Сибирская ссылка

Содержание

Введение

Сибирская ссылка накануне реформы 12 июня 1900 года

Закон 12 июня 1900 года

Контингент ссыльных в Сибири

Материальное положение ссыльных. Быт политических ссыльных: проблема заработка и жилищный вопрос

Характеристики морального положения  ссылки

Заключение

Приложения

Список литературы

Введение

История ссылки в Сибирь изобилует  множеством самостоятельных сюжетов, каждый из которых достоин отдельного рассмотрения. В числе подобных сюжетов  можно, например, выделить такие интересные темы, как организация побегов  ссыльных из Сибири в Европейскую  часть страны и за границу, взаимоотношения  политических и уголовных ссыльных, влияние сибирской ссылки на послереволюционную ситуацию в Сибири, межфракционная борьба внутри ссылки и каторги и  так далее; каждый исследователь  волен находить в истории сибирской  ссылки все новые и новые сюжеты. [9]

В этом реферате отражены общие черты  сибирской ссылки и ссылка как  бы изнутри. Он содержит информацию об организации быта и внутреннего  распорядка ссылки, отношениях с уголовными заключенными и администрациями  тюрем, каких-то внутренних брожениях  внутри ссыльного общества и так  далее. Он доказывает что, связям с волей, с действующими революционными организациями, в ссылке практически не уделяется  внимания. В первую очередь ссыльные интересуются не ситуацией в центре России, а положением в ближайшей  тюрьме. Так, например, каторжанки Нерчинской женской каторги вели активную нелегальную  переписку с заключенными из тюрьмы в Горном Зерентуе, тогда как письма в Европейскую часть России или  региональные партийные организации  обычно проходили через цензурный  контроль тюремных администраций.

Цель настоящей работы - определить, как условия жизни в ссылке и на каторге влияли на моральный  настрой самих ссыльных, а также  выделить характерные для всего  рассматриваемого периода черты.

Задачи: рассмотреть историю политической ссылки, правовое, материальное и моральное  положение ссыльных, изменение их революционных взглядов во время  ссылки.

Сибирская ссылка накануне реформы 12 июня 1900 г.

12 июня 1900 года правительством было  принято решение о реформировании  сибирской ссылки. Этому предшествовала  серьезная работа, проводимая по  инициативе Главного Тюремного  Управления.

Высочайшим повелением от 16 мая 1899 г. о создании Комиссии для разработке мероприятий по отмене ссылки было признано, что дальнейшее направление  ссыльных в Сибирь для ее заселения  не имеет смысла и вредит краю. Общеуголовная  ссылка в Сибирь с целью её заселения  объявлялась нецелесообразной. Гораздо  важнее для государства становится подержка массового движения в Сибирь свободных людей.

Эффективной штрафная колонизация  Сибири никогда не была.[6;17]

Несмотря на то, что ссылка и  каторга в системе карательных  учреждений традиционно занимали главенствующее место, в конце XIX века подход к проблеме ссылки требовал тщательного пересмотра.

Дело в том, что с развитием  путей сообщения, быстрым ростом населения в Сибири, ее быстро растущим экономическим и культурным уровнем, ссылка теряла свое значение тяжелого устрашающего наказания, способного, к  тому же, надолго изолировать неугодных  режиму людей.

За все время своего существования, на протяжении более чем двух с  половиной столетий, сибирская ссылка реформировалась не один раз.

Так, например, высочайшим указом от 15 июля 1729 года были оформлены колонизационные  цели ссылки, а указами от 13 декабря 1760 и 17 января 1765 года был существенно  расширен спектр лиц, которые могли  быть сосланы.[7;121] Неспособность государства  обеспечить сносные условия существования  большого числа сибирских ссыльных, а также существенные затруднения  при препровождении ссыльных в Сибирь, в 1773 году вынудили на время отказаться от этой практики. Однако, в 1799 году принимается  проект заселения ссыльными всего "полуденного края Сибири". [5;256]

Чрезмерное число ссыльных и  их негативное влияние на Сибирь вновь  остро поставило проблему реформирования ссылочной системы. В 1802 году была сокращена, а в 1811-1812 гг. и вовсе отменена административная ссылка по воле помещиков, а также сельских и мещанских  обществ. Тем не менее, постепенно ссылка вернулась к прежним правилам. К 30 годам XVIII столетия ежегодное количество ссылаемых в Сибирь составляло до 10 тысяч человек. Органы власти по прежнему не могли ни обеспечить приемлемых условий существования ссыльных, ни привязать ссыльных к земле, ни предотвратить бродяжничество и  рост уголовных преступлений.

