Политические партии. 5

1.  История и современное содержание понятия «партия». Функции политической партии;

Глава 8 ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ

Важнейшими субъектами политических отношений в либеральной де­мократии являются партии и избирательные системы. Именно в них кон­кретно выражаются основополагающие принципы демократии — полити­ческий плюрализм, представительство, выборность должностных лиц. Партии и избирательная система, переводя различные формы плюра­лизма в гражданском обществе в подсистему политического, сферу вла­стных отношений, составляют единый механизм завоевания власти. Они являются главными субъектами политических отношений и в этом качест­ве без них невозможно представить себе современную демократию. Ос­новные партии в их взаимодействии, взаимоотношении, взаимных конфлик­тах и взаимной ротации у власти рассматриваются как единая партийная система, во многом определяющая жизнеспособность и функционирова­ние всей политической системы в целом. Говорить о партиях, значит под­нимать вопросы об их месте и роли в политической системе, их функци­ях, социальном составе электората, их организационной структуре, типах и формах.

Основные вехи формирования партий

Партии не всегда играли ту роль, которую они в настоящее время играют в политической системе индустриально развитых стран. Они прошли длительный путь формирования и эволюции, являются продуктом социально-экономического и обществен­но-исторического развития каждой конкретной страны. Серьез­ный отпечаток на их характер накладывают исторические тра­диции, демографические и этнокультурные процессы, особенности религии и др.

В тех или иных формах разного рода группировки, фракции, клики всегда составляли интегральную часть политической жиз­ни. Существовали олигархические и демократические «партии» в древнегреческих городах-государствах; популяры, выражавшие интересы плебса, и оптиматы, стоявшие на стороне нобилитета в Древнем Риме; гвельфы, защищавшие интересы пополанов или торгово-ремесленного люда городов, и гиббелины, выступав­шие выразителями интересов нобилей или феодалов в средневе­ковой Италии. В качестве подобных сообществ выступали также арминиане и гомаристы в Нидерландах в начале XVII в., про­свитериане и индепенденты в период английской буржуазной ре­волюции середины XVII в. и другие религиозно-политические груп­пировки. Однако это были, по сути дела, небольшие группы сподвижников, объединившихся вокруг отдельных влиятель­ных политических лидеров, государственных деятелей. Разу­меется, у них не могло быть и речи о сколько-нибудь четко струк­турированной организации, аппарате, членстве и других атрибутах партии в ее современном понимании.

Показательно, что вплоть до XIX в. термины «партия», «фракция», «интерес» и т.д. использовались как взаимозаменяе­мые. Осознание же необходимости партий в современном понима­нии как инструментов реализации политического процесса появи­лось лишь в процессе формирования капиталистических институтов и буржуазной политической системы, в процессе вычленения политического как самостоятельной подсистемы человеческого социума. Этот процесс занял много поколений и в разных странах протекал по-разному. Первоначально партии стали важным элементом политической системы ряда стран За­пада, а затем и всех тех стран, которые впоследствии встали на путь либеральной демократии. Первыми из этих стран стали Ве­ликобритания и США. Наиболее показателен с рассматриваемой точки зрения американский опыт. В Декларации независимос­ти и Конституции США, заложивших основы государственной и политической системы молодой буржуазной республики, пар­тии вовсе не упоминаются, а в «Федералисте», в котором обос­новывались основные параметры формировавшейся американской государственности, о них говорится в негативном смысле.

Многие отцы-основатели считали партии в лучшем случае не­обходимым злом. Они видели в партиях источник конфликтов, раздоров и смуты, рассматривали их как инструменты в руках неразборчивых в средствах политиков. Как пишет Н.Каннигем, «одним из парадоксов политического развития Америки бы­ло то, что создание политических партий проходило в атмосфе­ре недоверия к политическим партиям». Сама идея о двух или нескольких соперничающих друг с другом партиях как средст­вах представительства отдельных социальных групп и интересов в рамках определенной общественно-политической системы не принималась участниками политического процесса того време­ни, хотя и нельзя сказать, что отцы-основатели не осознавали фак­та наличия в обществе разнородных социальных группировок и про­тиворечивых интересов, вступающих в постоянные конфликты друг с другом. Так, Б.Франклин предупреждал против опасно­сти фракций и «бесконечных взаимных злоупотреблений партий, разрывающих на куски наилучшие из характеров».

