Венчурные фирмы. 4

Введение

Венчурные фирмы (venture [англ.] - рискованные предприятия) - организации, создаваемые для осуществления инновационной деятельности, связанной со значительным риском. Подсчитано, что венчурный (рисковый) капитал, вложенный в реализацию проектов, в 15% теряется полностью, в 25% приносит убытки, в 30% дает весьма скромную прибыль. Однако в оставшихся 30% случаев достигнутый успех и полученная при этом прибыль позволяют в 30-200 раз перекрыть вложенные средства.

Инновации - это изменения, повышающие эффективность управления и определяющие развитие фирмы, укрепляющие позиции  фирмы.

Инновации - это не стихийно возникающие  изменения, а запланированные и  разработанные, реализуемые и реализованные; это нововведения, улучшающие деятельность и ее результаты.

Для успеха инновации как основы малого предпринимательства, бизнеса  нужны «всего» три составляющих:

- конкурентноспособность самой инновации;

- «знание» как её коммерциализовать (бизнес ноу-хау);

- финансирование для осуществления  продуманной рыночной стратегии.

Всё больше различных банков и фондов готовы предоставлять кредиты малому бизнесу и даже льготные, однако на начальной стадии продвижения  бизнеса предприниматель ещё  не готов вернуть кредит и ничем  не может гарантировать его возврат. В известной степени в мире это восполняется наличием венчурного капитала.

Неразвитость деловой инфраструктуры в России в сочетании с информационной непроницаемостью и пережитками  многолетней изоляции страны от остального мира в сознании многих предпринимателей мешают увидеть, что в России сегодня  уже работает новая финансовая индустрия - венчурный капитал.

«Венчурный» или «рисковый» капитал - малопонятный для подавляющего большинства  россиян феномен. Его путают с  банковским кредитованием или благотворительностью. Информации о характере и деятельности венчурных фондов и компаний практически  нет. Между тем, российский (по месту  деятельности, а не происхождению) венчурный  бизнес существует уже более 4-х лет. Немалый срок, если принять во внимание быстротечность перемен в бывшем Советском Союзе. Название «венчурный»  происходит от английского «venture» - «рискованное предприятие или начинание». Сам термин «рисковый» подразумевает, что во взаимоотношениях капиталиста-инвестора и предпринимателя, претендующего на получение от него денег, присутствует элемент авантюризма. И это на самом деле так.

Рисковое (венчурное) инвестирование, как правило, осуществляется в малые  и средние частные или приватизированные  предприятия без предоставления ими какого-либо залога или заклада, в отличие, например, от банковского  кредитования.

Венчурные фонды или компании предпочитают вкладывать капитал в фирмы, чьи  акции не обращаются в свободной  продаже на фондовом рынке, а полностью  распределены между акционерами - физическими  или юридическими лицами.

Инвестиции направляются либо в  акционерный капитал закрытых или  открытых акционерных обществ в  обмен на долю или пакет акций, либо предоставляются в форме  инвестиционного кредита ,как правило, среднесрочный по западным меркам, на срок от 3 до 7 лет.

На практике, однако, наиболее часто  встречается комбинированная форма  венчурного инвестирования, при которой  часть средств вносится в акционерный  капитал, а другая - предоставляется  в форме инвестиционного кредита.

Венчурный инвестор, как правило, не стремится приобрести контрольный  пакет акций компании (во всяком случае, при первичном инвестировании). И в этом - его коренное отличие  от «стратегического инвестора» или  «партнера». Последний зачастую изначально желает установить контроль над компанией, интересующей его по тем или иным

Ни инвестор, ни его представители  не берут на себя никакого иного  риска (технического, рыночного, управленческого, ценового и пр.), за исключением финансового. Все перечисленные риски несет  на себе компания и ее менеджеры.

При этом, еще одним предпочтением венчурного инвестора является принадлежность контрольного пакета менеджерам компании. Имея у себя контрольный пакет, они сохраняют все стимулы для активного участия в развитии бизнеса. Если компания, в период нахождения в ней в качестве совладельца и партнера венчурного инвестора добивается успеха, т.е. если ее стоимость в течение 5-7 лет увеличивается в несколько раз по сравнению с первоначальной, до инвестиций, риски обеих сторон оказываются оправданными и все получают соответствующее вознаграждение.

