Сергий Радонежский. 7

Пензенский государственный университет 

архитектуры и строительства

 

 

 

Кафедра истории

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Р Е Ф Е Р А Т

по «Отечественной истории» на тему

«сЕРГИЙ рАДОНЕЖСКИЙ»

 

                                                            

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнила:  

                                                                студентка I курса

Архитектурного факультета

                                                                группа ДИЗ-12

                                                                Суворова К.О.

                                                                Научный руководитель:

                                                                д.и.н., проф. Королева Л.А.

 

Пенза 2012

 

 

План.

1. Введение.

2. Рождение и детство.

3. Начало монашеской жизни.

4. Образование Троице-Сергиевого монастыря.

5. Общественное служение Сергия Радонежского.

6. Чудеса Сергия  Радонежского.

7. Старость и  кончина преподобного Сергия.

8. Канонизация.

9. Предание семьи  Флоренских о сохранении главы  преподобного Сергия. 

 

Введение.

Троице-Сергиева Лавра в  наши дни привлекает внимание многих. Что же влечет сюда людей со всех концов нашей страны, из самых отдаленных уголков ее, а также многочисленных гостей из-за рубежа? 
 Неповторимый архитектурный ансамбль Лавры, в котором удивительно гармонично сочетаются стили самых разных эпох, от пятнадцатого до девятнадцатого века; насыщенная событиями история монастыря, видевшего в своих стенах и героя Куликовской битвы великого князя Дмитрия Донского, и сурово-деспотичного Ивана Грозного, и отряды польско-литовских интервентов , шестнадцать месяцев осаждавших эту твердыню земли русской в тяжелую годину Смутного времени, и будущего преобразователя России Петра Первого. 
 Как в зеркале, отразилась в истории Лавры история России. Но с чего же начинается история этой удивительной жемчужины русской культуры? История Троице-Сергиевой Лавры начинается с ее основателя – Преподобного Сергия Радонежского. Именно его трудами и подвигами утверждалась будущая великая обитель, его святость – святость его жизни и духовная сила положили начало тому могучему влиянию, которое оказывало и продолжает оказывать Лавра на развитие отечественной истории и русской культуры. 
 Именно поэтому я решила сделать доклад про этого великого чудотворца русской земли.

 

Рождение и детство.

В своём рассказе первый биограф  Сергия Радонежского Епифаний Премудрый сообщает, что будущий святой, получивший при рождении имя Варфоломей, родился в селе Варницы (близ Ростова) в семье боярина Кирилла, служилого ростовских удельных князей, и его жены Марии.

В литературе встречается несколько  различных дат его появления  на свет. Высказывалось мнение, что  Сергий появился на свет или в 1315, или  в 1318 году. Днём рождения Сергия также  называлось или 9 мая, либо 25 августа 1322 года. В сочинениях XIX века фигурировала дата 3 мая 1319 года. Этот разнобой мнений дал основание известному писателю Валентину Распутину с горечью  утверждать, что «год рождения отрока Варфоломея потерян». Русская Церковь  традиционно считает его днём рождения 3 мая 1314 года[2].

В возрасте 10 лет юного Варфоломея отдали обучаться грамоте в церковную  школу вместе с братьями: старшим  Стефаном и младшим Петром. В отличие  от своих успешных в учёбе братьев  Варфоломей существенно отставал в  обучении. Учитель ругал его, родители огорчались и усовещивали, сам же он со слезами молился, но учёба вперед не продвигалась. И тогда случилось  событие, о котором сообщают все  жизнеописания Сергия.