Дж. Вашингтон был избран президентом на непартийной основе и рассматривал себя стоящим над партиями и политикой. В своем «Прощальном послании» он говорил об опасных послед­ствиях «партийного духа» и существования партий как «гото­вого оружия» для подрыва власти народа и узурпации правитель­ственной власти. В целом большинство политических деятелей периода утверждения США как самостоятельного современного государства были убеждены, что партии совершенно не пригод­ны в рамках республиканской формы правления. По мере фор­мирования каждая политическая партия лишь одну себя счита­ла законной и ставила цель ликвидировать противную сторону. Симптоматично, что фактически вплоть до 1844 г. ни одна по­литическая партия, которая потеряла президентский пост, не за­воевала его обратно.

«Антипартийный подход» отцов-основателей и их современ­ников во многом определялся их убеждением в том, что ут­верждение республиканских принципов создает условия для предотвращения конфликтов, подрывающих единство и гармо­нию в новом государстве. Исходя из этого постулата, авторы «Феде­ралиста» концентрировали внимание на обосновании необходи­мости создания прочного и дееспособного государства, способного противостоять как внешней, так и внутренней опасности. Поэто­му большое внимание в нем уделяется проблеме «сдерживания и контролирования насилия фракции». Здесь фракция рассма­тривалась как самая большая опасность для республиканской фор­мы правления.

Дж.Мэдисон особо подчеркивал экономическую борьбу меж­ду богатыми и бедными, превратившую античные демократии в «зре­лище бурных страстей и склок». По его словам, главная задача республиканской формы правления состоит в том, чтобы избе­жать «внутренних конвульсий», которые возникают, когда бо­гатые и бедные, большинство и меньшинство вступают в непри­миримый конфликт друг с другом.

Позиции отцов-основателей и их современников характери­зовались очевидным противоречием: с одной стороны, они при­нимали политические различия и идею политической свободы, а с другой стороны, отвергали политические партии. В Великобритании начало межпартийной борьбы в современных ее фор­мах восходит к периоду так называемой славной революции 1688 г. В центре этой борьбы стоял вопрос о расширении прерога­тив парламента за счет сокращения прерогатив королевской власти. Постепенно противоборствующие политические силы оформились в более или менее спаянные партийные группиров­ки, получившие название вигов и тори (а в XX в. — либералов и консерваторов).

Особенно болезненно и трудно процесс формирования партий шел в континентально-европейских странах. Но тем не менее в XIX в., охватив большинство стран Запада, этот процесс замет­но ускорился. Хотя на всем протяжении столетия дискуссии о пра­вомерности и значимости партий не прекращались, к концу столетия партии стали важнейшими составляющими современ­ных политических систем. К примеру, если в 1861 г. в Велико­британии в парламентских выборах партии вообще не участво­вали, то в 1951 г. в высшие властные структуры не был избран ни один не зависимый от партии претендент.

Наблюдается определенная хронологическая последователь­ность в возникновении партий в зависимости от идейной ориен­тации. Либерализм и либеральные партии возникли в борьбе про­тив феодальных режимов. В Европе в середине XIX в. либералы первыми создали свои организации с собственной идеологией и фрак­циями в парламенте. Такими организациями стали Прогрессив­ная партия в Германии, Бельгийская либеральная партия и др. По их примеру подобные организации создали и консерваторы, например «Клуб консерваторов» в Англии. И те и другие доволь­но долго считали себя не партиями, а объединениями единомы­шленников. Дальнейшее расширение избирательного права под­толкнуло их организационно укрепить свои партии.

Французская революция, которая стала переломным этапом в переходе от феодализма к капитализму, дала сильнейший тол­чок образованию на европейском континенте разнородных кон­сервативных группировок, именовавших себя «аристократами», «роялистами», «придворными партиями», а во второй полови­не XIX—начале XX в. сформировавшихся в консервативные партии. Они, по сути дела, возникли в качестве реакции и про­тивовеса либеральным партиям.

