Политика индустриализации. 2

ПОЛИТИКА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ

Во второй половине 20-х  годов важнейшей задачей экономического развития стало превращение страны из аграрной в индустриальную, обеспечения  ее экономической независимости  и укрепление обороноспособности. Неотложной потребностью была модернизация экономики, главным условием которой являлось техническое совершенствование всего народного хозяйства.

В декабре 1925 г. на ХIV съезде Коммунистической партии был рассмотрен вопрос индустриализации страны. На съезде шла речь о необходимости превращения СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, в страну, производящую их. Для этого необходимо было максимально развивать производства средств производства, обеспечения экономической независимости страны, а также создать социалистическую промышленность не основе повышения ее технического оснащения.

Главное внимание в первые годы уделялось реконструкции старых промышленных предприятий. Одновременно строились новые заводы (Саратовский  и Ростовский заводы сельхоз. машиностроения), началось сооружение Туркестано-Сибирской  железной дороги и Днепропетровской гидроэлектростанции. Развитие и расширение промышленного производства почти  на 40% велось за счет ресурсов самих предприятий.

Осуществление политики индустриализации потребовало изменений в системе  управления промышленностью. Наметился  переход к отраслевой системе  управления, укреплялась централизация  сырья, рабочей силы и производимой продукции.

Сложившиеся в 20-30 годах формы  и методы управления промышленностью  стали частью механизма хозяйствования, сохранявшегося в течение длительного  времени. Для него была характерна чрезмерная централизация, директивное командование и подавление инициативы с мест. Не были четко разграничены функции  хозяйственных и партийных органов, которые вмешивались во все стороны  деятельности промышленных предприятий.

Жесткий политический режим 30-годов, один из элементов которого - периодические чистки управленческих кадров, был генетически связан с  выбранной моделью индустриализации, при которой постоянное оперативное  руководство ходом производства осуществлялось из Москвы. Отсюда - неизбежное развитие “подсистемы страха” на местах. В конце 20-х годов в  жизни советского общества произошел  перелом. Сталин продолжал свою линию - борьба за личную власть. Он считал: “Чтобы стать передовой державой требуется, прежде всего, неукротимое желание  идти вперед и готовность пойти на жертвы.”

Ни Сталин, ни Бухарин, ни их сторонники еще не имели сложившегося плана экономического преобразования страны, ясных представлений о  темпах и методах индустриализации. Сталин, например, резко возражал против разработки проекта Днепростроя, а также он высказался против прокладки нефтепровода в Закавказье и сооружения новых заводов и фабрик в Ленинграде и Ростове, где имелись квалифицированные кадры.

А.И. Рыков, выступая с докладом на Пленуме ЦК ВКП(б), высказался в пользу форсированного развития сельского хозяйства, считая, что такой путь требует наименьших затрат, сулит расширение хлебного экспорта и возможностей закупки за рубежом оборудования и сырья для подъема промышленности.

Троцкий предложил увеличить  объем капитальных работ в  ближайшее пятилетие до таких  размеров, которые позволили бы уменьшить  диспропорцию между сельским хозяйством и промышленностью до минимума , почти до уровня старой России. Его на Пленуме, практически, никто не поддержал. При самых существенных различиях во взглядах все они искали пути индустриализации.

НЕОБХОДИМОСТЬ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ

ОСНОВНЫЕ ЦЕЛИ И СРЕДСТВА

Отказ от НЭП означал смену целей, переориентацию политики. Еще в 1926 г. Сталин заявил, что “индустриализация является основным путем социалистического строительства”. Сталин не хотел управлять лапотной Россией. Великому вождю нужна была великая держава. Он стремился создать прежде всего великую военную державу.

Большинство советских историков  считает, что поскольку решение  всего комплекса задач - преобразование промышленности, сельского хозяйства, рост благосостояния народа - требовало  огромных средств, которых не было, пришлось сделать выбор и сосредоточить  все средства и усилия для прорыва  на узком фронте. Главным признавалась “битва за металл”, подъем машиностроения. Ноябрьский Пленум ЦК (1928 г.) подчеркнул: “Тяжелая индустрия и производство средств производства являются основным ключом социалистического преобразования всего народного хозяйства, в том числе и сельского”.

Сталин провозгласил:” Мы отстаем от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в 10 лет, либо нас сомнут”.