Если же компания не оправдывает  ожидание венчурного капиталиста, то он может полностью потерять свои деньги (в том случае, когда компания объявляет себя банкротом), либо, в  лучшем случае, вернуть вложенные  средства, не получив никакой прибыли.

И второй и третий варианты считаются  неудачами. Прибыль венчурного капиталиста  возникает лишь тогда, когда по прошествии 5-7 лет после инвестирования он сумеет продать принадлежащий ему пакет акций по цене, в несколько раз превышающей первоначальное вложение. Поэтому венчурные инвесторы не заинтересованы в распределении прибыли в виде дивидендов, а предпочитают всю полученную прибыль реинвестировать в бизнес.

Создание венчурных компаний

Венчурные фирмы являются временными организационными структурами, создаваемыми для решения конкретных проблем. Данные организации характеризуются  высокой активностью, которая объясняется  прямой личной заинтересованностью  работников фирмы и партнеров  по венчурному бизнесу в успешной коммерческой реализации разработанных  идей, технологий, изобретений с  минимальными затратами.

Создаются венчурные фирмы на договорной основе и на денежные средства, полученные путем объединения средств, как  правило, нескольких юридических или  физических лиц (либо и тех и других одновременно), либо на вложения и кредиты  крупных компаний, банков, частных  фондов и государства. Венчурное финансирование представляет собой специальный вид высокого риска, когда прямые инвестиции предоставляются в обмен на долю акций компании, что обосновано лишь верой в успех венчурной деятельности и отсутствием условий для собственных исследований и коммерческой реализации перспективной технологии, а возмещение длительного ожидания инвесторов возможно только при продаже их доли в поддержанном бизнесе. Характерной особенностью инвестирования в венчурный бизнес является вложение финансовых средств без всяких гарантий и материального обеспечения со стороны венчурных фирм.

Венчурные фирмы, небольшого, как правило, размера, заняты разработкой научных  идей и превращением их в новые  технологии и продукты. На современном  этапе роль малого бизнеса в научных  исследованиях и разработках  существенно возросла. Это связано  с тем, что НТР дала мелким и  средним внедренческим и высокотехнологичным  фирмам современную технику, соответствующую  их размерам - микропроцессоры, микроЭВМ, микрокомпьютеры, позволяющую вести производство и разработки на высоком техническом уровне и требующую сравнительно доступных затрат.

Инициаторами такого предприятия  чаще всего выступает небольшая  группа лиц - талантливые инженеры, изобретатели, ученые, менеджеры-новаторы, желающие посвятить себя разработке перспективной идеи и при этом работать без ограничений, неизбежных в лабораториях крупных фирм, подчиненных  в своей деятельности жестким  программам и централизованным планам. Такой метод организации исследований позволяет максимально использовать потенциал научных кадров, освобождающихся в этом случае от влияния бюрократии. Рисковые предприятия - своеобразная форма защиты талантов от потерь на стартовых участках инновационного процесса, когда новизна научной или технической идеи мешает ее восприятию административными руководителями фирмы. Преимущества венчурного бизнеса: гибкость, подвижность, способность мобильно переориентироваться, изменять направления поиска, быстро улавливать и апробировать новые идеи. Стремление к прибыли, давление рынка и конкуренции, конкретно поставленная задача, жесткие сроки вынуждают разработчиков действовать результативно и быстро, интенсифицируют исследовательский процесс.

Сами крупные корпорации, имея дорогостоящее  оборудование и устойчивые позиции  на рынке, не очень охотно идут на технологическую  перестройку производства и разного  рода эксперименты. Значительно более  выгодно для них финансировать  мелкие внедренческие фирмы и  в случае успеха последних двигаться  по проторенному ими пути.

Существует множество определений  того, что такое венчурное финансирование, но все они так или иначе сводятся к его функциональной задаче: способствовать росту конкретного бизнеса путем предоставления определенной суммы денежных средств в обмен на долю в уставном капитале или некий пакет акций.

Венчурный капиталист, стоящий во главе фонда или компании, не вкладывает собственные средства в компании, акции которых он приобретает. Венчурный  капиталист - это посредник между  синдицированными (коллективными) инвесторами  и предпринимателем. В этом заключается  одна из самых принципиальных особенностей этого типа инвестирования.

С одной стороны, венчурный капиталист самостоятельно принимает решение  о выборе того или иного объекта  для внесения инвестиций, участвует  в работе совета директоров и всячески способствует росту и расширению бизнеса этой компании. С другой - окончательное решение о производстве инвестиций принимает инвестиционный комитет, представляющий интересы инвесторов.

