Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Античная философия. 98

СОДЕРЖАНИЕ:

I. Античная философия.

1. Раннегреческая натурфилософия.

2. Поворот к человеку – философские учения софистов и Сократа.

3. Платон и Аристотель – систематизаторы древнегреческой философии.

4. Античная философия в период эллинизма. Место античной философии в историко-культурном развитии человечества.

5. Контрольные вопросы по теме.

6. Задание на распознавание понятий.

II. Методология научного исследования.

1. Сущность научного познания. Понятие метода исследования и научного метода.

2. Понятие и сущность методологии.

3. Философские и общенаучные методы научного исследования.

4. Частные и специальные методы научного исследования.

5. Контрольные вопросы по теме.

6. Задание на распознавание понятий.

III. Список литературы.

I. АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ.

1. Древнегреческая философия начинала с переосмысления мифологических представлений о начале мира - конкретно с поиска изначальной стихии, первоначала, т. е. с ответа на вопрос "из чего все возникло?". Мифология, как известно, отвечает на другой вопрос - "откуда?", а еще точнее, "от кого?". Фалес из Милета считал, что когда-то все вещи произошли из воды - из океана. В эту исходную водную стихию они и погружаются, закончив срок своего земного существования, отмеренного очередным "мировым циклом". Фалес, по свидетельству античных авторов, высказывался в том смысле, что "питание всех вещей влажно", что "семена и зерна всего сущего имеют влажную природу", высыхание всего есть смерть. А надобно сказать, что Фалес считал все вещи одушевленными, т. е. живыми. В качестве примера того, что душа есть в вещах, которые принято считать неживыми, он приводил магнит. Было бы неправильно думать, однако, что вода Фалеса есть то, что мы пьем. Нет, это "физис" - жидкий, текучий; наша же питьевая вода - лишь одно из его состояний. Фалесовская вода - природа-сущность, первая и фундаментальная реальность, то, что остается постоянным при всех изменениях-превращениях.

Анаксимандр - ученик и последователь Фалеса, углубляет понятие первоначала. Для него вода , равно как и все остальные вещи и явления мира суть только проявления бесконечного и неопределенного "физиса", названного им апейроном. Апейрон не имеет границ, конца и начала, а значит вечен и неуничтожим. Он - беспредельное, в которое рано или поздно исчезают отдельные, т. е. ограниченные своим пределом, вещи.

Анаксимен, как и его учитель Анаксимандр, полагал, что первоначало бесконечно, но это бесконечное воздух, воздушная стихия. "Совсем как наша душа, - писал он в своей работе "О природе", - воздух поддерживает все и управляет всем; дыхание и воздух обнимают весь космос". И разъяснял: "Воздух - то, что ближе к бестелесному(в смысле, что не имеет формы и границ, тела, и потому невидимо), и мы рождаемся, благодаря его влиянию, значит, он бесконечен и щедр, чтобы никогда не убывать".

Гераклит из Эфеса в качестве первоначальной стихии признавал огонь: "Все обменивается на огонь, и огонь - на все, подобно тому как золото на товары, а товары на золото". Душа - тоже огонь; наиболее мудрая душа и наиболее сухая, а безумие - влажность, сырость. Как никто из древних философов, Гераклит был убежден, что в мире нет ничего неизменного, ничто не повторяется, все преходяще и одноразово. "Все течет", "все изменяется" и "нельзя войти в одну и ту же реку дважды" - прежде всего с этими мыслями и ассоциируется имя Гераклита в истории философии. Реальность любой вещи в становлении, становление же, по мысли Гераклита, представляет собой борьбу противоположностей, контрастностей. "Борьба всеобща и все рождается благодаря борьбе и по необходимости".

В целом же в античной философии в качестве первосущностей так или иначе фигурировали четыре стихии: вода, воздух, огонь и земля. Их полный набор, в частности, мы находим у Эмпедокла.

Анаксагор из Клазомен, однако, полагал, что четырьмя стихиями-корнями нельзя объяснить все качественное многообразие мира. По его учению, существует "неопределенное множество" начал или семян. Семена вещей (Аристотель называл их гомеомериями) сугубо качественны, бесконечно разнообразны. Преобладание того или иного семени определяет отличие вещей друг от друга. Вначале эти семена находились в смешанном, бесформенном, хаотичном состоянии. Позже некий Ум (Нус) вызвал упорядочивающее движение, в результате которого из хаотической мешанины и возникли отдельные вещи.

Несколько особняком в натурфилософской традиции античной философии стоит Пифагор и его школа. Очень яркую и убедительную характеристику пифагорейской мысли дал Аристотель: "Пифагорейцы стали первыми математиками... и поскольку числа по своей природе суть первые начала в математике, то в них они видели и начала всех вещей, более чем в огне, воде, земле... более того, видели, что ноты и аккорды заключаются в числах, и многие другие вещи, и вся реальность кажется образом чисел, отсюда полагали они, что элементы чисел должны быть элементами вещей, а весь универсум был бы гармонией и числом".

Блестящим завершением поиска первосущностей, "корней вещей" стал атомизм Левкиппа и Демокрита. Мир, настаивали эти философы, состоит из атомов и пустоты. Все изменения в нем происходят вследствие соединения, разъединения, различных положений, притяжений и отталкиваний атомов. Атомы неделимы ( atomos по гречески неделимый), непроницаемы, неизменны, вечны и невидимы по причине своей малости. Число их бесконечно. Гладкие, сферические, легко воспламеняющиеся атомы образуют душу. Познание совершается в результате того, что атомы тел испускают флюиды, которые улавливаются нашими органами чувств.

Учение атомистов легло в основу позднейшего европейского научного мировоззрения, стало неотъемлемой чертой самого образа науки.

2. Сократ (469 - 399 гг. до н. э.) - звезда первой величины на небосклоне Древней Греции. К. Маркс справедливо назвал его олицетворением философии. Влияние, оказанное им на прогресс человеческого познания, ощущается до наших дней. Философский интерес Сократа к проблематике человека и человеческого познания знаменовал собой поворот от прежней натурфилософии к философии практической, моральной. Натурфилософы, или фисиологи, пытались ответить на вопрос: "Что такое природа и последняя реальность вещей?". Сократа же мучает другая проблема: "В чем природа и последняя реальность человека?". В молодости Сократ посетил Дельфы и его поразило изречение, начертанное над входом в храм Аполлона: "Познай самого себя" Этот призыв Сократ сделал своим девизом. Познай самого себя, а через это - смысл, роль и границы человеческого познания вообще, по сути, весь мир и свое место в нем.

