«Житие протопопа Аввакума, им самим написанное». Личность автора. Трансформация жанровой традиции

                Федеральное агентство по образованию РФ

        Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

                                 Высшая школа народных искусств (институт) 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                РЕФЕРАТ 

      «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное».

    Личность  автора. Трансформация жанровой традиции. 

                                                                                              Выполнила:

                                                                                              студентка 4 курса ЗО

                                                                                              Кириловская С.С. 

                                                       С.-Петербург

                                                       2011

                                                ПЛАН.        

1. Введение.

Письменная  литература на Руси: основные моменты

развития  и особенности.

2. «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное»

       1. Личность автора.

           2. Художественное своеобразие произведения.

          3. Трансформация жанровой традиции. 

    III. Заключение.

          Список использованной литературы. 

                  Письменная литература  на Руси. 

    Появлению письменной литературы на Руси предшествовало развитие фольклора. Песни, былины, пословицы, сказки, плачи-причеты, загадки и легенды долго жили в народной памяти. Огромный импульс развитие культуры получило с появлением письменности. Создание упорядоченной славянской азбуки во второй половине IX в. связывается с именами болгарских монахов братьев Кирилла и Мефодия. У восточных славян по данным археологических источников задолго до этого в разных районах были свои письменные знаки. На Руси официальным алфавитом стала кириллица, вытеснившая более ранний алфавит - глаголицу.

    После принятия христианства на Руси появилось большое количество переводной литературы, которая охватывала самые различные вопросы, начиная с церковно-богословских и кончая естественнонаучными и историческими. 
Первые произведения русской религиозной литературы создавались под большим влиянием соответствующих жанров византийской письменности. Так возникло старейшее произведение русской оригинальной литературы «Поучение к братии» новгородского епископа Луки, написанное в середине XI в. К заимствованному жанру ораторских произведений относится «Слово о законе и благодати» митрополита Иллариона, которое также было написано в середине XI столетия. Основной темой «Слова» стала идея равноправия между народами и право русской церкви на самостоятельность.

    Под воздействием византийской агиографии стали появляться жития русских святых. Первыми отечественными святыми стали Борис и Глеб - сыновья князя Владимира, убитые их братом Святополком. «Житие Бориса и Глеба» оказало значительное влияние на развитие агиографии на Руси. В это время было написано и «Житие Феодосия Печерского».

    В Древней Руси появились и первые записки русских путешественников. Не позднее 1113 г. было написано «Хождение  Даниила» - игумена одного из черниговских монастырей, совершившего с группой  паломников путешествие в Палестину.

    Особо следует остановиться на таком оригинальном жанре древнерусской литературы, как летописи. Он возник в XI в. и развивался вплоть до XVII столетия. Летопись - это  историческое повествование, разделенное  по годам. Первым крупным историческим сочинением был свод разных сведений, созданный в 997 г. Летописные записи велись в Киеве, Новгороде, Полоцке и других центрах Руси. Многие из них в начале XII в. вошли в летописный свод «Повесть временных лет», который стал основным трудом истории Руси. Ее автор - монах Киевского Печерского монастыря Нестор.

    Большинство литературных произведений XI-XII вв. в  оригинале до нас не дошли. Некоторые  из них сохранились случайно, войдя  в другие произведения, дошедшие до наших дней. Примером тому может  служить «Поучение Владимира Мономаха», вошедшее в «Повесть временных лет».

    Со  второй половины XII в. в развитии древнерусской  литературы начинается новый этап. В период раздробленности увеличивается  количество центров летописания, которое  приобрело локальный характер.

    Шедевром древнерусской литературы, ее жемчужиной является «Слово о полку Игореве». Это поэтическое произведение, написанное прозой. Это первое на Руси сочинение художественной литературы. В нем повествуется о неудачном походе князей во главе с новгород-северским князем Игорем Святославовичем против половцев в 1185 г. Этот поход стал для автора поводом к размышлению о судьбах Русской земли.

    При всей своей первоначальной зависимости  от Византии древнерусская литература довольно быстро стала самостоятельным  явлением в культуре. Она взяла на себя все функции, как светские, так и духовные по воспитанию соотечественников. Разнообразие заимствованных жанров быстро приняло собственные неповторимые формы. Древнерусская литература обладала особым историзмом, поскольку представляла мир в целом, даже при описании конкретного сюжета. Она охватывала все временные и пространственные представления и образы древнерусского писателя и читателя.

