Иван Грозный и его время

25

Отечественная история

Тема: Иван Грозный и его время

План

Введение……………………………………………………………..2

1.      Внутренняя политика Ивана IV……………………………..4

1.1. Реформы Избранной рады…………………………….……5

1.2. Опричнина…………………………………………………..10

2.      Внешняя политика Ивана Грозного………………….……..15

2.1. Подчинение Поволжья……………………………….…….15

2.2. Ливонская война……………………………………….……18

2.3. Поход Ярмака и покорение Сибирского ханства………....20

Заключение…………………………………………………………..23

Библиография…………………………………………………..……25

Введение

Вопрос о оценке личности и деятельности Ивана Грозного до сих пор остаётся одним из самых спорных в исторической науке. Неоднозначность, неординарность Ивана IV как личности отразилась на его внутренней политике. Нельзя поспорить с тем, что этот царь, особенно в начале своего правления, предпринял очень полезные и эффективные реформы государственного аппарата, армии и суда. Но и игнорировать такое явление как опричнина, которое сопровождалось абсолютизацией власти и массовыми казнями, мы тоже не можем.

Итак, в этой работе мы рассмотрим основные вехи правления Ивана IV, проследим эволюцию его взглядов на управление государством.

Для этого мы должны выполнить несколько задач:

1.      Познакомиться с обстоятельствами его приходи к власти;

2.      Рассмотреть основные реформы внутренней политики: реформы Избранной рады, а затем введение опричнины;

3.      Рассмотреть основные внешнеполитические задачи того времени.

Большинство исследователей считают, что обстановка, в которой воспитывался будущий Иван Грозный, наложила отпечаток на его характер.

Подходило к концу правление Василия III. Он умер в 1533 г., оставив наследником трехлетнего сына Ивана при регентше-матери Елене Васильевне (из рода князей Глинских). Вскоре, пять лет спустя, великий князь потерял и мать. Правитель-мальчик, наделенный умом смышленым, насмешливый и ловкий, с ранних лет чувствовал себя сиротой, обделенным вниманием. Окруженный пышностью и раболепием во время церемоний, в повседневной жизни во дворце он тяжело переживал пренебрежение бояр и князей, равнодушие и обиды окружающих. К этому прибавилась ожесточенная борьба за власть боярских группировок Глинских и Бельских, Шуйских и Воронцовых. Позднее, уже в зрелые годы, царь Грозный не мог забыть свои детские невзгоды: “Бывало мы играем в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтем на постель нашего отца и положив ногу на стул, а на нас и не смотрит”.

Одни из бояр (Глинские, Бельские) проводили политику ограничения власти наместников и волостей — представителей центра в уездах и волостях; еще при Елене Глинской была введена единая общерусская монета — серебряная копейка, заменившая многочисленные деньги удельных земель. Другие (Шуйские), наоборот, выступали за усиление позиций феодальной аристократии (раздача земель, привилегий, налоговых и судебных, боярам, монастырям). К власти приходила то одна, то другая группировка. Менялся и духовный владыка — митрополит, глава русской православной церкви: на место Даниила на митрополичий престол сел (1539 г.) Иоасаф, троицкий игумен, близкий Бельским; затем новгородский архиепископ Макарий, поддержанный Шуйскими. Придворные пертурбации сопровождались интригами и казнями. “Боярское правление” (1538—1547 гг.) надолго запомнилось русским людям беззастенчивым расхищением казны, раздачей должностей “своим людям”, расправами, разбоями.

В такой обстановке рос великий князь. Уже в те годы в его характере формируются непривлекательные черты: пугливость и скрытность, мнительность и трусливость, недоверчивость и жестокость. Наблюдая сцены междоусобий и расправ, он и сам, взрослея, входит во вкус — отдает, например, своим псарям приказ затравить неугодного ему князя Андрея Шуйского [3, с.125].

