Мошенничество и ответственность

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ                                                                                                                                                          3

1.ЭВОЛЮЦИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА, УСТАНАВЛИВАЮШЕГО ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА МОШЕННИЧЕСТВО В ИСТОРИИ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА                                                                                     7

2. ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ СОСТАВА МОШЕННИЧЕСТВА                                          12

2.1. Общие признаки состава мошенничества                                                                                    12

2.2.  Объект и предмет преступного посягательства                                                                      14

2.3. Способы  совершения мошенничества                                                                                    18

3. СОВРЕМЕННЫЕ ФОРМЫ СОВЕРШЕНИЯ МОШЕННИЧЕСТВА                            25

3.1. Получение денежных средств в качестве взятки без намерения совершить определенные действия или передать «получателю» взятку                                          25

3.2. Мошенничество в сфере оказания услуг и рекламной деятельности              32

3.3. Мошенничество с использованием виновными лицами своего должностного положения                                                                                                                              40

3.4. Мошенничество в сфере банковского кредитования                                                         44

ЗАКЛЮЧЕНИЕ                                                                                                                                                          50

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ                                                                      58

ВВЕДЕНИЕ

Мировая статистика свидетельствует, что в структуре преступности существенно преобладают имущественные преступления. Многие исследователи отмечают, что заметен рост числа имущественных преступлений, совершаемых в России.

В качестве одной из причин называют то обстоятельство, что «притязания и интересы криминальных групп устремились, прежде всего в сферу экономики, где возникли и продолжают сохраняться огромные возможности для противоправного обогащения, безнаказанность паразитирования на трудностях и издержках политических реформ».[1]

На мой взгляд, еще одной не менее важной причиной роста числа имущественных преступлений является нестабильная экономическая ситуация. Криминальные группы далеко не единственные субъекты таких преступлений. Не меньше имущественных преступлений совершается и отдельными физическими лицами. Несомненно, что один из факторов, толкающих человека на преступление, это его собственное материальное положение, которое он пытается улучшить.

С такими детерминантами, по моему мнению, связан и рост числа мошенничеств, совершаемых в современной России.

При этом отмечается, что наибольший вред причиняют не кражи чужого имущества, хотя они количественно значительно преобладают в массиве имущественных преступлений, а «беловоротничковая» экономическая преступность: мошенничество, присвоения и растраты, многие из которых совершаются с использованием служебного положения.[2] Эти виды преступлений (особенно мошенничество) обнаруживают в последние годы в России очевидную тенденцию к росту. Их жертвами, в первую очередь жертвами крупных финансовых мошенничеств, стали миллионы граждан, а преступникам удалось завладеть колоссальными средствами.

Одной из характерных черт 90-х годов ХХ века стало совершение крупных мошеннических махинаций, пострадали от которых миллионы россиян.

Так, многомиллиардные мошеннические хищения были совершены с использованием фиктивных платежных документов (авизо, чеков «Россия» и т.п.). Следственными подразделениями ОВД в 1992-1995 гг. проводилось расследование по 1054 уголовным делам, в которых фигурировало более 5000 фиктивных авизо и других документов на сумму 598 млрд. руб.[3] В 1993-1994 гг. резко возросло число хищений с использованием финансовых и трастовых компаний криминальной направленности. «Ими было присвоено не менее 20 трлн. рублей, а пострадавшими оказались, по разным оценкам, от 3-х до 10-ти миллионов граждан. Основными способами, применявшимися преступниками при завладении денежными средствами частных инвесторов, стали заведомо невыполнимые договоры займа, траста, селенга, страхования и т.д., а также продажа акций и других суррогатов без денежного и иного материального обеспечения. С 1994 г. получили распространения факты незаконного получения и присвоения кредитных ресурсов банков. По оценке экспертов, задолженность по банковским ссудам уже составила порядка 95,6 трлн. рублей».[4]

Используя «финансовые пирамиды», в период 1991-1995 гг. мошенники на рынке частных инвестиций причинили ущерб в размере 1,9 трлн. рублей, обманув более 735-ти тысяч граждан. За это время было выявлено 170 мошеннических фирм, имеющих 334 филиала во всех регионах России.[5] А.Н. Ларьков приводит данные федеральной комиссии по рынку ценных бумаг, согласно которым около 1 тыс. финансовых компаний, работавших без лицензий, собрали с населения около 50-ти трлн. рублей, обманув 40 млн. человек.[6]

К сожалению, горький опыт, полученный из-за мошенничества «финансовых пирамид», не многому научил нас. Новые «наживки», придуманные мошенниками легко принимаются гражданами. Так очень распространенным явлением стала новая форма «финансовой пирамиды». Люди привлекаются для участия в некоей организации, которая принимает от каждого своего члена достаточно значительный денежный взнос, обещая впоследствии получение им денег в значительно большем размере от поступления новых участников. Как ни странно, идея получение денег из воздуха так привлекательна, что многие действительно надеются заработать таким способом. Естественно, что в итоге они теряют вложенные деньги и становятся потерпевшими по уголовному делу о мошенничестве.

