Проблема духовности в современном мире. 2

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

АЛЬМЕТЬЕВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НЕФТЯНОЙ ИНСТИТУТ

Кафедра гуманитарного образования и социологии

 

Реферат по философии

на тему: «Проблема духовности в современном мире»

 

 

 

Выполнил: студент группы

 

Научный руководитель:

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Альметьевск 2013

СОДЕРЖАНИЕ

 

Введение...................................................................................................................... 3

1. Духовная жизнь общества..................................................................................... 6

2. Диалектика духовной жизни общества...............................................................10

3. Проблема духовности в современном мире....................................................... 21

Заключение................................................................................................................ 25

Список использованной литературы...................................................................... 27

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

По мнению ученых XXI век будет веком практик и наук не только о социальном, но и о телесном. Выдвигаемые сегодня предложения по «улучшению» человеческой телесности стимулируют новое обсуждение старой философской проблемы: что есть человек, что есть норма и патология, как применительно к физическому здоровью, так и в отношении духовной жизни. Социально-философский анализ проблем человеческой духовности и телесности особенно актуален в наше время в силу антропологического «поворота» в современной философии, развития науки и техники, негативного воздействия научно-технической революции насущностные силы человека, его физическое, духовное и психическое развитие, в связи с реальной угрозой жить человеку в искусственном мире, в техносфере, что несовместимо с бытием человека как естественного, телесного существа, несовместимо с опасными экспериментами над человеком.

Среди проблем современной цивилизации ученые выделяют три основные глобальные проблемы: экологическая, социальная и культурно-антропологическая.

Сущность экологической проблемы составляет неконтролируемый рост техносферы и его отрицательное воздействие на биосферу. Отсюда есть смысл говорить об экологии духовности и телесности. Например, кризис духовности социума породил разруху в окружающей среде. И чтобы преодолеть этот кризис нужно восстановить изначальную гармонию человека с природой.

Антропологическую проблему составляет усиливающаяся дисгармония между развитием природных и социальных качеств человека. Ее компонентами являются: снижение здоровья людей, угроза разрушения генофонда человечества и появление новых болезней; отрыв человека от биосферной жизни и переход в техносферные условия жизнедеятельности; дегуманизация людей и потеря нравственности; расщепление культуры на элитарную и массовую; рост количества самоубийств, алкоголизма, наркомании; расцвет тоталитарных религиозных сект и политических группировок.

Сущность социальной проблемы составляет неприспособленность механизмов социальной регуляции к изменившейся реальности. Здесь следует выделить компоненты: растущая дифференциация стран и регионов мира по уровню потребления природных ресурсов и уровню экономического развития; большая численность людей живущих в условиях недоедания и нищеты; рост межэтнических конфликтов; формирование в развитых странах низшего слоя населения.

Все эти проблемы напрямую связаны с духовностью и телесностью человека и решить одну из этих проблем, не решая остальных, не представляется возможным.

Духовная сторона бытия человека возникает на основе его практической деятельности как особая форма отражения объективного мира, как дополнительное средство ориентации в этом мире, а также взаимодействия с ним. Генетическая (по происхождению) связь духа с практической деятельностью человека никогда не прерывается: так было во времена становления человечества, так происходит и сейчас, в период формирования (социализации) каждого отдельного человека. Ведь абстрактное мышление не является нашей природной способностью. Оно не наследуется биологически, а формируется в процессе приобщения индивида к специфически социальному образу жизни и деятельности.

Человеческое мышление по сути своей есть та же самая предметная деятельность, только связана она не с реально осязаемыми предметами, а с их идеальными заменителями — знаками, символами, образами и т.д.

Иначе говоря, все мыслительные операции формируются в результате своеобразного переноса внешнепредметных действий во внутренний идеальный план. Именно это обстоятельство и создает объективную основу вроде бы чисто субъективной человеческой духовности.

Что же касается самих духовных ценностей, вокруг которых складываются отношения людей в духовной сфере, то этим термином обычно обозначают социально-культурное значение различных духовных образований (идей, норм, образов, догм и т.д.). Причем, в ценностных представлениях людей непременно присутствует некий предписательно-оценочный элемент.