Молодого великого князя возмущали неправедные дела бояр в городах и волостях — захваты крестьянских земель, взятки, судебные штрафы и пр. От их лихоимства страдали “черные люди” — крестьяне и ремесленники, и, главное (в глазах Ивана IV,— казна, порядок и спокойствие в государстве.

1. Внутренняя политика Ивана IV

Борьба бояр и княжат за власть продолжалась. Шуйских сменили Воронцовы и Кубенские, а их— Глинские, родственники великого князя по матери. Распри вельмож-правителей, разгул и притеснения вызвали общее недовольство крестьян, посадских людей, дворян, значительной части боярства и духовенства. С надеждой многие смотрели на Ивана IV. Когда он вошел в “возраст”, его венчали на царство. В январе 1547 г., когда Ивану было 16 лет, его короновали в Успенском соборе Московского Кремля. По “чину венчания”, составленному митрополитом Макарием, убежденным сторонником единодержавия московского государя, Иван Васильевич стал именоваться “царем и великим князем всея Руси”. Его власть, как подчеркивалось, имеет божественное происхождение. Тем самым повышался авторитет российского правителя, род которого, как тогда считали московские политики, восходит к Августу, преемнику Юлия Цезаря. От имени последнего идет и титул “царь”.

В следующем месяце молодой царь женился на Анастасии Романовне Юрьевой, дочери окольничьего Романа Юрьевича Захарьина-Юрьева. Новые родственники царя, появившиеся при дворе и получившие высокие чины и должности, митрополит Макарий, их сторонники из бояр и князей вскоре объединились против Глинских, возглавивших правительство. Представился и подходящий случай [7, с.309].

Летом 1547 г. в Москве вспыхнуло восстание. 21 июня огромный пожар почти дотла спалил деревянную столицу — сгорело 25 тысяч дворов, остались без крова 80 тысяч москвичей, почти все ее население, 1700 человек погибли. Начавшиеся эпидемия и голод косили людей.

Падение правительства ускорило выступление простых москвичей. 26 июня они собрались на вече, и по его решению восставшие двинулись в Кремль, схватили и убили одного из Глинских — дядю царя боярина князя Юрия Васильевича, его брат Михаил Васильевич Глинский успел бежать из столицы. Дворы ненавистных правителей подверглись разгрому.

Царь Иван, уехавший из-за пожара из Москвы, отсиживался в подмосковном селе Воробьеве (на Воробьевых горах). Сюда 29 июня явились восставшие, вооруженные чем попало, и потребовали у царя отдать им на расправу Анну и Михаила Глинских. Иван уговаривал прекратить восстание, уверял, что Глинских

у него нет. Москвичи, поверив ему, ушли в город. Восстание вскоре утихло. Восстание привело к падению правительства Глинских и приходу к власти Захарьиных [1, с.376].

1.1. Реформы Избранной рады. 

К концу 40-х гг. при молодом царе складывается кружок придворных деятелей, которым он доверяет ведение государственных дел. Это новое правительство позднее князь Андрей Курбский назвал “Избранной радой” (рада — совет при монархе). По сути дела, это была так называемая Ближняя дума, составленная из особо приближенных к царю членов “большой” Боярской думы. Главную роль играли в ней Алексей Федорович Адашев, из богатых костромских дворян, постельничий царя, ставший его волей думным дворянином (третий чин в Боярской думе после боярина и окольничего), а также глава Посольского приказа (министерство иностранных дел XVI — XVII вв.) Иван Михайлович Висковатый, думный дьяк (четвертый думский чин), духовник царя Сильвестр, несколько знатных князей и бояр.

Согласно программе, намеченной этим первым в истории России Земским сбором, т. е. представительным органом при царе, начали с преобразований военных. Согласно приговору 1550 г., запретили местнические споры между воеводами во время походов; все они, в соответствии со строгим распорядком, подчинялись первому воеводе большого полка", т. е. главнокомандующему. В том же году появляется войско из стрельцов — воинов, вооруженных не только холодным оружием, как дворянская конница, но и огнестрельным (пищали; предшественников стрельцов звали пищальниками). В отличие от дворянского войска, которое созывали как ополчение в случае необходимости, стрельцы служили постоянно, получали обмундирование, денежное и хлебное жалованье.