По заданию отца Варфоломей отправился в поле искать лошадей. Во время поисков он вышел на поляну и увидел под дубом старца-схимника, «святого и чудного, саном пресвитера, благообразного и подобного Ангелу, который стоял на поле под дубом  и усердно, со слезами, молился». Увидев его, Варфоломей сначала смиренно поклонился, затем подошёл и стал вблизи, ожидая, когда тот кончит молитву. Старец, увидев мальчика, обратился к нему: «Что ты ищешь и чего хочешь, чадо?». Земно поклонившись, с глубоким душевным волнением, поведал ему своё горе и просил старца молиться, чтобы  Бог помог ему одолеть грамоту. Помолившись, старец вынул из-за пазухи ковчежец и взял из него частицу  просфоры, благословил и велел  съесть, сказав: «то тебе дается в знамение благодати Божией и понимания Священного Писания <…> о грамоте, чадо, не скорби: знай, что отныне Господь дарует тебе хорошее знание грамоты, большее, чем у твоих братьев и сверстников». После этого старец хотел уйти, но Варфоломей молил его посетить дом его родителей. За трапезой родители Варфоломея рассказали старцу многие знамения, сопровождавшие рождение сына их, и тот сказал: «знамением истинности моих слов будет для вас то, что после моего ухода отрок будет хорошо знать грамоту и понимать священные книги. И вот второе знамение вам и предсказание — отрок будет велик пред Богом и людьми за свою добродетельную жизнь». Сказав это, старец собрался уходить и напоследок промолвил: Сын ваш будет обителью Святой Троицы и многих приведет вслед за собой к пониманию Божественных заповедей.

Около 1328 года сильно обедневшая семья Варфоломея была вынуждена  перебраться в город Радонеж. После женитьбы старшего сына Стефана, постаревшие родители приняли схиму  в Хотьково-Покровский монастырь.

 

Начало монашеской жизни.

После смерти родителей Варфоломей сам отправился в Хотьково-Покровский монастырь, где уже иночествовал его овдовевший брат Стефан. Стремясь к «строжайшему монашеству», к пустынножитию, он оставался здесь недолго и, убедив Стефана, вместе с ним основал пустынь на берегу реки Кончуры, на холме Маковец посреди глухого Радонежского бора, где и построил (около 1335 года) небольшую деревянную церковь во имя Святой Троицы, на месте которой стоит теперь соборный храм также во имя Святой Троицы.

Не выдержав слишком сурового и аскетичного образа жизни, Стефан вскоре уехал в московский Богоявленский  монастырь, где позднее стал игуменом. Варфоломей, оставшись в полном одиночестве, призвал некоего игумена Митрофана  и принял от него постриг под именем Сергия, так как в тот день праздновалась  память мучеников: Сергия и Вакха.

 

Образование Троице-Сергиевого монастыря

Года через два или  три к нему стали стекаться  иноки; образовалась обитель, которая  в 1345 оформилась как Троице-Сергиев  монастырь (впоследствии Троице-Сергиева лавра) и Сергий был её вторым игуменом (первый — Митрофан) и пресвитером (с 1354), подававшим всем пример своим  смирением и трудолюбием. Запретив принимать подаяние, Сергий поставил правилом, чтобы все иноки жили от своего труда, сам подавая им в  этом пример. Постепенно слава его  росла; в обитель стали обращаться все, начиная от крестьян и кончая князьями; многие селились по соседству  с нею, жертвовали ей своё имущество. Сначала терпевшая во всем необходимом  крайнюю нужду пустынь обратилась в богатый монастырь. Слава Сергия дошла даже до Царьграда: Вселенский Патриарх Филофей прислал ему с особым посольством крест, параман, схиму и грамоту, в которой восхвалял его за добродетельное житие и давал совет ввести в монастыре киновию (строгое общинножитие). По этому совету и с благословения митрополита Алексея Сергий ввёл в монастыре общинножительный устав, принятый потом во многих русских монастырях. Высоко уважавший радонежского игумена митрополит Алексей перед смертью уговаривал его быть ему преемником, но Сергий решительно отказался.

 

Общественное служение Сергия Радонежского

По словам одного современника, Сергий «тихими и кроткими словами» мог действовать на самые загрубелые и ожесточённые сердца; очень часто  примирял враждующих между собой  князей, уговаривая их подчиняться  великому князю московскому (например, ростовского князя — в 1356, нижегородского — в 1365, рязанского Олега и др.), благодаря чему ко времени Куликовской  битвы почти все русские князья признали главенство Дмитрия Иоанновича. По версии жития, отправляясь на эту битву, последний в сопровождении князей, бояр и воевод поехал к Сергию, чтобы помолиться с ним и получить от него благословение. Благословляя его, Сергий предрёк ему победу и спасение от смерти и отпустил в поход двух своих иноков, Пересвета и Ослябю.

