Геополитика как научная дисциплина

Содержание

Введение 3

1  Геополитика как научная  дисциплина………………………………………………………....4

1.1 Возникновение геополитики как науки 4

1.2 Объект и предмет геополитики 7

2 Немецкая геополитическая мысль 9

2.1 «Органическая школа» Ф. Ратцеля ………..9

2.2 Геополитические идеи Р. Челлена……………………...…......................…………...12

Заключение 14

Список использованных  источников 15

Введение

Актуальность темы исследования. Сегодня геополитика вызывает повышенный интерес почти повсеместно, особенно в Восточной Европе. Многие исследователи видят в геополитике науку, изучающую комплекс географических, исторических, политических и других факторов, взаимодействующих между собой и оказывающих большое влияние на стратегический потенциал государства. Еще совсем недавно официальная советская наука определяла ее как «направление буржуазной политической мысли, основанное на крайнем преувеличении роли географических факторов в жизни общества», как идеологическое обоснование «агрессивной внешней политики империализма», то в наши дни совсем нередкими становятся утверждения, согласно которым геополитика является объяснением многих цивилизованных процессов, которые остаются необъяснимы в чисто политических, экономических или натуралистических терминах. Геополитика все больше обогащается и наполняется конкретным содержанием, все активнее способствует изменениям в современном мире. Конечно, это становится возможным потому, что она опирается на научную базу многих дисциплин. Геополитика стала не только реальным инструментом изменения мира, но все больше служит ключом к прогнозированию политики ведущих стран и континентов.

В XIX—XX вв. был совершен скачок, который собрал идеи философской, географической, исторической, политической, военной мысли. Геополитика могла родиться именно в это время, так как к концу XIX в. мир стал “тесен”, был накоплен значительный научный потенциал, а сама геополитика как наука была востребована временем.

Геополитические концепции были сформулированы в XIX веке немецким географом профессором Фридрих Ратцелем. А термин «геополитика» первым использовал, как принято считать, шведский профессор Рудольф Челлен в книге «Введение в шведскую географию» (1900), дав ему следующее определение: «Это — наука о государстве как географическом организме, воплощенном в пространстве». В результате, он пришел к выводу о необходимости органического сочетания пяти взаимосвязанных между собой элементов политики: экономополитики, демополитики, социополитики, кратополитики и геополитики.

Из вышесказанного несложно понять роль и значение немецкой школы  геополитики  в истории и развитии данной дисциплины. 
Цель контрольной  работы – дать оценку немецкой геополитической школы через рассмотрение концепций Ф. Ратцеля и Р. Челлена - деятелей данного направления. 
Задачи исследования данной работы - анализ и оценка геополитической школы Германии.

1Геополитика как научная дисциплина

1. Возникновение геополитики как науки

Геополитика как наука возникла на рубеже XIX–XX вв. Ее появление было обусловлено  в первую очередь потребностью осмысления новых политических реалий. В это  время крупнейшие капиталистические  государства, в том числе и  Россия, вступили в эпоху империализма.

Империализм (от лат. imperium – власть, господство) в его позднейшем значении понимается как историческая ситуация раздела сфер власти на Земле между большими империями или как характеристика политики больших империй, направленной на захват власти над всей Землей. В XIX в. история человечества вошла в ту фазу, когда развитие империй привело к разделу между ними всего мира. С тех пор они провели множество войн за передел мира, включая две мировые войны. Такой высокий уровень конфликтности подтолкнул научные поиски, нацеленные на совершенствование приемов борьбы главных геополитических сил на мировой арене.

Традиционные  представления о международных  отношениях основывались на трех главных китах – территории, суверенитете, безопасности государств, которые являются основными факторами международной политики. В трактовке же основателей геополитики центральное место в определении международной политики того или иного государства отводилось его географическому положению. Смысл геополитики виделся в выдвижении на передний план пространственного, территориального начала. Другими словами, традиционная геополитика рассматривала каждое государство как своего рода географический или пространственно-территориальный организм, обладающий особыми физико-географическими, природными, ресурсными, людскими и иными параметрами. Поэтому главная задача геополитики усматривалась в изучении государств как пространственно-географических феноменов и постижении природы их взаимодействия друг с другом.