    Литература менее других сфер культуры пострадала от монголо-татарского нашествия. Она в это время была представлена произведениями, посвященными трагическим событиям отечественной истории - «Слово о погибели Русской земли», «Сказание о граде Китеже», «Повесть о разорении Рязани Батыем».  
В устном народном творчестве сложился новый жанр - исторической песни, в которой в отличие от былин, герои и события были конкретными, взятыми из реальности: «Песня об Авдотье-Рязаночке», «Песня о Щелкане Дудентьевиче». 
Подъем русской литературы наблюдается на рубеже XIV- XV вв. Куликовская битва вызвала появление посвященных ей произведений. Наиболее совершенное из них «Задонщина» - поэтическое прославление победы «За Доном» - и «Сказание о Мамаевом побоище».

    Весьма  распространенным литературным жанром на Руси стали жития святых. Наиболее знаменитое среди них «Житие Сергия Радонежского», а также «Житие Стефана Пермского», написанные монахом Епифаном Премудрым. С течением времени агиографический жанр начинает претерпевать изменения. 
В первой половине XVI в. выдающимся писателем Ермолаем Еразмом была написана «Повесть о Петре и Февронии Муромских». Повесть создавалась в связи с канонизацией новых муромских чудотворцев. Фольклорная основа произведения сделала его весьма далеким от настоящей агиографии. Трансформация житийного жанра привела от повести-жития к биографической повести. Таковым уже является «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное». Автор в корне сломал традиции житийного жанра. 
В XVI в. появился новый светский жанр литературы - остросюжетная повесть. Примером может служить «Повесть о купце Дмитрии Басарге и сыне его Борзомысле». Помимо занимательного сюжета в этом произведении заметно отразилось влияние общественно-политических идей и взглядов укреплявшегося русского купечества.

    Следует особо остановиться на таком замечательном  литературном памятнике XVI в., как «Домострой». Его автор - наставник Ивана Грозного протопоп Благовещенского собора Сильвестр показывает нормативные отношения в семье, которая предстает маленькой моделью государственного устройства.

    В центре внимания русских писателей XVI в. стояли поступки человека, внешние события его жизни, то теперь все большее отражение стали находить его психологические побуждения и переживания.

    Еще больший интерес к человеку свойственен  литературе XVII в. Осознание ценности личности вне ее положения в обществе было вызвано выдвижением национальных героев из народной среды в годы смутного времени. Появляются новые светские жанры литературы. Это в первую очередь бытовые повести и демократическая сатира: «Повесть о Ерше Ершовиче», «Повесть о Шемякином суде», «Повесть о куре и лисице».

    Среди новых жанров, появившихся в XVII столетии особо следует отметить драматургию. Основоположником русской драматургии выступил Симеон Полоцкий, пьесы которого «Комедия притч о блудном сыне» и «Трагедия о Навуходоносоре царе» поднимали важные нравственные, политические и философские проблемы.

    С именем Симеона Полоцкого связано  рождение и русской рифмованной  поэзии. До этого на Руси существовала развитая система стихосложения, но она практически не имела рифмы. Полоцкий заимствовал польское силлабическое или слоговое стихосложение, для которого обязательна концевая рифма. Им были написаны «Букварь», «Рифмованная псалтырь» и два больших сборника «Рифмологион» и «Ветроград многоцветный».

    Говоря  о литературе необходимо отметить и  такое важное достижение, как начало книгопечатания на Руси. В 1564 г. Иван Федоров и его помощник Петр Мстиславич издали на Печатном дворе первую книгу с выходными данными - «Апостол». Книгопечатание не только расширило круг читателей, но и во многом способствовало развитию литературы как самостоятельной отрасли культуры. 
В XVII в. светская литература стала заметным явлением русской культуры. Литература медленно освобождалась от средневековых традиций. Религиозное мировоззрение было потеснено более рационалистическим видением действительности. Произошла значительная жанровая дифференциация.

    Особенности. Древняя русская литература принадлежит к особому типу литератур — литератур средневековых. Есть нечто общее между бытованием древнерусских произведений и фольклорных.

    Произведения  древней русской литературы по большей  части не имели устойчивого, авторского текста. Новые редакции и новые  виды произведений появлялись в ответ  на новые требования, постоянно выдвигавшиеся  жизнью, или обусловливались изменениями  литературных вкусов. В этом особая «живучесть» древнерусских литературных произведений. Некоторые из них читались и переписывались в течение нескольких веков. Другие быстро исчезали, но понравившиеся части включались в состав других произведений, так как чувство авторской собственности еще не развилось настолько, чтобы охранять авторский текст от изменений или от заимствований из него в состав других произведений.

