Стрессы в космическом полете

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………..………………..………….. 1

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ 

ГЛАВА 1. Физиологические отклонения во время космического полета ....………...…... 1-5

1.1 Где начинается космос ………………….……………………………...………...……… 1-3

1.2 Ускорение ……………………………………..……………………………………………. 3

1.3 Вибрация и шум …………………………………………………………………..…….... 3-4

1.4 Невесомость  ……………………………………………………………………………… 4-5

ГЛАВА 2. Психофизиологические стрессы во время космического полета .………...… 6-12

2.1 Стрессоры в профессиограмме космонавта ……………………………………….…… 7-8

2.2 Основные психологические стрессоры космического полета ………………………. 9-12

ЗАКЛЮЧЕНИЕ …………………………………………………………………………...…... 13

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ …………………………………………………………….……… 14

ВВЕДЕНИЕ

   Профессиональная деятельность человека в космическом полете проходит в необычных условиях. Использование и эксплуатация современных технических средств и сложного оборудования на орбитальных станциях вызывает необходимость повышения надежности медико-психологического контроля за состоянием членов экипажей и применения адекватных мер поддержки и коррекции их психического состояния, работоспособности и операторских навыков в ходе полета. Известно, что комплекс факторов полёта, таких как невесомость, космическое излучение, нервно-эмоциональное напряжение, искусственная среда обитания, гипергравитация при старте, вызывает функциональные сдвиги в организме, направленные на приспособление организма к новой среде. Ранее проведённые многочисленные исследования дают основание считать, что такие факторы космического полёта как относительная изоляция, позно-двигательные ограничения, гипокинезия, монотонность окружения и деятельности могут вызывать снижение психической продуктивности и ухудшение психоэмоционального состояния космонавтов в условиях длительных космических экспедиций. В данной работе мы рассмотрим, какие физиологические отклонения возникают у человека и какие психофизиологические стрессы он испытывает во время космического полета. 

ГЛАВА 1. ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ  ОТКЛОНЕНИЯ ВО ВРЕМЯ  КОСМИЧЕСКОГО ПОЛЕТА 

1.1 ГДЕ НАЧИНАЕТСЯ КОСМОС 

   На пути к Луне, Марсу или другим планетам человек должен преодолеть ряд барьеров.

С точки  зрения физиолога космос наиболее точно  охарактеризовал в своей книге  «Человек и космос» X. Штругхольд: «Космос  как физическая среда является, по существу, средой радиационной с очень малой плотностью вещества. В противоположность этому земная атмосфера имеет высокую плотность, и радиация в ней заметно ослаблена. Вакуум, метеоритная пыль и различного вида излучения, меняющиеся в широких пределах, — вот что ожидает человека в космосе». От опасного воздействия этих факторов человека необходимо защитить. Возможно, что приведенная характеристика космического пространства покажется специалистам-физикам недостаточно точной и не строго научной — ведь они, изучая космос и атмосферу, описывают их вполне определенными физическими параметрами и понятиями. К примеру, для них космос — это удаленное на несколько тысяч километров от Земли пространство, в котором вследствие сильного разрежения пренебрежимо мала вероятность столкновения молекул.

   Для незащищенного человека космос, как это ни парадоксально, начинается всего в 5 км от земли. Уже на небольшой, казалось бы, высоте 3,5 км человек не может работать и чувствовать себя так же, как на Земле. Это препятствие на пути человека в космос является первым в ряду многих преград, называемых физиологическими барьерами космического пространства. Они определяются границами областей космического пространства, пребывание в которых вызывает резкое изменение (чаще всего торможение, а затем и прекращение) важных биологических процессов. Эти области, представляющие наибольший интерес для физиолога, показаны на помещенном ниже рисунке. Штругхольд насчитывает четыре зоны, в которых можно обнаружить такие функциональные барьеры:

0—3,6 км  — физиологическая зона;

3,6—16 км  — зона физиологической неполноценности; 

19—224 км  — зона, частично эквивалентная  космосу; 

224—9600 км — зона, полностью эквивалентная  космосу. 

Рис. 1. Функциональные барьеры на пути человека в космос и уменьшение плотности воздуха с высотой. Слева по вертикали указано число молекул кислорода в 1 см³, справа – высота над уровнем моря.