Во  многих своих аспектах традиционная геополитика возникла в русле географического направления или географического детерминизма в социальных и гуманитарных науках XIX–XX вв. Географический детерминизм основывается на признании того, что именно географический фактор, т.е. месторасположение страны, ее природно-климатические условия, близость или отдаленность от морей и океанов и другие параметры определяют основные направления общественно-исторического развития того или иного народа, его характер, поведение на международно-политической арене и т.д. Таким образом, географическая среда рассматривается в качестве решающего фактора социально-экономического, политического и культурного развития народов [1], [2], [3].

Отцом направления географического детерминизма в социальных и гуманитарных науках считается германский этнограф и географ, зачинатель политической географии конца XIX – начала XX в. Ф. Ратцель. Главная заслуга Ратцеля состояла в том, что он предпринял попытку связать между собой политику и географию, изучить политику того или иного государства, исходя из географического положения занимаемого им пространства. Как правило, введение в научный оборот самого термина “геополитика” связывают с именем шведского исследователя и политического деятеля Р. Челлена (1846–1922). Он предпринял попытку проанализировать анатомию силы и ее географические основы. Челлен говорил о необходимости органического сочетания пяти связанных между собой элементов политики, понимаемой в самом широком смысле этого слова: экономополитики, демополитики, социополитики, кратополитики и геополитики [2]. Ведущий немецкий геополитический журнал “ Zeitschrift für Geopolitik ” (“Журнал геополитики”), основанный К. Хаусхофером, дал следующее определение, которое чаще всего цитируется в работах по геополитике: “Геополитика есть наука об отношениях земли и политических процессов. Она зиждется на широком фундаменте географии, прежде всего географии политической, которая есть наука о политических организмах в пространстве и об их структуре. Более того, геополитика имеет целью обеспечить надлежащими инструкциями политическое действие и придать направление политической жизни в целом. ” [3]. В другом месте Хаусхофер совместно с Эрихом Обетом, Отто Мауллем и Германом Лаутензахом характеризовал геополитику как «учение о зависимости политических событий от земли» [4].

Американский исследователь Л. Кристоф полагает, что геополитика покрывает область, параллельную и лежащую между политической наукой и политической географией. Кристоф считает, что не существует принципиальной разницы между геополитикой и политической географией как в самой области исследования, так и в методах исследования. Единственное реальное различие между той и другой состоит, в том, что политическая география, будучи преимущественно географией, делает акцент на географических явлениях, давая политическую интерпретацию и анализ политических аспектов. Геополитика, будучи преимущественно политикой, наоборот, концентрирует свое внимание на политических явлениях и стремится дать географическую интерпретацию и анализ географических аспектов этих явлений [5].

В “Энциклопедии Американа” (“Encyclopedia Americana”) геополитика рассматривается как наука, изучающая и анализирующая в единстве географические, исторические, политические и другие взаимодействующие факторы, оказывающие влияние на стратегический потенциал государства.

В социалистических странах  о геополитике было принято говорить в негативно-критическом смысле. В «Кратком политическом словаре» (1989) можно прочесть, что геополитика — это «направление буржуазной политической мысли, основанное на крайнем преувеличении роли географических факторов в жизни общества», что это идеологическое обоснование «агрессивной внешней политики империализма». Во многих публикациях послевоенного времени геополитика определялась как американо-фашистская доктрина, которая якобы обосновывала стремление американских монополий к установлению прямого экономического господства над всем миром путем агрессивной войны. Впервые более «лояльным» к геополитике в 1989 г. оказался «Советский энциклопедический словарь», определивший геополитику как западную политологическую концепцию, согласно которой «политика государств, в особенности внешняя, в основном предопределена различными географическими факторами: пространственным расположением, наличием либо отсутствием определенных природных ресурсов, климатом, плотностью населения и темпами его прироста и т.п.» [6].

