Политическая социология. 7

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ

Глава первая. ПОЛИТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ КАК НАУКА

1. Предмет политической  социологии 

Социология —  одна из интенсивно развивающихся в  настоящее время наук. Расширяется  предметная область проводимых ею исследований, становятся более разнообразными средства и методы исследовательской деятельности; шире используются результаты исследований в социальной практике. 

Многочисленные дискуссии  о предмете социологии, проведенные  в разное время, дали богатый материал, позволяющий сегодня прийти к  некоторым более или менее  определенным выводам. 

Есть достаточно оснований утверждать, что социология изучает как общество в целом, так и закономерности и тенденции  возникновения, становления и развития социальных общностей, механизмы их взаимосвязей и взаимодействия в  разных сферах социальной практики. В  поле зрения социологии находятся различные  формы и способы бытия социальных общностей, их количественно-качественные характеристики, структура. Изучая массовые социальные процессы, совокупную жизнедеятельность  определенным образом организованных индивидов, социология определяет содержание и вектор происходящих в обществе социальных изменений, прогнозирует их последствия. 

В качестве самостоятельной  отрасли научного знания социология реализует такие функции, как  теоретико-познавательную, практически-преобразовательную, прогностическую. Ее основные прикладные функции состоят в объективном  анализе социальной действительности, диагностике социальных ситуаций, предоставлении обществу достоверной информации о  реальном состоянии социальных субъектов, их социальном статусе, связях, степени  удовлетворения и согласования их специфических  интересов, их ценностных ориентациях, идеалах, мотивах деятельности и  ожиданий1. 

Прикладная направленность социологической науки выражается также и в том, что социологические  исследования обращены, как правило, к конкретным социальным проблемам, которые подлежат решению средствами социального планирования, проектирования и управления. 
 

Ценность всякого  социологического исследования, начиная  от локальных опросов и кончая крупномасштабными исследованиями, определяется не только тем, насколько  адекватно отображены в нем закономерности и тенденции изучаемых процессов, но и тем, в какой степени оно завершается практическими рекомендациями для принятия управленческих решений, позволяет предвидеть их социальные последствия, ориентирует на проведение социальных экспериментов. 

Развитие социологического знания в последние годы идет по пути прогрессирующей дифференциации и специализации. Расширение масштабов  и проблематики социологических  исследований, получение значительной по объему социальной информации привело  к возникновению и развитию новых  разделов, новых ответвлений социологической  науки, специализирующихся на исследовании определенных типов социальных процессов, явлений и проблем. 

Эти отраслевые (специальные) социологические теории именуются  еще нередко частными. Характеризуя последние, М. Н. Руткевич отмечает, что  их предметом могут быть: 1) разные типы социальных общностей, каждая из которых дает “срез” системы общественных отношений. Таковы поселенческие общности, социально-демократические группы, трудовые коллективы, малые группы, семья и т. д. вплоть до личности, в которой концентрируются все  общественные отношения; 2) определенная сформировавшаяся область общественной жизни, имеющая свои институты, организации. Таковы политика, право, религия, наука  и т. д.; 3) определенные виды человеческой деятельности. Таковы труд, досуг, спорт  и т. д. К теории этого типа мы также  отнесли бы социологические теории, посвященные изучению деятельности в сфере социальной патологии (преступность, пьянство, алкоголизм, наркомания и  т. д.). 

Очевидно, что число  таких отраслевых теорий имеет устойчивую тенденцию к возрастанию, что  делает актуальной проблему их классификации  и взаимосвязи с “пограничными” областями знания. Например, социология права, социология морали, социология медицины и т. д., формирование которых  свидетельствует о проявлениях  другой тенденции в развитии социологического знания — интеграции науки и практики2. 

Убедительным подтверждением этого, является становление, например, экономической социологии, изучающей  социальный аспект функционирования экономики, рассматривающей последнюю как  социальный прогресс, суть которого —  “изменения в характере функционирования экономики под влиянием межгрупповых отношений”3. 

То, что экономика (экономические отношения) изучаются  собственно экономической наукой, ни в коей мере не исключает необходимости  ее изучения средствами других общественных наук, социологией в том числе. 

