Русская рок-литература
Оглавление
Введение......................
Глава 1. Поэзия русского рока - коллективный молодежный эпос конца 20 - начала 21 века..........................
1.1. Складывание советской рок-музыки....................
1.2. Начало отечественной рок-поэзии....................
1.3. Рок-поэзия в «культуре перестройки»..................
Глава 2. Анализ применения образов дома и двери в отечественной рок-поэзии....................
2.1. Проблема качественной оценки рок-текста....................
2.2. Анализ частотности употребления слов «дом» и «дверь» в рок-поэзии....................
2.3. Анализ философии ухода с использованием образов дома и двери в творчестве отечественных рокеров на материале ранних альбомов группы «Крематорий»..................
Глава 3. Место рок-поэзии в отечественной рок-культуре..................
3.1. Статус образной рок-поэзии....................
3.2. Проблема художественной целостности образов рок-произведения..............
Заключение....................
Список литературы....................
Введение
Существуют явления, природу которых объяснить невозможно. К их числу можно отнести такие тонкие материи, как вдохновение, любовь, счастье... Ни один человек не только не сможет объяснить, в чём их суть, но и в точности рассказать, что они представляют собой.
Вряд ли кто-то станет спорить с тем, что в холодном и бесчувственном современном мире слишком мало романтики, открытости и честности, способных дать благодатную почву для развития поэзии. В последние десятилетия людям с завидным упорством внушали, что эстрадное пение под фонограмму и всевозможные конкурсы самодеятельности типа «Фабрики звёзд» являются, чуть ли не эталоном искусства. Разумеется, были и остаются отдельные островки самосознания в лице, например, телеканала «Культура», но их рейтинг и, если так можно выразиться, лёгкость «поглощения» информации оставляют желать лучшего. Поколение россиян, чьи родители воевали в Великой Отечественной войне, конечно же, помнят, кто такие Анна Ахматова, Сергей Есенин, Иван Бунин. Они были воспитаны на их стихах. Но что же делать молодому поколению «Next», знакомство с творчеством заканчивается на уровне школьной программы, а досуг занимает откровенное промывание мозгов Муз-ТВ? Единственным истинным видом современной музыкальной поэзии, не имеющей перед собой коммерческой цели, понятной для молодых людей и в то же время далеко не примитивной, ставящей философские вопросы перед слушателем, является рок-направление.
Итак, непосредственно рок-поэзия зародилась в России в конце семидесятых годов прошлого века, с появлением таких групп, как «Аквариум», «Машина времени», «ДДТ». Всё своё существование наша страна был закрытой державой, где любые пришедшие из-за рубежа идеи и движения воспринимались не иначе, как бунтарство и антиобщественное поведение. Вполне понятно, что при такой реакции властей на новую субкультуру немногие находили в себе силы заниматься делом, которое стало для некоторых смыслом жизни.
Впоследствии ставшие мэтрами рок-движения вышеперечисленные группы в начале своего творческого пути выдвигали абсолютно новые, не похожие на другие идеи протеста, осознания иного пути становления личности, не ограничивающиеся заучиванием лозунгов партии и заветов Ленина, чем привлекли внимание широкой общественности. Однако, несмотря на крайне высокую популярность рок-музыки и рок-поэзии среди народа и, что особенно важно, молодёжи, это течение оставалось сугубо подпольным. Как в своё время поступали с поэтами в Царской России, ссылая за их произведения в Сибирь, или позже, во время сталинских репрессий, заключая в трудовые лагеря, так карали за творчество и рок-певцов, осмелившихся в своих песнях выразить собственное мнение.
Восьмидесятые стали некой отправной точкой, с которой начинается история новой рок-поэзии, так как множество групп и исполнителей, популярных сегодня становились на ноги именно тогда. Такие названия, как "Наутилус Помпилиус", "Пикник", Алиса", не забытые и по сей день, тогда гремели на всю страну. Их известность была столь велика, что правительство даже пошло на уступки, разрешив проведение стадионных концертов. С этого времени русское рок-движение выходит из подполья, делает первые робкие шаги в сторону внесения своей лепты в национальную культуру страны.
