Геополитика, как объект науки

Содержание

Введение…………………………………………………………………………...2

1.Геополитика, как объект  науки………………………………………………3

2.Талассократия…………………………………………………………………...7

3.Сущность закона фундаментального  дуализма геополитики………………11 
Заключение……………………………………………………………………….14

Список литературы………………………………………………………………15

Введение

Общепринятого определения геополитики не существует, это характерная черта всех формирующихся наук. Понятие «геополитика» трактуется чаще всего чрезвычайно широко. В итоге эта наука лишается свойственных ей черт, границы ее становятся чрезвычайно размытыми, переходящими в предмет экономических, политических, военно-стратегических, природно-ресурсных, экологических и иных дисциплин, международных отношений, внешней политики и т.д.

Геополитика – это научная дисциплина, объясняющая политику с точки зрения географических факторов: характер границ (сухопутные, морские), обеспеченности природными ресурсами (можно объяснить характер внешнеполитической ориентации страны), островного или сухопутного расположения страны, климат, рельеф местности (особенности социальной политики, таможенной, характер открытости страны) и другое.

Любая наука в своем становлении и развитии последовательно проходит путь освоения трех связанных между собой этапов: эмпирического, теоретического и прикладного. А одним из признаков перехода науки в теоретическую стадию является создание и развитие ее специализированного языка. Все это целиком и полностью относится и к геополитике.

Геополитика, как и другие науки об обществе и природе, изучает законы становления, функционирования и развития социальных, экономических, географических, политических, военных и других систем.

1.Геополитика, как  объект науки

Геополитика как научная дисциплина родилась в условиях такого “уплотнения” пространства земного шара, которое стало результатом второй глобальной колониальной волны в конце ХIХ – начале ХХ веков и завершения территориального раздела мира. Это были: “во-первых, наметившиеся к тому времени тенденции к постепенному формированию глобального рынка, уплотнению ойкумены и “закрытию” мирового пространства; во-вторых, замедление (в немалой степени в силу этого “закрытия”) европейской, чисто пространственно-территориальной, экспансии вследствие завершения фактического раздела мира и ужесточения борьбы за передел того, что осталось от уже поделённого мира; в-третьих, перенесение в результате этих процессов неустойчивого баланса между европейскими державами на другие континенты “закрывшегося мира”; в-четвёртых, образно говоря, история начинала переставать быть историей одной только Европы, она превращалась в действительно всемирную историю”. С другой стороны, как раз на рубеже двух столетий завершилось становление и развитие таких научных концепций, как географический детерминизм, социал-дарвинизм, органицизм, ставшие мощными импульсами для старта геополитического мышления с его целым рядом оригинальных идей. Обретая форму в большей или меньшей степени развёрнутых концепций, они всегда были устремлены к созданию общей геополитической картины мира. “Стремление это, - писал Э. А. Поздняков, - исключительно феномен ХХ столетия. Из различных, мало связанных друг с другом, взглядов на пространственную структуру нашей планеты как упорядоченную совокупность земли, вод и взаимосвязующих их линий рождались геостратегические теории и доктрины глобального уже масштаба“.

Еще ученые Древнего мира заметили естественную связь политической деятельности и пространства Земли, где эта деятельность разворачивалась. Действительно, разве можно планировать и тем более осуществлять политические мероприятия, не зная протяженности, площади, рельефа, растительности, климата, рек - как водных преград и путей сообщения, моря - как особого географического фактора в политике и т. д. Возможно ли добиться победы в войне или даже в одном сражении, не зная и не используя хотя бы основные характеристики пространственного фактора и конкретной местности, на которой будут сражаться противостоящие армии, не владея информацией об экономической мощи страны и военной силе армии? Тем более нельзя рассчитывать удержать за собой захваченную территорию, не имея представления о ее населении - каковы его количество, плотность, другие демографические характеристики, о свойствах национального характера.

Термин «геополитика» употребляется в двух значениях: в узком (как наука) и широком (как политическая практика). В узком значении геополитика предстает как научная дисциплина, обладающая собственным методом и изучающая зависимость государственной политики от географических факторов. В широком смысле это понятие обозначает сознательно проводимую или спонтанно формирующуюся политику государств в той степени, в которой она связана с географическими и территориальными факторами. Термин «геополитика» состоит из двух частей: «гео» и «политика». «Гео» означает – земля, территория, географическое вообще, т.е. влияние географических факторов на политику государства.