Сократ считал, что он мудрее других не потому, что он действительно мудр, а потому, что он знает, что его мудрость ничего не стоит перед мудростью Бога. Отсюда его знаменитое изречение: "Я знаю, что я ничего не знаю". Истинное знание - знание в сущности божественное, от Бога. Оно не имеет ничего общего с мнением толпы, случайными влечениями и переменчивыми чувствами. Человек не может сравняться с Богом в мудрости, но и того, что ему доступно, достаточно для нравственной жизни. Добро и зло, по Сократу, - следствие наличия или отсутствия знания, познания. Богатство, власть, слава, здоровье, красота и т. п. "не могут быть по собственной природе благами как таковые, но, скорее, выходит так: если они ведомы невежеством, то способствуют злу наибольшему; если же, напротив, управляемы рассуждением, наукой и познанием, то становятся благами наибольшими; сами по себе ни одни, ни другие цены не имеют".

Сократ - непревзойденный мастер диалога. Считая, что сам он истиной не обладает, Сократ помогал родиться ей в душе другого человека, своего собеседника. Свой метод он уподоблял повивальному искусству - профессии его матери. Отсюда майевтика - метод философствования, состоящий в том, чтобы с помощью искусно поставленных вопросов привести собеседника к истинному знанию. Сократ, таким образом, стоит у истоков рационалистических и просветительских традиций европейской мысли.

3. Платон (427 - 347 гг. до н. э.) - гениальный ученик Сократа, основоположник идеалистической европейской философии. Настоящее его имя - Аристокл. Платон - псевдоним, которому он обязан своим мощным телом и широким лбом ("платос" по гречески полнота, широта, просторность). По учению Платона, мир чувственно воспринимаемых вещей не есть мир истинно сущего, подлинной реальности. В нем нет ничего прочного и устойчивого, все относительно, любая вещь обречена на изменение и гибель.Подлинный, истинно-реальный мир представлен бестелесными образованиями, постигаемыми умом. Их Платон назвал эйдосами или идеями. Каждому классу (группе) чувственных предметов соответствует в истинном, идеальном мире, некоторый "вид" или "идея". По отношению к чувственным вещам идеи суть одновременно и их последние причины (предельные основания), и эталоны (образцы, модели), и цели, и понятия, понятия об общей основе вещей каждого класса, о том, чем они, эти вещи, должны быть по своей сущности или природе. Идеи не вовлечены в вихревой поток становления, в водовороте которого живет мир чувственного. Чувственно воспринимаемые вещи обязаны своим существованием (в той мере, конечно, насколько они подлинны) "причастностью" (приобщением к) идеям. Они - бледные, несовершенные копии этих идей. Мир идей, по Платону, иерархизирован таким образом, что на вершине его находится идея Блага. Свои идеи Платон поместил в "место над небесами", названное им Гиперуранией.

Учением об идеальном мире, мире идей Платон решает проблему общего, универсального - как и почему оно существует в отличие от единичного. Общее для него существует само по себе, а не в единичном, через единичное - как реальность, возвышающаяся над единичным. Например, прекрасное как идея - это не прекрасная девушка, не прекрасная лошадь, не прекрасный кувшин, т. е. не качество вещей и явлений видимого мира, а прекрасное само по себе (в себе и для себя).

Отношение между миром идей и миром вещей хорошо проясняется его, Платона, образом пещеры. Философ сравнивает людей, верящих в реальность, подлинность и истинность, чувственной картины мира, с узниками подземелья. С малых лет у них на ногах и на шее оковы, и по этой причине взоры их обращены вглубь пещеры. За спиной у этих людей сияющее солнце, лучи которого проникают в подземелье через широкий просвет во всю его длину и освещают стену, в которую как раз и упираются взоры узников. Между источником света и узниками проходит дорога, по которой двигаются люди, неся различную утварь, статуэтки и другие предметы. Узники пещеры не в состоянии видеть ничего, кроме теней, отбрасываемых "дорогой жизни" на стену их мрачного обиталища. Однако они полагают, что эти тени - единственная реальность, что, кроме их пещеры, слабого света и бледных теней в ней, ничего больше в мире нет. Они не верят тому из них, кто, сумев вырваться из подземелья и увидев реальные вещи, возвращается к ним и говорит им о мире за пределами пещеры. Так и все люди - они живут среди теней, в призрачном, нереальном мире. Но есть другой - истинный мир, и люди могут увидеть его очами разума. Человек, вырвавшийся из пещеры и говорящий людям об истинном мире - это и есть философ. Нести людям весть о подлинном мире и есть его истинное предназначение.

Платон оставил нам одну детально разработанную Идею - образец совершенного государства. В идеальном платоновском государстве царит справедливость, каждый занимается своим (отвечающим его природным наклонностям) делом, а правят мужи-философы.

Аристотель - самый универсальный ум античности, в известном смысле ее вершина. Он жил с 384-го по 322-й г. до н. э. Родной город (полис) Аристотеля - Стагира, по которому его называют еще Стагиритом. Отец Аристотеля Никомах - врач на службе у македонского царя Аминты, отца Филиппа. Сам Аристотель с 343-го по примерно 340-й г. до н. э. был воспитателем сына царя Филиппа Македонского - Александра. Впоследствии крупнейший полководец и государственный деятель древнего мира скажет: "Я чту Аристотеля наравне со своим отцом, так как если отцу я обязан жизнью, то Аристотелю тем, что дает ей цену". Семнадцати лет Аристотель прибыл в Афины и вступил в Академиию Платона, где пробыл в течение 20 лет - как слушатель, затем преподаватель и равноправный член содружества философов-платоников. В 335 г. до н. э. Аристотель основал в Афинах собственное учебное заведение, названное Ликеем (по имени расположенного рядом храма Аполлона Ликейского). Обучение происходило во время прогулок по тенистому саду, поэтому школа Аристотеля называлась "перипатетической" (т. е."прогулочной"), а члены школы - перипатетиками", т. е. "прогуливающимися".

Аристотель был, несомненно, самым гениальным из всех учеников Платона. Он высоко ценил, но отнюдь не повторял, более того - критиковал своего великого учителя. "Платон мне друг, но истина дороже" - это изречение Аристотеля вошло в общее употребление, стало крылатым.

