Введение

  Русская культура в течение нескольких столетий в значительной степени была связана  с подмосковными усадьбами, их бытом  и укладом жизни.

  Появление первых усадеб относится к далекому прошлому. Москва на ранней стадии своего существования была всего лишь боярской усадьбой, одной из многих. После того, как она стала княжеской резиденцией, рядом с княжеским дворцом появились усадьбы придворных, которые первоначально не выходили за пределы кремлевских стен.

  Однако  вскоре знать, которой стало тесно  в Кремле, начала строить хоромы за границей Москвы, захватывая новые территории в ее окрестностях. Так появились загородные дворы. Можно даже сказать, что это усадьбы в их чистом виде, где сельскохозяйственное производство сведено к минимуму и играет более декоративную роль, нежели действительно направлено на удовлетворение насущных потребностей владельца. Именно таким усадьбам город обязан исторической "усадебной" планировкой, остатки которой сохранились и сейчас.

  Как известно, до 1714 года в России параллельно существовали две формы владения землей - вотчинная, при которой она являлась собственностью дворянина, и поместная, носившая временный характер. В последнем случае земля давалась лишь на время военной службы, после прекращения которой возвращалась государству. Поэтому усадьбы обычно сооружались лишь в вотчинах. В XVII веке появился свой специфический тип храма "вотчинной архитектуры", характерный только для усадьбы. Это, как правило, компактная стройная церковь, объединенная с колокольней, устроенной в одной из верхних глав. Оригинальный вариант этого типа храмов сохранился и в Узком. В 1723 году Синод запретил сооружение "вотчинных храмов", что завершило архитектурные искания "московского" барокко.

      Узкое - такое немного странное название носит старинная дворянская подмосковная усадьба, ныне находящаяся на территории города.

  В Узком нет особо выдающихся памятников архитектуры, за исключением церкви. Все остальные постройки более  интересны в бытовом плане  как пример богатой, хорошо спланированной барской усадьбы с удобным господским домом и практичными надворными постройками. Ценность усадьбы и в том, что она связана с именами многих выдающихся людей прошлого и настоящего. Поэтому ее изучение открывает новые страницы истории отечественной науки, литературы, искусства… Уникальна часть подлинной обстановки, уцелевшей в Узком с дореволюционных времен.

  Целью нашего реферата является приближение к эпохе русских усадеб и рассмотрение старинной дворянской подмосковной усадьбы как историко-культурный комплекс XVII-ХХ веков.

  Основными задачами реферата представлено ознакомление с историей села Узкое, владельцами усадьбы Узкое XVII-XIX вв., историческими событиями усадьбы, и жизнью усадьбы Узкое в XX веке.

  Несмотря  на то, что многие документы утрачены, а уцелевшие отрывочны и рассредоточены по многим фондам различных хранилищ, удалось собрать значительный материал, дающий возможность исследовать Узкое в комплексе.

  Глава I. История села Узкое

  Имение  «Узкое» известно с начала XVI в., первое церковное строение появилось в нем - с 30-х годов XVII века, когда на этих пустовавших проезжих землях возник деревянный храм в честь Казанской иконы Божией матери, чудесным образом избавившей Россию от неисчислимых бедствий смутного времени. Сейчас усадьба расположена между Профсоюзной улицей и Севастопольским проспектом, на пересечении ее с балками истоков реки Чертановки.

  Свое  название усадьба получила от бывшей деревни Узкое (Ужское, Узское, Усковое), известной с XVI века. Происхождение  ее названия легенды связывают с  большим количеством обитавших в этих местах «красивых черных, белоухих ужей».

  В нешироком просвете посреди густого  леса слева стояла высокая кирпичная  арка с полукруглым сводом - «небесные  ворота». За воротами - прямая лиственничная  аллея, которую высадил один из владельцев усадьбы граф П.А. Толстой, мостик через пересекающий дорогу ручей, а справа и слева - березовые рощицы, засеянные поля...