В духовных ценностях (научных, эстетических, религиозных) выражаются общественная природа самого человека, а также условия его бытия. Это своеобразная форма отражения общественным сознанием объективных тенденций развития общества. В понятиях прекрасного и безобразного, добра и зла, справедливости, истины и пр. человечество выражает свое отношение к наличной реальности и противопоставляет ей некое идеальное состояние общества, которое должно быть установлено. Любой идеал всегда как бы «приподнят» над действительностью, содержит в себе цель, желание, надежду, в общем, нечто должное, а не сущее.

Это-то и придает должному вид идеальной сущности, вроде бы совершенно ни от чего независимой. На поверхности лишь его оценивающий и предписывающий характер. Земные же истоки, корни этих идеализаций, как правило, скрыты, потеряны, искажены. В том бы не было большой беды, если бы естественно-исторический процесс развития общества и его идеальное отражение совпадали. Но так бывает далеко не всегда. Нередко идеальные нормы, рожденные одной исторической эпохой, противостоят действительности другой эпохи, в которой их смысл безвозвратно утрачен. Это указывает на наступление состояния острого духовного противоборства, идеологических битв и душевных потрясений. Именно эти черты характеризуют  проблемы духовности в современном мире. 

Целью данной работы является выявление основных проблем духовности в современном мире и обществе. Данная тема является весьма актуальной, так как за последние годы изучение проблемы духовности стало одним из ведущих направлений в философских исследованиях в целом.

 

 

 

 

1. Духовная жизнь общества

Духовная жизнь человека и человечества — феномен, который, как и культура, отличает их бытие от природного и придает ему социальный характер. Через духовность идет осознание окружающего мира, выработка более глубокого и тонкого отношения к нему. Через духовность идет процесс познания человеком самого себя, своего предназначения и жизненного смысла.

История человечества показала противоречивость человеческого духа, его взлеты и падения, утраты и обретения, трагизм и громадный потенциал.

Духовность сегодня — условие, фактор и тонкий инструмент решения задачи выживания человечества, его надежного жизнеобеспечения, устойчивого развития общества и личности. От того, как человек использует потенциал духовности, зависит его настоящее и будущее.

Духовность — сложное понятие. Оно использовалось, прежде всего, в религии, религиозной и идеалистически ориентированной философии. Здесь оно выступало в виде самостоятельной духовной субстанции, которой принадлежит функция творения и определения судеб мира и человека.1

Вместе с тем понятие духовности широко используется в концепциях «духовного возрождения», в исследованиях «духовного производства», «духовной культуры» и т.д. Однако его определение по-прежнему остается дискуссионным.

В культурно-антропологическом контексте понятие духовности употребляется при характеристике внутреннего, субъективного мира человека, как «духовного мира личности». Но что входит в этот «мир»? По каким критериям определять его наличие, а тем более развитие?

Очевидно, что понятие духовности не исчерпывается разумом, рациональностью, культурой мышления, уровнем и качеством знаний. Не формируется духовность и исключительно посредством образования. Разумеется, вне перечисленного духовности нет и не может быть, однако односторонний рационализм, особенно позитивистски-сциентистского толка, недостаточен для определения духовности. Сфера духовности шире по объему и богаче по содержанию того, что относится исключительно к рациональности.

Равно духовность нельзя определить как культуру переживаний и чувственно-волевого освоения мира человеком, хотя и вне этого духовность как качество человека и характеристика его культуры тоже не существует.

Понятие духовности, несомненно, необходимо для определения утилитарно-прагматических ценностей, мотивирующих поведение и внутреннюю жизнь человека. Однако еще более оно важно при идентификации тех ценностей, на основе которых решаются смысложизненные проблемы, обычно выражающиеся для каждого человека в системе «вечных вопросов» его бытия. Сложность их решения в том, что, хотя они имеют общечеловеческую основу, всякий раз в конкретном историческом времени и пространстве каждый человек открывает и решает их заново для себя и при этом по-своему. На этом пути осуществляется духовное восхождение личности, обретение духовной культуры и зрелости.2

Таким образом, главное здесь — не накопление разнообразных знаний, а их смысл и цель. Духовность есть обретение смысла. Духовность — свидетельство определенной иерархии ценностей, целей и смыслов, в ней концентрируются проблемы, относящиеся к высшему уровню освоения мира человеком. Духовное освоение есть восхождение по пути обретения «истины, добра и красоты» и других высших ценностей. На этом пути определяются творческие способности человека не только мыслить и действовать утилитарно, но и соотносить свои действия с чем-то «внеличностным», составляющим «мир человека».