Именно социология позволяет учесть собственно “человеческую  составляющую” в экономической  деятельности субъектов производства, влияние на последнюю социального  положения, социальных связей и социального  самочувствия людей. 

По аналогии с  экономической могут рассматриваться  и проблемы становления политической социологии. С учетом тех процессов, которые происходят в общественной практике и общественном сознании, связаны, в первую очередь, с демократизацией  общественной жизни, “вторжение” социологии в политическую сферу (сферу политических отношений) представляется делом чрезвычайно  актуальным. 

Конечно, формирование политической социологии идет не “с нуля”. Есть опыт социологических исследований в этом направлении в различных  странах, есть значительные публикации, соответствующая научная специализация. 

Именно с учетом этого опыта следует рассматривать  проблемы институционализации политической социологии в нашей стране, определение  ее места в системе общественных наук. 

Как специализированная отрасль науки политическая социология утвердилась на Западе в 30 — 50-е годы XX в. Однако элементы социологического подхода к явлениям и процессам  политической жизни выявляются уже  в научной мысли Древнего Востока, античной Греции и Рима, особенно в  трудах Платона и Аристотеля, затем  у мыслителей позднейших эпох —  Н. Макиавелли, Ж. Бодена, Т. Гоббса, Ш. Л. Монтескьё, А. Токвиля и др. По мнению многих западных ученых (Р. Бендикс, С. Липсет и др.), основателями политической социологии как науки были К. Маркс  и М. Вебер. В ее формировании значительную роль сыграли В. Парето, Г. Моска, П. Сорокин, Р. Михельс, Т. Парсонс, Г. Лассуэлл, С. Липсет, М. Дюверже, а в марксистском направлении  научной мысли — Г. Плеханов, В. Ленин, А. Грамши, К. Каутский и др. 

Современная политическая социология использует в исследованиях  различные методологические подходы, собственный понятийный аппарат. Границы  исследований, проводимых политической социологией как специализированным направлением науки, не всегда четко  обозначены. Социологи, подчеркивая, что  политическая социология в той или  иной мере связана с функционированием  политических институтов, концентрируют  внимание на восприятии населением власти и различных форм ее существования  и развития. Политическая социология объясняет эти явления с позиций  политического сознания и политического  поведения как всего населения, так и различных социально-классовых  групп. Современная политическая социология стремится преодолеть ранее существовавшее противопоставление государства и  общества: государство рассматривается  как один из политических институтов, а политические институты как  разновидность социальных институтов, взаимоотношения внутри их и с  другими институтами всегда в  той или иной мере имеют политическое звучание. 

В XX в. развитие политической социологии характеризуется использованием различных подходов к изучению политических процессов: институциональный (Дж. Брайс, А. Бентли), бихевиористский (Ч. Мерриам, Д. Вальдо, К. Боулдинг), постбихевиористский (Р. Ч. Миллс, С. Додд), моделирования (Д. Истон, К. Дойч, Г. Алмонд), ценностный (Г. Лассуэлл, Л. Хоффман, Ф. Бро). Характерной  особенностью политической социологии является ее национальная специфика. Если в США исследования носят ярко выраженный эмпирический характер и  касаются различных аспектов политической власти и конфликтов, то в ФРГ  они были тесно связаны с государствоведением  и политической философией, а в  Великобритании — с политической историей и политической экономией. В послевоенный период, особенно в 60-х  годах и позже, в ряде стран  Запада в университетах стали  создаваться кафедры и вводиться  учебные программы по социологии политики, политической социологии и  др. 

Политическая социология в России XIX —начала XX вв.— это, несомненно, часть мировой науки, тем более  что обмен идеями отечественных  и западных ученых осуществлялся  тогда беспрепятственно и интенсивно. В то же время она имеет ряд  отличительных черт, связанных с  историческими особенностями общего положения гуманитарной мысли России. 

Развиваясь под  сильным влиянием господствующих западных учений, русская политическая социология не только находилась на уровне мировой  науки в целом, но и зачастую опережала  ее, что было связано в первую очередь с остротой социальных противоречий российского общества. 

