Люди позднего Боспора

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ  АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО  ОБРАЗОВАНИЯ

«БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

НАЦИОНАЛЬНЫЙ  ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

( Н И У  « Б е л Г У » )

 

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

 

КАФЕДРА РОССИЙСКОЙ И  ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ

 

 

 

 

 

 

 

 

(НАЗВАНИЕ)

Дипломная работа

студента дневного отделения 5 курса группы 070701

Кузнецова Владимира  Николаевича

 

 

 

Научный руководитель:

д.и.н., проф. Болгов Н.Н.

 

Рецензент:

д.и.н., проф. Мошкин А.Н.

 

 

 

 

 

 

 

Белгород, 2012

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………3

ГЛАВА 1. ПОЗДНЕБОСПОРСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ………14

§ 1. Органы государственного управления……………………………...14

§ 2. Этноконфессиональная ситуация…………………………………...19

§ 3. Специфика форм общественной жизни…………………………….24

ГЛАВА 2. ОТДЕЛЬНЫЕ ПЕРСОНАЛИИ ЖИТЕЛЕЙ ПОЗДНЕГО

БОСПОРА……………………………………………………..29

§ 1. Правители и знать позднего Боспора……………………………….29

§ 2. Духовенство позднего Боспора……………………………………...46

§ 3. Военачальники позднего Боспора…………………………………..50

ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………...56

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК…………………………………...58

ПРИЛОЖЕНИЯ…………………………………………………………..66

ВВЕДЕНИЕ

 

Сама возможность создания работы по этой теме появляется относительно недавно. Во многом это обусловлено тем, что «люди позднего Боспора» были практически неизвестны, и идея реконструкции их биографий выглядела нереальной.

Истинное открытие позднеантичного  периода истории Северного Причерноморья и Боспора в основном начинается только сейчас. Это обусловлено тем, что находки конца III – VI вв. науке известны довольно давно, но ранее исследователи не уделяли им должного и давно заслуженного внимания. Неоцененным выглядит своеобразие фрагмента античной (антично-варварской) культуры на рубеже античной эпохи и раннего средневековья. Совсем недавно элементы поздней античности в Северном Причерноморье выглядели размытыми, сейчас же все четче проступают контуры, отражающие основные моменты этого «темного» периода. Этот регион называют «обществом на перекрестке» времени и пространства, так как множество тенденций здесь переплелось и срослось  друг с другом. При этом фундамент цивилизации в это время продолжал оставаться традиционно античным.

В данном контексте весьма интересно представить людей, которым суждено было жить в эту эпоху. Они жили на переломе античного мира и эпохи ранней Византии, в окружении варваров, которые неоднократно вторгались на территорию Боспорского государства. Они сумели выжить в эту непростую эпоху и влиться в Византийскую империю.

В данной работе мы обращаемся к изучению человека в русле исторического развития, в попытке осветить внешний и внутренний мир человека, а это в свою очередь позволяет сделать серьезные выводы об мировоззрении и идеологии.

Пока что ничтожно мало внимания уделялось человеку ранней цивилизации на краю Ойкумены, на уникальность его духовного мира.

Облик жителя позднего Боспора  рассматривается как симбиоз  греческого и варварского влияния, к которому добавляется воздействие христианской культуры.

Изучение человека на позднем Боспоре осложняется  спецификой источников, которыми мы располагаем.

Сейчас можно говорить о появлении новых возможностей. Прежде всего, благодаря археологам, открывающих все новые памятники. Чрезвычайно ценны интерпретации эпиграфистов, которые предлагают различные версии для реконструкций тех или иных надписей¹.

Актуальность темы дипломной работы заключается в том, что ранее находкам, относящимся к периоду позднего Боспора (III – VI вв.) отечественные исследователи не придавали особого значения, а зарубежные историки в целом не уделяли должного внимания государству «на окраине». Исследования прососопографических материалов имеет огромное значение для решения многих общетеоретических вопросов  истории позднеантичного периода Боспорского государства. Изучая отдельные биографии боспорян, мы можем полнее изучить сложные процессы, происходившие в боспорском регионе в эпоху поздней античности. Увидеть общеисторическую картину уникального государства находившегося на стыке культурных традиции, различных этносов и вероисповеданий.

Предметом исследования являются жители позднеантичного периода Боспорского государства.

Объект – население позднего Боспора в историческом движении позднеантичного времени.

Цель исследования – реконструировать биографии боспорян в контексте истории позднего Боспора при помощи просопографического материала.