Например, Верховным судом Российской федерации (далее – Верховный суд РФ) в порядке кассационного производства было рассмотрено уголовное дело в отношении руководителя общественной организации «Афина», действовавшей в г. Магадан.[7] Основным содержанием деятельности организации было приглашение в нее новых членов, которые при вступлении вносили денежную сумму, эквивалентную 1900 долларам США. Лица, внесшие данную сумму денег, в свою очередь вовлекали в организацию других лиц, при этом за первого приглашенного, который полностью внес вступительный взнос (1900 долларов США), они получали сумму, эквивалентную 300 долларам США, за второго - 900, а если нового члена привлекал ранее приглашенный этим лицом, то - 600 долларов США.

В соответствии с заключением экспертов, проводивших математическую экспертизу, при самом выгодном варианте перераспределения денежных средств среди членов организации «Афина» только 25% ее членов имели теоретическую возможность вернуть свой вступительный взнос и получить прибыль, а оставшиеся 75% не только не смогли бы получить прибыль, но и не имели возможности вернуть внесенные средства. Поскольку каждый привлеченный в организацию и внесший вступительный взнос в полном размере 1900 долларов США для возврата вложенных средств должен был пригласить как минимум трех человек, а последние еще по три человека каждый и т.д., количество людей, теряющих и не возвращающих свои деньги, с ростом числа членов организации не уменьшалось бы, а возрастало.

Аналогичное дело рассматривается в настоящее время Курганским городским судом. Интересно, что потерпевшие по таким делам ссылаются на оказание психологического или даже гипнотического воздействия на них. При этом поражает доверчивость или желание внезапно разбогатеть, занимаясь «многоуровневым сетевым маркетингом» - как называют эту деятельность организаторы мошеннических фирм.

В последние годы распространены мошеннические действия, выражающиеся в завладении имуществом с помощью пластиковых кредитных карт-фальшивых, утраченных потерпевшими либо похищенных у них. По оценкам экспертов, Россия уже догнала отдельные западные страны по уровню мошенничества с пластиковыми картами.[8] Крупномасштабный характер приобретают хищения с использованием компьютерных технологий, в частности, случаи незаконного проникновения в компьютерные банковские сети, «взламывания» систем защиты банковской информации.

Хотя мошеннические махинации известны человечеству с незапамятных времен исследование данного вида преступлений является весьма актуальным. Законодательство о мошенничестве совершенствуется, но совершенствуются и способы совершения мошенничества. В результате часто на практике возникает проблема квалификации действий лица, совершившего мошенничество.

В данной работе будут рассмотрены некоторые из распространенных форм способа совершения мошенничества с точки зрения правильной квалификации преступного деяния и отграничения мошенничества от иных составов преступлений. Практическая значимость данного исследования заключается в том, что правильная квалификация действий как мошенничества является залогом того, что лицо будет привлечено к ответственности именно за те действия, которые охватывались его умыслом. Кроме того, важной проблемой является признание потерпевшими всех субъектов, которым причинен вред в результате мошенничества.

Все вышеизложенное свидетельствует об актуальности предмета исследования представленной работы.

Практическая значимость темы дипломной работы связана с тем, что новые формы мошенничества недостаточно изучены. Ряд положений настоящего исследования может быть применен в научной деятельности, в процессе преподавания уголовного права и криминологии, в правотворческой деятельности, а также в практической деятельности судебно – следственных органов.

Первая глава настоящей работы посвящена становлению законодательства, предусматривающего ответственность за мошенничество в России, начиная с периода Древней Руси и до наших дней.

Общая характеристика мошенничества как уголовно наказуемого деяния дана во второй главе. Там же раскрыты основные особенности состава данного преступления с точки зрения объективной и субъективной стороны.