По Судебнику 1550 г., заменившему старый кодекс Ивана III, ликвидировали привилегию монастырей не уплачивать подати в казну, запретили превращать в холопов детей боярских, из дворянского сословия. Затруднялся переход крестьян от одного владельца к другому в Юрьев день путем увеличения размера взимаемого с них пожилого. Новый кодекс законов усиливал контроль над судебной деятельностью наместников и волостелей в городах, уездах и волостях: наиболее важные дела стали решать в Москве царь и Боярская дума; на местах же за судебным разбирательством наблюдали старосты и целовальники (выборные люди из местных посадских людей и черносошных (свободных крестьян).

Церковный собор 1551 г. принял Стоглав — сборник решений собора в виде ста глав-статей из ответов на вопросы царя Ивана о церковном “строении”. Он укреплял дисциплину, регламентировал церковную жизнь — службы и обряды в храме, бытовые стороны монастырского и церковного обихода. Но намерения царя конфисковать земли церкви и монастырей на соборе одобрены не были [4, с.306].

В середине века правительство организовало описание земель,. ввело определенную единицу поземельного налога — большую соху. Одинаковую сумму брали с 500 четвертей' “доброй” (хорошей) земли в одном поле с черносошных крестьян; с 600 четвертей — с церковных земель; с 800 четвертей — со служилых феодалов (помещиков и вотчинников).

Важные реформы были проведены в центральном и местном управлении. В Москве складывается система приказов — бояре и дьяки управляли разными делами: Посольский — внешними связями с окрестными государствами; Разрядный — дворянским войском, назначал воевод в полки, города, руководил военными действиями; Поместный — наделял землями служилых людей;

Стрелецкий — ведал стрелецким войском; Разбойный — судом над “лихими людьми”; Большой Приход — сбором общегосударственных налогов; Ямской — почтовой службой (ямская гоньба, ямы—почтовые станции с ямщиками); Земский—охраной порядка в Москве. Существовал своего рода “приказ над приказами” — Челобитный, который разбирал жалобы по разным делам, контролируя тем самым другие приказы; возглавлял его сам Адашев, глава “Избранной рады”. По мере присоединения к России новых земель возникали и новые приказы — Казанский (ведал Поволжьем), Сибирский.

В середине 50-х гг. завершили так называемую губную реформу, начатую еще в 1539 г.: наместников и волостелей лишили права суда по важнейшим уголовным преступлениям и передали его губным старостам из числа местных выборных дворян. Подчинялись они Разбойному приказу. Затем власть наместников и волостелей (кормленщиков) вообще ликвидировали. Теперь их функции переходили к органам земского самоуправления — в лице “излюбленных голов” и их помощников — целовальников. И тех, и других выбирали из своей среды местные посадские люди и черносошные крестьяне [5, с.299].

Уложение о службе (1556 г.) установило единый порядок военной службы с поместий и вотчин: со 150 десятин земли каждый дворянин должен выставить воина на коне и в полном вооружении (“конно, людно и оружно”); за лишних воинов полагалось дополнительное денежное возмещение, за недодачу — штраф. Во время походов служилым людям платили строго определенное жалованье — денежное и хлебное. Вводились периодические военные смотры, десятни — списки дворян по уездам.

Реформы укрепили государственное управление, военную систему государства, заметно способствовали его централизации. В этом же направлении развивалась налоговая система — вводились новые налоги (“пищальные деньги” — на содержание стрелецкого войска, “полоняничные деньги” — на выкуп пленников), росли старые налоги (например, “ямские деньги”—на почтовую службу, “на городовое дело” — строительство городов, крепостей). Все преобразования имели своей целью в первую очередь укрепление мощи государства. Проводилась политика своего рода компромисса — сочетание интересов всех слоев феодалов от мелких провинциальных дворян до вельмож-бояр.

