Современные теории демократии. 2

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования

 

ЧЕЛЯБИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ

 

ИНСТИТУТ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

 

Кафедра ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Современные теории демократии

 

 

По дисциплине:

Политология

 

 

 

 

 

 

 

Студент группы ИТВ-201 Божко А.А.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Челябинск, 2012 г.

 

Содержание 

 

Введение………………………………………………………….	3
1. Эволюция значения  и термина «демократия»………………	4
2. Основные трактовки  демократии…………………………….	7
3. Современные теории  демократии……………………………	10
Заключение……………………………………………………….	18
Список использованной литературы…………………………...	19

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Самый сложный и многозначный по формам реализации тип политического  режима – демократия (др.-греч. δημοκρατία — «власть народа», от δῆμος — «народ» и κράτος — «власть»). Уже семь столетий, начиная с 1260 г., когда это слово было впервые употреблено в переводе аристотелевской «Политики», и до настоящего времени, не смолкают споры о значении термина «демократия».

Демократия – форма правления государством, отличающаяся участием граждан в управлении, их равенством перед законом, предоставлением личности политических прав и свобод. Народное правление требует обеспечения ряда прав для каждого члена общества. С демократией связаны такие ценности, как законность, равенство, свобода, право на самоопределение, права человека и др.

На протяжении истории  к идее демократии, основанной на принципах  свободы и равенства, обращались лучшие умы человечества, обогащая и развивая это понятие.

Каждая историческая эпоха вносила свои признаки в понятие демократии и расставляла свои акценты на их значимости.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Эволюция значения и термина «демократия»

 

Возникнув в античности и обозначая «власть народа», термин «демократия» стал самым распространенным в политической науке. Однако массовое использование термина не оставило за ним определенного однозначного содержания. До сих пор в политологии не выработаны общепринятые представления, позволяющие сформулировать четкое определение демократии. Различные авторы акцентируют внимание на отдельных составляющих демократии, например, на власти большинства, на ее ограничении и контроле над ней, на основных правах граждан, на правовой и социальной государственности, наконец, на разделении властей, всеобщих выборах, гласности, конкуренции различных мнений и позиций, плюрализме, равенстве, соучастии и т. д.

Соответственно демократия интерпретируется в нескольких смыслах: во-первых, расширенно, как общественная система, основанная на добровольности всех форм жизнедеятельности индивида; во-вторых, более узко, как форма государства, при которой все граждане обладают равными правами на власть (в отличие от монархии, где власть принадлежит одному лицу или аристократии, где управление осуществляется группой лиц). Это античная традиция трактовки демократии, берущая начало с Геродота (V в. до н. э.); в-третьих, демократия понимается как идеальная модель общественного устройства, как определенное мировоззрение, основанное на ценностях свободы, равноправия, прав человека. Индивиды, группы, исповедующие данные ценности, формируют движение за их реализацию. В этом значении термин «демократия» трактуется как социальное движение, как тип политической ориентации, воплощенный в программах определенных партий.

Эволюция значения термина  «демократия» происходила одновременно с развитием человеческого общества. Первоначально, с момента возникновения, демократия рассматривалась как прямое правление граждан в отличие от правления монарха или аристократов. Однако уже в античности демократия была признана «худшей формой» правления. Ибо низкий уровень культуры граждан греческих полисов-государств позволял правителям манипулировать подобным «народовластием», вследствие чего режимы демократии были недолговечны и переходили в охлократию (власть толпы); а те, в свою очередь, порождали тиранию. Глядя на это, Аристотель не проводил различий между демократией и охлократией и отрицательно относился к первой. Такая оценка демократии повлияла на дальнейшую ее судьбу: демократия воспринималась негативно и была вытеснена из политического обихода.

Новый этап в развитии концепции демократии начинается с  Великой Французской революции, когда демократия стала рассматриваться  как направление общественной мысли, которое формирует цели социально-политического  движения, отвергающего монархию и  элитарность. Становление концепции демократии связано с потребностью обоснования нового характера отношений между правителями и подданными, вызванного появлением институтов гражданского общества, а также требований автономии и социального равенства индивидов.

