Введение 

     Одной из актуальнейших тем современности  – тема патриотизма. Изучая историю, мы сталкиваемся с примерами героизма, мужества, любви к своей Отчизне. Отличным примером истинного патриотизма  к своей Родине являются Донские  казаки, героически проявившие себя в Отечественной войне  1812 года.

     Донские казаки были своего рода пограничниками России. Их девизом были слова Платова, звучавшие и в виде приказа: «Мы  должны показать врагам, что помышляем  не о жизни, но о чести и славе  России».  Рескриптом от 12 августа 1801 г. Император Александр I назначил М.И.Платова войсковым Атаманом.

     В грозном 1812 году, когда практически  вся Европа выступила против России, империалистическая война породила национально- освободительную войну, против империализма Наполеона. Настало время тяжелейших испытаний и борьбы на жизнь и смерть. Александр I и большая часть официальной России не были готовы к этому. И только после вторжения наполеоновских войск на русскую землю Александр I понял, что избавит Россию от них только русский народ. Описывая события тех времен, французская писательница госпожа Сталь отмечала: «Невозможно было довольно надивиться той силе сопротивления и решительности на пожертвования, какую обнаружил народ».

     12 июня французский Император Наполеон  с огромной армией перешел реку Неман и пошел боевыми порядками на Москву. 6 июля 1812 г. правительство России обратилось с призывом ко всем губерниям собирать народное ополчение для борьбы с врагом . 18 июля новым царским Манифестом 16 губерний получили право на ограниченный призыв ополченцев, в том числе и Дон. Но желание донских казаков защищать свое Отечество было настолько велико, что кроме выставленных в действующую армию казачьих полков на Дону стало формироваться ополчение.

     М.И. Платов присоединился к русской армии, оставив за себя на Дону Наказного Атамана А.К.Денисова. Всего с Дона на войну с Наполеоном ушло 26 казачьих полков (в том числе 2, собранные по приказу от 26 июня Атамана М. И. Платова, т.е. до объявления о призыве в ополчение), т.е. примерно 15 тысяч казаков. «В совершенной готовности к выступлению» стояли на Дону два рабочих полка, которые занимались строительством Новочеркасска , снабженные оружием и провиантом, а также «шесть орудий конной артиллерии, укомплектованные по штату людьми, зарядами и прочими принадлежностями сполна». Донское казачество было готово защищать свою Родину. В первых же схватках с войсками Наполеона участвовал летучий корпус М.И.Платова. Донским казакам Платова приходилось часто сталкиваться с французской кавалерией, польскими уланами и другое. И, как правило, казаки одерживали блистательные победы, используя такие чисто казачьи военные приемы как «лава», «вентерь», засады. Но личная неприязнь командующего русской армией генерала Барклая-де-Толли к Матвею Ивановичу, которого он обвинял, например, в злоупотреблении спиртным, нередко становилась помехой на пути возможных побед казаков. Более того, он добился отзыва М.И.Платова из армии, который вынужденно сдал свой конный корпус Розену. Но с приходом на должность Главнокомандующего русской армией М.И.Кутузова Войсковой Атаман М.И.Платов был востребован и прибыл в действующую армию.

     Итак,  в данной работе поставлены следующие  задачи:

• Исследовать причины и ход начала войны, первые победы казачьих войск;
• Изучить культурную и духовную стороны казачества;
• Познакомиться с военной деятельностью и жизнью Платова Матвея Ивановича – атамана Донского казачьего войска.

1. Начало  войны и первые победы

     Отечественная война 1812 г. явилась тяжелым испытанием для русского народа и государства. В апреле-мае 1812 г. русскому командованию стали поступать многочисленные агентурные сообщения, свидетельства из рассказов путешественников, проезжавших через Францию, Германию, Австрию и Польшу, от местных жителей и посланных за границу казаков-разведчиков о передислокации французских войск, подвозе продовольствия, снаряжения и боеприпасов к границам России, о подготовке судов, плотов, понтонов и других плавающих средств для форсирования реки Неман, нанесения удара по всем пунктам, где располагались русские войска.