Укрепление государства (монархии) требовало решительной замены неэффективно­го в условиях централизованного государства аппарата ме­стной власти, сложившегося при боярском правлении. Пер­востепенной задачей являлось создание аппарата чиновни­ков. В соответствии с проведенными преобразованиями ус­танавливался порядок, согласно которому сами подданные избирали чиновников для несения государственных функ­ций. Выбранные в городах и волостях целовальники и ста­росты становились «чиноначальными людьми» государства. Выборность и сменяемость этих лиц ставила их деятель­ность (в пользу государства и контролируемую государством) также и под контроль подданных. Власть на местах издав­на принадлежала наместникам (в уездах) и волостелям (в волостях). Они получали эти территории в «кормление». В пользу кормленщика шли судебные пошлины. Кормления были системой вознаграждения за службу: должности на­местников и волостелей на определенный срок получали в вознаграждение за участие в военных действиях. Неэффек­тивность данной системы повлекла за собой ее отмену. Что же касается денег, которые ранее шли кормленщикам, то их отныне взимало государство в качестве налога. Из этого централизованного фонда можно было платить «помогу» (заработную плату) служилым людям [4, с.267].

Уложение о службе. В 1555—1556 гг. было принято Уложение о службе. Определялось, с какого количества земли должен выходить вооруженный воин на коне; если вотчи­ны или поместья феодалов были большими, то владелец обязывался выводить с собой вооруженных холопов.

Судебная реформа. В 1550 г. был принят новый су­дебник. Судебник закреплял создание в Московском госу­дарстве «праведного» (справедливого) суда, контролируе­мого «лучшими людьми» из данного сословия на местах. Однако до создания постоянных верховных сословно-представительных учреждений дело не дошло.

Целям укрепления государственной власти должна была служить реформа церкви. Царь хотел получить санкцию церкви на государственные преобразования и в то же вре­мя принять меры к подчинению церкви, ограничению ее привилегий и земельных ресурсов.

Общерусская церковная реформа была проведена на Сто­главом соборе, названном так по сборнику его постановле­ний, состоявшему из ста глав («Стоглав»). На открыв­шемся 23 февраля 1551 года Соборе присутствовали по­мимо высших духовных чинов сам царь, князья, бояре и думные дьяки [6, с.392].

Собору предстояло заняться самыми различными сторо­нами церковной жизни — обсудить меры по укреплению дисциплины среди духовенства, провести унификацию об­рядов, улучшить моральное состояние служителей церкви, решить проблему церковного землевладения и привилегий церкви.

Собор унифицировал церковные обряды. Так, он офици­ально узаконил под страхом анафемы двуперстное сложе­ние при совершении крестного знамения и «сугубую алли­луйю». Продажа церковных должностей, взяточничество, ложные доносы, вымогательства стали столь распространен­ными в церковных кругах, что Стоглавый собор вынужден был принять ряд постановлений, несколько ограничиваю­щих произвол как высших иерархов по отношению к ря­довому духовенству, так и последнего по отношению к ми­рянам. Пошлина с церквей отныне должна была соби­раться не десятниками, злоупотреблявшими своим поло­жением, а земскими старостами и десятскими священни­ками, назначаемыми в сельских местностях.

Таким образом, система реформ, предпринятых факти­ческим правительством в конце 40—50-х гг. XVI века, по самой своей сути была изначально связана с идеей ограни­чения царской власти «мудрым советом», то есть той или иной формой представительства, выражающей, в отличие от кастовой Боярской думы, интересы служилой массы и верхов посада. Реформы «Избранной рады» привели к круп­ным военным и внешнеполитическим успехам русского го­сударства.

Однако уже в 1560 г. произошел разрыв между царем и его советниками Адашевым и Сильвестром. Иван IV обви­нил их в сговоре с целью утвердить в государстве ограни­ченную монархию, где царь «почтен» лишь «председате­лем», обладает номинальной властью, в то время как ре­альная власть находится в руках его советников. Итогом данного противостояния стало падение правительства «Из­бранной рады», начало эпохи самодержавного царского правления [2, с.341].

