Содержание: 

Введение……………………………………………………….…….…..…2 стр.

Глава 1. Ритуал погребального обряда в эпоху бронзы…………….…3стр.

Глава 2. Параллели развития погребальных обрядов эпохи ранней бронзы в Приазовье и на Западном Кавказе................………..….……6стр.

Глава 3. Основные структуры погребального обряда эпохи средней бронзы степного Предкавказья  .……..............……………………...…..8стр. 

Глава4. Погребения с навершиями булав эпохи бронзы…………….17стр.

Заключение………………………………………………………………...21стр.

Список  литературы…………………………………………………….…22стр.

Введение 
 

В эпоху  бронзы началось производственное освоение металла, в том числе и золота. Появление новых форм пастушеского хозяйства - отгон скота на летние пастбища, стойловое содержание части  животных, заготовки кормов и постепенный переход к кочевому скотоводству. Развитие мотыжного земледелия. Зарождается первое общественное разделение труда. Человек освоил земледелие и скотоводство одновременно. Развитие скотоводства и земледелия требовали больше мужского труда. Из-за этого происходит крушение матриархального рода и на смену ему пришли патриархальные семейно-родовые отношения. Не осталась без изменения и духовная жизни людей , в которой также прошел ряд изменений. Это отразилось и в погребальных обрядах и в манере захоронений. Начинается «мифологическая» стадия развития первобытного сознания, возникает представление о двойственности мира, о душе, формируется концепция другого мира, влияющего на человеческое бытие и постепенно его подчиняющего. Формируется мифологическое объяснение различных сторон бытия и в том числе психофизиологического, расширяются представления человека о загробной жизни, а в связи с этим расширяется и  погребальный инвентарь.

     Я рассмотрела эпоху бронзы  на примере параллелей развития погребальных обрядов в эпоху ранней бронзы в Приазовье и на Западном Кавказе также я затронула основные структуры погребального обряда эпохи средней бронзы степного Предкавказья , а в поздней бронзе я рассмотрела погребения с навершиями булав.

    Задача исследования: рассмотреть примеры археологических находок эпохи бронзы и понять их ритуальное предназначение.

Цель: показать виды и примеры захоронений , попытаться объяснить их порядок и смысл.Структура: данная работа состоит из введения, 4 глав, заключения, списка литературы и приложения. 

1. Ритуал погребального  обряда в эпоху  бронзы 

      К настоящему времени накоплен большой материал о погребальном обряде различных культур эпохи бронзы. Одним из атрибутов обряда являлось использование красящих веществ минерального и органического происхождения. Обычно это охра различных оттенков красного спектра. Черная краска представлена углем растительного или животного происхождения, в качестве белой краски использовался мел, белые породы глин. В археологической науке значение этой цветовой триады пока не определено. Всестороннее изучение данной стороны погребального обряда: значение красок, их символика и социальная обусловленность - позволяет объяснить некоторые стороны космологических, мифологических, религиозных представлений носителей древних археологических культур.

        Наиболее раннее использование красок человеком относится к эпохе среднего палеолита. Краски, обычно красная и ее оттенки, применялись в различных целях, в том числе и в погребальном обряде. Значение погребального обряда, как «наивно-реалистическое» представление о продолжении жизни после смерти в ее реальных формах предопределяло использование охры, как «наивно-реалистический» акт, символизирующий кровь. Белый, черный, красный цвета во всех археологических и этнографических культурах имеют множество обозначений и значений. Они ассоциируются с определенными жидкостями, истечениями, выделениями человеческого тела и берут свою символику из процессов родов, вскармливания, выделения, что всегда связано с наличием крови, молока, нечистот. Поэтом употребление и значение красок в ритуалах и обрядах палеолитического человека тесно связано с его физиологией и являлось «наивно-реалистическим» воплощением принципа соответствия. Человеческий организм и важный для его существования опыт послужили источником цветовой классификации. Восприятие, последующее осознание и объяснение цветовой триады было следствием изначального психофизиологического опыта человека и носило общечеловеческий характер.