     11 июня французские войска приступили  к наведению понтонных мостов через Неман, одновременно более 300 польских улан переправились на противоположный берег с целью провести разведку и рекогносцировку местности. Здесь они столкнулись с разъездом лейб-казаков, которые под натиском превосходящих сил противника отошли назад. На следующий день рано утром лучшие части «Великой армии» численностью 218 тыс. солдат и офицеров при 527 орудиях под командованием Наполеона перешли границу Российской империи.

       Французской армии противостояли 1-я Западная армия(127 тыс. человек при 550 орудиях) под командованием генерала от инфантерии М.Б. Барклая-де-Толли, развернутая по линии Россиены – Лида, и 2-я Западная армия (48 тыс. человек при 170 орудиях, занимала позиции между Неманом и Бугом) под командованием генерала от инфантерии П.И. Багратиона. Они прикрывали направления на Петербург и Москву. 3-я Западная армия (46 тыс. человек при 168 орудиях) под командованием генерала от кавалерии А.П. Тормасова располагалась в районе г. Луцка и защищала киевское направление. Отдельный корпус генерала-лейтенанта П.К. Эссена (18,5 тыс. человек) защищал Ригу.

     Донское казачество приняло активное участие  в борьбе против наполеоновских войск  и их разгроме. Накануне вторжения  французских войск в составе русской армии находилось 65 донских казачьих полков. Из которых 27 полков и 2 конноартиллерийские роты под общим командованием генерала от кавалерии войскового атамана М.И. Платова несли аванпостную и сторожевую службу на границе с Польшей и Австрией. В соответствии с приказом командующего 1-й Западной армией М.Б. Барклая-де-Толли казаки должны были «узнавать заблаговременно о всех неприятельских мероприятиях, беспокоить неприятеля денно и нощно, действовать ему в тыл и во фланги, стараться овладеть его транспортами и истреблять в тылу неприятельском все, что только может поспешествовать его действиям, отнимать у неприятеля все способы к продовольствию»¹.

     Таким образом, на казачьи полки возлагалась  сложная задача – прикрывать отступление 1-й и 2-й русской армий, а также нести аванпостную, сторожевую и разведывательную службу. Одновременно казаки занимались эвакуацией припасов, оружия, амуниции, больных и раненых, аптек, казны, сопровождали обозы.

     Русские войска, умело избегая окружения, с тяжелыми арьергардными боями отступали к Смоленску. В это время донские казаки под командованием М.П. Платова одержали первые победы над французскими войсками у д. Мир, Соловьевой переправы, Рудня, в городах Романове, Красный. Первый большой успех пришел к донским казакам 27 июня 1812 г. До этого дня казаки в многочисленных стычках с противником уничтожали его аванпосты, разведчиков и фуражиров, захватывали обозы, но никогда не участвовали в крупных операциях, где против них одновременно выступали бригады польской кавалерии под командованием И. Понятовского и Турно, вестфальской и саксонской кавалерии под командованием генерала В. Латур-Моруба. В этом бою казаки применили прием – «вентерь», который неоднократно приносил им успех. По обе стороны пути наступления авангарда противника в засаде скрывались хорошо подготовленные и вооруженные казаки, перед фронтом противника выставлялся небольшой авангард, сзади которого неприметно располагались основные силы и резервы. Теперь главная задача состояла в том, чтобы заманить противника в заранее приготовленную ловушку.

