Понятие владения. Виды владения

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

Кафедра теории и истории государства и права

РЕФЕРАТ

по дисциплине «Римское право»

на тему «Понятие владения. Виды владения»

Выполнила: Д.В. Иванова, студентка 1-го

курса заочной формы обучения

юридического факультета, группа Ю101ЗВ

Подпись _________________________

Научный руководитель:_____________

__________________________________

Подпись ____________________

Люберцы

2011
СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Понятие и элементы владения

2. Виды владения

3. Способы защиты владения

Заключение

Список использованных источников

ВВЕДЕНИЕ

Институт владения в римском праве последние двести лет находится под пристальным вниманием исследователей, став в XIX в. фактологической основой для нескольких правовых концепций общего характера. Современное учение о владении, отраженное в гражданских кодексах континентальной системы, является одним из плодов этого изучения: редкий современный юридический институт обязан своей конструкцией результатам историко-правовой разработки понятия в той же степени, как владение. Именно изучение римского права и интенсивные дискуссии в области романистики привели к пересмотру многих унаследованных от древности положений и утверждению в континентальной системе принципиально нового вещного права, остающегося одним из самых своеобразных явлений в цивилистике.

Само же римское право владения отличается столь очевидной спецификой, настолько явно противоречит требованиям логики и юридической догматики, что его интерпретация в современных правовых понятиях практически невозможна. Правовед постоянно вынужден прибегать к метафорам, жертвовать юридической четкостью языка ради фактической точности, отказываться от логических и аналитических в пользу исторических и гипотетических квалификаций и обоснований. Создается впечатление, что собственно институт владения в гражданском праве, т. н. юридическое владение было создано только юриспруденцией XIX веке и современными гражданскими законодательствами.

Единство и взаимозависимость между современной разработкой понятия владения и римским наследием оказывается в противоречии с понятийным и конструктивным разрывом между двумя институтами. Именно это обстоятельство может, однако, указывать на существование глубоких различий между самими правовыми системами, связанных с качественными переменами в обществе и его гражданско-правовых основаниях.

Юридическая специфика института владения в римском праве стимулирует поиск релевантного метода историко-правового исследования, который бы позволял найти адекватные юридические понятия и концепции, соответствующие исторической реальности и закономерностям эволюции права в связи с развитием общества. Именно изучение института владения в римском праве стало одним из триумфов главы исторической школы права Ф.К. Савиньи в самом начале XIX в., основанием для критики учения о праве для Р. Йеринга в середине XIX в., одной из важнейших составляющих эволюционистской теории права, развиваемой П. Бонфанте и его школой в первой половине XX в. и остается основным испытательным полем для исторического подхода к праву сегодня.

Актуальность темы исследования состоит в том, что произошедшая в России смена социально-экономического строя объективно потребовала кардинальной перестройки системы права, в том числе в сфере гражданского (частного) законодательства. Был принят Гражданский кодекс Российской Федерации. Однако можно говорить о рецепции частного права, но нет оснований утверждать о реставрации системы классического частного права, существовавшей, в том числе, и в дореволюционном гражданском праве России.

Неотъемлемой частью классической системы частного права (континентального права) является институт владения. Теоретическое и практическое состояние института владения и перспективы его развития в современном российском гражданском праве не могут быть действительно оценены без обращения к истокам владения, как предмету данной работы - к различным аспектам эволюции института владения в конкретно-исторических рамках действительности государственной и правовой системы Древнего Рима.

Проблематика владения, наконец-то, выходит за сервильные рамки понятия права собственности и получает некоторые моменты самостоятельности. Соглашаясь с Сафроновой Т. Н., характеризующей правовую политику применительно к судьбе института владения в современном гражданском праве как реабилитацию[1], можно продолжить эту мысль определив статус института владения в условиях гражданского права советского периода нашей страны как подвергнутое идеологической репрессии правовое понятие[2].

Не очевидно, что владение в системе римского правопорядка было правом (элементом позитивного права), но бесспорно, что владение было органичным элементом отношений в сфере гражданского оборота, эффективным инструментом регулирования потребностей гражданского оборота. Другими словами можно выразиться следующим образом: право в Древнем Риме безусловно не ограничивалось системой актов законотворчества, средствами стратегического право творчества, но весьма активно подпитывалось иными формами правотворчества, средствами тактического правотворчества[3].

