Тропы, эпитеты и риторические фигуры в риторике

Евразийский Открытый Институт

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Реферат

 

по предмету Риторика

на тему "Тропы, эпитеты  и риторические фигуры в риторике"

 

 

 

 

 

 

 

выполнила Палмер А.М.

группа 3П – 106п

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ташкент 2013

 

Оглавление

Введение 3

Тропы...........................................................................................................................................................4

Эпитеты......................................................................................................................................................10

Риторические фигуры................................................................................................................................12

Заключение.................................................................................................................................................14

Список литературы....................................................................................................................................16

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Красиво и выразительно составленная речь, какое бы содержание она в себе не несла, всегда звучит убедительней и привлекает внимание слушателей более, нежели речь не содержащая средств речевой выразительности. Использование оратором тропов, эпитетов и риторических фигур служит показателем его литературной компетентности.

Риторические средства помогают представить содержание речи в увлекательном  свете, вызвать живые образы в  сознании слушателя.

Языковеды делят «цветы красноречия» на на две группы: тропы и фигуры речи. Тропы чаще всего используют авторы художественных произведений при описании природы, облика героев. Эти изобразительно- выразительные средства носят авторский характер, определяют самобытность писателя или поэта, помогают ему обрести индивидуальность стиля. Фигуры оживляют речь писателя, придают ей эмоциональность и образность, наполняют текст жизнью и передают соответствующее настроение читателю, вызывают в нём эмоции и чувства.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                            Тропы

 

Человек мыслит образами –  картинками действительности. Слово  – это код образа, и оно тем  эффективнее, чем ярче вызываемый ими  образ. Одним из сильнейших средств  создания образов являются тропы.

Само слово «троп» произошло  от греческого «tropos», что в основном значении означало – поворот, в переносном оборот, образ. Троп – термин античной стилистики, обозначающий художественное осмысление и упорядочение семантических  изменений слова, разнообразных  сдвигов в его семантической  структуре. Определение тропа принадлежит  к числу наиболее спорных вопросов уже в античной теории стиля. И действительно термин троп с античных времен был предметом пристального внимания и споров со стороны риториков и лингвистов, разработаны детальные классификации.

Обычно разговор о тропах начинают с метафоры, которая по праву считается одним из главных тропов.

 

Слово "метафора" в переводе с греческого означает перенос. Потому-то, может быть, вслед за нею и другие тропы характеризуются как перенос, что, по мнению некоторых исследователей, не вполне корректно.

 

1 Метафора есть в высшей степени репрезентативный троп. Она, как никакой другой троп, дает нам прочувствовать лежащее в ее основе сравнение, то есть отчетливо предполагает операцию аналогического типа. "Только через метафору, - полагал Осип Мандельштам, раскрывается материя, ибо нет бытия вне сравнения, ибо само бытие есть сравнение". А стало быть, как и всякая процедура сравнения, процедура метафоризации в принципе должна была бы ориентироваться на определенные правила. Правила же эти предполагают, что есть то, что сопоставляют, то, с чем сопоставляют, и признак, по которому осуществляется сопоставление.

Однако сущность метафоры состоит в том, что данный (совпадающий) признак, или третий член сравнения, никогда не называется. Поэтому метафору иногда определяют в качестве скрытого сравнения.

Однако '"хитрость" (или "мудрость") метафоры заключается  именно в том, что опущенным, скрытым, не предъявляемым признаком гораздо  легче манипулировать. Ведь то, что  не называется прямо, как бы и "не существует" в виде некоей определенной данности: подразумеваемое чаще всего  расплывчато, "смазано", неотчетливо  и неподотчетно.

2 Катахреза считается  самостоятельной разновидностью  метафоры в силу отчетливости  механизма катахрезы. Название  тропа в греческом варианте  содержит негативную характеристику: katachiesis означает злоупотребление или некорректное словоупотребление (ср. акирологичность как признак тропов).

 

Риторика определяла для  катахрезы две области применения: одна из них была областью стертой метафоры , то есть метафоры, чей фигуративный смысл перестал восприниматься; другая, напротив, областью непривычной метафоры, воспринимающейся как нагромождение слов, В этом случае катахреза определялась в качестве скачка от "картины к картине".

 

В ряде учебных пособий  катахреза рассматривалась как "метафора дурного вкуса", что, видимо, все-таки не вполне правомерно: непривычность  метафоры может быть следствием не только языковых пристрастий автора (часто - слишком оригинальных), но и  неподготовленности адресата, то есть отсутствия у него достаточного "метафорического  опыта" как совокупности навыков  воспринимать нетривиальные метафоры.