Третья глава посвящена некоторым новым формам мошенничества. В этой главе раскрываются проблемы, возникающие на практике при применении уголовной ответственности за совершение конкретных форм мошенничества.

1.            ЭВОЛЮЦИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА, УСТАНАВЛИВАЮШЕГО ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА МОШЕННИЧЕСТВО В ИСТОРИИ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА

Законодательное регулирование ответственности за мошенничество прошло долгий путь эволюции. Четкое выделение мошенничества в отдельный состав появилось не сразу.

Обращаясь к нормам древнерусского законодательства, мы не находим дифференциации преступлений, связанных с собственностью. В Русской Правде и Псковской судной грамоте случаи корыстного завладения имуществом охватывались в основном термином «татьба», причем ответственность за мошенничество эти нормативные акты не устанавливали. Судебник 1550 г. тоже не сделал попыток выделения мошенничества в самостоятельный состав.

Соборное Уложение 1649 г. заметно расширило уголовно – правовую охрану объектов собственности, выделило специальную главу о разбойных делах. В ней Соборное Уложение не только упоминает о ворах, тягах, разбойниках, но и дает особое предписание в отношении мошенников, требуя применять к ним положения, установленные за первую татьбу. Однако, пока не раскрываются признаки состава данного преступления. Только Указом 1781 года было впервые разъяснено, что к мошенничеству нужно относить: а) карманную кражу; б) внезапное похищение чужого имущества, рассчитанное на ловкость, быстроту действий виновного; в) завладение имуществом путем обмана. Как видно из этого, представление о мошенничестве значительно отличалось от современного - причем мошенничество связывалось с открытым, кража – с тайным воровством.

Свод законов Российской империи определил мошенничество очень широко как «лживые поступки». Но такой подход к мошенничеству уже значительно приблизил объективную сторону данного посягательства к ее сегодняшнему пониманию. В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных, похищение усматривалось, среди прочих, в деяниях, понимаемых как мошенничество. При этом основные признаки понятия «мошенничество», в отличие от Свода законов Российской империи, получили в Уложении более широкий смысл: «…всякое, посредством какого-либо обмана учиненное, похищение чужих вещей, денег или иного движимого имущества». Использование обмана с целью завладения не самим имуществом, а правом на недвижимое имущество не охватывалось понятием мошенничества и похищение в целом, не признавалось самостоятельным видом преступлений против собственности, связанным с ее присвоением и растратой.

За несколько лет до принятия Уложения о наказаниях уголовных и исправительных в российских судах при участии присяжных заседателей рассматривается ряд громких уголовных дел по обвинению различных лиц в совершении мошенничеств. Так, например, Московский окружной суд рассматривал в период с 5-го по 19-ое октября 1874 г. дело по обвинению начальницы Московской Епархиальной общины сестер Милосердия, игуменьи Митрофании и ряда других лиц в совершении подлогов, мошенничества, присвоения и растраты и других преступных деяний.[9]

Не менее известным является рассмотренное тем же судом 8 февраля – 5 марта 1877 года дело целого преступного сообщества, совершавшего похищения чужого имущества различными способами, в том числе и прибегая к мошенническим махинациям. Примечательно то, что уже более века тому назад стало возможным совершение мошенничеств лицами, входившими в столь крупные преступные сообщества. К моменту рассмотрения дела суду было предано 48 человек различного социального происхождения. Рассмотрение дела, получившего название «О клубе червонных валетов», длилось около месяца и охватывало шестилетний период деятельности преступной организации.[10]

Судебная реформа тех лет сделала возможным рассмотрение в судах дел об изощренных мошеннических операциях, совершаемых лицами самого высокого положения в обществе. В связи с этим назревшая необходимость более четкого правового определения признаков мошенничества нашла свою реализацию в Уложении 1885 года.

В Уголовном Уложении 1903 года признаки и уголовно – правовая оценка похищения, совершаемого путем мошенничества, остались без изменения. Разработчики Уложения лишь подчеркивали необходимость наличия в составе мошенничества специальной цели – присвоения имущества.

Мало чем отличаясь друг от друга, первые советские Уголовные кодексы 1922 и 1926 годов мошенничество оставляли в ряду имущественных преступлений, тем не менее, не признавали это деяние хищением. Причем мошенничество (его разновидностями признавались подделка определенных документов, фальсификация предметов) стало трактоваться как получение имущества с корыстной целью обманом или злоупотребление доверием, т.е. более широко. Как мы видим, рассматриваемые кодексы, отчасти копируя нормы о мошенничестве Уложения 1885 года и Уголовного Уложения 1903 года, донесли до наших дней суть мошенничества как корыстного деяния, направленного на изъятие имущества специфическими для мошенничества способами – использованием обмана или злоупотреблением доверием.