Геополитическая мысль в современной России находится  в зачаточном состоянии. Действительно  геополитические, научно обоснованные концепции и идеи только начинают появляться. В своих исследованиях российские ученые представляют свою позицию по этой проблеме, дают собственную оценку геополитике.  Ю.В. Тихонравов, к примеру, считает, что “геополитику можно определить как отрасль знания, изучающую закономерности взаимодействия политики с системой неполитических факторов, формирующих географическую среду (характер расположения, рельеф, климат, ландшафт, полезные ископаемые, экономика, экология, демография, социальная стратификация, военная мощь)” [7].

Несмотря  на чрезвычайное разнообразие тематики, подходов, территориального охвата геополитических  исследований, можно сказать, что геополитика как наука главное свое внимание направляет на раскрытие и изучение возможностей активного использования политикой факторов физической среды и воздействия на нее в интересах военной, экономической и экологической безопасности государства [8].

Подводя итог, можно сформулировать самое  общее определение: геополитика – наука, изучающая взаимосвязь внешней политики государств с их географическим положением, климатом, природными ресурсами. При этом следует иметь в виду, что в теории международных отношений внешняя политика понимается, как продолжение внутренней политики государства, ее распространение на отношения с другими государствами с помощью различных средств и методов.

1.2  Объект и предмет геополитики

Предметом любой науки  являются вовлеченные в процесс  практической деятельности человека стороны, свойства, отношения реальных объектов, которые в данных исторических условиях подлежат познанию. Предмет геополитики - это взаимоотношения между геополитическими субъектами при решении мировых и региональных проблем (с учетом влияния всех видов пространства). Объектом же геополитики является планетарное пространство, геополитические процессы, явления в мировом обществе, как системы.

На сегодняшний день геополитика стала комплексной и многоуровневой дисциплиной, так как мир становится многополярным и многомерным, как стала многоуровневой глобальная мировая политика. Современная геополитика анализирует развитие событий на глобальном, региональном, субрегиональном и внутригосударственном уровнях, отражающих интересы отдельных государств и их коалиций. Под воздействием новых обстоятельств мир постоянно меняется, и новые элементы не отменяют географические факторы, а добавляются к ним и формируют геополитическую модель современного мира. Эта модель находится скорее в динамике, чем в статике [9].

Все также продолжают действовать географические факторы - географическая среда, пространство, климат, ландшафт и т.д. Геополитика опирается на такие дисциплины, как география, история, экономика, демография, этнография, религиоведение, экология, военное дело и стратегия, идеология, социология, политология и т.п.

В качестве предмета геополитики все более  активно выступают информационные войны (времен "холодной войны" или современных войн и военных конфликтов - в Ираке, Югославии, Афганистане), нацеленные на информационно-психологическое поражение противника, на формирование общественного мнения. Таким образом, можно утверждать, что предмет геополитики постоянно меняется, в то время как объект остается более или менее стабильным.

С середины XX в. в результате бурно протекающей научно-технической революции к новым элементам предмета геополитики добавились технико-экономические факторы, влияние которых на политическую ситуацию в мире в конце столетия резко возросло. Общественное разделение труда, связанное во многом с НТР, добычей природных ископаемых, их переработкой, утилизацией отходов и др., привело к реальной глобализации экономических процессов. Глобализация видна также в международной торговле, межгосударственном движении капиталов и инвестиций, перемещении рабочей силы и валюты, активизации и распределении информационных потоков и т.д.[9], [10], [11].

Экономические факторы в XXI в. будут оказывать еще большее влияние, и экономические конфликты лишь закрепятся на первом месте среди всех видов межгосударственных, межнациональных конфликтов. Для их решения будет чаще использоваться сила - военная и военно-политическая, которая, в свою очередь, зависит от состояния экономики. Поэтому сегодня любой анализ геополитической ситуации без анализа экономических факторов не позволит сделать всеобъемлющие и научно обоснованные выводы, и дать разумные рекомендации политическим лидерам [1], [8].