        В эпоху энеолита-бронзы происходят значительные социально-экономические изменения в человеческом обществе, соответственно развиваются космологические и мифологические представления, идет постепенный процесс превращения «наивно-реалистического» миропонимания в зародыш религии. Прежнее мировосприятие постепенно прикрывается мифологической оболочкой. Начинается «мифологическая» стадия развития первобытного сознания, возникает представление о двойственности мира, о душе, формируется концепция другого мира, влияющего на человеческое бытие и постепенно его подчиняющего. Формируется мифологическое объяснение различных сторон бытия и в том числе психофизиологического общечеловеческого опыта и его отражения - цветовой триады. Использование красок в погребальном обряде (в частности, охры), хотя и несет прежнюю семантическую нагрузку, но она уже деформирована новым «мифологическим» уровнем человеческого сознания. В результате, цветовая триада обожествляется, связывается с положительными и отрицательными сторонами человеческой жизни, сторонами света, с трехчленным делением мира. Мифологическое мировоззрение на своем завершающем этапе формирования становится сознательным и получает отражение в литературных памятниках.

        Исследование археологических культур эпохи бронзы юга Украины позволило сделать вывод о принадлежности их носителей к индоевропейскому населению. Соответственно обосновывалась правомочность привлечения древнеиндийских письменных источников для изучения космологии, мифологии носителей ямной, катакомбной и других археологических культур. Изучение идеологических представлений по древнеиндийскому эпосу помогает приблизиться к пониманию их духовной культуры и внутреннего мира и в некоторой мере, хотя и гипотетично, объяснить существующий археологический материал, в частности: использование и значение охры в погребальном обряде.

       Определенная роль в древнеиндийской мифологии отводится цветовой символике. В главе «Махабхараты» «Теология Вишну» показано значение цвета для жизни и судьбы человека. Согласно представлениям древних индийцев (индоевропейцев) душа бессмертна, она постоянно переселяется из одного тела в другое, но жизнь в любом теле связывалась со страданием и каждое новое воплощение считалось злом. Благом считалось прекращение возрождений, т. е. достижение освобождения и совершенства. Полагалось, что путь для людей определяется цветом и каждая стадия перевоплощения носит определенный цвет. Пребывание души в человеческом состоянии соотносилось с красным или светло-желтым цветом, в зависимости от содеянного и стремления к освобождению. Поэтому находящийся в красном цвете подлежит возвращению в мир людей до тех пор, пока не приблизится к освобождению. Состояние освобождения связывалось с белым цветом.

       Таким образом, данный миф некоторым образом объясняет употребление охры в погребальном обряде эпохи энеолита-бронзы. Так как человек совершает в жизни различные поступки, то его душа не может быть только праведной или грешной, а соответственно, чтобы достигнуть совершенства и освобождения, она должна многократно побывать в человеческом состоянии и в каждом своем бытии становится лучше, приблизиться к полному освобождению и больше не возвращаться в этот мир. Покрытие покойников охрой (в частности, в ямной археологической культуре), а соответственно придание им красного цвета, могло преследовать цель повторного возвращения их душ в человеческое состояние, в мир людей. 
 
 
 
 

2. Параллели развития погребальных обрядов эпохи ранней бронзы в Приазовье и на Западном Кавказе

      В археологической литературе спорадически отмечалось некоторое сходство степных катакомб и кавказских дольменов. Новые результаты работ новостроечных экспедиций в Приазовье и последние исследования дольменов  позволяют конкретизировать этот вопрос.

       В конце 2 тыс. до н.э. в Приазовье и Прикубанье распространяются, новые погребальные обряды. Их основные черты: одиночные, парные, реже групповые захоронения в позе относительно слабой скорченности на правом боку, с преобладанием западной и южной ориентировок, в глубоких прямоугольных ямах со следами деревянных и земляных конструкций. Инвентарь: части погребальных повозок, плоскодонная подлощенная керамика часто с ручками и налепами, но скупо орнаментированная, молоточковидные булавки, модели домиков-кибиток, наборы птичьих костей, обилие металлических изделий и т.д., контрастирует с находками в погребениях предшествующей эпохи. Описанные обряд и инвентарь сохраняются и в ранних приазовских катакомбах, что позволяет предполагать эволюцию типа погребальных сооружений.