  Сегодня эта аллея называется Тютчевской - поэт, отцу которого принадлежало ближнее  Троицкое (Теплый Стан), возможно, заходил и сюда. И нынче аллея ведет от въездных «Небесных» ворот на Профсоюзной к барскому дому.

  Б. Пастернак в знаменитом стихотворении  «Липовая аллея» описал этот въезд  совершенно точно:

  Ворота  с полукруглой аркой,  
Холмы, луга, леса, овсы...

  Еще несколько минут езды мимо каскадных - по обе стороны на разных уровнях - прудов, мимо небольших ворот, в гору и ...

  В ограде мрак и холод парка  
И дом невиданной красы.

  Одна  из дочерей П.Н. Трубецкого, последнего владельца поместья, княгиня Любовь Петровна Оболенская (1888-1980), незадолго до своей смерти в Америке, вспоминая молодость, описала усадьбу, в которой прошло ее детство: «С первого июня до августа все наше семейство проводит в Узком — имении моего отца, князя Петра Николаевича Трубецкого, в 12 верстах от Москвы. В Узком был большой дом, флигель, чудная церковь XVII века (очень близко от дома) и 4 больших пруда. За прудами была роща, в которой моя мать, Александра Владимировна, проложила массу дорожек с лавочками. Одна прогулка была очень длинная («grand tour»), другая на половине дороги сокращалась («petit tour»).

  В большом доме было 3 террасы —  одна крытая и вся обсаженная растениями и цветами из оранжерей (были 2–3 большие оранжереи, одна оранжерея  только в персиках, одна с другими  фруктами и редкими цветами и одна исключительно с розами). С другой стороны дома была открытая терраса с колоннами, где стояли только большие лавровые деревья.

  На  крытой террасе в одном углу среди  растений было устроено нечто вроде  гостиной: диван, столы, кресла, лампы. Посреди террасы был наш большой столовый стол на наше большое семейство: двое родителей, пятеро нас, детей, пять гувернанток и два учителя для моих братьев. Так что обеденный стол обыкновенно был на 12–14 человек.

  Балкон  с этой стороны дома снижался в  сад по длинным деревянным ступеням, на которые по окончании завтраков и обедов все садились. Перед домом (с одной стороны) был крокет, а недалеко за большими деревьями — теннис.».

  Главное здание - двухэтажное, непропорционально (в результате того, что два стоявших по бокам флигеля были когда-то соединены галереями в одно целое) длинное - протянулось с севера на юг. Парадная часть с большой каменной террасой и мощной колоннадой выходит на запад, где широкий пологий партер с газонами и клумбами ведет вниз, к прудам. Еще полвека назад на дорожки партера летом чуть ли не десятками выползали ужи. Пруды были глубокими и чистыми.

  По  обе стороны главного здания (исключая ведущий к прудам открытый партер) тянулся великолепный липовый парк, старые мощные деревья которого привели в восторг Б. Пастернака:

  Здесь липы в несколько обхватов  
Встречают в сумраке аллей,  
Вершины друг за друга спрятав,  
Свой трехсотлетний юбилей.

  Действительно, липы были могучими. То тут, то там, особенно в восточной части парка, выходящей  ныне на улицу Айвазовского, возвышались настоящие великаны-патриархи, иные из них насчитывали не менее 250-300 лет.

  За  оградой, напротив главного входа (там  была маленькая сторожевая будка, а  в конце 1980-х гг. построили солидную кирпичную «проходную»), стоит церковь. Хорошо просматриваемая с Профсоюзной улицы, внушительная, монументальная, может быть, немного громоздкая, причудливо смешавшая в своем облике черты нарышкинского и украинского барокко, за исключением собора Донского монастыря, она не имеет архитектурных подобий.

