Детская патопсихология

Оглавление

 Введение.

Спустя века молчания, непонимания и откровенно враждебного отношения проблемы и потребности психического здоровья детей удостаиваются все большего внимания, возникшего вместе с беспокойством о благополучии детей, которое в последнее время проявляет общество. К счастью, сегодня все больше людей, заинтересованы в понимании потребностей детей и подростков и адекватном реагировании на них. Вопросы, касающиеся психического здоровья детей, имеют прямое отношение ко многим из нас в связи с нынешними и будущими профессиональными, общественными и родительскими ролями. [3]

Психические аномалии могут возникнуть в любом возрасте. Однако некоторые виды аномалий чаще всего проявляются в определенные периоды человеческой жизни, в частности, в детстве или в старости. Иногда нарушения могут быть вызваны специфическими для этих периодов жизни стрессовыми факторами. В других случаях главной причиной становятся какие-то исключительные переживания или биологические аномалии. Некоторые формы связанных с возрастом психологических расстройств, проходят довольно быстро или поддаются лечению, другие могут продолжаться годами и даже в течение всей жизни. Третьи, особенно некоторые формы детских расстройств, переходят в иную форму или образуют почву для новых расстройств.

Ученые часто описывают жизнь как серию последовательных стадий, от рождения до смерти. Большинство людей проходят эти стадии в одном и том же порядке, хотя каждый делает это в своем собственном темпе и своим собственным способом.

Фрейд утверждал, что каждый ребенок проходит в своем развитии одни и те же пять стадий: оральную, анальную, фаллическую, латентную и генитальную. Хотя некоторые теоретики могут не соглашаться с деталями классификации Фрейда, большинство из них согласны с тем, что в каждом периоде детства можно испытывать давление определенных, характерных для этого периода обстоятельств, и что люди растут и развиваются или испытывают упадок, в зависимости от того, реагируют на это давление. В каждом периоде существует много возможностей для развития психологических расстройств.

В начале XX века клинические психологи рассматривали детей в качестве маленьких взрослых и часто подходили к их проблемам так, как будто это были психологические расстройства взрослых. Или, что еще хуже, их специфические расстройства вообще пробовали лечить очень редко. Теперь, однако, клиницисты признают, что у этой группы есть собственные характерные черты и проблемы и что все люди достойны внимания врачей и лечения. [1]

Сильно повлияли на относительно молодую детскую патопсихологию философские и социальные изменения во «взрослом» взгляде на детей и в отношении к ним. Способность общества помочь детям нормально развиться и приобрести необходимые навыки требует не только медицинских, педагогических и психологических ресурсов, но также наличия социальной философии, признающей детей полноправными и полноценными членами общества независимо от прочих социальных установок. Хотя сегодня такой взгляд на детей может казаться очевидным, подобное отношение к детям было нехарактерно для большинства общественных структур. [3]

История развития детской патопсихологии.

Имеет смысл отметить, что интерес, который в последнее время возник к проблемам детей и подростков, и деятельное внимание общества вызвали заметное улучшение психологического климата, окружающего детей, и их психического здоровья, несмотря на то, что в этой области предстоит сделать еще очень многое. Беспокойство о потребностях, правах и воспитании детей требует от общества чуткости и информированности, которых до XX в. в явной, устойчивой форме просто не существовало.

Из древних письменных источников нам известно, что в древнегреческом и древнеримском обществах любой человек с физическими или психическими недостатками, будь он ребенок или старик, считался обузой и позором общества, по этой причине его следовало презирать, игнорировать или даже казнить. Проблемы психического здоровья детей, в отличие от психических расстройств взрослых, до XVIII в. редко даже упоминались как в специальной литературе, так и в других источниках.

Впервые в истории интерес к детской патопсихологии становится заметным к концу XVIII в. Под сильным влиянием церкви необычное или беспокойное поведение детей приписывалось, главным образом, их врожденному необузданному и дерзкому характеру. В XVII в. и XVIII в. зачастую приветствовалось суровое или безразличное отношение к собственным детям. Деяния, начинавшиеся с полного родительского безразличия и отсутствия должной заботы и заканчивавшиеся физическим и сексуальным насилием над детьми, просто не замечались или рассматривались как право взрослых на воспитание и наказание ребенка. Точка зрения, что дети являются собственностью и объектом ответственности исключительно родителей, на протяжении многих веков крепко сидело в сознании общества - никто не добивался более гуманного отношения к детям.