    Общность  с фольклором сказывается и в  другом. Как и в фольклоре, в  древнерусской литературе особое место занимают «общие места». Литературное произведение не стремится поразить читателя новизной, а, напротив, успокоить и «заворожить» его привычностью. Составляя свое литературное произведение, автор как бы совершает некий обряд, участвует в ритуале. Он обо всем рассказывает в подобающих, приличествующих рассказываемому церемониальных формах. Он восхваляет или порицает то, что принято восхвалять и порицать, и всему своему славословию или хуле он придает приличествующие случаю этикетные формы. Поэтому текст литературных произведений — это текст, по большей части лишенный неожиданностей. Эти неожиданности так же нежелательны, как нежелательны они в любых церемониях, в любых обрядах.

    Литература  — обряд. Она обряжает тему в соответствующий  ей литературный наряд. И это не только сближает ее с фольклором, но приводит, как и в фольклоре, к особой импровизационности древнерусского литературного творчества, к его коллективности и к его традиционности.

    Чем строже следует автор традициям  литературного этикета, тем легче ему творить в рамках этой традиционности новые и новые произведения. В результате литературные произведения Древней Руси не ограждены друг от друга строгими границами, не закреплены точными представлениями о литературной собственности, в известной мере повторяют привычные формы и поэтому как бы обладают некоторой «текучестью», отражающейся в общем литературном процессе не только «размытостью» хронологических границ, но и некоторой трудностью наблюдения над изменениями в литературе. Литературный процесс XI–XVII вв. трудно уловим и определим.

    Но  в историко-литературном процессе есть и такие стороны, которые не только затрудняют его наблюдения, но и  облегчают. Облегчает наше наблюдение за развитием русской литературы прежде всего связь литературы с  историческим процессом — своеобразный и очень резко выраженный средневековый историзм древнерусской литературы.

    В чем же заключается этот «средневековый историзм»? Прежде всего — в том, что художественное обобщение в  Древней Руси совершается в подавляющем  большинстве случаев на основе того или иного исторического факта. Новые произведения литературы Древней Руси всегда прикреплены к конкретному историческому событию, к конкретному историческому лицу. Это повести о битвах (о победах и поражениях), о княжеских преступлениях, о хождениях в святую землю (в Палестину), в Константинополь и о людях — по преимуществу о святых и князьях-полководцах. Есть повести об иконах и о построении церквей, о чудесах, в которые верят, о явлениях, которые якобы совершились. Но мало новых произведений на явно вымышленные сюжеты. Вымысел — ложь, а любая ложь со средневековой точки зрения недопустима. Вымышленные сюжеты (например, сюжеты притч) на русской почве приобретают историческую окраску, имеют тенденцию прикрепляться к тем или иным историческим лицам или событиям. Даже проповедники по большей части избегают иносказаний и баснословий.

    Литература  огромным потоком сопровождает историю, следует за ней по пятам. Разрыв между  событием и первым литературным произведением  о нем редко бывает велик. Последующие произведения изменяют и комбинируют первые, но редко создают совершенно новое освещение событий. Боясь лжи, писатели основывают свои произведения на документах и как документ воспринимают всю предшествующую письменность.

    Литература  — свидетельство жизни. Вот почему сама история до известной степени устанавливает периодизацию литературы, а главный из документов о действительности — летопись — служит для исследователей главной же опорой для датировки памятников.

    Призванный  рассматривать действительность, следовать этой действительности и ее оценивать, русский писатель уже в XI в. воспринимал свой труд как служение родной стране. Русская литература всегда отличалась особой серьезностью, пыталась отвечать на основные вопросы жизни, звала к ее преобразованиям, обладала разнообразными, но всегда высокими идеалами. В своей критике действительности русские писатели нередко шли по торному пути мученичества.

    Высокий патриотизм русской литературы тех  же веков связан не только с гордостью  за Русскую землю, но и со скорбью по поводу понесенных поражений или ее общественных недостатков, со стремлением вразумить князей и бояр, а порой и с попытками их осудить, возбудить против худших из них гнев читателей.

    Гражданский дух русской литературы оставляет  глубокий след в XI–XVII вв.: тут произведения, призывающие к преобразованию всего строя русской жизни, Пересветова и Ермолая-Еразма; тут и наставительные произведения Максима Грека. Летопись и историческое повествование призывают к действенной защите Русской земли от ее врагов.

    За  перо берутся новгородские и московские еретики. Пишет сам царь и его  противник — князь Курбский. Все  русские писатели, каждый по-своему, высоко несут свой писательский долг. Каждый из них в какой-то мере пророк-обличитель, а некоторые — просветители, распространители знаний, истолкователи действительности, деятельные и высоко патриотичные участники гражданской жизни в стране.