  Пятиглавая  церковь в плане представляет собой крест. Четыре купола, ориентированные  по сторонам света, возвышаются над  плавными полукружиями кирпичных побеленных стен. Центральный золоченый купол  придает особую стройность силуэту  церкви. Необычно используется в качестве звонницы западный барабан, купол которого является резонатором звука. Внутренние интерьеры храма, несмотря на разрушения, которым подвергся храм, поражает своим изяществом. Высокое пространство под центральным куполом и в боковых приделах, освященных в честь Обретения главы Иоанна Предтечи и Святителя Николая, удивительных по своей красоте, обеспечивают уникальную акустику. Храм интересен еще и тем, что его четвертый придел - один из немногих в Московии - посвящен Анне Кашинской.

  По  мнению ученах, отдельные элементы этого здания — четыре двухъярусные башни, окружающие центральную часть  храма, — были новостью «в практике московских зодчих. Эти черты сближают церковь с украинскими образцами.

  На  протяжении двух столетий храм в честь  Казанской иконы Божьей Матери был центром духовной жизни усадьбы «Узкое», владельцами которой в разные годы являлись древние фамилии русских князей Голициных, Гагариных, Стрешневых, Оболенских, Нееловых, Толстых, Огин-Плещеев.

  Церковь была построена взамен старой, деревянной в конце XVII в. Архитектурные особенности и обстоятельства возведения Казанского храма убеждают в том, что создателем его является виднейший русский зодчий конца XVII века О.Д. Старцев.

  Иконостасы  трех пределов соборной церкви в Узком явились последней большой работой крупнейших мастеров своего времени, царских жалованных иконописцев Оружейной палаты Григория Зиновьева– ближайшего ученика и сподвижника знаменитого Симона Ушакова, Николая Соломонова и Василия Леонтьева.

  Против  церкви стоял приземистый, вросший в землю дом конца XVIII или начала XIX в. Это было одно из хозяйственных строений старой усадьбы. Здание сохранилось поныне, в нем расположена часть хозяйственных служб санатория.

  Отсюда  недлинная аллея вела к северным усадебным воротам. Высокие, арочные, они архитектурно соответствовали главным, въездным «небесным воротам». За воротами и небольшой площадью стоял обширный комплекс конного двора с высоким - для карет - въездом. В одном из строений конного двора располагалась продовольственная лавка.

  За  конным двором начиналась деревенская  улица, поворачивавшая затем под  прямым углом вправо. Это и было старинное село Узкое, Милое, уютное, с садиком у каждого дома, с  поленницами заготовленных на зиму дров, похожее на сотни других подмосковных деревень. В крестьянских избах еще в 50-х, 60-х и даже 70-х годах селились на лето дачники-москвичи.

  За  деревней тянулось колхозное поле, над которым, как положено, летом  вились неумолчные жаворонки. За полем - густой, овражистый, малохоженый лес. Впрочем, лес облегал Узкое со всех сторон. Между Узким и селом Ясенево раскинулось большое лесистое пространство с глухими чащами, малинниками, земляничными полянами. В Ясенево вела полузаросшая проселочная дорога. Несколько жительниц Ясенева работали в узковском санатории, проходя каждый день 3-4 километра в одну сторону. Ясенево вообще считалось глухим местом, поскольку находилось в стороне от железных и шоссейных дорог.

  Глава II. Владельцы усадьбы Узкое XVII-XIX вв.

  2.1. Стрешневы

  В начале XVII века, во время интервенции польской шляхты, московское правительство, чтобы поощрить заселение пустующих земель, весь район на юг от Москвы стало распродавать частным лицам. Этим воспользовался в 1691 году родственник царя Михаила Федоровича Романова Максим Федорович Стрешнев (1649-1719) и скупил у казны и частных владельцев ряд пустошей, в том числе и «пустошь Возцы, Теплый Стан тож и село Узкое». В то время Узкое было небольшим селением. Позже Стрешнев переписал Узкое и Нижние Теплые Станы в вотчину — наследственное владение.