Основные возражения Аристотеля против Платона концентрируются вокруг теории идей последнего. Стагирит считал, что называть идеи образцами, которым все причастно, - значит "пустословить и говорить поэтическими иносказаниями". Не могут идеи как сущности вещей, как общее в вещах существовать в каком-то умопостигаемом, "втором" мире, т. е. отдельно от самих этих вещей. Неопределенной "причастностью" идеям нельзя объяснить также факты рождения, движения и гибели в реальном, чувственно воспринимаемом мире. Наконец, идеи Платона страдают дурной бесконечностью, "третьим человеком". В самом деле, если мы сравниваем чувственно воспринимаемого человека с самим по себе человеком, т. е. с идеей человека, то, поскольку между ними есть сходство (а для всего сходного, по Платону, должна существовать идея), необходимо должна возникнуть новая идея, общая для "первого", чувственно воспринимаемого человека, и "второго";, умопостигаемого; сличение же этой новой идеи - идеи "третьего человека" - с тем же чувственно воспринимаемым человеком порождает новую идею и т. д. до бесконечности.

В соответствие с учением Аристотеля, существование любой вещи, как и мира в целом, определяется четырьмя основными причинами: материей (hyle), - пассивной возможностью становления; активной формой (morphe, eidos) , которую приобретает материя; действующей или движущей причиной (kinoyn) - началом изменения; финальной причиной (telos) - целью, в направлении которой движется вещь" Причина в одном смысле, - говорит Стагирит, - обозначает входящий в состав вещи материал, из которого вещь возникает, - каковы, например, медь для статуи и серебро для чаши, а также их более общие роды. В другом смысле так называется форма и образец, иначе говоря - понятие сути бытия и более общие роды этого понятия (например, для октавы - отношение двух к одному и вообще число), а также части, входящие в состав такого понятия. Далее, причина - это источник, откуда берет первое свое начало изменение или успокоение: так, например, человек, давший совет, является причиною, и отец есть причина ребенка, и вообще то, что делает, есть причина того, что делается, и то, что изменяет - причина того, что изменяется. Кроме того, о причине говорится в смысле цели; а цель - это то, ради чего, например, цель гулянья - здоровье. В самом деле, почему [человек] гуляет, говорим мы. Чтобы быть здоровым. И сказавши так, мы считаем, что указали причину". Из четырех названных причин материя и форма являются последними (предельными) и несводимыми; к ним так или иначе сводятся все прочие. Так, финальная или целевая причина сводится к формальной причине, к "форме". В частности, для предметов природы цель, к которой они стремятся, является ничем иным, как действительностью, существующей в них как возможность. Форма же, по определению, есть состояние действительности и оформленности (качественной определенности) в отличие от состояния мнимости и аморфности. Так же сводима к формальной и движущая причина. Архитектор, к примеру, может быть назван действующей причиной дома. Однако он строит дом согласно плану, или проекту, который как понятие существует в его голове до возникновения реального дома. Понятие же о предмете, осуществленное в веществе (материи), есть форма. Предельная форма, форма всех форм, для Стагирита, представлена Богом как перводвигателем мира.

Критику платоновских идей, учение о четырех причинах, другие фундаментальные проблемы являются, по Аристотелю, предметом "первой философии" в отличие от второй философии как физики (под физикой в Древней Греции понимали естествознание). Аристотелевский смысл понятия первой философии означает любую попытку выйти за пределы эмпирического ("физического") мира, чтобы достигнуть метаэмпирической (более глубокой, доходящей до первопричин) реальности. Впоследствии первая философия ("мудрость", "наука о божественном") Аристотеля стала называться метафизикой. Сам термин "метафизика" возник случайно. В 1 в. до н. э. александрийский библиотекарь Андроник Родосский, стремившийся расположить произведения Аристотеля в соответствии с их внутренней содержательной связью, назвал метафизикой (буквально -"после физики", послефизикой") его книгу о "первых родах сущего" или сверхчувственных принципах бытия.Кроме теоретической философии (метафизики, физики, в т. ч. и психологии, и математики) Аристотель разрабатывал также практическую философию - этику и политику.

Этические добродетели определяются философом как середина между крайностями излишества и недостатка. Мужество, к примеру, - это мудрая середина между безрассудством и трусостью, щедрость - точная мера между жадностью и расточительством. Добродетели, стало быть, есть род умеренности. "Точную меру" в наше поведение вносит разум. Он дозирует, контролирует и "темперирует" природные импульсы, страсти и чувства человека. Добродетели - продукт воспитания, являющегося делом государства и хорошего законодательства.

Виды или формы политического устройства, согласно Аристотелю, определяются тем, в чьих руках находится верховная власть в государстве, кто правит - один ли человек, немногие (меньшинство) или большинство. Существенно важна цель, которая при этом преследуется. Если цель верховной власти - общественное благо, перед нами правильные формы правления: монархия, или царская власть, пристократия и полития. Если же, напротив, верховная власть преследует какое-то свое, частное благо (пусть даже и благо большинства), то результатом становятся неправильные формы государства: тирания, олигархия, демократия. Под демократией Стагирит понимал демагогию, потакающую интересам толпы, превращающую равенство в политической (полисной) свободе в равенство во всем прочем. Симпатии Аристотеля на стороне аристократии. Для общества она предпочтительнее царской власти, поскольку вероятность порчи одного правителя гораздо выше, чем нескольких одинаково достойных и благородных мужей. Удостаивается похвалы Аристотеля и полития. Хотя каждый отдельный представитель народной массы (демоса, большинства) обычно проигрывает по своим достоинствам отдельному представителю аристократического меньшинства, все же "большинство во всей совокупности и сильнее, и богаче и лучше по сравнению с меньшинством". Похоже, Аристотель склонялся к синтезу аристократии и политии (демократии в нашем теперешнем ее понимании), к тому, чтобы сдобрить последнюю принципом духовной породистости, заслуг, авторитета.

4. С конца 4 в. до н. э. в античном обществе разразился длительный кризис - экономический, социальный, политический. Кризис этот привел к утрате Афинами и другими греческими городами-государствами, или полисами, политической самостоятельности. Афины вошли в состав огромной державы, созданной Александром Македонским. Крушение полиса привело к радикальному перевороту в греческом духовном мире. Полисный идеал сменился космополитическим, в котором отечеством становился весь мир. Политика и государство превратились в морально индифферентные феномены, этика перестала служить политике. Тождество человека и гражданина было нарушено; появился индивид как единичный и эгоистически-автономный человек.