Определяя этапы  развития русской политической социологии, А. Н. Медушевский в статье “Политическая  социология в России” отмечает, что цельная философская и  историко-правовая концепция русского исторического процесса была дана под  влиянием дискуссии славянофилов и  западников уже государственной (юридической) школой (Б. Н. Чичерин, К. Д. Кавелин, А. Д. Градовский). Ее вклад состоял в  постановке проблемы соотношения общества и государства, создании теоретических  основ русского либерализма и  конституционализма4. 

Общая система политической науки в России представлена в  обобщающих трудах Б. Н. Чичерина, который  рассматривал ее как часть курса  государственной науки, получившей название “Наука об обществе, или социология”. Данная наука включала в себя, по замыслу Чичерина, философское обоснование  изучения общества и государства, собственно социологию как дисциплину, непосредственно  изучающую общество, и, наконец, политику, ставящую своей задачей обоснование  разумной политической деятельности. Содержание социологии Чичерина в соответствии с разработанной системой представляет рассмотрение основных сторон, или  элементов, общества. Им посвящены специальные  разделы его курса: природа и  люди; экономический быт; духовные интересы. Анализ основных сторон общественной жизни он проводил в их взаимосвязи  и историческом развитии. Внимание Чичерина привлекают новые элементы социальной структуры — промышленная буржуазия, фермерство, рабочая аристократия и интеллигенция, положение которых  в обществе связывается с техническим  прогрессом. Считая, что общественные классы имеют происхождение не только экономическое, но и юридическое, политическое и даже религиозное, Чичерин прослеживает “отношение юридических форм к экономическим началам”. 

Решающую роль в  определении места социологии в  кругу других общественных дисциплин  сыграли труды М. М. Ковалевского “Социология”, “Современные социологии”, работы по сравнительной истории  права и политических институтов. В них отразилось стремление к  синтезу воззрений Маркса, Спенсера, Конта, Дюркгейма, Зиммеля и других ведущих европейских социологов. Определяя социологию по Конту как  “науку о порядке и прогрессе  или, точнее, организации и эволюции общества”, Ковалевский подчеркивал  специфику ее предмета в отношении  как философских дисциплин (философия  истории, история цивилизации, социальная психология), так и конкретных общественных наук (этнография, этнология, политическая экономия, археология и др.). Важное значение в развитии социологии Ковалевский  придавал исследованию сходных и  типичных черт в истории различных  стран и народов, а главную  задачу социологии видел в отыскании  законов эволюции общества и его  устройства. В фундаментальных политических трудах “Происхождение современной  демократии”, “От прямого народоправства к представительному и от патриархальной монархии к парламентаризму”, “История монархии и монархических доктрин” Ковалевский разрабатывал теорию факторов общественного развития, концепцию  расширения солидарности как фактора  прогресса, стадий социального и  экономического роста, сравнительно-исторического  изучения права и институтов. 

Большой вклад в  развитие политических исследований в  России был сделан представителями  социологической школы права  С. А. Муромцевым, В. И. Сергеевичем, Н. М. Коркуновым, изучавшими типологически  сходные фазы развития права у  разных народов. 

Определение метода и места социологии в совокупности наук, изучающих общество, дал Н. И. Кареев. В работах “Введение  в изучение социологии”, “Общие основы социологии” он показал классификацию  наук об обществе, в основу которой  положил степень обобщения этими  науками социальных явлений, или  уровень абстракции. Он выделяет три  основные науки — историю (и другие родственные ей идеографические  дисциплины), социологию и философию  истории, каждая из которых различается  предметом, методом и уровнем  обобщения информации. Социологии в  этой классификации отводится среднее  место, поскольку она опирается  на эмпирические наблюдения истории  и обобщает их с помощью сравнительного метода, в то время как философия  дает оценку этих обобщений с позиции  этики и теории прогресса. “Социология, — писал он, — есть общая абстрактная  наука о природе и генезисе общества, об основных его элементах, факторах и силах, об их взаимоотношениях, о характере процессов, в нем  совершающихся, где бы и когда  бы все это ни существовало и ни происходило”. 