Интересно то, что в Законе СССР от 07 августа 1932 года термином «хищение» охватывались все формы посягательств на социалистическую собственность, в том числе и мошенничество, а все лица, совершившие хищение, объявлялись врагами народа. Поскольку содержание этих дополнений и изменений в действовавшем тогда УК РСФСР 1926 года мало сообразовывалось с положениями содержащихся в нем статей, то система уголовно – правовых норм, посвященных охране отношений собственности, оказалось запутанной и противоречивой.

УК РСФСР 1960 года, не давая общего определения понятия хищения, относил к одному из способов его совершения и мошенничество. Различные виды мошенничества объединены в один общий состав, по- прежнему характеризуемый как завладение имуществом путем обмана или злоупотребления доверием.

Отметим, что УК РСФСР 1960 года закрепил тенденцию обособления ответственности за посягательства на социалистическую собственность исходя из приоритета защиты государственной и общественной собственности и из сравнительно меньшего значения охраны личной собственности.

После принятия в 1990 году Закона «О собственности в РСФСР», провозгласившего равную правовую охрану любых форм собственности, потребовалось уже в преддверии принятия нового уголовного законодательства внести неотложные изменения в нормы о преступлениях против собственности в УК 1960 года. Это было сделано Федеральным Законом от 1 июля 1994 года. Впервые с 1932 года тождественные посягательства на отношения различных форм собственности стали квалифицироваться и наказываться практически одинаково.

УК РФ 1996 года в юридико–техническом отношении наиболее совершенно определяет понятие хищений в целом (текстуально воспроизводя это определение, данное Федеральным Законом от 1 июля 1994 года и помещая в качестве примечания к ст.158) и мошенничества, в частности. Так, например, УК РФ 1996 года закрепил необходимые признаки, наличие которых позволит относить деяние к той или иной форме хищения. Что же касается мошенничества как такового, то уголовно наказуемыми наряду с действиями, направленными на хищение чужого имущества, стали признаваться и действия, направленные на приобретение права на имущество. Главное же отличие мошенничества от других форм хищения осталось прежним. Речь идет о способах завладения предметом посягательства – обмане и злоупотреблении доверием.

Как мы видим, эволюция законодательства о мошенничестве на Руси, а затем и в России проходила сложный исторический путь, с каждым разом все более совершенствуя и дифференцируя подход законодателя к определению состава данного вида преступных посягательств. Меняющиеся общественные отношения разных исторических этапов требовали постоянных изменений в уголовном законодательстве и улучшения юридической техники норм о мошенничестве.

В настоящее время российское законодательство содержит норму о мошенничестве в ст. 159 УК РФ, содержание которой будет раскрыто в следующей главе.

2. ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ СОСТАВА МОШЕННИЧЕСТВА

2.1.  Общие признаки состава мошенничества

Статья 159 УК РФ содержит норму – дефиницию, в которой мошенничество определяется как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

Видовым объектом анализируемого преступления выступают отношения собственности. Непосредственным объектом – общественные отношения, направленные на охрану той или иной формы собственности. Предмет посягательства в ст. 159 УК РФ отличается от предметов других преступлений гл. 21 УК РФ, т.к. кроме завладения имуществом при мошенничестве может быть приобретено и право на имущество.

При выявлении объективной стороны мошенничества необходимо учитывать, что, являясь одной из форм хищения, мошенничество имеет материальный состав. Следовательно, для выявления в деянии признаков мошенничества необходимо установить наступление последствий (в виде ущерба собственнику или иному законному владельцу имущества) и наличие причинной связи между деянием и наступившими последствиями. Законодатель с тем, чтобы отличить мошенничество от иных форм хищения в объективную сторону этого состава включил способ его совершения – обман или злоупотребление доверием.

Субъективная сторона мошенничества выражена в форме умысла. Причем, как будет показано в следующей главе, умысел может быть только прямым. Виновный сознает, что завладевает чужим имуществом или приобретает право на него путем обмана или злоупотребления доверием, предвидит, что собственнику будет причинен имущественный ущерб, и желает его причинить. При этом он руководствуется корыстным мотивом и преследует цель незаконного извлечения наживы за счет чужого имущества.