Прошло чуть больше пяти лет, и советская страна в том виде, в котором её знали семь десятилетий прекратила своё существование, что означало тотальное разрушение всех традиций и устоев рок-направления. Протест окончен, врага нет, борьба завершена. Государство перевернулось с ног на голову, окунувшись в дебри первобытного капитализма. Помимо сложной экономической обстановки, это означало ещё и то, что огромное количество ранее неизвестной информации хлынуло в страну, предоставив людям то, чего раньше они были лишены, - свободу выбора. Среди новых модных увлечений-рэпа, арнби, диско и других - рок начал загнивать, перестав быть единственной альтернативой культурного обогащения. Слово "рокер" превратилось в некое ругательство, рок-поэзия переживала застой. Смерть Виктора Цоя, распад многих именитых групп, разгул наркотиков среди фанатов движения привели к тому, что художественное направление находилось в состоянии клинической смерти, поддерживая слабый огонёк жизни лишь за счёт старых заслуг. В таком состоянии рок пребывал вплоть до девяносто седьмого года.
Население страны почти за десять лет перестройки пресытившись модными увлечениями Запада, стало терять к ним интерес. Вновь появилось стремление перенестись с танцполов в душные каморки однокомнатных квартир, находиться там, в компании близких друзей, петь полузабытые душевные песни под простую акустическую гитару, вспоминать великие стадионные выступления таких, как Бутусов, Шевчук, Гребенщиков, Кинчев... Квартирные концерты обретали новую жизнь.
Рок-поэзия, как и двадцать лет назад, возрождалась неофициально, полуподпольно. Неизвестно, как бы повернулась судьба рок-течения, если бы не несколько значимых событий, имевших место в том самом девяносто седьмом. Некто Михаил Козырев, энергичный мужчина в самом расцвете лет и по совместительству успешный продюсер принимает судьбоносное решение об открытии проекта "Наше радио" - радиостанции, на которой основной проигрываемой музыкой стал лучший русский рок того времени и прошлых лет. Станция постепенно набирала популярность, приобщая всё больше людей к качественной рок-поэзии. Немалый вклад в дело ренессанса русского рока внёс небезызвестный Илья Лагутенко с группой "Мумий Тролль", вернувшийся из Британии и принявший решение вывести рок-поэзию на новый уровень путём сращивания традиций российской и британской музыки. Успех был колоссален; Под мелодичными и приятными мотивами его песен скрывалось бездна художественного смысла, новой философии человеческого быта, метафорического изображения событий и явлений последнего времени, что и привлекло массу внимания к его творчеству со стороны общественности.
Начало двадцать первого века проходит под знаменем объединения и скрещивания различных музыкальных жанров, развития их лучших черт. Организовываются громкие концерты и фестивали, такие как "Крылья", "Максидром" /'Нашествие", в которых принимают участие представители различных направлений современной музыки и поэзии. Однако рок по-прежнему преобладает, восходя на новый уровень профессионального исполнения. Рок-исполнители заключают серьёзные контракты со студиями звукозаписи высшего класса, множество новых команд завоёвывают известность благодаря новаторским решениям в области аранжировок и непосредственно, текстов."Lumen","Пилот", "Кукрыниксы" - всё это группы, созданные в конце прошлого десятилетия и начавшие серьёзную музыкальную карьеру три-четыре года назад, однако уже успевшие сыскать лавры лучших исполнителей рок-музыки и талантливых поэтов своей сферы на сегодняшний день.
Тема данного исследования актуальна, так как проблема образа дома и двери в отечественной рок-поэзии отдельно не рассматривалась, а проявлялась только в контексте с другими образами и темами.
Цель исследования - рассмотреть тему образов дома и двери в отечественной рок-поэзии, как современной, так и прошлого века.
Задачи исследования:
- изучить и проанализировать работы авторов по данной тематике;
- изучить тексты рок-песен с образами дома и двери;
- рассмотреть и проанализировать историю отечественной рок-поэзии;
- дать оценку качеству и количеству использования указанных образов в отечественной рок-поэзии;
Объект исследования - образы дома и двери в рок-поэзии.