Дальнейшее развитие представлений о предмете социологии в России в конце XIX — начале XX вв. связано с поиском его оснований  в сфере социального поведения, взаимоотношения людей, социальной психологии. С точки зрения юриспруденции  эту проблему рассматривал в “Социологии” Г. Ф. Шершеневич. Методологическое обоснование  нового подхода с позиций марбургской  школы неокантианства и эмпириокритицизма  дал Б. А. Кистяковский в книге  “Социальные науки и право. Очерки по методологии социальных наук и общей теории права”. Крупнейший русский юрист Л. И. Петражицкий подошел к этой проблеме, определяя соотношение права и нравственности в качестве мотивов человеческого поведения. Основатель Психоневрологического института Е. В. де Роберти посвятил ей свои основные труды — “Социология” и “Новая постановка основных вопросов социологии”. Главную задачу социологии он усматривал в “открытии законов, управляющих возникновением, образованием и постепенным развитием высшей, надорганической или духовной формы мировой энергии”. Под влиянием идей этих мыслителей происходило становление взглядов таких крупнейших русских, а затем западных мыслителей, как П. Сорокин и Ж. Гурвич. 

Переломный этап в развитии русской социологии знаменует  собой творчество П. Сорокина. Отталкиваясь от идей своих предшественников и  учителей Ковалевского, Петражицкого и де Роберти, Сорокин создал первое собственно социологическое учение, наметил программу как эмпирических исследований по социологии, а так  и ее преподавания в высшей школе. Основной труд Сорокина русского периода  — “Система социологии”, — а  также более популярный “Общедоступный учебник социологии”. Методологические основы социологии Сорокина существенным образом повлияли на понимание предмета этой науки. “Социология, — считал он, — изучает явления взаимодействия людей друг с другом, с одной  стороны, и явления, возникающие  из этого процесса взаимодействия, — с другой”. Исходя из этого  были сформулированы руководящие принципы социологической концепции: следует  преодолеть традиционное противопоставление наук о природе и культуре и  строить социологию, опираясь на методы обеих наук; социология является теоретической  наукой, изучающей реальные социальные отношения. Изучая явления, доступные  наблюдению, а также проверке и  измерению, она должна быть объективной  дисциплиной в смысле как свободы  от оценочных суждений, так и точности и доказательности. Считая традиционные политико-правовые понятия (“нация”, “класс”, “государство”) слишком  широкими для объяснения явлений  конкретной действительности, ученый стремился выработать для анализа  противоречий и взаимодействий элементов  социальной структуры на различных  уровнях соответствующий понятийный аппарат. Чтобы достичь общих  истин, считал он, социология должна перейти  от масс к молекулам. С этих позиций  разрабатывалась теория социальной стратификации, социального конфликта  и мобильности, исследовалась правящая элита. Важным вкладом в развитие социологии стала программа конкретных социологических исследований разнообразных  социальных и профессиональных групп  общества. 

Решающий вклад  в становление политической социологии в России и на Западе внес классический труд М. Я. Острогорского “Демократия  и политические партии”, появление  которого (1898) закладывало основы современной  политической социологии в узком  смысле слова, оказав существенное влияние  на ее развитие в XX в. 

В СССР на протяжении многих лет проблемы политической социологии исследовались и преподавались  преимущественно в рамках исторического  материализма, научного коммунизма (теории социализма) и частично в рамках правовых наук. С 1990—1991 гг. наметился  переход к специализации и  институционализации политической социологии как науки и учебного предмета. В отдельных вузах России и других стран СНГ созданы кафедры политической социологии, где преподается самостоятельный курс этой науки. 

Предмет политической социологии как науки и научной  дисциплины является темой незавершенных  дискуссий. Это связано с тем, что политическая социология сформировалась как результат синтеза социологических  и политических знаний, социологизации политической науки, развиваясь в рамках каждой из этих наук. Поэтому она  определяется иногда как дочерняя дисциплина социологии и политологии. 

Понятие “социология  политики” безошибочно определяет участок, подразделение общего поля социологии так же, как, например, социология религии, отдыха и т. д. Используя  его, мы уточняем, что подход, область  или фокус исследования социологичны. 

