Права и свободы человека

Введение                                                                                                  

I.Причины и условия зарождения прав человека

1)Великая хартия вольностей 1215г.

а)Исторические условия  появления Хартии.

б)Общая  характеристика Хартии. Права и свободы  отдельных сословий.

в)Историческая судьба Хартии.

2) Декларация прав человека и гражданина (1789г) в истории идей о правах человека.

3) Устав ООН и международный Билль о правах.

II.Права человека: сущность, понятие, классификация.

III.Развитие и обеспечение прав человека в Росcии.

Заключение.

Введение

     Права человека – это права, объективные по своей сущности, неотъемлемые, естественные, принадлежащие человеку как таковому, поскольку он человек, то есть в силу самой его человеческой природы. Права человека представляют собой определенные социальные притязания, меры социально оправданной свободы поведения человека, которые развиваются вместе с развитием общества и социализацией человека.

     Меня заинтересовала тема «Эволюции прав человека» в связи с тем, что она является основополагающей в нашей жизни. С глубокой древности люди стали задумываться над вопросами о причинах и путях возникновения государства и права, и как следствие о правах человека. Права человека являются одной из глобальных проблем современности, от решения которой зависит дальнейшая судьба нашей цивилизации. При этом всё больше требуется решение проблемы соответствия положения внутригосударственного права в области прав человека с международными стандартами. Права человека составляют один из элементов конституционализма, так как обеспечение свободы и безопасности человека играет первостепенную роль при создании конституций. Проблема прав и свобод человека-индивида-личности красной нитью проходит через всю историю и теорию политико-правовой мысли.

     Целью данной курсовой работы является более детальное изучение причин возникновения прав человека, их развитие и изменение во времени. Рассмотрим, как развитие общества и государства способствуют становлению прав человека и их постепенному юридическому закреплению в законодательстве. Более детально остановимся на создании и усовершенствовании социальных институтов и политико-правовых структур по обеспечению зашиты прав и свобод личности в России.

§ I. Причины и условия зарождения прав человека

     Права человека – явление социально-историческое. Современная постановка вопроса о правах человека – при всей своей новизне и особенностях, обусловленных современным уровнем и характером мировой цивилизации, – опирается на богатый предшествующий опыт человечества, прежде всего в области правовых форм организации общественной и государственной жизни людей, правового способа регуляции их социальных отношений. Каждая историческая система права включала и включает в себя определенную юридическую концепцию человека как субъекта права и соответствующие представления о его правах и обязанностях, его свободе и несвободе. Степень и характер развитости прав человека определяются уровнем развития права в соответствующем обществе.

     Права человека формировались из многократно воспроизводимых актов деятельности людей, повторяющихся связей и устойчивых форм отношений.   В процессе человеческой деятельности, включающей множество индивидов со своими потребностями, целями, неизбежно столкновение и противоборство их интересов. Каждый человек имеет притязания на определенный объем благ и условий жизни (материальных и духовных), получению которых должны содействовать общество и государство. Объем этих благ и условий исторически всегда определялся положением индивида в классовой структуре общества, в системе материального производства. Эти блага условно могут быть названы правами человека. Такая условность определяется резкой поляризацией общества на различных этапах его развития (рабовладение, феодализм), своеобразием цивилизаций (европейская, азиатская и др.), которые не давали возможности правам человека обрести признак универсальности на основе принципов свободы и формального равенства, получить современное звучание.

     На протяжении столетий в передовых странах Европы в борьбе с королевским абсолютизмом происходило отвоевание, иногда с последующими отступлениями и уступками, привилегий, свобод и прав отдельных сословий. Можно, конечно, признавать, что Великая Хартия вольностей 1215 года – историческая предтеча Билля о правах 1689 года, североамериканской Декларации Независимости 1776 года, французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года – выражает и закрепляет права человека. Более того, можно даже придерживаться мнения, что концепция прав человека зародилась в V-VI вв. до н.э. в древних полисах Афин и Рима[1]. Однако, важно видеть и то, что появившиеся в процессе естественно-исторического развития обществ наиболее развитых стран Западной Европы и Северной Америки основные права и свободы человека и гражданина – это качественно новое явление, имеющее с отдаленными эпохами истории, лишь то общее, что и тогда и в канун наступления Новой истории человечество, применительно к конкретно-историческим условиям своего существования, стремилось к свободе, равенству, справедливости. Принципиальное значение имеет в данном случае то обстоятельство, что появившиеся в процессе естественно-исторического развития обществ наиболее передовых стран мира основные права и свободы человека и гражданина – имеют уже качественно иную социальную и правовую сущность, обусловленную, складывающимися демократическим гражданским обществом и формирующимся правовым государством.

