Современная философская концепция Л.Н. Гумилева

Министерство  образования и науки РФ

Государственное образовательное  учреждение высшего профессионального  образования

«Южно-Уральский  государственный университет»

 

 

Специальность: «Экономика и управление предприятием машиностроения»

 

 

 

 

 

 

 

РЕФЕРАТ

по предмету «История русской философии»

 

 

Современная философская  концепция Л.Н. Гумилева

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнил:

студент группы № 159

Калмыкова А.Д.

 

Проверил:

Д.ф.н., профессор

Нагевичене В.Я.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Миасс

2011

Содержание

 

Введение……………………………………………..…………………………………..3-4

1.1 Жизнь и творчество Л.Н. Гумилева …………………………………………...…5-10

1.2 Предыстория создания теории этногенеза…………………………………...…11-14

1.3 Теория этногенеза………………………………………………………………..15-26

1.4 Этносфера и космос…………………………………………………….………..27-36

Заключение……………………………………………………………………….......37-39

Библиографический список……………………………………………………………..40

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Особенностью творчества Л. Н. Гумилёва является то, что он работал на стыке различных дисциплин: истории, географии, этнологии, философии и языкознании. На первый взгляд, объект его исследования – этносы и рассматривать его надо только как этнолога, однако представляется более правильным анализировать Гумилёва не как этнолога, а как философа, причём философа космиста.

Научное наследие Л. Н. Гумилёва в целом, и его теория этногенеза в частности, не являлись пока предметом серьезного научного исследования. Это может объясняться новизной концептуальной модели, созданной в 1960-70-е годы, получившей известность только 1980-1990 годов. Сыграло свою роль и то, что знакомство общественности с творчеством Л. Н. Гумилёва совпало по времени с нарастанием нестабильности в стране.

Многогранное научно-теоретическое  наследие Л. Гумилёва стало предметом специального изучения лишь с конца 80-х начала 90-х гг. После смерти ученого его труды стали изучаться более активно. Долгое время в советский период выдающийся вклад в науку об этносах Л.Гумилева, попросту замалчивался по идеологическим и политическим соображениям. Его новые научные взгляды подвергались критике со стороны значительного числа этнографов, историков и философов.

Основные работы были написаны Гумилевым в 60-е – 70-е годы, большинство из которых удалось издать много позже. К наиболее значительным первым трудам ученого следует отнести прежде всего те, в которых он изложил историю кочевников Центральной Азии с древнейших времен до ХУIII века. Исследовательский интерес к творчеству выдающегося ученого особенно возрос, в последние десятилетия, когда произведения Л. Гумилева обрели большую популярность. Однако достаточно серьезного внимания к теоретическому наследию ученого-мыслителя проявлено не было.

В целом же, в современной  научной литературе отмечается потребность  в работах о Л. H. Гумилеве. Многие труды ученого привлекают внимание философов, историков, культурологов. Понятия и термины, разработанные им, используются в разных научных дисциплинах. Методологический инструментарий Л. Гумилева представлен синтезом гуманитарных и естественных наук.

Наследие Л. Н. Гумилёва становится важным, как только мы обращаемся к современным вопросам развития человечества на рубеже тысячелетий. Теория этногенеза является центральной в оригинальной концепции Л. Н. Гумилёва. Он нашел свой оригинальный подход к осмыслению процессов этногенеза, с помощью которого попытался преодолеть инерцию традиционных взглядов на теорию этносов. Выдвинутая им теория о связи этноса не только с социумом, но и с природными и космическими факторами оказалась чрезвычайно плодотворной. Им была предпринята попытка представить этносы, прежде всего, как способы приспособления к ландшафтно-климатичеким условиям. В настоящее время становится все более необходимым построение комплексной теории этногенеза народов планеты, которая включала бы в себя синтезированные современные знания социального и естественнонаучного характера. Это дало бы реальную возможность решить проблемы межэтнических взаимоотношений, социального прогнозирования в сфере межнациональных отношений и др.

Изданное после смерти ученого академическое собрание его трудов в 15 томах, включает более 200 его работ, в том числе 12 монографий, публиковавшихся в последние годы многочисленными тиражами, хорошо известных отечественному читателю. Среди них особое место занимает фундаментальный труд "Этногенез и биосфера Земли", суммирующий главные идеи Л.Н. Гумилева по проблемам места и роли этноса в истории человечества.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Жизнь и творчество

 

Л. Н. Гумилёв (1912-1992 гг.) родился в Царском Селе (ныне город Пушкин под С.-Петербургом) в семье известных русских поэтов "серебряного века" - Н. С. Гумилева и А. А. Ахматовой. Рано потеряв отца (расстрелян в 1921 г. как "враг народа", в последующем реабилитирован), он воспитывался в городе Бежецке бабушкой А. И. Гумилевой.