     Утром 27 июня передовые части польской кавалерии наткнулись на казачьи посты, в результате скоротечного боя они опрокинули их и погнались за казаками по дороге к д. Мир в надежде на легкий и быстрый успех. В клубах пыли преследователи не заметили как проскочили деревню. Здесь их ожидала засада. Первым в бой вступил полк В.А. Сысоева 3-го, к которому вскоре присоединились главные силы – полки под командованием М.И. Платова, подошедшие из с. Симаковски. Противник отчаянно сопротивлялся, пытался организованно отступить, но вскоре отступление превратилось в беспорядочной бегство. Подошедшее к польским уланам подкрепление было смято отступавшими частями и беспрестанно кружившимися вокруг них донскими казаками, которые своими длинными пиками загоняли противника в болото, сбивали с коней, врезались в ряды уланов, рубили их саблями и стреляли из пистолетов. Более 15 верст казаки преследовали французов, которые оставили на поле боя свыше 300 убитых и раненых. Были взяты в плен 248 солдат и офицеров.

     На  следующий день генерал Турно  решил взять реванш, и усиленная  польскими уланами французская  кавалерия выступила к д. Мир. Здесь, в засаде  и в перелесках, их ожидали казаки М.И. Платова. Наученные горьким опытом, французы не кинулись вдогонку за отступавшими аванпостами казаков. А остановились на открытой местности перед деревней. М.И. Платов, поняв, что заманить французов в ловушку не удалось, атаковал их «лавой», охватывая со всех сторон и отрезая путь к отступлению. Противник потерял на поле боя свыше 600 человек убитыми и ранеными. Победа при д. Мир позволила 2-й русской армии отдохнуть, подтянуть отставшие обозы, произвести перегруппировку войск и организованно отступать к г. Несвижу и соединиться с 1-й армией под командованием М.Б. Барклая-де-Толли.

     «1 июля семь конных полков атаковали  арьергард Багратиона под командованием  Платова. Платов отбил две атаки  и преследовал кавалерию до пехотных позиций. 8 июля В.А. Сысоев с казаками. Напав на французов, позволил русским  батальонам, прибывшим из Борисова, отступить без потерь. Он атаковал из засады конный полк врасплох и взял 9 офицеров и 200 рядовых, остальных преследовал, был остановлен в 5 верстах от Могилева неприятельской пехотой и артиллерией. 27 июля авангард Платова под командованием генерал-майора Денисова, при Молевом Болоте смял два французских гусарских полка. Которые отошли к Рудне; но гусары были подкреплены пехотой и конницей. Прибывший Платов охватил неприятеля со всех сторон, смял его и гнал две версты; дальнейшее преследование поручено графу Палену. Захвачено в плен 10 офицеров и 300 нижних чинов» и т.д.

     Скупые  строчки хронологического указателя  военных действий русской армии, рапорты и донесения командиров казачьих бригад и полков, командующих  армиями дают неполное представление о роли, которую сыграло казачество в арьергардных боях, о героизме и мужестве донских офицеров и казаков.

     В «Записках» С.Н. Глинки так рассказывается об одном драматическом эпизоде  Отечественной войны, произошедшем 24 августа: «За несколько дней до битвы Бородинской убит был под Колоцким монастырем донских войск генерал-майор Иван Кузьмич Краснов 1-й, который за отъездом М.И. Платова в Москву, занял его место.

     За  отсутствием Платова Краснов  начальствовал в авангарде донскими полками на высотах Колоцкого монастыря. Жестокими огнем действовали неприятельские и русские батареи; Краснов молнией пролетал с одного крыла на другое под тучей пуль, картечи и ядер. Его приметили с французской батареи и направили роковой удар. Раненая нога  была так раздроблена и измята, что ее трудно было перевязать

     Между тем конница неприятельская усилилась  с левого крыла, по малолюдству полки  наши отдалялись. В то же время с  ближайших батарей летели ядра. Надлежало  спасать раненого не от смерти, а  от плена. По дороге к Бородину дали отдохнуть Краснову, где встретясь с генералом Иловайским 5-м, сдал ему начальство и сказал: «Отражай! Гони неприятеля, и я радостно умру!»²

     После разгрома наполеоновских войск в  Отечественной войне русское  правительство решило перенести  боевые действия на территорию Европы, чтобы добиться окончательной победы над Наполеоном.