     Основное превосходство демократических форм государственности любого исторического типа состоит в том, что они в состоянии так или иначе учитывать объективную потребность господствующего способа производства в соответствующем масштабе свободы его участников и официально признавать тот юридический статус своих подданных или граждан, который диктуется правовой природой господствующих общественных материальных и иных отношений, а потому и качеством личности – субъектом этих отношений [2]. Деспотические и тоталитарные режимы, также вовсе не лишены возможности учитывать «объективную потребность господствующего способа производства», но делают это не столь эффективно, в результате чего становятся на путь узурпирования социально диктуемых прав личности, присваивают себе «несуществующее» право «одаривать» людей правами и даже ставят весь существующий политический строй на грань катастрофы. В государствах с демократическим строем, существовавших в рабовладельческой или феодальной эпохах, прав и свобод человека и гражданина, свойственных демократическому гражданскому обществу и правовому государству в их современном общепризнанном смысле и значении не было и, объективно, не могло существовать.

     Понятие прав человека стало реальностью политической теории и практики в Европе в XVII-XVIII веках. Теоретической основой философии права, идеи свободы и справедливости явились идеи о правах человека как высшей социальной ценности общества и государства, высказанные философами-просветителями Дж.Локком (1632-1704), Ш.Л.Монтескье (1689-1755), Ж.Ж.Руссо (1712-1778), Вольтером (1694-1778). Они считали, что человек обладает естественными, неотъемлемыми правами (право на жизнь, право на свободу и др.), принадлежащие ему от рождения, которые не могут быть отняты ни государством, ни обществом.

     Теория естественных прав впервые была комплексно разработана в работе английского философа (первого философа эпохи Просвещения) Дж. Локка «Второй доклад о государстве», опубликованной в 1688 г. Теория Локка исходит из того, что на раннем, естественном этапе развития общества люди были равными и обладали естественными правами на жизнь, свободу и имущество. Но эти права мало что дают в условиях отсутствия государства. Людям почти невозможно защитить свои права в одиночку, а споры по поводу прав сами по себе являются мощным источником конфликтов. Люди создали общество – а общество создало государство – именно для того, чтобы иметь возможность пользоваться своими естественными правами. Приведу одну выдержку из работы Дж. Локка «…естественная свобода человека состоит в том, чтобы не зависеть ни от какой верховной власти на Земле и не быть подчиненным воле или законодательной власти человека, а подчиняться только законам природы. Свобода человека в обществе состоит в том, чтобы не подчиняться никакой другой законодательной власти, кроме той, что установлена с согласия общества….»[3].

     Государство, по мнению Локка, основано на общественном договоре между правителями и управляемыми. Граждане должны подчиняться только тогда, когда государство защищает их человеческие права, которые с моральной точки зрения стоят выше требований интересов государства и возникли раньше появления на свет государства. Государство остается легитимным, пока оно систематически защищает права человека своих граждан и обеспечивает их осуществление. Каждый человек по закону природы имеет право отстаивать «свою собственность, т.е. свою жизнь, свободу и имущество»[4]. Обеспечение этих неотчуждаемых прав человека и является главной целью договорного объединения людей в государство и передачи себя под его власть. К важнейшим способам практического осуществления прав человека относятся, прежде всего, принципы народного суверенитета и разделения властей. Первый из них, разработанный в первую очередь Дж. Локком и Ж.Ж. Руссо, означает подчиненность власти индивидам, добровольно объединившимся в народ (общество) и обладающим правом на расторжение «общественного договора» и свержение власти в том случае, если она посягает на фундаментальные права человека на жизнь, свободу и собственность. Второй принцип, гарантирующий индивидуальные свободы, — разделение законодательной, исполнительной и судебной властей. Первым его сформулировал в современной форме французский юрист Шарль Луи Монтескье в трактате «О духе законов» 1748 г.