Так же можно отметить, что научно-техническая революция внесла существенный вклад в развитие электронных средств связи, которые сформировали "коммуникативное" мировое сообщество, в частности сеть Интернет. Страны и народы, разделенные ранее огромными расстояниями, сейчас стали соседями в плане электронного общения. От состояния электронной связи во многом зависит протекание жизни во всех сферах общества, но сейчас на первое место выходят военная и экономическая. Уровень культуры влияет на состояние мировых религий, которые с последнего десятилетия XX в. оказывают все большее воздействие на геополитический баланс сил (особенно ислам)[10]. Эти факты можно отнести к факторам, влияющим на геополитику и служащим предметом ее исследования.

Итак, из всего вышесказанного можно сделать вывод, что сейчас геополитика находится в постоянной динамике, так как постоянно изменяется весь окружающий мир, и, следовательно, явления в мировом обществе и  геополитические процессы, что и  является объектом геополитики. Так  же, можно указать на то, что объект, в отличие от предмета геополитики, остается неизменным. Предмет же постоянно  дополняется факторами, различными процессами, происходящими в мире на сегодняшний момент, которые влияют на развитие геополитики как науки.

2 Немецкая геополитическая мысль

2.1 «Органическая школа» Ф. Ратцеля

Своим возникновением классическая геополитика обязана немецкому мыслителю Фридриху Ратцелю (1844—1904гг.). Фридриха Ратцеля можно считать подлинным «отцом» геополитики: «Без Ратцеля развитие геополитики было бы немыслимо, — писал Отто Маулль, — поэтому Челлен, например, или кто-либо другой не может быть назван, как это иногда случается по невежеству, отцом геополитики. Им является Ратцель»[7] . Однако сам Ратцель этого термина в своих трудах не использовал, а писал о «политической географии». Следует отметить, что Ратцель действительно является одним из основоположников политической географии в современном понимании содержания данной науки.

При жизни Ратцель имел тесное общение с Э. Геккелем, который был прямым учеником Чарльза Дарвина, поэтому, неудивительно, что при разработке своего учения Ратцель использовал многие дарвиновские идеи,  под влиянием которых,  Ратцель рассматривал государство как живой организм, борющийся за свое существование. Развивая идеи географического детерминизма в духе Карла Риттера и английского социолога-позитивиста Герберта Спенсера (1820—1903 гг.), Ратцель переносил в социальную область закономерности развития животного и растительного мира [2].

Главным, что отличало его  концепцию от других его предшественников, было убеждение, что пространство — это не просто территория, занимаемая государством и являющаяся одним из атрибутов его силы. Пространство — само есть политическая сила. Оно представляет собой те природные рамки, в которых происходит экспансия народов. Каждое государство и народ имеют свою «пространственную концепцию», то есть идею о возможных пределах своих территориальных владений. Упадок государства, считал Ратцель, есть результат слабеющей пространственной концепции и слабеющего пространственного чувства. Пространство обусловливает не только физическую эволюцию народа, но также и его ментальное отношение к окружающему миру [9].

В 1882 г. вышел труд Ратцеля «Антропогеография», в котором он сформулировал свои основные идеи: связь эволюции народов и демографии с географическими данными, влияние рельефа местности на культурное и политическое становление народов и т.д.

Для развернутой в «Антропогеографии» методологии Ратцеля характерно утверждение о непосредственных отношениях между человеком и географической средой, государством и землей. Политическая жизнь, по Ратцелю, обусловлена непосредственным воздействием географической среды, а государство «так же старо, как семья и общество» и представляет собой «единство народа с известным почвенным пространством» и особый биологический организм.

В следующей своей работе «Народоведение» (1893) Ратцель поставил в центр исследования географическую обусловленность политической жизни и проследил отношение внешней политики государства к географическому пространству. Он рассматривал государство как биологический организм в тесной и неразрывной связи со свойствами населяющего его этноса, частично — со свойствами земли и природными условиями в целом [8], [9], [12].