Однако негативное отношение к демократии не было преодолено даже в ХVIII в. Это объясняется тем, что идеальная модель демократии как повседневного и непосредственного участия в управлении всех граждан в больших политических образованиях, подобных национальным государствам (а не маленьким городам-полисам), практически невозможна. Первоначальный смысл демократии трансформировался, приспосабливаясь к новым потребностям жизни. На процесс трансформации оказывали влияние культура конкретного общества, политические и исторические традиции, демократический опыт. Первоначальный смысл демократии как народовластия существенно расходился с многообразием практических форм ее реализации, что и привносило известную путаницу в понимание данного термина.

Различия в интерпретации  демократии, как и различия в механизмах ее реализации в конкретных обществах, обусловлены отсутствием единства методологических принципов ее анализа. В первом случае, с точки зрения нормативного подхода, формируется идеальная модель демократического правления, соответствующая ментальности населения, его представлениям о справедливом правлении. Однако реальные условия приспосабливают идеальную модель демократического правления к запросам практики. Во втором случае, с позиций эмпирически-описательного подхода, демократия оказывается совокупностью принципов, процедур и политических структур, которые обнаружили свою эффективность в реализации общественных и индивидуальных потребностей и целей.

Различные теории демократии исходят либо из приоритета принципа долженствования, либо апеллируют к практике при формировании системы правления.

 

 

2. Основные трактовки демократии

 

На протяжении веков  опыт становления и развития демократических  порядков в различных странах  анализировался в философско-теоретическом  плане, кроме того, исследователи давали эмпирическое описание ее разнообразных практик. При этом нередко отображение практического опыта тех или иных государств превращалось в создание нормативных моделей демократического устройства. Сегодня в политической мысли сложился не один десяток авторитетных теоретических представлений об этой форме организации власти. Однако, несмотря на разнообразие имеющихся теоретических трактовок демократии, все они, в конечном счете, могут быть сведены к двум наиболее общим интерпретациям природы.

Так, сторонники, условно  говоря, «ценностного» подхода, при  всех их идеологических разногласиях, рассматривают демократию как политическую конструкцию, призванную воплотить  во власти совокупность совершенно определенных идеалов и принципов, т.е. тех высших ценностей, которые и выражают ее социальный смысл и предназначение. К этой группе, прежде всего, относятся авторы трактовки демократии как системы народовластия, что вполне соответствует ее этимологии (греч. demos — народ, cratos — власть). Наиболее емко и кратко суть такого понимания демократии выразил А. Линкольн, обозначив ее как «власть народа, власть для народа, власть посредством самого народа». Исходя из идеи народного суверенитета, приверженцы такого подхода расценивали демократию как форму власти народа над самими собой, т.е. по сути дела сближали ее с понятием общественного самоуправления.

Еще в Древней Греции в качестве ценностных предустановок, обусловливающих понимание демократии, выступали идеи, отождествлявшие  государство с обществом, отрицавшие понятие свободного индивида и признававшие равенство по отношению к власти только за частью общества («гражданами»). Иначе говоря, демократия рассматривалась в то время как форма правления неимущего большинства ради собственного блага. Такое понимание вызывало резко критическое отношение к демократической форме правления, проявившееся, впрочем, и на более поздних этапах истории политической мысли.

К сторонникам ценностного  подхода относятся и приверженцы  философии Ж.Ж. Руссо, понимавшие демократию как форму выражения всевластия суверенного народа, который как политическое целое отрицает значение индивидуальных прав личности и предполагает исключительно прямые формы народного волеизъявления, так как любое представительство интересов и граждан уничтожает народный суверенитет. Марксисты также исповедовали ценности коллективистской демократии (идентитарной); они опирались на идею отчуждения прав индивида в пользу коллектива, но при этом делали упор на классовых ценностях пролетариата, которые, по их мнению, выражали интересы всех трудящихся и обусловливали построение «социалистической» демократии.