Основными среди этих факторов считаются: территория; географическое положение, т. е. расположение государства на континенте; протяженность границ, их положение на естественных или искусственных рубежах; наличие рек как водных преград и путей сообщения; положение страны по отношению к морю, протяженность береговой линии и условия для судоходства; климат; почвы; недра, их богатства, способность обеспечивать экономический рост и социальные запросы населения; население, его численность, плотность, социальный состав и другие характеристики. В конце XX - начале XXI в. корень «гео» приобрел и второй смысл. Теперь его все чаще трактуют как «планетарное», «глобальное» измерение политики, характеризуя взаимоотношения супердержав или военных блоков (США и СССР, НАТО и Варшавского договора), как «столкновение цивилизаций» (А. Тойнби, С. Хантингтон) или как изменение общей конфигурации мировой системы, например с биполярной на моно- или полицентрическую. Вторая часть термина - «политика» - в данном контексте означает осуществление господства, завоевание власти, пространства и его освоение. В последнее время и она претерпевает существенные изменения в том смысле, что современные авторы геополитики не столько жаждут завоевать и освоить новые территории, сколько стремятся контролировать максимально возможные пространства, причем - и в этом тоже состоит особенность современной геополитики - контролировать не территории в целом, а по большей части линии коммуникаций этих территорий и потоки (финансовые, товарные, рабочей силы и т. д.), поддерживая тем самым наиболее благоприятные условия для собственного развития и процветания.

В классический период развития дисциплины (конец XIX - начало XX в.), когда она приобретала характерные черты науки, упор делался на познание государства как живого организма, воплощенного в пространстве. Современная геополитика продолжает изучение государств как акторов геополитического процесса, но с учетом снижения роли государственных органов в современных международных отношениях и повышения значения ООН, военно-политических блоков, региональных международных организаций, экономических и культурных международных структур.

В послевоенный период геополитика в основном сумела преодолеть навязанную ей роль служанки агрессивной идеологии и политики, выйти из-под сомнительной опеки одиозных диктатур и если не стать самостоятельной наукой, то хотя бы оказаться в одном ряду с другими политологическими дисциплинами. Как наука геополитика существует около ста лет, но до сих пор нет полной формулировки понятия “геополитика”, ее объекта и предмета. Как научная дисциплина геополитика сформировалась в XX в., отделившись от политической географии. Самое простое определение геополитики - это наука, система знаний о контроле над пространством. Геополитика рассматривает пространство с точки зрения политики (государства). Понятие “геополитика” в современную науку в 1916 г. ввел шведский ученый Рудольф Челлен в работе «Государство как форма жизни». Он определял ее как “доктрину, рассматривающую государство как географический организм или пространственный феномен”. Геополитика рассматривает государство не в статике, как постоянное, неизменное образование, а в динамике - как живое существо. Такой подход предложил немецкий теоретик Фридрих Ратцель. Геополитика изучает государство в основном в его отношении к окружению, прежде всего к пространству и ставит целью решать проблемы, возникающие из пространственных отношений.

Обычно исследователи в рамках геополитики выделяют два направления:

1)геополитика доктринально-нормативная, связанная с именем К. Хаусхофера;

2)геополитика оценочно-концептуальная, представленная англо-американской школой (А. Мэхэн, X. Маккиндер, Н. Спайкмен, Коэн и др.).

Геополитика все больше обогащается и наполняется конкретным содержанием, все активнее способствует изменениям в современном мире. Она опирается на научную базу многих дисциплин. Геополитика стала реальным инструментом изменения мира и служит ключом к прогнозированию политики ведущих стран и континентов.

Я считаю, что геополитика является наукой т.к. геополитика трактуется как связь и взаимодействие пространства и политики, изучающая, с одной стороны, свойства пространства, влияющие на те или иные политические акции, на их характер и резонанс, с другой стороны - влияние политики на пространство, преобразование его в соответствии с волей людей.

2.Талассократия

Талассократия - тип цивилизации или форма современного государства, когда вся экономическая, политическая и культурная жизнь которых вследствие нехватки земельных ресурсов или особенностей географического положения, сосредотачивается на деятельности, так или иначе связанной с морем, морским судоходством и контролем морских пространств, прибрежных регионов.