Предмет исследования - тексты рок-песен 20 и начала 21 века.
Глава 1. Поэзия русского рока - коллективный молодежный эпос конца 20 - начала 21 века
1.1. Складывание советской рок-музыки
Первые художественные феномены, укладывающиеся в это понятие, относятся к концу 60-х гг. К этому времени в Великобритании и США рок-музыка уже существовала как сложившийся жанр со своими канонами, эстетикой, традициями и мифологией[41].
Появление советской рок-музыки естественным образом началось с заимствования готовых форм, но в силу языкового, культурного и политического барьеров глубокое осознание, адаптация этих форм к отечественной социокультурной ситуации начинается гораздо позже - лишь к концу 70-х гг. Творчество пионеров жанра - многочисленных групп, таких, как “Рубиновая атака”, “Ветры перемен”, “Соколы”, “Второе дыхание”, - представляло собой воспроизведение произведений или западных исполнителей, или собственных подражательных опусов с макароническими текстами, которые по большей части были фонетической имитацией английской речи.
Любопытной параллелью будет здесь цитата из “Исторической поэтики” А.Н. Веселовского[11]. Размышляя о развитии текста как самостоятельного компонента примитивного поэтическо-музыкально-
В советском роке подобное положение сохраняется до середины 70-х гг. Существовало предубеждение против пения по-русски, которое, как считали исполнители, разрушало сам стиль как таковой. Русский текст, по мнению даже таких авторитетов, как Алексей Козлов, не укладывался в ритмические и мелодические паттерны рок-музыки[39]. Аудитория также возражала против первых опытов перейти на родной язык. Например, ленинградскую группу “Кочевники”, попытавшуюся петь по-русски, несколько раз освистывали, едва не прогоняя со сцены, и вообще считали второсортной. “На “сейшенах” царили корявые местные Хендриксы, Клэптоны, Джимы Моррисоны и Роберты Планты. Они самозабвенно копировали и редко понимали, о чем поют. А публика и не хотела ничего иного. Русский язык считался чем-то вроде атрибута конформизма, знаком принадлежности к “вражеской”, не-роковой системе ценностей”.
Публика воспринимала выступления бит-ансамблей (как их тогда называли) исключительно как сопровождение танцевальных вечеров, в то время как раритетные записи западной музыки оставлялись для домашнего прослушивания.
Молодежная рок-субкультура, которая начала формироваться в тот период, отличалась крайне низким уровнем вербализации. Единственное явление, заслуживающее в этой связи упоминания, - это возникновение молодежного сленга с большим количеством пиджинизированного английского, который в 70-х гг. лег в основу жаргона хиппи или Системы. Отсутствие текста как эстетически значимого компонента отметил Илья Смирнов - один из самых глубоких рок-критиков самиздатовской эпохи: “Характерно, что в воспоминаниях рокеров о 70-х годах мало цитат - в отличие от рок самиздата 80-х, буквально нашпигованного фрагментами текстов. Описание того, как Владимир Рекшан “выпиливал аккуратные соло на ярко-красной “Илоне-Стар-5”, казавшейся в его могучих руках игрушкой, а потом внезапно гигантским прыжком перелетал через сцену”, куда больше говорит нам о питерской группе “САНКТ-ПЕТЕРБУРГ”, чем тексты типа:
Любить тебя, в глаза целуя,
Позволь,
Как солнцу позволяешь
Волос твоих касаться.
Впрочем, если главной задачей наших рокеров является приобщение соотечественников к новейшей музыкальной культуре метрополий, то музыка, как язык интернациональный, имеет основополагающее значение. И, тем не менее, подростки, которые орали немелодичными голосами в скверах:
«Все очень просто,
Сказки - обман,
Солнечный остров
Скрылся в туман
своими нарушающими общественный покой криками возвестили новое явление в нашей культурной жизни...».