Как вспоминал сам  Л. Н. Гумилёв - "школьные годы - это жестокое испытание... В двадцатых годах история была изъята из школьных программ, а география сведена до минимума". К счастью, тогда в маленьком городе Бежецке была библиотека, полная сочинений Майн Рида, Ф. Купера, Жюль Верна, Г. Уэлса, Джека Лондона и многих других увлекательных авторов, дающих обильную информацию. Чтение давало пищу для размышления и будило мысль Гумилева: «Зачем Александр Македонский пошел в Индию? Почему пунические войны сделали Рим вечным городом, а коль скоро так, то из-за чего готы и вандалы легко его разрушили?» [1, с.89].

В начале ХХ века гимназическая  история ограничивалась Древним  Востоком, античной и средневековой  Европой и Россией. И тут на выручку Гумилеву пришел "дух" эпохи. В тридцатые годы начались экспедиции, куда охотно принимали молодежь. Льву Гумилеву открылись гольцы и тайга Хамар-Дабана над простором Байкала, ущелья по Вахщу и таджикские кишлаки, где люди говорили на языке Фирдоуси, палеолитические пещеры Крыма, степи вокруг хазарского города Саркела и, наконец, таймырская тундра. Книжные образы перестали быть теневыми контурами. Они обрели формы и краски.

Помимо этого, в начале 30-х Гумилев пытался поступить  в Ленинградский пед. институт, но для сына "врага народа", двери  института оказались закрыты. И  только в 1934 году он, наконец, поступает на исторический факультет ЛГУ. К сожалению, после войны всеобщая история в объеме крайне сократилась, в её место заняли узкие специализации. История Средней Азии и Китая излагалась на факультативных курсах. А по кочевому миру не было специалистов. Этим Гумилев решает заняться сам. В 1935 году его отчисляют и арестовывают в первый раз. В 1937 году удалось восстановиться на историческим факультете и сдать экстерном экзамены за второй курс. Через год - 10 марта 1938 года, Л. Н. Гумилёва вновь арестовывают, "Шпалерка", Кресты, Беломорканал, переследствие, новый срок - дали пять лет, вместо объявленного расстрела. Именно в камере смертников, в Крестах, лежа на цементном полу Л. Н. Гумилёву открылась идея пассионарности (английский эквивалент термина passio - страсть, большая энергия, побуждение, стимул), которая движет человека на поступки, противоречащие инстинкту самосохранения.

На великих сибирских  стройках ему удалось познакомиться  с представителями разных народов, общаться с ними и понять многое в их жизни.

В 1932 Л. Н. Гумилёв работал малярийным разведчиком в Таджикистане. Работа заключалась в том, что он травил в маленьких болотцах малярийных комаров. Количество комаров при этом несколько уменьшалось, но уцелевших вполне хватало для того, чтобы заражать малярией как таджиков, так самого Л. Н. Гумилёва. Выходили его те самые таджики. В этот период Гумилев изучил таджикский язык. Благодаря которому Гумилев подружился с персами, таджиками, и даже ученым - эфталитом- памирцем. Памирец получил двойное образование: у исмаилитского "пира"-старца, и курс в Сталинобатском педагогическом институте. Эти беседы позволили Л. Н. Гумилёву глубоко вникнуть в жизнь этих народов.

Общение с представителями  казахов, татар, узбеков показало, как вспоминал Гумилев, что дружить с этими народами просто. Надо лишь быть с ними искренним, доброжелательным и уважать своеобразие их обычаев.

В 1943 году, после освобождения с поселения на Нижней Тунгуске, Л. Н. Гумилёв ушел добровольцем на фронт. Участвовал в боевых действиях в Польше и Германии, дошел до Берлина. Сразу после войны, в 1945 году, снова исторический факультет ЛГУ, который закончил экстерном, в 1946 поступил в аспирантуру Института Востоковедения. Но жизнь на свободе была недолгой. В 1947 году после постановления А. А. Жданова об антисоветской направленности творчества Анны Ахматовой последовало отчисление её сына из аспирантуры института востоковедения Академии наук (хотя с аспирантскими экзаменами и с диссертацией он управился до срока). Пришлось работать библиотекарем дома для умалишенных на 5-й линии Васильевского острова. Правда, в 1949 году в Университете удалось защитить диссертацию, и Л. Н. Гумилёв стал кандидатом исторических наук. Но уже в начале ноября того же года его снова арестовывают. Приговор гласил: десять лет.