 

3 Синестезия (греч. Synaisthcsis - одновременное восприятие) тоже  представляет собой троп метафорического  типа. Особенность его в том,  что он задействует сразу несколько  областей чувств - скажем, зрение  и слух или вкус, обоняние и  осязание, плюс прочие самые разнообразные  комбинации.

 

4 Аллегория (греч. allegoria - иносказание) представляет собой  еще один троп метафорического  типа, настолько близкий к метафоре, что его часто называют "систематизированной  метафорой", поскольку аллегория  наиболее последовательно переводит  мысль в "картину". Впоследствии "картина" должна быть снова  разгадана как мысль. Легко  зафиксировать негативное использование  правила аналогии: то, что сравнивается, в случае с аллегорией обычно  не представлено вообще, оно выводится  за пределы текста.

"Фокус" аллегории  в том, что представления, передаваемые  посредством картины, обычно трудны  для восприятия в своем "первозданном" виде: чаще всего это некие  абстрактные понятия (типа правда, честь, невинность и др.), с трудом  поддающиеся постижению. Эти-то абстрактные  понятия обычно и передаются  в виде совершенно конкретных "картин", иногда персонификаций.

5 Прозопопея (греч. prosopopoia, от prosopon - человек и poiein - делать), или  олицетворение, персонификацированлие,  в свою очередь, трактуется  как вид аллегории. Дело в  том, что аллегория отнюдь не  всегда предполагает указание  на "лицо", аллегории другого  типа (аллегории с предметами, явлениями,  событиями) встречаются ничуть  не реже.

Поэтому, может быть, действительно  имело смысл выделять прозопопею в отдельную "рубрику" - исключительно  для случаев персонифицирования, когда неодушевленному приписываются  признаки одушевленности. Механизм действия прозопопеи очень напоминает механизм действия аллегории со всеми вытекающими  отсюда последствиями.

6 Метонимия - троп, который  в античности также рассматривался  как троп, близкий к метафоре, но в современной науке определяется  как полярно противоположный ей.

В переводе с греческого "метафора" означает '"переименование" (metonomazem - называть по-другому и onyma - имя).

Механизм метонимии заключатся в замещении "имени предмета" его признаком или именем другого  предмета, находящегося в связи с  первым предметом. Иными словами, перед  нами, так же как и в случае с метафорой, синестезией и аллегорией, - расширение возможностей наименования. Однако, совпадая по этому признаку, метафора и метонимия расходятся по основной функции. Если метафора считается  характеризующим тропом, то метонимия - тропом идентифицирующим, то есть определяющим.

7 Синекдоха (греч. Synekdoche - соотнесение, от syn-ekdechesthai - обозначать  через намек) рассматривается  либо как вид метонимии, либо  как самостоятельный троп. Разница  в точках зрения не слишком  принципиальна, поскольку в обоих  случаях синекдоху определяют  как представление целого как  части этого целого или, наоборот, как представление части в  качестве целого. Классический пример  синекдохи - Чеширский кот, умевший  исчезать так, что оставалась  только одна улыбка.

Данный троп имеет весьма прозрачную структуру и отчетливо  реферирует к соответствующим - разумеется, преобразуемым - логическим законам. Механизм синекдохи предполагает, что часть  и целое взаимозаменяемы. Часть  вполне способна заместить целое, как  и целое вполне способно заместить  часть не только в том случае, когда мы имеем дело с однородным целым, но и в тех случаях, когда  предлагаемая синекдоха недвусмысленно отсылает к; неоднородному целому. Но в принципе синекдоха работает исключительно "представительными" частями целого.

8 Антономазия (греч. antonomasia - перенаименование; от antonomazein - называть  иначе) иногда квалифицируется  как разновидность синекдохи  - и к таким переходам из  одного собственно тропа в  другой читатель уже, видимо, привык. Действительно, тесная связь между  собственно тропами очевидна. Данный  троп предполагает собственное  (чаще всего общеизвестное) имя  вместо имени нарицательного. Понятно,  что антономазия тоже расширяет  возможности наименования и тоже  содержит себе элемент аналогии, правда, подобно многим тропам, часто без указания признака, по которому сравниваются члены аналогии.