Талассократия может выступать как первый этап на пути становления империи, например Британской, Португальской. Главным отличием талассократии от империи является то, что талассократия, как правило не контролирует значительных земельных пространств с удалением от моря вглубь континента. Талассократия в основном строится на линейных цепочках прибрежных городов-портов, в которых проживают или которые контролируют выходцы из главного города(метрополии).

Первой талассократию с четкой талассократической политико-экономической политикой стало государство минойского Крита. Минойцы развернули активную внешнеполитическую деятельность, опираясь на превосходство своего флота. Их деятельность, главным образом, касалась бассейн Эгейского моря, однако существовали прочно налаженные контакты как со странами Западного Средиземноморья, так и Восточного.

Минойская талассократия прекратила существование в середине 2 тысячелетия до н. н.э. в результате не до конца выясненных причин. Достаточно широко распространена теория, связывающая упадок цивилизации древнего Крита с извержением вулкана на острове Санторин.

В период становления классической геополитики сформировались два направления её развития: первое из них ориентировалось на изучение отношений между морем и сушей, талассократией (морской мощью) и теллурократией (континентальной мощью), что стало характерным для англо-саксонской геополитической школы. Второе направление отдавало предпочтение исследованию преимуществ континентальных пространств, чем занимались в первую очередь представители французской, немецкой, русской школ геополитики. Сама же геополитика строилась вокруг невысказанного вопроса: кто будет обладать решающей мощью в будущем, какое государство или группа государств будет доминировать в системе международных отношений? В этом плане американский адмирал Альфред Тайер Мэхэн был первым, кто провёл систематические исследования соотношения между мировым господством и балансом сил на море. Второй ключевой фигурой в этой области был англичанин Хэлфорд Маккиндер. Главной идеей Мэхэна, настойчиво проводимой им во всех опубликованных трудах, состояла в том, что морская мощь в значительной мере определяет исторические судьбы стран и народов.

Он выделил 6 факторов, формирующих параметры силы морского государства:

-географическое положение государства, его открытость морям, возможность организации морских коммуникаций с другими странами, способность угрожать своим флотом территории держав-соперниц;

-“физическая конфигурация” государства, то есть конфигурация морских побережий и количество портов, на них расположенных, от чего зависит процветание торговли и стратегическая защищённость;

-протяжённость территории, которая равна протяжённости береговой линии;

-статистическое количество населения, важное для оценки способности государства строить корабли и содержать их;

-национальный характер, способность народа к занятию торговлей, так как морское могущество основывается на мирной и широкой торговле;

-политический характер правления, от которого зависит переориентация лучших природных и человеческих ресурсов на созидание морской мощи[6].

При благоприятном сочетании этих факторов, считал А. Мэхэн, в действие вступала формула Н + ММ + НВ = Р, то есть военный флот плюс торговый флот плюс военно-морские базы создавали морское могущество. Свои рассуждения в этом плане он свёл к следующему: “Не захват отдельных кораблей и конвоев неприятеля, хотя бы и в большом числе, расшатывает финансовое могущество нации, а подавляющее превосходство на море, изгоняющее с его поверхности неприятельский флаг и дозволяющее появление последнего лишь как беглеца. Такое превосходство позволяет установить контроль над океаном и закрыть пути, по которым торговые суда движутся от неприятельских берегов к нам; подобное превосходство может быть достигнуто только при посредстве больших флотов”[4] 
Главную опасность для “морской цивилизации”, по мнению Мэхэна, представляют континентальные страны Евразии, для борьбы с которыми он предлагал использовать стратегический принцип “анаконды” - блокирование “непрерывной континентальной массы” с моря по береговым линиям и перекрытие, по возможности, всех их выходов к морским пространствам. Он высказал в этой связи предположение, что однажды США, Великобритания, Германия и Япония объединятся против России и Китая, то есть сформулировал предвидение, которое осуществилось примерно полстолетия спустя.

Современный исследователь геополитики Дж. Слоэн отмечает, что Маккиндер был первым геополитиком действительно глобального, а не регионального, масштаба. Обладая феноменальной геополитической интуицией, он не только заложил по существу основы современных концепций атлантизма, но и оставил много полезных поучений для современных политиков. В частности, он отмечал, что “география лежит либо в основе стратегии мира, либо она становится пособницей стратегии войны”, что “политический курс есть производное от двух наборов движущих и управляющих сил: импульс политического курса исходит из прошлого и воплощён в характере и традициях людей – это движущая сила. Управляет же процессом настоящее путём экономических требований и географических возможностей. Государственные деятели преуспевают или терпят неудачу в той мере, в какой они способны осознать неизбежность влияния этих двух сил”[9].