Лефортово, Караганда, омские лагеря. Последний год гулаговского рабства был очень тяжелым, физические силы оказались подорваны. Освобождение пришло только в 1956 году, разумеется, с полной реабилитацией. Однако дух ученого не был сломлен, пятнадцать лет лагерей не были вычеркнуты из жизни. Несмотря на то, что все эти годы Л. Н. Гумилёв был лишен того, что составляет насущный хлеб ученого, - книг по специальности, он продолжал работать. Узникам не возбраняется вспоминать, надеяться и размышлять. Не возбранялось это и Л. Н. Гумилёву, он сочинял стихи, а также по мере возможностей обдумывал свою первую книгу - "Хунну", и даже писал её, когда его освободили от общих работ.

Товарищи по нарам  Л. Н. Гумилева были люди весьма сведущие, каждый в своей области, вследствие чего их рассказы были более содержательны и полноценны. С ними можно было свободно беседовать, специальные термины они умели не просто переводить, а истолковывать. Часто буквальный перевод теряет нюансы смысла, и возникают неточности. Поэтому можно смело утверждать, что подготовка Л. Н. Гумилёва была не обычной. С конца I954 года, когда заключенному Гумилеву разрешили писать и получать корреспонденцию без ограничений, - в Сибирь, в Омский лагерь ему пишет Абросов В.Н.

Василий Никифорович  Абросов (1919-1985), - лимнолог, ихтиолог, один из ближайших друзей Л. Н. Гумилёва. Началась их переписка в конце сороковых, когда Абросовым заинтересовались "органы" и он, лишившись работы и не имея жилья, вынужден был уехать из Ленинграда. Он высылал Л. Н. Гумилёву книги, рефераты и выписки из нужных ему научных статей, но главное - регулярно писал дружеские письма со своими научными идеями, рассказами о жизни, об общих знакомых. Все это в немалой степени способствовало развитию Л. Н. Гумилёва, позволяло быть в курсе новейших научных веяний и заниматься наукой.

После освобождения и  реабилитации в 1956 году Л. Н. Гумилёв работал в Государственном Эрмитаже, восстановился в географическом обществе, где в 1965 году возглавил отделение этнографии. Участвовал в экспедиции на Нижнюю Волгу - 1959-63 гг. Результатом археологических исследований явилось открытие местоположения легендарной страны - "Хазарии".

В 1961 году Л. Н. Гумилёв защитил докторскую диссертацию по истории древних тюрок, в 1974 докторскую по географии. Работая в институте географии Ленинградского университета Л. Н. Гумилёв, в течение 20 лет, читал лекции в университете. Этот лекционный курс назывался "народоведением". Лекции он читал также в других аудиториях, в том числе и для участников научных семинаров, знаменательных для того времени. Его приглашали читать тематические или, как бы сказали до 1917 года, общедоступные лекции. Так он прочитал свои знаменитые шесть лекций о монголах. В самом конце 70-х гг., в МГУ на психологическом факультете в продолжение пяти дней читал лекции об этногенезе и пассионарности.

В начале 70-х по приглашению  Новосибирского университета и благодаря  содействию выдающегося русского антрополога, будущего академика В.П. Алексеева, Гумилев выступил в Академгородке с лекциями по народоведению. Ученый читал их в самых разных аудиториях - Институте им. Курчатова, в Доме Кино и Доме Художников и др., часть лекций была показана по центральному телевидению.

Теория, созданная Л. Н. Гумилёвым, прошла длинный путь. Судьба её типична для всякой новой, крупной и не праздной идеи: сначала неприятие, замалчивание, издательские препоны, иначе говоря, всяческое поношение и притеснение, затем постепенное привыкание и, наконец, признание.

Первое издание книги  Л. Н. Гумилёва под названием "География этноса в исторический период" в 1990 году, стало уже достоянием истории. Книга, вышедшая в Ленинграде, в издательстве "Наука", опиралась на сокращенный лекционный курс и не вместила всего объема публичных выступлений ученого.

