«Понятие памяти» «Понятие о воле» «Волевые состояния»

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

РОССИЙСКИЙ ХИМИКО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. Д.И. МЕНДЕЛЕЕВА

 

НОВОМОСКОВСКИЙ ИНСТИТУТ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Контрольная работа по курсу  «Психология»

 

 

Темы:  «Понятие памяти»

                 «Понятие о воле»

       «Волевые состояния»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнил Трофимов А.С.

Студент 1 курса  группы ЗСА-09

Шифр:1309211

 

 

Преподаватель

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новомосковск

2010г.

Содержание.

 

Понятие памяти………………………………………………………………..3

 

Понятие о воле…………………………………………………………………9

 

Волевые состояния……………………………………………………………12

 

Список литературы……………………………………………………………19

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Понятие памяти.

Память - процессы организации  и сохранения прошлого опыта, делающие возможным его повторное использование  в деятельности или возвращение  в сферу сознания. Память связывает прошлое субъекта с его настоящим и будущим и является важнейшей познавательной функцией, лежащей в основе развития и обучения.

Начало экспериментальному изучению памяти положили в конце  прошлого века работы немецкого психолога Г. Эббингауза, который в опытах на себе наметил количественные законы заучивания, удержания и воспроизведения последовательностей, состоявших из бессмысленных слогов. Этот подход был продолжен затем в бихевиористических исследованиях "вербального научения". Почти одновременно началось изучение памяти на сложный осмысленный материал. В начале 20 века французский философ А. Бергсон противопоставил "памяти привычке", которая формируется в результате механического повторения, "память духа", фиксирующую осмысленные единичные события биографии субъекта. Роль организации материала при запоминании подчеркивалась гештальтпсихологией. В психоанализе предпринята попытка объяснения явлений забывания "вытеснением" неприятных, травмирующих впечатлений из сферы сознания.

Английский психолог Ф. Бартлетт показал сложный процесс  припоминания рассказов и зависимость  его от существующих в данной среде  культурных норм. Значение социокультурных  факторов в формировании высших форм памяти человека подчеркивали французский  психолог П. Жане и французский социолог М. Хальбвакс.

Отечественными психологами  на основе методологии диалектического  материализма было разработано представление  о памяти как о "действии" в  собственном смысле слова", имеющем  сознательную цель и опирающемся  на использование общественно выработанных знаковых средств.

Наряду с запоминанием произвольным изучались также процессы непроизвольного запоминания. Так, П.И. Зинченко и А.А. Смирнов исследовали  зависимость успешности процессов  запоминания от их места в структуре деятельности. В ходе онтогенетического развития происходит смена способов запоминания, возрастает роль процессов выделения в материале осмысленных, семантических связей. Различные виды памяти - моторная, эмоциональная, образная, словесно-логическая - иногда описываются как этапы такого развития.

При выделении процессов  памяти в качестве основания рассматривают  различные функции, выполняемые  памятью в жизни и деятельности. К процессам памяти относят запоминание, воспроизведение, а также сохранение и забывание материала. В указанных процессах особенно ярко обнаруживается связь актов особых самостоятельных (мнемических) действий.

Хотя при сопоставлении  процессов памяти бросается в  глаза, казалось бы, противоположная  их функциональная направленность, эти  процессы необходимо рассматривать в единстве. Вся память представляет собой многосложный, но единый и непрерывный процесс. Невозможно представить себе такое состояние сознания, чтобы оно обходилось без памяти.

Протекание процессов  памяти детерминируется деятельностью личности, ее направленностью на достижение предстоящих целей.

Рассмотрим подробнее  процессы памяти:

Запоминание. Деятельность памяти начинается с запоминания, т.е. с закрепления тех образов и впечатлений, которые возникают в сознании под воздействием предметов и явлений действительности в процессе ощущения и восприятия. Таким образом, запоминание можно определить как процесс памяти, в результате которого происходит закрепление нового путем связывания его с приобретенным ранее.