9 Гипаллаг представляет  собой весьма редкий троп. Хотя  его часто тоже рассматривают  как вид метонимии, увидеть  основания для такого рассмотрения  довольно трудно.

Hypallassein означает в переводе  с греческого переставлять, обменивать. В соответствии с этим значением  гипаллаг и определяется в  качестве рокировки слов в  составе той или иной структуры,  чаще всего структуры с довольно  ясными отношениями между компонентами. Ясность отношений является действительно  необходимым условием для того, чтобы осуществить гипаллаг. В  противном случае соответствующая  структура будет просто выглядеть  невразумительной. Поэтому чаще  всего гапаллагизируются действительно  устойчивые словосочетания, которые,  что называется, "у всех на  слуху". Перестановки в их структуре  все равно дают возможность  видеть исходные отношения между  компонентами - даже в зеркале  гипаллага.

10 Эналлага (греч. enallage - поворот, перестановка) в одной из двух своих модификаций тоже рассматривается как отдаленный вид метонимии. Этот троп предполагает перестановку (как чисто пространственное перемещение) признака. Чисто технически это осуществляется следующим образом: существует два сопоставляемых понятия, причем при одном из них имеется некий признак, признак этот "отбирается" у данного понятия и подставляется к другому понятию, становясь, таким образом, его признаком.

11 Эпитет - один из самых  традиционных и известных тропов. В буквальном переводе с греческого (epitethon) означает приложение, и на  самом деле "прилагается" к  предмету в качестве его характеристики. Применительно к эпитету особенно  отчетливо, встает вопрос о  логическом и паралогическом  типах речевого поведения. В  этой связи имеет смысл различать  так называемое определение как  средство логики и эпитет как  средство паралогики.

Для того чтобы конкретно  представить себе (разумеется, в  рабочем плане) методику распознавания  эпитета относительно определения, следует иметь в виду, что эпитет почти всегда несколько метафоричен. Однако данный различительный признак, разводя эпитет и определение, "сводит" эпитет и метафору. Отличие между  двумя последними, скорее всего, носит, на первый взгляд, преимущественно  грамматический характер: в роли эпитетов чаще всего (но не исключительно) выступают  имена прилагательные, в роли метафор - другие части речи.

12 Оксюморон тоже принадлежит  к тропам, объединяющим понятия.  А это, в частности, означает, что в основе его" тоже  лежит аналогия - правда, пожалуй,  наиболее головокружительный тип  аналогии. Недаром греч. слово "oxymoron" состоит из двух значений: "oxys"- острый (остроумный) и "moros" - глупый, нелепый, что само по себе отражает структуру любого оксюморона. Оксюморон объединяет необъединимое в одном понятии, работая лексическими значениями. Вот почему удобнее обсудить его в составе тропов, чем в составе фигур, как это делается обычно. При этом оксюморон считается разновидностью антитезы.

Оксюморон всегда объединяет в себе антонимы (типа "богатый  нищий"), но, видимо, правильнее будет  сказать, что для осуществления  оксюморона достаточно и контрарных отношений между компонентами (контрарность и контрадикторность обсуждались  выше в связи с разговором об аналогии) - например, "белая чернота".

13 Антитеза относится  к тропам, не объединяющим, но, напротив, разъединяющим понятия. Греческое  название antithesis указывает и на  характер соответствующей операции: в переводе с греческого слово  означает противопоставление, противоположение.

Антитеза осуществляется для того, чтобы поставить понятия  в отношения контраста, причем не только те понятия, которые в принципе контрадикторны или контрарны, но и  понятия, обычно не связанные между  собой никакими отношениями, но становящиеся конфликтными, когда они поставлены рядом.

14 Антаметабола (греч. antimetabole - взаимообмен) описывается как  разновидность антитезы. Она фактически  и является антитезой - в качестве  добавочного, "нового", признака  возникает лишь дополнительный  штрих: подчеркивание противопоставления  еще и на уровне "звучания" посредством повтора одних и  тех же слов или слов, имеющих  один и тот же корень.

15 Эмфаза (греч. emfasis, от emfainein - показывать) как термин обладает  двумя значениями: с одной стороны,  это любое интонационное выделение  фрагмента речи (что нам придется  оставить в стороне), с другой - троп, предполагающий резкое сужение  значения.