Основные цели:

а) ликвидация технико-экономической отсталости;

б) достижение экономической независимости;

в) создание мощной оборонной промышленности;

г) первоочередное развитие базисных отраслей промышленности.

В 1928 г. вся страна за день выпускала 2 грузовика, 3 трактора. За рубежом  закупали около четверти текстильного оборудования, более половины паровых  турбин, почти 70% металлорежущих станков  и тракторов. Если принять уровень  промышленного производства в 1913 году за 100%, то в 1928 году он составлял в СССР- 120%.

В развитии индустриализации акцент делался не на постепенном  замещении импорта промышленных изделий, а на концентрации всех имеющихся  ресурсов в самых передовых отраслях: в энергетике, металлургии, химической промышленности, машиностроении. Эти  отрасли являлись материальной основой  военно-промышленного комплекса  и одновременно “индустриализацией промышленностью”.

В 1930 г. ликвидируется коммерческий кредит, переходят к централизованному (через Госбанки) кредитованию. Множество  налогов заменяется одним - налогом с оборота.

На базе ВСНХ СССР были образованы наркоматы тяжелой. Легкой и лесной промышленности. Республиканские. Краевые  и областные Советы народного  хозяйства были преобразованы в  наркоматы легкой промышленности. К концу 30- годов функционировал 21 индустриальный наркомат. Главным признавалась “битва за металл”, подъем машиностроения.

Политика коллективизации  в СССР в 30-е годы.

Началом сплошной коллективизации  сельского хозяйства в СССР стал 1929 год. В знаменитой статье И. В. Сталина  «Год великого перелома» форсированное  колхозное строительство было признано главной задачей, решение которой  уже через три года сделает  страну «одной из самых хлебных, если не самой хлебной страной в  мире». Выбор был сделан — в  пользу ликвидации единоличных хозяйств, раскулачивания, разгрома хлебного рынка, фактического огосударствления деревенской  экономики. Что стояло за этим решением?

     С одной стороны,  крепнувшая убежденность в том,  что экономика всегда следует  за политикой, а политическая  целесообразность выше экономических  законов. Именно эти выводы  сделало руководство ВКП(б) из опыта разрешения хлебозаготовительных кризисов 1926—1929 гг. Сущность кризиса хлебозаготовок состояла в том, что крестьяне-единоличники снижали поставки зерна государству и срывали намеченные показатели: твердые закупочные цены были слишком низки, а систематические нападки на «деревенских мироедов» не располагали к расширению посевных площадей, повышению урожайности. Экономические по характеру проблемы партия и государство оценивали как политические. Соответствующими были предложенные решения: запрет свободной торговли хлебом, конфискация зерновых запасов, возбуждение бедноты против зажиточной части деревни. Результаты убеждали в эффективности насильственных мер

     С другой  стороны, требовала колоссальных  капиталовложений начавшаяся форсированная  индустриализация. Главным их источником  была признана деревня, которая  должна была, по замыслу разработчиков  новой генеральной линии, бесперебойно  снабжать промышленность сырьем, а города — практически бесплатным  продовольствием.

  Политика коллективизации  проводилась по двум основным  направлениям: объединение единоличных  хозяйств в колхозы и раскулачивание.

     Основной формой  объединения единоличных хозяйств  были признаны колхозы. В них  обобществлялись земля, крупный  скот, инвентарь. В постановлении  ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. устанавливались поистине стремительные темпы коллективизации: в ключевых производящих зерно регионах (Поволжье, Северный Кавказ) она должна была завершиться в течение одного года; на Украине, в черноземных областях России, в Казахстане — в течение двух лет; в остальных районах — в течение трех лет. Для ускорения коллективизации в деревню были направлены «грамотные в идейном отношении» городские рабочие (сначала 25 тыс., а затем еще 35 тыс. человек). Колебания, сомнения, душевные метания крестьян-единоличников, в массе своей привязанных к собственному хозяйству, к земле, к скоту («...остался в прошлом я одной ногою, скольжу и падаю другою», — писал по другому поводу Сергей Есенин), преодолевались просто — силой. Карательные органы лишали упорствовавших избирательных прав, конфисковывали имущество, запугивали, сажали под арест.