Задачи исследования:

- охарактеризовать органы государственного управления Боспорского государства в позднеантичный период;

- проанализировать этноконфессиональную ситуацию в регионе в данный период;

- раскрыть специфику общественной жизни на позднеантичном Боспоре;

- реконструировать биографии правителей  и представителей элиты позднего  Боспора;

- реконструировать биографии позднебоспорского  духовенства; 

- реконструировать биографии военачальников на позднеантичном Боспоре.

Территориальные рамки – Керченский и Таманский полуострова, омываемые с юга Черным морем, а с севера Азовским морем, территории вдоль восточного побережья Азовского моря до устья реки Дон.

Хронологические рамки – период с III в. по VI в. в истории Боспорского государства (до вхождения Боспора в состав Византийской империи).

Источники исследования. Письменные источники, использованные в данной работе, относятся к разному времени и разнохарактерны по содержанию. В источниках содержится относительно небольшой объем информации о периоде позднеантичного Боспора.

 Неоднократно Боспор  упоминается у Аммиана Марцеллина, крупнейшего историка своей эпохи (географические данные: ХХII.8; описание гуннов и аланов: XXXI.1,2; посольство 362 г.: XXII.7,10; аланско-гуннская война: XXXI.3)². «Готские походы» находят отражение в сохранившихся отрывках «Истории» Дексиппа (фр. 16, 16а, 21)³.

У Евнапия история  Боспора частично отражена в событиях связанных с переправой гуннов в  Европу (фр. 42)⁴. В разных изложениях эти события повторяются у историков V в. – Созомена (VI, 37)⁵.Данная легенда стала своеобразным клише в исторической традиции.

Гораздо более полным и последовательным выглядит повествование  Зосима об эпохе готских походов (I.23, 1; 31-32; 41, 1-2)⁶. Это пожалуй, самый полный рассказ об истории Боспора во второй половине III в. Зосим имел довольно хорошую репутацию как историк, поэтому его сведения выглядят вполне убедительно.

О положении в Северном Причерноморье в V в. дает сведения Олимпиодор (фр. 12)⁷. Важное сообщение о Боспоре в IV – V вв. есть у Иоанна Златоуста в одном из писем к Олимпиаде (ad Olymp. XIV)⁸. Здесь упоминается о положении местных христиан и их церковной организации.

С вхождением Боспорского  государства в состав империи  в начале VI в., боспорский регион вновь попадает во внимание историков того периода. Довольно обширную информацию дает Прокопий Кесарийский. Большое внимание в его трудах уделяется возвращению утигуров в Прикубанье (Bell. Goth. VIII, 5)⁹. Важное место в его работе занимают обстоятельства присоединения Боспора к Византии. (Bell. Pers. I, 12)¹⁰, а также события после присоединения (Bell. Goth. VIII, 4)¹¹.

Ценная информация о  перемещении гуннов содержится в  «О царствовании Юстиниана» Агафия Миринейского. Он дает более реалистичную картину перемещения гуннов в Европу (V, 11)¹².

Важным источником является Иордан. Он довольно подробно описывает политическую ситуацию в Северном Причерноморье в V – VI вв. (37)¹³.

Важная информация о  Боспорском государстве позднеантичного  периода есть у хрониста Иоанна Малалы. Он упоминает о присоединении Боспора к Византии (433), об обращении в христианство гуннов проживавших возле Боспора в начале VI в. (481)¹⁴. Феофан Исповедник (VI в.) также уделяет внимание факту присоединения Боспора к Византийской империи¹⁵.

Интересную информацию по позднеантичному Боспору дает анонимный источник: «Перипл Понта Эвксинскго» (около V в.). Это произведение часто именуют периплом Псевдо-Арриана, так как автор местами буквально следует за периплом Флавия Арриана. Географические данные отраженные в этом источнике, действительно соответсвуют V веку.

Крайне важные сведения содержатся у Стефана Византийского  и «Нового географического текста».

В сочинениях Константина  Багрянородного «Об управлении империей» есть информация (глава 53)¹⁶ о боспорско-херсонесских войнах при Диоклетиане. Ряд исследователей весьма скептически относятся к этому источнику, но в последнее время появились достаточно убедительные и авторитетные исследования, говорящие об аутентичности произведения Константина Багрянородного.

Степень изученности  проблемы. Мировая историография занималась изучением позднеантичного Боспора в ничтожно малой степени. Во многом это было обусловлено тем, что Боспорское государство для западных исследователей представлялось «дальней окраиной», и по существу,  его никто не пытался выделить из числа периферийных государств в составе империи.