В конечном итоге, получаемая венчурным  инвестором прибыль принадлежит  только инвесторам, а не ему лично. Он имеет право рассчитывать только на часть этой прибыли.

Создание новых венчурных фондов, несмотря на более чем тридцатилетний опыт деятельности венчурного капитала, продолжает оставаться достаточно сложной  проблемой для всего мира, прежде всего, вследствие несовершенства национальных законодательств как новых, так  и развитых рынков капитала.

Российское законодательство не содержит нормативных актов, регулирующих деятельность венчурных фондов и компаний. Все  действующие на территории России и  работающие извне с Россией фонды  не являются российскими резидентами.

Региональные фонды Европейского Банка Реконструкции и Развития и Фонды долевого участия в  малом предпринимательстве постоянно  в своей работе сталкиваются с  разнообразными проблемами как на федеральном, так и на местных уровнях. В целом, приток иностранных инвестиций сдерживается существующей правовой базой и налоговой системой, неразвитой финансовой системой на фоне чрезмерного государственного регулирования, общей слабости инфраструктуры и др. Поэтому, рассчитывать на возникновение в ближайшем будущем национальной российской венчурной структуры вряд ли возможно да и целесообразно.

Подавляющее большинство работающих в России и с Россией фондов созданы либо непосредственно международными организациями (Региональные венчурные  фонды и Фонды долевого участия  в малых предприятиях Европейского Банка Реконструкции и Развития), либо национальными, в рамках межправительственных соглашений (US-Russia Defense Fund ,The US-Russia Investment Fund (TUSRIF). Частные венчурные фонды пока еще слабо представлены на российском рынке. Размеры фондов колеблются от нескольких миллионов до нескольких сот миллионов долларов.

Организационные формы венчурных  фирм

В России существуют две организационные  формы венчурных фирм:

- самостоятельные венчурные фирмы

- фирмы, находящиеся внутри крупных  предприятий.

Инвесторы имеют право на соответствующее  получение прибыли финансируемой  фирмы; средства предоставляются на длительный срок и на безвозвратной  основе, поэтому в некоторых случаях  инвесторам приходится ожидать в  среднем 3-5 лет, чтобы убедиться в  перспективности вложений; активное участие инвестора в управлении финансируемой фирмой, так как он лично заинтересован в успехе венчурного предприятия, поэтому рисковые инвесторы часто не ограничиваются предоставлением денежных средств, а оказывают различные управленческие консультативные и прочие деловые услуги венчурной фирме, но при этом не вмешиваются в оперативное руководство ее деятельностью.

Решение о создании внутреннего  венчура принимается руководством предприятия и его деятельность контролирует непосредственно один из руководителей. При отборе идей, на базе которых может быть создан «рисковый» наукоемкий проект, обязательно учитываются два момента: во-первых, задачи этого проекта не должны совпадать с традиционной сферой интересов материнской компании, т. е. целью внутреннего венчура является изыскание новых инноваций. Во-вторых, при отборе идей, которые будут реализовываться в рамках внутренних венчуров, эксперты должны убедиться, что коммерческий потенциал нововведений, издержки на создание, производство и сбыт могут быть предсказаны с точностью от 50 до 75%.

Внутренним венчурам, как правило, предоставляется юридическая и бюджетная самостоятельность, а также право формировать персонал предприятия. Для большей самостоятельности они обычно располагаются в отдельном здании, однако материнская компания обеспечивает их научно-исследовательским, вычислительным и другим оборудованием, предоставляет необходимые услуги в области управления. Обычно при успешной деятельности внутренний венчур превращается в одно из производственных подразделений материнской компании, а его продукция реализуется по сложившимся в компании каналам сбыта.

Многие компании организуют одновременно несколько внутренних венчуров (примером может служить корпорация IBM, которая  в 1983 г. имела 15 «рисковых» проектов). По ним разрабатывалась и выпускалась  на рынок такая продукция, как  телекоммуникационное оборудование, новые  виды дисплеев и персональные компьютеры, создание и выпуск которых - наиболее успешный проект внутренних венчуров IBM. Через год после начала практической реализации этого проекта продукция была направлена на рынок, а еще через два года объем ее продаж составил 2,5 млрд. долл. К этому моменту внутренний венчур превратился в крупнейшее производственное подразделение корпорации.