     В начале 1813 г., согласно расписания всей действующей русской армии по алфавиту войск, в составе армии  находилось 60 донских казачьих полков и 2 роты донской конной артиллерии. В кампании 1813 г. донские казаки в авангарде русской армии под командованием М.И. Платова, А.И. Чернышева, П.Х. Витгенштейна, Ф.В. Сакена, Ф.Ф. Винценгероде, Тотенборна участвовали в осаде крепостей Данциг, Модлин и Торунь, в освобождении герцогства Варшавского, Пруссии, Саксонии, Вестфалии, 16 германских государств, входивших в состав Рейнского союза (Бавария, Вюртемберг, Баден, Гессен-Дармштадт, Лихтенштейн и др.). 20 февраля 1813 г. после тяжелых боев донские казаки в составе отряда А.И. Чернышева освободили Берлин от французских войск.

     К марту 1813 г. Наполеону удалось почти  полностью восстановить численность  и боеспособность своей армии  и перейти в наступление. В  ходе сражений 20 апреля при г. Лютцене  и 8-9 мая при г. Баутцене французские  войска нанесли поражение русским войскам и их союзникам, заняли Дрезден. Казалось, что никогда не опускалась звезда над горизонтом и не тускнела слава французского императора, его войска готовы были вновь доказывать преданность великому полководцу.

     Но  вскоре военно-стратегическая обстановка в Европе изменилась. Сложилась новая антифранцузская коалиция, которая имела мощную армию и артиллерию (492 тыс. человек и 1383 орудия). Однако из-за неумелого и нерасторопного управления и командования армиями, двойной игры Австрии союзники 14-15 августа под Дрезденом потерпели поражение и понесли серьезные потери. Донские казаки принимали участие в этом сражении в составе арьергарда русской армии, а затем прикрывали союзные войска при отступлении в Богемию. 4-7 октября под Лейпцигом произошло генеральное сражение, получившее название «Битва народов». В нем французские войска потерпели сокрушительное поражение. В сражении под Лейпцигом участвовали лейб-гвардии Донской Е.И.В. казачий полк под командованием В.В. Орлова-Денисова, а также 32 донских казачьих полка и две конноартиллерийские полуроты. Они внесли огромный вклад в разгром наполеоновских войск.³

     К началу 1813 г. силы союзников увеличились  почти вдвое, они начали наступление  вглубь Франции, на Париж. Несмотря на численный перевес, Наполеону удалось одержать ряд побед над союзными войсками и даже оттеснить их к Рейну. Вскоре в сражениях при городах Бар-Сюр-Об, Лаоне, Арси-Сюр-Об и он потерпел поражение. 18 марта Париж капитулировал. Донские казаки в составе русской армии вступили на улицы Парижа, а спустя месяц начали возвращение домой.

     За  подвиги, совершенные в Отечественной  войне 1812 г. и заграничных походах, Атаманский донской, Грекова (Жирова), Власова, Иловайского 11-го, Грекова 18-го, Дячкина казачьи полки были награждены Георгиевскими знаменами, полки Мельникова 5-го, Мельникова 4-го – знаменами с надписью «За отличия», лейб-гвардии Донской казачий полк – серебряными трубами, Атаманский донской казачий полк – бунчуком.

     2. Донцы – молодцы

     «На то казак народился, 
чтоб русской земле пригодился». 
(Народная поговорка) 

     Смотришь  на них и невольно радуешься их гордой осанке, бравому виду, знающих  себе цену людей. Как тут не вспомнить  сказанное в «Картинах былого Дона».

     - Была у них сила неуемная, веселье в боях и пляске лихой, в песнях звонких и раздольных. Да то и не диво: ведь каждый, кто просился в казаки, проверялся в походах дальних, испытаниях суровых, отсеивался как жито на лопате, и слабое, пустое зерно, словно мякина на ветру, отлетало. А молодцы добрые, надежные, сердцами твердые оседали на Дону.

