Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства

1. Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства.

Гражданская правоспособность лица - это его способность иметь  гражданские права и нести  обязанности, возникающая с момента  рождения и устанавливаемая законом.

Правоспособность присуща  любому человеку как биосоциальному индивиду и не зависит от его умственных способностей или состояния здоровья. Она возникает с момента рождения конкретного физического лица и  прекращается с его смертью или  после объявления в установленное  порядке данного человека умершим  на основании презумпции безвестного  отсутствия в течение определенного  законом срока.

Как устанавливается Гражданским  кодексом, гражданская правоспособность физического лица определяется его  личным законом. При этом иностранные  граждане и лица без гражданства  пользуются в Российской Федерации  гражданской правоспособностью  наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом. Иностранцы, в силу предоставляемого им национального режима, вправе заниматься на территории Российской Федерации  предпринимательской, благотворительной  и иной деятельностью; самостоятельно или совместно другими субъектами создавать в установленном порядке  юридические лица; иметь имущество  на праве собственности; наследовать  и завещать имущество; совершать  не противоречащие закону сделки и  участвовать в обязательствах; иметь  иные имущественные и личные неимущественные  права.

В отличие от граждан РФ, для иностранных граждан установлены  ограничения в области труда, связанные с их принадлежностью  к другому государству. Например, они не пользуются избирательным  правом и, следовательно, не избираются в органы государственной власти; они не участвуют во всенародном  голосовании (референдуме); не могут  назначаться на отдельные должности  или занятие такой деятельностью  связаны с принадлежностью к  гражданам РФ.

При соблюдении установленных  правил проживания в РФ иностранные  граждане имеют право передвижения по территории РФ. Ограничения в  передвижении и выборе места жительства допускаются для обеспечения  государственной безопасности, охраны общественного порядка, здоровья, защиты прав и законных интересов граждан  РФ.¹

Иностранные граждане и лица без гражданства, находящиеся на территории РФ, обязаны соблюдать  законы, уважать Конституцию РФ, традиции и обычаи народов России.

Предоставление национального  режима иностранцам означает не только уравнивание их в гражданских  правах россиянами, но и возложение на эти лица обязанностей, вытекающих из гражданского законодательства РФ (например, обязанности по возмещению в соответствующих случаях морального и имущественного вреда). Предусмотрено  разделение всех иностранцев на две  категории: постоянно проживающих  и временно пребывающих на территории нашей страны. Закон исходит из того, что факт постоянного проживания какого-либо лица в стране существенным образом определяет его правовое положение. Поэтому в таких вопросах, как трудовая деятельность, обеспечение жилищем, предоставление медицинской помощи, образование, иностранные граждане, постоянно проживающие в РФ, полностью приравниваются в правах к гражданам России.

 Несмотря на то, что  в нашей стране правовое положение  иностранцев в целом приравнивается  к правовому положению российских  граждан, статус первых и вторых  не может совпадать полностью.  Поэтому федеральное законодательство  Российской Федерации устанавливает  определенные изъятия прав иностранных граждан.

Так, иностранные граждане не могут занимать высшие государственные  должности, избирать и быть избранными в представительные органы власти, нести воинскую повинность, быть судьями, прокурорами, нотариусами, командирами  экипажей речных, морских и воздушных судов, машинистами железнодорожных локомотивов и т. д.

В ряде российских законов  для иностранцев содержатся ограничения  для осуществления права на занятие  определенными видами деятельности. Так, например, в области предпринимательской  деятельности к иностранцам предъявляются  дополнительные требования: иностранцам  предоставляется право заниматься предпринимательской деятельностью в России при условии, что они зарегистрированы для ведения хозяйственной деятельности в стране их гражданства.

В соответствии со ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, если иное не предусмотрено Федеральным Законом. Иностранцы пользуются в Российской Федерации, как правило, такой же гражданской правоспособностью, как и российские граждане.