   На высоте 3,6 км низкое парциальное давление кислорода вызывает затруднение дыхания. Таким образом, гипоксия, или кислородная недостаточность,— это первый барьер, который нужно преодолеть человеку на пути в космос. При быстром подъёме к высоте более 5 км наступает кессонная болезнь — декомпрессионные расстройства, которые обычно ассоциируются с работой водолазов. При быстром падении давления окружающей среды происходит внезапное выделение в виде пузырьков растворенного в крови и тканях азота — воздушная эмболия. На высоте 5 км атмосферное давление составляет всего лишь 300 мм рт. ст., в то время как на уровне моря оно равно 760 мм рт. ст.

   Следующий функциональный барьер находится на высоте 15 км. На этой высоте наблюдается аноксия, то есть полное кислородное голодание. На первый взгляд это может показаться странным, так как атмосфера в этой зоне содержит достаточное количество кислорода, причем именно в виде необходимых для дыхания двухатомных молекул. Но углекислый газ и водяные пары, содержащиеся в альвеолах, создают в них давление 87 мм рт. ст. Когда атмосферное давление снижается до этого значения, что происходит как раз на высоте 15 км, кислород из-за отсутствия необходимого перепада давлений перестает проникать через стенки альвеол.

   На высоте 16 км космонавт сталкивается с последним физиологическим барьером, связанным с атмосферным давлением; оно составляет здесь 47 мм рт. ст. и соответствует давлению паров жидкостей в тканях человека. Это вызывает «вскипание» содержащихся в тканях жидкостей, переход их в газообразное состояние. Пузырьки газа проникают в сосуды, закупоривают их и выделяются через слизистую оболочку носоглотки, глаз и т.д.

Такова  первая группа «высотных» физиологических  барьеров, препятствующих полету человека в космос. Однако эти барьеры можно  преодолеть, используя соответствующие способы и средства защиты. Условия космического полета и факторы космического пространства могут оказывать вредное воздействие на многие физиологические системы человека. Влияние отдельных факторов снижается или нейтрализуется сравнительно просто и легко (например, действие света). Однако следует учитывать возможность проявления синергизма, выражающегося в том, что общее воздействие нескольких факторов оказывается значительно большим, чем совокупность воздействий каждого из них.

1.2 УСКОРЕНИЕ

   При космическом полете влияние ускорения наблюдается, прежде всего, при старте, когда корабль быстро набирает скорость. В этот период, длящийся около 5 мин, на космонавта действует ускорение, величина которого изменяется от 1 до 7 g. Другими словами, вес космонавта во время запуска корабля как бы увеличивается в семь раз. Способность переносить перегрузки (величина допустимых перегрузок) у разных людей различна и зависит от ряда факторов, например от скорости нарастания перегрузки, температуры окружающей среды, содержания кислорода во вдыхаемом воздухе, длительности пребывания космонавта в условиях невесомости до начала ускорения и даже от эмоционального состояния космонавта. Существуют, несомненно, и другие более сложные или менее уловимые факторы, влияние которых еще не совсем выяснено.

Перегрузки, связанные с ускорением, вызывают значительное ухудшение функционального  состояния организма человека: замедляется  ток крови в системе кровообращения, снижаются острота зрения и мышечная активность. Замедление кровообращения происходит вследствие кажущегося увеличения веса крови. Нормальное давление крови у человека на уровне сердца составляет 0,12 атм. Поскольку голова находится примерно на 30 см выше сердца, то при ускорении 4 g этого давления достаточно лишь для того, чтобы кровь могла дойти до головного мозга. Чтобы обеспечить кровоснабжение головного мозга при ускорении 8 g, сердце должно увеличить напор крови более чем вдвое. При ускорении 5 g, кровь «утяжеляется» настолько, что сердце вообще не может гнать ее к голове и человек испытывает ощущение «черной пелены», перед глазами и теряет сознание. Или же наоборот, перед глазами встает «красная пелена» и наступает потеря сознания в результате прилива крови к голове. Уже под действием ускорения, превышающего 1 g, у космонавта могут появиться нарушения зрения. При ускорении 3 g в направлении, длящемся более 3 сек, могут возникнуть серьезные нарушения периферического зрения. При продольном ускорении у космонавта возникают зрительные иллюзии. Ему кажется, что предмет, на который он смотрит, смещается в направлении результирующего вектора ускорения и силы тяжести. 