В 1835 году Николай I выступил с предложением рассмотреть вопрос о полной отмене ссылки в Сибирь, но пятилетнее обсуждение этой проблемы ни к чему не привело. В 1840 г. Государственный совет высказался за полное сохранение ссылочной системы, указав, правда, на необходимость навести  в ней порядок. Реформы 60-х годов XIX века также внесли свой вклад в  перечень реформ, пережитых сибирской  ссылкой. Так, была окончательно ликвидирована  практика ссылки крестьян в Сибирь по воле помещиков, в 1865 году была существенно  ограничена административная ссылка по приговорам сельских и мещанских  обществ. Позднейшее законодательство вновь отменило эти ограничения, и различные административные органы, имевшие право отправлять в ссылку без судебного разбирательства, а также суды, продолжали высылать в Сибирь большие группы ссыльных.[6;175]

Работавшая в 1871-1872 гг. Комиссия для  пересмотра второй главы "Уложения о наказаниях" предложила исключить  ссылку из числа репрессий за обще-уголовные  преступления но не получила поддержки  Государственного совета. В 1877-1878 годах  этот вопрос обсуждался в Комиссии по подготовке тюремной реформы, где  было вынесено предложения оставить ссылку только для "политических" и "религиозных" преступников. Несмотря на отмену ссылки "на житьё", самая  многочисленная судебная ссылка "на поселение" была оставлена. Ревизия  сибирской каторги и ссылки в 1880-1881 гг. заставила Министерство внутренних дел наконец обратиться к этой проблеме всерьёз. 26 февраля 1888 г. в  Государственный совет был подан  проект закона, предполагавший прекращение обще-уголовной судебной ссылки в Сибирь, но его исполнение было признано неосуществимым.

Законопроекты 1840, 1865, 1877 и 1888 гг. об ограничении  обще--уголовной и административной ссылки в Сибирь вновь и вновь  показывали перманентный кризис ссылочной  системы.

Во второй половине 90-х годов  очевидная пагубность переполнения Сибири уголовниками вновь вынудила власти продолжить обсуждение проблемы реформирования сибирской ссылки. В 1894 - 1899 годах Сибирь для обследования состояния каторги и ссылки регулярно  посещали правительственные чиновники. В 1899 г. была создана специальная  Комиссия, которой предстояло разработать  законопроект об отмене ссылки.

Накануне реформы 1900 года, по данным Главного тюремного управления, в  Сибири сосредоточилось до 310 тыс. ссыльных всех категорий. Политические ссыльные составляли менее 1% .[1;128]

Списочный состав ссыльных традиционно  расходился с фактическим их количеством  на местах приписки - для сибирской  ссылки был характерен устойчиво  высокий процент беглых. Фактически, треть сибирской ссылки (около 100 тыс. человек) находилась в "безвестной отлучке". Еще одна треть сибирской  ссылки представляла из себя бездомных  бродяг, существовавших за счет случайного заработка. Около 70 тыс. ссыльных состояли батраками у старожилов и состоятельных  ссыльных или работали в городах, и примерно 10% ссыльных осели на земле.

По признанию Главного тюремного  управления, ссыльных было невозможно содержать под строгим правительственным  надзором, прежние методы сдерживания  уже были неэффективны.

Проблема отмены ссылки требовала  незамедлительного разрешения.

Закон 12 июня 1900 г. и его значение.

25 марта 1900 года законопроект  коренного реформирования ссылочной  системы был представлен на  рассмотрение Государственного  Совета.