Существует также версия (В. А. Кучкин), согласно которой рассказ  Жития Сергия Радонежского о благословении  Сергием Радонежским Дмитрия  Донского на борьбу с Мамаем относится  не к Куликовской битве, а к  битве на реке Воже (1378 г.) и связан в более поздних текстах («Сказание о Мамаевом побоище») с Куликовской битвой уже впоследствии, как с более масштабным событием.

Приблизившись к Дону, Димитрий Иоаннович колебался, переходить ли ему реку или нет, и только по получении  от Сергия ободрительной грамоты, увещевавшей  его как можно скорее напасть  на татар, приступил к решительным  действиям.

В 1382 году, когда войско Тохтамыша подступило к Москве, Сергий бросил свой монастырь «и от Тахтамышова нахожения бежа в Тферь» под защиту князя Михаила Александровича Тверского.

После Куликовской битвы  великий князь стал относиться ещё  с большим благоговением к  радонежскому игумену и пригласил  его в 1389 скрепить духовное завещание, узаконивающее новый порядок престолонаследия от отца к старшему сыну.

Кроме Троице-Сергиева монастыря, Сергий основал ещё несколько  монастырей (Благовещенскую на Киржаче, Старо-Голутвин близ Коломны, Высоцкий монастырь, Георгиевский на Клязьме), во все эти обители он поставил настоятелями своих учеников. Более 40 обителей было основано его учениками: Саввой (Савво-Сторожевский близ Звенигорода), Ферапонтом (Ферапонтов), Кириллом (Кирилло-Белозерский), Сильвестром (Воскресенский Обнорский) и др., а также его духовными собеседниками, такими, как Стефан Пермский.

Согласно житию, Сергий Радонежский  совершил множество чудес. Люди приходили  к нему из разных городов для исцеления, а иногда даже для того, чтобы  просто увидеть его. Как утверждает житие, однажды он воскресил мальчика, который умер на руках отца, когда  он нёс ребёнка к святому для исцеления.

 

Чудеса Сергия Радонежского.

Жил в окрестности Сергиевой  обители один благоговейный муж, имевший большую веру к Преподобному. У него был единственный сын-малютка, который опасно заболел. С верою понес его в обитель на своих руках скорбящий отец. «Только бы мне донести его до человека Божия, рассуждал он, а там, я верю, что он непременно исцелит его». И он донес сына живым до кельи Преподобного; но пока он слезно умолял смиренного игумена помолиться об исцелении дитя, пока Сергий готовился совершить молитву, мальчик от жестокого припадка испустил дух…

 Потеряв последнюю  надежду, огорченный родитель  с плачем стал укорять Преподобного  Сергия, что он вместо желанного  утешения только увеличил его  скорбь: «Что же мне теперь  делать? взывал он. – Лучше бы  для меня было, если бы мальчик  мой умер дома, тогда, по крайней  мере, я не оскудел бы верой,  которую доселе питал к тебе, человече Божий!»

И безутешный отец оставил  своего мертвеца в тесной келии подвижника, а сам пошел приготовить гроб для любимого дитяти.

Сжалился угодник Божий  над несчастным родителем; оставшись  наедине с умершим отроком, он преклонил колена и стал молиться… Еще не  окончил он своей молитвы, как вдруг дитя ожило, открыло глаза и протянуло ручки к Сергию.

Возвратился отец. Он принес все нужное для погребения, но святой игумен встретил его на пороге кельи  словами: «Напрасно ты, человече, не рассмотрев, так возмутился духом; видишь, отрок твой вовсе не умирал».