Перу ученого принадлежит  получившие широкую известность  в нашей стране и за рубежом  книги: "Хунну" (1960), "Открытие Хазарии" (1966), "Древние тюрки" (1967), "Поиски вымышленного царства" (1970), "Гунны  в Китае" (1989), "Древняя Русь и Великая Степь" (1989), а также около двухсот научных статей и стихотворных переводов с восточных языков.

Статьи, посвященные тории  этногенеза, впервые в полном объеме вышли отдельной книгой в 1993 году. Книга называется "Этносфера: история  людей и история природы", издательство "Экопрос", Москва. В основу книги легли статьи из цикла "Ландшафт и этнос", печатавшейся на протяжении почти 10 лет в специализированных малотиражных изданиях и составившие основу второй докторской диссертации Л. Н. Гумилёва по географии.

К защите второй докторской его подтолкнула необходимость гласного обсуждения. Вот как это было, вспоминает Н. В. Гумилева: "Лев Николаевич трудился над книгой "Этногенез и биосфера Земли", писал и печатал статьи по этой теме, создал солидные рукописные заделы. Пошли слухи, что Гумилёв сочинил какую-то антимарксистскую работу. В наше отсутствие рукописи из его домашнего стола исчезали. Потом, правда, те же невидимки их возвращали, но не всегда в нужное место. В этой ситуации нужно было срочно "обнародовать" книгу". Гумилев сомневался, разрешат ли ему это сделать. И тогда решено было организовать защиту докторской диссертации по географии.

В Университете очень  одобрительно отнеслись к затее Л. Н. Гумилёва, сотрудники кафедры быстро организовали оформление документов. Оппоненты были приглашены из Москвы - доктор географических наук Э. М. Мурзаев, доктор биологических наук Ю. П. Алтухов и доктор географических наук А. М. Архангельский. В мае 1972 года состоялась защита. Л. Н. Гумилёв выступил прекрасно. Из 21 члена ученого совета 19 проголосовали "за". Но ВАК отказал в присуждении степени доктора географических наук - "за хорошее знание истории". И лишь спустя годы докторская была присуждена по совокупности работ. А в 1990 году Ленинградский Университет присудил Л. Н. Гумилёву первую премию за работу "Этногенез и биосфера Земли". [2, с.118]

К сожалению, сама обстановка в стране ("застоя" в 60-70-х гг. и перестройка 80-х) не способствовали адекватному пониманию теории этногенеза Л. Н. Гумилёва. Даже выход книг в 90-е годы не изменил ситуации. Близился развал СССР, страна была охвачена сиюминутными национальными претензиями, которые, казалось, очень быстро могут быть разрешены "демократическим" путем. Хотя книги Л. Н. Гумилёва мгновенно расходились, восприятию концепции ученого широким читателям помешала нервозность обстановки поспешной русской революции 90-х гг. Страна распадалась по трещинам и швам этногенетической реальности - по тем этногенетическим признакам, которые были многократно описаны Л. Н. Гумилёвым в качестве научной проблемы и научного осознания. Страна распалась по тем «кривым» данным Гумилевым в его теории этногенеза.

В работах объясняется  четкая динамика жизни всех наиболее прославленных в письменной истории  этносов, в том числе евразийских. Концепция этногенеза Л. Н. Гумилёва должна, наконец, стать отправной точкой в исследованиях и размышлениях гуманитариев, допущенных для выправления государственных функций.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Предыстория создания теории этногенеза

 

Лев Николаевич Гумилев - основатель новой теории - этногенеза, посвященной рождению, становлению и угасанию этносов, получившей признание во всем мире. Она исследует влияние природных процессов на историю развития человеческих цивилизаций.

Так получается, что представители истории, наши профессионалы, сегодня, не могут ответить на основные вопросы человеческого бытия. Не всегда отвечает философия, политические или социально-экономические дисциплины. Были в моде ответы социологические, политологические, экологические. Возможно, что новым витком в ответах на проблемы философии истории станет этнология Л.Н. Гумилева. Вполне возможно, и этому есть свидетельства, наука или научная дисциплина, которой еще нет в русских университетах, в итоге своего двухвекового развития будут опираться на работы Л. Н. Гумилёва потому, что он оказался наиболее мощным и прозорливым исследователем судеб десятков народов.

Содержанием этнологии Л. Н. Гумилёва - является этногенез, то есть история начала, возникновения и исчезновения этносов с поверхности земного шара. Без энергетического толчка биосферы, без связи с ландшафтом, с культурой и мыслительной деятельностью этногенез немыслим. Этногенез является историческим, цикличным. Следовательно, мы имеем дело с теорией, которая сама по себе наука, находящаяся в параллели к социальной истории. Она же социальная природа существования человечества. Этногенез не является абстракцией, он является постоянно конкретным, мозаичным, противоречивым и конфликтным.