Характерно, что такого рода идеи, приведшие на практике к  установлению коллективистских диктатур, по своей природе не отличаются от образцов либеральной мысли, для которой главным условием формирования здания демократии также являются определенные ценности, но ценности, отражающие приоритет не народа (коллектива), а человека. Так, Д. Локк, Т. Гоббс, Т. Джефферсон и другие основоположники либерального учения, исходя из способности народа к рационально-нравственному «самоопределению и волеобразованию» (Кант), положили в основу интерпретации демократии идею индивида, обладающего внутренним миром, изначальным правом на свободу и защищенность своих прав. Таким образом, равенство на участие во власти они распространяли на всех людей без исключения. Государство же при таком понимании демократии рассматривалось как нейтральный институт, основные функции и полномочия которого определяются совместными решениями граждан и направлены на защиту индивидуальных прав и свобод.

Сторонникам такого предзаданного  ценностями понимания демократии оппонируют приверженцы так называемого  «рационально-процедурного» подхода. Философская база такой позиции  основана на том, что демократия возможна лишь в условиях, когда распространение ресурсов власти в обществе приобретает столь широкий характер, что ни одна общественная группа не в состоянии подавить своих соперников или сохранить властную гегемонию. В таком случае наиболее рациональным выходом из ситуации является достижение компромисса и взаимное разделение функций и полномочий, обусловливающих чередование групп у власти. Эти-то процедуры и технологии установления подобного порядка и выражают существо демократической организации политики.

Одним из первых такое  понимание демократии закрепил М. Вебер  в своей плебисцитарно-вождистской  теории демократии. По его мнению, демократия представляет собой «средство» властвования, полностью обесценивающее все понятия  «народного суверенитета», общей «воли народа» и т.п. Немецкий ученый полагал, что характерные для нее прямые формы политического волеизъявления возможны только в строго ограниченных пределах (например, в древнегреческих городах-государствах). Любая же организация представительства интересов граждан в сложных, больших обществах неразрывно связана с их вытеснением из политики и установлением контроля над властью со стороны бюрократии. Для защиты своих интересов граждане должны передать свое право контроля за властью и аппаратом управления всенародно избранному (харизматическому) лидеру. Имея такой независимый от бюрократии источник легитимной власти, люди и будут иметь возможность реализовывать свои интересы. Поэтому демократия, по Веберу, есть совокупность процедур и соглашений, «когда народ выбирает лидера, которому он доверяет».

Акцентируя процедурные  и процессуальные аспекты демократии, Вебер практически полностью  снимал идею участия масс в управлении. По сути дела, подобное устройство власти невольно оправдывало ослабление контроля за лидером со стороны общественности, его дистанцированность от населения и их интересов, предполагало утверждение цезаристского стиля управления, установление режима личной власти лидера. Однако Вебер считал такое развитие событий либо необязательным, либо сравнительно небольшой платой за подчинение обществу и власти пагубному влиянию бюрократии.

3. Современные теории демократии

 

В современных условиях в политической науке сохранили  свое место многие идеи, выработанные в рамках указанных подходов в  более ранний исторический период.

Либеральная теория демократии основывается на англосаксонской традиции, которая рассматривает демократию как ответственное и компетентное правление. В либеральной модели принцип ответственности доминирует над принципом соучастия. Источником власти является народ, выражающий свою волю не прямо, а посредством своих представителей, которым он делегирует на определенный срок полномочия. С одной стороны, управлением занимаются специально подготовленные люди, но, с другой стороны, их деятельность может быть эффективной лишь постольку, поскольку она опирается на поддержку большинства населения. Отношения между представителями народа и самим народом основаны на полномочиях и доверии, и определяются конституцией. Конституция закрепляет перечень тех полномочий, которые народ передает своим избранникам, и определяет меру ответственности за принимаемые ими решения.

Наличие либеральной  демократии во многом определяется фактически реализованными принципами и соответствием  режима вышеприведённым критериям. Например, Канада формально является монархией, однако фактически управляется демократически избираемым парламентом. В Великобритании формально высшей властью обладает наследственный монарх, однако фактически такой властью обладает народ, через избранных им представителей (также существует противоположная точка зрения, что парламентаризм в Великобритании — всего лишь ширма для абсолютной монархии). Монархия в этих странах во многом носит символический характер.