Изумленный родитель не хотел  верить словам его, но, увидев сына живым, пал к ногам человека Божия…

«Ты обманываешься и не знаешь сам, за что благодаришь, - говорил  ему смиренный подвижник. – Когда  ты нес сюда больного отрока, он изнемог  от сильной стужи и впал в обморок, а тебе показалось, что он умер. Видишь, он вот согрелся у меня в теплой келии, а тебе опять показалось, что он воскрес»…

Счастливый отец стал было настойчиво утверждать, что его сын  действительно ожил молитвами Преподобного, но святой строго запретил ему об этом говорить. «Если ты осмелишься рассказывать кому-нибудь, промолвил он, - то и  вовсе лишишься сына».

Тот обещал молчать и, взяв малютку, теперь совершенно уже здорового, возвратился домой, прославляя Бога, творящего чудеса чрез Своего угодника.

 И еще о двух случаях исцеления, совершившихся по молитвам Преподобного Сергия, рассказывает Епифаний. Один из окрестных жителей заболел тяжкой болезнью: в течение трех недель он не мог ни заснуть, ни принять пищи. Его родные братья решили обратиться за помощью к угоднику Божию. «Столько чудес творит Господь руками блаженного старца, - говорили они, - может быть, он смилуется и над нами ». И вот, они принесли больного в обитель и, положив к ногам Сергия, усердно просили его помолиться за немощного. Преподобный с молитвою покропил болящего святою водою, и он в ту же минуту почувствовал облегчение, тут же крепко заснул, а проснувшись, в первый раз после столь продолжительной болезни пожелал вкусить пищи. И Преподобный сам предложил ему оную и отпустил от себя совершенно здоровым.

Другой случай исцеления  был с бесноватым вельможей, которого привели к Преподобному с отдаленных берегов Волги. Этот знатный человек находился в исступлении ума; мучимый злым духом, он кусался и бился с такой нечеловеческою силой, что десять человек не могли удержать его. И вот родные решились отвезти несчастного вельможу к человеку Божию. Многих трудов стоило им исполнить свое благое намерение; бесноватый всеми силами противился этому и кричал громким голосом: «Куда вы меня тащите? Не только видеть, но и слышать не хочу о Сергии». Но его сковали цепями и повезли. Когда они были уже в виду обители, бесноватый вдруг рванулся с такою силою, сто разбил на себе оковы, и, бросаясь на всех окружающих, кричал: «Не могу! Не хочу!... Вернусь туда, откуда пришел!» Его голос был так страшен, что, казалось, сам несчастный расторгнется на части, и дикие вопли его были слышны внутри ограды монастырской. Сказали об этом Преподобному; он немедленно велел ударить в било и собраться братии в церковь. Началось молебное пение о болящем,  и тот стал мало-помалу укрощаться. Родным удалось ввести его в монастырь; Преподобный Сергий вышел из церкви с крестом Господним в руке. Лишь только угодник Божий осенил им бесноватого, как тот с диким воплем отскочил в сторону… Недалеко была вода, скопившаяся от проливного дождя; увидев ее, больной бросился в лужу с ужасным криком: «Горю, горю страшным пламенем!»…

И стой минуты рассудок возвратился к нему, и на вопрос, зачем он бросился в воду, когда увидел Сергия, он спокойно ответил: «Когда привели меня к Преподобному и он хотел осенить меня крестом, я увидел великий пламень, который исходил от креста и охватил меня со всех сторон, вот я и бросился в воду, чтобы не сгореть».

 

Старость и кончина  преподобного Сергия

Достигнув глубокой старости, Сергий, за полгода прозрев свою кончину, призвал к себе братию и  благословил на игуменство опытного в духовной жизни и послушании ученика, преподобного Никона. Накануне кончины преподобный Сергий в  последний раз призвал братию и обратился со словами завещания: Внимайте себе, братие. Прежде имейте страх Божий, чистоту душевную и любовь нелицемерную…

25 сентября 1392 Сергий скончался,  а через 30 лет, 18 июля 1422 были обретены  нетленными его мощи, о чём  свидетельствовал Пахомий Логофет; день 18 июля является одним из дней памяти святого. При этом на языке древней церковной литературы нетленные мощи — это не нетленные тела, а сохранившиеся и неистлевшие кости. В 1919 году, во время кампании по вскрытию мощей, мощи Сергия Радонежского подвергались вскрытию в присутствии специальной комиссии с участием представителей церкви. Останки Сергия были найдены в виде костей, волос и фрагментов грубого монашеского одеяния, в котором он был похоронен . В 1920—1946 гг. мощи находились в музее, помещавшемся в здании лавры. 20 апреля 1946 г. мощи Сергия были возвращены церкви.