1.2. Опричнина

В политической истории России роль Ивана Грозного не ограничивалась реформаторской деятельностью. Самой личности Ивана Грозного, его разнохарактерной деятельности в литературе даются различные, противоречивые оценки.

Иван IV, будучи человеком с непомерно развитым самолюбием, со временем стал тяготиться людьми с самостоятельными взглядами. Опасным непокорством считал царь всякую самостоятельность в суждениях любого из его окружения. В зависимости от ситуации он прибегал к изощренным тактическим ходам, не особенно церемонясь в выборе средств. Вот несколько примеров. В декабре 1564 г. Иван IV в сопровождении заранее подобранных бояр и дворян отправился из Москвы на богомолье. В начале января 1565 г. гонец привез в Москву два послания царя, оглашенные на Красной площади. В первом царь сообщил, что он положил гнев и опалу на высшее духовенство и всех феодалов и решил оставить государство. В грамоте, обращенной к посадским людям Москвы, Иван IV заверял их, что относится к ним лояльно, доброжелательно. Это был рассчитанный демагогический жест: царь ловко противопоставил феодалов и посадских людей, выдавая себя за защитника простых людей от насилия феодалов. Московские черные люди потребовали, чтобы бояре и духовенство уговорили царя вернуться на престол. Через несколько дней царь принял в Александровской слободе делегацию духовенства и бояр и согласился вернуться на престол, но лишь с тем, чтобы он мог казнить "изменников" по своему усмотрению и учредить опричнину. Теперь выделялась государева опричнина, своеобразный личный удел Государя всея Руси. Остальная часть государства именовалась земщиной. Земли, которые были взяты в опричнину, представляли собой уезды с давно развитым феодальным землевладением, служилые люди которых были исконной опорой великокняжеской власти [7, с.412].

В исторической литературе даются неоднозначные характеристики опричнине, причинам ее введения и последствиям.

Опричнина, как пишет автор, учреждена Иваном Грозным ради продолжения непопулярной в России Ливонской войны, ведшейся под лозунгом овладения наследием, якобы оставленным Августом-кесарем своему далекому потомку Рюриковичу. Страдавший сложным комплексом неполноценности (из-за неуверенности в законности своего появления на свет, невенчанности Василия III, былого, но не забытого соседними государями холопства его деда — Ивана III) первый русский царь (с 1547) болезненно воспринял отказ великого князя литовского и короля польского признать его титул, равно как и нежелание боярства поддерживать его в борьбе за "государево имя", в воинственных устремлениях против единоверческого населения Великого княжества Литовского. Стремление к миру с православными соседнего государства заставляло Боярскую думу, орган, выражавший корпоративные интересы высшей прослойки феодалов, поступать вопреки замыслам царя. Вину за неудачи в Ливонской войне, уже в 1560 г. превратившейся в ливонско-литовскую-русскую, царь возлагал не только на воевод, но и на всех участников дипломатических переговоров с Великим княжеством Литовским и Короной Польской, в 1569 г. объединившихся в Речь Посполитую. За это большинство их — вне зависимости от принадлежности к опричнине или земщине — расплатилось жизнями на протяжении 1567-1570 гг., когда обозначились необратимость неудач и близость полного поражения в войне.

При имеющейся разнице взглядов на сущность и причины опричнины очевидна ее неразрывная связь с укреплением самодержавия — в подавлении сословно-представительных начал, в сокрушении остатков удельных порядков, в сфере внешнеполитических отношений.

В системе централизованного государства Иван IV выделил "опричь" всей земли значительные территории на западе, севере и юге страны, которые и составили его особое личное владение — государев удел, или опричнину. К опричнине отошли важные торговые пути на север и восток, стратегически важные форпосты на западных и юго-западных границах. Из всех городов, уездов надлежало насильственно выселить всех князей, бояр, дворян и приказных людей, если они добровольно не записывались опричниками [1, с.228].