Успешность запоминания определяется в первую очередь возможностью включения нового материала в систему осмысленных связей. В зависимости от места процессов запоминания в структуре деятельности различают произвольное и непроизвольное запоминание. В случае непроизвольного запоминания человек не ставит перед собой задачу запомнить тот или иной материал. В результате запоминание носит относительно непосредственный характер и осуществляется без специальных волевых усилий, предварительного отбора материала и сознательного применения каких-либо мнемонических приемов. Вместе с тем зависимость запоминания от целей и мотивов деятельности сохраняется и в этом случае. Как показали исследования психологов П.И. Зинченко, А.А. Смирнова, непроизвольное запоминание оказывается значительно более успешным, когда запоминаемый материал входит в содержание цели выполняемого действия.

Произвольное запоминание  является специальным действием, конкретная задача которого - запомнить точно, на максимально продолжительный  срок, с целью последующего воспроизведения или просто узнавания.

Сохранение - это удерживание заученного в памяти, т.е. сохранение следов и связей в мозгу. Различают активное и пассивное сохранение. В первом случае удерживаемый материал подвергается внутренним преобразованиям, от простого циклического повторения до включения в системы новых семантических связей, резко увеличивающего вероятность его последующего воспроизведения, во втором случае подобных активных преобразований обнаружить не удается.

Забывание - исчезновение, выпадение из памяти, т.е. процесс угасания, ликвидации, "стирания" следов, затормаживания связей. Забывание впервые исследовалось Г. Эббингаузом (1885), экспериментально установившим временную зависимость сохранения в памяти бессмысленного вербального материала. Последующие исследования показали, что темп забывания зависит: от объема запоминаемого материала, от осознанности, от сходства запоминаемого и интерферирующего материала, от степени значимости запоминаемого материала и включенности его в деятельность субъекта и т.д. Невозможность припомнить какой-либо материал не означает, что он совершенно забыт: забывается конкретная форма материала, но его значимое для субъекта содержание подвергается качественным изменениям и включается в опыт субъекта.

По Р. Аткинсону (1968), долговременная память вечна, а забывание происходит следующим образом: ключом для припоминания является выбор пробной (подсказывающей) информации, благодаря которому активизируются соответствующие поисковые наборы в хранилище долговременной памяти; неадекватный же выбор пробной информации и последующие неудачное воспроизведение и приводит к эффекту забывания. Но и это теория уязвима, так как не объясняет всех феноменов забывания.

Вообще говоря забывание - весьма целесообразный, естественный и необходимый процесс и далеко не всегда должен оцениваться отрицательно. Не обладай мы способностью забывать, наша память была бы заполнена массой мелких и ненужных сведений, фактов, деталей. Мозг наш был бы перегружен информацией.

Эти два процесса (сохранение и забывание), противоположные по характеру, по сути дела представляют разные характеристики одного процесса: о сохранении материалов памяти мы говорим тогда, когда нет его забывания, а забывание - это плохое сохранение материала в памяти. Поэтому сохранения - это не что иное, как борьба с забыванием.

Результаты запоминания  и сохранения проявляются в узнавании  и воспроизведении.

Воспроизведение - процесс появления в сознании представлений памяти, ранее воспринятых мыслей, осуществление заученных движений, в основе чего лежит оживление следов, возникновение в них возбуждения. Узнавание - появление чувства знакомости при повторном восприятии.

Воспроизведение в отличие  от узнавания характеризуется тем, что образы, закреплённые в памяти, актуализируются без опоры на вторичное восприятие тех или иных объектов. Физиологически это означает наличие различных следов - стойких, прочных (воспроизведение) или слабых, нестойких и непрочных (узнавание).

Припоминание - наиболее активное воспроизведение, связанное  с напряжением и требующее определённых волевых усилий. Процесс припоминания протекает успешно, когда забытый факт воспроизводится не изолированно, а в связи с другими фактами, событиями, обстоятельствами и действиями, сохранившимися в памяти.

Формы проявления памяти чрезвычайно многообразны. Объясняется это тем, что память обслуживает все виды многообразной деятельности человека.

В основу видовой классификации  памяти положены три основных критерия: 1) объект запоминания, т.е. то, что запоминается, Это предметы и явления, мысли, движения, чувства. Соответственно этому различают такие виды памяти, как образная, словесно-логическая, двигательная и эмоциональная; 2) степень волевой регуляции памяти. С этой точки зрения различают произвольную и непроизвольную память; 3) длительность сохранения в памяти. В данном случае имеют в виду кратковременную, долговременную и оперативную память.