Интерпретированный в эволюционистской перспективе, факт избирательной защиты владения в римском праве становится важнейшим свидетельством о развитии схем индивидуальной принадлежности в предклассическую эпоху и первоначальных формах социально значимого взаимодействия индивидов по поводу вещей.

Целью данного реферата является исследование понятия и видов владения. Для достижения данной цели поставлены следующие задачи:

1.   Изучить понятие и элементы владения.

2.   Определить виды владения.

3.   Исследовать способы защиты владения.

Объектом исследования в данном реферате является владение.

Предмет исследования – понятие и виды владения.

1. Понятие и элементы владения

Владение (possessio) - это, прежде всего, фактическое и телесное обладание вещью, поэтому в случае владения правами говорят о quasi possessio.

Владение определяется по corpus - телесной связи с вещью и animus possidendi - намерению владеть вещью. Например, безумный или малолетний не могут владеть (и фактически, и юридически) до тех пор, пока они не обретут самосознание и не смогут выразить свою волю, при этом малолетний может начать владеть самостоятельно и без одобрения опекуна, но юридическим такое владение станет только после достижения им совершеннолетия, то есть правоспособности. Таким образом, юридическое владение дополняет фактическое. С другой стороны, отсутствие желания фактического владения вещью влечет утрату права владения (например, если хозяин вещи не противится захвату ее посторонним лицом, то он утрачивает право владения, поскольку налицо перемена в animus possidendi). Владеть можно или лично (possessio suo nomine), или опосредовано (in possessione nomine alieno esse - например, все, что приобретает подвластный, находится во владении его владыки, подвластный, так сказать, "обеспечивает своей службой чужое владение" D.41, 2,18). Держание, хранение, поклажа и тому подобное не являются, вообще говоря, владением.

Понятие владения кооперативно с понятием права собственности опосредует дискретно-синкретный характер общественных отношений: синкрет-ность (непрерывность) общественных (правовых) отношений объективно сменяется дискретностью (прерывностью) этих отношений, и так далее. Основываясь на социальной целенаправленности правового опосредования институтом владения общественных отношений диссертант в качестве сквозного критерия анализа научного предмета избрал функциональный метод[4].

Приобрести владение можно или захватив вещь (occupatio), или получить ее от предыдущего владельца (traditio). Передача может быть произведена символически (traditio symbolica - например, передача ключей от склада как уступка владения), длинной рукой (traditio longa manu - когда бывший владелец сознательно покидает вещь, позволяя конкретному лицу завладеть ею) или короткой рукой (traditio brevi manu - в случае, когда владелец уступает право владения вещью тому, кто уже фактически владеет ею, например, как арендатор, который в результате этого процесса traditio становится владельцем).

Защищается владение с помощью административных средств, так называемых владельческих интердиктов, среди которых выделяются восстановительные, запретительные и предъявительные (классификация Институций Юстиниана).

Владение есть фактическое обладание вещью, соединенное с намерением относиться к вещи как к своей [5](в отличие от держания вещи на основании договора, когда лицо обладает вещью на основании воли другого лица, держатель мог получить защиту вещи только через собственника). Анализируя состав фактического отношения лица к вещи при владении, римские юристы по мнению Хутыза, выделяли во владении “… два элемента: тело владения (corpus possidendi) и намерение или воля владеть для себя (animus possidendi)[6] ”.

Приобретение права владения и его утрата связывались с этими двумя признаками (в том числе в случае гибели вещи). Кроме того, утрата права владения наступала при превращении вещи во внеоборотную: неидентифицируемые неотделенные от аналогичных вещи (вода в реке, воздух) и запрещенные для оборота вещи (яды, запрещенные книги, культовые/религиозные/государственные объекты, общественные дороги, театры).

Фактическое обладание в римском праве оценивается исходя из положения самой вещи, ключей от нее и т.п., обычного для соответствующей си-

туации (обладание дикими птицами - пока они в клетке, домашним животным - пока оно возвращается во двор, т.е. условностей очень много).

Основной подход к “владению” - с позиции разумности защиты владельца от посягательств на вещь (“владельческая защита”): “посессорная защита” подразумевает выяснение только факта владения и факта самоуправного нарушения этого права.