Первое описание истории  Боспора в III в. дал Т. Моммзен в V томе «Истории Рима» в 1885 г.¹⁷ В произведении особое внимание уделяется готским походам, этнической ситуации в варварском обществе, положению на Боспоре в III в.

Боспоро-херсонесским войнам посвящена работа П. Гарнетта «История Гиккии»¹⁸. В работе автор оценивает сообщения Константина Багрянородного как достоверные.

Книга Э. Миннза «Скифы и  греки»¹⁹ освещает ряд проблем Боспорского государства в период поздней античности: внешнее влияние на Боспор, проблемы хронологии и др.

Важнейшее исследование отдельных крупных проблем Боспора  это книга О. Менхен-Хелфена «Мир гуннов»²⁰.

Серьезным исследованием  по просопографии является 3-х томный труд А. Джонса, В. Морриса и Дж. Мартиндейла: «Просопография поздней Римской империи²¹.

В отечественно историографии  исследования посвященные Боспору  появляются относительно недавно, во второй половине XIX века. Во многом, это было обусловлено крайне малым количеством и невысокой степенью надежности исторических источников.

Изначально обобщающих работ не было. Первые исследования это публикации по археологическим  находкам. Среди них можно выделить исследования В.В. Шкорпила²², Ю.А. Кулаковского²³, В.В. Латышева²⁴, Ю.Ю. Марти²⁵ и др.

Виднейший эпиграфист В.В. Латышев, начал систематизировать  надписи и тем самым многое прояснил в истории позднего Боспора и боспорян.

Важнейшее значение для  изучения государственности на Боспоре  имели труды М.И. Ростовцева: «Представление о монархической власти в Скифии и на Боспоре»²⁶. М.И. Ростовцев один из лучших исследователей Северного Причерноморья, прослеживает развитие органов государственной власти Боспорского государства. Своеобразным итогом его исследований стала книга «Скифия и Боспор»²⁷, часть которой посвящена истории позднеантичного Боспора. Многие теории этого исследователе впоследствии подтвердятся и развиваются по сегодняшний день.

В работе византиста А.А. Васильева о готах в Крыму, впервые появляется обобщение источников по данной проблеме. Важное место уделяется контактам готов и Боспора в позднеантичный период²⁸.

С созданием в 30-х гг. Боспорской археологической экспедиции, появляется множество археологических публикаций.

Одним из крупнейших исследователей Боспора был В.Д. Блаватский. В ряде археологических отчетов он касается проблем позднеантичного Боспора. Автор большое внимание уделяет политическому устройству позднего Боспора, его системе власти и госаппарату²⁹. Общее описание истории позднего Боспора было дано в статье «Боспор в позднеантичное время»³⁰. Здесь автор открывает новый подход к истории Боспора и приводит теорию о континуитете между поздней античностью и раннесредневековым периодом в истории Боспорского государства.

Среди публикаций на основе археологического материала, важны исследования В.Ф. Гайдукевича. Где автор высказывает гипотезу, что в V в. на Боспоре продолжались прежние исторические процессы³¹.

И.Т. Кругликова автор  первой обобщающей работы по периоду  позднего Боспора³². Здесь она дала подробное описание состояния городских центров, сельской округи и торговли Боспора в III – IV вв.

В работе М.М. Кобылиной  «Изображение восточных божеств  в Северном Причерноморье»³³, отражена этноконфессиональная ситуация в боспорском регионе.

Большой вклад в исследования археологического материала внес А.Л. Якобсон. Автор выдвинул гипотезу о том, что в V в. на Боспоре этнически преобладали аланы³⁴. Он как бы окончательно оформляет концепцию, в которой гуннское нашествие является концом античности на Боспоре³⁵.

Проблеме римско-боспорских отношений посвящено исследование Г.А. Цветаевой «Боспор и Рим»³⁶. Эти взаимоотношения имели для Боспора жизненно важное значение, но в силу ряда причин со временем ослаблялись.

Важным исследованием  по этнической ситуации на позднеантичном Боспоре стали труды А.А. Масленникова³⁷. Автор приводит гипотезу о том, что существовала определенная территориально-этническая общность боспорян, которая кардинально отличалась от окружавших их этносов.

Труды М.И. Артамонова раскрывают историю народов окружавших Боспор в V – VI вв.³⁸

Исследованиями политической истории позднего Боспора занималась Б.И. Надэль³⁹.