Дисбаланс в знаниях об окружающем мире и о самом себе придает противоречивость процессу формирования человека как духовного существа, обладающего возможностью творить по законам истины, добра и красоты. В этом контексте духовность есть интегративное качество, относящееся к сфере смысложизненных ценностей, определяющих содержание, качество и направленность человеческого бытия и «образ человеческий» в каждом индивиде.

Проблема духовности — это не только определение высшего уровня освоения человеком своего мира, отношения к нему — природе, обществу, другим людям, к себе. Это проблема выхода человека за рамки узко эмпирического бытия, преодоления себя «вчерашнего» в процессе обновления и восхождения к своим идеалам, ценностям и реализации их на своем жизненном пути. Следовательно, это проблема «жизнетворчества». Внутренней основой самоопределения личности является «совесть» — категория нравственности. Нравственность же является определителем духовной культуры личности, задающей меру и качество свободы самореализации человека.

Таким образом, духовная жизнь — важная сторона бытия и развития человека и общества, в содержании которой проявляется подлинно человеческая сущность.

Духовная жизнь общества — область бытия, в которой объективная, надындивидуальная реальность дана не в виде противостоящей человеку внешней предметности, а как идеальная реальность, совокупность смысложизненных ценностей, присутствующая в нем самом и детерминирующая содержание, качество и направленность социального и индивидуального бытия. 3

Генетически духовная сторона бытия человека возникает на основе его практической деятельности как особая форма отражения объективного мира, как средство ориентации в мире и взаимодействия с ним. Как и предметно-практическая, духовная деятельность следует в целом законам этого мира. Разумеется, речь не идет о полном тождестве материального и идеального. Суть заключается в их принципиальном единстве, совпадении основных, «узловых» моментов. При этом создаваемый человеком идеально-духовный мир (понятий, образов, ценностей) обладает принципиальной автономностью, развивается и по своим собственным законам. В результате он может очень высоко воспарить над материальной действительностью. Однако полностью оторваться от своей материальной основы дух не может, поскольку, в конечном счете, это означало бы потерю ориентации человека и общества в мире. Результатом такого отрыва для человека является уход в мир иллюзий, психические болезни, а для общества — его деформация под воздействием мифов, утопий, догм, социальных прожектов. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Диалектика духовной жизни общества

Характерной чертой современной духовной ситуации является ее глубочайшая противоречивость. С одной стороны, в ней есть надежда на лучшую жизнь, захватывающие дух перспективы. С другой — она несет тревоги и опасения, поскольку отдельный человек остается в одиночестве, теряется в грандиозности происходящего и море информации, утрачивает гарантии защищенности.

Ощущение противоречивости современной духовной жизни нарастает по мере того, как одерживаются блестящие победы в науке, технике, медицине, увеличивается финансовое могущество, растет комфорт и благополучие людей, приобретается более высокое качество жизни. Обнаруживается, что достижения науки, техники и медицины могут быть использованы не во благо, а во вред человеку. Ради денег, комфорта одни люди способны беспощадно уничтожать других.

Таким образом, главное противоречие времени состоит в том, что научно-технический прогресс не сопровождается прогрессом нравственным. Скорее наоборот: захваченные пропагандируемыми светлыми перспективами, большие массы людей утрачивают собственные нравственные опоры, усматривают в духовности и культуре некий балласт, не соответствующий новой эпохе. Именно на этом фоне в XX веке стали возможными гитлеровские и сталинские лагеря, терроризм, девальвация человеческой жизни. История показала, что каждый новый век приносил гораздо больше жертв, чем предыдущий — такова была до сих пор динамика социальной жизни.4

При этом самые жестокие злодейства и репрессии совершались в различных социально-политических условиях и странах, в том числе имеющих развитую культуру, философию, литературу, высокий гуманитарный потенциал. Осуществляли их нередко высокообразованные и просвещенные люди, что не позволяет отнести их на счет неграмотности и невежества. Поразительно также то, что факты варварства и человеконенавистничества далеко не всегда получали и не всегда получают до сих пор широкое общественное осуждение.