Доказывание намерения относиться к вещи “как к своей” требует выяснения правового основания для обладания вещью, однако в Риме в суде по нарушению прав владельца (“владельческий процесс”) в целях упрощения, ускорения процесса и устранения некоторых противоречий запрещались ссылки владельца на эти основания (поскольку вор, тоже признаваемый владельцем, тогда мог бы ссылаться на то, что именно он эту вещь украл, а если не признавать вора владельцем, то он не сумеет защитить свое право от нового вора - и так до бесконечности). Предполагалось априори, что если лицо фактически пользуется вещью для себя, то это означает его намерение относиться к вещи как к своей. А уже другая сторона была обязана доказать, что данное лицо получило вещь по такому-то основанию, исключающему возможность пользоваться вещью как своей (по такому-то договору, предусматривающему законное изъятие этой вещи у текущего пользователя).

Из-за необсуждения доказательств права владения “чисто-владельческий” процесс часто был предварительным: после чисто “владельческого" (“посессорного”) иска реальный собственник, не получивший вещь, мог подать отдельный (“петиторный”) иск к ошибочно установленному текущему владельцу, защищенному “владельческой защитой", доказывая, что он имеет право собственности на данную вещь.

Т. е. здесь - пример четкого разделения “посессорного” (вещного) иска только в отношении вещи и “петиторного” иска уже в отношении права на вещь.

Владение (pasessio) - фактическое господство лица над вещью и отношение к ней как к своей собственности. Подобные отношения носили не временный характер, а представляли собой прочные взаимоотношения между владельцем и вещью.

Возникновение института владения в римском праве связано с пользованием земельными участками. В римском государстве существовала коллективная собственность на землю, однако фактическое владение осуществляли определенные семьи. Отсюда и берет свое начало институт владения.

Еще цивильное право выделяет институт давности, от которого впоследствии и образовался институт права собственности. Законы XII таблиц устанавливали положение о том, что лицо, владеющее земельным участком 2 года, становится его собственником. В отношении других вещей срок давности равен 1 году.

Лицо, владея определенной вещью, защищало свое владение как лично, так и с помощью государства. Подобные действия лица составляли содержание владения.

Владение нескольких лиц одной вещью не представлялось возможным, поскольку владение представляло собой материальное воздействие на вещь.

Элементы владения:

1) субъективный - желание лица владеть вещью;

2) объективный - фактическое обладание вещью.

От владения следует отличать держание, под которым понимается обладание вещью, но отсутствие желания относится к данной вещи как к своей собственности.

2. Виды владения

Римские юристы различали несколько видов владения.

1) Цивильное владение (possessio civilis).

Начало цивильному владению было заложено еще до издания законов XII таблиц, которым уже известны особые сроки для обращения владения в право собственности – possessio ad usucapionem – для приобретения права собственности по давности владения. В древнейшем праве от цивильного владельца требовалось, чтобы он был самостоятельным лицом – persona sui iuris. Если он располагал имущественной дееспособностью и проявил в отношении своего владения требуемые элементы намерения и фактического господства, то получал для защиты и охраны его владельческие интердикты. 

Главным случаем цивильного владения являлось владение домовладыки собственно для себя, на свое имя, причем уверенности в своем праве собственности не требовалось. Подвластные осуществляли corpus possessio для домовладыки, кто бы он ни был и, хотя он даже не знал об этом.

2) Посредственное владение.

Если же corpus possidendi имеется, а animus possidendi отсутствует, тогда речь должна идти не о владении, а о держании.

Это было фактическое осуществление владения за других лиц на почве экономической зависимости от них. Оно не признавалось владением и характеризовалось как держание, то есть, хотя это и было фактическое воздействие на вещь, но без признания правом за держателем воли владеть вещью для себя. Такое отношение выражало противоречие интересов обеспеченных и необеспеченных слоев населения. Существовал ряд безвозмездных договоров, в силу которых одни лица осуществляли для других владение, которое по усмотрению последних, как настоящих господ владения, могло быть прекращено в любой момент. Так, давший поручение относительно вещи (мандат) или отдавший вещь на хранение (депозит) или предоставивший вещь в пользование (ссуда), могли в любой момент взять обратно свое поручение, потребовать возвращения сданной на хранение или ссуженной вещи. Для римского права поверенный (мандатарий), поклажеприниматель (депозитарий) и ссудоприниматель (коммодатарий) представлялись простыми держателями – они были экономически и социально слабейшими. Они владели для других 