В числе прочих мер, в нем предусматривалась  отмена ссылки "на житье" в полном объеме и значительное сокращение ссылки "на поселение" взамен на тюремное заключение на различные сроки или  отбывание наказания в исправительных арестантских отделениях. Ссылка "на поселение" признавалась "исключительной карой" за "политические" и "религиозные" преступления. Комиссия признала, что  в последнем случае ссылка эффективнее  тюремного заключения и к тому же не вносит "расстройства" в  ссылочную систему.

После одобрения законопроекта  Соединенными департаментами и Государственным  советом, он был утвержден Николаем II.

В итоге, закон отменял обще-уголовную  ссылку и ссылку в Сибирь на водворение за бродяжничество, а также существенно  ограничивал ссылки по приговорам обществ.

Ссыльные этих категорий в среднем  составляли 85% процентов от общего числа  сылаемых в Сибирь, и реформа означала коренное изменение всей ссылочной  системы. В то же время, в полном объеме была сохранена ссылка на каторгу  и судебная ссылка "на поселение" за государственные (политические) и  религиозные преступления.

Если до принятия закона доля политических ссыльных в общем числе была весьма незначительной, то начиная с 1900 года сибирская ссылка превращается прежде всего в ссылку политическую.

Позднее, в 1905-1907 гг. предпринимались  дальнейшие попытки ограничения  ссылки в Сибирь. В частности, под  влиянием революции 1905 г. были разработаны  несколько законопроектов (о неприкосновенности личности, об исключительном положении  и другие), по которым предусматривалась  полная отмена административной ссылки, а в 1913 г. предлагалось преобразовать  каторгу и отменить ссылку на поселение  как ее последствие. Однако, вплоть до аминистии 1917 года, сибирская политическая ссылка жила главным образом по правовым нормам, принятым в конце XIX века и Закону от 12 июня 1900 года.

Контингент ссыльных в Сибири

В канун Февральской революции 1917 г. в Сибири находилось не менее 9346 политических ссыльных и 485 политкаторжан, всего 9831 чел. Большинство их в марте-мае 1917 г. вернулись на родину.[9]

Распределение ссыльных по Сибири показано в таблице №1. Данные табл. 1 свидетельствуют  о весьма неравномерном распределении  ссыльного актива по Сибири. В канун  Февраля 1917 г. ссыльные находились в 262 населенных пунктах, позже - в 99. Это  связано с массовым отъездом их на родину. В Западной Сибири осталось 35% ссыльных активистов, в Восточной - 65%. Основная часть их концентрировалась  в городах. Так, в девяти административных центрах учтено 673 ссыльных, или почти  две трети всего актива: Омск - 62 чел., Томск - 149, Красноярск - 109, Иркутск - 179, Чита - 82, Якутск - 46 чел., Барнаул - 31, Тобольск - 20, Тюмень - 21 чел. Относительно небольшие группы остались на Ленских  приисках, в Черембассе и Кузбассе. На огромной сельской периферии отдельные  ссыльные оставались в десятках сел  и деревень, в том числе и  в ряде местностей Крайнего Севера.

Социальный состав ссыльных представлен  в таблице №2. Приведенные данные свидетельствуют о существенном изменении соотношения лиц физического  и умственного труда в сравнимых  контингентах. Доля рабочих снизилась  после Февраля 1917 г. в полтора  раза, служащих, наоборот, возросла в 2,5 раза. Резкое сокращение доли учащихся и неопределенных объясняется тем, что характер занятий ссыльных периода  первой мировой войны определялся  по времени их последнего ареста перед  ссылкой, а после Февраля 1917 г. - по фактическим занятиям в Сибири. К  примеру, токарь Г.И. Петровский стал комиссаром Якутской области, ткач В.М. Косарев  стал председателем Омского Совета.[13]

Как видно из табл. 3, среди ссыльных периода революций доля всех социал-демократов возросла на 30%, большевиков - на 70%, меньшевиков - в 3,4 раза. Число нефракционных с.-д., членов Бунда, СДЛК, СДКПЛ и других национальных с.-д. организаций сократилось  в 2,2 раза. Доля эсеров увеличилась на одну треть. Значительно сократилось  количество членов других политических партий, групп и течений, а также  политически неопределившихся. С  учетом того, что нами выяснены ссыльные и среди большевиков-примиренцев, и "правдистов", меньшевиков-оборонцев, центра, интернационалистов (всего  по 1917-1918 гг. выяснены сторонники 25 различных  политических партий, фракций и групп), можно говорить о большей политической четкости взглядов ссыльного актива, значительном сдвиге "влево" в  их позициях, усилении политической дифференциации, дошедшей до резкой враждебности.