К счастью, на протяжении XIX в. положение детей и подростков постепенно улучшалось, к концу ХХ в. мы наблюдаем стремительный прогресс в деле защиты прав детей. Зачатки подобных необходимых предпосылок в общественном сознании впервые появились в XVII в., когда в западном обществе начали укореняться гуманистическая философия и институты социальной защиты. Одним из инициаторов этих перемен был Джон Локк (1632–1704), знаменитый английский философ и врач, который способствовал зарождению нынешних установок и практики ухода за новорожденными и воспитания детей. Локк был сторонником предоставления прав личности и выразил новое по тем временам мнение, заключавшееся в том, что детей следует воспитывать, проявляя разум и заботу, вместо безразличия и сурового обращения.

Затем, на рубеже XIX в., Жаном-Марком Итаром была предпринята одна из первых зафиксированных попыток работать с «особым» ребенком. Виктор, мальчик - маугли, которого нашли в лесу под Парижем, не был отправлен в психиатрическую больницу, поскольку был взят под опеку Итаром с целью устранения серьезного отставания в развитии. Ж. Итар усыновил мальчика и систематично использовал множество методов, чтобы помочь Виктору осознать свой сенсорный опыт: горячие ванны, массаж, щекотку, эмоциональное возбуждение, даже разряды электрического тока и др.  Итар в своей работе достиг определенных успехов, но несмотря на все достижения, он решил, что его усилия не увенчались успехом, поскольку ему так и не удалось социализировать мальчика, превратив его в нормального человека. Тем не менее случай Виктора явился вехой в деле оказания помощи детям с особыми потребностями. Ж.-М. Итар доказал, что ребенок с серьезными нарушениями может прогрессировать благодаря соответствующему обучению.

Когда во второй половине XIX в. влияние Локка и других деятелей способствовало расширению практики всеобщего образования в Европе и Северной Америке, дети, которые не могли справиться с требованиями школы, стали заметной и вызывающей беспокойство группой. Эта ситуация привела к важному и базовому разграничению лиц с психической неполноценностью («слабоумных») и лиц с психическими, или душевными, расстройствами («душевнобольных»), хотя в то время — это разграничение было не слишком четким. Возникла необходимость определить, на кого ложится ответственность за помощь детям, чье когнитивное развитие кажется нормальным, но, несмотря на это, у них возникают серьезные эмоциональные или поведенческие проблемы. Прежде единственное руководство, которым пользовались при определении различий между детьми с интеллектуальными недостатками и детьми с поведенческими и эмоциональными проблемами, было заимствовано из религиозных представлений.

Бенджамин Раш (1745–1813 гг.), пионер в области психиатрии, заявил, что дети не подвержены настоящему безумию, наблюдающемуся у взрослых, поскольку незрелость развивающегося мозга предохраняет их от психических процессов, вызывающих безумие. В результате термин «нравственное безумие» стали все реже использовать объяснения неинтеллектуальных форм патологического поведения детей.

Как ни печально, но от ранней педагогичной и гуманной модели помощи людям с психическими расстройствами в начале ХХ в. вернулись к модели содержания под надзором. На смену осторожному оптимизму в области изучения и лечения различных расстройств опять пришли полный пессимизм, враждебность и презрение. В частности, во время последующего периода панической боязни патологий детей и взрослых с психическими отклонениями стали обвинять в преступлениях и социальных бедах. В течение двух следующих десятилетий подобные «безумия», как правило, предотвращались путем евгеники (стерилизации) и сегрегации (помещения в больницы).

Сегодня многие считают само собой разумеющимся то, что для создания концепции детской патопсихологии знания о биологических влияниях должны быть уравновешены знаниями о значимых факторах развития и среды, включая семью, сверстников, школу и другие источники влияния. Корни изучения психологических влияний уходят в начало ХХ в., когда внимание было привлечено к важности серьезных психологических расстройств и формулирования таксономии заболеваний. Подобное признание позволило исследователям создать и классифицировать способы идентификации различных проблем детей и взрослых, что имитировало определенное понимание и контроль над ними.

Две крупные теории помогли придать форму зарождавшимся учениям о психологических и средовых влияниях: психоанализ и бихевиоризм.

Психоаналитическая теория. В дни Зигмунда Фрейда, на рубеже ХХ в., многие детские психиатры и психологи были настроены пессимистично в отношении своей способности лечить детские психические расстройства. Методов, помимо содержания под надзором или временного снятия симптомов, не существовало. К чести Фрейда, он был одним из первых, кто указал на новые возможности лечения, открыв источники психических расстройств в раннем детстве; придал смысл психическому расстройству, связав его с опытом детства. Возможно, впервые течение психических расстройств перестали считать необратимым; появилась возможность помочь и детям, и взрослым посредством создания подходящей среды, организации грамотного лечения или совокупности этих методов.