       Стратиграфия курганных захоронений Приазовья имеет следующую последовательность: а) прямоугольные ямы с деревянными обшивками и перекрытиями; б) катакомбы с вытянутыми прямоугольными колодцами и уплощенными прямоугольными камерами; в) катакомбы с трапецевидными колодцами и купольными овальными камерами; г) катакомбы с округлыми колодцами и полусферическими камерами. Сравним эту последовательность с эволюцией дольменов Западного Кавказе: а) прямоугольные дольмены-ящики без отверстий; б) вытянутые прямоугольные портальные с отверстиями; в) трапецевидные; г) составные округло-овальные о купольным сводом. Развитие входных отверстий в катакомбах может быть определено как переход от щелевидно-прямоугольных к арочным и овально-округлым. У дольменов: от прямоугольных к круглым, овальным и арочным. Сопоставимы дольменные пробки-втулки и каменные, земляные, деревянные заслоны катакомб. Конструктивное сходство дольменов Новосвободной, дольмена из Джубги, дольменов-монолитов с катакомбами доходит до тождества. В свою очередь, «портальное» оформление входа в ранних катакомбах, продольный паз в полу, перед камерой, перекликается с конструкциями дольменов.

        Катакомбы и дольмены одинаково обращены входом к солнцу: на восток, юг, запад. Ориентировка на север - исключение. Ранние дольмены также как и погребения Приазовья окружали кромлехами, перекрывали земляной насыпью.

         Слабая изученность погребальных ритуалов в дольменах не позволяет в полной мере провести их сравнение с катакомбными, однако такие особенности, как скорченное положение окрашенных костяков головой на юг, групповые и вторичные захоронения, культ огня и др. - аналогичны особенностям обряда в приазовских катакомбах. Вновь тождественны некоторые детали, например, обычай оставлять жаровню-жертвенник на ступеньке перед входом в катакомбу и дольмен.

        Металл в ранних катакомбах типологически тождественен дольменному. Ранняя керамика с характерным щебёночным тестом и подлощенной поверхностью аналогична дольменной, хотя позднее сосуды степных катакомб существенно отличаются от южной.

       Суммируя вышеизложенное, можно сказать, что население Приазовья эпохи ранней бронзы было в большей, чем считалось ранее, степени связано с мегалитическими традициями. Однако не следует прямолинейно отождествлять дольменную культуру с катакомбной, ибо распространение традиций не обязательно связано с экспансией населения. Некоторые факты свидетельствуют больше в пользу миграции идей, чем народов.

3. Основные структуры погребального обряда эпохи средней бронзы степного Предкавказья

       Определённая взаимосвязь прослежена в сфере погребального обряда. Однако, причины изменения таких значимых его характеристик, как поза и ориентировка умерших, происхождение различных вариантов погребальных сооружений - всё это установлено весьма фрагментарно. Но иначе и не может быть, так как изучаемые древности Нижнего Подонья составляют лишь часть того локально-хронологического контекста, в рамках которого происходило развитие погребальных обрядов эпохи бронзы Предкавказья и, в частности, катакомбного обряда.

       Видоизменения категорий инвентаря и элементов обряда, по всей вероятности, относительно независимы друг от друга. Лишь перемены в составе инвентаря могут быть обусловлены сменой погребального ритуала. Поэтому специфика имеющихся источников (исключительно погребения) позволяет сосредоточиться на исследовании погребальных традиций. Как и в случае с предметами материальной культуры, анализ обряда требует сначала хронологической организации данных, а затем выявления сходства и различий: в чём сохраняется традиция и в чём выражается новация.

     Поскольку основные разновидности погребального обряда

(ямный,  подбойный, катакомбный) предполагают  сочетание ряда признаков, то  важно установить структуру каждой  из рассматриваемых разновидностей. Список этих признаков традиционен:

           1. Положение в кургане;

           2. Тип погребального сооружения;

           3. Поза и ориентировка костяка;

           5. Состав и расположение инвентаря;

           6. Половозрастные особенности умерших.