Философский анализ позволяет выявить главные факторы, определившие ход событий и духовную атмосферу в XX веке и сохранившие свое влияние на рубеже XXI в.

Небывалый прогресс науки и техники определил неповторимое своеобразие XX века. Его последствия прослеживаются буквально во всех сферах жизни современного человека. Новейшие технологии правят миром. Наука стала не только формой познания мироздания, но и главным средством преобразования мира. Человек превратился в геологическую силу планетарного масштаба, ибо его мощь порой превосходит силы самой природы.

Вера в разум, просвещение, знания всегда были значимым фактором духовной жизни человечества. Однако идеалы европейского Просвещения, которые породили надежды народов, были попраны кровавыми событиями, последовавшими вслед за ним в самых цивилизованных странах. Оказалось также, что новейшие разработки науки и техники могут быть использованы во вред людям. Увлечение возможностями, автоматизации в XX веке таило в себе опасность вытеснения из трудового процесса уникально-творческих начал, грозило свести деятельность человека к обслуживанию автомата. Компьютер, информация и информатизация, революционизируя интеллектуальный труд и становясь фактором творческого роста человека, являются мощным средством воздействия на общество, человека, массовое сознание. Становятся возможными новые виды преступлений, которые способны подготовить только хорошо образованные люди, владеющие специальными знаниями и высокими технологиями.

Таким образом, научно-технический прогресс выступает фактором усложнения духовной жизни общества. Он характеризуется свойством принципиальной непредсказуемости своих последствий, в ряду которых оказываются и те, которые имеют деструктивные обнаружения. Человек, следовательно, должен находиться в постоянной готовности, чтобы уметь ответить на вызовы порожденного им самим искусственного мира.

История духовного развития XX века свидетельствует о напряженных поисках ответов на вызовы науки и техники, о драматическом осознании уроков прошедшего и возможных новых опасностей, когда приходит понимание необходимости неустанной и кропотливой работы по укреплению нравственных основ общества. Это не есть задача одноразового решения. Она встает вновь и вновь, каждое поколение должно решать ее самостоятельно, учитывая уроки прошлого и думая о будущем.5

XX век продемонстрировал  невиданный рост могущества государства  и его воздействия на все  сферы общественной и индивидуальной  жизни, в том числе духовной. Налицо  факты тотальной зависимости  человека от государства, которое  обнаружило способность подчинить  себе все проявления бытия  личности и охватить рамками  такого подчинения практически  все население.

Государственный тоталитаризм следует рассматривать как самостоятельный феномен истории XX века. Он не сводится к той или иной идеологии или периоду и даже типу политической власти, хотя эти вопросы исключительно важны. Дело в том, что даже страны, считающиеся бастионами демократии, не избежали в XX веке тенденций к вторжению в частную жизнь граждан («маккартизм» в США, «запреты на профессии» в ФРГ и т.д.). Права граждан нарушаются в самых различных ситуациях и при самом демократическом государственном устройстве. Это говорит о том, что государство само по себе выросло в особую проблему и имеет интенции к тому, чтобы подмять под себя общество и личность. Не случайно на определенном этапе возникают и развиваются различные формы негосударственных организаций правозащитной направленности, стремящиеся оградить личность от произвола государства.

Рост могущества и влияния государства обнаруживается в росте численности государственных служащих; усилении влияния и оснащенности репрессивных органов и спецподразделений; создании мощного пропагандистско-информационного аппарата, способного собирать самую подробную информацию о каждом гражданине общества и подвергать массовой обработке сознание людей в духе заданной государственной идеологии.

Противоречивость и сложность ситуации состоит в том, что государство как в прошлом, так и настоящем необходимо обществу и индивиду.