Страны Скандинавии являются социал-демократиями. Это связано с высоким уровнем социальной защиты населения, равенством в уровне жизни, бесплатным средним образованием и здравоохранением, значительным государственным сектором в экономике и высокими налогами. Вместе с тем в этих странах государство не вмешивается в ценообразование (даже в государственном секторе, за исключением монополий), банки частные, и отсутствуют препятствия для торговли, в том числе международной; эффективные законы и прозрачные правительства надёжно защищают гражданские права людей и собственность предпринимателей.

Теория прямой (или идентитарной) демократии, одним из авторов которой был Ж.-Ж. Руссо, отрицает принцип представительности. Демократия рассматривается как прямое правление народа, который сам способен выразить свою единую волю. В этой теории нет деления на управляющих и управляемых. Общая воля народа, выраженная на собраниях, является основой деятельности правительств и составления законов. Элементы прямой демократии наиболее развиты в Швейцарии, штате Калифорнии США, Лихтенштейне, Италии и некоторых других странах, где наиболее часты референдумы. Но в большинстве стран, возможности инициировать референдум «снизу», то есть по инициативе простых граждан — очень сильно ограничены законодательно или на практике.

Теория социалистической демократии трактует ее как форму классового господства. Правда, в рамках данной концепции развивались две традиции - ортодоксальная (К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин) и реформистская (Э. Бернштейн, К. Каутский). Парадокс демократии в ортодоксальной интерпретации состоит в том, что, с одной стороны, только социалистическая демократия устанавливает власть народа, но, с другой стороны, при коммунизме демократия вообще отмирает. Идеологически фиксированная цель (построение коммунизма), оторванная от реальной жизни, жестко определяет потребности общества. Права и свободы личности приносятся в жертву «общественному интересу». Однако «общественный интерес»-, который не основан на личном, превращается в фикцию. В связи с этим практические попытки сформировать общую волю, политическое единство путем устранения многообразия социальных интересов привели к краху режимов социалистической демократии.

Социал-реформисты понимали демократию как определенную форму  компромисса, соглашения разнородных  социальных сил, не отрицая при этом, что цели общества изменяются по мере изменения условий жизни личности.

Наряду с перечисленными теориями демократии в современный  период появился и ряд теорий, развивших  основные идеи обозначенных концепций  с учетом изменившихся реалий, динамикой  демократических процессов.

Так, сторонники теории партиципаторной демократии (т. е. основанной на соучастии граждан непосредственно в политическом процессе) отрицают принцип разделения политического труда. Они исходят из идеала индивидуального самоопределения автономной личности. Самоопределение личности рассматривается как право на всестороннее политическое участие в масштабах всего общества и в различных его сферах. При таком подходе фактически выравнивается и ответственность профессионалов и непрофессионалов в управлении государством, что снижает особую ответственность избираемых обществом элитарных слоев.

В 60-х годах в западных странах демократия участия стала  активно развиваться в различных  формах самоуправления, новых социальных движениях (например, движении «зеленых»), общественных инициативах, отрицающих государственное принуждение.

Однако в условиях практического расширения демократических  порядков в мире наиболее активно  развивались теоретические конструкции  в рамках процедурного подхода. Так, американский ученый И. Шумпетер в книге  «Капитализм, социализм, демократия» (1942) сформулировал основные положения теории эгалитарного элитизма. В соответствии с ее основными положениями свободный и суверенный народ обладает в политике весьма ограниченными функциями. Рядовые граждане лишь избирают промежуточный институт, который впоследствии формирует правительство, а затем полностью отстраняются от управления. Поэтому демократия представляет собой не что иное, как сугубо институциональное мероприятие, обеспечивающее соревнование элит за поддержку и голоса избирателей.

Демократия — это форма правления при посредстве народа, форма осуществления власти профессиональными политиками. Это не процесс формирования «общей воли» народа, а конкурентная борьба групповых интересов, представляемых лидерами; механизм, позволяющий рядовым гражданам определять состав руководства социальной структурой, а руководству — легализовывать свою власть. В силу этого демократия понималась как институциональное мероприятие, важнейшими нормами которого признавались те, которые регулировали избирательное право, осуществление выборов, а также конкуренцию партий и элит.