 Идеи, основанные на теории Фрейда, продолжали развиваться в первой половине ХХ в., когда клиницисты и теоретики стали отходить от некоторых его ранних воззрений и приносить в область психоанализа новые взгляды.

 Развитие основанных на исследовании методов лечения детей, подростков и семей в целом восходит к зарождению бихевиоризма в начале 1900-х гг. Джон Уотсон, «отец бихевиоризма», намеревался объяснить концепцию Фрейда в терминах, порожденных новой теорией классического обусловливания, по сути являющейся теорией научения. Уотсон известен своей теорией эмоций, в которой он перенес нормальное поведение на патологическое.

В сравнении с последующими годами, период с 1930 по 1950 г. был периодом затишья в исследованиях и лечении детской психопатологии. Вследствие научных изысканий XIX в. ничего кардинально не изменилось, и большинство детей с интеллектуальными или психическими расстройствами по-прежнему содержались в интернатах. Однако эта практика стала подвергаться все большей критике в конце 1940-х гг., и после опубликования работ Рене Шпица о значительном недоразвитии детей, содержавшихся в детских специализированных учреждениях, были предприняты усилия по закрытию интернатов и помещению более зависимых и трудных детей в приемные семьи или «групповые» дома. В течение 20 лет, с 1945 по 1965 г., отмечалось быстрое уменьшение числа детей, живущих в интернатах, тогда как количество детей в приемных семьях и «групповых» домах росло.

В течение 1950-х гг. и в начале 1960-х появилась поведенческая терапия как системный подход к лечению детских и семейных проблем. Эта терапия была основана на принципах оперантного и классического обусловливания, заложенных в лабораторной работе с животными. В своей ранней форме эти основанные на лабораторной работе приемы по изменению нежелательного поведения и формированию адаптивных способностей резко контрастировали с доминировавшими психоаналитическими подходами, которые делали упор на разрешение внутренних конфликтов и неосознанных мотивов. Сначала поведенческая терапия фокусировала внимание на детях с задержкой психического развития или серьезными нарушениями, по отношению к которым психоаналитическая практика считалась неэффективно или даже неприменимой. Значительная часть этой работы проводилась в интернатах или учебных классах, где, как считалось, обеспечивалась возможность внешнего контроля, необходимого для эффективного изменения поведения. [3]

Отечественная патопсихология имеет иную историю развития, чем современная клиническая психология на Западе. Однако родились они одновременно, в начале XX в., и были вызваны к жизни запросами психиатрической практики и достижениями психологической науки. В начале XX в. исследователи нарушений психической деятельности возвещают о вычленении особой отрасли знаний - патологической психологии. Если у истоков зарубежной патопсихологии стояли прогрессивные психиатры, то в дальнейшем эта отрасль развивалась и развивается под влиянием идей различных направлений психологии - бихевиоризма, психоанализа, гуманистической и экзистенциальной психологии. Однако теоретические положения этих направлений методологически несостоятельны; в практике зарубежной патопсихологии основной акцент ставится не на эксперимент, а на измерение и корреляцию отдельных особенностей, черт личности; практическая психологическая служба находится под влиянием идей так называемой "антипсихиатрии" и "психологии сообществ".

На формирование ее принципов и методов исследования отечественной патопсихологии оказала влияние работа И. М. Сеченова "Рефлексы головного мозга" (1863), разделявшая физиологию и психологию. Сам И. М. Сеченов придавал большое значение сближению психологии и психиатрии. Преемником И. М. Сеченова на этом пути стал В. М. Бехтерев, психиатр по образованию, родоначальник материалистически ориентированной экспериментальной психологии и основоположник патопсихологического направления в России.

Представителями школы В. М. Бехтерева было разработано много методик экспериментально-психологического исследования душевнобольных. Некоторые из них (методика сравнения понятий, определения понятий) вошли в число наиболее употребляемых в психологии. Основными принципами патопсихологического исследования в школе В. М. Бехтерева были: использование комплекса методик, качественный анализ расстройства психики, личностный подход, соотнесение результатов исследования с данными здоровых лиц соответствующего возраста, пола, образования. Использование комплекса методик - наблюдение за испытуемым по ходу эксперимента, учет особенностей его поведения вне экспериментальной ситуации, сочетание различных экспериментальных методик для исследования одних и тех же патологических явлений - способствовало получению богатого объективного материала.