           Локально-хронологическое сопоставление  погребальных обрядов Предкавказья  не должно быть ограничено  позднеямным-раннекатакомбным периодом. Местные ритуальные традиции  сохраняются на Донеччине и  в Нижнем Подонье до финала средней бронзы (появление культуры многоваликовой керамики), а в Нижнем Поволжье и в южных районах Предкавказья - до начала эпохи поздней бронзы. Поэтому сравнение ритуалов различных регионов производится на уровне пяти последовательных хронологических горизонтов: к трём эталонным для Предкавказья периодам Нижнего Подонья (позднеямному, раннекатакомбному и раннедонецкому), добавлены горизонты привольненского и костромского кладов. Первый из них синхронен развитой донецкой культуре на Донеччине и в Нижнем Подонье, батуринский - в степном Прикубанье, раннеманычский - в низовьях Маныча и на Салу, памятникам развитой средней бронзы в Нижнем Поволжье. Второй соответствует культуре многоваликовой керамики на Донеччине, Нижнем Дону, в Прикубанье и сало-манычском регионе предсрубным погребениям Нижнего Поволжья и горизонту на Восточном Маныче.

           Некоторые общие закономерности  трансформации погребального обряда  в эпоху бронзы на территории  Предкавказья могут быть выявлены  при сопоставлении памятников Нижнего Дона с материалами восточно-манычского региона. Последний представлен огромной серией погребений ранней и средней бронзы - около 1000 могил. Кроме того, элементы обряда захоронений Восточного Маныча характерны, в равной степени, и для древностей Калмыкии, и для Ставрополья (вплоть до Вехнего Прикубанья). Лишь на западе Прикубанья (как и на Донском Левобережье) погребальные традиции иные, составляющие специфику приазовского культурного региона

       Таким образом, в схеме развития погребального обряда (см. рис.7) учтены особенности почти всех памятников изучаемого периода в степном Предкавказье. Она составлена, главным образом, по данным стратиграфии и типологии инвентаря. Цель этого построения - охватить во временном и, по возможности, в более обширном территориальном контексте процесс становления и последующего угасания катакомбного обряда.

        Погребальные сооружения разделяются на ямы, ямы с заплечиками, подбои и катакомбы (Т-видные, Н-видные и асимметричные). Позы костяка: скорченная на спине (А); слабоскорченная на боку, руки вытянуты к бедрам (В); сильноскорченная на боку, руки согнуты в локтях, кисти у лица (С).

      В полученной локально-хронологической схеме эти признаки развиваются по-разному. Традиции степного ямно-подбойного ритуала видоизменяются под влиянием новаций, связанных, вероятно, с распространением обычая сооружения катакомб. Это приводит, прежде всего, к изменению погребальных конструкций. Поэтапная и региональная динамика данного процесса (см. рис.7) свидетельствует о его определённых географических рамках. Приоритет появления наиболее ранних Т-видных катакомб принадлежит Приазовью, возможно, его северо-восточной части.

           В противоположность локальному  характеру погребальных сооружений, сугубо хронологическим критерием оказывается поза костяка, точнее, степень его скорченности. Во многих регионах первый хронологический горизонт представлен захоронениями умерших в позе А; второй горизонт - в позе Б; третий и четвёртый горизонты - в позе В; пятый - в позе С.

       Подобный, практически эволюционный, ряд усиления скорченности можно выявить в любом из учтенных регионов степного Предкавказья. Однако, существуют нюансы, придающие локальную окраску и даже определяющие различные тенденции этих казалось бы универсальных изменений.

        Во-первых, при последовательном и синхронном усилении скорченности во всех регионах, на каждом из горизонтов сохраняется различие её значений для двух обширных областей: правобочная скорченность в Доно-Донецкой области и левобочная - в Волго-Манычской (рис. 6).

         Во-вторых, при том, что поза Б, предполагающая разворот (обращенность) скорченных на спине костяков направо, либо налево, доминирует в Предкавказье только на втором горизонте, в донском Приазовье эта поза (с разворотом на правый бок) встречается уже в погребениях первого горизонта. Причём, характерный инвентарь ямных захоронений этого региона: молоточковидная булавка и сопровождающие её предметы, всегда располагается справа от костяка, чаще - у локтевой кости правой руки. На восточном Маныче, где также известны погребения первого горизонта с булавками в инвентаре, умершие лежат в позе А (т.е. без разворота на бок), но «булавочные наборы» всегда расположены слева. Таким образом, последующая, характерная для катакомбного обряда, право - и левобочность в этих регионах, по-видимому, была обозначена уже в ритуале позднеямных погребений.