  Тихон Никитич Стрешнев – глава Разрядного приказа был также дядей Петра I, его воспитателем и верным сподвижником. С 1689 года Тихон Никитич Стрешнев в течение многих лет управлял Военным разрядом. При учреждении Правительствующего сената Стрешнев был в числе первых его членов. Он был одним из немногих бояр, которым Петр разрешил не брить бороды – такова была привязанность царя к своему «дядьке», которого молва называла подлинным отцом царевича Петра.

  Стрешнев  разделял со своим царственным питомцем не только подготовку преобразований, во многом чуждых ему, как человеку, воспитанному в старинном московском укладе, но и кощунственные забавы самодержца. Деяния требовали покаяния, свидетельством которого стало намерение Стрешнева основать в Узком монастырь, главной святыней которого и должен был стать Казанский храм.

  Желанию этому не суждено было сбыться  в силу проводимой Петром политики подчинения Церкви государству и  враждебного отношения самодержца к монашеству, но строительство “соборной церкви в Узком” привлекло лучшие художественные силы своего времени.

  Ныне  существующая каменная пятикупольная  церковь была сооружена в 1698 г. Впрочем, некоторые исследователи эту  постройку датируют более поздним  временем — 1704 годом. Так возник в Узком великолепный храм, подлинный шедевр русского зодчества конца XVII столетия.

2.2. Голицыны

  В первой половине XVIII века Узкое переходит  во владение супружеской четы Голицыных - видного деятеля русского флота  Бориса Васильевича и жены его  Е.И. Стрешневой, унаследовавшей имение в 1729 году от отца. Князь Голицын получил при Елизавете Петровне чин вице-адмирала, но при Петре III был уволен в отставку в звании адмирала и умер в 1768 году. Его сын — генерал-майор князь Алексей Борисович Голицын (1732—1792) здесь, в Узком, в 1750-70-х годах сооружает напротив церкви на каменном основании господский дом.

  В 1792 году Узкое унаследовал князь  Егор Алексеевич Голицын, при котором  село Узкое все еще оставалось небольшим селением. Егор Алексеевич представил в 1812 году в ополчение 11 ратников в полном обмундировании и вооружении.

  2.3. Толстые

  После смерти Е.А. Голицына в 1812 году усадьба  перешла к его старшей сестре — княжне Марье, статс-даме Марии  Алексеевне Толстой, урожденной княжне Голицыной (1772-1826), именем которой заканчивается комедия А.С. Грибоедова «Горе от ума»: «Ах! боже мой! что станет говорить княгиня Марья Алексевна», - восклицает Фамусов. Очевидно, именно ее имя увековечено в названии находящейся за прудами части имения: «Марьина Роща». Еще в 1795 г. при содействии самой императрицы Екатерины II Марии вышла замуж за одного из молодых, приближенных ко Двору военных, главнокомандующего в Кронштадте графа Петра Александровича Толстого (1769—1844), тогда полковника, отличившегося при взятии штурмом предместья Варшавы - Праги.

  Петр  Александрович Толстой был большим  знатоком и любителем садоводства  и сельского хозяйства. Серьезно заниматься сельским хозяйством он стал еще после вынужденной отставки с поста посла в наполеоновской Франции в 1808 г. С того времени Толстой жил в своем тульском имении Троицком либо в Москве, не занимая какой-либо определенной должности. Фортуна, ранее благосклонная, отвернулась от него. Ордена, чины, заслуги и бурное прошлое, в котором было и соучастие в убийстве Павла I, - все это оказалось забыто. Лишь Отечественная война 1812 г. вновь вернула графа на государственную службу. Он возглавил Низовой округ ополчения с центром в Нижнем Новгороде.

  Глава III. Исторические события усадьбы Узкое

  3.1. Война 1812 года

  Для защиты от вторгнувшихся армий Наполеона  было решено сформировать народное ополчение, а распределялось оно на три круга. Общее число воинов ополчения, собранного в губерниях всех трех кругов, составило 192976 человек. В первый круг входили  Московская, Тверская, Калужская, Смоленская, Тульская, Владимирская, Рязанская и Ярославская губернии. В московское ополчение записалось 25800 человек, которые были разбиты на 12 полков. В ополчение второго круга входили Петербургская и Новгородская губернии.