Важное исследование касательно религиозной ситуации в  регионе было сделано Э.И. Соломоник⁴⁰. Результаты исследования показывают, что на Боспоре до принятия христианства существовали различные синкретические культы. Более подробно христианство на Боспоре рассматривалось П.Д. Диатроптовым⁴¹. Автор рассмотрел историю развития христианства в Северном Причерноморье.

Важным моментом в  исследованиях истории Боспора является интерпретация т.н. тамгообразных знаков. Этому посвятили свои труды Э.И. Соломоник⁴² и В.С. Драчук⁴³. Династической историей Боспорского государства на основе анализа этих знаков работал А.А. Масленников⁴⁴.

А.В. Сазанов дал новую датировку боспорским памятникам⁴⁵. Его труды являются основой пересмотра хронологии боспорского региона.

Из новейших работ  можно выделить обобщающие исследования Н.Н. Болгова. Автор дает подробный  анализ Боспорского государства  в позднеантичный период⁴⁶, а также на основе эпиграфических материалов создает очерки посвященные отдельным боспорянам⁴⁷.

Стоит отдельно сказать  об истории создания КБН и его фотоархива. Важнейшие этапы этой работы были освещены в очерке: «История КБН и его фотоархива»⁴⁸. Начало сбору материалов для КБН положил акад. В.В. Латышев⁴⁹. В основе его работы над КБН лежала ежегодно им пополняемый Свод северопричерноморских греческих надписей (IosPE). После смерти Латышева, его работу продолжил С.А. Жебелев. Он не только добавил новый материал, но и существенно переработал структуру свода Латышева. Первая коллективная редакция КБН вышла под руководством эпиграфиста С.Я. Лурье. Работой над КБН занимались также В.И. Надель и А.И. Болтунова. Позднее работу над КБН возглавил В.В. Струве. Опубликованный в 1965 г. КБН почти сорок лет существовал без столь необходимых иллюстраций. Альбом иллюстраций вышел в 2004 г.

Методологическая  основа диплома – теория локальных цивилизаций. Она позволяет нам выделить Боспорское государство среди периферийных клиентских государств на окраинах империи. Показать  уникальность симбиоза античной традиции и варварской культуры. Выявить облик и внутренний мир жителей позднего Боспора.

Основным методом, использованным в работе, является метод системного анализа, который позволяет на основе комплексного изучения источников воссоздать картину позднебоспорской государственности и реконструировать отдельные биографии.

Большое значение имеет сравнительно-исторический метод, который позволяет нам проследить роль и место человека на позднем Боспоре.

Тема данного диплома  еще в полной мере не разработана. Интересна она спецификой источников, а именно уникальностью эпиграфического материала. Работа над темой будет продолжаться в дальнейшем.

Глава 1. Позднебоспорская государственность

§ 1. Органы государственного управления

На царскую власть Боспора государства серьезный  отпечаток накладывал статус клиентского государства. Будучи звеном периферийных, вассальных государств Римской империи, Боспор имел ряд черт зависимого государства⁵⁰. С V в. на монархический уклад Боспора накладывает отпечаток гуннское влияние.

 Обычным явлением на позднеантичном Боспоре был институт соправительства, но существуя до этого, он не являлся чем то особенным для страны в рассматриваемый период. Характерной для Боспора III – IV вв. является запутанность династической истории. В результате готских походов на троне чередовались законные представители династии и узурпаторы. Законной была династия Тибериев-Юлиев, узурпаторской – Хедосбия-Фофорса-Радамсада⁵¹.

Боспорские цари не проводили активной внешней политики в позднеантичное время, во внутренних вопросах, они обладали всей полнотой законодательной и судебной власти и должны были осуществлять верховное командование армией⁵². Однако, боспорские цари и государство в целом, дистанцировались от хозяйственной сферы жизни страны, занимаясь в основном строительством оборонительных сооружений. Участие в экономике ограничивалось лишь регулированием денежной массы. Например, финансовая реформа Тиберия Юлия Тейрана, заменившего серебряный статер на медный. Это, судя по всему, было вызвано проблемами в экономике государства после готских походов. Существенно не различающиеся эмиссии Фофорса,  говорят о стабильности боспорской экономики в тот период.