Согласно логике рассуждений Маккиндера, преимуществами в борьбе за мировую гегемонию обладали государства, контролирующие хартленд, то есть Россия и Германия как “цитадели сухопутной мощи”. В своём докладе “Географическая ось истории” он писал: “Россия занимает в целом мире столь же центральную стратегически позицию, как Германия в отношении Европы. Она может осуществлять нападения во все стороны и подвергаться им со всех сторон, кроме севера. Полное развитие её железнодорожных возможностей - дело времени”[2].

Творчество и идеи Маккиндера оказали сильное влияние на дальнейшее развитие геополитики. Сам он пользовался широкой известностью, но не столько в самой Англии, где его концепция не получила сколько-нибудь всеобщего признания, сколько в США, геоплитики которых взяли ее “на вооружение”. 1 апреля 1944 года газета “Таймс” сообщала: американский посол Уайнант в Лондоне вручил сэру Маккиндеру высшую награду Американского географического общества. Ю.В.Тихонравов в своем труде “Геополитика” писал, оценивая творчество Маккиндера: “Несмотря на непрекращающуюся до сих пор критику концепции Маккиндера, она как истинно оригинальная теория продолжает жить и привлекать к себе внимание практиков и теоретиков международных отношений. Взлеты и падения интереса к ней прямо пропорциональны происходящим изменениям в мировой политической ситуации: серьезные сдвиги и обострения в ней тотчас вызывают повышенное внимание и к доктрине Маккиндера”.

3.Сущность закона  фундаментального дуализма геополитики

Закон фундаментального дуализма гласит: изначально заложенный в географическом устройстве планеты дуализм Суши и Моря в процессе освоения человеком рождает два типа цивилизации: континентальную, связанную с Домом, и морскую, связанную с Кораблем; а также два типа политического могущества: теллурократию и талассократию, одна из которых опирается на идеократию, а вторая — на либеральную демократию. Противостояние теллурократии и талассократии несет в себе семена вражды и непримиримости.

Закон фундаментального дуализма:

-Отражает географическое устройство планеты и историческую типологию цивилизаций;

-Дуализм - противостояние сухопутного могущества(туллурократизм) и морского (талассократизм);

-Сухопутное могущество (теллурократия).

Цивилизации присущи следующие черты:

-четко обозначенные границы

-фиксированное постоянство.

4)Устойчивость качественных ориентаций населения (консерватизм, нравственные нормы)

5)Формирования и передача по наследству этнических норм, принципов морали.

6)Присуще чувство коллективизма.

7)Главный признак управления - иерархичность.

Морской могущество (талассократия).

Цивилизации присущи следующие черты:

-более динамична и восприимчива к техническому прогрессу.

Нравственные и юридические нормы, принципы, законы относительны.

Легко меняются нравственные и культурные ценностные принципы.

Присуще чувство индивидуализма.

Предприимчивость, способность на нестандартные решения.

В определенный момент (античный мир) складывается довольно устойчивая картина, отраженная в «карте Макиндера». Зона теллурократии устойчиво отождествляется с внутриконтинентальными просторами Северо-Восточной Евразии (в общих чертах совпадающими с территориями царской России или СССР). Талассократия все яснее обозначается как береговые зоны евразийского материка, Средиземноморский ареал, Атлантический океан и моря, омывающие Евразию с Юга и Запада.

Так карта мира обретает геополитическую специфику:

1) Внутриконтинентальные  пространства становятся «неподвижной  платформой», heartland («землей сердцевины»), «географической осью истории», которая устойчиво сохраняет  теллурократическую цивилизационную  специфику.

2) «Внутренний или континентальный полумесяц», «береговая зона», rimland представляют собой пространство интенсивного культурного развития. Здесь очевидны черты «талассократии». Хотя они уравновешиваются многими «теллурократическими» тенденциями.

3) «Внешний или островной полумесяц» представляет собой «неизведанные земли», с которыми возможны только морские коммуникации. Впервые он дает о себе знать в Карфагене и торговой финикийской цивилизации, воздействовав шей на «внутренний полумесяц» Европы извне.