Важное значение имеет выяснение  социального состава членов основных политических партий (см. табл. 4). Это  позволяет дать ответ на вопрос, интересы каких классов и социальных слоев могли быть в центре внимания тех или иных политических организаций.

Сведения табл. 4 показывают снижение доли рабочих после Февраля 1917 г. среди членов всех политических партий, за исключением меньшевиков, в сравнении  с предыдущим периодом. Наивысшей  она осталась у ссыльных большевиков (50%). Соответственно значительно возросла доля служащих. У меньшевиков и  эсеров она составляла 82-84% их состава, почти в два раза больше, чем  у большевиков. Можно обоснованно  предположить, что оставшиеся в Сибири после освобождения по уровню образования  и широте политического кругозора  по праву вошли в состав местной  политической элиты. Это предопределило их видную роль в партийных, властных и других общественных организациях в 1917-1918 гг. [13]

Материальное положение ссыльных. Быт политических ссыльных : проблемы заработка и жилищный вопрос

Административно-ссыльные не могли  вести педагогическую и общественную деятельность, служить в типографиях, библиотеках и тому подобных учреждениях. Имело место существенное ограничение  на медицинскую и юридическую  практику, им было запрещено отлучаться с мест водворения.

На деле же местная администрация  зачастую закрывала глаза на незначительные нарушения. Например, в пику предписаниям, ссыльные зачастую практиковали частные  уроки, которые помогали им обеспечить себе довольно сносное существование  в ссылке. Несмотря на установленные  запреты, в 1910-х годах ссыльнопоселенцы якутской ссылки прибрали к своим  рукам Якутскую городскую библиотеку - пожалуй, главную культурную ценность Якутска. Таким образом, якутские ссыльные одновременно получили и заработок, и легальную возможность активной работы с населением.[3;174]

Если в служивших местами  ссылки отдаленных губерниях Европейской  России администрация и в самом  деле стесняла ссыльных в занятиях интеллигентным трудом, с точностью  выполняя соответствующие предписания  опасаясь внезапных инспекций, то в  Сибири, а особенно в отдаленных ее местах, дело обстояло значительно  лучше. Потребность в интеллигентных силах была настолько велика, а  возможность политического влияния  ссыльных на местное население, в  массе своей состоящее из инородцев, настолько маловероятна, что начальство уступало требованиям жизни, и вынуждено  было приветствовать педагогическую, медицинскую и исследовательскую  деятельность ссыльнопоселенцев.

Следует отметить, что наблюдалась  своеобразная диффузия: с одной стороны, некоторые ссыльные, вынужденные  борьбой за существование, настолько  втягивались в свое занятие, становясь  торговцами и погружаясь в гущу обывательских  интересов, что теряли идейную связь  с товарищами. С другой стороны, некоторые  обыватели становились совершенно своими в среде ссыльных.

Материальное положение ссыльных зачастую находилось в зависимости  от их прежнего социального положения, правового статуса, места поселения, возможности заработка, сохранения связей с "волей" и других факторов.

Само собой, в отличие от ссыльной интеллигенции, рабочие и крестьяне  оказывались в более бедственном  положении.

Административно-ссыльным назначалось "кормовое" и "квартирное" пособие, на которое они могли существовать, независимо от того, имели они дополнительные источники дохода, или нет. Кроме  того, существенную помощь "политическим" оказывали деньги, направляемые из партийных организаций и обществ  помощи политзаключенным, однако две  трети полит ссыльных ничего со стороны  не получали.