     Основная цель разделения властей – избежать злоупотребления властью. Чтобы пресечь такую возможность, подчеркивает Монтескье, "необходим такой порядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга"[5]. Подобное взаимное сдерживание властей – необходимое условие их правомерного и согласованного функционирования в законно очерченных границах. "Казалось бы, – пишет он, – эти три власти должны прийти в состояние покоя и бездействия. Но так как необходимое течение вещей заставит их действовать, то они будут вынуждены действовать согласованно". Причем ведущие и определяющие позиции в системе различных властей занимает, согласно Монтескье, законодательная власть. Этот принцип и сегодня является важнейшим инструментом, ограждающим личность от злоупотреблений и притеснений со стороны власти.

     Другой аспект свободы, на который обращает внимание Монтескье, - это политическая свобода в её отношении уже не к государственному устройству, а к отдельному гражданину. Она заключается в безопасности гражданина. Рассматривая средства обеспечения такой безопасности, Монтескье придает особое значение доброкачественности уголовных законов и судопроизводства. «Если не ограждена невинность граждан, то не ограждена и свобода. Сведения о наилучших правилах, которыми следует руководствоваться при уголовном судопроизводстве, важнее для человечества всего прочего в мире. Эти сведения уже приобретены в некоторых странах и должны быть усвоены прочими»[6].

     Теоретической формулой для французского революционного движения против королевского деспотизма и феодально-аристократического строя во имя «прирожденных прав человека» послужили некоторые мысли и изречения Ж.Ж.Руссо, который довел учение естественной школы до крайних ее последствий. Сопоставляя идеал естественного права с окружающей его действительностью, Руссо пришел к полному и всестороннему осуждению последней. По природе, учил он, человек рождается свободным; между тем мы видим его повсюду в оковах. По природе все люди равны; между тем контраст богатства и нищеты составляет явление повсеместное; по природе все люди братья; между тем мы всюду можем наблюдать ожесточенную борьбу сословий. Словом, в учении Руссо можно найти все элементы знаменитой формулы "свобода, равенство и братство", послужившей лозунгом Французской революции.

     Общепризнанным лидером французского Просвещения был выдающийся писатель и философ Вольтер (псевдоним, настоящее имя – Франсуа Мари Аруэ). Взгляды на политику, государство, право и закон вкраплены в самые разные произведения писателя, и соседствуют в них с рассуждениями на иные темы. Он наметил программу французского Просвещения, поставил ряд фундаментальных методологических проблем и заложил основы просветительской критики религии. Вольтер как представитель школы естественного права признает за каждым индивидом существование неотчуждаемых естественных прав: свободу, собственность, безопасность, равенство. Однако когда Вольтер говорил о равенстве, он имел в виду формальное равенство перед законом, то есть отмену феодальных привилегий и установление равной для всех гражданской правоспособности, но отнюдь не равенство общественного положения. «В нашем несчастном мире, - говорил он, не может быть, чтобы люди, живя в обществе, не разделялись бы на два класса, один класс богатых, другой - бедных».

     Заметный вклад в разработку доктрины и конституционно-правовой практики разделения властей внесли американские мыслители Т.Пейн, Т. Джефферсон, А. Гамильтон и др. С республиканских и демократических позиций права человека обосновывал Т. Джефферсон (1743-1826). В подготовленной им Декларации независимости Соединенных Штатов Америки (принята 4 июля 1776 г.) была сформулирована идея неотчуждаемых прав человека. Декларация стала первым официальным документом, закрепившим эти права. Теоретические представления о неотчуждаемых естественных правах человека, увязанные с учением о разделении властей, сыграли важную роль в процессе формирования конституционализма и заметно повлияли на раннебуржуазное конституционное законодательство и государственно-правовую практику.

