Убийства по мотивам кровной мести

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………6

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСОБА ОПАСНОГО УМЫШЛЕННОГО УБИЙСТВА ПО МОТИВУ КРОВНОЙ МЕСТИ……………………………...10

1.1. Понятие и правовая  природа умышленных убийств……………………..10

1.2. Основные подходы  к понятию убийства по мотиву кровной мести…….18

1.3. Понятие потерпевшего  по убийству по мотиву кровной мести…………31

2. ПРИЗНАКИ СОСТАВА  ПРЕСТУПЛЕНИЯ И ИХ ЗНАЧЕНИЕ  ДЛЯ КВАЛИФИКАЦИИ УБИЙСТВА ПО МОТИВУ КРОВНОЙ МЕСТИ………35

2.1. Объект преступления……………………………………………………….35

2.2. Объективная сторона преступления……………………………………….44

2.3. Субъект преступления……………………………………………………...49

2.4. Субъективная сторона преступления……………………………………...55

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….72

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………..……………..76

ВВЕДЕНИЕ

Северный Кавказ –  уникальный регион с древнейшей историей, в котором исторически сложилась  самобытная, яркая и устойчивая система  организации социальной жизни и  политико-правовых институтов. Вместе с тем обычаи и традиции, массовый возврат к которым отмечается последнее десятилетие, среди горских народов вызывают самую разную реакцию.

В условиях обновления социальных, экономических, а во многих случаях  морально-этнических отношений в  обществе, необычайно возросло этническое самосознание народов Северного Кавказа, отмечается новая волна повышенного интереса к истории и культуре своего народа, к национально культурным традициям, ко всему, что несет на себе признак местного, самобытного, этнически-дифференцированного.

В такой обстановке отдельные  черты исторически отброшенного, устаревшего, общественно-негативного иногда воспринимаются как специфически-национальное, старозаветно завещанное, как «кодекс предков».

Как показатель, на рубеже нового тысячелетия количество убийств  совершенных по мативу кровной мести, составило по данным за 2011 год 10-15% всех зарегистрированных в регион преступлений.

Обеспечение безопасности личности, прав и свобод человека и  гражданина от преступных посягательств  является приоритетным направлением современной уголовной политики России. Это требование исходит из ст. 2 Конституции РФ, где указано, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью», а в обязанности государства входит «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина».

Жизнь человека представляет собой важнейшее, от природы данное ему благо, основополагающую социальную ценность; лишение жизни является необратимым и означает прекращение существования индивида, личности, члена общества. Эффективное обеспечение безопасности личности невозможно без охраны жизни человека.

Действующее уголовное  законодательство Российской Федерации  содержит целую систему норм, устанавливающих  ответственность за посягательства на жизнь. Борьба с преступностью  является одним из важнейших направлений  государственной политики России. При этом наиболее опасными являются преступления против личности, включая умышленные убийства.

Законодатель попытался  максимально дифференцировать ответственность  за убийства, предусмотрев как более  мягкую, так и повышенную ответственность за убийство в зависимости от влияния того или иного обстоятельства на степень общественной опасности деяния.

В уголовно-правовой литературе к раскрытию содержания мотива убийства кровной мести, предусмотренного п. «е 1» ч. 2 ст. 105 УК РФ, прибегают крайне редко, несмотря на возросшую актуальность проблемы борьбы с данными преступлениями.

Следует отметить, что в следственной и судебной практике по делам об убийствах из-за недостаточного понимания  роли мотивов и целей и их уголовно-правового  значения отмечается высокий процент ошибок, возникающих при установлении и юридической оценке мотивационной сферы преступного поведения. Обобщение материалов следственно-судебной практики по делам об убийствах свидетельствует, что следствие и суд зачастую игнорируют требование закона о том, что установление мотива преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

На всем протяжении существования  российского уголовного законодательства норма о таком убийстве не претерпела существенных изменений, хотя само преступление значительно дифференцировалось применительно к изменившимся социальным условиям.