            Широкое распространение позы  Б в могилах второго горизонта  совпадает с повсеместным сооружением  Т-видных катакомб. Это сочетание,  а также опережающее появление данных признаков в Приазовье, свидетельствует о связи позы Б с формированием катакомбного обряда в приазовском очаге и распространением его в Предкавказье.

           Следующим учтённым элементом  погребального обряда является  ориентировка, изменение формальных значений которой взаимосвязано с распространением катакомб и скорченности умерших на боку. Сначала отметим общие тенденции ориентировок эпохи средней бронзы Предкавказья, имеющие локально-хронологический характер.

          Древности первого горизонта представлены погребениями в ямах и подбоях умерших с широтными значениями ориентировок. Причем, для Донского Приазовья - это запад, для Восточного Маныча, как правило, восток, а в степных районах Нижнего Дона и Волго-Донского Междуречья - сочетание западных и восточных ориентировок.

       Второй горизонт Предкавказья характеризуется появлением меридиональных ориентировок. Необходимо отметить, что они присущи прежде всего костякам, похороненным в Т-видных катакомбах (реже, особенно в Волго-Донском регионе - погребениям в Н-видных и асимметричных катакомбах). В ямах, ямах с заплечиками и подбоях этого горизонта преимущественно сохраняется архаичная широтная ориентировка.

           Обряд погребений третьего и  четвертого горизонта сохраняет  два значения ориентировок: широтное  и меридиональное. Они одинаково  присущи всем видам погребальных сооружений. Впрочем, на развитом катакомбном этапе могильные конструкции сильно трансформируются, и по ряду признаков уже не отвечают критериям классификации позднеямного-раннекатакомбного времени (особенно катакомбы). Кроме того, меняется набор погребального приданого, его размещение в могиле и т.д., а также весь контекст материальной культуры (происходит кристаллизация локальных культур средней бронзы Предкавказья). Так что можно, по-видимому, говорить о переосмыслении некоторых погребальных традиций предшествующего времени.

           Однако, помимо «горизонтальных» синхронных тенденций ориентировок Предкавказья, существовали и сквозные («вертикальные») локальные линии развития. Они обнаруживают структурную взаимосвязь с видами погребальных конструкций и позами костяков, а также зависят от особенностей культурно-исторического развития данного региона.

           Там, где первый горизонт был  представлен погребениями в ямах  костяков, скорченных на спине  с разворотом направо и ориентированных  на запад (приазовский регион) - в Т-видных катакомбах второго горизонта доминируют правобочные захоронения с южной ориентировкой. В этой ситуации понятно происхождение южной ориентировки: при стабильной планировке катакомб в кургане таким образом, что камера находится к западу от входной шахты (рис.4 ), а также с учетом правобочности, южная ориентировка - единственно возможный вариант для нормативного расположения костяка в камере, т.е. лицом ко входу. Возникает вопрос: случайна ли тенденция такой планировки катакомб в кургане? Случайно ли совпадение: костяки в ямах - головой на запад, камеры катакомб - к западу от входной шахты? Анализ материалов Восточного Маныча показал, что не случайна. Там прослеживаются те же закономерности, только по антитезе памятникам Приазовья: в сочетании с другой широтной ориентировкой (восток) и с левобочностью (т.е. в ямах первого горизонта умершие лежат на спине, головой на восток, инвентарь слева (см. выше), а в ранних катакомбах камеры устроены к востоку от шахты, костяки «левобочные», головой на юг (рис. 1, 2).

         Единый механизм изменения ориентировок, отчасти поз при переходе к катакомбному обряду, свидетельствует о том, что в обоих регионах существует взаимосвязь между ямным и катакомбным ритуалом, выражаемая через некую константу. Этим постоянным признаком является, вероятно, направленность умершего в определенную сторону света, которая и служит реальной, семантически значимой, а не формальной его ориентировкой.

         Позднеямный и катакомбный ритуал Доно-Донецкого региона объединяет направленность умерших к востоку, которая в ямных погребениях выражается направлением «перед костяком», скорченным на спине, головой на запад (т.е. как бы ориентировка по ногам), а в катакомбах – «перед костяком», скорченным на правом боку, головой на юг (т.е. ко входу в камеру). Соответственно, в Волго-Манычском регионе оба обряда связаны традицией направленности умерших к западу, которая предусматривалась (по вышеназванным правилам) для ямных захоронений с костяками на спине, головой на восток, и для катакомб с костяками на левом боку, головой на юг.