Эллинская культура переросла в эллинистическую. Вообще надо различать два этих термина: эллинский (Hellenic) и эллинистический (Hellenistic). Эллинский - значит, древнегреческий, классически-древнегреческий (эллин - грек). Ну а "эллинистический" адресует нас к постклассическому периоду античной истории, начинающемуся с походов и завоеваний Александра Великого. Эллинистическая эпоха богата на философские школы и течения. Главные среди них эпикуреизм и стоицизм.

Эпикур (342-270 гг. до н. э.) родился на острове Самос, затем переехал в Афины, где организовал философскую школу, названную Садом (она действительно располагалась в саду на окраине Афин, вдали от шума городской жизни). Эпикур - представитель античного атомизма. Принимая исходные положения Демокрита, Эпикур стремился доказать, что причинная необходимость всех явлений, как на том настаивал Демокрит, не отрицает возможности человеческой свободы. Если у Демокрита движение атома в пустоте вызывается механической внешней необходимостью, то Эпикур полагает, что данное движение обусловлено внутренним свойством атома - его тяжестью. Но главное из того нового, что внес Эпикур в атомистическое учение Демокрита, - это идея самопроизвольного отклонения атомов от прямолинейного пути, вертикального падения в пустоте. Идея самодвижения атомов, особенно атомов души - необходимое условие человеческой свободы. Спонтанное "уклонение" атома от объективно свойственного ему прямолинейного движения можно рассматривать как физическое обоснование свободы воли.

Теория познания Эпикура сенсуалистична. Чувства не ошибаются, заблуждения "всегда лежат в прибавлениях, делаемых мыслью", т. е. они проистекают из произвольного толкования ощущений. Объективность ощущений объясняется в конечном счете атомистической структурой бытия. От вещей истекают комплексы атомов, образующих "видики" или подобия, которые в точности воспроизводятся нашими чувствами путем проникновения в нас этих видиков-образов. Ощущения - простые регистраторы того, что и как есть.

Своей известностью в истории человеческой культуры Эпикур обязан, однако, не атомизму и не сенсуализму, а этике. Она - в центре всех его философских исканий. Философия, считал мыслитель, имеет цель. Эта цель - счастье человека. Критерий же счастья - в чувстве удовольствия. Последнее трактуется не столько как чувственное наслаждение, сколько как избавление от физической боли, беспокойства души, страданий и оков принуждения. Истинное удовольствие, по Эпикуру, это атараксия - душевное равновесие, невозмутимость души. Вот мнение самого философа: "Когда мы говорим, что благо - наслаждение, то это не указание на обжор и лентяев, ветренников и прощелыг, которые игнорируют или не понимают нашего учения. Мы говорим и указываем на отсутствие телесного страдания, беспокойства. Это не непрерывные празднества, не томления младых дев, не все то, чем изобильный стол нас искушает, но трезвое обсуждение, доискивающееся последних причин каждого акта выбора или отказа, которое разоблачает все фальшивые мнения, от коих все душевные тревольнения исходят". Выходит, что нравственной жизнью управляет не удовольствие, а разум, практическая мудрость. Счастье предполагает освобождение от страха перед смертью. Смерть - зло, но только для тех, кто заблуждается насчет нее. В действительности, полагал Эпикур, смерть не имеет к нам никакого отношения, так как, когда мы существуем, смерти еще нет, а когда она есть, мы уже не существуем. Лучший, согласно Эпикуру, способ избежать страданий - самоустраниться от тревог и опасностей, от общественных и государственных дел. "Так освободимся же, - призывал он, - раз и навсегда из тюрьмы наших житейских забот и от политики". Политическая жизнь не обогащает и не укрепляет человека, напротив, она его дезориентирует. Посему надо стремиться жить обособленно и бежать от толпы. "Прожить незаметно" - вот максима Эпикура. Лишь в обращении к самому себе может быть найден покой души. Высшее благо, по Эпикуру, не короны царей и земных богов, но "корона атараксии, что превосходит корону великих империй". Привычная вера в богов Эпикуром отвергалась. Его Боги - блаженные существа, которые живут в "междумириях" и ни во что не вмешиваются. В максимуме атараксии мудрец достигает счастья наравне с Богами. Жизнь Эпикура протекала в полном соответствии с постулатами его учения. Ему претила показная роскошь. Эпикура почитали многие друзья и ученики - его современники, а также позднейшие исследователи.

В конце 4 в. до н. э. , уже после основания "Сада", в Афинах родилась другая школа, которой было суждено стать знаменитейшей. Основателем ее был Зенон из Китиона, молодой семит, родившийся на острове Крит. Не будучи афинянином, Зенон не имел права арендовать целое здание, поэтому он проводил свои лекции в некоем Портике. По гречески Портик - "Стоя", поэтому приверженцев школы стали называть стоиками. Принято различать три периода в истории Стои: древний: конец 4 в. - 3 в. до н. э. (Зенон, Клеанф, Хрисипп); "средний": 2-1 вв. до н. э. (Панэций, Посийдоний); римский: 1- 2 вв. н. э. (Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий). Так же, как и эпикурейцы, стоики главной задачей философии считали создание этики, опирающейся на физику и теорию познания.

У стоиков мир есть единое тело, пронизанное одушевляющим его огневидным дыханием - "пневмой", Логосом, Богом. "Бог - созидающий, разумный огонь, временами порождающий космос, содержащий в себе семена разумные всех вещей, согласно которым рождается все", - гласит один античный источник. Как видно уже из приведенной цитаты, стоики полагали, что развитие мира происходит циклически. Каждый цикл начинается с космического воспламенения. Мир, сгорая, очищается, остается лишь пламя. На пепле возрождается новый мир, все повторяется сначала. Бог - во всем и Бог - все, считали стоики. Быть в Боге, значит, быть заодно с миром, космосом. Перед нами ничто иное, как пантеизм. Поскольку все вещи без исключения суть продукты божественного начала, то, стало быть, все глубочайшим образом разумно, неизбежно и необходимо, все совершается так, как задумано. Нельзя хотеть, чтобы было иначе. Свобода мудреца в этих условиях состоит в согласовании собственных волений с естественным порядком вещей, с тем, чего хочет судьба, в рациональном или осмысленном принятии ее. "Судьба согласного с ней ведет, противящегося - тащит", - говорил Сенека. Желать же того, чего хочет Судьба, значит, желать разумного. Выходит, подчиняясь Судьбе, стоик в действительности подчинялся собственному разуму. По словам немецкого протестантского теолога и философа П. Тиллиха, стоицизм - это "мужество быть, мужество утверждения собственной разумной природы вопреки всему тому, что есть в нас случайного".