ВИБРАЦИЯ  И ШУМ

   Практически так же, как ускорения, вибрация и шум связаны главным образом с фазами запуска двигателей космического корабля или их работы во время полета. Их источниками являются работа ракетных двигателей, их сотрясение, перемещение топлива в цистернах-баках, атмосферные потоки и турбулентность атмосферы, а также аэродинамические удары при преодолении космическим кораблем звукового барьера. При полете с выключенными двигателями шум и вибрация почти исчезают, так как в этом случае их порождают лишь импульсные двигатели управления ориентацией космического корабля в пространстве, различные электромоторы и система радиосвязи. Шум и вибрация вызывают ощущение дискомфорта, раздражение, тошноту и другие неприятные явления. Характерно появление чувства тревоги и страха, удушья, болей в области живота и позвоночника, общего утомления, затрудненного дыхания, головной боли, зуда и глухоты. Вредное действие вибрации на организм человека имеет механическую природу, по крайней мере, в диапазоне тех частот колебаний, которые возникают во время космического полета. Очевидно, нарушается нормальное протекание процессов как в отдельных клетках, так и в органах в целом.

   Сравнение уровней шума при запусках больших ракет с шумами, окружающими нас в повседневной жизни, дано на приведенной ниже диаграмме. Шум в 160 дб может вызывать механические повреждения и необратимую глухоту в результате разрыва барабанной перепонки и смещения слуховых косточек в среднем ухе. При 140 дб человек ощущает сильную боль, а продолжительное воздействие шума в 90—120 дб может привести к повреждению слухового нерва.

Рис. 2. Сравнение шума при запуске мощных ракет с шумами других источников

   Шумы иной интенсивности и частотной характеристики также оказывают нежелательное физиологическое воздействие на человека, значительно снижая его работоспособность и мешая сосредоточиться. Однако, влияние шума, генерируемого ракетоносителем, невелико, так как корабль быстро отделяется от ступеней с работающими двигателями, и шумы глушатся не только окружающим воздухом, но и обшивкой корабля. Аналогично этому вибрация велика лишь в первые минуты полета корабля с ускорением и во время входа его в плотные слои атмосферы. В эти короткие промежутки времени вибрация не вызывает у человека значительных функциональных сдвигов. 

1.4 НЕВЕСОМОСТЬ

   До недавнего времени невесомость считали очень серьезной опасностью, угрожающей человеку в космическом полете. Однако сейчас установлено, что космонавт к этому состоянию адаптируется. Перед первыми пилотируемыми полетами в космос ожидали, что в условиях невесомости у космонавта наступят самые разнообразные расстройства. Предполагали, что в числе этих расстройств будет образование язв, размягчение костей и потеря веса, снижение мышечного тонуса, развитие легочных инфекций, морская болезнь, нарушение системы ориентации, образование камней в почках, возникновение синуситов и обезвоживание организма, развитие ортостатического коллапса («ленивое сердце»), а также потеря аппетита. Однако советские и американские космонавты во время полетов, длившихся до 14 суток, получили в той или иной форме лишь немногие из этих расстройств. Особенно большие опасения вызывало предположение, что в условиях невесомости космонавт потеряет способность к ориентации, так как его вестибулярному аппарату придется функционировать в отсутствие гравитационного поля. У космонавтов наблюдались лишь некоторые расстройства способности к ориентации, и только Г. С. Титов («Восток-2») был близок к морской болезни. У космонавтов Б. Б. Егорова и К. П. Феоктистова («Восход-1») на протяжении большей части полета было ощущение, что они находятся в положении «вверх ногами». Они испытывали также небольшое головокружение как при быстрых, так и при медленных поворотах головы. У Б. Б. Егорова к этому добавились потеря аппетита и неприятное ощущение в области живота, которое достигло максимума на седьмом часу полета. Однако ни один из космонавтов не потерял трудоспособности. По-видимому, в адаптации космонавта к условиям невесомости большую роль играет тренировка: В. М. Комаров имел за плечами несколько лет специальных тренировок, в то время как Б. Б. Егоров и К. П. Феоктистов тренировались лишь несколько месяцев.