Прекращение чеканки  монет в 342 г. не было необычным явлением, так как это происходило и ранее. Интересен тот факт, что чеканка не возобновилась при существующей потребности в деньгах. Установить причины прекращения сейчас не представляется возможным. При этом, позднебоспорские монеты находились в обращении вплоть до VI в. Известно, что никакие деньги кроме боспорских не ходили. Можно предположить, что это указывает на сохранение общебоспорского экономического организма и на целенаправленную политику центральной власти⁵³.

Надписи конца III – начала V вв. упоминают царей, уделявших особое внимание строительству оборонительных сооружений. Постепенно строительство стен и крепостей касается только городов, так как для обеспечения безопасности окрестностей уже не представлялось возможным. Судя по всему, хора укреплялась без помощи государства, опираясь исключительно на собственные силы.

Меняясь с философского характера во II в., в III в. царская власть, носит подчеркнуто религиозный характер.

Трехвековое пребывание у власти династии Тибериев-Юлиев, ставит вопрос о специфике династизма на Боспоре. Передача власти осуществлялась по принципу прямого наследования. Это было больше свойственно восточной традиции, так как в Римской империи такой принцип появляется при Константине, который впрочем, окончательно не оформился⁵⁴. Придерживаясь римской традиции, ближайшие родственники царя на Боспоре не занимали высоких государственных должностей.

Право распоряжения землями государства составляло материальную основу политической жизни боспорских царей, за исключением «царской земли». С сокращением «царской земли», которая раздавалась знати, экономическое положение царской власти существенно ослабло. Отделение отдельных хозяйственных комплексов также способствовало этому.

Государственный аппарат  на Боспоре окончательно формируется в первые века нашей эры, когда античные традиции сливаются с восточными⁵⁵. Эпиграфика того периода фиксирует большое количество разнообразных должностей. Представители появившихся отдельных знатных родов занимают высокие посты в госаппарате. Боспорская знать продолжает занимать высокие государственные должности и в IV в. (КБН 1054) и позднее. Боспорский госаппарат можно рассматривать как отдельную группу людей, которые имеют социальные, профессиональные и ряд других навыков, а также наделенные необходимыми полномочиями для осуществления управленческих функций.

 Государственный аппарат  состоял из чиновников, назначавшихся царем. Хотя прямо об этом источники не сообщают, но другого выбора быть и не могло. Чиновники на Боспоре обладали набором прав и обязанностей, который определялся царем. Для недопущения выдвижения какого то отдельного рода и опасности формирования аристократической оппозиции, ключевые роли на государственной службе были отданы царским отпущенникам⁵⁶. Такая стратегия имела место и в Римской империи. Таким образом, в госаппарате, была часть чиновников, лично обязанных царю своим возвышением.

 Позднеантичные традиции  не наследственности, а выборности имели место и на Боспоре. Таким образом, сильно ограничивались амбиции аристократии. Боспорские чиновники носили римские tria nomina, что безусловно, являлось показателем их значимости их социального статуса. И что немаловажно, это давало им римское гражданство. Из этого можно сделать вывод, что Римская империя стремилась создать проримски ориентированную боспорскую знать, на фоне борьбы за власть на Боспоре в конце III – начале IV вв⁵⁷.

Сложившаяся ранее, структура  и значимость боспорского двора  сохранялась. Слово πυλη, по-видимому, обозначало понятие «царский двор» (КБН 36). Главой дворцовой службы являлся управляющий царским двором (КБН 49,78). Ряд других должностей царского двора: дворцовый казначей (o peri aulen gazofulax) (КБН 45), царский постельник (krabatarios) (КБН 709,711), главный постельничий (arhikoitoneites) (КБН 1243), управляющий конюшней (o epi tou ippwnosi) (КБН 942). Во главе с начальником, царский дворец обслуживали рабы-евнухи (o epi ton eunouhon) (КБН 301). Придворная знать окружавшая царя называлась aristopuleitai (КБН 36). Надпись о победе царя Тейрана доносит десятки должностей, большинство из которых имеют приставку «бывший». Скорее всего, эти люди были отстранены от власти во время «готской смуты», т.к. количество «отставников» больше обычного.

Количество людей, так  или иначе касавшихся двора, было довольно большим. По данным В.Д. Блаватского, дворцовые служащие вместе с семьями составляли к концу III в. приблизительно 1/10 населения Пантикапея⁵⁸.