Дело в том, что природа социального бытия такова, что человек повсюду сталкивается со сложнейшей диалектикой добра и зла. Эти проблемы пытались решить самые сильные человеческие умы. И все же скрытые причины этой диалектики, направляющие развитие общества, остаются пока непознанными. Посему сила, насилие, страдание — пока неизбежные спутники человеческой жизни. Культура, цивилизация, демократия, долженствующие, казалось бы, смягчить нравы, остаются тонким слоем лакировки, под которым скрываются бездны дикости и варварства. Этот слой время от времени прорывается то в одном месте, то в другом, а то и в нескольких сразу, и человечество оказывается на краю бездны ужасов, зверств и мерзостей. И это при том, что существует государство, не позволяющее скатиться в эту бездну и сохраняющее хотя бы видимость цивилизованности. И та же трагическая диалектика человеческого бытия заставляет его то возводить институты для обуздания собственных страстей, то разрушать их силою тех же страстей.

И все же то страдание, которое сообществу приходится испытывать от государства, неизмеримо меньше того зла, которое выпало бы на его долю, не будь государства и его сдерживающей силы, являющейся основой безопасности граждан в целом. Как заметил Н.А. Бердяев, государство существует не для создания на земле рая, а для того, чтобы не дать ей превратиться в ад.

История, в том числе отечественная, свидетельствует, что там, где государство разрушается или слабеет, человек становится беззащитным перед ничем не контролируемыми силами зла. Становятся бессильными законность, суд, управление. Индивиды начинают искать защиты у негосударственных образований и сильных мира сего, природа и действия которых носят часто криминальный характер. Так устанавливается личная зависимость со всеми признаками рабства. И это предвидел еще Гегель, заметивший, что люди должны очутиться в беззащитном положении, чтобы почувствовать необходимость надежной государственности, или, добавим, «крепкой руки». И каждый раз им приходилось начинать заново образование государства, недобро вспоминая тех, кто увлек их на путь мнимой свободы, оборачивающейся на деле еще большим рабством.6

Таким образом, значение государства в жизни современного общества велико. Однако это обстоятельство не позволяет закрывать глаза на опасности, исходящие от самого государства и выражающиеся в тенденциях к всевластию государственной машины и поглощению ею всего общества. Опыт XX в. показывает, что общество должно уметь противостоять двум в равной мере опасным крайностям: с одной стороны, разрушению государства, с другой — его подавляющему воздействию на все стороны жизни общества. Оптимальный путь, который обеспечивал бы соблюдение интересов государственного целого и в то же время отдельной личности, пролегает в сравнительно узком промежутке между хаосом безгосударствености и государственной тиранией. Уметь оставаться на этом пути, не впадая в крайности, чрезвычайно сложно. России в XX в. этого сделать не удалось.

Иных средств противостояния государственному всевластию, кроме как осознание этой опасности, учет роковых ошибок и извлечение из них уроков, пробуждение чувства ответственности всех и каждого, критика государственных злоупотреблений, становление гражданского общества, защита прав человека и законности, — нет.

«Восстание масс» — выражение, примененное испанским философом X. Ортегой-и-Гассетом для характеристики специфического феномена XX века, содержание которого составляет усложнение социальной структуры общества, расширение сферы и увеличение темпа социальной динамики. 7

В XX веке относительную упорядоченность общества и его прозрачную социальную иерархию сменила его массовизация, породив целый комплекс проблем, в том числе духовных. Индивиды одной социальной группы получили возможность переходить в другие. Социальные роли стали распределяться относительно случайно, часто вне зависимости от уровня компетенции, образованности и культуры индивида. Какого-либо устойчивого критерия, определяющего продвижение на более высокие ступени социального положения, не существует. Даже компетенция и профессионализм в условиях массовизации подверглись девальвации. Поэтому на самые высокие посты в обществе могут проникнуть люди, не обладающие необходимыми для этого качествами. Авторитет компетенции легко заменяется авторитетом власти и силы.

