены были офицеры других частей. В Московском полку - временно командующим полком назначен командир саперного батальона Геруа, для командования ротами - поручики того же батальона Аверин, Аделунг, Львов и Завальевский 3-й. Гренадерский полк был временно поручен полковнику Преображенского полка И. П. Шилову. Приказом по Гвардейскому корпусу от 17 февраля 1826 г. гвардейские солдаты, участники восстания, добровольно явившиеся в казармы, были назначены на составление Сводно-гвардейского пехотного полка из 3-х рот Московского и 4-х рот Гренадерского полков с тем, чтобы боевой службой на Кавказе искупить свою вину. Командование Сводным полком было поручено тому же Шилову, батальоном Московскою полка Хвощинскому и Гренадерского - Шебеко. Батальоны были названы 2-ми, а фузилерные роты - 4-й, 5-й и 6-й; гренадерская рота лейб-гренадер - 2-й гренадерской. В феврале 1827 г. эти батальоны названы 3-ми, а роты обоих полков соответственно переименованы. в 3-ю гренадерскую и 7-ю, 8-ю и 9-ю фузилерные. Командующий полком Шипов оставался в списках Преображенского полка. Полк выступил 26 февраля 1826 г. и вернулся в Петербург 11 декабря 1827 г. Чины полка сохраняли все время свою гвардейскую форму, старшинство и жалованье, и вообще на Кавказе полк был в привилегированном положении.  За время пребывания на Кавказе была деформирована 3-я гренадёрская рота Московского полка. На составление ее поступили из кавказских армейских частей 27 унтер-офицеров и 118 рядовых бывшего Семеновского полка, сосланные на Кавказ в 1820 г. после шварцезской истории. Кроме того, на укомплектование полка из числа переведенных в армию участников восстания 14 декабря поступило 581 бывших гвардейцев, а также 264 отборных солдата кавказских полков. Из указанного выше видно, что Сводный полк вернулся в столицу, имея в своем составе из солдат, участников восстания 14 декабря, не только добровольно явившихся и попавших сразу в Сводный полк, но и почти всех бывших арестованных, отсидевших в крепости и переведенных сперва в армейские полки на Кавказ. По прибытии в Петербург, Сводный полк был упразднен, а его Московский и Гренадерский батальоны вернулись снова в состав своих коренных полков третьими батальонами.