     Недаром так высоко ценили многие видные деятели  на Руси свое казачье происхождение. А великий русский художник Василий  Иванович Суриков, побывав в 1893 году на Дону и, в частности, в станице  Раздорской, в поисках натуры для своей картины «Покорение Сибири Ермаком», нашел здесь фамилии своего рода, и в одном из писем в Красноярск к брату писал: «Душа так и радуется, что мы с тобой роду хорошего...».⁴

     Кстати, подобное высказывание было не единственным. В письмах с Дона он упоминал и о том, что донская природа напоминает местности сибирские. Что, по-видимому, и послужило причиной выбора его предками этих мест для жительства, связывая, таким образом, сибирских казаков с их донским происхождением и проходом в Сибирь вместе со своим знатным атаманом Ермаком.

     Слова ликующей победной песни – «Эй  донцы – молодцы!»... – были потом, а сначала были славные дела. Где  только не прославили свое оружие казаки: в завоевании Казани и овладении  Астраханью. Сибирском походе и Азовском сидении, в Суворовских штурмах крепостей и гор, в сражениях 1812 года у Бородино, Тарутино, Березены. Были многочисленные мелкие и крупные бои, отчаянные рейды по тылам врага, бесчисленные атаки сокрушительной казачьей лавы.

     Между прочим, в многочисленных сражениях сложилась у казаков своя особая тактика ведения боя с использованием хорошо отработанных приемов, самым распространенным среди которых все же была казачья лава.

     Это кавалерийская атака, в которой  казаки размещались в неподдающемся никакой регламентации строе. В зависимости от обстановки лава могла быть то рассыпной, то сомкнутой, то производилась со спешиванием. Искусство маневрирования лавою заключалось в единстве действий всех, принимавших в ней участие, в умении принимать каждый замысел командира, а также в личной находчивости, ловкости, способности действовать самостоятельно каждого воина с одновременным выполнением общей задачи.

     «Сверкали копья пик, краснели алые лампасы, слышен был страшный гик несущихся всадников. Казаки были везде, их тонкий фронт был широк, что не хватало полков ударить на них».

     Как и «лава», не поддается точному  описанию и другой маневр – «вентерь». На Дону так называется очень добычливая снасть для рыбной ловли, используемая преимущественно во время весенних паводков. Рыба, в мутной воде наткнувшись на сеть, передвигается вдоль неё и попадает в ловушку, из которой выхода уже нет. При устройстве «вентеря» на войне одна часть казаков располагалась заблаговременно и скрытно в засаде, хорошо замаскировавшись, а другая, искусно и правдоподобно симулируя после короткой схватки отступление, завлекала противника в засаду. Улучив удобный момент, обе части, участвующие в маневре, бросались в атаку на преследовавшего противника, который всегда оказывался в ловушке, между двух огней.

     Приобретенные в ходе своей жизни, начиная с  раннего детства, навыки, такие, например, как оценка местности по малейшим признакам, умение читать следы, незаметно  подкрадываться на охоте к добыче, затаиваться и маскироваться, бесшумно передвигаться в лесу, нашли применение на войне в приеме, получившем название «открыть сакму» или «идти к сакме» (по следу).

     Очень распространенным в казачьих частях, во время боевых столкновений с противником, был прием, когда казаки спешивались, иногда целыми полками, заменяя собой пехоту и вступая в стрелковый бой, чем вводили неприятеля в заблуждение. Особенно часто в пешем строю казакам приходилось действовать во время нахождения их в арьергарде (охраняя тылы своих войск). Казачьи полки имели свои правила несения аванпостной службы (охраны войск), унаследованные еще от самых ранних времен казачества, когда кочевавшие в степи татары и ногаи могли напасть на них каждую минуту и с любой стороны. С тех времен появилась сторожевая служба и так называемые «сторожевые курганы». Любое перемещение казаков в степи, время привала сопровождались высылкой охранений. В подтверждение сказанному предложен отзыв одного из участников войны 1812 года.