     Параллельно  коллективизации шла кампания  раскулачивания, ликвидации кулачества  как класса. На этот счет была  принята секретная директива,  по которой все кулачество (кого  понимать под кулаком, в ней  четко не определялось) делилось  на три категории: участников  антисоветских движений; зажиточных  хозяев, имевших влияние на соседей;  всех остальных. Первые подлежали  аресту и передаче в руки  ОГПУ; вторые — выселению в  отдаленные области Урала, Казахстана, Сибири вместе с семьями; третьи — переселению на худшие земли в том же районе. Земля, имущество, денежные накопления кулаков подлежали конфискации. Трагизм ситуации усугублялся тем, что по всем категориям были установлены твердые задания для каждого региона, которые превышали реальную численность зажиточного крестьянства. Были еще так называемые подкулачники, «пособники врагов-мироедов» («...самого ободранного батрака вполне можно зачислить в подкулачники», — свидетельствует А. И. Солженицын). По данным историков, зажиточных хозяйств накануне коллективизации было около 3%; раскулачиванию подлежали в некоторых районах до 10— 15% единоличных хозяйств. Аресты, расстрелы, переселения в отдаленные районы — весь набор репрессивных средств был использован при проведении раскулачивания, которое коснулось не менее 1 млн хозяйств (средняя численность семей — 7—8 человек)

     Ответом стали  массовые волнения, убой скота,  скрытое и явное сопротивление.  Государству пришлось временно  отступить: статья Сталина «Головокружение  от успехов» (весна 1930) ответственность  за насилие и принуждение возложила  на местные власти. Начался обратный  процесс, миллионы крестьян вышли  из колхозов. Но уже с осени  1930 г. нажим вновь усилился. В  1932— 1933 гг. в самые хлебные  районы страны, прежде всего на  Украину, Ставрополье, Северный  Кавказ пришел голод. По самым  осторожным подсчетам, голодной  смертью умерло более 3 млн человек (по другим данным, до 8 млн). При этом неуклонно росли и экспорт зерна из страны, и объемы государственных поставок. К 1933 г. в колхозах состояло более 60% крестьян, к 1937 г. — около 93%. Коллективизация была объявлена завершенной.

     Каковы ее  итоги? Статистика свидетельствует  о том, что она нанесла невосполнимый  урон аграрной экономике (сокращение  производства зерна, поголовья  скота, урожайности, посевных  площадей и пр.). Вместе с тем  государственные заготовки зерна  выросли в 2 раза, размеры налогов  с колхозов — в 3,5 раза. За  этим очевидным противоречием  стояла подлинная трагедия российского  крестьянства. Конечно, крупные,  технические оснащенные хозяйства  имели известные преимущества. Но  главным было не это. Колхозы,  формально остававшиеся добровольными  кооперативными объединениями, на  деле превратились в разновидность  государственных предприятий, имевших  жесткие плановые задания и  подлежавших директивному управлению. При проведении паспортной реформы  колхозники паспортов не получили: фактически их прикрепили к  колхозу и лишили свободы передвижения. Промышленность росла за счет  сельского хозяйства. Коллективизация  превратила колхозы в надежных  и безропотных поставщиков сырья,  продовольствия, капиталов, рабочей  силы. Более того, она уничтожила  целый социальный слой крестьян-единоличников  с его культурой, нравственными  ценностями, устоями. Ему на смену  пришел новый класс — колхозное  крестьянство.