Согласно Ратцелю, государство возникло потому, что все общество нуждалось в нем для защиты своих общих интересов. “Проявлением органического характера государства является то, что оно движется и растет как целое”. “Нормальным” государством Ратцель считает такое, которое наиболее органично сочетает географические, демографические и этнокультурные параметры нации. Из такого органицистского подхода ясно видно, что государство, рассматриваемое как биологический организм, подвержено тем же влияниям, что и все живое. Таким образом, в “Политической географии”, главном труде Ратцеля     (1897 г.) обоснован тезис о том, что государство представляет собой биологический организм, действующий в соответствии с биологическими законами. Ратцель показывает, что почва является основополагающей неизменной данностью, вокруг которой вращаются интересы народов. Движение истории предопределено почвой и территорией. Ратцель исходил из того, что человеческая история – это история приспособления людей к окружающей их среде. Далее следует эволюционистский вывод о том, что «государство является живым организмом», но организмом, «укорененным в почве». Отсюда его основной девиз: «Государство нуждается в земле, чтобы жить». Он считал, что такой строго географический фактор, как поверхность Земли, определяет не только государство как таковое, но и его политическую организацию. Развитие государства и его форма без каких-либо промежуточных звеньев непосредственно зависит от территории, границ и пространственного отношения с другими государствами [3], [7], [10].

Одним из основных путей  наращивания мощи этого организма, считал Ратцель, является расширение жизненного пространства. С помощью этого понятия он пытался обосновать мысль о том, что основные экономические и политические проблемы Германии вызваны несправедливыми, слишком тесными границами, стесняющими ее динамическое развитие. Ратцель считал, что “...в создании государства как организма участвует определенная часть пространства Земли так, что свойства государства оказываются как бы свойствами народа и земли. Важнейшие из них — это размеры, положение и границы, затем форма земли с ее растительностью и водами и, наконец, ее отношение к другим частям земной поверхности”[2], [6].

Отношение к государству  как к живому организму предполагало отказ от концепции “нерушимости границ”. Государство рождается, растет, умирает, подобно живому существу. Следовательно, его пространственное расширение и  сжатие являются естественными процессами, связанными сего внутренним жизненным циклом. Ратцель понимал, что захват чужих территорий не может происходить гармонически, мирно, без военных столкновений. Поэтому он утверждал: “Сущность государств такова, что они развиваются, соревнуясь с соседними государствами, причем наградой в борьбе в большинстве случаев являются части территории”. По Ратцелю, государство, если оно желает быть “подлинной” великой державой, должно иметь в качестве своей пространственной основы площадь приблизительно в 5 миллионов квадратных километров [9], [12].

Ратцель в своей книге “О законах пространственного роста государств” (1901) вывел семь законов экспансии, или “пространственного роста государств”. Данный рост обусловлен тем, что “растущий народ нуждается в новых землях для увеличения своей численности”, а “высшее призвание народа в том, чтобы улучшить свое географическое положение”. Законы эти таковы:

1. Пространство  государств растет вместе с  ростом их культуры.

2. Пространственный  рост государства сопровождается  иными симптомами развития: развитием  идей, торговли, производства, миссионерством, повышенной активностью в различных  сферах.

3. Рост  государства осуществляется путем  присоединения и поглощения меньших государств.

4. Граница  есть периферийный орган государства  и как таковой служит свидетельством  его роста, силы или слабости  и изменений в его организме.

5. В  своем росте государство стремится  вобрать в себя наиболее ценные  элементы физического окружения:  береговые линии, бассейны рек, равнины, районы, богатые ресурсами.

6. Исходный  импульс к пространственному  росту приходит к государствам извне – благодаря перепадам уровней цивилизации соседствующих территорий.

7. Общая  тенденция к слиянию и поглощению  более слабых наций, разветвляясь в ходе своего развития, переходит от государства к государству и по мере перехода набирает силу, то есть непрерывно подталкивает к еще большему увеличению территорий [2], [8].

Сущность этих законов состоит в том, что  государство Ратцеля должно занимать по мере своего роста все большее пространство.