Несмотря на то, что особо тяжкие преступления против жизни традиционно  относят к преступлениям с наименьшей латентностью, есть основания для вывода о том, что убийство по мотиву кровной мести обладает свойствами изменения динамики латентности в сторону ее возрастания. И связано это с тем, что в современных условиях убийства по мотиву кровной мести совершаются не спонтанно, носят тайный характер, планируются, тщательно готовятся, а также усложнился механизм их совершения.

Квалификация убийств, совершенных  по мотиву кровной мести, вызывает на практике определенные трудности, в  первую очередь связанные с неоднозначной уголовно-правовой оценкой действий виновных, умением правильно отграничить данное преступление от смежных с ним деяний.

Изложенные выше положения, обосновывающие актуальность и значимость исследования убийства, совершенного по мотиву кровной мести, послужили основой не только для выбора темы, но и определили характер и направление исследования.

Объектом исследования выступает  совокупность общественных отношений, возникающих по поводу совершения убийств  по мотиву кровной мести.

Предмет исследования включает в себя нормы действующего уголовного законодательства об ответственности за убийства, совершенные по мотиву кровной мести, следственно-судебная практика, статистические показатели по данной категории деяний, а также факторы, детерминирующие осуществление данных преступлений и меры по их предупреждению.

Основная цель работы состоит в  том, чтобы на основе теоретических  исследований, изучения эмпирического  материала и статистических данных провести комплексное уголовно-правовое изучение состава убийства по мотиву кровной мести, разработать научно обоснованные предложения, направленные на совершенствование уголовного законодательства, а также практики применения уголовно-правовых средств борьбы с рассматриваемым преступлением.

Эта цель опосредуется более конкретизированными задачами исследования:

- провести историко-правовой анализ кровной мести в нормах обычного права;

- провести анализ объективных и субъективных признаков убийства, совершенного по мотиву кровной мести;

- уяснить понятие и сущность кровной мести;

- выявить факторы, детерминирующие совершение убийств по мотиву кровной мести и определить меры его предотвращения;

- разработать предложения, направленные на совершенствование уголовного законодательства об ответственности за убийство по мотиву кровной мести и практики его применения.

Дипломная работа состоит из двух глав. В первой главе изложены общие характеристики особо опасных умышленных убийств, дано понятие кровной мести, отраженно понятие потерпевшего по убийству по мотиву кровной мести. Во второй главе речь идет о признаках состава преступления и их значении для квалификации убийства по мотиву кровной мести. Так же раскрыты понятия объекта, объективной стороны преступления, субъекта, субъективной стороны преступления.

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА  ОСОБО ОПАСНОГО УМЫШЛЕННОГО УБИЙСТВА  ПО МОТИВУ КРОВНОЙ МЕСТИ

1.1. Понятие и правовая  природа умышленных убийств

Понятию убийства всегда уделялось большое внимание. До принятия Уголовного кодекса РФ в 1996 г., в котором впервые было дано легальное определение понятия убийство, каждая научная работа, посвященная этой теме, начиналась с дискуссии о его понятии. Высказывались различные определения понятия убийства.

В настоящее время  в ч. 1 ст. 105 УК РФ дано законодательное определение убийства. Убийство – это умышленное причинение смерти другому лицу. Данное определение как мы видим, в основных чертах соответствует понятию убийства, выработанному теорией уголовного права. Имеется лишь одно, но весьма существенное различие. Согласно принятому ранее взгляду убийством считалось как умышленное, так и неосторожное лишение жизни другого человека. Теперь же в определении данного преступления совершенно четко говориться только об умышленном причинении смерти. Норма о неосторожном убийстве носит название «причинение смерти по неосторожности» (ст. 109 УК РФ).

Справедливо следует  отметить, что такое же мнение существовало в теории уголовного права задолго  до принятия УК РФ 1996 г.

Это краткое определение  связано не только с юридическими, но и иными характеристиками убийства и потому требует глубокого анализа.

Российское уголовное  законодательство устанавливает ответственность  за преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Наибольшую опасность среди преступлений, направленных против личности, представляет убийство¹.

Прежде всего, убийство представляется таким деянием, которое  прерывает, прекращает жизнь человека и причиняет смерть. Поэтому возникает  необходимость определиться в содержании понятий жизни и смерти.