     Это влияние отчетливо проявилось, например, в Конституции США 1787 г., в Билле о правах 1789-1791 гг., во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г., в целом ряде других актов. Примечательна в данной связи ст. 16 французской Декларации, которая гласит: «Общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделение властей, не имеет конституции»[7]. Права и свободы человека и гражданина, провозглашенные во французской Декларации 1789 г., приобрели общемировое звучание и стали императивами обновления и гуманизации общественных и государственных порядков. Эта Декларация оказала огромное воздействие на процессы борьбы против «старого режима» во всем мире, за повсеместное признание и защиту прав человека и гражданина, за практическую реализацию идей правового государства.

     Из вышеизложенного следует, что становление и развитие прав человека имеет длительную историю, сопровождается борьбой доктрин и традиций, характерных для той или иной страны. Несмотря на давность возникновения самой идеи прав человека, подлинный смысл они обретают только на основе принципов демократии, свободы, справедливости, формального равенства, признания самоценности человека. На такой основе стало возможным формирование правовых государств, одним из главных признаков которых является верховенство прав человека. Права человека являются одной из высших культурных ценностей, поскольку они ставят личность в центр всех процессов общественного развития, определяют его свободу и равноправие. Как писал русский правовед Борис Николаевич Чичерин: «В здравой теории, также как и в практике, свобода только тогда становится правом, когда она признается законом, а установление закона принадлежит государству»[8].

1.Великая хартия вольностей

а)Исторические условия  появления Хартии.

     В истории европейских обществ едва ли можно указать внешнее событие, которое бы имело такое глубокое, определяющее значение для всей последующей истории общества, как нормандское завоевание, отдавшее англо-саксонскую Англию и её судьбу в руки нормандского герцога и его сборной дружины. Без преувеличения можно сказать, что ни политическая, ни социальная, ни даже экономическая эволюция средневековой Англии не может быть понята тем, кто не уяснил себе в надлежащей мере общего характера и смысла этого события, последствия которого дают себя знать на каждом шагу при изучении как общего хода этой эволюции, так и её крупнейших моментов.

     Свой поход на Англию Вильгельм Завоеватель постарался обставить по возможности убедительными, чисто юридическими аргументами, выставляя себя законным истцом своих прав на англо-саксонскую корону.

     Не только Европе, но и самим англосаксам каждым своим шагом Вильгельм старался показать, что он законный наследник Эдуарда Исповедника, что он лишь требует того, что ему следует по закону, как и всякому другому англо-саксонскому королю. Вступив после Гэстингской победы (1066г.) в Лондон, он короновался в Уэстминстере короной англо-саксонских королей по англо-саксонскому обряду и мог считать себя вполне законным королём англо-саксов; всех, кто не желал подчиняться ему, он рассматривал как мятежников, восставших против своего законного государя и заслуживающих за это суровой кары.

     И в политическом, и в социальном  отношении нормандское завоевание  очень мало похоже на обычное  завоевание, обыкновенно производящее  резкие перемены и в политическом, и в социальном строе покорённого  народа. Оно как будто оставляло  в этом смысле всё по старому,  скорее напоминая чисто динамический  переворот, чем покорение одного  народа другим.

     Историческое развитие английского  государства в XI-XIII вв. как и  развитие любого феодального  государства, заключало в себе  две противоборствующие тенденции.  Как указывал Ф.Энгельс, история  феодальных государств – это  история “длившейся столетия  переменчивой игры силы притяжения  вассалов к королевской власти  как к центру, который один  был в состоянии защищать их  от внешнего врага и друг  от друга,  и силы отталкивания от центра, в которую постоянно и неизбежно превращается эта сила притяжения…”. Король представлял собой вершину всей феодальной иерархии, верховного главу, без которого феодалы не могли обойтись и по отношению к которому они одновременно находились в состоянии непрерывного мятежа. Причина этой непрерывной борьбы заключалась в основном отношении всего феодального порядка – в отдаче земли в ленное владение за определённую службу и повинности.

     Вместе с тем, в условиях  после нормандской Англии проявление  этих типичных для феодального  государства тенденций приобрело  значительные особенности. Используя  выражение Ф.Энгельса, можно сказать, что силы притяжения к центру в Англии XI-XIII вв. значительно преобладали над силами отталкивания. Основной тенденцией развития английского государства в этот период являлось укрепление государственной централизации и прогрессирующее усиление королевской власти.