До сих пор, историки довольствовались философскими теориями, объясняющими все циклы мировой истории. Цикличность - наблюдали еще авторы Анналов - хранители истории Рима и средневековые монахи. Но редкая книга по философии истории, за последнее десятилетие, может предоставить ответ на главный вопрос: "Что такое история в том виде, в каком мы являемся её наследниками?" В самом деле, что такое история и что такое философия истории? За последние два века накопилось такое количество ответов, что невозможно их суммировать в нечто цельное и продуктивное. История - это ВСЕ! С этим согласились представители гуманитарных наук, но не все. Представителей естественных наук - биологи, геологи, географы, климатологи, физики и экологи - первым пригласил к открытым дебатам по проблеме исторического знания и проверки его опытным путем Лев Николаевич Гумилев. Ведь в начале Нового времени в 17-18 веках ответы по вопросам исторического знания давали прежде всего астрономы, химики и алхимики, мореплаватели, физики.

Благодаря Гумилеву свершился переход  от общего знания о философии, истории, от работ натурфилософов, от теорий Дж. Вико, И. Гердера, Н. Грановского, Н. Данилевского, О. Шпенглера, А. Тойнби к построению синтеза новой историко-этнологической дисциплины, являющейся, естественнонаучной. Историю мира Л. Н. Гумилёв создал, опираясь на то, что народы земли, её этносы имеют право на описание своей истории в географии, климате, экологии и др. Жизнь, которая одновременно есть жизнь Природы, и жизни в рамках социального существования.

Это автономное существование этносов, благодаря теории Л. Н. Гумилёва, теперь обретает зримые черты специальной концепции, которая, возможно, окажется в одном ряду с концепциями Коперника, Гердера, Гумбольта, Ратцеля, Мечникова, Вернадского, как концепция философии истории накануне XXI века.

Что такое история? Что такое народ в его органической связи с рельефом, климатом, речью. Родины? По сути, ответом на эти вопросы была вся русская культура XIX века.

Термин "народоведение" вел И. Г. Гердер, величайший немецкий философ истории, первый "народовед" Европы. Он сыграл огромную роль в становлении русского взгляда на историю; цивилизацию и на создание "национального историографизма". Россия, как нам кажется, издревле была близка идея катастроф -эсхатологии, разломов, потрясений, переворотов, говоря языком Гумилева, - мутаций. Отсюда и столь пафосный перевод на русскую почву достаточно сухого немецкого опыта классической традиции собирания предметов народной архаики, быта, культа, фольклора, - вообще народных примет, именуемых у Гердера народоведение (фольксунде). [3, с.251]

И.Г. Гердер, издавший свой фундаментальный  труд "Идеи к философии истории  человечества" в 1791 году, был глубоко  переработан в России первой половины XIX века, Т. Грановским, выдающимся исследователем европейского Средневековья, русским исследователем "всемирной истории" как неделимого прошлого человечества. Гердеровское понимание революции, катастрофы как нормы, как скачка естественного и объяснимого стало аксиомой в том же столетии в России. Именно от него пошло достаточно распространенное затем объяснение непреложности связей катаклизмов (геологических сдвигов, дрейфов материков и проч.) природы в целом и человека.

Предыстория создания теории этногенеза Л. Н. Гумилёва связана также с опытами великого немецкого ученого Ф. Ратцеля (1844-1904). Его книги "Антропогеография", вышедшая уже через сто лет после работы И. Гердера, а затем "Земля и жизнь. Сравнительное землеведение" в двух томах в начале ХХ века стали настольными книгами в читающей России для понимания судеб этносов на территории Российской империи.

Ратцель в своем труде "Человечество как жизненноё явление на Земле" пишет о том, что судьба народов  обуславливается почвой, а также  растительным и животным царствами, "Почва, ландшафт не только дает поле деятельности народам и снабжает их пищей, но и принуждает их кооперироваться, климат определяет долю влаги и тепла, достающихся этим народам, а растительный и животный мир снабжает их средствами пропитания, одеждой и украшениями... принадлежность страны к известному полушарию, к известной части света, и полуострову, архипелагу, близость морей, рек, пустынь - все это определяет ход истории". [4, с. 23]

Немецкая наука к тому времени  становится частью русской науки. А  русская наука становилась тут  же частью общеевропейской, но в значительной мере и антиевропейской. Особенность русской науки в том, что она имела дело со столь сложным переменчивым объектом исследований, фактически ежедневно сталкивалась с "туземцами" не в Океании, Африке или Австралии, а у себя дома, за окном кабинета или за "околицей". Эта сказочная возможность видеть этнологические раритеты, а в натуре, что позволило ей довольно быстро образовать своего рода российский "авангард" в деятельности этнографии, антропологии, истории, географии.