Душа, по учению стоиков, проницает весь физический организм, наполняя его дыханием жизни. Она состоит из восьми частей: центральная, управляющая - это разум; пять других частей соответствуют пяти органам чувств; шестая отвечает за озвучивание речи; седьмая и восьмая - за рождение. Душа переживает смерть тела, души же мудрецов, по мнению некоторых стоиков, живут вплоть до следующего мирового пожара. Благодаря причастности Логосу все люди способны достичь добродетели: человек по определению свободен; никто не раб от природы. Мудрец свободен, ибо он владеет знанием. Раб - невежда, ибо он находится во власти своего заблуждения. Круг общественного объединения - не граждане полиса, а все люди. Они тоже граждане, но только единого мирового государства - Космополиса.По мысли стоиков, страсти, из которых рождается несчастье, почти всегда суть ошибки пасующего разума или их последствия. От них просто-напросто следует избавляться. Мудрец, заботящийся о чистоте и правильности своего бытия, не допускает даже рождения страстей в своем сердце. Это и есть знаменитая "апатия" стоиков, т. е. недопущение страстей, возмущающих величественный покой души. Счастье, таким образом, это апатия, бесстрастность и бесстрашие, "справедливая суровость" бытия.

В конце IV в. до н. э. в греческой философии формируется еще одно, менее распространенное по сравнению с предшествующими философское направление - скептицизм. Его основателем был Пиррон из Элиды (ок. 360-270 до н. э.). Он, так же как и Сократ, излагал свои идеи лишь в устной форме и, не оставил после себя ни одного произведения. Поэтому сведения о его идеях мы черпаем прежде всего из работ его наиболее выдающегося ученика - Тимона (ок. 320-230 до н. э.). Скепсис имел место в греческой философии и раньше. В эллинистическую эпоху складываются его принципы, ибо скепсис определялся не методическими установками в невозможности дальнейшего познания, а отказом от возможности дойти до истины. И этот отказ становится программой.Скептицизм отрицал истинность любого познания. Удержаться от суждения (эпохэ) основной его тезис. Поэтому «цель свою скептики полагали в опровержении догматов всех школ, но сами... они ничего не определяли, не определяли и того, что они делали», отвергая в конце концов, как свидетельствует Диоген Лаэртский, и само утверждение «ничего не утверждать». Принятие этого утверждения в качестве принципа философии также значило бы «нечто утверждать». Гегель в «Истории философии» оценивает эту позицию как завершение субъективизации всего познания.

Доводы против правильности как чувственных восприятия, так и «познаний мысли», т.е. доводы, объясняющие, почему нужно удерживаться от суждений скептики объединили в десять тезисов-тропов. Вероятно, их автором является Энесидем. В первом из этих тезисов подвергаются сомнению положения о действительности различия физиологической структуры видов животных, в частности их чувственных органов. Во втором подчеркиваются индивидуальные различия людей с точки зрения физиологии и психики. В третьем говорится о различии чувственных органов, в которых одни и те же вещи вызывают разные ощущения (например, вино зрению представляется красным, вкусу терпким и т. д.). Четвертый обращает внимание на факт, что на познание влияют различные состояния (телесные и душевные) воспринимающего субъекта (болезнь, здоровье, сон, бодрствование, радость, грусть и т. д.). Пятый тезис отражает влияние расстояния, положений и пространственных отношений на восприятие (то, что издалека кажется малым, вблизи оказывается большим). В шестом говорится, что ни одно восприятие не относится изолированно к нашим чувствам без примеси других факторов. Следующий троп указывает на различные воздействия разного количества одного и того же вещества или материи (что в малом количестве полезно, а в большом может быть вредно). Восьмой опирается на тот факт, что определение взаимоотношений между вещами является релятивным (например, что является относительно одной вещи «вправо», может быть по отношению к другой «влево»). Предпоследний троп отражает тот факт, что «привычные и непривычные вещи» вызывают различные чувства (например, затмение солнца как необычное явление, закат солнца как привычное). Десятый троп поддерживает убеждение в том, что ничего нельзя утверждать позитивно ни существование различных прав, ни привычек, ни воззрений, ни проявлений веры и т. д.

К этим десяти тезисам Агриппа (I в. н. э.) и его ученики прибавили еще пять. Первый из новых тропов аргументирует различие видов или мнений. Второй критикует бесконечную цепь доказательств. Третий подчеркивает, что любое ограничение относится всегда лишь к чему-либо конкретному. Четвертый критикует принятие предпосылок, которые впоследствии не доказываются. Пятый троп предостерегает от доказательства по кругу. Он указывает на то, что каждое доказательство в свою очередь требует доказательства, это доказательство требует своего доказательства и так по кругу до исходной точки. И хотя эти новые тропы более абстрактны, некоторые из них можно редуцировать к ранним тропам, так же как некоторые ранние тропы основаны на более или менее аналогичных принципах.

Исходя из принципа «ничего не утверждать», подкрепленного тропами, скептики отвергали любые попытки познания причин и отбрасывали любые доказательства. Достижение счастья, по Пиррону, означает достижение атараксии (спокойствия, невозмутимости). Подобное положение вещей является результата ответа на три основных вопроса. Первый: «Из чего состоят вещи?» На него невозможно ответить, потому что ни одна вещь не суть «это больше, чем другое». Из этого положения вытекает и ответ на другой вопрос: «Как мы должны относиться к этим вещам?» На основе предыдущего ответа единственным достойным отношением к вещам считалось «воздержание от каких-либо суждений». Воздержание от суждений не означает, однако, отрицания существа их истины или правоты. Пиррон и Тимон признают лишь непосредственные восприятия, если о них говорится как о восприятиях. В этом можно усмотреть определение субъективно-идеалистическое измерение античного скептицизма. Третий вопрос: «Какую пользу мы получим из такого отношения к вещам?» Ответ Пиррона вытекает из предыдущих положений и направлен на этические последствия этой проблематики. Если мы воздержимся от всяких суждений о вещах, то мы достигнем устойчивого и невозмутимого покоя. Именно в этом скептики и видят высшую ступень возможного блаженства. Хотя скептицизм во многом критически постигает реальную проблематику сложности развития познания, его основной чертой были, однако, безнадежность и отказ, ведущие к агностицизму.