Понятие “политическая  социология”, напротив, нечетко. Оно  может употребляться как синоним  социологии политики, но может означать и что-либо другое. Употребление понятия  политической социологии делает фокус  подхода неясным. Многие европейские  исследователи, подобно Морису Дюверже, полагают, что “в самом общем  смысле эти два понятия (политическая социология и политические науки) синонимичны”5. 

Определяя линию, разделяющую  социологию и политическую науку, Смелсер  утверждает: “Фокус научной дисциплины ... может быть охарактеризован перечнем зависимых и независимых переменных, которыми занимается исследователь”6. Социология может быть определена как  дисциплина, которая “предпочитает  в качестве объясняющих переломных социально-структурные условия”7. Соответственно, политическая наука может быть определена как наука, предпочитающая использовать в этих целях политико-структурные  условия. Бендикс и Липсет придерживаются этой же точки зрения, утверждая, что  “политическая наука начинает с  государства и исследует, как  оно воздействует на общество, а  политическая социология начинает с  общества и изучает, как оно влияет на государство”8. 

Можно также утверждать, что независимыми переменными причинами, детерминантами или факторами для  социолога являются в основном социальные структуры; в то время как независимыми переменами-причинами, детерминантами или факторами для политических исследователей являются в основном политические структуры. 

После разделения политической науки и социологии встает вопрос о наведении мостов через пропасть, их разделяющую, — мостов интердисциплинарных. Политическая социология является одним  из таких связующих мостов. Она  — междисциплинарный гибрид, в  котором должны сочетаться социальные и политические объясняющие переменные. 

Следует признать, что  предложенное определение политической социологии в значительной степени  нормативно. Создание политической социологии как подлинно междисциплинарного подхода, как результат сбалансированного  перекрестного соглашения между  социологами и политологами является скорее задачей будущего, чем характеристикой  сегодняшнего ее состояния. В действительности многое из того, что определяется как  “политическая социология”, — это  не что иное, как социология политики, незнакомая с политической наукой. 
 

Политическая социология сегодня представляет собой зачастую “социологическую редукцию” политики. Этот подход так же легитимен, как  и остальные, но мы будем именовать  его “социологией политики”. В своей  часто цитируемой энциклопедической  статье Яновиц утверждает, что наряду со стратификационным подходом всегда существует и “институциональный подход”  к политической социологии, определенный влиянием Вебера, у которого “политические  институты являются... независимыми источниками социетальных изменений”9. 

Политическая социология рождается только тогда, когда социологический  и “политологический” подходы сочетаются и пересекаются. Если “социология  политики” имеет дело с неполитическими  причинами того, почему люди в политической жизни поступают именно так10, то политические социологи должны для  выяснения этого включать и политические причины. Подлинная политическая социология в связи с этим является междисциплинарным  прорывом, занимающимся поиском широкомасштабных моделей, включающих в качестве переменных данные каждого составляющего компонента. 

Если, например, речь идет о партиях, подлинная политическая социология предполагает объяснение того, как партии обусловлены обществом  и как общество определяется наличной партийной системой. Сказать, что  партийная система является следствием данных социально-экономических условий, означает представить лишь часть  картины. Полная картина требует  объяснения, в какой мере партии являются зависимой переменной, отражающей социальную стратификацию и разделение общества на классы и, наоборот, степень, до которой это разделение определяет действия элиты и отражает структуры  партийной системы. 

Мы живем во все  более политизирующемся мире. Это  не просто означает, что политическое участие и/или политическая мобилизация  становятся всемирным феноменом. Это  означает прежде всего, что власть власти возрастает огромными темпами, сравнимыми с темпами роста технологии в  отношении как манипулятивных и  принудительных возможностей государственной  власти, так и ситуации отсутствия таковой. Чем больше роль политики, тем меньше роль “объективных факторов”. Все наши объективные долженствования  все в большей мере подчинены  и обусловлены политической неопределенностью. Тем выше в этих условиях значимость политических наук, способных предсказать  эту неопределенность. 

Как рассматривают  предмет этой науки современные  исследователи, какие точки зрения наиболее часто встречаются в  этой связи, какие тут возможны подходы? 

1. Политическая социология  определяется как социологическое  объяснение проявления власти, как  такая интерпретация общей социологической  теории, которая проблеме власти  отводит центральное место11 (Ежи  Вятр). 