Тяжелые жилищные условия и высокие  цены на продукты питания зачастую вынуждали политических ссыльных селиться "коммунами", по нескольку человек. Очевидно, что эта практика в большинстве  случаев была пережитком каторжной  жизни, к тому же жилищный вопрос стоял  весьма остро.

Следует отметить, что в большинстве  случаев у ссыльных не было достаточных  навыков к ведению самостоятельно хозяйства. Они были непрактичны  в расходовании собственных денег, которых было не так уж и много, их постоянно обманывало местное  население, завышая цены на продукты и необходимые товары в несколько  раз, к тому же, над ссыльными постоянно  нависала опасность грабежа, так  как небольшие суммы, получаемые ссыльными от государства, родных и  друзей, обществ помощи политкаторжанам  и политических соратников, в устах  народа вырастали во много раз.

Характеристика морального положения  ссылки

Каторга и ссылка налагали свой отпечаток  на моральное состояние политзаключенных. Вряд ли можно всерьез говорить о  духовной общности ссылки - дальше "коммунальных" проблем она обычно не шла, а при  выходе на поселение бывшие каторжане  довольно скоро переходили к индивидуальному  хозяйству, желая отдохнуть от многолетней  жизни “на людях”.[10]

В среде ссыльнопоселенцев можно  было встретить и социал-демократов, и эсеров, и анархистов, и бундовцев, и националистов, то есть политический состав ссылки был крайне неоднородным. Соответственно, в пику революционно настроенным заключенным, придерживавшимся так называемой "этики ссыльного  революционера" и призывавшим  к активной борьбе, можно было встретить  и упаднические настроения. Все это, безусловно, провоцировало как политическое, так и моральное размежевание среди ссыльных; социальный и партийный  состав имел немалое влияние на моральное  положение политической ссылки.[11]

Вообще, по мнению самих ссыльных, ссылка являлась производной от революционной  среды, из которой она формировалась. Когда в революционном движении господствовало народничество - ссылка в большинстве своем состояла из народников. Позднее на смену  народникам пришли марксисты, а за ними - социал-демократы. Так, например, две  ведущие фракции революции 1905 года - социал-демократы и социал-революционеры - преобладали в Якутской ссылке 1910-х годов.

Тем не менее, отрыв от непосредственного  участия в деятельности партийных  организаций, отдаленность мест поселения  от центров политической активности, длительность заключения, необходимость  постоянно заботиться о заработке  и решении прочих проблем собственного существования в ссылке или на каторге, не способствовали укреплению "революционного духа" политических ссыльных.

Политическим ссыльным пришлось убедиться  в том, что "бытие" определяло не только "сознание", но и политику.

Некоторые из ссыльных формации, видя в ссылке непосредственное продолжение  тюремного заключения, жили лишь чтением  и подготовкой к дальнейшей партийной  деятельности, совершенно игнорируя  местную жизнь. Другие, особенно из "стариков", были тесно связаны  со всеми культурными начинаниями  и активно участвовали в культурно-просветительской работе ссыльного общества.

В 1912 году ссылка была приспособлена  к так называемой "полезной деятельности": большинство сосланных составляли рабочие, имевшие то или иное ремесло. В отличие от предыдущих поколений  ссыльных, которые много учились, читали, писали и так далее, ссыльные 1910-х годов должны были активно  работать, зарабатывая себе на жизнь. На "революционную борьбу" времени  просто не оставалось, да она и не нужна была в сибирской глубинке.

В воспоминаниях бывших политических ссыльных неоднократно можно встретить  мнение, что многие из заброшенных  в то время на северо-восток Сибири политических ссыльных уцелели только благодаря тому, что им удалось  зацепиться за жизнь, найти хотя бы только суррогат в занятиях наукой, в преподавательской деятельности, в торговле и так далее.[5;403]

Если попытаться в двух словах выразить наиболее характерное для ссыльных настроения, то “скука” и “пессимизм”, пожалуй, окажутся наиболее подходящими  для этого случая. И в своих  воспоминаниях, и в опубликованных фрагментах писем из сибирской глубинки в Европейскую часть России или  за границу, ссыльные неоднократно указывают  на царящую вокруг них обстановку безнадежности и уныния.