Вообще в массовом обществе критерии оценок изменчивы и разноречивы. Значительная часть населения либо равнодушна к происходящему, либо принимает стандарты, вкусы и пристрастия, навязываемые средствами массовой информации и формируемые кем-то, но не вырабатываемые самостоятельно. Самостоятельность и оригинальность суждений и поведения не приветствуются и становятся рискованными. Это обстоятельство не может не способствовать утрате способности к методическому мышлению, к социальной, гражданской и личной ответственности. Большинство людей следуют навязанным стереотипам и испытывают дискомфорт при попытках их разрушения. На историческую арену выходит «человек-масса».

Разумеется, феномен «восстания масс» при всех его негативных сторонах не может служить аргументом в пользу восстановления старого иерархического строя, как и в пользу наведения твердого порядка посредством жесткой государственной тирании. В основе массовизации лежат процессы демократизации и либерализации общества, предполагающие равенство всех людей перед законом и право каждого избирать свою судьбу.

Таким образом, выход масс на историческую арену есть одно из следствий осознания людьми открывшихся перед ними возможностей и ощущения того, что всего в жизни можно достичь и для этого не существует непреодолимых препятствий. Но здесь же заключается и опасность. Так, отсутствие видимых социальных ограничений может рассматриваться как отсутствие ограничений вообще; преодоление социально-сословной иерархии — как преодоление духовной иерархии, предполагающей уважение к духовности, знанию, компетентности; равенство возможностей и высокие стандарты потребления — как оправданность притязаний на высокое положение без заслуженных оснований; относительность и плюрализм ценностей — как отсутствие всяких ценностей непреходящего значения.

Помимо того что такая ситуация чревата социальным хаосом или установлением диктатуры как следствием стремления избежать такого хаоса, есть опасности собственно духовного характера.

«Человек-масса» не способен и не хочет оценить себя как с плохой, так и с хорошей стороны, он чувствует себя «таким, как все» и вовсе не переживает из-за этого. Ему нравится чувствовать себя «таким, как все». Он не требует от себя многого, не стремится к самосовершенствованию, предпочитает не усложнять жизнь и склонен плыть по течению. Делая акцент на материальной стороне жизни, он может добиваться успеха, благополучия и комфорта.

«Человек-масса», решая какую-либо умственную проблему, ограничивается первой мыслью, которая приходит в голову. Этот стиль мышления принципиально отличается от более высокого, который принимает как достойную и адекватную лишь такую мысль, которая требует напряжения духа и интеллекта. Он также не чувствует внутренней потребности в высоких эстетических ценностях и тем более в следовании им. Высокая дисциплина духа, требовательность к себе чужды ему. Он не хочет ни признавать чужую правоту, ни сам быть правым, стремясь просто навязать свое мнение или примкнуть к общепринятому. Вместе с тем он заражен энергией и динамизмом. Мир представляется ему широким полем приложения энергии и предприимчивости.

«Среднему» человеку свойственно чувство превосходства по отношению к прошлому, основанное прежде всего на достижениях в области науки, технологии и информации. Однако при этом он не замечает, что этот прогресс — вовсе не его заслуга, к тому же не означает такого же продвижения вперед в области духовной, культурной, нравственной. Поэтому масса, не утруждая себя рефлексией, легко принимает простые лозунги, а не серьезные размышления, с готовностью откликается на простые решения. И практически всегда находятся демагоги, использующие эту особенность массы в собственных интересах, не заботясь о последствиях. Отсюда — шаг до насилия, которое, будучи в иных условиях последним средством, в данном случае выступает как первый шаг, преграждая тем самым путь к диалогу и партнерству. Для оправдания же неудач и трудностей лучше всего подходит образ врага, который легко сконструировать на основе неизвестного, слухов и домыслов.

Именно так возникает и культивируется на волнах массового сознания грозная опасность и болезнь нашего времени — агрессивный национализм. Происходящие в мире процессы — обретение суверенитета и независимости, а также взаимозависимость и взаимовлияние — дают для этого некоторые основания. Здоровый национализм есть отражение национальных интересов и патриотизма. Однако крайняя его форма, произрастающая на непритязательности массового человека и его сознания, агрессивна и представляет собой угрозу человечеству.