В соответствии со ст. 3 ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» иностранный гражданин – это лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее гражданство (подданство) иностранного государства. Правоспособность иностранного лица неразрывно связана с его правовым статусом и определяется следующими условиями: иностранец пользуется правами и выполняет обязанности, вытекающие из его гражданства лишь в той мере, в какой это допускается государством пребывания, не противоречит его суверенитету и безопасности.

В соответствии со ст. 38 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации иностранные граждане имеют право обращаться в суды Российской Федерации для защиты своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Термин «безгражданство» в теории права определяет такое правовое состояние, которое характеризуется отсутствием у лица гражданства какого-нибудь государства. «Безгражданство» может быть абсолютным (без гражданства с момента рождения) и относительным (безгражданство, наступившее в результате утраты гражданства).

Необходимо отметить тенденцию  большинства правовых государств бороться с правовой аномалией «безгражданство» Результатом стало создание таких необходимых международно-правовых документов как Всеобщая декларация прав человека 1948г. и Европейская конвенция о гражданстве, где провозглашено право на гражданство. Лица без гражданства (апатриды) не должны быть бесправными.

В России статус лиц без  гражданства приравнивается к статусу  иностранных граждан. Однако необходимо определить важный момент: иностранное  дипломатическое представительство  не вправе оказывать лицам без  гражданства в Российской Федерации  защиту. Как и иностранные граждане, лица без гражданства не несут  воинской обязанности, не обладают таким  конституционным правом на территории Российской Федерации как избирательное, на них распространяются те же профессиональные ограничения, что и на иностранцев. Россия не принимает участие ни в  одном международном договоре, специально посвящённым лицам без гражданства  и ограничивается внутренними мерами.

Обеспечивая защиту лицам  без гражданства и используя  концепцию защиты прав человека, Россия ориентируется на европейские стандарты. В соответствии со ст. 2 Конституции РФ: «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства. В соответствии со ст. 46 Конституции РФ каждый вправе в соответствии с международными договорами в Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Одной из характеристик  правового государства является тот факт, что оно, подчиняясь международному контролю и взятым на себя обязательствам, предоставляет всем лицам без  гражданства, находящимся на его  территории, определённые права на участие в социальной, экономической, общественной жизни общества, пока они не приобрели статус гражданства.

Следовательно, лица без  гражданства, в том числе беженцы, могут участвовать и в гражданско-правовых отношениях, которые являются неотъемлемой частью экономико-социальной жизни  российского общества. Такое участие  обеспечивает лицам без гражданства  правоспособность и дееспособность, определяемая российским законодательством.²

Ст. 2 Гражданского кодекса  РФ предусматривает, что правила, установленные  гражданским законодательством, применяются  к отношениям с участием лиц без  гражданства.

Приобретение лицами без  гражданства гражданства Российской Федерации – самостоятельный  факт, характеризующий правоспособность иностранных граждан и лиц  без гражданства.

Вопрос приобретения лицами без гражданства регламентирован  в Законе «О гражданстве Российской Федерации».

Содержание правоспособности граждан  образует те имущественные и личные неимущественные права и обязанности, которыми гражданин согласно закону может обладать. Перечень, которых  дан в ст. 18 ГК, в соответствии с ней, гражданин может:

-  иметь имущество на праве собственности;

-  наследовать и завещать имущество;

-  заниматься предпринимательской и любой другой не запрещенной законом деятельностью;

-  создавать юридические лица самостоятельно или совместно с другими или юридическими лицами;

• совершать любые не противоречившие закону сделки и участвовать в обязательствах;

-  избирать место жительства;

• иметь права авторов приведений науки, литературы и искусства, изобретений и иных охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности;
• иметь иные имущественные и личные неимущественные права;

Между тем в п. 1 ст. 17 ГК указывается  и на способность граждан “нести обязанности”. В данном случае законодатель уделяет внимание главному в содержании правоспособности – правам.