На первый взгляд может  показаться, что в раскрытии понятия  убийства, вообще нет необходимости, так как это понятие само по себе достаточно ясно. Между тем  понятие убийства в житейском  смысле не раскрывает и не может  раскрыть юридической характеристики данного преступления.

С позиции биологии жизнь  человека включает в себя «обмен веществ  с окружающей средой, в ходе которого организм как открытая система получает извне вещества, служащие строительным материалом, обеспечивающим его рост и развитие...»².

Для определения понятия убийства необходимо установить существенные признаки, которые позволят раскрыть суть убийства. Но сначала нужно выяснить содержание понятий жизни и смерти, поскольку убийство непосредственно связано с лишением жизни и причинением смерти.

В уголовно-правовом смысле понятие «убийство» неразрывно связано  с понятием жизни и смерти человека. Жизнь человека, с биологической  точки зрения, состоит в непрерывном  обмене веществ, питании и выделении.

С прекращением этих функций прекращается и жизнь. Согласно ст. 20 Конституции РФ, каждый имеет право на жизнь. Жизнь человека охраняется государством посредством законодательства, в частности-уголовного³.

Для того чтобы уголовное законодательство могло действительно защитить жизнь человека, нужно определить временные границы жизни. Что касается момента ее окончания, то в литературе нет сколько-нибудь существенных разногласий по этому поводу и многие авторы определяют момент окончания человеческой жизни моментом наступления так называемой биологической смерти, т.е. состояния, когда происходит необратимая гибель центральной нервной системы, остановка сердца и прекращение дыхания⁴.

Приведенное положение  имеет важное уголовно-правовое значение: в случае оживления организма  потерпевшего, находившегося в состоянии клинической смерти после умышленных действий, направленных на лишение его жизни, все содеянное следует квалифицировать как покушение на убийство; умышленное лишение жизни человека, находящегося в состоянии клинической смерти, следует считать умышленным убийством; умышленные действия, направленные на убийство уже умершего, являются покушением на негодный объект.

Наступление биологической  смерти человеческого организма считается безусловным по истечении 30 минут с момента выявления всех вышеописанных признаков. Биологическая смерть наступает вследствие естественного и неизбежного старения человеческого организма, хотя не исключается и так называемая патологическая смерть, когда все вышеописанные признаки наступают вследствие какой-либо болезни.⁵ Но для того, чтобы установить временные границы уголовно-правовой защиты жизни человека, нужно еще определить и момент ее начала, т.е. тот момент, когда человек уже может считаться полноправным членом общества.

Некоторые авторы, например С.В. Бородин,  предлагают считать моментом начала жизни мгновение, с которого организм ребенка способен самостоятельно функционировать и полностью отделен от организма матери. Данная позиция вызывает большие сомнения, т.к. в этом случае умертвление уже родившегося ребенка, но которого с организмом матери еще связывает пуповина, или же ребенка во время родов, у которого из утробы матери уже показалась головка, не считалось бы убийством в уголовно-правовом смысле.

Это представляется неправильным даже потому, что в УК 1996 г. введена статья, устанавливающая ответственность за лишение жизни ребенка матерью сразу же после родов или во время их (ст. 106 УК РФ) и Уголовный кодекс называет такие действия убийством. Поэтому более правильной представляется позиция Б. Сарыева, который считает, что «…не просто начало родов, а тот его момент, когда плод стал, виден из утробы матери (и стал, таким образом, сам по себе доступен посягательствам), и следует признать с точки зрения уголовного права началом жизни. Именно с этого момента всякие попытки умертвить плод становятся убийством.»⁶.

Исходя из подобного  определения границ человеческой жизни  можно сделать вывод, что любое  противоправное посягательство на жизнь  другого человека в рамках этих границ, причиняющее смерть, является убийством.

Такая позиция, по крайней мере, явно прослеживалась в УК РСФСР. В нем, в частности, убийством признавалось как умышленное, так и неосторожное лишение жизни другого человека. УК РФ убийством признает лишь любое противоправное умышленное лишение жизни другого человека, а те же деяния, но совершенное по неосторожности, обозначает термином «причинение смерти». В данном случае логика законодателя не совсем ясна, ибо в русском языке «убийство» и «причинение смерти» являются синонимами.