Эта геополитическая картина соотношения талассократии и теллурократии выявляется потенциально к началу христианской эры, после эпохи Пунических войн. Но окончательно она приобретает смысл в период становления Англии великой морской державой – в XVII-XIX веках. Эпоха великих географических открытий, начатая с конца XV века, повлекла за собой окончательное становление талассократии самостоятельным планетарным образованием, оторвавшимся от Евразии и ее берегов и полностью сконцентрировавшимся в англосаксонском мире (Англия, Америка) и колониях. «Новый Карфаген» англосаксонского капитализма и индустриализма оформился в нечто единое и цельное, и с этого времени геополитический дуализм приобрел уже четко различимые идеологические и политические формы.

Позиционная борьба Англии с континентальными державами – Австро-венгерской империей, Германией и Россией – была геополитическим содержанием XVIII-XIX веков (плюс вторая половина XX века), а с середины нашего столетия главным оплотом талассократии стали США.

В холодной войне 1946–1991 годов извечный геополитический дуализм достиг максимальных пропорций, талассократия отождествилась с США, а теллурократия – с СССР.

Два глобальных типа цивилизации, культуры, метаидеологии вылились в законченные геополитические очертания, резюмирующие всю геополитическую историю противостояния стихий. При этом поразительно, что этим формам законченного геополитического дуализма на идеологическом уровне соответствовали две столь же синтетические реальности – идеология марксизма (социализма) и идеология либерал-капитализма.

В данном случае можно говорить о реализации на практике двух типов «редукционизма»: экономический редукционизм свелся к противопоставлению идей Смита и идей Маркса, а геополитический – к разделению всех секторов планеты на зоны, подконтрольные талассократии (Новому Карфагену, США) и теллурократии (Новому Риму, СССР).

Геополитическое видение истории представляет собой модель развития планетарного дуализма до максимальных пропорций. Суша и Море распространяют свое изначальное противостояние на весь мир.

Человеческая история есть не что иное, как выражение этой борьбы и путь к ее абсолютизации.

Таково самое общее выражение главного закона геополитики – закона дуализма стихий (Суша против Моря). [9]

Заключение

Основными законами геополитики являются:

Закон фундаментального дуализма – главный закон, который более всего привлекает внимание исследователей этой науки, по мнению видных специалистов, проявляется в географическом устройстве планеты и в исторической типологии цивилизаций

Закон усиления фактора пространства гласит, что безопасность государства зависит не только от его военной силы, технологического развития и экономической базы, но прежде всего от величины и географического месторасположения его земель и территорий

Закон синтеза суши и моря - фрагмент талассократии или теллурократии, выступает как территория, которую можно оторвать от континентальной массы и превратить в базу, торговый или военный анклав для наступления на сушу

Законы геополитики чрезвычайно удобны для анализа политической истории, истории дипломатии и стратегического планирования. Эта наука имеет множество пересечений с социологией, политологией, этнологией, военной стратегией, дипломатией, историей религий и т.д. Косвенно, но подчас очень наглядно, связана она и с экономикой, вплоть до того, что некоторые геополитики предлагали основать новую науку – геоэкономику. Во всяком случае, в некоторых аспектах геополитического метода обращение к экономическим реальностям необходимо.

Геополитика – бесценное подспорье в вопросах образования. Ее структура такова, что именно она могла бы стать осевой дисциплиной на новом этапе развития школы.

Список литературы

1.Геополитика: история и теория: учебное пособие/ В.В. Желтов, М.В. Желтов; ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет». – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2011. – 422 с.

2.Геополитика: учебник для студентов вузов/ Н.А. Нартов, В.Н. Нартов, под редакцией В.И. Староверова/ 4-е издание, перераб и доп. – М.: Юнити-Дана: Единство, 2009. – 527 с.

3.Геополитика: учебник для студентов вузов/ Р.Т. Мухаев. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2012. – 623 с.

4.Геополитика: Хрестоматия/ составитель Б.А. Исаев.-СПб.:Питер, 2010.-512 с.

5.Дергачев В. А., Геополитика: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2012. – 526 с.

6.Дугин А.Г., Основы геополитики – М.: Арктогея, 2011

7.Исаев Б.А. Геополитика: учебное пособие. – СПб., 2009

8.История возникновения и развития геополитики как науки // Геополитика: Учебник / Под общ. ред. В. А. Михайлова; Отв. ред. Л. О. Терновая, С. В. Фокин. – М.: Изд-во РАГС, 2011

9.Сирота И.М., Основы геополитики: учебное пособие. – СПб.: ИВЭСЭП, Знание, 2009. – 136 с.