Рабочие партии возникли в борьбе с капиталистической си­стемой, аграрные партии — как реакция против индустриаль­ного развития, христианские партии — в борьбе против секулярных, антиклерикальных движений, коммунистические — про­тив капитализма и социал-демократии, а фашистские — против демократии во всех ее формах и коммунизма и т.д. Следует раз­личать партии, возникшие в качестве парламентских в рамках самого парламента, и внепарламентские партии. Первые возник­ли сравнительно рано и рассматривались как часть парламент­ского механизма. Затем формировавшиеся в обществе группы ста­ли принимать эти партии в качестве выразителей своих интересов. Сами партии предпринимали усилия по привлечению в свои ряды членов, а также искали массовую поддержку среди этих групп. Такой именно путь проделала, например, консервативная пар­тия Великобритании, которая сформировалась в структурах пар­ламента. Наоборот, лейбористская партия Великобритании пер­воначально сложилась как внепарламентская организация в недрах английского рабочего движения и лишь позже стала пар­ламентской партией.

В континентально-европейских странах, где традиция консти­туционной оппозиции привилась позже, большинство партий воз­никли вне парламента — первоначально из разного рода клубов, студенческих организаций, профсоюзов, крестьянских коопера­тивов и др.

Некоторыми специфическими особенностями отличался про­цесс формирования политических партий в России. В первую оче­редь следует назвать сохранение большого веса и влияния сословно-феодальных институтов, господство самодержавия, запоздалое развитие капитализма, отставание процессов становления граж­данского общества и институтов парламентаризма и правового государства и многое другое.

В конце XIX—начале XX в. современники отмечали «неутвержденность общественного состава», имея в виду недифференцированность и неопределенность интересов различных групп на­селения. Не случайно В.О.Ключевский как-то заявил, что не сочувствует «партийно-политическому делению общества при организации народного представительства». Такой подход во многом объяснялся неразвитостью инфраструктуры граждан­ского общества, что действительно могло способствовать искаже­нию реального представительства общественных интересов пар­тиями в политической сфере. Тем не менее в конце XIX—начале XX в. партии стали фактором политической жизни России — осо­бенно сильный толчок к их формированию и консолидации да­ла буржуазная революция 1905 г. Либеральные организации и партии формировались на основе сил, группировавшихся вокруг Воль­ного экономического общества. Юридического общества при Московском университете. Союза взаимопомощи русских писа­телей, комитетов грамотности в Москве, земских организаций. К концу 1905 г. оформились такие партии, как «Союз 17 октя­бря» (октябристы), конституционно-демократическая (кадеты), мирного обновления, торгово-промышленная, правового поряд­ка и др.

Сразу после манифеста 17 октября 1905 г. оппозиционные ор­ганизации и партии заняли заметное место на политической аре­не, что, в частности, проявилось в их активности на первых сво­бодных выборах в I Государственную Думу. Показательно, что в 1906 г. П.А.Столыпин предложил лидерам кадетов и октябристов войти в правительство, на что последние ответили отказом. В тот же пе­риод на авансцену вышла и та политическая партия, которая, со­вершив в 1917 г. государственный переворот и разогнав в начале 1918 г. учредительное собрание, стала могильщицей всех осталь­ных партий и организаций, самого нарождавшегося парламента­ризма и демократических институтов. Речь, разумеется, идет о Российской социал-демократической рабочей партии.

Роль и функции партий в политической системе

Что же такое политическая партия и каковы ее роль и функ­ции? Существует множество определений политической партии. Одно из первых таких определений дал известный английский политический деятель и философ XVIII в. Э.Берк. «Партия,— писал он,— представляет собой организацию людей, объеди­ненных с целью продвижения совместными усилиями националь­ного интереса и руководствующихся некоторым специфическим принципом, относительно которого все они пришли к согласию».

Современное понимание партий с соответствующими типоло­гическими признаками начало формироваться в XIX—начале XX в. Интерес представляет позиция немецкого исследователя В.Хасбаха, который рассматривал партию как «союз людей с одинако­выми политическими взглядами и целями, стремящихся к за­воеванию политической власти с целью использования ее для реализации собственных интересов». Наиболее приемлемое оп­ределение дал М.Вебер, который считал партии «общественны­ми организациями, опирающимися на добровольный прием чле­нов, ставящих себе целью завоевание власти для своего руководства и обеспечение активным членам соответствую­щих условий (духовных и материальных) для получения опре­деленных материальных выгод или личных привилегий, либо для того и другого одновременно». Очевидно, что во всех этих слу­чаях партия рассматривается как группа людей, объединив­шихся для участия в политической жизни и преследующих цель завоевания политической власти.