2. Как наука, занимающаяся  общественными основами власти  во всех институционализированных  секторах общества12 (Моррис Яновиц). 

3. Как дисциплина, изучающая взаимоотношения между  обществом и государством, между  социальным строем и политическими  институтами13 (Сеймур Mapтин Липсет). 

4. Как приложение  общей системы отсчета переменных  и объяснительных моделей социологии  к исследованию комплекса различных  видов политической деятельности  и политического сознания (по  аналогии с подходом Дж. Н. Смелзера  к определению экономической  социологии). 

5. Как ветвь социологической  науки, раскрывающая отношение  общества к государству и институтам  распределения и формирования  власти, которое проявляется прежде  всего в направленности политического  сознания и политического поведения.  “Политическая социология, — отмечают  Ж. Т. Тощенко г и В. Э.  Бойков, — призвана ответить на  вопрос: как осознаются индивидом,  социальными группами и слоями, партиями и общественными организациями  существующая политическая реальность, система властных отношений, их  политические права и свободы.  Это дает основание представить,  как гражданское общество взаимодействует  с политическими институтами,  структурами”14. 

6. Как “наука о  взаимодействии между политикой  и обществом, между социальным  строем и политическими институтами  и процессами. Она выясняет влияние  остальной, неполитической части  общества и всей социальной  системы на политику, а также  ее огромное воздействие на  свою окружающую среду”15. 

Как бы ни отличались подходы к предмету политической социологии, ясно, что речь идет об изучении влияния социальных отношений (социальной сферы) на политические (политическую) и политических на социальные, иначе  говоря, о диалектике их взаимодействия и взаимовлияния. Последнее проявляется  в политической деятельности и политическом поведении людей, составляющих те или  иные социальные общности и имеющих  свои специфические интересы, содержание которых предполагает создание и функционирование специальных политических и общественных структур, институтов, организаций. 

Политические социологи  должны сосредоточиваться на рассмотрении того, как общество воздействует на государство, изучая “силовое поведение” во всех его проявлениях и во всей совокупности инструментов, с помощью  которых оно реализуется. Это  практически делает политическую социологию тождественной всей социологии. На практике, однако, политические социологи  пытаются концентрировать внимание на “силовом поведении” в той степени, в какой это позволяет понимать специфику и способ работы политической системы. 

Мы исходим из того, что политическая социология — это отрасль социологии, концентрирующаяся  главным образом на анализе взаимодействия политики и общества. При этом политика определяется в терминах класса действий, а не в понятиях совокупности институтов или организаций. Мы рассматриваем  политику как особую совокупность социальных действий, отраженных или формируемых  в многочисленных и разнообразных  организационных контекстах. 

Как таковая политика связана с проблемами организаций, правил, обязательных между членами  этих организаций, с процессом выработки  правил. Политическая социология рассматривает  эти проблемы с точки зрения процессов, подчеркивающих факт выработки правил. Она необходимо предполагает решение  проблемы социального порядка, поскольку  принимаемые правила в любом  случае должны быть обязательными. 

В политической социологии взаимозависимость между социальным классом и избирательным выбором, между экономическим развитием  и политической стабильностью и  т. п. показывает тип явлений, нуждающихся  в объяснении. Объясняя, необходимо показывать, как эти взаимозависимости  могут быть предсказаны или выведены из совокупности более общих теоретических  предпосылок. Политические социологи  более заинтересованы в построении теорий относительно событий, чем в  самих событиях. Здесь они противоположны историкам, в основном сосредоточивающимся  на частных событиях (Гражданская  война в Америке, французская  революция и т. д.). Это не означает в целом, что они не интересуются прошлым. Напротив, многие блестящие  работы посвящены толкованию прошлой  политической жизни и т. д., дают исторические основания текущей политической ситуации, углубляя их исторической перспективой (см. работы К. Маркса — II том “Капитала”, социологические исследования Макса  Вебера, работы Моска об элите, исследования Липсета, посвященные изучению процесса национального строительства в  США). Обращение к прошлым фактам дает им основания для создания моделей  социальных процессов.