16 Градация-климакс, или  просто климакс (греч. klimaks - лестница), представляет собой последовательное  расширение значений следующих  друг за другом понятий - либо  самих по себе, либо в составе  соответствующих синтаксических  структур. Осуществление этой процедуры  предполагает последовательное  восхождение от частного к  более общему, причем последовательность  шагов не должна нарушаться. Смысл  градации, а стало быть и градации-климакса  как ее вида, - в точности ее  исполнения: в том случае, если  единая линия "нарастания" не  выдерживается, градация не состоится  как троп.

17 Градация-антиклимакс или  антиклимакс есть троп, обратный  климаксу, предполагает последовательное  сужение понятия. Правила, которых в случае с антиклимаксом следует придерживаться, те же самые, что и в случае с климаксом: должна выдерживаться точная линия "убывания". Иными словами, движение при антиклимаксе происходит в прямо противоположную сторону; путем постепенного преобразования общего понятия во все более частные.

18 Антанакласис открывает  группу тропов, оперирующих многозначностью  независимо от того, идет ли  речь о многозначности слова,  словосочетания или предложения. Antanaldasis означает по-гречески отражение  и представляет собой прямой  повтор фрагмента речи. Однако  полностью воспроизводя данный  фрагмент внешне, антанакласис не  предполагает внутренней близости  между формально одинаковыми  фрагментами.

19 Амфиболия (греч. amphibolla - двусмысленность троп, близкий  к только что обсужденному  и тоже предполагающий игру  на многозначности, чаще всего  - двузначности. В отличие от антанакласиса  амфиболия строит аналогию не  между двумя словами (одинаковыми  внешне, но Разными по значению), а между двумя значениями одного  и того же слова. То есть  данный троп не предполагает  лексического повтора: оба значения  заключены, так сказать, в одной  оболочке.

20 Зевгма (греч. zeugnynai - сопрягать)  также определяется как троп, основанный на многозначности.

21 Каламбур троп, осознанный  как таковой поздней риторикой: calembur в переводе с французского - игра слов. Троп этот тоже  связан с многозначностью, то  есть с преобразованием значения  слова (слов) в ходе сообщения.

22 Тавтология (греч. tauta - то  же, logos - слово) как еще один  троп, работающий многозначностью,  наглядно демонстрирует отношения  между логикой и паралогикой:  с точки зрения логики - это  ошибка, с точки зрения паралогики - фигура. Особенности этой фигуры  в том, что с ее помощью,  посредством синонимов и родственных  по значению слов, осуществляется  повторение уже сказанного

23 Плеоназм (греч. pleonazein - иметься  в избытке) как термин тоже  заключает в себе два значения: плеоназм-ошибка и плеоназм троп. Соответствующий троп (так же, кстати, как и тавтологию) довольно трудно  осуществить так, чтобы оправдать  наличие фактически избыточного  признака при понятии, уже включающем  в себя этот признак.

 

 

 

 

Эпитеты

 

Значительно чаще, чем  тропы , в речи используются  эпитеты  – образные определения предметов  или действий: «Какой великолепный, чарующий, сказочный пейзаж!» Простые  эпитеты  не содержат переносного  смысла,  однако  высокие   эпитеты  –  это,  по  сути,  метафоры: «волнистые

туманы», «изумрудные листья», «золотая рожь»  и  т.п.

    Из  всех средств  речевой выразительности  тропы   и   эпитеты  обладают  наибольшей  степенью  обратной  самооценки,  т.е.  содержат сообщения не  столько о том, кем предстает  оратор в публики по отношению  к ней или к обществу,  сколько  о  том, как оратор  воспринимает  публику. Вторая часть этой  формулы более объективна и  более информативна, чем первая: если вы назовете кого-либо  совестью нации  или,  напротив,  врагом  народа,  то  отнюдь  не  все  слушатели разделят  вашу оценку, зато абсолютно все  поймут, как вы к нему относитесь.  Неспроста опытные ораторы избегают  чересчур  категоричных определений.

Эпитет — слово или  целое выражение, которое, благодаря  своей структуре и особой функции  в тексте, приобретает некоторое  новое значение или смысловой  оттенок, помогает слову (выражению) обрести  красочность, насыщенность. Употребляется  как в поэзии (чаще), так и в  прозе.

Конструкция эпитета обычно проста. Это прилагательное + существительное.

Эпитет в тексте обычно оказывается в постпозиции, после  определяемого слова.