В частности, В. Даль определяет слово «убить» как зашибить или ударить до смерти, а «убийство» как лишение кого-либо жизни как преступление. По словарю Ожегова «убить» значит лишить жизни, а «убийство» - преступное лишение жизни кого-нибудь. И ни в одном случае не упоминается о форме вины. Н.И. Загородников говорил по данному поводу, что «…глагол «убить» часто употребляется при любом насильственном причинении смерти, при этом имеется в виду как преступное, злонамеренное, так и неосмотрительное и даже случайное причинение смерти».⁷

Правильной представляется позиция Б. Сарыева, который говорит, что «…вряд ли простое «переименование»…неосторожного убийства в неосторожное лишение жизни что-либо может изменить. Ведь правосознание граждан причисляет к убийству любое лишение жизни, не различая ни форм вины, ни случайности («убило током» и т.п.). Тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего, в правосознании граждан  тоже расценивается как убийство, хотя закон ни прежде, ни ныне указанное деяние убийством не считал и не называл… Перемена названия ничего не изменит в оценке данного деяния правосознанием граждан, следовательно, цель, ради которой хотят эту перемену произвести, вряд ли будет достигнута».⁸

Тем не менее, убийством  по уголовному праву признается предусмотренное  Особенной частью Уголовного Кодекса противоправное, виновное, умышленное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть.

Тот факт, что глава 16 УК РФ «Преступления против жизни  и здоровья» оказалась первой в Особенной части (в отличие  от УК РСФСР, где подобная глава находилась на третьем месте) говорит о том, что государство в числе приоритетных задач уголовного права ставит защиту жизни личности. Об этом же говорит и то, что наказания за убийства (кроме убийств со смягчающими обстоятельствами) увеличились.

В силу ч. 5 ст. 15 УК РФ, так называемое простое убийство (ч. 1ст. 105 УК РФ) и убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ) относятся к категории особо тяжких преступлений. Но для того, чтобы уголовно-правовой механизм защиты жизни в полном объеме выполнял свои функции (как карательные, так и превентивные) и тяжесть совершенного убийства соответствовала строгости наказания, нужно, чтобы совершенное преступление было правильно квалифицировано.

На практике квалификация убийств вызывает большие затруднения, как у следователей, так и у судей, следствием чего является отмена приговора вышестоящей инстанцией и отправка дела на доследование.

А все дело в том, что  расследование дела об убийстве (как  предварительное, так и судебное) проводятся «однобоко», не выясняются истинные мотивы и цели преступника, а также остальные элементы преступления, характеризующие субъективное отношение убийцы к содеянному. К тому же нельзя оставлять без внимания и другие обстоятельства дела. Только их анализ в совокупности и каждого из них в отдельности может дать точную картину совершенного преступления и применить уголовно-правовую норму в соответствии с ее точным смыслом.

После установления содержания понятий жизни и смерти можно  остановиться на признаках убийства, которые выделяются теорией уголовного права.

Первым признаком убийства является насильственный характер смерти, который выражается в том, что смерть потерпевшему причиняется путем принудительного воздействия на него.

Второй признак убийства – противоправность. Противоправность - признак любого преступления, поэтому убийство - это противоправное причинение смерти другому человеку. В связи с этим нельзя считать убийством причинение смерти при правомерной необходимой обороне, приведение в исполнение судебного приговора к смертной казни, лишение жизни противника на войне. Во всех этих случаях отсутствует противоправность, а следовательно, и преступление⁹.

Он выражается в том, что убийство преследуется по закону, как деяние, предусмотренное Особенной частью УК РФ. Именно по этому признаку мы можем ограничить убийство от правомерного лишения жизни. При этом под правомерным лишением жизни следует понимать случаи причинения смерти в состоянии необходимой обороны, а также при приведении в исполнение смертного приговора. Хотя недавнее постановление Конституционного суда определило, что применение смертной казни как наказания, является неконституционным и впредь применяться судами не должно. Наконец, IV Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны 1907 года признает вполне законным применение военного насилия, включая физическое уничтожение, в отношении сражающихся лиц (комбатантов) вражеской армии.