Первые серьезные опыты пения по-русски относятся к середине 70-х гг. Нужно отметить, что в англоязычной рок-музыке исходной точкой является музыкальная революция 50-х гг., связанная с открытием новых музыкальных форм, которые только впоследствии обретают адекватное вербальное наполнение почти через 10 лет, в середине 60-х гг. с появлением генерации новых поэтов - в первую очередь Боба Дилана, Джима Моррисона. В России же только со второй половины 70-х гг. происходит своеобразный синтез заимствованных музыкальных и поэтических форм и национальной поэтической традиции, которая существовала до появления рок-музыки.
Это было связано с особенностями социальной ситуации в России, с существованием жесткой идеологической цензуры, которая способствовала развитию непечатной, альтернативной и, в частности, синкретической культуры. Этот процесс происходил уже в Х1Х в. Цензура советского периода была не более жестокой, хотя и более всепроникающей, чем в царской России. Цензура вытеснила часть культурного процесса в устную и рукописную область бытования. Примеры такого рода, которые мы подробнее рассмотрим позже, - это самиздатовская поэзия и бардовская традиция.
Появление текста как значимого компонента рок-музыки в англо-саксонской и российской традиции можно описать следующей схемой[29]:
Англо-саксонская традиция Российская традиция
революция в музыке заимствование готовых
(рок-н-ролл 50-х гг.) музыкальных форм (60-е гг.)
с последующей адаптацией к языку
появление адекватного совмещение готовых заимствованных
вербального наполнения музыкальных форм с национальной
(Дилан, Моррисон и др.) поэтической традицией
революция в поэзии “Музификация”, мелодизация слова
генерация новых поэтов осознание и освоение англоязычной рок-поэзии, адаптация ее к отечественному социокультурному контексту
1.2. Начало отечественной рок-поэзии
Первые авторы, создавшие полноценные поэтические тексты на родном языке в рамках начавшей складываться рок-эстетики, Андрей Макаревич (“Машина времени”), Константин Никольский, Алексей Романов (“Воскресение”) появляются среди групп, использовавших английские и макаронические тексты. Их особая роль на фоне этой традиции была не очень заметна, тем более что пение по-русски не отвечало ожиданиям публики[45].
Специфическая черта этих текстов - эскепистская установка, герметичность поэтического мира, который сводит к минимуму соприкосновение с жизненными реалиями. Эта установка приходит в первую очередь из “Системы” - советского варианта хиппистского движения. Огромную роль сыграла и лирическая струя в бардовской традиции. Вообще роль этого жанра в формировании рок-эстетики в Советском Союзе трудно переоценить. Фигуры Макаревича, Никольского и Романова дают представление о том, что бардовская традиция была в значительной степени колыбелью рок-поэзии.
В бардовской традиции довольно отчетливо выделяются два направления - ангажированное и лирическое. Последнее отличает романтический эскепистский пафос - стремление к созданию “альтернативного” мира, не соприкасающегося с реальностью. Такое разделение бардовской песни во многом объяснимо разницей поколений - ангажированность бардовской лирики была связана с атмосферой хрущевской оттепели, с социальными надеждами и политизированностью интеллигенции (А.Галич, Ю.Ким, отчасти А.Северный, определенный пласт творчества Высоцкого). В бардовском движении середины 70-х гг. нарастает эскепизм, отражавший в большей степени эпоху брежневского застоя (Окуджава, Визбор, Суханов, Никитины, Клячкин, Егоров и др.). Топосы бардовской лирики этого времени - дорога, путешествие, романтика походов, костров, палаток в лесу, туманов, рассветов и т.д. Макаревич, Никольский и Романов следуют по преимуществу этому течению.