Если эпитеты оказываются  расположенными в тексте вертикально, то есть оторвано друг от друга, то это  только усиливает их конкретное звучание и придает особую глубину тексту. Вот, к примеру, в стихотворении  А. Блока эпитеты заканчивают  строку:

Все, как было. Только странная

Воцарилась тишина.

И в окне твоем - туманная

Только улица страшна.

Эпитет "странная" создает  эффект разрыва тишины, а после  слова «туманная» у читателя возникает  ощущение таинственности, гулкого эха.

Различают простые эпитеты, состоящие из одного прилагательного, например : «голубиные облака» (С. А. Есенин). Или же слитные, состоящие из двух - трех корней, но воспринимающиеся на слух как одно целое, например: «убедительно-лживый рассказ». ( А. К. Толстой)

Есть эпитеты авторские, встречающиеся довольно редко, несущие  дополнительную экспрессивную нагрузку, передающие особый смысл не просто слова, а часто целой группы слов: «В блюдечках - очках спасательных кругов» (В. Маяковский).

Читая и обдумывая такой  эпитет, мы можем постепенно понять сложность и широту взгляда автора на привычные вещи. Ощущается в  эпитете В. Маяковского и лексический  подтекст, особая смысловая глубина, наполненная иронией, горечью, сарказмом, недоумением…

И все это достигается  с помощью одного лишь художественно  – выразительного средства языка  – эпитета.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Риторические фигуры

 

Наряду с тропами и  эпитетами в число традиционных цветов красноречия входят риторические фигуры – особые синтаксические конструкции, усиливающие выразительность речи. Основные виды риторических фигур следующие:

Антитеза (с греч. противопоставление) – составление двух противоположных  явлений или сторон одного явления: «лед и пламень», «воск и камень», «земля и небо», «волки и овцы»  и т.п.

Повтор – воспроизведение  одних и  тех же или, чаще, сходных  по смыслу или звучанию слов или  выражений два или более раз. Есть две основные формы повтора.

Анафора (с греч. предпослание) – единое или сходное начало нескольких фраз: «Чего же мы ждем? Чего ради медлим? На что надеемся?» Это удобная  форма для блока лозунгов и  призывов типа «Долой!..» и «Да  здравствует!..»

Эпифора (с греч. добавка) – единый или сходный конец  нескольких фраз: «Мы доверяли соседям  во всем – и чего дождались?» «Мы  помогали им всем, чем могли –  и что получили в ответ?» «Будем поступать так и дальше – чего еще дождемся?» Эпифора – удобная  форма для блока крат-ких выводов  из нескольких тезисов.

Период (с греч. обход, круг) – интонационно выделенная часть  отдельной фразы или текста в  целом, регулярно повторяющаяся  с новым словесным наполнением  – интонационная волна. В каждом периоде есть восходящая по тону часть, кульминация (вершина) и нисходящая часть.

Различают:

• временной период -  «Когда нам говорят о великом преступлении…  когда нам кажется, что оно было направлено против целой семьи… когда жертва его – слабая девушка… // / кульминация/, каждый из нас, возмущенный,  становится на сторону обиженных».

• условный  период -  «Если…, если…, если…// - то …»

• определительный период -  «Тот, кто не моет руки перед едой, кто не чистит зубы, кто ест несвежие продукты // - тот рискует заболеть желудочно-кишечными инфекциями».

Повторы и периоды, организуя  ритм речи, облегчают ее восприятие – по проторенной тропе легче  идти.

Градация – расположение слов или фраз в порядке нарастания или убывания эмоциональной выразительности. «Стержнем его жизни были упорный  труд, подвижничество, самопожертвование». «Море ревело, ворчливо рокотало и, наконец, успокоилось».

 

Проксемические риторические фигуры

 

Особый разряд риторических фигур составляют фигуры проксемические ( от лат. проксемика – сближение), способствующие установлению контакта оратора с  аудиторией. Среди них:

Риторическое восклицание: «О времена! О нравы!»

Риторический вопрос –  утверждение или отрицание в  форме вопроса, взывающего к чувствам или к здравому смыслу слушателей и не требующего ответа: «Разве мы не видим, что это совершеннейшая ложь?»  «Стоит ли дальше рассуждать об этом?»  «Или мы сами не понимаем, что здесь  произошло?» «Кто еще осмелился  бы на подобное?» Часто это вопрос-восклицание: «И это – все, чего мы добились?!»  «До каких пор будем терпеть  эту наглость?!»  и т.п.