           Вместе с тем, наряду с традиционной  для эпохи средней бронзы антитезой  ритуала Доно-Донецкого и Волго-Манычского  регионов, наблюдаются некоторые  синкретические сочетания позы  и направленности умерших, а также обычаи, вообще не соответствующие предложенной схеме. К числу последних, например, относится круговая планировка ранних катакомб в курганах, известная в приазовских районах Нижнего Дона и Кубани (рис. 1). Ранние катакомбы здесь часто располагаются к северу от основного захоронения, радиально к центру насыпи. Этим обусловлена восточная ориентировка умерших (по черепу), и, соответственно, их северная направленность. Принцип круговой планировки характерен не только для катакомб Восточного Приазовья, но и для погребений (ям и катакомб) Северного Приазовья и Причерноморья. Северная направленность, впоследствии, становится традиционной для погребений эпохи средней бронзы центральных районов Донского Левобережья, особенно Сало-Манычского междуречья (рис. 5, 2, 7).

           В центральных районах Нижнего  Подонья (особенно на левом  берегу), начиная со второго периода  (см. рис.7), преобладают погребения  в катакомбах с северной ориентировкой  костяков и правобочностью (т.е.  с западной направленностью) (рис.7). Это соединение, характерное для Доно-Донецкого региона, правобочной позы с традиционной для Волго-Манычских степей направленностью на запад связано, очевидно, с бытованием здесь ямных погребений 1 периода с восточной ориентировкой. Кроме того, это ретроспективно обусловлено тем, что культура развитых нижнеманычских катакомб с таким синкретическим ритуалом (правый бок, направленность на запад), при всей своей донской локализации, тяготеет к памятникам эпохи средней бронзы Ставрополья и Калмыкии (где западная направленность является органичной и сочетается с левобочностью).

          Наконец, следует остановиться на такой локальной особенности Волго-Манычской области (особенно ее Доно-Волжского региона), как сочетании здесь левобочности и восточной направленности умерших (рис.7). В позднеямное-раннекатакомбное время (I, II, отчасти III период) здесь известны погребения умерших головой на запад (т.е. направленных на восток) и разворотом на левый бок. С ними, очевидно, связано появление (в русле общего для Предкавказья распространения меридиональных ориентировок) левобочных погребений с северной ориентировкой. Этот ритуал сохраняется на финальных этапах средней бронзы (IV, V периоды) и характеризуется также общим усилением скорченности костяков. Не исключено, что сохранение традиции этого обряда за пределами изучаемой территории (например, в лесостепном Подонье) способствовало формированию погребального обряда КМК, а характерные для конца средней бронзы Доно-Волжского региона левобочные погребения с северной и восточной ориентировкой, возможно, оказали воздействие на ритуал раннесрубной культуры этой территории.

        Христианский погребальный ритуал, отражая солярный характер ближневосточных традиций этой религии, тоже предполагает направленность умерших, ориентированных головой на запад, к востоку (к восходящему солнцу). Это подтверждается также и тем, что крест на могиле (т.е. символ божества) располагается в ногах покойника, перед умершим. Кроме того, известен ряд косвенных свидетельств ритуала о том, что путь умершего в загробный мир всегда осознавался как движение в направлении «перед костяком». Например, тело умершего к месту погребения несут «вперед ногами». Наконец, курганный обряд некоторых археологических культур (от энеолита до средневековья), предполагавший устройство вокруг погребения ритуального ровика, предусматривал соответствие направленности умершего и перемычки рва. Правда, известны и иные символические знаки прохода через ровик (т.е. сакрального направления), например, концентрация в этом месте рва жертвенных приношений.

           Все эти факты, а также отмеченные  выше локальные традиции направленности  умерших в ритуале позднеямного-катакомбного  времени Предкавказья, позволяют  установить еще одну значимую  для изучения погребального обряда закономерность. При различном пространственном расположении покойника в яме и катакомбе (соответственно широтном и меридиональном), выражающем одну и ту же семантическую направленность умершего, в подбоях сохраняется ямное (широтное) расположение костяка. При этом формальная ориентировка «по черепу» и реальная направленность погребенного в подбоях того или иного региона Предкавказья соответствует местному ямному ритуалу.