   Очень важно, что не нарушалась способность к ориентации и у космонавтов, выходивших в открытый космос. Гораздо опаснее, чем потеря способности к ориентации, влияние долговременной невесомости на сердечно-сосудистую систему космонавтов, которая ослабевает и теряет свой мышечный тонус. Действие невесомости отчетливо проявилось даже во время сравнительно непродолжительных полетов по программе «Меркурий». Так, вышедшего после приземления корабля «Фейт-7» космонавта Г. Купера заметно шатало. Причиной этого была ортостатическая гипотензия и застой крови в ногах. Во время космических полетов отмечали также ряд второстепенных симптомов влияния невесомости. Так, несколько космонавтов, участвовавших в полетах по программе «Джеминай», сообщали о том, что в первые сутки полета они ощущали тяжесть в голове. Это ощущение было аналогично тому, которое испытывают гимнасты, повиснув на трапеции вниз головой, однако покраснения лица и глаз и пульсации крови в висках космонавты не наблюдали. Ощущение тяжести в голове продолжалось около восьми часов и затем пропадало. Причины этого явления еще полностью не выяснены, однако специалисты-медики полагают, что оно является следствием скопления крови в области грудной клетки, когда происходит перестройка системы кровообращения и адаптация ее к условиям невесомости.

   Во время пребывания в условиях невесомости и американские и советские космонавты похудели. Потеря в весе составляла от 2 до 6 % общего веса тела и, по-видимому, не зависела от продолжительности действия невесомости. Так, во время 14-дневного полета «Джеминай-7» космонавт Ф. Борман потерял 6,2% своего веса, а космонавт С. Карпентер во время полета на корабле-спутнике «Меркурий-7», длившегося всего лишь 5 час, потерял 3,9% своего веса. Аналогично этому советский космонавт В. Ф. Быковский во время пятидневного полета на корабле «Восток-5» потерял 3,6% своего веса. Очевидно, эти потери в весе не являются простым следствием обезвоживания организма; у большинства космонавтов вес восстанавливался в течение 24 час после окончания полета. Такие потери в весе могут быть вызваны изменением объема крови вследствие уменьшения содержания воды в плазме.

   Под влиянием невесомости происходит также уменьшение содержания в костях кальция и других минеральных веществ. У советских и американских космонавтов наблюдалось также уменьшение общего объема крови, плазмы и количества и массы красных кровяных шариков (эритроцитов). Особенное недоумение вызывает уменьшение общей массы эритроцитов. Оно может быть вызвано влиянием невесомости, но в такой же мере может происходить и от воздействия гипоксии, диеты, а также неподвижности космонавта во время космического полета. Возможно, это является результатом воздействия нескольких из указанных факторов. В заключение можно сказать, что в условиях космического полета адаптивные изменения происходят, по-видимому, только в сердечно-сосудистой, кроветворной и мышечно-скелетной системах человека. 
 

ГЛАВА 2. ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ СТРЕССЫ ВО ВРЕМЯ КОСМИЧЕСКОГО ПОЛЕТА 

   В предыдущей главе мы рассмотрели, какие физиологические сдвиги возникают у человека во время космического полета. Но общая проблема стрессов, характерных для космического полета, гораздо сложнее из-за биологической лабильности человеческого организма, особенно когда вопрос касается способности человека переносить воздействия скорее психологического, нежели физиологического характера. Сегодня мы можем с определенной степенью уверенности определить, какие перегрузки может вынести человек при ускорении, но мы не можем столь же уверенно предсказать, как долго он может выносить изоляцию и пребывание в очень ограниченном пространстве кабины космического корабля.

   В общих чертах можно сказать, что физиологи рассматривают влияние определенных стрессов на те или иные подсистемы организма человека. Психологи же изучают влияние на поведение человека всего комплекса воздействий, вызываемых окружающей средой. Поэтому для описания стрессов, характерных для космического полета, очень удобно пользоваться термином «психофизиологические стрессы», особенно в тех случаях, когда эти стрессы трудно с определенностью отнести к категории чисто физиологических или чисто психологических. Стрессовое состояние у космонавтов вызывают такие факторы космического полета, как ограниченность движений в замкнутом объеме кабины, дыхание чистым кислородом при давлении 0,35 атм, шумы, возникающие при запуске корабля, невесомость, необходимость заставить себя в определенные часы спать или быть в состоянии готовности и т. д. Такое разнообразие факторов и объясняет, почему трудно разграничивать физиологические и психологические стрессы космического полета, особенно когда многие из этих факторов действуют одновременно. В физиологии и психологии термин «стресс» часто используют, говоря либо об условиях окружающей среды, воздействующих на организм человека, либо об изменениях в организме при воздействии на него этих условий. Однако последнее время среди психологов стало принятым обозначать термином стрессор само воздействие — причину, а термином стресс — следствие этого воздействия, положение или состояние, вызванное стрессором. Хотя эти термины и могут облегчить описание процесса, однако они не помогают определить ни причину его, ни ее следствие, то есть не дают сведений, очень важных для предсказания того, какое влияние окажут стрессоры на состояние космонавта.