    Литература  движется чувством высокой общественной ответственности ее создателей. Она  проникнута действенной любовью к родине. Это постоянная ее особенность на протяжении всего ее существования.

    XVII век в истории России историки  относят к новому периоду, который  характеризуется экономическим  слиянием всех земель и княжеств  в одно целое и созданием  всероссийского рынка. В связи с этим — усиливается роль посада—торговоремесленного населения городов; старинная боярская знать начинает уступать место «худородным» предприимчивым людям, добивающимся благодаря своему уму, активности высокого положения в обществе.

    Новый этап развития древнерусской литературы начинается после церковной реформы Никона в 1653 г. и исторического воссоединения Украины с Россией в 1654 г. Следствием интенсивного сближения России со странами Западной Европы явилось проникновение в древнерусскую культуру многочисленных элементов культуры европейской. Идет острая борьба сторонников византийскогреческой и латинскопольской образованности. Начинается процесс дифференциации художественной литературы, ее вычленения из письменности исторической и религиознодидактической. Постепенно прекращают свое существование летописи, сохраняясь только на периферии («Сибирские летописи»), видоизменяются до неузнаваемости исторические повести, житие становится бытовой повестью и автобиографией. Появляются бытовые повести с вымышленными сюжетами и героями, развивается демократическая сатира; возникают драма и театр, широкое развитие получает силлабическая поэзия; меняется характер переводной литературы.

    Противоречивая  сущность религиозного раскола сказалась на деятельности идеолога старообрядчества протопопа Аввакума — талантливейшего писателя второй половины XVII в. Литературное наследие Аввакума привлекало и привлекает к себе внимание русских, советских и зарубежных ученых.  

     «Житие протопопа  Аввакума, им самим написанное»

                          1. Личность автора. 

    Протопоп  Аввакум (1621-1682г.) - одна из наиболее ярких личностей в истории России. Это был человек огромной силы духа, которая в полной мере проявилась во время гонений на него. Он с детства приучался к аскетизму. Отвращение от всего мирского и стремление к святости он считал настолько естественным для человека, что не мог ужиться ни в одном приходе из-за неустанного преследования им мирских утех и отступления от обычаев веры. Многие считали его святым и чудотворцем.

    Важным  фактом русской истории XVII века был  церковный раскол, явившийся результатом  церковной реформы патриарха  Никона. Реформа должна была устранить  разночтения в церковных книгах и разницу в проведении обрядов, подрывавших авторитет церкви. С необходимостью проведения реформы согласились все: и Никон, и его будущий противник протопоп Аввакум. Было только неясно, что брать за основу - переводы на старославянский язык византийских богослужебных книг, сделанные до падения Константинополя в 1453 году, или сами греческие тексты, в том числе исправленные после падения Константинополя. По приказу Никона в качестве образцов были взяты греческие книги, причем в новых переводах появились разночтения с древними. Это послужило формальным основанием для раскола.

    Против  Никона ополчились, прежде всего "боголюбцы", или "ревнители благочестия". Он расчетливо и быстро убрал их со своего пути.  
Из всех расколоучителей самой суровой оказалась участь Аввакума. Еще в сентябре 1653 года его отправили в ссылку в Тобольск, откуда через три года он был переведен в Восточную Сибирь.

    В начале 1661 года Алексей Михайлович позволил Аввакуму вернуться в Москву. Аввакум воспрянул духом, решив, что царь отвернулся от никониан и  теперь будет во всем слушаться староверов. В действительности же ситуация была намного сложней. Ничего не зная в Даурии о борьбе за власть Никона и Царя, Аввакум связывал свой вызов с победой староверия.

    Почти два года добирался он до Москвы, неустанно проповедуя по пути свое учение. Каково же было его разочарование, когда он увидел, что никонианство в церковной жизни повсюду пустило корни, а Алексей Михайлович, охладев к Никону, тем не менее не собирался отказываться от его реформ. В нем с прежней силой пробудилась страстная готовность бороться за свои убеждения, и он, воспользовавшись благоволением царя, подал ему пространную челобитную.

    "Я  чаял, - писал Аввакум, - живучи на  востоке в смертех многих, тишину  здесь в Москве быти, а ныне  увидал церковь паче и прежняго  смущенну"¹. Он забрасывал царя челобитными с протестом против никонианства и самого патриарха.

    Алексею Михайловичу хотелось привлечь на свою сторону неустрашимого "ревнителя  благочестия", так как это позволило  бы в корне заглушить все более  нараставшую народную оппозицию. Оттого он, не выказывая прямо своего отношения к челобитным Аввакума, попытался склонить его к уступчивости обещанием сперва места царского духовника, затем, что гораздо больше привлекало Аввакума, справщика в Печатном дворе. Одновременно от имени царя боярин Родион Стрешнев уговаривал протопопа прекратить свои проповеди против официальной церкви, по крайней мере до собора, который обсудит вопрос о Никоне.