Кратко необходимо сказать и о таком значительном направлении эллинистической философии как неоплатонизм. Виднейшим из неоплатоников был Плотин. Значительную часть своей жизни Плотин провел в Александрии городе, который часто характеризуется как место встречи греческой философии с восточным, в частности индийским, мистицизмом. Переехав в Рим, Плотин учил философии, в которой платонизм дополнялся восточного происхождения мистикой. Мир един, считал Плотин, но не таким образом, что везде, в каждой области вселенной присутствует одно и то же в равной степени. Душа прекраснее косной материи, совокупность идей, Мировой Ум прекраснее Мировой Души (т.е. всех душ), а Единое-Благо прекраснее Мирового Ума. Источником всего прекрасного как раз и является Единое-Благо. «Все идущее от Блага, говорит Плотин, прекрасно, само же оно выше прекрасного, выше даже высочайшего царственно содержит в себе весь умопостигаемый мир, являющийся областью умного Духа».

Итак, есть иерархия: Единое-Благо Мировой Ум Мировая Душа Материя. Будучи переполненным самим собой, Единое-Благо, изливаясь, переходит последовательно в Ум, Душу, Материю. Этот процесс мнимого изливания Единого-Блага не является чем-то вещественным. Речь идет о сущностной связи; сущность находится везде, она реализуется посредством Ума, Души, Материи. Там, где нет сущности (Единого-Блага), нет добра. Человек может избежать зла в той мере, в какой ему удастся подняться по лестнице, ведущей вверх, к Единому-Благу (Плотин иногда называл его богом). Это возможно посредством таинственного переживания и слияния с Единым-Благом.

Неоплатонизм является последним всплеском античной философии. Плотин звал к Единому-Благу, к объединению благодаря мистическому единству. Эта философия стала религиозно-мистическим вступлением к средневековой философии.

Заключение

Древние греки внесли огромный, непревзойденный вклад в развитие мировой цивилизации. Созданные ими произведения вошли в золотой фонд человечества и являются частью современной жизни. Античность - начало, колыбель западной философии, неиссякаемый источник всех ее последующих вдохновений и подъемов. По справедливому замечанию Ф. Энгельса, "...в многообразных формах греческой философии уже имеются в зародыше, в процессе возникновения, почти все позднейшие типы мировоззрений". Античные мыслители заложили основы того, что называется классическим типом философствования. В античности, как уже отмечалось, возник сам термин "философия". Здесь же состоялся и эпохальный, смелый, даже дерзкий переход от "любви к мудрости" к собственно "мудрости", от постоянного и ученически-робкого стремления (только стремления, любви-томления!) к знанию, истине - к самому знанию, к самой истине.

5. Контрольные вопросы по теме.

1. Спецификой древнегреческой философии в ее начальный период является стремление понять сущность природы, мира в целом, космоса. Главным вопросом древнегреческой философии был вопрос о первоначале мира. И в этом смысле философия перекликается с мифологией. Но если мифология стремится решить этот вопрос по принципу – кто родил сущее, то философы ищут субстанциональное начало – из чего все произошло. Родоначальник греческой философии Фалес рассматривал все существующее многообразие вещей и явлений природы как проявление единого, вечного начала – воды.

2. Для Сократа основной интерес представляет внутренний мир человека, его душа и добродетели. Он впервые обосновывает принцип этического рационализма, утверждая, что «добродетель есть знание». Поэтому человек, познавший что такое добро и справедливость, не будет поступать дурно и несправедливо. Задача человека как раз и состоит в том, чтобы всегда стремиться к нравственному совершенству на основе познания истины. И прежде всего она сводится к познанию самого себя, своей нравственной сущности и ее реализации.
Всей своей жизнью Сократ старался реализовать нравственный пафос своей философии человека, а сама его смерть, когда он ради утверждения справедливости отказался от ж

ни явилась апофизео¬зом его нравственной философии.

3. Истинным источником бытия могут быть только идеи. Идея выступает как единое, вечное и неделимое. Все вещи в мире и природные явления существуют только в меру их причастности к единому, то есть, вещи не имеют в себе «корня бытия». Чтобы решить проблему понимания бытия в античности, Платон предлагает исследовать не вещи, а их идеи.

4. Аристотель считал, что душа, обладающая целостностью, есть не что иное, как неотделимый от тела его организующий принцип, источник и способ регуляции организма, его объективно наблюдаемого поведения. Душа — это энтелехия тела. Душа неотделима от тела, но сама имматериальна, нетелесна. То, благодаря чему мы живём, ощущаем и размышляем, — это душа. «Душа есть причина как то, откуда движение, как цель и как сущность одушевленных тел.» Таким образом, душа есть некий смысл и форма, а не материя, не субстрат. Телу присуще жизненное состояние, образующее его упорядоченность и гармонию. Это и есть душа, то есть отражение актуальной действительности всемирного и вечного Ума. Аристотель дал анализ различных частей души: памяти, эмоций, перехода от ощущений к общему восприятию, а от него — к обобщённому представлению; от мнения через понятие к знаниям, а от непосредственно ощущаемого желания — к разумной воле. Душа различает и познаёт сущее, но она сама много «времени проводит в ошибках». «Добиться о душе чего-нибудь достоверного во всех отношениях, безусловно, труднее всего.» Смерть тела освобождает душу для вечной жизни: душа вечна и бессмертна.

5. Свободу от власти внешнего мира над человеком стоики считают достоинством мудреца; сила его в том, что он не раб собственных страстей. Мудрец не может стремиться к чувственным удовольствиям. Настоящий мудрец, согласно стоикам, не боится даже смерти; именно от стоиков идет понимание философии как науки умирать. Здесь образцом для стоиков был Сократ. Однако сходство стоиков с Сократом лишь в том, что они строят свою этику на знании. Но в отличие от Сократа, они ищут добродетели не ради счастья, а ради покоя и безмятежности, безразличия ко всему внешнему. Это безразличие они называют апатией (бесстрастием). Бесстрастие — вот их этический идеал. Настроение стоиков — пессимистическое.