Наиболее известным источником сведений о нём, равно как и  замечательным памятником древнерусской  словесности, является легендарное  Житие Сергия, написанное в 1417—1418 годах  его учеником Епифанием Премудрым, а в середине XV века значительно переработанное и дополненное Пахомием Логофетом

 

Канонизация.

Почитание Сергия Радонежского возникло раньше, чем появились формальные правила канонизации святых (до Макарьевских соборов русская церковь не знала обязательной соборной канонизации). Поэтому нет документальных известий о том, когда и как началось его почитание как православного святого и кем оно было установлено. Возможно, что Сергий «сделался общерусским святым сам собою, по причине своей великой славы».

Максим Грек открыто высказывал прямые сомнения в святости Сергия. Причина сомнений была в том, что  Сергий, как и московские святители  «держали города, волости, сёла, собирали пошлины и оброки, имели богатства». (Здесь Максим Грек примыкает к  нестяжателям.)

Церковный историк Е. Е. Голубинский  не даёт однозначных сообщений о  начале его почитания. Он упоминает  две княжеские грамоты, написанные до 1448 года, в которых Сергий называется преподобным старцем, но считает что в них он указан пока как местночтимый святой. По его мнению, фактом причисления Сергия к лику святых для общецерковного почитания служит грамота митрополита Ионы к Дмитрию Шемяке, датируемая 1449 или 1450 годом (неопределённость года вызвана тем, что неизвестно, когда именно старое мартовское летоисчисление было заменено сентябрьским). В ней предстоятель Русской церкви называет Сергия преподобным и ставит его рядом с другими чудотворцами и святителями, угрожая лишить Шемяку «милости» московских святых. Голубинский считает, что общецерковное прославление Сергия Радонежского вместе с преподобным Кириллом Белозерским и святителем Алексием было одним из первых деяний митрополита Ионы после возведения его на кафедру.

В ряде светских энциклопедий указано, что Сергий причислен к  лику святых в 1452 году.

С одобрения папы римского Сергий Радонежский почитается лишь восточнокатолическими церквями.

Светские историки отмечают, что Сергий причислен к святым по политическим мотивам волей великого князя Василия Тёмного. Великий  князь включил Сергия в число  московских святых не специальным актом, а по частному случаю, в договорной грамоте 1448 года с князем Иваном Можайским.

 

Предание семьи Флоренских о сохранении главы преподобного Сергия.

В журнале «Наука и религия» (№ 6, июнь 1998 года) О.Газизова опубликовала интервью с Павлом Васильевичем Флоренским, известным ученым и внуком отца Павла Флоренского. П. В. Флоренский рассказал семейное предание о том, как в Лазареву субботу 1919 года отцу Павлу Флоренскому стало известно о готовящемся властями вскрытии мощей преподобного Сергия, которое должно было состояться перед Пасхой. Дальнейшая сохранность мощей оказалась под большой угрозой.

По словам П. В. Флоренского, вскоре в Троице-Сергиевой лавре  состоялось тайное совещание, в котором  приняли участие отец Павел Флоренский, наместник Лавры отец Кронид, Ю. А. Олсуфьев, член Комиссии по охране памятников истории и старины Троице-Сергиевой лавры; и, вероятно, члены Комиссии граф В. А. Комаровский, а также С. П. Мансуров и М. В. Шик, которые впоследствии стали священниками.

Участники совещания тайно  проникли в Троицкий собор, где, прочитав молитву у раки с мощами Преподобного, отделили с помощью копия главу  святого, которую заменили головой  погребенного в лавре князя Трубецкого. Главу преподобного Сергия Радонежского временно поместили в ризнице. Вскоре граф Олсуфьев переместил Главу в  дубовый ковчег и перенес к  себе домой (Сергиев Посад, улица  Валовая). В 1928 году, Олсуфьев, опасаясь ареста, закопал ковчег у себя в  саду.