Третий признак убийства заключается в том, что убийство – это всегда предусмотренное Особенной частью УК виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть. По этому признаку убийство отличается от случайного причинения смерти.

Убийство всегда выражается в противоправном лишении жизни  другого человека (не самоубийство и не пособничестве ему). Причинение смерти самому себе - самоубийство не подлежит уголовно-правовой оценке, поскольку не является преступлением. История отечественного уголовного законодательства знает и другой подход в оценке самоубийства¹⁰.

Просьба об убийстве со стороны другого лица (например, безнадежно больного, испытывающего невыносимые физические страдания человека) не исключает ответственности за это преступление.

Наконец, четвертым признаком  убийства является лишение жизни  другого человека.

На основании вышеперечисленных признаков можно сформулировать следующее определение убийства.

Убийство - это умышленное, противоправное лишение жизни другого человека или причинение ему смерти по неосторожности независимо от возраста и состояния его здоровья.

Легальное определение  понятия убийства, данное в ч. 1 ст. 105 УК РФ, не поставило точку в  названном споре ученых. Многие из них не отрицают законное определение  убийства, а предлагают лишь дополнить  его. Предлагаемое дополнение связано  с тем, что убийство другого человека  в отдельных, установленных законом случаях составляют необходимый признак, объективной стороны другого преступления (например, посягательство на жизнь государственного и общественного деятеля – ст. 277 УК РФ). Поэтому, определяя убийство, по их мнению необходимо указать, что жизнь человека является непосредственным объектом посягательства. Данное пополнение, на мой взгляд, справедливо.

Исходя из сказанного, убийство следует определить как  умышленное, противоправное лишение  жизни другого человека, когда человеческая жизнь является непосредственным объектом преступления

Но в юридической  литературе встречаются попытки  дать иное определение убийства. Так, М.Д. Шаргородский определял убийство только как «умышленное лишение  жизни другого человека». Он считал, что неосторожное лишение жизни целесообразно убийством не называть, применяя этот термин только в отношении умышленных деяний. Эта точка зрения не была поддержана учеными. Н.И. Загородников писал, что «глагол убить часто применяется при любом насильственном причинении смерти, при этом имеется в виду как преступное, злонамеренное, так и неосторожное и даже случайное причинение смерти». Он указывал, что признание неосторожного причинения смерти не убийством, а иным преступлением может быть воспринято, как попытка снизить общественную опасность и отрицательную оценку неосторожного убийства¹¹.

Кроме того, недостатком  этого определения является и  отсутствие в нем признака убийства как «противоправность», без которого убийство нельзя отличить от случаев правомерного лишения жизни.

Сам же Н.И. Загородников к приведенному выше определению  убийства добавлял: «… когда причинение смерти является основанием уголовной  ответственности». Эту позицию критиковал С.В. Бородин, который заметил, что  «основанием уголовной ответственности при убийстве является нечто иное, как убийство… поэтому вряд ли можно внести существенное уточнение в определение понятия убийства, указав, что при убийстве основанием уголовной ответственности является убийство».

Объектом убийства является жизнь другого человека. Жизнь, не только как биологический процесс (деление клеток), но и как определенное общественное отношение, закрепляющее положение личности в обществе и обеспечивающее возможность беспрепятственного пользования основным благом личности - жизнью.

Объектом преступления является жизнь любого человека независимо от возраста, состояния его здоровья или жизнеспособности, поэтому убийством  признается как противоправное лишение  жизни младенца, так и пожилого человека, как вполне здорового, так и безнадежно больного.

1.2. Основные подходы к понятию убийства по мотиву кровной мести

Российский уголовный  закон, устанавливая ответственность  за убийство, включает в число отягчающих это преступление обстоятельств  кровную месть (статья 105, часть 2, п. «е 1»). Однако, что понимается под этим термином, не поясняет ни сам текст Уголовно кодекса РФ, ни комментарии к нему.

Примечательно, что в  Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве» (ст. 105 УК РФ) рассмотрены все пункты статьи 105 части второй, однако, по пункту «л» нет каких-либо разъяснений, хотя неясностей много. Определение понятия как такового остается и вне поля зрения исследователей.