Занимаясь анализом формы и содержания бардовской лирики и рок-поэзии “Машины времени” и “Воскресения”, мы не найдем практически никаких различий, зато черты сходства многочисленны и очевидны[43]:
- рафинированный литературный словарь, избегающий сленга, вульгаризмов и других маргинальных форм речи;
- абстрактная образность - условность декораций (реки, мосты, дома, костры, лес, поле и т.д.) и вневременной характер лирики. Нет конкретики, реалий - по причине “травмированности жизнью”. Действие происходит “всегда и везде” и в то же время в силу отсутствия привязки ко времени и месту - нигде и никогда;
- романтика “шатобриановского типа”. Основные мотивы - разочарование, усталость, намек на утраты, перенесенные в прошлом; тема путешествий, творчества как форм эскепизма;
- абстрактность лирического героя - это некий философствующий, страдающий и горько разочарованный интеллигент, ощущающий себя лишним человеком;
- внимание к нравственно-этической проблематике, порой доходящая до дидактизма (особенно эта тенденция заметна в текстах Макаревича, который к тому же прекрасно владеет эзоповым языком). Нравственная проблематика рассматривается скорее в “экзистенциалистском” ключе - герой ответствен только перед собой, без поправки на “другого”, без требований социальной адаптации. Речь идет о некотором внутреннем “кодексе чести”. Ведущими жанрами здесь оказываются дидактическая притча, басня (“Костер”, “Хрустальный город”, “Скачки” Макаревича);
- отклонения от романтической установка в сферу бытописательства или социальной критики выдержаны в духе Высоцкого или Галича (“Кафе “Лира” Макаревича).
Что касается поэтической формы, то она практически без изменений заимствована из бардовской поэзии. Это симметричная строфа, структура “куплет-припев” (так называемая “квадратная форма”), принятая рифма[29].
Музыкальная форма остается балладно-романсовой. У “рок-бардов”, по сравнению с такими группами, как “Сокол”, “Рубиновая атака”, резко падает сложность музыкальной формы, меняются ориентиры - классика западного арт-рока (Led Zeppelin, Deep Purple и др.) перестает быть образцом. Как только текст оказывается в центре внимания, начинается упрощение музыкальной формы, подчинение ее поэтическому тексту.
Итак, к середине 70-х гг. в рок-музыке появляется русский текст, но он еще не “свой” - ни по форме, ни по содержанию он существенно не отличается от бардовского. Еще нет своего особого круга тем, словаря, поэтической формы. Что же позволяет нам говорить о Макаревиче и Никольском как о рок-поэтах?
Различия в данном случае коренятся par excellence во внешних признаках, отличавших один жанр от другого[13]:
- электричество и аранжировка (структура рок-группы с более жестким битом), которые использовались рок-группами в отличие от акустического сольного исполнения под гитару у бардов. Тем не менее, еще раз подчеркнем, что музыкальная форма у “Машины времени” и “Воскресения” - это, по сути, тот же бардовский балладно-романсовый круг, исполненный в электрическом варианте и с ударными. Границы между этими жанрами настолько размыты, что если эти композиции исполнить без электричества, а сольно, под гитару, то они встанут на свое место в бардовской традиции;
- возрастная разница, принадлежность к разным поколениям. С ней связаны:
- разный внешний антураж - сценический имидж, “прикид”, часто эпатирующий (длинноволосые прически, брюки клеш и т.д.).
- разный круг аллюзий, культурный контекст. Хороший пример - текст Макаревича “Кого ты хотел удивить”, где заметны приметы времени - отсылки к “Системе”, “детям цветов”, упоминаются модные прически, “битлы”;
- первые попытки использовать блюзовую форму - у Макаревича (“Блюз о безусловном вреде пьянства”) и у группы “Воскресение”.
Макаревич и Никольский всегда сознавали свою близость к бардам. Их разводила только принадлежность к разным поколениям и разному культурному контексту. Эта пуповина, соединявшая два жанра, никогда не обрывалась, позже проявившись в творчестве многих рок-поэтов, в первую очередь у таких крупных фигур, как Башлачев и Шевчук. Показательным примером стал юбилейный вечер Б. Окуджавы в 1992г., куда прибыла и “рокерская фракция” - те поэты, которые сознавали себя “духовными детьми” бардов (Макаревич, Шевчук).
Отдельного упоминания заслуживает еще одно направление в “московской школе”, ориентированное на использование чужих текстов (Д.Тухманов (“По волне моей памяти”), А.Градский, в основном привлекавший поэзию “серебряного века”). Этому направлению в той же мере свойственна установка на “вечные” вневременные темы и сюжеты, та же притчевость и дидактика, которая, впрочем, иногда наполнялась социальностью и острой злободневностью - в силу привязки к конкретной ситуации (как, например, стихи Саши Черного в выступлении Градского 3 декабря 1983 г. в ДК им. Русакова в Москве вместо сорванных концертов “Аквариума”).