Держание, а не владение было налицо и в тех случаях, когда оно ограничено определенным сроком (например, при сдаче внаем или в ссуду, то есть в срочное бесплатное пользование). Если срок владения ограничен и установлен срок возврата вещи, то обладание не может быть связано с намерением владеть ею для себя. Но римляне считали, что если animus possidendi отпадает при срочном владении, то оно имеется при владении бессрочном, когда вещь передается кому – либо в пользование на началах прекария (до востребования); или поскольку эмфитевзис означает предоставление земли в пользование на столь длительный срок, как 100 лет, то это уже находится на грани бессрочности и потому также предполагает animus possidendi. 

Следует отметить, что приведенные и другие искусственные построения, используемые для обоснования владения там, где на самом деле есть лишь держание, устремлены к достижению вполне определенной цели практической цели: допустить, когда это необходимо, применение специальных способов защиты, рассчитанных не на держание, а единственно на владение. 

За держателями признавалось право извлечения плодов и пользования, но всегда с оговоркой – по воле собственника 

3) Преторское владение 

Практика претора предоставляла еще до истечения срока давности владельцу защиту интердиктами – possessio ad interdicta – владение приводило к интердиктам. В итоге развития эта защита предоставлялась всякому, кто осуществлял фактическое господство над вещью, при наличии обоих элементов владения. Таким считалось всякое владение на себя, осуществляемое не только лично и непосредственно, но и через посредников. 

Недопущение при владельческом интердикте постановки вопроса о правомерности или неправомерности владения в отношении прочих лиц, кроме самих спорящих сторон, оставляя место лишь для рассмотрения фактов и исключая всякие правовые вопросы. Мотивировка положения, что сам факт владения сообщает владельцу больше права, чем лицу не владеющему, подразумевает признание преторским правом за фактами значения основания права владения. 

Владение неправомерное могло быть одновременно недобросовестным, а именно, если владелец знал или должен был знать о неправомерности своего владения, или добросовестным, если он не знал и не должен был знать об этом. 

Различается титульное и беститульное (натуральное) владение. При наличии титула владения собственность владения являлась правомерной. Впоследствии владение могло перейти в собственность только по давности либо при совпадении объекта владения и собственности. Беститульное владение означало отсутствие намерения владельца приобрести вещь в собственность (владение вещью кредитором и пр.);

Законное и незаконное владение. При законном владении лицо обладает правом владеть вещью (собственник вещи). Незаконное владение в свою очередь подразделялось на добросовестное и недобросовестное. Лицо признавалось добросовестным владельцем, если оно не знало и не должно было знать о том, что не имеет права владеть данной вещью. Лицо являлось недобросовестным владельцем, если оно знало, что вещь ему не принадлежит, но вело себя как собственник вещи (вор по отношению к краденой вещи).

Законное (собственник), незаконное добросовестное владение (не знает и не должен знать, что вещь принадлежит не ему), недобросовестный (знает, что вещь ему не принадлежит, но ведет себя так, как будто вещь ему принадлежит - для этого случая не действует приобретение права собственности по давности и предъявляются более строгие требования относительно возмещения реальному владельцу после суда стоимости плодов или ухудшения состояния вещи).

Производное владение (залогодержатель - т.к. в случае нарушения его прав на вещь он сам не имел бы возможности, не будучи владельцем, защитить вещь от посягательств, а залогодатель мог бы и отказаться в защите; еще пример - вещь на сохранении у третьего лица до разрешения спора о том, чья это вещь на самом деле - аналогичным образом если не признать владельцем хранителя, то он не сможет осуществить “владельческую защиту” ни сам, ни через неизвестного собственника).

То есть право владения и собственности могли принадлежать по римскому праву разным лицам.

Применялся принцип “никто не может изменить сам себе основание владения вещью" в том смысле, что статус вещи может измениться только при проявлении “настроений" данного лица вовне, т.е. нужен договор (например, заключение договора купли-продажи, который до расторжения отношений хранения будет основанием перехода владения к другому лицу, независимо от фактической непередачи вещи: она и так уже у нового владельца).