ТОТАЛИТАРНЫЙ РЕЖИМ

5 декабря 1936 г. была  принята «сталинская» Конституция  СССР. По этой Конституции советская  система формально носила демократический  характер. В Советы всех уровней  – от Верховного до местных – регулярно проводились выборы. Правда, слово «выборы» не совсем верно отражало реальную действительность, т. к. выдвигался только один кандидат от «нерушимого блока коммунистов и беспартийных». Неучастие в выборах рассматривалось властью как саботаж и подлежало суровому наказанию. Кандидаты на выборные должности только формально утверждались на собраниях избирателей, а фактически назначались партийными структурами. Каждый Совет имел свой исполнительный орган: от Совета Народных Комиссаров (правительство СССР) до исполкомов местных Советов. На все посты в исполнительной структуре чиновников назначали соответствующие партийные организации. Народных комиссаров (с 1946 г. – министров) Сталин назначал лично. В Конституцию 1936 г. была внесена статья, отразившая принцип партийного всевластия: «Партия – руководящее ядро всех организаций, как общественных, так и государственных». Всеобъемлющая власть ВКП(б) осуществлялась посредством принятия решений по всем вопросам государственной, общественной и культурной жизни, а также их выполнения под контролем миллионов членов партии. Сталин придал партийной структуре милитаризованный характер. В речи на мартовском Пленуме ЦК в 1937 г. он говорил: «В составе нашей партии, если иметь в виду ее руководящие слои, имеется около 3–4 тысяч высших партийных руководителей. Это, я бы сказал, – генералитет нашей партии. Далее идут 30–40 тысяч средних руководителей. Это наше партийное офицерство. Дальше идут около 100–150 тысяч низшего партийного комсостава. Это, так сказать, наше унтер-офицерство». Партийную систему сравнивают с системой рычагов, где каждый из членов партии – рычаг, на который давит вышестоящий рычаг, и так до самого верха. Все управленческие структуры сходились на вожде, что придавало его власти абсолютный характер.

Общественная система, сложившаяся  в СССР к концу 30-х годов, многие исследователи характеризуют как  тоталитарную (см. Тоталитаризм). В отличие от диктаторский системы, действующей по принципу «можно то, что не запрещено», власть государства в тоталитарных режимах распространяется шире, и действует принцип «можно то, что разрешено», т. е. гражданам диктуется их поведение. Как писал автор известного романа «1984» Дж. Оруэлл: «Формулой прежнего деспотизма было: „Ты не смеешь!“ Формула тоталитаризма: „Ты обязан!“

Сталинский тоталитарный режим отличают следующие черты. Экономика, основанная на господстве государственной  формы собственности, управлялась  огромным аппаратом чиновников –  от наркома до мастера на производстве. Промышленность развивалась экстенсивным путем, т. е. за счет освоения с помощью  дешевой рабочей силы новых ресурсов и строительства новых предприятий. Цифры выполнения пятилетних планов сходились только в парадных отчетах. Рост производительности труда в  среднем был крайне низким. Исключение составляли отрасли тяжелой промышленности. Сельское хозяйство так и не вышло  из кризиса, вызванного насильственной коллективизацией, и тяжелое положение  колхозников приводило к миграции в города (с 1926 по 1939 г. городское  население увеличилось на 30 млн). Политический строй основывался на личной диктатуре И.В. Сталина, который управлял страной с помощью послушного ему и разветвленного аппарата ВКП(б) – от Политбюро до секретаря райкома. Советы, избираемые формально, превратились в безгласный придаток партийных структур. НКВД также находился под личным контролем Сталина. Всякая оппозиционность в партии (не говоря уже о многопартийности) исключалась и жестоко преследовалась карательными органами. Население было охвачено целой сетью общественных организаций: профсоюзы, ВЛКСМ, пионерская и октябрятская организации, ОСОАВИАХИМ и т. п. Эти структуры играли роль «проводников партийных решений в массы». Пирамида власти была скреплена цементом террора. В культурной сфере наряду с увеличением количественных показателей – числа школ, вузов, домов культуры – господствовала партийная идеология – марксизм-ленинизм. С целью распространения партийного контроля над духовной жизнью с начала 30-х годов стали создаваться «творческие» союзы писателей, художников, кинематографистов и т. п. Чиновники этих союзов строго следили за соответствием духовной продукции партийным указаниям и канонам «социалистического реализма». Отступники подвергались репрессиям. Эта система просуществовала без серьезных изменений до смерти И.В. Сталина 5 марта 1953 г.

ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ 30-Х ГОДОВ

Переход к политике коллективизации  сельского хозяйства, индустриализации и культурной революции, который  требовал значительных материальных вложений или привлечения бесплатной рабочей  силы (указывается, например, что грандиозные  планы освоения и создания промышленной базы в районах севера европейской  части России, Сибири и Дальнего Востока потребовали перемещения  огромных людских масс.

Приготовления к войне  с Германией, где пришедшие к  власти нацисты провозгласили своей  целью уничтожение коммунистической идеологии.

Для решения этих задач  требовалось мобилизовать усилия всего  населения страны и обеспечить абсолютную поддержку государственной политики, а для этого - нейтрализовать потенциальную  политическую оппозицию, на которую  мог опереться противник.