Риторическое обращение. Обычно адресовано слушателям: «Дорогие товарищи!» «Дамы и господа!»  «Уважаемые коллеги!», но может быть и условным, адресованным отсутствующему лицу, сообществу или неодушевленному  предмету: «О Суворов! Что сказал бы ты, увидев…»,  «Прощайте, поникшие в бездну леса, прощайте, потоков  лесных голоса!».

Мнимая чужая речь –  эффектный, но весьма рискованный в  моральном плане прием: «В этой ситуации он [авторитет], несомненно, сказал бы…».  Но так ли уж это  несомненно? Правильнее было бы заметить: «Как говорил в  подобных случаях …»,  и дать прямую цитату.

Одобрение и ободрение  адресата. Люди любят, когда их хвалят и подбадривают. «Вы, как опытные  специалисты, конечно, знаете, что…»,   «И, вместе с тем, мы не раз выходили и из худших положений».

Самоумаление и признание  своих ошибок. Лучший щит от критики  – самокритика: «Увы, я вынужден признать…»,  «К стыду своему, я…».  В русском духовном укладе принцип  «повинную голову меч не сечет» имеет  неослабевающую силу.

Мнимая уступка: сначала  оратор как бы соглашается, а затем  оп-ровергает оппонента и продолжает «гнуть свою линию».  Это уже, скорее, один из психологических приемов  спора -  «Это, конечно, так, но…»,  «Совершенно справедливо, однако…»,  «С одной стороны… но с другой»,  «Да, но вместе с тем…»  и т.п.

Риторические фигуры, в  отличие от тропов и эпитетов, не создают образов, но способствуют их лучшему восприятию. Формируя для  них оптимальный синтаксический, т.е. структурный речевой фон. Употребим  сравнение: «тропы и эпитеты –  это драгоценные камни, а риторические фигуры – их оправа».

Заключение

 

Итак, риторические фигуры и  тропы – мощные средства усиления выразительности речи, позволяющие  сделать наши слова легко запоминающимися, яркими, эффективными. Способ выражения  мысли часто оказывается не менее  значимым, чем содержание высказывания. Гармония мысли и слова, содержания и оформления речи – важнейшее  условие успешного общения.

Ресурсы выразительных средств  в языке неисчерпаемы и средства языка, такие как фигуры и тропы, делающие нашу речь красивой и выразительной  необычайно разнообразны. И знать  их весьма полезно, особенно писателям  и поэтам, живущим творчеством, т.к. использование фигур и тропов накладывает отпечаток индивидуальности на авторский стиль.

Удачное применение тропов и фигур повышает планку восприятия текста, а неудачное же применение таких приёмов, наоборот, опускает её. Текст с неудачным применением  приёмов выразительности определяет пишущего как человека неумного, а  это самый тяжёлый побочный результат. Интересно, что, читая произведения молодых писателей, как правило, стилистически несовершенные, можно  сделать заключение об уровне ума  автора: одни – не понимая, что они  не умеют пользоваться различными приёмами выразительности, перенасыщают, тем  не менее, ими текст, и читать его  становится невозможно; другие, понимают, что им не справиться с мастерским применением тропов и фигур, делают текст нейтральным с этой точки  зрения, используя так называемый «телеграфный стиль». Это тоже не всегда уместно, но воспринимается лучше, чем  нагромождение приёмов выразительности, неумело использованных. Нейтральный, почти лишённый приёмов выразительности  текст выглядит как скудный, что  совершенно очевидно, но он, по крайней  мере, не характеризует автора как  глупца. Лишь настоящий мастер может  умело применять тропы и фигуры в своих творениях, а гениальных авторов даже можно «узнавать» по своему индивидуальному стилю написания.

Приёмы выразительности, такие как тропы и фигуры должны удивлять читателя. Эффективность достигается  лишь в тех случаях, когда читатель потрясён прочитанным и впечатлён  картинами и образами произведения. Литературные произведения русских  поэтов и писателей по праву славятся своей гениальностью и в этом не последнюю роль играют выразительные  средства русского языка, которые наши русские писатели очень умело  применяют в своих произведениях.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

 

Клюев Е.В. Риторика. Инвенция. Диспозиция. Элокуция. М. 2001

Муштук О.З. Основы общей  риторики. М.2006

Бродский М.Ю. Антитеза при  переводе с английского на русский. Екатеринбург 2010

Анисимова Г.В. Риторика. Владивосток 2004

 

http://ru.wikipedia.org