В этом качестве в большинстве случаев партии выражают ин­тересы определенных социальных сил и призваны представлять эти силы в структурах власти. В данном контексте, как уже от­мечалось, партии играют ключевую роль несущей конструкции как гражданского общества, так и политической системы. В боль­шинстве стран статус и деятельность партий регулируются специальными законами или конституционными нормами. К ним относится, например, закон о партиях, принятый в ФРГ в 1967 г. Он призван регулировать конституционно-правовой статус пар­тий, их цели и задачи, принципы внутренней организации, ме­ханизмы и процедуры участия в выборах и т.д. В Великобрита­нии, Швейцарии, Австралии, Канаде и других странах нет специальных законов о партиях, на них распространяются об­щие положения конституции или законов о союзах, в соответствии с которыми любая группа граждан вправе создавать свои партии, если их цели и задачи не противоречат конституцион­ным основам государства. Часто эти законы представляют собой довольно объемистые кодексы, детально предписывающие функ­ции партий на общенациональном и местном уровнях. Эти пред­писания, в частности, включают: процедуры и правила избрания делегатов на партийные съезды или конференции; сроки и поря­док их проведения, процедуры избрания должностных лиц пар­тийной организации; порядок внесения кандидатов партии в избирательные бюллетени и избрания делегатов на общенаци­ональный съезд; правила расходования денег партийными кан­дидатами на политические кампании; порядок и сроки проведе­ния избирательных кампаний и выборов и др.

В структурном отношении в партии можно выделить три уровня. Самый неопределенный и размытый уровень — это тот блок избирателей, которые идентифицируют себя с данной пар­тией и систематически голосуют за нее на выборах. Они состав­ляют массовую базу, которая обеспечивает кандидатов партии под­держкой у избирательных урн. Принадлежность к такой группе весьма трудно определить, поскольку она больше основывается на декларируемой приверженности, нежели на официальной вовлеченности в партийную организацию.

Второй уровень — это сама официальная партийная органи­зация. Естественно, организационная структура партии берет на­чало там, где находятся избиратели. Поэтому, как правило, она начинается на уровне самой низшей первичной ячейки избира­тельного округа. В США, например, демократическая партия име­ет 2,5 тыс., а республиканская — 2 тыс. окружных организаций. Главная их задача состоит в мобилизации на местном уровне избира­телей в поддержку кандидатов своей партии. Их совокупность составляет организации на районном, областном, земельном, штатном и т.д. (в зависимости от страны) уровне, а совокупность партийных организаций этих последних — общенациональную партию. Почти все современные политические партии имеют пар­тийный аппарат, представляющий собой особую группу людей, профессионально занимающихся организационными вопросами политической деятельности партии. Так, в США как демокра­тическая, так и республиканская партии возглавляются нацио­нальными комитетами, сформировавшимися еще в середине XIX в. Они занимаются административными вопросами, органи­зуют предвыборные кампании кандидатов партий, устанавлива­ют сроки, место и порядок проведения партийных съездов, обес­печивают соблюдение правил избрания делегатов на съезды.

Третий уровень — это партия в системе правления, состоя­щая из должностных лиц в государственном аппарате, которые получили свои посты в силу принадлежности к соответствующей партии. К ним относятся: президенты, губернаторы, члены пар­ламента, законодательных собраний областей, штатов, земель, местных органов и др. Естественно, такая иерархия во многом носит условный характер и в разных странах имеет свою наци­ональную специфику.

Например, в консервативной партии Великобритании парла­ментская фракция в организационном отношении составляет самостоятельный структурный элемент — парламентскую кон­сервативную партию. Лидер парламентской фракции является одновременно лидером партии в общенациональном масштабе, а также связующим звеном между всеми структурными подраз­делениями партии. В его руках сосредоточены значительные властные полномочия во внутрипартийных делах. По сути дела, центральные органы партии — Исполнительный совет, Испол­нительный комитет и Центральное бюро — представляют собой совещательные органы при лидере. Главная задача политичес­ких партий состоит в том, чтобы превратить множество частных интересов отдельных граждан, социальных слоев, заинтересован­ных групп в совокупный политический интерес путем сведения этих интересов к единому знаменателю.