Наибольшее распространение венчурное предпринимательство получило в США. По своим объемам американский рынок «рискового» капитала значительно превосходит западноевропейский и японский. Так, к середине 80-х гг. кумулятивная сумма инвестиций в японские венчурные фирмы составляла 2,6 млрд. американских долл., а в США она достигала 24 млрд долл. Результатом деятельности венчуров стали такие изделия, как целлофан, шариковая авторучка, вертолет, турбореактивный двигатель, застежка «молния», кинескоп, инсулин, цветная фотосъемка и фотопечать, ксерография, микропроцессор и многое другое. В США венчурный бизнес сосредоточен в наиболее наукоемких отраслях -- в производстве полупроводников, компьютеров, программного обеспечения, искусственного интеллекта. В Западной Европе значительный рынок венчурного капитала возник в 70-е гг. и стал быстро развиваться в Голландии, Германии, Италии и других странах.

Организационная структура типичного  западного венчурного института  выглядит следующим образом. Он может  быть образован либо как самостоятельная  компания, либо существовать в качестве незарегистрированного образования  как ограниченное партнерство (нечто  вроде «полного» или «коммандитного»  товарищества, используя российскую юридическую терминологию).

В некоторых странах под термином «фонд» (fund) понимают скорее ассоциацию партнеров, а не компанию, как таковую. Директора и управленческий персонал фонда могут быть наняты как самим фондом, так и отдельной «управляющей компанией» (management company) или управляющим (fund manager), оказывающим свои услуги фонду.

Управляющая компания, как правило, имеет право на ежегодную компенсацию (management charge), обычно составляющую до 2,5% от первоначальных обязательств инвесторов (investor's initial commitments). Кроме того, управляющая компания или частные лица, сотрудники управленческого штата, равно как и генеральный партнер (general partner) могут рассчитывать на так называемый «carried interest» - процент от прибыли фонда, обычно достигающий 20%.

Чаще всего этот процент не выплачивается  до тех пор, пока инвесторам не будут  полностью возмещены суммы их инвестиций в фонд, и, кроме того, заранее оговоренный возврат  на их инвестиции (hurdle).

В случае создания ограниченного партнерства (limited partnership) основатели фонда и инвесторы являются партнерами с ограниченной ответственностью (limited partners). Генеральный партнер в этом случае отвечает за управление фондом или осуществляет функции контроля за работой управляющего.

Ограниченное партнерство свободно от налогообложения (tax transparent). Это означает, что оно не является объектом налогообложения, а его участники должны платить все те же налоги, какие они заплатили бы, если бы принадлежащий им доход или прибыль поступали непосредственно от тех компаний, куда они самостоятельно вкладывали свои средства.

Препятствия при формировании венчурного сектора в российском малом предпринимательстве

Для формирования венчурного сектора  промышленности требуется создать  много экономических предпосылок, но, по крайней мере, три из них  абсолютно необходимы. Это средства инвестирования (венчурный капитал); компании, привлекательные для инвестирования; ликвидность инвестиций.

В настоящее время в России действует 20 венчурных фондов, у которых  под управлением находится около 2 млрд долларов США. Примерно 25 % от этой суммы инвестировано, 1,5 млрд долларов должны быть инвестированы в ближайшее время. Внешне ситуация выглядит вполне удовлетворительно, однако если ее проанализировать глубже, то она представляется уже не такой благополучной. В течение последних нескольких лет в России не было образовано ни одного нового венчурного фонда; более того, все организационные изменения, которые претерпевали управляющие компании, не привели к увеличению капиталов под их управлением.

Если в странах с развитой венчурной индустрией около 50 % венчурного капитала имеет национальное происхождение, (причем в тех западных странах, где  венчурное инвестирование стало развиваться недавно, национальный капитал значительно превалирует), то в России в венчурной индустрии национального капитала просто нет, что существенно тормозит ее развитие. Так, в Великобритании на национальный капитал приходится 55%, на зарубежный - 45%, в Финляндии - 86,9 и 13,1% соответственно, в России - 0 и 100%.

В России реально существуют два  основных инвестора - ЕБРР и Правительство  США. В странах ЕС более 50 % инвестиций в венчурные фонды поступает  из банков и пенсионных фондов; далее идут страховые компании, крупные компании, частные лица и государственные органы.