Таким образом, мы видим, что все виды памяти различают  в зависимости от того, что запоминается и насколько долго помнится.

Образная память - это  память на представления, на картины природы и жизни, а также на звуки, запахи, вкусы. Она бывает зрительной, слуховой, осязательной, обонятельной, вкусовой. Если зрительная и слуховая память обычно хорошо развиты и играют ведущую роль в жизненной ориентировке всех нормальных людей, то осязательная, обонятельная и вкусовая память особенно интенсивно развиваются в связи со специфическими условиями деятельности.

Содержанием словесно-логической памяти являются наши мысли. Мысли не существуют без языка, поэтому память на них и называется не просто логической, а словесно - логической. Этот вид памяти является специфически человеческим видом, в отличие от двигательной, эмоциональной и образной, которые в своих простейших формах свойственны и животным. Опираясь на развитие других видов памяти, словесно-логическая память становиться ведущей по отношению к ним, и от ее развития зависит развитие всех других видов памяти. Она играет ведущую роль в усвоении знаний в процессе обучения.

Двигательная память это запоминание, сохранение и воспроизведение различных движений и их систем. Огромное значение этого вида памяти состоит в том, что она служит основой для формирования различных практических и трудовых навыков, ровно как и навыков ходьбы, письма и т.д.

В зависимости от целей  деятельности память делят на непроизвольную и произвольную. Непроизвольная и произвольная память представляют собой две последовательные ступени развития памяти. Каждый по своему опыту знает, какое огромное место в нашей жизни занимает не произвольная память, на основе которой без специальных намерений и усилий формируется основная и по объёму, и по жизненному значению часть нашего опыта. Однако в деятельности человека нередко возникает необходимость руководить своей памятью. В этих условиях важную роль играет произвольная память, дающая возможность преднамеренно заучить или припомнить то, что необходимо.

Память долговременная - подсистема памяти, обеспечивающая продолжительное (часы, годы, иногда десятилетия) удержание  знаний, а также сохранение умений и навыков и характеризуемая огромным объектом сохраняемой информации. Основным механизмом ввода данных в память долговременную и их фиксации обычно считается повторение, которое осуществляется на уровне кратковременной памяти. Однако чисто механическое. Решающее значение имеет осмысленная интерпретация нового материала, установление связей между ним и тем, что уже известно субъекту.

В отличие от долговременной памяти, для которой характерно длительное сохранение материала после многократного  его повторения и воспроизведения, кратковременная память характеризуется очень кратким сохранением после однократного очень непродолжительного восприятия и немедленным воспроизведением.

Центральную роль при  кратковременном удержании данных играют процессы внутреннего называния и активного повторения материала, протекающие обычно в форме скрытого проговаривания. Выделяют два вида повторения. В первом случае оно носит относительно механический характер и не приводит к каким-либо заметным преобразованиям материала. Этот вид повторения позволяет удерживать информацию на уровне кратковременной памяти, хотя недостаточен для ее перевода в долговременную память. Долговременное запоминание становится возможным только при втором виде повторения, сопровождающемся включением удерживаемого материала в систему ассоциативных связей.

Кроме того, выделяют в  отдельный вид памяти - оперативную  память. Оперативной памятью называют запоминание каких-то сведений, данных на время, необходимое для выполнения операции, отдельного акта деятельности.

Память - самая долговечная из наших способностей. В старости мы помним события детства восьмидесятилетней, а то и большей давности. Случайно оброненное слово, может воскресить для нас, казалось, давно забытые черты лица, имя, морской или горный пейзаж.

Память определяет нашу индивидуальность и заставляет действовать тем или иным способом в большей степени, чем любая другая отдельно взятая особенность нашей личности. Вся наша жизнь есть не что иное, как путь из пережитого прошлого в неизвестное будущее, освящаемый лишь в то ускользающее мгновение, тот миг реально испытываемых ощущений, который мы называем "настоящим". Тем не менее настоящие - это продолжение прошлого, оно вырастает из прошлого и формируется им благодаря памяти. Именно память спасает прошлое от забвения, не дает ему стать таким же непостижимым, как будущее.

Иными словами, память придает  направленность ходу времени. Для каждого  из нас память уникальна. Память позволяет  нам осознавать и собственную  индивидуальность, и личность других людей. Лишившись памяти, человек утрачивает собственное "я", перестает существовать.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Понятие о воле.