2.2 Геополитические идеи Р. Челлена

Рудольф Челлен (1864–1922) – шведский ученый, введший в науку понятие “геополитика”. Юрист и государствовед Челлен – профессор истории и политических наук Гётеборгского (1901–1916) и Уппсальского (1916–1922) университетов. Он изучал системы управления с целью выявления путей создания сильного государства. Кроме того, он активно участвовал в политике, являлся членом парламента, отличаясь подчеркнутой германофильской ориентацией. Челлен не был профессиональным географом и рассматривал геополитику, основы которой он развил, отталкиваясь от работ Ратцеля (которого он считал своим учителем), как часть политологии [7].

В книге “Великие державы” (1910) Челлен пытался доказать, что малые страны в силу своего географического положения “обречены” на подчинение “великим державам”, которые, опять-таки в силу своей “географической судьбы”, обязаны объединить их в большие географические и хозяйственные “комплексы”. Челлен указывал, что отдельные “комплексы” такого рода – в частности, США, Британская империя, Российская империя – сложились еще в XVIII–XIX веках, тогда как образование большого европейского “комплекса”, или единства, составляет задачу Германии. Это последнее указание Челлена на “необходимость объединения Европы под эгидой Германии” и было, в сущности, основной идеей его геополитического учения [14].

Впервые термин “геополитика” был  введен Челленом в его работе “Государство как форма жизни” (1916), написанной под влиянием идей Ф. Ницше и В. Зомбарта (1863–1941). Челлен, как и Ратцель, считал себя последователем немецкого органицизма, отвергающего механицистский подход к государству и обществу. Следуя Ратцелю, Челлен основное внимание сконцентрировал на природе государства [15].

Челлен наделил государства “прежде всего инстинктом к самосохранению, тенденцией к росту, стремлением к власти”. Он утверждал, что вся история человечества – это борьба за пространство. “Великие державы являются экспансионистскими государствами”, – заявлял он, делая вывод, что “пространство уже поделенного мира может быть лишь отвоевано одним государством у другого”.

Челлен утверждал, “что государства, как мы их наблюдаем в истории... являются, подобно людям, чувствующими и мыслящими существами”. И так как сущность всякого организма он усматривал в “борьбе за существование”, то, согласно Челлену, государства, как “наиболее импозантные формы жизни”, также должны развиваться в соответствии с правилами “борьбы за существование”[7], [8], [10].

Челлен не отрицал того, что при “неизбежном росте государств” плохо обстоит дело с будущим малых государств, ибо “чем больше возникает великих государств, тем больше падает курс малых”. Согласно этому закону природы, “малые государства... или вытесняются на периферию, или сохраняются в пограничных районах, или исчезают” [9].

Челлен отмечает важность  таких аспектов государственного становления и роста, как культура, экономика, народ, форма правления и др. В работе “Государство как форма жизни” он писал о необходимости органического сочетания пяти взаимосвязанных между собой элементов политики, понимаемой в самом широком смысле этого слова. Как единство форм жизни государство состоит из пяти жизненных сфер:

1) государство  как географическое пространство;

2) государство  как народ;

3) государство  как хозяйство;

4) государство  как общество;

5) государство  как управление.

Таким образом, помимо физико-географических черт, государство, по Челлену, выражает себя в четырех ипостасях: как определенная форма хозяйства со своей особой экономической активностью; как народ со своими этническими характеристиками; как социальное сообщество различных классов и профессий и, наконец, как форма государственного управления со своей конституционной и административной структурой. Взятые вместе, они, по выражению Челлена, образуют “пять элементов одной и той же силы, подобно пяти пальцам на одной руке, которая трудится в мирное время и сражается в военное” [14].

Собственно  геополитику Челлен определил следующим образом: “Это – наука о государстве как географическом организме, воплощенном в пространстве”. Помимо “геополитики” Челлен предложил еще четыре неологизма, которые должны были составить основные разделы политической науки:

1) экополитика (“изучение государства как экономической силы”);

2) демополитика (“исследование динамических импульсов, передаваемых народом государству”; аналог “антропогеографии” Ратцеля);

3) социополитика (“изучение социального аспекта государства”);

4) кратополитика (“изучение форм правления и власти в соотношении с проблемами права и социально-экономическими факторами”) [7], [15].