При этом на законодательном  уровне было провозглашено верховенство интересов общества и пролетарского  государства по отношению к интересам  личности и более суровая кара за любой ущерб, наносимый государству, по сравнению с аналогичными преступлениями против личности.

Политика коллективизации  и ускоренной индустриализации привела  к резкому падению уровня жизни  населения и к массовому голоду. Сталин и его окружение понимали, что это увеличивает число недовольных режимом и пытались изобразить "вредителей" и саботажников - "врагов народа", ответственными за все экономические трудности, а также аварии в промышленности и на транспорте, бесхозяйственность и т.п. По мнению российских исследователей, показательные репрессии позволяли объяснять тяготы жизни наличием внутреннего врага.

сталинский репрессия раскулачивание коллективизация

Как указывают исследователи, период массовых репрессий был предопределён  также "восстановлением и активным использованием системы политического  сыска" и усилением авторитарной власти И. Сталина, перешедшего от дискуссий  с политическими оппонентами  по вопросам выбора пути развития страны к объявлению их "врагами народа, бандой профессиональных вредителей, шпионов, диверсантов, убийц", что  было воспринято органами госбезопасности, прокуратуры и суда как предпосыл к действию.

Идеологическая основа репрессий

Идеологическая база сталинских репрессий сформировалась ещё в  годы гражданской войны. Самим Сталиным новый подход был сформулирован  на пленуме ЦК ВКП (б) в июле 1928 года.

Нельзя представлять дело так, что социалистические формы  будут развиваться, вытесняя врагов рабочего класса, а враги будут  отступать молча, уступая дорогу нашему продвижению, что затем мы вновь будем продвигаться вперед, а они - вновь отступать назад, а потом "неожиданно" все без  исключения социальные группы, как  кулаки, так и беднота, как рабочие, так и капиталисты, окажутся "вдруг", "незаметно", без борьбы и треволнений, в социалистическом обществе.

Не бывало и не будет  того, чтобы отживающие классы сдавали  добровольно свои позиции, не пытаясь  сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет того, чтобы продвижение  рабочего класса к социализму при  классовом обществе могло обойтись без борьбы и волнений. Наоборот, продвижение к социализму не может  не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы.

Раскулачивание

В ходе насильственной коллективизации  сельского хозяйства, проведённой  в СССР в 1928-1932 гг., одним из направлений  государственной политики стало  подавление антисоветских выступлений  крестьян и связанная с этим "ликвидация кулачества как класса" - "раскулачивание", предполагавшее насильственное и бессудное  лишение зажиточных крестьян, использующих наёмный труд, всех средств производства, земли и гражданских прав, и  выселение в отдалённые районы страны. Таким образом, государство уничтожало основную социальную группу сельского населения, способную организовать и материально поддержать сопротивление проводившимся мероприятиям.

Попасть в списки кулаков, составлявшиеся на местах, мог практически  любой крестьянин. Масштабы сопротивления  коллективизации были такими, что  захватили далеко не только кулаков, но и многих середняков, противившихся  коллективизации. Идеологической особенностью этого периода стало широкое  применение термина "подкулачник", что позволяло репрессировать вообще любое крестьянское население, вплоть до батраков.

Протесты крестьян против коллективизации, против высоких налогов  и принудительного изъятия "излишков" зерна выражались в его укрывательстве, поджогах и даже убийствах сельских партийных и советских активистов, что расценивалось государством как проявление "кулацкой контрреволюции".

30 января 1930 года Политбюро  ЦК ВКП (б) приняло постановление  "О мероприятиях по ликвидации  кулацких хозяйств в районах  сплошной коллективизации". Согласно  этому постановлению, кулаки были  разделены на три категории:

1) первая категория - контрреволюционный  актив, организаторы террористических  актов и восстаний;

2) вторая категория - остальная  часть контрреволюционного актива  из наиболее богатых кулаков  и полупомещиков;

3) третья категория - остальные  кулаки.

Главы кулацких семей 1-ой категории  арестовывались, и дела об их действиях  передавались на рассмотрение спецтроек в составе представителей ОГПУ, обкомов (крайкомов) ВКП (б) и прокуратуры. Члены семей кулаков 1-ой категории и кулаки 2-ой категории подлежали выселению в отдалённые местности СССР или отдалённые районы данной области (края, республики) на спецпоселение. Кулаки, отнесённые к 3-ей категории, расселялись в пределах района на новых, специально отводимых для них за пределами колхозных массивов землях.