     «В  службе аванпостной казаки неподражаемы, и никакою регулярной кавалерией заменить их невозможно.

     С волчьим глазом и чутьем они неутомимы, деятельны, верны службе, терпеливы  в нужде. Приложив ухо к земле, они слышат канонаду за 30 и 40 верст, и верно могут показать направление, в котором происходит сражение. По следам и по срубленным в лесу ветвям деревьев отгадывают, приблизительно, в каком числе, когда и куда прошел неприятель... Место, выбранное казаком для пикета, есть лучшее в окрестности. Никто скорее казака не отыщет брода, проходимых мест на болоте, и никто вернее его не осмотрит леса, дефиле (узкий проход) и побочных путей, ведущих во фланг и тыл неприятельской позиции».

     Даже  в аллюре, т.е. ходе казачьих лошадей, есть своя особенность. Вместо галопа казаки всегда шли «наметом» т.е. аллюром, представляющим собою нечто  среднее между рысью и галопом. Всемирную славу сыскало старинное казачье оружие – пика, которое в их руках наводило на врагов ужас и сеяло в их рядах панику. Пика сыграла блистательную роль в боевых столкновениях казаков в течение Отечественной войны 1812 года. Она являлась лучшим специально-колющим оружием, особенно в руках опытного кавалериста и, тем более, при боевом столкновении с сабельной кавалерией. Казачья пика составляла важнейшее и почти единственное прикрытие наших армий при отступлении и затем при наступлении и изгнании с русской земли французов. Французской сабельной кавалерии было трудно бороться с пиконосною кавалерией казаков.

     Многие  французские полководцы армии Наполеона  поражались особым боевым качествам  донских казаков: их лихости и  увертливости. Одному из них, генералу Морану, принадлежат следующие слова о казаках: «...Казаки, кидаясь в атаку, обыкновенно несутся мар – маршем и хорошо останавливаются на этом аллюре. Их лошади много способствуют смелости и со своими всадниками составляют как бы одно целое. Эти люди, будучи осторожны, не требуют особых попечений о себе, отличаются необыкновенной стремительностью в своих движениях». 
 

     3. Атаман М.И.Платов –  
выдающийся русский полководец

     Хвала, наш вихорь – атаман, 
Вождь невредимых, Платов! 
Твой очарованный аркан 
Гроза для супостатов. 
Орлом шумишь по облакам, 
По полю волком рыщешь; 
Летаешь страхом в тыл врагам, 
Бедой им в уши свищешь! 
Они лишь к лесу – ожил лес, 
Деревья сыплют стрелы! 
Они лишь к мосту – мост исчез! 
Лишь к сёлам – пышут сёла!

     В.А. Жуковский

     Матвей Иванович Платов родился в 1753 году 8 августа в станице Прибылянской городка Черкасска (ныне станица Старочеркасская) и здесь же провел своё детство.

     Городок Черкасск в то время являлся столицей Области Войска Донского, и вся  жизнь в нем была проникнута военным духом. Отсюда исходили все распоряжения по военной части, здесь собирались служилые казаки для выступления в походы. Окружающая обстановка, а также рассказы старых воинов о бранных подвигах оказывали большое влияние на молодежь, подражая героям, она проводила время в играх военного характера. Верховая езда, ловля зверей и рыбы, упражнения в стрельбе было любимым ее занятием. В среде этой молодежи и рос будущий предводитель донского казачьего войска Матвей Иванович Платов, который уже в то время выделялся из общей массы остротою ума, проворством и ловкостью.

      Отец его Иван Федорович Платов был известным на Дону старшиной, но не отличался материальным достатком и поэтому сыну своему дал лишь обычное в казачестве образование, обучив его чтению и письму.