Понимая демократию таким  образом, Шумпетер видел ее главную  проблему в отборе квалифицированных  политиков. Сущностно важным для  функционирования демократической  формы правления он считал и стиль деятельности управляющих. В частности, по его мнению, правящие элиты должны принимать решения не только в понятных, но и в доступных для народа формах. Однако, учитывая профессиональный характер процесса управления, руководители не должны излишне вовлекать в разработку целей не готовых для этого людей. Политики должны обладать и определенными свойствами, в частности, обусловливающими самоограничение власти и препятствующими ее подчинению их корпоративным интересам. Для обеспечения такого характера деятельности властей и бюрократия должна строго придерживаться норм своей профессиональной деятельности, дорожа честью мундира и сохраняя приверженность интересам населения.

Данные идеи хоть и  подчеркивают выдающуюся роль правящих кругов, но одновременно признают необходимость участия масс в процессе формирования демократического строя. В этом смысле они коренным образом отличаются от широко распространившихся в XX столетии элитистских теорий, связывающих сущность демократии только с деятельностью управляющих. Так, П. Барах, Дж. Сартори, X. Кене и ряд других ученых полагали, что самоуправляющийся демос — это миф, а его склонность к политическому насилию представляет угрозу общественным интересам. Поэтому, оценивая неуклонное возрастание роли элит в качестве предпосылки демократии, они расценивали расширение дистанции между управляющими и управляемыми как залог стабильности, а не порок этой системы власти.

Значительный вклад  в развитие теории демократии внесли и сторонники плюрализма. Хотя впервые  данный термин был введен в научный оборот еще X. Вольфоном (1679-1754), для выработки демократической теории его стали использовать лишь в первой половине XX в. (Г. Ласки, Д. Трумэн, Р. Даль). В плюралистической концепции демократия рассматривается как тип организации власти, формирующийся в условиях ее распыления (диффузии) между различными силами. В этом смысле демократия предполагает свободную игру, соревнование различных групп, являющихся основной движущей силой политики, а также связанных с их деятельностью институтов, идей, воззрений. Формирование и функционирование демократических порядков происходит по мере использования механизмов и процедур («сдержек и противовесов»), позволяющих конкурирующим за власть группам избегать монополизации какого-либо одного объединения за счет сплоченных действий ее оппонентов; достигать своих интересов благодаря заключению разнообразных компромиссов; поддерживать баланс отношений и таким путем снижать напряженность межгруппового противостояния. Следовательно, демократия как система поддержания динамического равновесия конкурирующих сил представляет собой власть постоянно изменяющего свои очертания большинства, включающего в себя различные группы с совпадающими позициями по тем или иным вопросам.

Практический опыт показал, что, при всех преимуществах такого понимания демократии, применение данной модели власти возможно только за счет распространения в обществе единых, базовых для всех групп идеалов и ценностей, отсутствие которых превращает межгрупповые различия в непреодолимое препятствие для принятия государственных решений. В рассматриваемой трактовке демократии слабо учитываются степень и характер влияния на власть различных групп, а также роль личности в политическом процессе.

Существенный вклад  в развитие теории демократии внес А. Лейпхарт, предложивший идею консоциальной (consociational) демократии. Он также усматривал сущность демократии в процедурных мероприятиях и, исходя из этого, разработал оригинальную модель «разделения власти», предусматривающую обеспечение представительства интересов меньшинства, не способного получить доступ к рычагам государственного управления. В связи с этим Лейпхарт выделил четыре важнейших механизма, которые могут дать им доступ к власти.

Такая модель предполагает прежде всего создание коалиционного  правительства с участием всех партий, представляющих основные слои общества. Крайне принципиальной является и роль технологий, обеспечивающих пропорциональное представительство разных групп населения при назначении на ключевые посты и распределении ресурсов (в виде сохранения определенных квот для представителей меньшинств). В качестве принципиально важного условия перераспределения власти рассматривается и обеспечение максимальной автономии группам в решении ими своих внутренних вопросов (например, в форме федерализма или культурной автономии). Исключительное значение для выработки этой модели демократии придается также предоставлению группам при выработке политических целей права вето, что предполагает при принятии окончательного решения не обычное, а квалифицированное большинство (в две трети или три четверти голосов), что давало бы представителям меньшинств дополнительные шансы на защиту своих интересов.