Обычаи это исторически сложившиеся и передаваемые из поколения в поколение наиболее устойчивые нормы и правила взаимоотношений между людьми, охраняемые общественным мнением и характерные для семейно бытового уклада жизни определенного народа или группы, близких по своему историческому прошлому, языку и культуре.¹²

В русской литературе встречается такое понятие обычая, как общепринятый порядок, традиционно  установившиеся правила общественного  порядка; привычный образ действий, поведения, привычка.¹³ Обычай - унаследованный стереотипный способ поведения, который воспроизводится в определенном обществе или социальной группе и является привычным для их членов.

Обычаи и традиции коренятся в материальных жизненных  отношениях и, вместе с тем, являются продуктами определенных общественно исторических условий. В них, как в зеркале, отражаются почти все признаки, черты и элементы культуры того или иного народа, они составляют как бы «скелет соответствующей культуры».

Изучая культуру определенного  народа, можно выделить характерные  черты обычаев в целом: они исходили от рода, племени и выражали его волю и интересы; действовали в силу не только привычки, но и осознания необходимости ее соблюдения в интересах всего племени или рода, слепое подчинение им обусловлено страхом перед гневом богов и предков (старейшин рода, племени), они поддерживались общественным мнением, а в отдельных случаях их соблюдение обеспечивалось мерами принуждения (например, изгнание из рода или племени и др.).

Следует заметить, что  каждому народу присущи свои традиции и обычаи, при этом некоторые из них пережиты или имеются у всех народов. Это касается и обычая кровной мести, упоминание о котором встречается на различных ступенях развития, цивилизации, причем как в общественно-политической, так и в художественной литературе¹⁴.

Обычай кровной мести  до последнего времени действует  у ряда народностей, в том числе  и с высоким уровнем культуры. Он сохранился до 19 столетия в ряде европейских стран: албанцев, на Корсике, в некоторых горных областях Греции, на Аравийском полуострове, в Индии и др. Сохранился этот обычай и в ряде регионов Российской Федерации - Дагестане, Чечне, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии.

Необходимо иметь в  виду, что каждое новое поколение  вносит свой вклад в уже существующие традиции, что обусловлено конкретными историческими событиями, новыми правилами поведения людей, особыми климатическими условиями и т.п.

Важно также отметить, что обычай кровной мести среди  разных общностей, признающих его, имеет  разную силу, и в этом смысле очень  трудно, по большому счету, решить в какой, в той или иной, общности обычай кровной мести изжил себя, потерял свое былое значение¹⁵.

У балкарцев, например, с  ослаблением тукума месть была заменена системой выкупов, выражавшихся вначале  в натуральной, а затем и в денежной форме. Кровная месть в Балкарии и Карачае потеряла силу, очевидно, во времена позднего средневековья. Но случаи кровной мести в Балкарии известны и в конце прошлого столетия. И все же, как правильно замечает Е.З. Баранов, специально занимавшийся изучением быта и законов обычного права балкарцев, «кровомшение в горах не принимает таких широких размеров, какие оно принимает у ингушей, чеченцев и осетин, и его нетрудно предупредить, склонив кровников к примирению».

Другое дело Чечня, где  кровнородственные союзы еще сильны (чеченцы до сих пор идентифицируют себя с тем или иным родом (тейпом), к которому они принадлежат). В Дагестане, тоже можно говорить, что данный обычай весьма распространен (хотя дагестанцы уже давно идентифицируют себя не по роду, не даже с джамаатом, а с национальностью), но все больше его исполнение становится привилегией сильных родов, сформировавшихся кланов.

В этом выражается особая жестокость убийства на почве кровной  мести. Кровная месть не знает  границ. Место, где может осуществиться кровная месть, зависит от места нахождения убийцы или его родственников¹⁶.

Следовательно, кровная  месть может произойти где  угодно (в горах, на поле, в транспорте, за пределами границ племени и  даже государства). Истории известны случаи, когда один из членов племени, в связи убийством своего брата убил несколько человек из другого племени и бежал за границу. Потерпевшая сторона преследовала убийцу и убила его на территории другого гocyдapcтва¹⁷.