Тринадцати  лет Матвей Иванович определен отцом  на службу в войсковую канцелярию, где скоро обратил на себя внимание и был произведен в урядники.

     Ларионов  передал общее командование отрядом  Платову, не веря, чтобы можно было устоять против такой прочной  силы. «Друзья, – сказал Платов казакам, – нам предстоит или славная  смерть, или победа. Не будем мы русские  и донцы если устрашимся врага. С  божьей помощью отрази злые его замыслы!»

     По  приказанию Платова из обоза было наскоро устроено укрепление. Семь раз с остервенением кидались в атаку татары и их союзники на сравнительно слабые силы казаков и  семь раз последние отбрасывали  их с большим уроном. В то же время Платов нашел возможность сообщить о безвыходном положении обоза своим войскам, которые не замедлили явиться на помощь. Татары были обращены в бегство, а обоз доставлен в целости по назначению. Этот случай доставил Платову известность не только в армии, но и при дворе.

     Дальнейшую  службу Платов проходит под начальством  князя Потемкина-Таврического и  великого русского полководца А.В. Суворова. Служба под руководством Суворова была для Матвея Ивановича лучшей школой.

     В период второй турецкой войны в 1787-1791 гг. Платов принимает участие в боях при осаде и штурме Очакова, при атаке и занятии Гассан-Пашинского замка.

     13 сентября 1789 г. Платов со своими  казаками и егерями при Каушанах  обращает в бегство турецкие  войска и захватывает в плен  «трёхбунчуржного пашу» Зайнал-Гассана. За этот подвиг он назначается походным атаманом казачьих полков.

     В 1790 г. Платов находится в армии  Суворова под Измаилом. 9 декабря  на военном совете он один из первых подал голос за немедленный штурм  крепости, а 11 декабря, при самом штурме предводительствовал пятью тысячами казаков, которые с честью выполнили поставленную перед ними великим полководцем Суворовым задачу. Суворов писал князю Потемкину о Платове и его полках: «Храбрость, стремительный удар Донского войска не могу довольно выхвалить перед вашей светлостью». ⁵За заслуги при взятии Измаила Матвей Иванович был представлен Суворовым к награде орденом св. Георгия III степени, а в конце войны произведен в чин генерал-майора.

     В последние годы царствования Екатерины II Платов принимает участие в Персидской войне. Дела при Дербенте, Баку, Елизаветполе вплели новые лавры в венок Платова. Он был награжден орденом св. Владимира III степени, а Екатерина II наградила его саблей в бархатных ножнах и золотой оправе, с крупными алмазами и редкостной величины изумрудами.

     Донской писатель Дмитрий Петров (Бирюк) в  историческом романе «Сыны степей Донских» пишет, что «Матвей Иванович Платов сделал в короткий срок головокружительную карьеру. Без связей, без образования, зачисленный в 13 лет на службу в казачьи войска, Платов в 19 лет уже командовал полком. Он участвовал во всех войнах и больших походах его времени, всегда выделяясь, получая награды, привлекая внимание крупнейших полководцев, политических деятелей царского двора».

     Платов  становится одним из самых популярных людей на Дону и видным лицом в сановном Петербурге.

     Вступивший  на престол после смерти Екатерины II Павел I отзывает армию Зубова, в  которой служил Платов от границ Персии. Платову разрешают возвратиться на Дон. Но тут стряслась беда. По дороге Матвей Иванович был настигнут царским фельдъегерем и доставлен по приказанию царя в Кострому, в ссылку. Затем он был отвезен в Петербург, и заключен в равелин Петропавловской крепости. Это было в 1797 году.

     Причиной  для ареста Платова послужил ложный донос. Павлу внушили, что огромная популярность Платова приняла опасный характер. Надо сказать, что Павел вообще был недоволен прославленным казачьим генералом за его близость к Александру Васильевичу Суворову, противнику прусской муштры, которую Павел насаждал в русской армии.