Приобретение вещи во владение могло быть произведено через посредника (опекуна, представителя, поручителя), но для этого посредник обязательно должен быть уполномочен производить приобретение в пользу владельца по закону или договору и действительно намереваться приобрести вещь для него, а не для себя.

Такие условия однозначно указываю на реального владельца и исключается вариант, когда неясно, кого рассматривать как владельца: уже с момента, когда вещь приобретена посредником, но поручитель еще даже об этом не знает, именно он признается владельцем; аналогично если владение осуществлялось через представителя, то утрата владения владельцем признается после прекращения возможности обладания вещью и владельцем, и его представителем - пока любой из них мог проявлять свою власть над вещью, она находилась во владении представляемого.

3. Способы защиты владения

Специфику владения как особого вещного права, защищенного против всех, включая собственника вещи, выявляет характер защиты владения[7].

Владение защищалось путем преторских интердиктов. Наряду с обычным исковым порядком рассмотрения частных споров, существовало особое интердиктное производство. Оно отличается от обычного искового порядка рассмотрения частных споров тем, что судебный магистрат здесь выступает исключительно как носитель высшей власти, издающий приказы по отношению к гражданам. Интердикты издревле издавались претором по расследовании дела. Поэтому интердикты были безусловными приказами, санкционированные штрафами и взятием залога. Интердиктное производство было проявлением административной власти преторов. В классическом праве интердикт претора стал условным приказом, которым начиналось условное производство. Оно могло стать базой для последующего судебного разбирательства, перейти из области управления в область юрисдикции. Этот акт принимался магистратом для скорейшего разрешения частных споров по просьбе одной из сторон.

Общей чертой средств этой защиты было нормирование, как общественно признанного факта пользовании вещами, и недопущение вопросов права при разбирательстве дел о владении. Ни тот, кто желал охранить свое владение, ни тот, кто оспаривал его, не могли приводить правовых обоснований своих претензий. Природа владельческой защиты и интердиктов определялась тем, что они были продуктом административной деятельности претора. В данном случае эта деятельность не ставила себе задачи разрешения вопросов о правовом основании владения, а ограничивалась сохранением существующего фактического состояния, которое оказалось, таким образом, юридически защищенным[8]. В этом отличие посессорной защиты от петиторной, при которой, наоборот выяснялся вопрос о праве.

Владельческие интердикты известны трех категорий:

1) Интердикты, направленные на удержание существующего владения, в которых за лицом утверждалось осуществление владения и воспрещались какие-либо посягательства на его нарушения другой стороной.

2) Интердикты о возвращении насильственно или тайно утраченного владения, с помощью которых вытребовалось и возвращалось утраченное таким образом владение.

3) Интердикты об установлении владения впервые. По мнению Черниловского: “Интердикты этой категории носят особый квази - владельческий характер[9]”. Например, в области наследования для защиты своих прав цивильному наследнику давался особый иск: petitio hereditatis – иск об истребовании всей наследственной массы целиком, во многом напоминавший rei vindicatio. Преторскому наследнику давался интердикт для ввода во владение входившими в состав наследства вещами, который распространялся как на вещи, так и на требование наследодателя, и с переходом к экстраординарному процессу слилась воедино c petitio hereditatis.

Также предоставлялась защита держателям, так как римское право знало таких держателей, которые в собственных интересах охранялись путем интердиктной защиты. Владение как бы раздвоялось: одни владели для давности, другие для защиты.

Варианты интердиктов по защите владения: об удержании владения (защите от посягательств) и о возвращении вещи владельцу (если фактическое обладание уже перешло к ответчику) недвижимых объектов. При этом защита не предоставлялась тому, кто захватил вещь силой, либо тайно, либо получил ее от противника до востребования (для последнего случая - отдельный интердикт, допускающий выяснение права собственности непосредственно сразу, а не отдельно от владельческого (“посессорного”) процесса). Применение силы вызывало выигрыш дела другой стороной. Особенность процесса об удержании владения: вещь могла быть присуждена как истцу, так и ответчику (если им является реальный собственник, забравший вещь у незаконного владельца без силы и не в тайне) - “двойной” характер интердикта по недвижимости.

Выделялось прекарное владение т.е. владение вещью до первого требования собственника.