Известно, что тот же Ф. Ратцель был теоретиком идеи "жизненного пространства". "Если какой либо народ в течении своего исторического развития не был богато одарен землей, - пишет Ратцель, - то его высшее призвание... в улучшении своего географического положения путем захвата лучших земель" [4,с.41] (имелась в виду... Россия до Урала!). А русские ученые – авангардисты отказались от идей национализма и геополитики.

Это нашло отражение в "Русской  идее" Н. А. Бердяева, который писал: "У русского народа нет такой любви к величию историческому, которым так пленены народы Запада. Народ, обладающий величайшим в мире государством, не любит государства и власти. Верно, что германская и русская идеи противоположны друг другу. Германская идея есть идея господства, преобладания, могущества, русская же идея есть идея коммюнатарности и братства людей и народов. Русские менее семейственны, чем западные народы, но безмерно более коммюнатарны. У русских иное чувство земли, и сама земля иная, чем у Запада. Русским чужда мистика расы и крови, но очень близка мистика души". [5, с.105] 

Одним из первых, кто стоит  у истоков народоведения в  России, был Карл Максимович Бэр (1792-1876). Это отражается в его многочисленных трудах по истории и географии. Он утверждал что, "судьба народов определяется наперед и как бы неизбежно, природою занимаемой местности". К. М. Бэр считал, что в физических свойствах местности заранее определена этническая история и всего человечества, и что "ход всемирной истории, конечно, более определяется природными физическими условиями". [6, с.70]

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. Теория этногенеза

 

Влияние географии на развитие этносов у Л. Н. Гумилёва не имеет прецедентов в русской науке и культуре. Исследования Гумилева по истории и пассионарности знаменуют собой выход в научный мир, на широкое обсуждение такой темы, которая существовала в той или иной форме всегда, но предметом особого интереса и осмысления у нас в стране не была в последние 60-70 лет. Речь идет о том, что в историософии, науке историографии, описавшей десятки цивилизаций, культур, общественных устройств, исторических фактов, событий и преобразований, тема жизнедеятельности народов мира оказывалась постоянно побочной, подчиненной статистическим обсчетам и конкретным социологическим исследованиям.

Теорией народоведения  стала теория этногенеза Л. М. Гумилева. Этой в столь очевидной форме строгой науки принципиально не существовало до него, и отныне этнология будет находится в русле построений картины мира по Гумилеву. Сегодня важно подчеркнуть значение теории народоведения - сплава этногенеза и пассионарности, которая является основой механизма этногенеза.

Содержанием теории Л. Н. Гумилёва - является этногенез, то есть механизм начала, возникновения и исчезновения этносов с поверхности земного шара и причинно-следственные связи "прохода", "шествия" этносов по Земле. Без связи с ландшафтами, с культурой и мыслительной деятельностью народов этногенез немыслим, как немыслим рациональный ответ на то, почему этот этногенез является историческим процессом, всегда неожиданным, и цикличным.

Л. Н. Гумилёв привлекает исторические сведения, о Восточной Европе и Сибири с примыкающими к ней странами Азии, подтверждающие закономерность и ищет новые данные для уточнения хронологии климатических изменений.

Исследования Л. Н. Гумилева касались круга разнообразных вопросов, касающихся истории природы и населения нашей необъятной страны. Вокруг хазарского узла Л. Гумилев объясняет явления как более раннего, так и более позднего времени на огромном пространстве от Тихого до Атлантического океана. Он выясняет закономерности исторического процесса, опосредованного изменениями природы, и показывает важную роль географического фактора в жизни людей. Географическая среда и изменения в природе, не могут быть безразличными для людей. От них многое зависит, они затрудняют или облегчают культурное и общественное развитие. Хотя общество живет и развивается по своим внутренним законам, и происходящие в нем события не всегда сводимы к воздействиям природной среды, влияние кормящего ландшафта бесспорно - что и доказал Л. Гумилев, Все это, в дальнейшем, и легло в основу новой науки - этногенеза.