2 февраля 1930 года издается  приказ ОГПУ СССР № 44/21, который  предусматривал немедленную ликвидацию "контрреволюционного кулацкого  актива", особенно "кадров действующих  контрреволюционных и повстанческих  организаций и группировок"  и "наиболее злостных, махровых  одиночек".

Семьи арестованных, заключенных  в концлагеря или приговоренных  к расстрелу, подлежали высылке  в отдаленные северные районы СССР.

Приказ предусматривал также  и массовое выселение наиболее богатых  кулаков, т.е. бывших помещиков, полупомещиков, "местных кулацких авторитетов" и "всего кулацкого кадра, из которых формируется контрреволюционный актив", "кулацкого антисоветского актива", "церковников и сектантов", а также их семей в отдаленные северные районы СССР. А также первоочередное проведение кампаний по выселению кулаков и их семейств в следующих районах СССР.

В связи с этим, на органы ОГПУ была возложена задача по организации  переселения раскулаченных и  их трудового использования по месту  нового жительства, подавления волнений раскулаченных в спецпоселениях, розыск бежавших из мест высылки. Непосредственно руководством массовым переселением занималась специальная оперативная группа под руководством начальника Секретно-оперативного управления Е.Г. Евдокимова. Стихийные волнения крестьян на местах подавлялись мгновенно. Лишь летом 1931 года потребовалось привлечение армейских частей для усиления войск ОГПУ при подавлении крупных волнений спецпереселенцев на Урале и в Западной Сибири.

Всего за 1930-1931 годы, как указано  в справке Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ, было отправлено на спецпоселение 381 026 семей общей численностью 1 803 392 человека. За 1932-1940 гг. в спецпоселения прибыло еще 489 822 раскулаченных.

Массовый террор

30 июля 1937 был принят приказ  НКВД № 00447 "Об операции по  репрессированию бывших кулаков,  уголовников и других антисоветских  элементов".

Согласно этому приказу, определялись категории лиц, подлежащих репрессиям:

А) Бывшие кулаки (ранее репрессированные, скрывшиеся от репрессий, бежавшие из лагерей, ссылки и трудпосёлков, а также бежавшие от раскулачивания в города);

Б) Бывшие репрессированные "церковники и сектанты";

В) Бывшие активные участники  антисоветских вооружённых выступлений;

Г) Бывшие члены антисоветских  политических партий (эсеры, грузинские меньшевики, армянские дашнаки, азербайджанские  мусаватисты, иттихадисты и др.);

Д) Бывшие активные "участники  бандитских восстаний";

Е) Бывшие белогвардейцы, "каратели", "репатрианты" ("реэмигранты") и пр.;

Ж) Уголовники.

Все репрессируемые разбивались  на две категории:

1)"наиболее враждебные  элементы" подлежали немедленному  аресту и, по рассмотрении их дел на тройках - расстрелу;

2)"менее активные, но  всё же враждебные элементы" подлежали аресту и заключению  в лагеря или тюрьмы на срок  от 8 до 10 лет.

Приказом НКВД для ускоренного рассмотрения тысяч дел были образованы "оперативные тройки" на уровне республик и областей. В состав тройки обычно входили: председатель - местный начальник НКВД, члены - местные прокурор и первый секретарь областного, краевого или республиканского комитета ВКП (б).

Для каждого региона Советского Союза устанавливались лимиты по обеим категориям.

Часть репрессий проводилась  в отношении лиц, уже осуждённых и находившихся в лагерях. Для  них выделялись лимиты "первой категории" (10 тыс. чел.) и также образовывались тройки.

Приказом устанавливались  репрессии по отношению к членам семей приговорённых:

Семьи, "члены которых  способны к активным антисоветским  действиям", подлежали выдворению в лагеря или трудпосёлки.

Семьи расстрелянных, проживающие  в пограничной полосе, подлежали  переселению за пределы пограничной  полосы внутри республик, краёв и  областей.

Семьи расстрелянных, проживающие  в Москве, Ленинграде, Киеве, Тбилиси, Баку, Ростове-на-Дону, Таганроге и  в районах Сочи, Гагры и Сухуми, подлежали выселению в другие области по их выбору, за исключением  пограничных районов.