6. 1. античное философское мировоззрение носит космологическо-онтологический характер (в центре космос - всемирный закон, разумный порядок),
2. отсутствует представление о личности как духовной индивидуальности (человек в античной философии понимается как вещь, тело - "сома"),
3. присущ пантеизм (отождествление Бога и природы),
4. вся действительность и ее элементы одновременно мыслились и как реальные и как идеальные.

7. В античной философии выделяют следующие периоды:

1. натуралистический - философами рассматривались проблемы физиса (природа, первооснова) и космоса (строй, порядок, украшение Вселенной). К этому периоду относится Милетская школа (Гераклит), Элейская школа (Эмпедокл и Анаксагор), древнегреческие атомисты (Левкипп и Демокрит), 2. гуманистический - деятельность софистов и Сократа - переориентация проблем философии с космоса на человека,
3. классический - связан с деятельностью Платона и Аристотеля,
4. эллинистический - появление ряда философских школ (кинизм - основатель Диоген, эпикуреизм - Эпикур, стоицизм - Сенека),
5. религиозный период античной языческой мысли - развитие неоплатонизма и его модификация,
6. зарождение христианской мысли

8. Одно из основных разногласий софистов и Сократа был вопрос о том, существует ли объективная истина? Философы-софисты считали, что вне человека истина отсутствует. Каждый имеет право принять за истину все, что подходит для него в конкретном случае в зависимости от ситуации, выгоды, личных предпочтений, склонностей и др. Соответственно, решающим положением в вопросе истинности является субъективное мнение человека, его произвол, а абсолютной истины не существует. Сократ считал, что, напротив, без непреложных истинных начал, невозможно положительное развитие личности и какая-либо созидательная и разумная человеческая деятельность. По его мнению, абсолютная истина существует, несмотря на множество мнений, которые концентрируются вокруг одной, вечной, единственной и неизменной. Философ призывает познать самого себя. Целью каждой личности, по его мнению, должен стать поиск всеобщих и объективных логических, этических, практических и теоретических норм. Для достижения данных задач главным условием является необходимость прилагать усилия каждому конкретному человеку. Сократ категорически восстает против лицемерия, неправды. Позиция человека должна выражать его истинное мнение об истине. Он не допускает уловки, лукавство, полуправду и недоговоренность. По его мнению, люди не смогут общаться и понимать друг друга, если допустить сосуществование множества истин. Кроме этого, у софистов и Сократа были разногласия по вопросу предназначения философии и философствования. Описанию спора посвящен целый диалог Платона «Горгий» между Сократом и софистом Горгием. Для Сократа высший смысл философского диалога состоит в поиске истины, в совместном ее постижении и стремлении. Он стремиться к гармонии в отношениях с собеседником, во взаимных уступках и прощении друг друга в совместных усилиях на пути познания истины. Для него очень важна и интересна душа человека. Софисты же, напротив, имели диаметрально противоположные взгляды. Философский диалог в их представлении – это борьба, подавление соперника и победа над ним, кроме того, инструмент для манипуляции сознанием собеседника и средство самоутверждения. По сути Сократ и софисты придерживались разных видов спора.

9. Главным предметом нравственно-этических размышлений в предфилософии - мифологии, эпосе, драматургии и поэзии, а также в исканиях первых философов - Фалеса, Анаксимандра, Анаксимена, Гераклита и других - является положение человека в быстро изменяющемся мире. Эти изменения знаменовали собой переход от устойчиво-традиционных структур общинного уклада жизни, где индивид полностью подчинен обычаям, традициям, мифологемам, к демократическому укладу, нуждающемуся в человеке, осознающем себя и свои интересы в отношении к общему благу. Поэтому, если присмотреться к рассуждениям первых философов, то за их представлениями об устройстве бытия, поисками его единого субстанционального основания и отношения отдельных вещей к общему основанию можно увидеть действительную проблему, имеющую социально-нравственный подтекст, - индивидуализация человека, его отделение от общества и поиск путей самоопределения. И если вначале ответ на эту проблему давался в традиционном духе посредством мифологического, космологического или натурфилософского обоснования: жить и поступать нужно вот так, потому что так устроены космос, природа, - то в V в. до н. э. в связи со значительными социальными изменениями происходит переворот в общественном сознании и философии.

Ответ, который дали софисты, звучал так: "Человек есть мера всех вещей...". Это означало огромный прогресс в деле раскрепощения человека, обретения им самостоятельности. Софисты утверждали право человека смотреть на мир через призму своих целей и интересов, а не слепо подчиняться чужим требованиям, чьим бы авторитетом они ни подкреплялись. Они учили человека подвергать все рациональному рассмотрению и анализу, следуя лучшему. В приложении к вопросам нравственности позиция софистов предполагала, что человек сам является критерием добра и зла, что нет никакого объективного единого для всех содержания добродетелей, что моральные ценности зависят от пользы и интересов человека, т. е. являются относительными. Деятельность софистов, безусловно, несла прогрессивный смысл - утверждала основы новой, гуманистической, морали, расшатывала устои старой, авторитарной, подчиняющей человека чуждым ему ценностям и лишающей самостоятельности. Софисты защищали личную свободу человека в вопросах морали, подчеркнув значимость внутреннего субъективного отношения человека к нравственным требованиям для морали.

Сократ был весьма обеспокоен крайним субъективизмом софистов. Рассматривая мораль как глубочайшую основу человеческой жизни, он высказал твердое убеждение в существовании общих определений морали, стремился найти объективные, общезначимые характеристики нравственных понятий. Он считал, что без единой системы нравственных ценностей, имеющих для людей одинаково положенное содержание, которое обладает устойчивым и общеобязательным характером, общество оказывается в опасности. Ибо в таком обществе каждый сам определяет для себя, что является добром, что злом, что справедливо, а что нет. Вместе с тем он был согласен с софистами в том, что человек должен сам обрести понимание добра и добродетели, а не подчиняться навязанным ему требованиям и ценностям. В итоге поиски объективного, общезначимого и одинаково положенного содержания добродетели, которое должно быть обретено человеком в результате его собственных самостоятельных усилий, привели Сократа к выводу о том, что добродетель есть знание. Ведь именно знание обладает всеми этими характеристиками. Поэтому нравственная жизнь и добродетельное поведение - это соответствующее знанию, истинной идее в душе человека, а безнравственное поведение - проявление невежества. Невежественный человек не осознает общих принципов, на которых основана жизнь общества и не следует им, тем самым, нанося вред обществу, а значит, и себе.