Заключение

Итак, вряд ли следует рассматривать  сибирскую политическую ссылку как "кузницу кадров" для революции. Советские исследователи справедливо  признавали, что тяготы и лишения  ссылки, материальное, правовое и моральное  положение ссылки не способствовали росту политической активности заключенных  и ссыльных. Было необходимо активное стимулирование этой активности извне, а затем долгая адаптация бывших ссыльных (закончивших срок заключения, либо совершивших побег) к реальной жизни.[5;347]

Изъятие революционно настроенных  людей из бурнокипящей политической обстановки центральной России и  посылка их на поселение в отдаленные уголки Сибири, а также суровое  каторжное наказание, заставляло многих пересматривать собственные взгляды  на политическую борьбу и, зачастую, отказываться от ”высших идей”. Эта ситуация, с некоторыми отклонениями, в целом  всегда была характерна для ссылок рассматриваемого в этой работе периода. Несмотря на возникавшие межфракционные и межпартийные разногласия, ссыльные в первую очередь отмечали, что  во-первых, на местах поселения буквально  было нечем заняться, и это повергало  их в уныние, и во-вторых, что необходимость  думать о заработке и обустройстве вытесняла из головы все мысли  о политической борьбе. То же самое  мы можем отнести и к политической каторге, где в бегстве от рутины каторжного бытия заключенные углублялись  в штудирование научных трудов, и  были к тому же вынуждены вести  неравную изматывающую борьбу против произвола тюремных властей.

Приложения

Таблица 1. распределение ссыльных в Сибири

Таблица 2. Социальный состав ссыльных в Сибири

Таблица 3. Партийный состав ссыльных в сибири

Таблица 4. Партийный состав ссыльных - членов политических партий

Список литературы

1. Ананьев Д.А. Новые земли  и освоение Сибири в XVII-XXвв  Очерки истории и историографии. - Новосибирск: Сова, 2007. - 227 с. 2.Бабикова  Е.Н. Двоевластие в Сибири. - М.: Спарк, 1987. - 74-78 с.

3. Бахаев В.Б. Общественно-просветительская  и краеведческая деятельность  ссыльных в Сибири. - Новосибирск:  Наука, 1980. - 238 с.

4. Дергачева-Скоп Е.И. Летописи  сибирские. - Новосибирск: Новосибирское  книжное издательство, 1991. - 272 с.

5. Максимов С.В. Сибирь и каторга. - М.: издание В.И.Губинского, 1900. - 492 с.

6. Пестеров В.В. Организация населения  в колонизуемом пространстве. - Курган: Издательство курганского государственного  университета, 2005. - 237 с.

7. Сафронов В.П. Октябрь в Сибири. - Красноярск: Амалфея,1982. - 178 с.

8. Соколов А.И. Идейно-политическая  борьба в сибирской ссылке  в период между двумя буржуазно-демократическими  революциями (современная историография  проблемы). // Ссыльные революционеры  в Сибири. - 1989. - №11. - С.81

9. Хазиахметов Э.Ш. Сибирская  политическая ссылка 1905-1917 гг// Ссыльные  революционеры в Сибири. - 1988. - №  7. - С. 17

10. Хазиахметов Э.Ш. Сибирская  политическая ссылка и Февральская  революция // Из истории социально-экономической  и политической жизни Сибири. - 1976. С. 93-105.

11. Хазиахметов Э.Ш. Бывшие политические  ссыльные в Омске (март 1917 - начало 1920 гг.) // 280 лет Омску: история  и современность. - 1996. - С. 94-97.

12. Шерстянников Н.А. Идейно-политическая  борьба большевиков против меньшевизма  в сибирских колониях политических  ссыльных. // Ссыльные революционеры  в Сибири (XIX в. - февраль 1917 г.) - 1989 - №11 - С.192-202

13. Щербаков Н.Н. Численность  и состав политических ссыльных  Сибири (1907-1917 гг.) // Ссыльные революционеры  в Сибири (XIX в. - февраль 1917 г.). - 1973. № 1. - С. 218.