Воля — способность  и умение выбора цели деятельности и внутренних усилий, которые необходимы для её осуществления. Воля — это  не физическая деятельность, не эмоциональная деятельность и не всегда сознательная деятельность человека; но деятельность, всегда отражающая принципы морали и нормы личности и указывающая на ценностные характеристики цели выбранного действия. Человек, осуществляя волевые действия, противостоит импульсивным желаниям, формируя в себе сильную личность.

В своей основе волевое поведение  разделяется на две главные составляющие части – принятие решения и  его дальнейшая реализация. Но если происходит несовпадение цели действия и потребности принятия решения то данная ситуация часто сопровождается актом выбора, или как принято в психологической литературе называют данное состояние - борьбой мотивов. Выбранное личностью решение в дальнейшем реализуется в различных психологических условиях. Спектр таких условий может начинаться от таких моментов, в которых достаточно принять решение, а последующее действие после этого выбора осуществляется как бы само собой. Для данной психологической модели можно привести пример тонущего ребенка, на спасение которого нужно только набраться мужества, а уже потом ситуация переходит в «автоматический» режим. Так же бывают условия, в которых реализации волевого поведения и выбора противостоит какая-либо сильная потребность. Для преодоления такой ситуации и осуществления конечной выбранной цели требуются специальные усилия, т.е. проявление «силы» воли.

Понятие «воля» имеет различные  истолкования в истории философии  и психологии. Связано это прежде всего с тем, что точно определение  такому фундаментальному термину дать почти невозможно. Некоторые рассматривают волю как «силу», обусловленную извне через физические, психологические, социальные причины, и, даже, через божественное определение. Другие считают что воля — внутренняя, заранее заложенная самополагающая сила (см. Свобода воли). Например, в учениях волюнтаризма воля предстаёт как начальное, первичное основание всего мирового процесса, в частности, человеческой деятельности. Проблемы различия философских подходов к проблеме изучения и понимания воли попытались найти своё отражение в психологических теориях воли. Их разделяют на две основные группы. Первая - «автогенетическая» - рассматривает волю как специфическое, не сводимое к каким-либо другим процессам способность (нашло отражение в работах В.Вундта, Н. Ах, И.Линдворский и др.). Вторая - «гетерогенетические» теория определяет волю как нечто вторичное. Данная способность является продуктом каких-либо других психических факторов и явлений. В данной случае воля выполняет функцию мышления, представления или чувств. (работы И. Ф. Гербарта, К. Эренфельс, Э. Мёйман и др.).

Основываясь на диалектическом и историческом материализме, Советская психология трактует понятие воли в контексте общественно-исторической обусловленности. В советской психологии основным направлением изучения Воли стало изучение фило- и онтогенеза происходящих из воли действий и высших психических функций. Как было показано Л. С. Выготским, произвольный характер действия человека есть результат опосредования взаимоотношений индивидуума, среды орудиями и знаковыми системами. Так, в процессе развития психики ребёнка первоначальные процессы восприятия и памяти приобретают произвольный характер, и в дальнейшем становятся саморегулируемыми. Параллельно с этим развивается способность к удержанию цели действия. Все это и приводит к развитию психической системы человека. Так же в СССР развитие получили «школы по теории установки», основанные на исследованиях советского психолога Д.Н.Узнадзе.

В современности проблема воспитания воли имеет большое значение для педагогики. В связи с этим разрабатываются различные методики, имеющие цель в тренировке способности  поддержания усилий для достижения цели. Воля неразрывна с характером человека и играет значительную роль в процессе его формирования как личности. Считается, что характер совместно с интеллектом является основой волевых процессов.