Но косвенное указание на обязанности в законе присутствует. Например, с несением обязанностей связанно и право иметь имущество  собственности. Ст. 210 ГК предусматривает, что собственник несет бремя  содержания принадлежащего ему имущества, т. е. определенные обязанности.

Таким образом, в содержании правоспособности, безусловно, входит и упомянутая в  п. 1 ст. 17 ГК способность нести обязанность (исполнить обязательство, возместить причиненный вред и т. п.)

В ст. 18 ГК перечислены наиболее важные (с точки зрения законодателя) права, которые могут быть у гражданина. Это наиболее существенное из перечисленных  прав и они носят конституционный  характер.

Как и для любого субъективного  права, так и для правоспособности характерны некоторые пределы и  границы.³

Для характеристики гражданской правоспособности принципиальное значение имеет закрепленное законом равноправие граждан. Равноправие  граждан, означает нечто иное, как  равенство правоспособности граждан.

Следовательно, согласно букве закона все граждане обладают равной по содержанию правоспособностью, никто не имеет ни каких привилегий и преимуществ способности обладать правами. Российские граждане признаются полностью равноправными независимо от пола, расы, национальности, языка.

Отклонения от этого принципа нельзя видеть в том, что некоторые граждане фактически или по прямому указанию закона не могут (неспособны) обладать отдельными правами и обязанностями (несовершеннолетние, психически больные). Некоторые авторы полагают, что, правоспособность некоторых граждан может иметь специальный характер. Мне думается, что, в отличие от юридического лица, граждане не могут иметь общий и специальный правоспособности. Она для них одна.

Правоспособность признается за гражданином  законом. При этом согласно закону гражданин  не вправе отказаться от правоспособности или ограничить ее. Следовательно, для  правоспособности характерна не отчуждаемость. Это непременный признак правоспособности физических лиц. От правоспособности нельзя отказаться, ее нельзя передать другому и, наконец, нельзя даже в судебном порядке лишить правоспособности.

Однако ГК РФ предусматривает ограничение  правоспособности, приравнивая ее в этом смысле к дееспособности. Но если рассматривать правоспособность физического лица как неотчуждаемое свойство, неотчуждаемое в целом, а потому не делимое, напрашивается вывод: правоспособность гражданина ограничить невозможно даже на время или навсегда как в уголовном, так и в гражданском порядке. Я думаю, что ограничить можно лишь право, а не правоспособность. Поэтому все требования, которые предъявляются к ограничению дееспособности, здесь не применимы.

Гражданин вправе с соблюдением  установленных законом требований распоряжаться субъективными правами (продать или подарить принадлежащую  ему вещь и так далее), но не может  уменьшить свою правоспособность.

Интересным обстоятельством, на мой  взгляд, является, то, что гражданин, имея право отказаться от конкретного  субъективного права, передать его  другому лицу (например, право собственности  на конкретную вещь), не может отказаться от правоспособности полностью или  от какой-либо ее части.

Государство гарантирует правоспособность граждан, “недопустимость лишения и ограничения правоспособности гражданина”:

1. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и порядке, установленных законах.
2. Не соблюдение установленных законом условий и порядка ограничения дееспособности граждан или их права заниматься предпринимательской либо иной деятельностью влечет не действительность акта государственного или иного органа, устанавливающего соответствующее ограничение.

3. Полный или частичный отказ  гражданина от правоспособности  или дееспособности и другие  сделки, направленные на ограничение  правоспособности или дееспособности, ничтожны, за исключением случаев,  когда такие сделки допускаются  законом.

Таким образом, сам гражданин не вправе полностью или частично отказаться от правоспособности или дееспособности.

Государство же оставляет за собой  право ограничить права и свободы  граждан путем издания соответствующего федерального закона. Однако, сделано  это может быть только в условиях чрезвычайного (военного) положения  с указанием пределов и срока  действия такого ограничения (в случае необходимости защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и  безопасности государства).