Сохранили значение для современной науки и сформулированные В. М. Бехтеревым и С. Д. Владычко требования к методикам: простота (для решения экспериментальных задач испытуемые не должны обладать особыми знаниями, навыками) и портативность (возможность исследования непосредственно у постели больного, вне лабораторной обстановки), что очень важно при работе с детьми. Принцип качественного анализа, выдвинутый в период увлечения многих исследователей измерительными методами, стал традиционным в отечественной патопсихологии. Ценный и плодотворный принцип личностного подхода был тоже выдвинут В. М. Бехтеревым.

Ученик и сотрудник В. М. Бехтерева заведующий психологической лабораторией Психоневрологического института А. Ф. Лазурский, стал организатором собственной психологической школы. Он разрабатывал главным образом вопросы индивидуальной и педагогической психологии, но идеи из этих отраслей переносились и в патопсихологию. В клинику был внедрен разработанный А. Ф. Лазурским для нужд педагогической психологии естественный эксперимент. Он применялся в ходе организации досуга больных, их занятий и развлечений.

Патопсихологические методы, разработанные представителями школы Бехтерева стали использоваться в детской и судебной экспертизах. В. М. Бехтерев и Н. М. Щелованов писали, что данные патологической психологии позволяют почти безошибочно распознавать психически несостоятельных школьников, дабы выделить их в специальные учреждения для отсталых.

Разносторонние конкретные исследования и разработка элементарных теоретических основ позволяют считать вклад школы В. М. Бехтерева в патопсихологию отправным пунктом формирования данной отрасли в нашей стране. На становление патопсихологии как особой области знаний большое влияние оказали идеи выдающегося советского психолога Л. С. Выготского. Его теоретические идеи, во многом определили путь патопсихологических и нейропсихологических исследований в нашей стране. Экспериментальные исследования под руководством Л. С. Выготского положили начало многостороннему изучению распада мышления Б. В. Зейгарник.

За последние годы выросло значение патопсихологии в психокоррекционной работе, которая проводится в разных видах психологической службы: психокоррекция и профилактика в соматической клинике и клинике неврозов, поликлинических отделениях кризисных состояний, "телефоны доверия", "Служба семьи" и конечно же детских учебных учреждениях. Участие психологов становится сейчас не только необходимым, но часто ведущим фактором как в диагностической работе, так и в области профилактики и психокоррекции психических расстройств.

Особое развитие получили патопсихологические исследования в детских психоневрологических учреждениях. Разрабатываются методики, способствующие ранней диагностике умственной отсталости; проводится анализ сложных картин недоразвития в детском возрасте с целью поисков дополнительных дифференциально-диагностических признаков и симптомов. Разрабатываются методы игровой психокоррекции. [4]

Понятие патопсихология, предмет, задачи и специфика детской патопсихологии.

В самом, начале развития патопсихологии как отдельной отрасли науки, cмешение понятий "патопсихология" и "психопатология" происходило из-за отсутствия четкой дифференциации задач психологии и психиатрии в период первоначального накопления фактического материала в конкретных исследованиях аномалий психики, тем более, что исследователи, как правило, в одном лице совмещали и психиатра, и психолога. Наиболее четкое представление о предмете и задачах патопсихологии на заре ее становления содержалось в работах В. М. Бехтерева. Называя патологическую психологию среди отраслей "объективной психологии", ученый определял ее предмет: "...изучение ненормальных проявлений психической сферы, поскольку они освещают задачи психологии нормальных лиц" - Отклонения и видоизменения нормальных проявлений душевной деятельности, по мнению В. М. Бехтерева, подчинены тем же основным законам, что и здоровая психика. [4]

Патопсихология (греч. pathos - страдание, болезнь) - раздел психологии медицинской, изучающий особенности деятельности психической, закономерности распада психической деятельности и свойств личности при заболеваниях психических или соматических. Анализ патологических изменений проводится на базе сопоставления с характером формирования и протекания процессов психических, состояний и свойств личности в норме. В этом - основное отличие патопсихологии, интерпретирующей данные исследования в категориях психологической теории, от психопатологии - области психиатрии, изучающей патологию психики на основе общеклинических категорий (появление и исход болезни как клинически закономерная смена симптомов и синдромов). И если психопатологические исследования обнаруживают, описывают и систематизируют проявления нарушенных процессов психических, то патопсихология вскрывает характер протекания и особенности структуры процессов психических, приводящих к наблюдаемым симптомам.