Важнейшее должностное  лицо Боспора – o epi tes basileias. Исследователи по-разному определяют его функции. По мнению В.В. Латышева, это «наместник царской области». С.А. Жебелев давал этой должности определение – «правитель царской резиденции»⁵⁹. Присутствие в некоторых надписях слова – protos (главный), дает основание полагать, что это должность предполагала наличие помощников или заместителей. По мнению А.И. Болтуновой, эти люди могли проживать в разных городах царства,  а управление «царской землей» было их основной функцией. Доходы с земли составляли собственность царя (КБН комм. к надп. 58). В.Ф. Гайдукевич (КБН комм. к надп. 1120) считает, что эти лица пользовались особым доверием царя, занимались особыми поручениями и не имели четких функций. Правильно будет не привязывать эту должность к конкретной территории, а рассматривать ее как высший государственный пост, наподобие первого министра.

К началу V в. можно говорить о серьезном упрощении структуры государственного аппарата. В надписи Дуптуна (КБН 64) упоминаются лишь должности комеса и эпарха. Например, в Византии эпарх это главный судья в Константинополе, в сферу полномочий которого входили также вопросы снабжения и безопасности города, внутригородской и внешней торговли⁶⁰. Точно определить сферу полномочий эпарха на Боспоре точно нельзя, но в условиях сокращения населения и госаппарата он мог совмещать сразу несколько государственных должностей. Таким образом, можно предположить, что чин эпарха заменил должность «наместника царства»⁶¹.

Функции комеса могли  быть тоже весьма разнообразными. По мнению В.Д. Блаватского, комесом мог быть и боспорский чиновник и византийский магистрат, занимавшейся обороной государства⁶². В Римской империи с конца IV в. должность комеса была дифференцирована, то есть комес военных дел, комес – главный казначей и т.п. Таким образом, должность комеса в ранней Византии охватывала военные и финансовые вопросы. Аналогично могло быть и на Боспоре. У царя Диптуна среди придворных чинов есть «первенствующий», которым является по совместительству комес.

Важнейшее значение имели  финансовые должности. В надписи  царя Тейрана «начальник отчетной части» в числе главных магистратов. Упоминается должность служащего приходной канцелярии (КБН 1247).

Практически отсутствуют  источники по судебному ведомству. Для III в. зафиксирована должность исполнителя судебных решений (КБН 731).

В государственной канцелярии был штат секретарей во главе с начальником канцелярии (КБН 1000). Неизвестно каким образом проходила подготовка чиновников, скорее всего существовали учебные заведения под руководством государственных магистратов⁶³.

Таким образом, государственный аппарат Боспора в позднеантичное время в основных чертах не отличался от того, что существовал ранее. Только в V в. происходят изменения, подробности которых неизвестны. Недостаточное количество источников не позволяет проанализировать все механизмы работы госаппарата, но все, же дает оригинальную картину работы органов государственного управления позднего Боспора.

 

§ 2. Этноконфессиональная ситуация

 

На боспорских некрополях в конце III – начале IV вв. в целом преобладает погребальный обряд по типу греческого⁶⁴. Характер некоторых погребений указывает на проникновение в города европейской части Боспора ираноязычного населения. Элементы туземного обряда присутствуют почти во всех некрополях. По некрополям азиатского Боспора заметно усиление варварского влияния второй половины III – IV вв.⁶⁵.

В III в. усиливается аланское влияние в Таврике. Возникают города с иранскими названиями: Судак, Ардабда (Феодосия). Наименование города говорит о том, что культ «семи богов» занимал важное место в религии аланов⁶⁶. Сарматы, в отличии от скифов, не проявляли открытой враждебности к античным городам Северного Причерноморья. Сарматизация Боспора представляла собой слияние новых этнокультурных общностей на основе тесного взаимодействия варварских и греческих культур⁶⁷.

Численность готов в Крыму была сравнительно не велика. Небольшие их группы появляются во второй половине III в. на территории европейского и юго-восточного Боспора, не оказывая при этом на внутренний уклад жизни боспорян заметного влияния.

В IV в. продолжается переселение на Боспор аланов. Иммиграция эпохи гуннов была последней иммиграцией аланов в Крым.

Важный отпечаток на истории Боспора в V – VI вв. оставляют осевшие здесь готы. Прокопий упоминает готов «соблюдавших христианский закон» проживавших в устье Меотиды (Bello Goth. VIII, 4).

Датированная V в. надпись из Гермонассы (КБН 1099), сообщает,  что в одной из христианских общин состоят лица с греческими, иранскими и гуннскими именами⁶⁸. Судя по надписи, гунны не пытались уничтожить местную цивилизацию, а наоборот приобщились к ней, приняли греческий язык, религию⁶⁹.