Никто не может быть ограничен в  правоспособности иначе как в  случаях и в порядке, установленных  законом (п.1 ст.22 ГК).

Полное лишение лица правоспособности вообще законодательством не предусмотрено. В исключительных случаях, допускается, однако, лишение лица отдельных элементов  правоспособности, например для лиц, отбывающих по приговору суда наказание  за совершенное преступления. Лишение  свободы означает не только лишение  свободы передвижения и выбора места  жительства на установленный приговором суда сторон, но и одновременно и определенный установленный законодательством режим. Такие лица ограничены в праве приобретать имущество в пользование непосредственно в местах лишения свободы, избирать род занятий и некоторых других имущественных и не имущественных правах.

Так, абзац 5 п. 4 ст. 66 ГК устанавливает, что законом может быть запрещено  или ограничено участие отдельных  категорий граждан хозяйственных  товариществах и обществах, за исключением  открытых акционерных обществ. В  частности, лицо может быть полным товарищем  только в одном товариществе на вере (абзац 1 п. 3 ст. 82 ГК), т.е. его правоспособность в какой то мере ограничена. Ограничение  правоспособности в указанных случаях  допускается при условии соблюдения установленных законом условий  и порядка. Если это условие не соблюдается, акт государственного или иного органа, установившей соответствующее  ограничение признается не действительной (п. 2 ст. 22 ГК) в порядке предусмотренном  ст. 13 ГК.

Принудительное ограничение правоспособности нельзя смешивать с лишением гражданина отдельных субъективных прав. Так, конфискация  имущества по приговору суда означает лишение гражданина права собственности  на определенные вещи и ценности, но не связана с ограничением правоспособности.⁴

Таким образом, правоспособность имеет свои отличительные и принципиально  важные особенности. Но, будучи в определенной мере абстрактным понятием, правоспособность гражданина дифференцируется применительно  к характеру регулируемых отношений, в сфере действия гражданского законодательства ее содержание определяется гражданским  законодательством, в том числе  ГК РФ, дающий ст. 18 перечень прав и обязанностей.

2. Коллизионные вопросы права собственности и иных вещных прав

Право собственности является центральным институтом национального  гражданского права, предопределяющим характер других институтов права данного  государства. В международных гражданских  отношениях вопросы собственности  не играют такой роли. Центральным  институтом международного гражданского оборота выступает право внешнеэкономических  сделок. В праве собственности  практически невозможна международная  унификация гражданских материально-правовых норм. Основную роль в регулировании  права собственности и других вещных прав с иностранным элементом  играет коллизионное право.

В законодательстве большинства  государств установлено деление  вещей на движимые и недвижимые. По отношению к недвижимости господствует принцип, что право собственности  на такое имущество подчиняется  закону места нахождения вещи. Этот закон определяет и содержание права  собственности на недвижимость, и  форму, и порядок, и условия перехода вещных прав. Закон места нахождения вещи регулирует и форму сделок о  вещных правах на недвижимость.

Более сложным является решение  вопроса коллизионного регулирования  движимого имущества (права требования, ценные бумаги, транспортные средства, личные вещи и т.п.). Исходным коллизионным принципом определения вещных прав на любое имущество признается закон  места нахождения вещи. Это общепризнанное коллизионное начало установления вещно-правового  статута правоотношения.

В рамках названных правоотношений решаются вопросы: классификация вещей, их деление на движимые и недвижимые, способность выступать в качестве объекта права собственности  и других вещных прав, содержание права  собственности и других вещных прав, порядок и способы возникновения, перехода и прекращения вещных прав, момент перехода права собственности.

В принципе практически везде  признан замкнутый круг вещных прав, т.е. невозможность определения вещного  статута по автономии воли сторон. Если право собственности возникло по закону места нахождения вещи, то оно сохраняется и признается при перемещении вещи через границу, т.е. сохраняется за приобретателем и не зависит от перевозки вещи в другое государство. Во всех правовых системах признается экстерриториальный характер вещных прав.