В некотором роде воля - психическая деятельность. Так же воля — процесс рефлекторный. Предпосылка развития воли и волевого поведения нужно искать у животных. Каждое животное имеет врождённую реакцию, для которой стимулом служит ограничение движений. Таким образом, воля как активность, связанная с потребностью в преодолении преград, обладает самостоятельностью по отношению к мотивам, изначально создавшим данное поведение. Специфические действия некоторых лекарственных веществ на организм и «силу» воли позволяют говорить о наличии определенного мозгового аппарата, реализующего рефлекс «свободы». Доказано, что на механизмах волевого воздействия и усилия огромную роль играет система речевых сигналов (работы Л.С.Выготского, А.Н.Леонтьева, А.Р.Лурия). Воля тесно связана с действиями, сознанием и эмоциями человека. Отсюда следует, что воля представляет собой самостоятельную форму психической жизни человека. В то время как эмоции обеспечивают мобилизацию энергетических ресурсов и переход к различным формам реагирования человека на внешние и внутренние значимые сигналы, воля, в противовес, препятствует чрезмерной генерации эмоционального возбуждения, способствует удержанию начального выбранного направления. Но так же волевое поведение может явиться источником положительных эмоций до того, как будет достигнута конечная цель, за счёт удовлетворения потребности преодоления самих препятствий. Поэтому наиболее продуктивной деятельностью человека оказывается сочетание сильной воли с оптимальным уровнем эмоционального напряжения.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Волевые состояния.

Волевое состояние –  это временное психическое состояние, которое сопровождает волевое действие и выражает специфику этих действий.

Волевые состояния носят  временный характер.

В каждом конкретном случае волевая регуляция проявляется  через волевые состояния. Однако, как замечает Е. Ю. Сосновикова (1975), волевое состояние не тождественно воле и волевым качествам, так как волевое состояние может быть пережито и безвольным человеком.

Впервые обсуждение волевых  состояний было начато Н. Д. Левитовым. Правда, он весьма осторожно назвал посвященную им главу в своей книге: «Психические состояния в волевой деятельности человека». Левитов ведет речь о состояниях волевой активности и пассивности, о решительности и нерешительности, об «уверенности — неуверенности», о «борьбе мотивов» как сложном и типичном волевом состоянии, о «сдержанности — несдержанности» и даже о раскаянии. Однако большинство из обозначенных им феноменов, с моей точки зрения, состояниями, и тем более волевыми, не являются (хотя все зависит от того, что считать состоянием). Сосновикова, например, справедливо полагает, что «борьбу мотивов» нельзя относить к состояниям. С ее точки зрения, волевым состоянием является длительное подавление одного мотива другим.

Точно так же, по моему  мнению, не являются волевыми состояниями «уверенность» или «неуверенность», которые характеризуют процесс оценки ситуации, прогноз успеха или неудачи, т. е. связаны с ин­формационной стороной психической активности человека, с его интеллектуальной деятельностью. Неуверенность может быть и свойством личности, если у человека имеется неадекватная заниженная оценка своих возможностей или для него характерна повышенная внушаемость, навязчивость мыслей, эмоциональная неустойчивость (Дашкевич, 1985).

Левитов говорит также  о волевом состоянии, характеризующемся определенным соотношением «решительности — нерешительности». В психологической литературе под этими терминами чаще всего имеют в виду волевые качества, а не состояния. Для волевого состояния есть другой термин — «решимость». Левитов не разделяет эти два термина, считая, что по своему значению они сходны и часто применяются как синонимы. Поэтому в своей работе он использует, говоря о волевом состоянии, то один, то другой термин. Я полагаю, что, во избежание путаницы, целесообразно разводить эти два понятия, придав каждому из них свой смысл.

О волевых состояниях говорят В. И. Селиванов и В. К. Калин. Селиванов определяет эти состояния как «класс психических временных состояний, которые являются оптимальными внутренними условиями личности, способствующими преодолению возникших трудностей» (1974, с. 9). Вопрос о признаках, позволяющих выделить волевые состояния в особую группу, имеет, по мнению Калина, большое теоретическое значение, так как положительное его решение будет являться частичным ответом на другой вопрос: можно ли говорить о специфической феноменологии воли? К сожалению, нужно констатировать, что в этом направлении успехи достигнуты не очень большие.

Волевые состояния становятся предметом обсуждения, когда говорят: человек осмелел, расхрабрился, отважился, мобилизовался и т. п. Следовательно, можно говорить о состояниях отваги, решимости, «боевого возбуждения», так же как и о состояниях сосредоточенности, мобилизованности, готовности, бдительности (это состояние отражает готовность человека реагировать на ожидаемые стимулы и связано с организацией внимания).

Состояние мобилизационной  готовности. Известно, что человек в зависимости от обстоятельств может по-разному мобилизовывать имеющиеся у него возможности. В связи с этим О. Граф (1943) выдвинул представление о нескольких уровнях работоспособности. Он предложил схему взаимодействия между физиологической и психической готовностью к работе.