Этическая концепция Платона дополняется его учением о бессмертии человеческой души, которое Платон доказывает в том смысле, что душа, будучи идеей жизни, причиной, одухотворяющей тело, не приемлет смерти, ибо это было бы противоречием в определении. В свою очередь духовное бессмертие заставляет человека беспокоиться в течение своей жизни не о телесных удовольствиях и радостях, а о сохранности души, ее нравственного здоровья. Целевая и ценностная установка человека, по Платону, должна состоять, возможно, в более полном отрешении от мира неподлинного бытия и в постижении совершенства мира идей, постоянном духовном совершенствовании и самовозвышении личности. Философско-этическая концепция Платона явилась продуктом окончательного общественного разделения труда, отражением того факта, что духовное производство оторвалось от материального и закрепилось за господствующим классом, который свое господство стал рассматривать как господство духа над миром.

Этика Аристотеля есть практическая наука о благе и счастье живущего в обществе человека, о человеческих способностях, которые делают его пригодным для такой жизни и достойным блаженства. Цель ее не познание само по себе, а поступки. Познавательные задачи здесь - что такое добродетель - подчинены практическим целям - обоснованию того, как стать добродетельным. Этика особенно полезна тем, кто обладает жизненным опытом, способен владеть собой и подчинять свои действия сознательной цели. Этика Аристотеля состоит из трех частей: учения о высшем благе, учения о природе добродетели и учения о конкретных добродетелях. Проявляя диалектическую гибкость ума, Аристотель не противопоставляет добродетели и пороки как абсолютные противоположности, а видит и показывает относительность границ между ними, возможность их превращения друг в друга в зависимости от общественной значимости. Добродетель у него - "золотая середина" между избытком и недостатком какого-либо качества. Мужество - середина между трусостью и безумной отвагой, умеренность - между бесстрастием и невоздержанностью, щедрость - умение выдержать середину между мелочной скупостью и безудержным расточительством. Углубляя понятие добродетели, Аристотель приближается к пониманию специфики морали через указание на произвольный и непроизвольный характер человеческих действий.

Благоразумие и мудрость вообще являются для Эпикура величайшими из благ, из которых только и происходят остальные добродетели. Именно мудрость учит необходимости разумного ограничения своих желаний. Не следует желать слишком многого или невозможного: для счастья достаточно совсем немного - удовлетворения насущных потребностей. И вообще, как учит Эпикур, "довольство своим - величайшее из всех богатств". Он всячески превозносит этот принцип самодостаточности, автаркии, делающий человека независимым от преходящих обстоятельств жизни. Наоборот, безудержная жажда наслаждений лишает человека душевного спокойствия и внутренней свободы, делает пленником своих желаний или того, в чьей власти их удовлетворить. Величайший же плод довольства своим достоянием - свобода. Высокая оценка этики Эпикура определяется ее гуманизмом, свободомыслием, жизнеутверждающим оптимизмом. Ему присуще естественное мировосприятие, направленное против невежества и мистицизма вырастающей из кризисных исторических обстоятельств религиозности. Он высоко несет свет разума и просвещения и своей концепцией разумного и умеренного гедонизма и эвдемонизма охватывает обширный круг нравственно-этических проблем, в центре которых стоит задача обоснования счастья и независимости человека в любых неблагоприятных условиях.

Этика стоицизма защищает высшие духовные ценности человека - его свободу и достоинство, добродетель и высшее благо гораздо более адекватными природе самой морали средствами. Присущее стоицизму требование сурового и непреклонного соблюдения долга, следования необходимости как условие обретения человеком достоинства и счастья придает этому учению весьма ригористический характер и одновременно противопоставляет веления нравственности естественным стремлениям человека. Подчеркивая внутреннюю незаинтересованность нравственного поступка, совершаемого не для удовольствия и выгоды, а ради самой добродетели, стоицизм вскрывает присущее морали бескорыстие, ориентацию на духовные ценности. В то же время, вырастая из стремления обосновать возможность сохранения человеком свободы, достоинства и счастья в условиях враждебной судьбы и не имея возможности реально овладеть этой судьбой, стоицизм идет по пути идеалистического избавления от власти рока за счет изменения сознания.

Скептики выступили против всех философских школ, которые ими рассматриваются как догматические, и против их понимания того, что этические понятия и нравственные ценности имеют объективно-истинное содержание, - что существуют благо, добро, зло, добродетель сами по себе и что возможно их единообразное понимание. Решающим доказательством своей правоты скептики считали множественность и противоречивость представлений как обыденного сознания, так и философских учений о том, что такое добро, зло, добродетель. Из этого делался вывод, что ничто не является благом или злом само по себе, а становится таковым только в нашем представлении. Однако возможно ли тогда жить свободно и счастливо, если не существует блага, добра, зла по природе, объективно? Не только возможно, но именно это является необходимым условием счастливой и безмятежной жизни, считает скептицизм. Ибо догматики и их последователи вынуждены проводить всю жизнь в напряженной тревоге и стремлении достичь и удержать то, что им представляется благом, и избегнуть зла. На этом пути человек впадает в зависимость, корыстолюбие, тщеславие и другие пороки, страдает и беспокоится от желания достичь свое кажущееся благо, а достигнув - сохранить и приумножить. Да и какому благу следовать, если "одно - по учению Эпикура, другое - по учению стоиков, третье - какое-то перипатетическое?" - восклицает Секст Эмпирик, виднейший из скептиков. Всем - невозможно вследствие их противоречивости, а выбрать из них истинное тоже нельзя из-за отсутствия критериев достоверности. Следовательно, остается не следовать никакому. Поэтому лишь скептик, понимающий, что нет ничего такого, к чему следовало бы стремиться или избегать ради него самого, будет жить спокойно и счастливо, ибо "счастлив живущий безмятежно... пребывающий в покое и тишине", - уверяют сторонники скептицизма, не замечая, как сами вступают на скользкую догматическую дорожку. А коль скоро "безмятежно живет среди мнимых благ и зол только тот, кто воздерживается от суждений о всех них", то именно скептицизм оказывается спасением! В философии скептиков этический релятивизм и агностицизм достигают, таким образом, своего абсолютного выражения, разрушив всякую определенность этического знания и сводя этим на нет все положительное значение элемента сомнения и критицизма для развития познающего мышления.