Однако на практике такая  модель демократического соучастия  во власти, направленная против оттеснения меньшинств на политическую периферию и в оппозицию, применима лишь в том случае, если группы имеют свою политическую организацию и проводят относительно самостоятельную политику. При этом характерно, что решающая роль здесь также признается за элитами, которые должны получить большую свободу и независимость от давления рядовых членов для заключения соглашений и компромиссов, которые могут не вполне одобрять их приверженцы. Это дает возможность избежать обострения противоречий, даже если на низовом уровне существуют непонимание между людьми, разногласия, а то и враждебность. Однако и при данном подходе предполагается наличие минимального консенсуса относительно основных общественных ценностей (например, недопущения насилия или процветания государства). Потому-то особую важность такой автономный элитизм приобретает в глубоко разделенных обществах (например, в Северной Ирландии). В то же время особое положение элит провоцирует их эгоизм, ведет к неподотчетности руководителей членам группы. Вследствие этого консоциация как практическая модель демократии может применяться в основном в тех странах, в которых действует высоко ответственная элита.

Существенное распространение  в последние годы получили и теории рыночной демократии, представляющие организацию данной системы власти как аналог экономической системы, в которой происходит постоянный обмен «товарами», в котором продавцы—носители власти меняют свои выгоды, статусы, привилегии на «поддержку» избирателей. Таким образом, под политическим действием понимается только электоральное поведение, в рамках которого акт подачи голоса трактуется как своего рода «покупка» или «инвестиция», а избиратели в основном рассматриваются как пассивные «потребители». Так что главная задача демократии состоит в применении избирательных стратегий, которые должны связывать кандидата во власть с позициями избирателей. И хотя это создает простор для манипулирования волей граждан, такая «сфабрикованная воля» не меняет сути этой «демократии напрокат» (У. Грайдер).

Современное видение  процедурных основ демократии не может игнорировать техническое развитие современного общества. Появление и нарастание роли электронных систем в структуре массовых коммуникаций неизбежно вызвало к жизни идеи теледемократии («киберократии»). В данном случае наличие традиционных для демократии процедур неразрывно связывается с уровнем технической оснащенности власти и гражданских структур системами интерактивного взаимодействия (ТВ, Интернет) во время выборов, референдумов, плебисцитов и т.д. Эта виртуализация политики ставит новые проблемы в области обеспечения интеграции общества, налаживания отношений с новыми общностями граждан (имеющих или не имеющих такие технические средства), изменения форм контроля власти за общественностью и, наоборот, снятия ряда ограничений на политическое участие, оценки квалифицированности массового мнения, способов его учета и т.д.

Признание того факта, что  в политическую жизнь вовлекаются  широкие слои населения, подтолкнуло  ряд ученых значительно усилить  в рамках процедурного подхода роль рядовых граждан. Так, А. Этциони предложил концепцию «восприимчивой» общественной системы, при которой власть чутко реагирует на импульсы и табу, поступающие из недр общества. Именно такая восприимчивость, готовность к диалогу с гражданами и соответствует, по его мнению, демократической политике. Идеи Этциони, более высоко оценивающего роль общественности, нашли отражение и в концепции рефлексирующей (размышляющей) демократии. Основной упор в ней делается на процедуры, обеспечивающие не выполнение функций властью, а включенность в политическое управление общественного мнения и полную подотчетность ему властных структур. Включение идущей в обществе дискуссии об устройстве общественной и частной жизни и, следовательно, возникающих при этом размышлений, неформальных рефлексий, оценок, убеждений, в которых риторика соединяется с разумом, в процесс принятия решений и формирует, по мысли сторонников данной идеи, те механизмы «народной автономии», которые и составляют суть демократии в политической сфере.