   Согласно механической, но наглядной модели, человеческий организм можно представить в виде системы с входами и выходами энергии и информации. Информацию на входе можно рассматривать как вид закодированной входной энергии, которую может декодировать эта система (человек). Информация же на выходе — это форма энергии, которую могут декодировать другие, внешние по отношению к человеку системы. Система (человек) старается поддерживать в неизменном состоянии многие свои параметры с помощью механизмов гомеостаза, например с помощью системы терморегуляции. Нарушающие состояние гомеостаза сигналы на входе (с регулированием которых не справляются его механизмы) являются стрессорами, а изменения на выходе системы, свидетельствующие о том, что пришли в действие механизмы компенсации, можно определить как стрессы. Пользуясь этой моделью, психологи могут изучать картину поведения космонавта в необычных для него условиях, рассматривая энергетические и информационные изменения на входе и выходе системы. Таким образом, по крайней мере косвенным путем они могут по симптомам стресса делать выводы и о самих стрессорах.

   Для определения психофизиологического стресса используют перцепторные, двигательные и познавательные тесты, а также тесты для эмоциональных реакций. Однако для проведения опытов с использованием большинства из этих тестов необходимо активное личное общение психолога с испытуемым. В космическом корабле слишком тесно, чтобы принять для этого еще одного пассажира. Правда, на советском корабле «Восток-1» одним из членов экипажа был врач, и космонавты выполняли тесты по координации движений, используя при этом специальный прибор «координограф», описанный в главе VI. Психолог, находящийся на Земле, должен пользоваться другими способами, чтобы делать заключения о стрессорах космического полета, даже если он не может их определить с полной уверенностью. Для этого он использует данные биотелеметрии о частоте пульса и дыхания, давлении крови, об изменениях электрического сопротивления кожи, электроэнцефалограмм, о движении глаз и данные испытаний точности работы руками (например, проба почерка, рисование). Советские и американские специалисты-медики при оценке состояния экипажей кораблей серии «Восток», «Меркурий» и «Джеминай» использовали такие данные. Хорошим показателем стресса является частота пульса, что видно из приведенной ниже таблицы, в которой сравниваются нормальная частота пульса космонавтов и частота пульса во время запуска космического корабля. 

Рис. 3. Сравнение пульса космонавтов до и во время запуска космического корабля

2.1 СТРЕССОРЫ В ПРОФЕССИОГРАММЕ КОСМОНАВТА 

   На ранних этапах подготовки к космическим полетам, когда основное внимание уделялось вопросам здоровья, психологическая сторона воздействия той или иной пробы-нагрузки еще не выделялась. Задача создания профессиограммы в психологическом аспекте потребовала выработки нового подхода с позиций принципа воспроизведения. Именно поэтому получили развитие испытательные пробы-нагрузки, позволяющие оценить функциональные резервные возможности человека в соматическом и психологическом аспектах.

В профессиограмме  космонавта были выделены следующие  возможные стрессоры.