В современных либерально-демократических системах пар­тии, как правило, выступают в качестве носителей конкуриру­ющих друг с другом политических курсов, не ставя под сомне­ние законность существующего конституционного строя, основополагающих прав и свобод граждан, утвердившиеся и об­щепринятые в данной стране правила политической игры и т.д. Соблюдение и реализация этих принципов создавали предпосыл­ки для признания каждой из противоборствующих сторон «за­конности» существования противной стороны. Поэтому естест­венно, что в сознании широких слоев населения утвердилось отношение к партиям как важнейшим структурным и функци­ональным элементам политической организации общества.

Это относится как к правящим партиям, так и к большин­ству партий, остающихся в оппозиции. Партии же, принципи­ально не приемлющие существующую систему, либо постепен­но отодвигаются на периферию политической жизни, либо вовсе исчезают с политической арены. Живучесть и успех многих ле­вых партий в индустриально развитых странах, которые перво­начально не принимали существующую систему, не в последнюю очередь определяются тем, что они в конечном итоге в той или иной форме интегрировались в эту систему. Итальянский поли­толог Х.Портелли выделяет три фазы процесса интеграции: сплочение сил и обращение к конкретным проблемам; призна­ние существующих институтов; трансформация самих партий. Становясь частью системы, партия вынуждена сдерживать свою радикальность и усваивать реальности борьбы за голоса избира­телей и за политическую власть, выдвигать более умеренные плат­формы.

В идеале цель партии состоит в реализации представитель­ства в политической системе тех слоев населения, интересы ко­торых она выражает. Осуществляя представительство различных социальных групп, слоев, сословий, интересов, партии соединя­ют общество и государство в неразрывное единое целое. Важное значение имеет то, что в современном сложном и высокоразви­том индустриальном обществе люди со своими особыми интере­сами, устремлениями, ориентациями, установками могут участ­вовать в политической жизни в качестве членов различных союзов, объединений, партий.

Необходимо отметить и то, что в такой большой организаци­онной системе, как государство, которое призвано реализовывать общее благо, слагаемое в свою очередь из множества разнород­ных, часто конфликтующих и противоборствующих интересов и име­ющее принудительную юрисдикцию, контроль со стороны наро­да или общества практически невозможен без этих союзов, объединений, партий. Партии не только выражают интересы тех или иных социальных групп, но и активно участвуют в форми­ровании этих интересов. Они выполняют функции объедине­ния интересов различных социальных групп и слоев путем све­дения их к единому знаменателю. Они помогают кристаллизовать и четко очерчивать конфликтующие интересы, скрытые разли­чия и противоречия в обществе. Они подталкивают граждан группироваться, пересекая линии, разграничивающие их по многим параметрам, и определять те приоритеты, которые делают их политическими единомышленниками и союзниками. Партии разрабатывают аргументы для перевода различий в экономиче­ской, социальной и культурной структуре в требования и кон­кретные действия. В то же время они выполняют не только представительные, но и инструментальные функции.

Партии исторически выдвинулись как институт, способный координировать и контролировать процесс принятия решений на уровне государства. Они подталкивают представителей противо­стоящих интересов и взглядов заключать соглашения, приводить в соответствие различные требования, согласовывать действия и т.д. Партии, соединяя гражданское общество с государством, способ­ствуют преодолению или смягчению конфликтов, имманентно при­сущих отношениям между ними. Именно благодаря партиям обес­печивается функционирование законодательных собраний и исполнительной власти. Можно утверждать, что именно силь­ные партии не ослабляют, а наоборот укрепляют государство, обес­печивая каналы обратной связи последнего с обществом, его контроль над политическим процессом. Соответственно слабость партий неизбежно оборачивается слабостью государства.

В целом партии призваны преобразовывать разнообразные ин­тересы в альтернативные политические курсы и реализовывать их на государственном уровне. Как отмечает Ж.Бурдо, от дру­гих массовых организаций партию отличает то, что она охваты­вает «организационными щупальцами» по вертикали и горизон­тали как можно больше секторов общества, разворачивает там информационную и организационно-пропагандистскую деятель­ность, выполняет воспитательные функции, превращающие ее в основной «инкубатор» политического персонала.