Субъект преступления – общий, физическое лицо, достигшее 16 лет.

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что особенностями состава мошенничества как формы хищения являются, в большей степени, его предмет и способ совершения. Данная глава и будет посвящена освещению этих характерных черт мошенничества.

По субъективной стороне мошенничество не отличается от иных форм хищения. Тем не менее, зачастую необходимо оценивать те обстоятельства, которые свидетельствуют о наличии умысла вообще. Это связано с необходимостью отличия преступного посягательства на собственность, совершенного в форме мошенничества, от невыполнения каких-либо гражданско–правовых обязательств (в т.ч. обязанности вернуть имущество), совершенные без наличия умысла. Более детально особенности субъективной стороны рассматриваемого преступления освещены в п.4 гл. III, посвященном отграничению мошенничества от причинения имущественного ущерба вследствие исполнения гражданско–правовых обязательств.

С объективной стороны специфика мошенничества состоит в способе его совершения. В отличие от многих других преступлений, которым присущ физический (операционный) способ, при мошенничестве способ действий преступника носит информационный характер либо строится на особых доверительных отношениях, сложившихся между виновным и потерпевшей стороной. В качестве способа завладения имуществом или приобретения права на имущество закон называет обман или злоупотребление доверием, которые и характеризуют качественные особенности данной формы хищения.

Своеобразие данного преступления состоит в том, что с внешней стороны оно проявляется в "добровольном" отчуждении имущества самим собственником и передачи его преступнику. Последний же, прибегая к обману или злоупотреблению доверием, непосредственно не изымает имущество из чужого владения. Но фальсифицируя таким путем сознание и волю потерпевшего или злоупотребляя его доверием, мошенник достигает цели безвозмездного обращения переданного ему имущества в свою пользу. Обман или злоупотребление доверием выступают здесь в качестве внешних форм самого преступного поведения мошенника.[11]

2.1.  Объект и предмет преступного посягательства

Непосредственным предметом рассматриваемого преступления является та или иная форма собственности, пострадавшая в конкретном случае.

К объектам права собственности относится следующее имущество: вещи, включая деньги и ценные бумаги, имущественные права и др. Причем является очевидным, что все ценные бумаги, закрепляя право на имущество, таким правом не являются. Например, сберегательная книжка на предъявителя, вексель, акция дают их обладателю право на определенное имущество и одновременно отнесены гражданским законодательством к вещам – имуществу как таковому.

Упомянув об одном из предметов мошенничества – имуществе - и перечислив то, что под ним понимается, определим другой предмет данного посягательства – право на имущество. В отечественной уголовно – правовой литературе не сформировалось единообразное толкование «права на имущество» применительно к составу мошенничества. Существует широкое понимание права на имущество как разнообразных имущественных прав, включая правомочия, право оперативного управления, а также обязательственные права, право авторов и изобретателей на вознаграждение, наследственные права.[12] Напротив, З.А. Незнамова утверждает, что право на имущество не может быть идентифицировано с имущественными правами. Право на имущество – это юридическая категория, включающая в себя определенные полномочия собственника, то есть права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом.[13]

По мнению Г.Н. Борзенкова, упоминание о праве на имущество в составе мошенничества имеет значение лишь для уточнения момента окончания преступления.[14] Близок к этой позиции И.Я. Ляпунов, полагающий, что право на имущество может быть закреплено в различного рода документах (завещании, страховом полисе, доверенности на получение тех или иных ценностей, различных видах ценных бумаг и др.). При получении мошенником документов, на основании обладания которыми он приобретает право на имущество, преступление считается оконченным, независимо от того, удалось ли мошеннику получить по ним соответствующее имущество. Позволим себе не согласиться с таким решением вопроса о моменте окончания мошенничества, поскольку, на наш взгляд, важнейший признак хищения – причинение ущерба – скорее всего, будет иметь место тогда, когда лицо воспользуется правом на имущество. Здесь под правом на имущество мы понимаем не документы, в которых оно закрепляется, а правомочия собственника пользоваться, владеть и распоряжаться имуществом.