В России же пенсионным фондам юридически разрешено инвестировать только в недвижимость, банковские депозиты, акции квотируемых предприятий, государственные ценные бумаги. Венчурные  фонды не входят в этот перечень. В связи с исчезновением или сокращением многих финансовых рынков, страховые компании и банки испытывают в последнее время давление свободных денежных средств, но относятся к прямым инвестициям через венчурные фонды с большой осторожностью, так как венчурное инвестирование в России еще не получило широкой известности и практического распространения, а механизмы его реализации юридически не разработаны. Таким образом, меры государственной поддержки венчурного инвестирования должны быть направлены на совершенствование законодательной базы, которая позволила бы широкому кругу российских инвесторов осуществлять прямые инвестиции и определяла механизм их реализации. Другая группа мер должна стимулировать (в т.ч. и путем налоговых льгот) прямые инвестиции в отрасли, в развитии которых заинтересовано правительство РФ.

В становлении венчурной индустрии  в любой стране огромную роль играет развитие малых и средних предприятий. Венчурные капиталисты в России ратуют за стимулирование малого предпринимательства не потому, что находятся под сильным впечатлением от работы 2-го Всероссийского съезда представителей малых предприятий, и не потому, что предпочитают ларьково - челночный бизнес Кировскому заводу или «Светлане», а потому, что этот тип бизнеса ориентирован на достижение максимального результата, инициативен, у него есть чувство рынка. Если роль малого предпринимательства понимается правительством правильно и ему будут созданы мало-мальски сносные условия существования, то потенциал развития малых компаний очень велик и в относительно короткие сроки эти компании могут стать крупными.

Венчурные капиталисты ратуют за создание благоприятных условий малому бизнесу  потому, что именно этот тип бизнеса  может увеличивать свои обороты  в десятки и сотни раз, значительно  эффективнее использует достижения научно-технического прогресса, агрессивен в своей экспортной политике. Кроме  того, на совершенствование своих  изделий и технологий (т.е. НИОКР) малые компании тратят относительно своего оборота примерно в 6 раз больше, чем крупные предприятия. Таким  образом, для венчурного инвестора  именно малые и средние предприятия  являются идеальными объектами инвестирования, т. к. рост стоимости этих компаний, а значит и заработки инвесторов адекватны тому риску, который инвестор на себя принимает.

С другой стороны, государство от успешного  развития малого бизнеса получает стабильно  высокий уровень занятости, стабильные налоговые поступления, выравнивание уровня жизни различных слоев  населения. Последнее особенно важно  для России, где неравенство в  доходах различных социальных слоев  уже достигло показателей наименее благополучных стран Латинской  Америки. Кроме того, стабильное развитие малого бизнеса привлечет к этой сфере внимание зарубежного и  российского инвестора, который  уже сейчас предпочитает в России прямые инвестиции всем другим.

В России уровень развития малых  и средних предприятий (МСП) значительно  ниже, чем в США, Японии и Европе.

Снижается средняя численность  работающих на одном предприятии, вместо динамичного развития предприятий  наблюдается их стагнация. Возможно и такое объяснение - уход малого бизнеса в теневую экономику. По данными Российского независимого института социальных и национальных проблем, на предприятиях малого бизнеса реальная занятость выше, чем официально зафиксировано, на 70%, реальный фонд заработной платы выше на 90%, оборот занижен на 70%. До 50% МСП не имеют государственной регистрации. По существующей системе налогообложения малые предприятия не доплачивают в бюджет 60 % - 70 % от сумм, которые они должны платить.

В чем причина такого положения  малого бизнеса, от которого страдает занятость, бюджет, уровень прикладных разработок и внедрения ?

Даже теми небольшими льготами, которые  предоставлены государством МСП, многие из них не могут воспользоваться  из-за различия в формальных определениях МСП, которые существуют в странах  ЕС и России. Отличаются даже принципы, заложенные в эти определения. В  странах ЕС для отнесения компании к числу малых и средних  необходимо удовлетворять 4 параметрам:

- занятость (обычно до 250 - 500 человек);

- оборот до 75 млн Евро;

- основные фонды не превышают  40 млн Евро;

- в собственности крупного предприятия  (КП) не более 33 % капитала МП.

В России таких требований только два:

- занятость (максимум от 30 до 100 чел. в зависимости от направления деятельности, включая совместителей),

- структура акционерного капитала  ( более 25 % совокупного акционерного капитала не должно принадлежать крупному предприятию).