Деление незаконного владения на добросовестное и недобросовестное имело немаловажное значение. Только добровольный владелец мог приобрести вещь в собственность по давности владения. Недобросовестный владелец строже отвечал за сохранность вещи при предъявлении собственником иска об изъятии его вещи у фактического владельца.

Титул VIII. Закона 12 таблиц сказано:

О делении вещей и свойствах их (De divisione rerum et qualitate) 1. (Гай). Наиболее общим образом вещи делятся на две части: одни являются вещами божественного права, другие - человеческого права. Вещи божественного права - это, например, вещи священные и религиозные. Святые вещи, как, например, стены и врата (города), также некоторым образом относятся к вещам божественного права. Вещи божественного права не входят в чье-либо имущество. То же, что относится к вещам человеческого права, входит большей частью и в чье-либо имущество; но (эти вещи) могут и не входить в чье-либо имущество, ибо вещи, входящие в состав наследства, не входят в чье-либо имущество, пока не явится какой-либо наследник. Вещи, которые являются вещами человеческого права, суть или публичные, или частные. Те, которые являются публичными, не считаются находящимися в чьем-либо имуществе, но считаются вещами, принадлежащими самой совокупности (universitas); частные же вещи - это те, которые принадлежат отдельным лицам.

Кроме того, некоторые вещи суть телесные, некоторые - бестелесные. Телесные вещи - те, которые могут быть осязаемы, например участок земли, человек (раб), золото, серебро и, наконец, другие неисчислимые вещи. Бестелесные вещи - те, которые не могут быть осязаемы; таковы те вещи, которые заключаются в праве", как наследство, узуфрукт, обязательства, заключенные каким-либо образом. Для (понятия) вещи не имеет значения, что в составе наследства имеются телесные вещи, ибо и плоды, извлекаемые из участка земли, являются телесными вещами, и то, что нам должно быть дано на основании какого-либо обязательства, большей частью является телесными вещами, как, например, участок, человек (раб), деньги; ибо само право наследования, и само право пользоваться вещью и извлекать плоды, и само право обязательства являются бестелесными. К этой категории относятся и права городских и сельских имений, которые называются сервитутами.

(Марциан). Некоторые вещи в силу естественного права являются общими для всех, некоторые принадлежат совокупности, некоторые не принадлежат никому, большинство принадлежит отдельным людям.

В силу естественного права, конечно, является общим для всех следующее: воздух, текучая вода и море, а следовательно, и берега моря.

(Флорентин). Также камушки, жемчуг и прочее, что мы находим на берегу, немедленно становятся нашими в силу естественного права.

(Марциан). Никому не запрещается доступ на берег моря с целью рыбной ловли, лишь бы данное лицо воздерживалось от входа в виллы, сооружения и памятники, так как эти (предметы) не относятся к праву народов, как море...

Владение приобреталось в собственность самостоятельным лицом, желающим владеть определенной вещью. На основании этого собственность Римской империи или юридических лиц предметом владения не являлась.

Право владения на вещь устанавливалось с момента соединения субъективных и объективных элементов, т.е. когда фактическое воздействие на вещь совпадало с желанием лица иметь данную вещь в своей собственности.

Способы приобретения владения:

1) захват - приобретение в собственность никому не принадлежащих движимых вещей и диких животных, т.е. установление фактического господства над вещью. Подобным образом в собственность приобретались и земельные участки. При возникновении споров о захвате наличие захвата определялось путем установления объективного и субъективного элементов владения;

2) передача владения, традиция. Данный способ приобретения владения наиболее часто применялся в хозяйственной жизни римского общества как наиболее простой по сравнению с захватом. Для приобретения вещи путем традиции достаточно простого соглашения с лицом, владеющим вещью. Подтвердить факт владения вещью возможно путем ее помещения в доме приобретателя. Приобретение владения являлось первоначальным, даже если оно передавалось от одного лица к другому. Существовало несколько способов передачи владения: путем передачи ключей (достаточно было передать не сами вещи, а ключи от склада, где они хранились), "передача длинной рукой" (для передачи владения было достаточно, чтобы продавец показал покупателю земельный участок с башни); "передача короткой рукой", в результате чего изменялась только воля сторон в отношении определенной вещи.