  Ополчение третьего круга охватывало Костромскую, Нижегородскую, Казанскую, Вятскую, Симбирскую и Пензенскую губернии и мыслилось как резерв первых двух, и до особого распоряжения ополченцы должны были находиться на своих местах. Формирование третьего круга ополчения и было поручено графу П.А.Толстому. Петр Александрович приложил много усилий в организации и подготовке ополчения, особенно Нижегородского. Им было привлечено 45690 ратников, из которых сформировали 18 пехотных и 5 конных полков.Основной контингент ополчения составляли крестьяне, но были также горожане, ремесленники, интеллигенция и передовая дворянская молодежь. А.С.Грибоедов тоже записался в Нижегородское ополчение. Ополченцы третьего круга приняли участие уже в преследовании отступавших наполеоновских войск.

  Утром 3 сентября 1812 года Наполеон въехал в  Кремль. С ним вошли Мюрат с  кавалерийскими корпусами Себастиани и Латур-Мабура, за ним дивизии  Клапареда и Дюфура и маршал Мортье — новоиспеченный московский генерал-губернатор. С самого вступления французов в Москву начались пожары: из 30 тысяч домов осталось несколько тысяч, церквей сгорело и разрушено до 800, почти все магазины и склады истреблены полностью. К 15 сентября неприятель питался только кониной. Отступление «великой армии» началось 7 октября, и уже 9-го все французы покинули Москву.

  Наполеон  при начале отступления останавливался в имении Узкое и провел здесь  несколько дней. Благодаря этому  обстоятельству Узкое избежало участи соседних имений, сел и деревень, расположенных вдоль Калужской  дороги: Коньково, оба Голубино, Теплые Станы, Троицкое и других, разоренных и выжженных. От пребывания здесь французов остался небольшой курган за деревней (уничтоженный во время прокладки дороги, соединяющей Севастопольский проезд с Соловьиным), да напоминают о них находки на территории усадьбы разбитых медных и чугунных орудий.

  По  преданию, с колокольни церкви Иконы  Казанской Божьей Матери Наполеон наблюдал за движением войск, оставлявших  горящую Москву по Калужскому тракту и всматривавался в чужую непостижимую землю. По другой, правда, версии Бонапарт бежал через лежавшее неподалеку Богородское и обозревал окрестности с его Казанской церкви.

3.2. Расцвет Узкого

  После возвращения из заграничных походов  Толстому предоставилась возможность  для занятий сельским хозяйством. В 1816 году граф был назначен командиром 5-го пехотного корпуса, расквартированного в Москве и ее окрестностях. Рядом с местом новой службы оказалось такое великолепное поприще для приложения своих сил, как имение жены Узкое, и чета Толстых стала постоянно жить в нем. С этого времени начался сельскохозяйственный расцвет Узкого.

  В это время был заложен хорошо сохранившийся до нашего времени  регулярный парк, построен конный двор и посажена та великолепная, существующая и по сей день лиственничная аллея, по которой гости проезжали от въездных «Небесных» ворот на Калужской дороге к барскому дому. В имении появились великолепные теплицы и оранжереи. Выращивание в них цветов стало любимым увлечением П.А. Толстого.

  В глубоких балках и оврагах Узкого имелись многочисленные выходы ключей и родников, которые образовали небольшие ручейки, впадающие в речку Чертановку. На одном из них был создан каскад из четырех прудов с холодной чистой водой. Пруды эти, вероятно, появились еще при Стрешневе. При П.А. Толстом были выкопаны еще четыре пруда за церковью, вода из которых поступала в последний пруд каскада.

  В рединах бывшего лесного массива, отделявшего усадьбу от Калужской  дороги, П.А. Толстой подсадил дубы, липы и сосны. Дубы высажены и вдоль  дорог, ведущих из Узкого в Теплые Станы и от въездной аллеи в Большое Голубино. Эти, в два обхвата, патриархи и сейчас украшают лесной ландшафт усадьбы, производя неизгладимое впечатление своими разветвленными кронами, «с обломанными, давно видно, суками и с обломанною корой, заросшею старыми болячками. С огромными своими неуклюжими, несимметрично растопыренными корявыми руками и пальцами».

