Осьмухин органами предварительного следствия обвинялся в том, что из неприязни, желая убить Дашкова, выстрелил

Осьмухин органами предварительного следствия обвинялся в том, что из неприязни, желая убить Дашкова, выстрелил в него из охотничьего ружья, но промахнулся и попал в Малютина. Вердиктом присяжных заседателей установлено, что факт совершения убийства Малютина в результате выстрела из ружья и ряд других обстоятельств, указанных в обвинительном заключении, не доказаны. Как видно из протокола судебного заседания, адвокаты Осьмухина при допросах свидетелей в присутствии присяжных заседателей выясняли законность проведения следственных действий, в результате которых собраны доказательства по делу. В частности, свидетелю Фомичеву адвокаты задали более 30 вопросов подобного содержания. После оглашения в судебном заседании показаний свидетеля Дашкова, полученных в ходе предварительного расследования, адвокат поставил под сомнение их допустимость, заявив присяжным заседателям, что все подписи свидетеля в протоколе допроса отличаются друг от друга. В прениях адвокат высказал сомнение, являются ли допустимыми доказательствами показания свидетелей Левиной и Заноз, поскольку в судебном заседании они показания изменили, а показания свидетеля Плюхина на предварительном следствии, по его мнению, получены в результате незаконных методов ведения следствия. Нарушены ли в данной ситуации требования закона? Как должен был поступить председательствующий в данной ситуации?

В соответствии с ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст . 334 УПК РФ. Таким образом, председательствующий судья должен был прервать выступление адвоката, разъяснив присяжным заседателям положения закона о том, что данные обстоятельства не учитываются при вынесении вердикта

. 334 УПК РФ. Таким образом, председательствующий судья должен был прервать выступление адвоката, разъяснив присяжным заседателям положения закона о том, что данные обстоятельства не учитываются при вынесении вердикта