1. Непрерывность деятельности. Считалось, что даже при наличии автоматических управляющих устройств все наиболее ответственные этапы полета требуют постоянной деятельности.
2. Обязательный или принудительный порядок работы. В данном случае речь идет об обязательной последовательности действий по определенной заранее или сложившейся в процессе полета программе, когда изменение порядка следования рабочих операций невозможно.
3. Дефицит или лимит времени. Рассматривался как ограничитель не только сроков выполнения действий и принятия решений, но и восприятия связи и сигнализации.
4. Фактор надставленности функций определяется вследствие того, что невозможно человеку в полете непосредственно наблюдать за результатами своей деятельности. Полезный результат работы воспринимается опосредованно через индикаторы приборов. Например, речеслуховая функция «надставлена» передающими и принимающими радиоустройствами, зрительная — оптикой и телевидением, кинестетическая — органами управления. Индикаторы и приборы «встроены» в функциональную цепь между афферентными (входными) и эфферентными (выходными) звеньями.
5. Постуральный фактор в широком смысле, т. е. объединяющий такие воздействия, как изменение давления на площадь опоры, изменение положения площади опоры, отсутствие площади опоры (при невесомости), утрата площади опоры (как побочный эффект при некоторых эволюциях корабля). С ним связаны возникновение психологического стресса при переживаниях падения, проваливания, при иллюзиях, а также трудности обучения пилота-космонавта, в частности при формировании схем (по типу схем тела): «человек — корабль», «человек — корабль — окружающее пространство», «человек — безопорное пространство» (выход в космос).
6. Фактор новизны, проявляющийся как в период ожидания, так и во время деятельности. Стрессоры, обусловленные новизной событий, зависят от индивидуально-психологических особенностей, определяющих способ и стиль проигрывания будущей деятельности, и могут вызывать фантомы в прямом смысле слова.
7. Фактор измененной (сниженной) афферентации. Предполагался дефицит афферентации за счет сенсорной изоляции, сенсорной депривации и пр. Профессиограмма с позиций принципа воспроизведения позволила выделить психологические воздействия, которые могли бы привести к стрессу в виде определенных психологических синдромов. Экспериментальные исследования этих воздействий преследовали две цели: 1) по возникающему синдрому определять модельный характер пробы в отношении жизненной ситуации (диагностика ситуации по синдрому); 2) по воспроизведению ситуации в модели устанавливать новые формы стресса, идентифицировать их с имеющимися в жизни (диагностика синдрома по ситуации).

   В этих экспериментах были выделены формы психологического стресса при дефиците времени для тех видов деятельности, которые характеризовались непрерывностью и обязательным порядком смены рабочих операций. Были изучены также пароксизмальные (проявляющиеся приступообразно) проявления психологического стресса, возникавшие при восприятии полезных сигналов на фоне раздражителей — помех, близких к полезному сигналу. Были установлены критерии высокой и пониженной помехоустойчивости человека, а также соответствия между формами психологического стресса в различных пространственных ситуациях и стрессорными воздействиями высоты и глубины замкнутого и открытого безориентированного пространства.

   Анализ экспериментальных данных о психологическом стрессе проводился на основе наблюдений в клинике нервных и душевных болезней. Определенное значение имело и сравнение различных психологических синдромов как следствий стрессорных факторов космического полета и синдромов нервно-психических расстройств (пограничных психических состояний). 
 
 

ОСНОВНЫЕ  ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ  СТРЕССОРЫ КОСМИЧЕСКОГО ПОЛЕТА

   Гиподинамия. В самом определении гиподинамии отражено понятие недостаточности или сдерживания, иными словами расхождения между потребностью в двигательной активности и условиями, которые этому препятствуют. По своим глубинным механизмам гиподинамия в условиях космического полета воздействует на психику не только как результат расхождения между уровнями «притязания» и «достижений», но и как результат рассогласования между сохранным и находящимся под «нагрузкой» афферентньм (чувствительным) звеном и сохранным, но ограниченным по «нагрузке» эффекторным (двигательным) звеном единой функциональной цепи двигательных актов. Тягостные психические состояния могут быть связаны с этим рассогласованием и выражаться в невротических проявлениях.

   При групповом эксперименте гиподинамия способствует развитию у некоторых лиц невротических реакций. Гиподинамия в переходных условиях (например, от невесомости к обычным условиям) сказывается на сосудистой регуляции, главным образом на венозном тонусе, приводя к возникновению сосудисто-дистонической обморочной готовности. Обморочная готовность сама является стрессором, так как вызывает ощущение дурноты, вялости, страха перед необходимостью активных действий и преодоления предстоящих трудностей. Психологический стресс такого рода, т. е. возникающий в результате физиологического дискомфорта и основывающийся на достаточно сильном переживании, связанном с колеблющимся уровнем психической и двигательной активности, очень сходен со стрессом, возникающим при «болезнях движения», вызванных суммационным действием укачивания.