Пронизывая все политические институты, партии обеспечи­вают взимосвязь между различными уровнями и различными вет­вями государственной власти, вырабатывают компромиссные политические решения, выполняют посреднические функции между различными социальными группами, составляющими их избирательную базу. В то же время партии проводят мобилиза­цию общественного мнения в поддержку выдвигаемых ими про­блем, идейно и организационно обеспечивают избирательные кампании и выдвигают кандидатов на выборные должности на всех уровнях власти. Раз сложившись, они развивают собствен­ные внутренние структуры и формируют долговременные при­верженности своих сторонников. При этом, выступая одновре­менно и как агенты конфликта между различными интересами, и как инструмент достижения согласия между ними, партии при­обретают функции своего рода интегрирующих нервов и крове­носных сосудов между обществом и миром политического, объ­единяя их в единое неразрывное целое.

С этой точки зрения в либерально-демократической системе, с одной стороны, и авторитарной и тоталитарной системах — с дру­гой, партии выполняют свои функции по-разному. Если при тоталитаризме одна единственная партия почти полностью слита с государственными структурами, то господствующие в либераль­но-демократической системе конкурентные партии действуют на двух уровнях. Во-первых, каждая партия создает сеть каналов, пронизывающих все или большинство региональных общностей и местных общин и тем самым усиливающих в них общенаци­ональное начало. Во-вторых, сама направленность партии на конкуренцию с другими партиями способствует тому, что обще­национальная политическая система ставится над всеми конкрет­ными группировками должностных лиц независимо от их ран­га и положения. Тем самым проводится четкое различие между самой политической системой и конкретными должностными ли­цами. В однопартийной системе нет различий между этими дву­мя началами. Граждане склонны отождествлять политическую систему с политикой конкретных руководителей, а последние, как правило, пользуются утвердившейся национальной лояль­ностью, чтобы обеспечить себе как можно более широкую под­держку. В таких обществах любые нападки на тех или иных по­литических руководителей или господствующую партию могут рассматриваться как нападки на саму политическую систему. Спо­ры относительно какого-либо конкретного политического курса того или иного руководителя могут поднять фундаментальные во­просы о выживании системы. В конкурентной партийной систе­ме оппоненты правящей в данный момент партии могут обвинить последнюю в ослаблении государства или предательстве тради­ций нации, но существование самой политической системы не под­вергается опасности. Конкурентная партийная система защища­ет страну от недовольства ее граждан: жалобы и нападки отвлекаются от системы в целом и направляются на лиц, нахо­дящихся в данный момент у власти.

Учреждение постоянных каналов для выражения конфликту­ющих интересов способствовало стабилизации структуры нацио­нальных государств. Уравнивание статусов различных деномина­ции содействовало смягчению прежних конфликтов по религиозным вопросам. Расширение права голоса и свободы по­литического самовыражения также помогло утверждению легитимности национального государства. С идеей партии как закон­ной оппозиции тесно связана идея выборности, призванной обеспечить народный суверенитет и представительство всех заин­тересованных группировок и слоев населения в системе власти через партии. Роль выразителя народного суверенитета отводится лишь избирательному корпусу. Характерно не только и не столько воз­можно более полное участие масс в принятии политических ре­шений, сколько открытая конкуренция с целью завоевания тех или иных правительственных постов и контроль над деятельностью тех, кто находится у власти. С самого начала одна из главных функ­ций политических партий и избирательной системы состояла в формализации и институционализации политического участия граждан, замене спонтанных, стихийных, неорганизованных и за­частую «незаконных» (бунт, восстание и т.д.) форм политических действий «узаконенными», институционализированными форма­ми участия через партии и избирательную систему. Ввод принци­па смены политической власти в процессе конкуренции между дву­мя или несколькими партиями как бы отделял конкретных людей, сменявшихся у власти, от самой избирательной системы и партии.

В большинстве стран партийные организации в значительной степени или полностью контролируют механизм выдвижения сво­их кандидатов на выборах и сам процесс проведения выборов. На­пример, в Италии выдвигать кандидатов в Палату депутатов впра­ве только политические партии или организованные политические группы. При этом показательно, что список кандидатов, выдви­гаемых той или иной партией, не имевшей представительство в пред­шествующей легислатуре, должны подписать не менее 350 из­бирателей соответственно округа. Подобного рода требования — часто значительно более жесткие — предъявляются во многих странах. Поэтому любое лицо, стремящееся сделать политичес­кую карьеру, должно принять существующую партийную систе­му и найти общий язык с руководством партий, партийными функ­ционерами на соответствующих уровнях.