Патопсихология изучает расстройства психические в первую очередь экспериментально-психологическими методами. Ее прикладное значение в медицинской практике проявляется в использовании полученных в эксперименте данных:

• для диагностики дифференциальной расстройств психики;
• для установления меры выраженности дефекта психического в интересах экспертизы - судебной, трудовой, военной и пр.;
• для оценки эффективности проводимого лечения по характеристикам динамики психического состояния больных;
• для анализа возможностей личности больного с позиции ее сохранных сторон и перспектив компенсации утраченных свойств - в целях выбора психотерапевтических мероприятий и проведения психической реабилитации.

 Значение патопсихологических  исследований для психологии  состоит в возможности более  глубокого познания закономерностей  функционирования и развития  нормальной психики, изучения категорий  нормы психической, здоровья психического, а также факторов, активизирующих  или тормозящих развитие личности  в ходе ее онтогенеза и социогенеза. [6]

 Следует различать понятия патопсихология и психопатология, несмотря на то, что эти понятия схожи, предметы их изучения – разные. Предмет патопсихологии - структура нарушений психической деятельности в их сопоставлении с нормой; предметом психопатологии являются признаки психических заболеваний и динамика развития или протекания болезни, соответственно, при различии предметов изучения, используются различные методы исследований. Психопатология – раздел психиатрии, в определениях используется медицинская терминология, патопсихология – отрасль психологии, точнее одного из ее разделов - медицинской психологии, и пользуется психологической терминологией. [7]

Предметом детской патопсихологии является изучение любых возможных нарушений психического развития детей. Причины этих нарушений могут быть самыми разными, поэтому патопсихолог должен всегда учитывать всю совокупность сведений о ребенке, охватывающую как биологические, так и социальные факторы его развития.

Одной из центральных задач детской патопсихологии является диагностика психического развития детей с отклонениями. Диагностируется состояние психических процессов: мышления, памяти, восприятия, внимания, а также особенности личности и деятельности ребенка. Задачей патопсихолога является установление уровня развития ребенка, определение его соответствия или несоответствия возрастным нормам, а также выявление патологических особенностей развития. [5,8]

Специфика детской патопсихологии в том, что нарушения в психической деятельности рассматривается в динамике, в соответствии с развитием ребенка в процессе онтогенеза, что значительно усложняет процесс изучения предмета исследования. Необходимо учитывать одновременно и динамику нарушений психической деятельности, и динамику формирования психической деятельности ребенка. Для правильной интерпретации результатов патопсихологического детей, необходимо постоянно ориентироваться на показатели возрастной нормы здоровых детей. Более того, манера проведения психологического обследования, подбор методик и стимульного материала – все должно проводится с учетом возраста ребенка и присущих ей в этом уровне познавательной и эмоционально-волевой сферы, интересов, потребностей, личных характеристик. [7]

Диагностика нарушений детского развития тесно связана с психологическим консультированием родителей, опекунов, учителей и т. д. обследуемого ребенка. Родители, имеющие психически больного или умственно отсталого ребенка, остро это переживают, часто внутренне не могут принять этого факта, а иногда и просто не доверяют специалистам или боятся их. Придя на консультацию к психологу, они часто предъявляют банальные жалобы, за которыми может скрываться и серьезное заболевание. В этом случае родители ждут не только констатации, например, того, что ребенок отстает в умственном развитии, но и конкретных советов и рекомендаций по преодолению отставания, компенсации дефекта, адаптации.

Часто психологические консультации родителей детей с отклонениями проводят детские психологи. Если они не обладают достаточными знаниями детской патопсихологии, то их выводы могут быть ошибочны, а рекомендации даже вредны. Прежде чем давать советы и рекомендации по обучению и воспитанию "трудного ребенка", нужно уметь "исключить патологию". [3]

Психологическая диагностика нарушений развития теснейшим образом связана с психологической коррекцией дефекта. Детские патопсихологи проводят разнообразные коррекционные занятия (как индивидуальные, так и групповые) с детьми, имеющими отклонения в развитии.

Следующей важной задачей детской патопсихологии является профилактика возникновения отклонений в психическом развитии, которой, к сожалению, как и во взрослой патопсихологи, уделяется слишком мало внимания. К профилактической работе относится, и популяризация знаний по детской патопсихологии, и консультирование родителей, учителей и воспитателей, и проведение специальных игр и тренингов.