  По  лесному массиву были проложены  мощеные прогулочные дороги, а  от светлой поляны в центре массива  на север до въездной аллеи спускалась широкая просека, открывавшая вид на красивый заболоченный луг. Сама въездная аллея с Калужской дороги и до каскада прудов была оформлена европейской лиственницей, а далее — «немецкой елью» до церковной ограды.

3.3.Кружок «культурных помещиков»

  После переезда П.А. Толстого в Москву в  его доме стали регулярно собираться лица, которых серьезно волновала  судьба Отечества и в особенности  земледелие и сельское хозяйство  как основа народного благосостояния.

  Кружок  «культурных помещиков», тесно связанных с военной и гражданской администрацией города, легализовался в 1820 году образованием Императорского Московского общества сельского хозяйства — первой подобной организации в России. Возглавил Общество владевший подмосковным имением Знаменское-Черемошки князь Дмитрий Владимирович Голицын (1771—1844), который в то время был генерал-губернатором Москвы. Граф Петр Александрович Толстой стал первым вице-президентом, а вторым вице-президентом — соседний ясеневский помещик князь Сергей Иванович Гагарин. Участником Общества стал также Антон Иванович Герард (умер в 1830 году), который еще до Отечественной войны 1812 года вступил во владение соседним с Узким имением— Большим Голубином.

  В 1821 году увидел свет первый номер «Сельскохозяйственного журнала», популяризировавшего интенсивную деятельность Общества. Экономист Степан Алексеевич Маслов (1794—1879) писал: «Издание журнала и сношение Общества внутри и вне России, возложенные на непременного секретаря, обязывали меня докладывать графу Петру Александровичу о предметах переписки Общества как официальной с Министерством государственных имуществ, так и частной, а потому я нередко приезжал к нему в его подмосковное Узкое».

  Толстой юридически стал владельцем имения после кончины своей жены, последовавшей «от горячки» 25 декабря 1826 г. Но еще ранее воцарение Николая I оторвало его от любимого Узкого. Входя в ближайшее окружение нового монарха, граф вынужден был большую часть времени проводить в Петербурге. Он заседал во всевозможных комитетах и комиссиях и обрел целую серию разнообразных должностей: управляющий штабом его величества, шеф лейб-гвардии Московского полка, главнокомандующий Петербурга и Кронштадта и т.д. В 1828 году Петр Александрович принимал участие в Комиссии по разбору дела о распространении отрывка из стихотворения Пушкина «Андрей Шенье» и поэмы «Гаврилиада». Согласно протоколу Комиссии от 7 октября 1828 года, Пушкин был вызван 2 октября к графу П.А.Толстому, «тут же написал его величеству письмо» и передал, «запечатав оное, в руки графу Толстому». Письмо содержало признание в авторстве «Гаврилиады».

  «Последние  годы своей жизни он провел в Москве, которую любил, как хранилище  всего отечественного и заветного. Лето проводил обыкновенно в подмосковной, в своем Узком, посреди сельских работ и занятий, напоминая самою простотою своей жизни что-то древнее», - писал о П.А. Толстом журнал «Москвитянин». Граф Петр Александрович скоропостижно скончался 28 сентября 1844 г. в своем московском доме. В этот день он собирался посетить Узкое, «чтобы посмотреть, как поставили в оранжереи и простенки растения, и подышать дней пять свежим воздухом» .

  После смерти Петра Александровича имение наследует его сын, Владимир Петрович Толстой (1805-1875), впоследствии дослужившийся до генерал-майора и вышедший в отставку. Супругой Владимира Петровича Толстого была Софья Васильевна (1817— 1885) — дочь знаменитого по Тарутинскому сражению графа Василия Васильевича Орлова-Денисова.