В поэзии первых рок-бардов мы с большой натяжкой можем говорить о возникновении особого, самобытного поэтического мира. Формирование новой культуры начинается в середине 70-х гг. в Ленинграде. В первую очередь это появление Майка Науменко и “Аквариума” Б.Гребенщикова. Символика этого названия поистине говорящая - в ней отражена сама суть, квинтэссенция того периода в развитии отечественной рок-культуры, который мы обозначили термином “субкультура”. Смысл, цель и пафос субкультуры - создание своего мира, отделенного от окружающего невидимой, но непереходимой гранью[29].
Первые стихотворные опыты ленинградской субкультуры (1974-1975 гг.) оставляют впечатление ошеломляющей новизны. Все ранние тексты “Аквариума” и Майка Науменко ощущаются, в отличие от московской рок-бардовской школы, как совершенно особый мир, который выделяется многообразием и специфическим колоритом. Это совсем иной пласт культурных аллюзий, другой ассоциативный ряд. В то время как Макаревич посвящает свои песни Высоцкому и Галичу, Гребенщиков скорее следует Блоку и Вертинскому. Если Романов и Никольский используют литературный язык, расхожий поэтический штамп, то тексты Майка Науменко и Б.Гребенщикова насыщены сленгом, языком, на котором говорили в Системе, в “Сайгоне” - т.е. языком того культурного сообщества, о котором и для которого писались песни. Хорошей иллюстрацией может быть сравнение двух классических текстов, один из которых принадлежит московской, а второй - ленинградской школе: “Ты или я” Макаревича (народное название “Солнечный остров”, 1973 г.) и “Стань поп-звездой” Гребенщикова (1974 г.). У Гребенщикова мы видим насыщенность конкретикой, стихию молодежного жаргона, англицизмы. Это текст, ориентированный на вполне конкретный, замкнутый круг реципиентов[44].
Почему же формирование новой культуры происходит в Ленинграде? Одним из решающих факторов является различие, которое существовало между двумя столицами, - различие, определившее менталитет, образ жизни и культуру обоих городов.
Всегда, даже при Брежневе, Москва была городом многих возможностей, в том числе и возможностей для продвижения, удовлетворения социальных амбиций, и в большей степени, чем Ленинград, давала установку на жизнестроительство, на карьеру. Например, происхождение Градского и Макаревича потенциально предоставляло им хороший плацдарм для карьеры и преуспевания. Может быть поэтому, даже выбрав маргинальную область для самореализации, они оказались там на положении элиты и предпринимали усилия для достижения официального признания. Москва - это своеобразный “социальный винегрет”, отличающийся гетерогенной социальной структурой. Культурный слой в этом городе весьма разнообразен, и в нем происходит постоянная конвергенция разных элементов. Маргинальные формы (рок-н-ролл, барды) перекрещивались с богемой, артистическим миром, происходило размывание граней. Практически невозможным было создание цельного эстетического канона или замкнутого, обособленного художественного мира.
В отличие от Москвы, которую можно было бы сравнить с открытым кипящим котлом, в Ленинграде в замкнутой среде процесс формирования субкультуры идет ускоренно, как в автоклаве. Впоследствии развитие по “ленинградскому типу” в еще более концентрированном виде будет происходить в других городах, где среда была более монотонной и монокультурной (Свердловск, Новосибирск, Архангельск).
1.3. Рок-поэзия в «культуре перестройки»
Сегодня, когда от этих событий нас отделяет известная временная дистанция, все яснее видно, что “революция перестройки” была великой риторической революцией. Это была не социальная революция, но “революция фразы”, разрушение устаревшего фасада, борьба всего общества с окаменелой идеологией, а не борьба класса против класса. Поэтому она была бескровной и произвела массу печатной продукции. Параллельно с пристальным вниманием к року происходит легализация других запрещенных прежде форм культуры - реабилитация бардовской песни, в первую очередь Галича, Высоцкого, диссидентской литературы, кинематографа (Тарковский) и т.д. Вся эта огромная, плохо переработанная масса информации была сумбурно подана, очень поверхностно, по-журналистски исследована. При этом разное происхождение и разные задачи всех этих явлений даже не принимались во внимание. Эта “культура перестройки” включала в себя массу разнородных явлений, сваленных в кучу и обобщенных по признаку запрета или новизны. В один ряд ставятся явления различного порядка, которые плохо стыкуются между собой.