Детская патопсихология, кроме практических задач, занимается и научными исследованиями. Без серьезных научных разработок было бы невозможно вмешиваться в такое сложное явление, как психическое заболевание ребенка, компенсация дефекта и т. д.

Особенности работы детского патопсихолога.

Детский патопсихолог никогда недолжен пытаться подменить собой врача. Несмотря на весьма тесное сотрудничество патопсихологов с детскими психиатрами, невропатологами, генетиками, у патопсихолога свои задачи (пусть в чем-то и совпадающие с задачами других специалистов), а также и свои методы работы. Детский патопсихолог - прежде всего психолог, он пользуется психологическими методами диагностики и коррекции детского развития.

В свете всего этого патопсихологу важно не столько точно поставить медицинский диагноз и определить, например, форму шизофрении (это дело врача), сколько максимально полно исследовать психологические особенности больного ребенка. [5,8]

Выбор способа описания отклонений, проявляющихся у детей, и вреда, который подобные отклонения могут нанести, часто является первым шагом к пониманию характера проблем ребенка. Трудности, отличающие большинство детских и подростковых расстройств:

• Когда просят помочь детям, часто бывает неясно, кому на самом деле нужно помочь. Дети обычно попадают в поле зрения специалистов вследствие беспокойства взрослых - родителей, педиатров, учителей или школьных учителей, - и сами дети могут не иметь возможности выбора в подобной ситуации. Это имеет важное значение для понимания того, как выявляются проблемы детей и как взрослые на них реагируют. Сами дети не обращаются за помощью.
• Часто трудности детей и подростков связаны с несоответствием их развития ожиданиям взрослых. Нарушение может быть временным, как это бывает в большинстве случаев ночного недержания мочи, но может являться и первым признаком более серьезных проблем, ожидающих ребенка в будущем.

Для определения статуса каждого конкретного случая требуются знания в области как нормального, так и патологического развития.

• Многие виды проблемного поведения, демонстрируемые детьми и подростками, не являются, в сущности, патологическими; в определенной степени они свойственны большинству детей и подростков.

Таким образом, чтобы решить, что следует предпринять, необходимо быть компетентным в области известных психических расстройств и причиняющего беспокойство проблемного поведения.

• Вмешательства в случае детей и подростков часто нацелены на то, чтобы обеспечить дальнейшее развитие, а не просто восстановить прежний уровень функционирования психики. В отличие от большинства расстройств, свойственных взрослым, в случае многих детских проблем целью становится развитие способностей и навыков, а не только уст ранение дистресса. [3]

Изучив особенности и отклонения в его игровой деятельности, мышлении, речи и т.п., патопсихолог может, с одной стороны, дать ценный диагностический материал лечащему врачу, а с другой стороны, попробовать подобрать методы коррекционного психологического воздействия и рекомендации родителям по общению с таким ребенком.

Для некоторых видов нарушений развития не существует медикаментозной терапии или ее роль не является определяющей (для детей с задержкой психического развития, умственно отсталых), в этих случаях квалифицированное патопсихологическое исследование и психологическая коррекция дефекта очень важны.

В детской патопсихологии, как и во взрослой, остро стоит вопрос о понятии психической нормы и патологии. Какого ребенка следует считать психически больным? Что можно назвать дефектом развития? Как оценивать перспективы развития ребенка с психическими отклонениями и что следует и не следует говорить его родителям? Нужно отметить, что понимание нормального психического развития ребенка и отношение к дефектам развития у врачей и психологов несколько различаются. Таким образом, патопсихолог в своей работе должен учитывать любые особенности развития ребенка, оказывающие негативное влияние на формирование его личности или сочетающиеся с другими отклонениями. [5,8]

Cспециалисты в области психического здоровья, пытаясь понять недостатки детей, слишком часто непреднамеренно забывают об их достоинствах. Однако многие дети эффективно справляются с трудностями в тех областях своей жизни, которые не обращают на себя внимание специалистов именно из-за отсутствия патологий, и делают это несмотря на трудности, связанные со специфическими психическими расстройствами. Понимание взрослыми этих уникальных достоинств и способностей детей может облегчить помощь в адаптации. Кроме того, в некоторых случаях дети могут демонстрировать не крайние формы патологии или только ранние признаки возникающей проблемы, а не полностью проявленное расстройство. Поэтому, чтобы судить о том, что является патологией, мы должны тонко чувствовать стадию развития каждого ребенка и учитывать методы и способы компенсации трудностей, присущие каждому ребенку. [3]