Порядок управления общей  долевой собственностью подчиняется  закону места нахождения предмета общей  собственности. Закон места нахождения вещи обычно определяет и объем права  собственности. Из этого следует, что  при перемещении вещей из одного государства в другое изменяется и содержание прав собственника, и  не имеет значения, какое право  применялось при возникновении  вещных прав и каков личный закон  самого собственника. Таким образом, право собственности на вещь, приобретенную  за границей, признается, но его содержание определяется не законом места приобретения вещи и не личным законом приобретателя, а законом места нахождения вещи, т.е. местным правом⁵.

Особой сложностью отличаются вопросы, касающиеся момента перехода риска случайной гибели или порчи  вещи с отчуждателя на приобретателя, когда переход права собственности  осуществляется по договору. Коллизионные проблемы этого вопроса связаны  с тем, что право разных государств принципиально различно определяет момент перехода риска. В некоторых  странах (Швейцария, Япония, Нидерланды, Латинская Америка) господствует принцип  римского права — риск переходит  на покупателя в момент заключения контракта, независимо от того, перешло  ли в этот момент право собственности (риск несет покупатель).

Другие государства (Великобритания, ФРГ) придерживаются начала — риск несет собственник, т.е. момент перехода риска совпадает с моментом перехода права собственности. Момент перехода права собственности определяется по-разному. Великобритания — в принципе оба момента совпадают, но момент перехода права собственности зависит от намерений сторон (есть презумпция, что право собственности переходит в момент заключения контракта). ФРГ — моменты перехода права собственности и риска определяются моментом совершения контракта, но для передачи собственности и перехода риска требуется передать владение вещью.

Переход права собственности  и переход риска — это различные  гражданско-правовые категории. В первом случае налицо проблемы вещно-правового  статута, во втором — обязательственного. Вопрос о моменте перехода риска  имеет самостоятельное коллизионное регулирование. Гаагская конвенция  о праве, применимом к переходу права  собственности в случаях международной  продажи движимых материальных вещей, принятая в 1958 г., устанавливает принципиально  различное и самостоятельное  коллизионное регулирование для  момента перехода права собственности  и момента перехода риска.

Самостоятельное коллизионное регулирование является исходным моментом при решении коллизионного вопроса. В международной торговле при  применении инкотермс момент перехода права собственности и момент перехода риска рассматриваются  как самостоятельные категории  и определяются без использования  коллизионных принципов посредством  унифицированного материально-правового  регулирования. В инкотермс момент перехода права собственности не учитывается вообще; значение имеет  только установление момента перехода риска.

Закон места нахождения вещи применяется и при решении  вопросов защиты добросовестного приобретателя  против виндикации со стороны собственника (страны общего права, ФРГ). Во французском  праве наблюдается тенденция  расширительного толкования этого  начала — законодательство Франции  регулирует защиту добросовестного  приобретателя любых движимых вещей  на территории Франции, даже если в  момент предъявления виндикации вещь находится за границей.

Особой сложностью отличаются случаи, когда предметом сделки является «груз в пути» — движимые материальные вещи, находящиеся в процессе международной  перевозки. При совершении сделок по поводу таких вещей практически  невозможно определить, на территории какой страны находится вещь в  данный момент.

Особенности коллизионного  регулирования «груза в пути»  связаны с тем, что здесь невозможно применение закона места нахождения вещи. По общему правилу применяются  специальные коллизионные привязки — право места нахождения товарораспорядительных документов, право места отправления  или назначения груза, личный закон  собственника, закон продавца. Наилучший  способ регулирования — применение автономии воли сторон. При этом необходимо установить действительные намерения сторон.