  На  первый взгляд, сделанный графом выбор нового владельца имения мог показаться несколько странным. Ведь В.П. Толстой был четвертым сыном, а обойденными оказались его старшие братья: Алексей (1798-1854) и Егор (Георгий, 1803-1874), позже произведенные в генерал-лейтенанты, а также Александр по прозвищу Ерема (1801-1873), обер-прокурор Синода, в московском доме которого умер Н.В. Гоголь. И все они с детства были связаны с Узким. Предпочтение, оказанное В.П. Толстому, обусловлено тем, что к нему в наибольшей мере «перешли» сельскохозяйственные увлечения и навыки отца. Завещая имение Владимиру, Петр Александрович тем самым обеспечивал дальнейшую судьбу Узкого.

  Владимир  Петрович не обманул надежд отца и  был глубоко убежден, что «долг  русского дворянства — быть примером и заниматься своими землями как можно прилежнее и на высшем агрономическом уровне». Помимо занятий землей, Владимир Петрович уделял внимание и самому зданию усадьбы. При нем, 6 февраля 1846 года имение посетил «архитектур» Василий Васильевич Александров (1790 – не ранее 1856), который в дальнейшем принимал участие в поддержании ансамбля в должном виде.

Глава IV. Узкое – интеллектуальный очаг Подмосковья

  4.1. Трубецкие

  В подмосковном имении Узкое воспитывался сын Любови Васильевны Трубецкой, сестры Софьи Васильевны Толстой, Петр Николаевич Трубецкой (1858—1911), на котором сказалось благотворное влияние четы Толстых. Он также любил земледелие. К Петру Николаевичу и перешло Узкое в 1885 году после кончины тетки. К тому времени он был попечителем земского училища, которое располагалось в соседнем селе Коньково-Сергиевское, возле храма Троицы, в двухэтажном деревянном доме, что существовал еще в 1940 году. В течение многих лет он также занимал выборные посты сначала Московского уездного (1887-1892), а затем губернского предводителя дворянства.

  Князья  Трубецкие были богатыми дворянами. Егермейстер князь Петр Николаевич Трубецкой унаследовал от своей матери огромное имение Казацкое в 20000 гектаров на берегу Днепра в Херсонской губернии, а вскоре и сам купил у соседа, разорившегося от широкой жизни, соседние участки в общей сложности около 9000 гектаров. Любовь к агрономии позволила ему наладить здесь прекрасное хозяйство и добавить виноградники. Его сын, Владимир Петрович (1885—1954), уже в эмиграции написал интересную историю этой «экономии». Но Узкое оставалось их любимой подмосковной усадьбой. Зимой семейство Трубецких жило в Москве, в своем особняке на Пречистенке 36, а весну, лето и часть осени проводили в Узком.

  Занятия у детей Трубецких шли без  перерыва, ежедневно, зимой и летом, и по строгому расписанию. Дети проходили все предметы по программе гимназии, занимались французским и немецким языками, обучались игре на фортепиано. Распорядок дня был очень четким. В три часа пополудни занятия кончались, и к четырем гонг созывал всех к обеду. После уроков были чтение, игра на пианоле, прогулки по парку, где собирали грибы. Удили рыбу в нижнем пруду, по которому плавали черные, «очень злые» лебеди.

  В сентябре Петр Николаевич уезжал в  Казацкое на сбор винограда, уступая  Узкое своим братьям —Сергею (1862—1905) и Евгению (1863—1920) Николаевичам Трубецким. Весной и летом брата нередко навещала и С.П. Апраксина, с которой Н.В. Гоголя связывала давнишняя дружба. Существует легенда, что вместе с нею в Узком довелось бывать и самому писателю.

  Узкое в то время по-прежнему оставалось небольшим селением. В конце XIX века в усадьбе числилось всего девятнадцать дворов. Но деревня славилась удивительными покрасоте вишневыми садами, остатки которых можно было видеть еще в 60-х годах нашего столетия.