     Новейшие исследования до нормандского  периода истории Англии позволяют  заключить, что ещё в условиях  раннефеодальной англосаксонской  Англии, накануне нормандского завоевания, здесь сложилась достаточно сильная  королевская власть(Савелло К.Ф.  Раннефеодальная Англия 1977). Нормандское  завоевание послужило внешнеполитическим  фактором, который укрепил сильную  власть короны и воспрепятствовал  возможной децентрализации страны. Используя англосаксонскую политическую  традицию, а ещё в большей степени  – сам фактор завоевания, необходимость  сплочения завоевателей перед  лицом массы завоёванных, Вильгельм  I утвердил в Англии следующие  принципы в отношениях короны  с феодалами и другим свободным  населением страны.

     Во-первых, король признавался верховным  собственником всей земли, а  все землевладельцы – её держателями  или непосредственно от короля (великие бароны и крупные рыцари, позже получившие название “малых  баронов”), или от непосредственных  держателей (средние и мелкие  рыцари, другие свободные держатели).

      Во-вторых, не только непосредственные  держатели являлись вассалами  короля. В 1085г. в Солсбери Вильгельм  I потребовал от всех военных  держателей – держателей рыцарских  феодалов – присяги на верность. В связи с этим феодалы всех  рангов обязаны были нести  военную службу только в пользу  короля, отправляя другую часть  своих вассальных обязанностей  в пользу своих непосредственных  сюзеренов, если им не являлся  сам король. Поэтому для феодальной  иерархии и иерархии землевладельцев  в Англии характерно деление  на коренных, или непосредственных, вассалов и под вассалов короля.

     Таким образом, в результате  нормандского завоевания в Англии XI в. произошло реальное соединение  в одном лице феодального сюзерена  и политического суверена в  масштабе всей страны, что наделило  королевскую власть могуществом,  неизвестным в тот период феодальным  монархиям на континенте, и, в  частности, значительно большими  средствами для вторжения в  сферу отношений феодальных собственников.(Берг  М.А. Исследования по истории  английского феодализма в XI-XIII вв. 1962).    

     С середины XII в. указанные факторы  централизации, вытекающие в значительной  мере из завоевания, стали дополняться  глубокими внутренними, экономическими  и социальными процессами, которые  сами объективно содействовали  дальнейшему укреплению государственного  единства и сильной королевской  власти. Быстрое развитие товарно-денежных  отношений имело ряд важных  последствий. Сопутствующее ему  обострение классовой борьбы  вызвало поддержку государственной  централизации прежде всего со  стороны средних и мелких феодалов. В то же время, в условиях  Англии, при дальнейшем расширении  существовавшего там слоя свободного  крестьянства, даже крупным феодалам  требовалась в целях эффективной  эксплуатации лично свободных  крестьян сильная государственная  машина. Далее, можно констатировать  быстрое и раннее складывание  в Англии единого рынка, происходившее  при централистских симпатиях  горожан. Поддержка рыцарством  и горожанами сильной королевской  власти и заинтересованность  в ней крупных феодалов играли  большую роль в расстановке  социально-политических сил. Развитие  товарно-денежных отношений приводило  к разложению крупных вотчин, росту прослойки мелких рыцарей,  горожан и одновременному подрыву экономического могущества крупных феодалов. Таким образом, происходило постепенное увеличение численности и экономической роли союзников сильной королевской власти, обусловившее известную слабость и непоследовательность позиции феодальной знати.

     Более того, следует отметить  начавшийся процесс складывания  своеобразного политического союза  рыцарства, горожан, верхушки  свободного крестьянства. Все эти  социальные группы обычно выступали  единым фронтом как в столкновениях  с феодальной аристократией, так  и при оппозиционных выступлениях  против королевской власти, когда  традиционный союз с ней временно  нарушался.