Имеющиеся ограничения по числу  сотрудников в определении малых  предприятий заставляют руководителей  компаний либо усложнять структуру  предприятия, деля его на несколько  компаний, либо извращать официальную  отчетность. И то, и другое не способствует получению инвестиций. Второе требование приводит к тому, что малые предприятия  после получения инвестиций моментально  не могут рассматриваться как  малые.

Излишнее бюрократическое давление ощущает на себе весь российский бизнес. Однако, если Газпром или Лукойл его выдерживают, то малое предприятие просто погибает под напором 32 организаций, которые на основании своих внутриведомственных инструкций могут закрыть любое МП. Если предприятие проверяется одним из контролирующих органов раз в три года, то с учетом числа проверяющих это означает, что фирму проверяют ежемесячно. Частые проверки не столько улучшают положение вещей, сколько являются дополнительным источником дохода для бюрократии разных уровней и ведомств.

Зарегистрировать предприятие  тоже проблема, особенно, если в нем  есть иностранные инвестиции. В странах  ЕС это занимает дни, в России - месяцы.

При этом срок регистрации зависит  не от российского законода-тельства, а только от произвола чиновников (в основном на местах). Налогообложение - ключевой вопрос регулирования предпринимательской активности общества государством. В конце 20-х годов Советское правительство побороло НЭП очень просто и почти одними экономическими методами - налоги были увеличены до 34 % дохода. Зарубежный опыт показывает, что налог, составляющий 40 % дохода компании, тормозит развитие бизнеса. Также общеизвестно, что налоговые ставки в 50 % и выше приводят к "эффекту Лаффера" - резкому сокращению налоговых поступлений в бюджет. Поэтому налоговых ставок, превышающих 30 %, нигде в мире нет. У нас законопослушные предприниматели платят более 60 %.

Еще один аспект негативного вмешательства  государства в дела компаний - это  ряд положений Постановления  Правительства РФ от 5.08.92 №552 "Положение  о составе затрат по производству и реализации продукции (работ, услуг) и о порядке формирования финансовых результатов, учитываемых при налогообложении". Три основополагающих вида затрат компании, которые в итоге приводят к  улучшению продукции и способствуют широкому внедрению на рынке: НИОКР, закупка нового оборудования, расходы  по продвижению товара на рынок - не могут быть отнесены на себестоимость  продукции.

Более того, до сих пор действует  положение "О единых нормах амортизационных  отчислений на полное восстановление основных фондов народного хозяйства  СССР" от 22.10.90, в соответствии с  которым персональный компьютер, например, может быть полностью самортизирован за 8 (!) лет.

Венчурные инвесторы преимущественно  инвестируют в молодые быстрорастущие малые и средние компании. При  этом каждое инвестирование сопряжено  с получением разрешения от Антимонопольного комитета, что вызывает недоумение, т. к. приобретение акций компании даже с оборотом 10 -15 млн долларов США никоим образом не ограничивает конкуренцию в отрасли и не может создать предпосылки для монополизации какого-либо сегмента российской экономики.

С другой стороны, Министерство антимонопольной  политики и поддержки предпринимательства  вопиюще халатно относится к  серьезнейшим нарушениям равных условий  конкуренции - основного правила  развития рынка. Прежде всего, это невыполнение закона о банкротстве - вместо закрытия неэффективно действующих предприятий  и оказания содействия молодым и  работоспособным структурам, крупным  «советским» предприятиям постоянно  оказывается помощь - скрытая в  виде налоговых послаблений и  снижения цен на энергоносители или  явная в виде финансовых вливаний. Это приводит к тому, что потенциально эффективные производства, которые  исправно пополняют бюджет и за все  платят по рыночным ценам, не только не могут развиваться, но иногда погибают, т. к. они не в состоянии конкурировать  с предприятиями, которые не платят налоги, имеют ценовые льготы и  значительно устойчивее к бюрократическому прессу.

Другая сторона этой проблемы - государственные заказы, доступ к  которым фактически закрыт для МСП. Тендеры по госзаказам проводятся недобросовестно: либо информация о них недоступна, либо результаты тендера заранее  предопределены.

Отсутствие равных условий конкуренции - еще один внешний тормоз для  развития венчурной индустрии в  России. Более того, Россия могла  бы увеличить производительность труда  более, чем в 3 раза только за счет устранения неравных условий конкуренции.