Применение закона места  нахождения вещи невозможно и в том  случае, если речь идет не о физической вещи, а о правах на имущественный  комплекс, в состав которого входят и вещные, и обязательственные  права (в том числе и «исключительные  права» — авторские, изобретательские). Оптимальным вариантом регулирования  защиты прав на имущественный комплекс является автономия воли и расщепление  коллизионной привязки.

В современном праве довольно много ограничений применения закона места нахождения вещи, замены его  другими формулами прикрепления. В принципе наблюдается тенденция  к сужению вещно-правового статута  правоотношения за счет расширения обязательственного или личного. Гаагская конвенция  о праве, применимом к переходу права  собственности в международной  торговле товарами, 1958 г. содержит положение, что право, применимое к контракту (т.е. обязательственный статут), в  отношениях между сторонами определяет:

1. Момент, до наступления которого продавец имеет право на доходы или плоды от проданной вещи.
2. Момент, до наступления которого продавец несет риск, связанный с проданной вещью.
3. Момент, до наступления которого продавец имеет право на возмещение убытков, связанных с проданной вещью.
4. Момент, до наступления которого действует оговорка о сохранении права собственности в пользу продавца.
5. Момент, по наступлении которого к новому собственнику переходит право распоряжения вещью.

Однако, несмотря на все перечисленные  ограничения применения закона места  нахождения вещи, это коллизионное начало остается основной коллизионной привязкой при определении содержания вещных прав. Общепризнанное применение закона места нахождения вещи обусловлено  сложившейся международно-правовой практикой. Данный коллизионный принцип  учитывается даже в тех случаях, если он не закреплен в национальном законодательстве.

Коллизионное регулирование  вещных прав в российском законодательстве установлено в ст. 1205 —1207, 1213 ГК РФ. Генеральной коллизионной привязкой  всех вещных прав признается закон  места нахождения вещи. Это коллизионное правило применяется для определения  принадлежности имущества к движимому  или недвижимому, для определения  содержания, возникновения, прекращения  права собственности и иных вещных прав.

Коллизионная привязка этой статьи имеет императивный характер. Применение к вещным правам закона места нахождения вещи дополняется  императивным положением о том, что  форма сделки в отношении недвижимого  имущества подчиняется праву  страны места нахождения этого имущества. Форма сделки в отношении недвижимостей, внесенных в государственный  реестр РФ, должна подчиняться только российскому праву.

К возникновению и прекращению  вещных прав (за исключением вещных прав на «груз в пути») также применяется  закон того государства, на территории которого вещь находилась в момент, когда имело место действие или  обстоятельство, послужившее основанием для возникновения или прекращения вещных прав. Положения этой статьи имеют диспозитивный характер — они дополнены словами «если иное не предусмотрено законом». Возникновение и прекращение вещных прав по сделкам с «грузом в пути» регулируется на основе привязок обязательственного статута — применяется право страны места отправления груза.

К возникновению права  собственности и иных вещных прав на имущество, приобретенное в силу приобретательной давности, применяется  право того государства, на чьей территории находилось такое имущество в  момент окончания срока приобретательной давности. Таким образом, ст. 1206 ГК РФ устанавливает «цепочку» коллизионных норм, регулирующих различные случаи возникновения и прекращения  вещных прав.

Российский законодатель закрепляет особый правовой режим вещей, подлежащих государственной регистрации (водных и воздушных судов, космических  объектов), — к регулированию  права собственности и иных вещных прав на такие вещи применяется право  того государства, в чей государственный  реестр они занесены.

Российское законодательство учитывает современные тенденции  в развитии коллизионного регулирования (расширение применения автономии воли) — возможен выбор права сторонами  при заключении соглашений в отношении  недвижимого имущества. Автономия  воли является генеральной коллизионной привязкой ко всем договорным отношениям, в том числе и по сделкам  с недвижимостью. Статья 1213 ГК РФ содержит и субсидиарную коллизионную привязку (при отсутствии соглашения сторон о применимом праве) — применяется  право того государства, с которым  договор наиболее тесно связан.