В 1933 году после ареста отца Павла Флоренского граф Ю. А. Олсуфьев бежал в Нижний Новгород, где посвятил в эту историю Павла Александровича Голубцова (будущего владыку Сергия — епископа Новгородского и Старорусского). П. А. Голубцову удалось переместить ковчег с главой преподобного Сергия из сада графа Олсуфьева в окрестности Николо-Угрешского монастыря под Москвой, где ковчег находился до окончания Великой Отечественной войны. Вернувшись с фронта, П. А. Голубцов передал ковчег Екатерине Павловне Васильчиковой (приемной дочери графа Олсуфьева), которая и стала последней хранительницей святыни.

В 1946 году, когда была вновь  открыта Троице-Сергиева лавра, а  мощи преподобного Сергия были возвращены монастырю, Е. П. Васильчикова тайно  возвратила главу Сергия патриарху  Алексию I, который благословил возвратить её на место, в раку.

По семейному преданию Флоренских отец Павел сделал записи на греческом языке о своем  участии во всей этой истории. Однако никаких письменных свидетельств в  его архивах найдено не было.

 

Заключение.

Сам Преподобный Сергий сыграл значительную роль в русской истории XIV века. Он не только благословил Куликовскую битву, он сделал гораздо большее – он поднял дух измученных татаро-монгольским игом людей. Это не менее важно, чем правильная тактика полководца или хорошо вышколенное войско. К этому добавляется вклад Преподобного Сергия в развитие церкви – создание нового типа монастырей и множество его конкретных проявлений.

В конце своей работы я  бы хотела привести слова патриарха  Московского и всея Руси Алексия I: "Преподобный Сергий, явившийся началом монашеского делания в Московской Руси, явился и его непревзойденном венцом, великим делателем на стезях спасения. Он, основавший малую обитель, стал чрез своих учеников, близких и дальних, устроителем всей русской монашеской жизни; его, искренне избегавшего руководства малой братией, Господь уготовал быть игуменом всей земли Русской. Верим, что и поныне предстоит он Престолу Вседержителя как горячий молитвенник и неустанный ходатай за всю Русскую землю и за каждого из нас, с верою к нему обращающегося". Мне остается лишь согласится с ним и добавить, что мне было очень интересно писать о Преподобном Сергии Радонежском. Великие люди навсегда остаются в веках, если они действительно велики. И  Преподобный Сергий один из ярчайших их представителей.

 

Список литературы.

"Преп. Сергий Радонежский.  По поводу 500-летия со времени  его блаженной кончины" ("Христианское  чтение", 1892, № 9 — 10);

"Жизнь и труды преп. Сергия Радонежского" ("Странник". 1892, № 9);

А. Г—в, "О значении преп. Сергия Радонежского в истории русского монашества" ("Чтения в Обществе любителей духовного просвещения", 1892, № 9);

E. Голубинский, "Преп. Сергий  Радонежский и созданная им  Лавра" (Сергиевский Посад, 1892);

"Жизнь и чудеса преп. Сергия Радонежского" (М., 1897, 5-е  изд.);

 В. Эйнгорн, "О значении  преп. Сергия Радонежского и основанной  им обители в русской истории" (М., 1899, 2-е изд.).

Б.К. Зайцев «Преподобный Сергий Радонежский»

Костомаров Н.И. Русская  история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. Глава 10. Преподобный Сергий.Иеромонах Никон «Житие преподобного Сергия»

Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.

Борисов Н.С. И свеча бы не угасла... Исторический портрет Сергия Радонежского.М.,1990;

Колесникова В. Вот так  это было в 1919-м // Наука и религия. 1992 N 1;

Кучкин В.А. Сергий Радонежский // Вопросы истории. 1992. N 10.

  Георгиевский  Г. Заветы Преподобного Сергия. – Сергий Радонежский. –

М. 1991.

 

Ключевский В. Значение Преподобного Сергия для русского народа и

государства. Сергий Радонежский. – М. 1991.

 

Васянин А. "АЛФАВИТ" №. 51-1, 1999-2000.