     Складыванию такого союза способствовало  сближение указанных социальных  слоёв в экономическом, а также  – и это важная особенность  развития Англии – в правовом  отношении. Мелкие рыцари, горожане, свободное крестьянство, наряду  с крупными феодалами, юридически  являлись “свободными держателями  земли”- фригольдерами(free hold-свободное  держание). Фри гольд был с формально-юридической  точки зрения лишён признаков  классовой и даже сословной  принадлежности: он был универсальной  формой юридического признания  феодального землевладения(Барг  М.А.). В Англии XIIIв. фри гольд  различался практически лишь  по признакам формальным, и прежде  всего – по роду связанных  с ним повинностей. Среди разновидностей  фри гольда выделялись военно-рыцарское  держание, которое после введения  института “щитовых денег” стало  доступно не только рыцарям,  свободный сокаж – держание  за ренту, служилое держание  – сержантерия, держание по  городскому праву – бургаж, церковное  держание – на “свободной  милостыне”. Конечно, за формальной  общностью “держаний свободных  людей” скрывались довольно острые  классовые противоречия. Однако  в целом социальная база феодальной  монархии с сильной властью  короля в Англии была не  просто более широкой, чем впоследствии  на континенте, но и более сплочённой, однородной.

     Расширение социальной опоры  королевской власти, рост экономической  и политической мощи её союзников  позволил короне со второй  половины XIIв. начать проведение  эффективных общегосударственных  мер по закреплению государственной  централизации и укреплению самих  основ своего могущества. Среди  этих основ можно выделить  следующие:

     1.Права короны, связанные с несением  в её пользу военной службы. Генрих II (1154-1189) распространил предписание  Вильгельма I в отношении военных  держателей на всех свободных  граждан (ассиза “О вооружении”  1181г.). Предоставление феодалам права  замены личной воинской повинности  уплатой «щитовых денег» подорвало  гегемонию крупных феодалов в  вооружённых силах страны и  позволило приобрести средства  для содержания наёмного рыцарского  войска.

      2.Корлевские прерогативы в области  суда. Вслед за англосаксонскими  королями и Вильгельмом I, Генрих II предпринял дальнейшее расширение  пределов королевской юрисдикции  за счёт сеньориальных курий  (судов крупных феодалов). Великая,  Кларендонская (1166г.) и Нортгемптонская  (1176г.) ассизы знаменовали определённый  шаг по пути ограничения иммунитетных  прав крупных феодалов в области  суда и административного управления, наносили удар по судопроизводству  с применением ордалий и судебного  поединка, практиковавшихся в сеньориальных  судах. Так, Великая ассиза  разрешала всякому свободному  держателю вести дело по иску  «о праве собственности» при  помощи расследования через присяжных.  Для этого нужно было перенести  дело из суда феодала в королевский  суд, купив королевский «приказ  о праве»(writ of right). Одной из разновидностей таких приказов был приказ praecipe quad reddat. Он содержал предписание о немедленном возвращении истцу спорного держания, а в случае сопротивления ответчика шерифу предписывалось вызвать последнего в королевский суд для дачи объяснений. Кларендонская и Нортгемптонская ассизы позволили расширить компетенцию королевских судов за счёт включения важных уголовных дел, которые подлежали расследованию через «обвинительных присяжных». В самом конце XIIв. из королевской курии выделился Суд общих тяжб, который стал высшей инстанцией по гражданским делам.

     3.Права короны в области административного  управления. Мероприятия ГенрихаII обеспечили  свободный доступ шерифам в  феодальные курии и на любую  территорию для поимки лиц,  обвиняемых в уголовных преступлениях  (Кларендонская ассиза). Шерифы, назначаемые  королём обычно из мелких рыцарей,  обладали высшей военной, административной, фискальной и судебной властью  на территории графства. Кроме  того, со времени ГенрихаII прочно  утвердился контроль над местным  самоуправлением с помощью системы  разъездных судов (Нортгемптонская  ассиза).

     Наименее удачными были попытки  подчинить церковь. Со времени  Вильгельма I духовенство владело  землями на сходных со светскими  феодалами условиях, однако между  короной и римскими папами  постоянно возникали коллизии  по поводу верховенства в делах  церкви и по вопросам взаимоотношений  короля с английским духовенством. Мероприятия ГенрихаII (Кларендонские  конституции 1164г.), в которых содержалась  попытка подчинить духовенство  и церковные суды королевской  власти и дать в руки короны  право замещения вакантных высших  церковных должностей, не были  проведены в жизнь ввиду сильной  церковной оппозиции.