    Тронутый  вниманием государя и надеясь, что  ему будет поручено исправление  книг, Аввакум некоторое время действительно пребывал и умиротворении. Такой поворот событий пришелся не по душе староверам, и они бросились со всех сторон уговаривать протопопа не оставлять "отеческих преданий". Аввакум возобновил свои обличения никонианского духовенства, называя их в своих проповедях и писаниях отщепенцами и униатами. "Они, - утверждал он, - не церковные чада, а диаволя" ².

    Царь  увидел, сколь беспочвенны его  надежды на примирение Аввакума с  церковью и, поддавшись уговорам духовенства, 29 августа 1664 года подписал указ о высылке Аввакума в Пустозерский острог.

    Из  этой земляной тюрьмы, огороженной  «тыном вострым», Аввакум руководит борьбой единомышленников, рассылая свои «беседы», «послания» по всем городам Руси, учит и «одобряет детей духовных», обличает врагов, призывает стойко бороться за «древлее благочестие». «Мне ведь неколи плакать: всегда играю со человеки. В нощи, что пособеру, а в день и рассыплю»,— пишет он.

    Связь с внешним миром Аввакум поддерживает через свою же стражу — стрельцов, которые, повидимому, сочувственно относились к охраняемым узникам, а возможно, даже разделяли их убеждения.

    В феврале 1666 года в связи с открытием  церковного собора Аввакума привезли в Москву. Его снова пытались склонить к признанию церковных реформ, но протопоп "покаяния и повиновения не принес, а во всем упорствовал, еще же и освященный собор укорял и неправославным называл". В результате 13 мая Аввакум был расстрижен и предан проклятию как еретик.

    После суда Аввакума вместе с другими расколоучителями отправили в заключение в Угрешский монастырь, откуда его позднее перевели в Пафнутьев-Боровский. В специальной инструкции, присланной игумену того монастыря, предписывалось Аввакума "беречь накрепко с великим опасением, чтобы он с тюрьмы не ушел и дурна никакова бы над собою не учинил, и чернил и бумаги ему не давать, и никого к нему пускать не велеть".

    Его еще надеялись сломить с помощью  вселенских патриархов, которых ждали  на собор для низложения Никона. Патриархи прибыли в Москву в  апреле 1667 года. Поскольку с Никоном  все уже было решено и его низложили с патриаршества 12 декабря 1666 года, им не оставалось ничего другого, как основательно заняться Аввакумом Протопопа доставили им 17 июля. Долго уговаривали они его, советуя смириться и принять церковные нововведения.  
"Что ты так упрям? - говорили патриархи. - Вся наша Палестина, и Сербия, и Албания, и волохи, и римляне, и ляхи - все тремя перстами крестятся, один ты упорствуешь в двоеверии".

    "Вселенские  учители! Рим давно упал и  лежит невосклонно, и ляхи с  ним же погибли, до конца враги быша христианам, А и у вас православие пестро стало от насилия турскаго Махмета, - да и дивить на вас нельзя: немощни есте стали. И впредь приезжайте к нам учитца: у нас, божиею благодатию, самодержество. До Никона отступника в нашей России у благочестивых князей и царей все было православие чисто и непорочно и церковь немятежна". После этого Аввакум отошел к дверям и лег на пол со словами. "Посидите вы, а я полежу".  
Больше он не слушал ни насмешек, ни увещеваний. В августе 1667 года Аввакума вывезли в Пустозерск. Там томились его семья, множество других старообрядцев. В пустозерский период Аввакум полностью разработал свое расколоучение³.

    Он  выступал за старину, отнюдь не думая  пренебрегать настоящим: просто его  видение современной действительности противоречило господствующим тенденциям эпохи. Московская Русь перестраивалась на иных духовных началах, всемерно сближая свои культурные и мировоззренческие ориентации с общехристианской и западноевропейской традициями.

    Идеология Аввакума несла отпечаток воззрений той части русского крестьянства, которая под воздействием усиливающеюся крепостничества по существу превращалась в полных холопов и рабов. Они выступали за сохранение своих прежних привилегий, отвергали все церковные преобразования, стихийно сознавая их связь с новой политической системой. Крестьяне толпами снимались с насиженных мест, уходили в глухие леса Севера и Зауралья, не страшась ни преследований правительства, ни анафем духовных пастырей.