Все семьи репрессированных подлежали постановке на учёт и систематическое  наблюдение.

Сроки действия "кулацкой операции" (как она иногда называлась в документах НКВД, поскольку бывшие кулаки составляли большинство репрессированных) несколько раз продлевались, а  лимиты пересматривались. Так, 31 января 1938 постановлением Политбюро для 22 регионов были выделены дополнительные лимиты в 57 200 чел., в том числе по "первой категории" - 48 тыс., 1 февраля Политбюро утверждает дополнительный лимит для лагерей Дальнего Востока в 12 тыс. чел. "первой категории", 17 февраля - дополнительный лимит для Украины в 30 тыс. по обеим категориям, 31 июля - для Дальнего Востока (15 тыс. по "первой категории", 5 тыс. по второй), 29 августа - 3 тыс. для Читинской области.

Всего в ходе операции было осуждено тройками 818 тыс. чел., из них  приговорено к расстрелу 436 тыс.

Были репрессированы также  бывшие сотрудники КВЖД, обвинённые в  шпионаже в пользу Японии.

21 мая 1938 приказом НКВД  были образованы "милицейские  тройки", которые имели право  без суда приговаривать "социально-опасные  элементы" к ссылке или срокам  заключения на 3-5 лет. Эти тройки  вынесли различные приговоры  400 тыс. чел. В категорию рассматриваемых  лиц попадали в том числе уголовники - рецидивисты и скупщики краденого.

Репрессии в отношении  иностранцев и этнических меньшинств

9 марта 1936 года Политбюро  ЦК ВКП (б) издало постановление  "О мерах, ограждающих СССР  от проникновения шпионских, террористических  и диверсионных элементов". В  соответствии с ним был усложнён  въезд в страну политэмигрантов и была создана комиссия для "чистки" международных организаций на территории СССР.

25 июля 1937 года Ежов подписал  и ввёл в действие приказ  № 00439, которым обязал местные  органы НКВД в 5-дневный срок  арестовать всех германских подданных,  в том числе и политических  эмигрантов, работающих или ранее  работавших на военных заводах  и заводах, имеющих оборонные  цеха, а также на железнодорожном  транспорте, и в процессе следствия  по их делам "добиваться  исчерпывающего вскрытия не разоблачённой  до сих пор агентуры германской разведки".11 августа 1937 года Ежов подписал приказ № 00485, которым приказал начать с 20 августа широкую операцию, направленную на полную ликвидацию местных организаций "Польской организации войсковой" и закончить её в 3-месячный срок. По этим делам было осуждено 103 489 чел., в том числе приговорено к расстрелу 84 471 чел.

17 августа 1937 - приказ о  проведении "румынской операции" в отношении эмигрантов и перебежчиков  из Румынии в Молдавию и  на Украину. Осуждено 8292 чел., в  том числе приговорено к расстрелу  5439 чел.

30 ноября 1937 - директива НКВД  о проведении операции в отношении  перебежчиков из Латвии, активистов  латышских клубов и обществ.  Осуждено 21 300 чел., из которых 16 575 чел. расстреляны.

11 декабря 1937 - директива  НКВД об операции в отношении  греков. Осуждено 12 557 чел., из которых  10 545 чел. приговорены к расстрелу.

14 декабря 1937 - директива  НКВД о распространении репрессий  по "латышской линии" на эстонцев, литовцев, финнов, а также болгар. По "эстонской линии" осуждено 9 735 чел., в том числе к расстрелу  приговорено 7998 чел., по "финской  линии" осуждено 11 066 чел., из них  к расстрелу приговорено 9078 чел.;

29 января 1938 - директива НКВД  об "иранской операции". Осуждено 13 297 чел., из которых 2 046 приговорены  к расстрелу.1 февраля 1938 - директива  НКВД о "национальной операции" в отношении болгар и македонцев.16 февраля 1938 - директива НКВД об  арестах по "афганской линии". Осуждено 1 557 чел., из них 366 приговорено  к расстрелу.23 марта 1938 - постановление  Политбюро об очищении оборонной  промышленности от лиц, принадлежащих  к национальностям, в отношении  которых проводятся репрессии. 24 июня 1938 - директива Наркомата Обороны  об увольнении из РККА военнослужащих  национальностей, не представленных  на территории СССР.