Следует обратить внимание на то, что необходимый признак других форм хищения – изъятие имущества, - нарушающий права собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом (все три одновременно), не является обязательным для мошенничества. Преступник может не изымать имущество из фондов собственника, а лишь обманным путем получить доступ хотя бы к пользованию имуществом (приобрести право пользования имуществом). тем самым, при условии причинения собственнику имущества ущерба от незаконного приобретения права на него, виновный выполняет объективную сторону рассматриваемого преступления. Причем достаточно факта приобретения хотя бы одного правомочия, например, правомочия пользования. Учитывая высокую общественную опасность незаконных сделок с недвижимым имуществом, и, в частности, жилыми помещениями граждан – собственников жилья, представляется, что, конструируя состав данного преступления, законодатель справедливо расширил его предмет.

К числу предметов мошеннических посягательств можно отнести те объекты материального мира, которые обладают определенной материальной или духовной ценностью. Причем к числу таковых можно отнести не только уже существующие объекты, но и те, возникновение которых носит вероятный характер. Справедливость данного утверждения можно проиллюстрировать следующим примером: злоумышленники на товарной бирже заключают сделку в отношении «будущего товара» (например, урожая), заранее оплачивая товар денежной «куклой». В случае обнаружения преступления до поставки урожая деяние, очевидно, будет признано покушением на мошенничество.

К числу наиболее характерных для современного мошенничества предметов посягательства относятся: деньги, валюта и валютные ценности, различные движимые вещи. Для мошеннического завладения деньгами совсем не обязательно наличие денежных купюр или монет у жертвы. Подтверждают данный тезис многочисленные случаи завладения безналичными средствами банков при помощи поддельных платежных документов – авизо. Ведь, несмотря на последующее обналичивание денег, на счета подставных фирм они поступали в безналичн6ом виде. Судебная практика показывает, что для того, чтобы считать данный состав преступления оконченным, достаточно фактического зачисления указанного в авизо суммы на расчетный счет фирмы – получателя.

Примечательно, что деньги (как в рублях, так и в иностранной валюте) могут играть в мошенничестве роль не только предмета, но и средства совершения преступления. Если несколько денежных купюр используются для маскировки фальсифицированной пачки банкнот («куклы»), то действие лиц по покупке на эти «деньги» каких-либо товаров будет квалифицироваться как мошенничество. Тогда же, когда сбываются поддельные банкноты, для правильной квалификации действий злоумышленников необходимо установить, насколько «качественно» выполнена подделка.

Другими предметами, на которые посягают действия мошенников, являются (характерные для хищения в целом) автомобили, ювелирные изделия, ценные бумаги, недвижимость. Хотелось бы в связи с этим рассмотреть один из видов недвижимого имущества – предприятие. Учитывая то, что в состав предприятия входят не только здания, сооружения, но и оборудование, инвентарь, сырье, продукция, права требования, денежные фонды и др., можно предположить потенциальную опасность обмана покупателя относительно свойств товара (в данном случае предприятия). Внешне благополучное предприятие может таить в себе скрытые изъяны. Предприятие может иметь невыполненные обязательства перед своими кредиторами, может быть предметом залога или взыскания, обращенного на него уполномоченными на то государственными органами. Наконец, оно может находиться на грани банкротства. Согласно ст. 563 ГК РФ, передача предприятия продавцом осуществляется по передаточному акту, поэтому можно предположить, что при приемке имущества покупателем оно будет находиться на месте. Более того, покупателю, вероятно, будет предоставлена возможность опломбировать все помещения, при необходимости, установить на них средства охраны. Но, получив ложные сведения о размерах денежных фондов и обязательств, покупатель является обманутым, несет ущерб. При наличии определенных условий владелец предприятия должен нести ответственность за мошенничество. И в данном случае предприятие явится не предметом, а средством, с помощью которого происходит завладение предметом посягательства – деньгами покупателя. Предприятие же можно сравнить с денежной «куклой», очень часто используемой мошенниками.

Предметом мошенничества не могут быть вещи, изъятые из гражданского оборота. Даже учитывая то, что такие предметы являются чьей-либо собственностью, законодатель принципиально относит деяния по их изъятию в свою собственность в другие разделы УК РФ. Это сделано с учетом того, что отношения собственности являются в этих преступлениях объектом лишь дополнительным. Так, не могут быть признаны мошенничеством деяния, направленные на хищение, например, радиоактивных материалов и оружия, боеприпасов, наркотических средств или психотропных веществ; а равно похищение документов, штампов, печатей. Перечисленные деяния отнесены, соответственно, в разделы IX и X УК РФ. Это связано с наибольшей общественной опасностью посягательств на такие объекты преступлений, как, соответственно, общественная безопасность и общественный порядок, и нормальное функционирование государственной власти.