Усилиями журналистов устанавливается связь между реформами и этим культурным конгломератом. Во многих субкультурах, включенных в этот конгломерат, их внутренняя интенция расходится с перестроечной реформистской ориентацией, которая им приписывается и прививается прессой[43].
Появляется лавина публикаций о “неформальных объединениях молодежи”. Посредством масс-медиа создается “вторичный миф”, часто выдумывается то, чего не было. Прежде всего, это создание мифа о политизированной, ангажированной, демократически настроенной молодежи, находящейся в оппозиции к режиму. Рок-музыка, получив доступ к масс-медиа, превращается в контркультуру, в “песни борьбы и протеста”. Именно тогда рок начинает использоваться определенными силами в качестве тарана, орудия разрушения и трактоваться как альтернатива официальной культуре и оппозиция общественному строю.
Происходит разделение рок-музыки на “фракции”, “лагеря” (рокеры, панки, металлисты и т.д.). Это оказывает обратное воздействие на молодежь, которая начинает ассоциировать себя с тем или иным лагерем, разбиваться на кланы.
Итак, основной отличительной чертой контркультуры оказывается ее ангажированность. Однако необходимо понимать, что этот термин в приложении к рок-культуре в большей степени выражает общественное восприятие рока, нежели внутренние интенции рок-культуры. Осознание рока как контркультуры произошло в результате возникновения “вторичной мифологии”, которая оказала ретроактивное воздействие на бывшую субкультуру. В итоге часть рок-музыкантов уверовала в то, что борьба с социальными институтами является их предназначением. Возникают открыто ангажированные группы, которые делают контркультурную функцию своим знаменем - “Телевизор”, “Алиби”.
Множество других групп с совершенно иной эстетической платформой также отдает дань этим настроениям: песни “Кино” (например, “Мы ждем перемен”), “Аквариума” (“Поезд в огне”) “Nautilus Pompilius'а” (“Скованные”), “ДДТ” (альбомы “Время”, “Оттепель”). “Алисы” (“Солнце встает”, “Тоталитарный рэп”, “Новая кровь”).
Искусственно создаваемый образ политизированных левых сил молодежи отвечает политическим задачам околоперестроечных демократических сил - идет процесс искусственного формирования “революционных молодежных масс”. Рок из подвалов и квартир перемещается на стадионы. Стадионный рок отличает атмосфера уличного митинга, эти концерты делаются в духе “эстетики массовок”[29].
Если в субкультуре господствует стихия игры, то в контркультуре - стихия митинга. Если субкультуру отличает эскепистская позиция, то контркультура агрессивна, она борется до победного конца. Потому важнейшим приобретением эстетической системы контркультуры по сравнению с субкультурной моделью, оказывается образ врага. Этот образ эстетически значим, и несет большую концептуальную нагрузку. Появление его фиксирует момент, когда субкультура превращается в контркультуру:
- Русская сатира 18 века: история и теория; творчество А. Кантемира, Н. Новикова, И. Крылова
- Русская сатирическая журналистика 60-70 гг. XVIII века. Николай Новиков
- Русская свадебная обрядность в контексте русской культуры: история и современность
- Русская свадьба
- Русская сельская община X - начала XX вв
- Русская смеховая культура в канун петровских времен
- Русская социальная мысль
- Русская религиозная философия 19-20 вв.
- Русская религиозная философия конца 19 - начала 20 в.в.
- Русская религиозная философия конца 19 - начала 20 века
- Русская религиозная философия конца ХIХ – начала ХХ вв
- Русская религиозно-философская мысль XI—XVII вв
- Русская речевая культура современной учащейся молодежи
- Русская риторика