Граф выделяет четыре уровня работоспособности (мобилизованности). Уровень А соответствует защитным резервам человека, включаемым при экстремальных ситуациях, вызывающих возбуждение симпатоадреналовой системы. Название этого уровня, по Графу, подчеркивает малую его зависимость от воли. Уровень Б — это максимальная работоспособность, проявляемая в обычной ситуации по­средством волевого напряжения. Уровни В и Г соответствуют работоспособности, достигаемой без особых волевых усилий.

Состояние мобилизационной  готовности изучалось в основном спортивными психологами (Пуни, 1972, 1977; Генов, 1971), но оно, несомненно, проявляется и в других видах деятельности, в том числе и интеллектуальной (у студентов перед экзаменами, у ученого перед докладом, у артиста перед выходом на сцену и т. д.). Данное состояние характеризуется как довольно устойчивое, длящееся от нескольких часов до нескольких дней, отражающее возникновение целевой доминанты, направляющей сознание человека на достижение высокого результата, и готовность бороться с любыми трудностями во время предстоящей деятельности. Это готовность проявить максимум волевых усилий, не допустить развития неблагоприятного эмоционального состояния, направить сознание не на переживание значимости предстоящей деятельности и ожидание успеха или неудачи, а на контроль своих действий. Описанное состояние отражает самонастраивание на полную мобилизацию своих возможностей, причем именно тех, которые обеспечивают достижение результата в данном виде деятельности.

Психологически мобилизационное состояние характеризуется переводом информации, необходимой для эффективной деятельности, из долговременной памяти в оперативную; активизацией мыслительных процессов (ускорением оперативного мышления); обостренностью восприятия адекватных стимулов, созданием у себя уверенности в успехе.

Волевая мобилизация  при необходимости включает в регуляцию и эмоциональные механизмы с участием симпатоадреналовой системы, чтобы процесс регулирования приблизился к экстремальному (например, при помощи вызывания у себя «спортивной злости», досады на себя или же состояния воодушевления и т. п.). Однако того уровня мобилизации резервов организма, который достигается при аффектах и вызывается непроизвольно, при самовозбуждении достигнуть не удается.

Поскольку волевая мобилизация  — доминантное состояние, нельзя давать повод для преждевременной разрядки этой доминанты (явление, довольно часто наблюдаемое в спортивной практике). Нужно сохранить стремление человека к выполнению предстоящей деятельности, его энергетический заряд.

Во многих случаях  нет прямой зависимости между волевой мобилизацией и ее результатом. Показательным в этом плане является факт, что максимальная величина напряжения мышцы достигается при волевом усилии, которое испытуемые не считают максимальным, и дальнейшее усиление волевых импульсов не ведет к росту напряжения мышцы. С этим согласуются и данные Е. П. Ильина, В. В. Скробина и М. И. Семенова (1967): у школьников максимальная частота движений часто оказывалась большей в том случае, когда они старались работать «быстро, но не очень», а не тогда, когда давалась инструкция «работать максимально быстро». Имеют значение и типологические особенности человека. Так, знание результата соперника, если он высок, способствует увеличению мобилизационной готовности у лиц с сильной нервной системой; лиц же со слабой нервной системой этот результат может угнетать, поэтому им лучше соревноваться с самими собой, со своим собственным лучшим результатом. Сложные задания вызывают у «тревожных» субъектов чрезмерное напряжение, что приводит к ухудшению эффективности деятельности.

Мобилизации также способствует четкая и конкретная постановка наставником (тренером, педагогом) задания на предстоящую деятельность с учетом возможностей ученика.

Мобилизационная готовность вызывается человеком сознательно, и ее не следует путать с предстартовым (предрабочим) состоянием, которое может возникать непроизвольно (условно-рефлекторно), вследствие попадания человека в привычную рабочую обстановку.

Своеобразной формой мобилизованности при опасности  можно считать для человека состояние  боевого возбуждения. Впервые это состояние начал обсуждать Б. М. Теплов (1954). Оно положительно эмоционально окрашено, связано с активной сознательной деятельностью в момент опасности. Человек испытывает повышение активности психической деятельности и своеобразное наслаждение от переживания опасности.