Для своей охраны государь создал из князей, бояр, дворян и боярских детей гвардию телохранителей. Каждый опричник отрекался от своих родных и друзей и обязывался служить только царю.

Опричный террор наносил безжалостные удары не только по боярской и княжеской знати, но и по всему населению. Опричнина была в руках царя мощной военно-карательной организацией. В ее лице Иван IV создал некий полумонашеский, полурыцарский орден, строившийся на щедрых земельных и денежных пожалованиях государя и на беспрекословном повиновении его воле.

Опричнина очень скоро вызвала недовольство и озлобление против царя не только среди феодальных верхов, но и в массе простого народа.

В годы опричнины и Ливонской войны положение главных производителей страны — крестьян еще больше ухудшилось: возросла не только барщина, но наряду с ней увеличивался и оброк.

Безудержное стремление Ивана Грозного к усилению личной власти и его методы борьбы с политическими противниками накладывали на все мероприятия опричных лет отпечаток деспотизма.

Роль опричнины определял не ее состав, а тот факт, что опричники были личными слугами царя и пользовались полной безнаказанностью. Тем самым усиливались и само самодержавие, и его деспотичные черты. Свою слабость, обусловленную неразвитостью государственного аппарата, власть пыталась компенсировать жестокостью.

Опричнина не изменила структуру феодальной собственности на землю. В результате опал и казней изменился персональный, но не социальный состав феодалов-землевладельцев. Но тем не менее опричнина серьезно подорвала пережитки удельной старины [4, с.308].

Внешняя обстановка этих лет продолжала оставаться сложной. Летом 1571 г. крымский хан Девлет-Гирей сумел форсировать Оку, однако в этот раз не стал осаждать столицу, а поджег посад. Город почти весь сгорел. Чтобы окончательно сломить Ивана Грозного, крымский хан повторил набег на следующий год. Понимая серьезность создавшегося положения, Иван Грозный укрепил свои войска, подобрал опытных военачальников. Эта армия в 50 км южнее Москвы в битве у села Молоди разбила войско Девлет-Гирея, почти в 2 раза превосходившее ее по численности. Тем самым крымская опасность на много лет была устранена. Эта же победа убедила Ивана IV в нецелесообразности разделения страны и войска на две части. Осенью того же 1572 г. опричнина была отменена.

Слово «опричнина» употреблялось лет за сто до Ивана IV. Происходит оно от слова «опричь», являвшегося в древнерусском языке синонимом слова «кроме». После смерти или гибели воина на поле боя поместье, пожало­ванное ему за службу Великим князем, забиралось в каз­ну, опричь (кроме) небольшого участка земли — своеоб­разного пенсионного фонда, который отдавали его вдове и детям. Этот остаток поместья и назывался «опричниной». Таким образом, Иван Грозный назвал опричниной неболь­шой «пенсионный» удел, в который он «удалялся от цар­ствования». Вся страна — «земщина» — оставалась, со­гласно его уверениям, в управлении Боярской думы [5, с.210].

Фактически введение опричнины свелось к кровавой по­лосе бессмысленных убийств, совершавшихся по велению царя. Царский указ одинаково сгонял с земли и удельного князя, владельца наследственной территории, и мелкого служилого человека. Власть, по мнению царя, должна была внушать всем страх. Иван IV был убежден в христианском долге его подданных (включая родственников) — служить царю. Государь и считал-то их не подданными, а рабами, холопами, которых волен казнить или жаловать: «А жало-вати есмя своих холопей вольны, а и казнити вольны же». В этих словах Ивана IV выражена сама суть его правления.

Царь всячески старается обеспечить всенародную, все­сословную поддержку его политики. Видимо, с этой целью указ о введении опричнины был представлен на утвержде­ние Земского собора в феврале 1565 г.

Долгое время в литературе было распространено мнение: опричнина — дело исторически необходимое, поскольку Рос­сии, чтобы выжить, нужна была централизация, а бояре вроде бы были ее противниками, поэтому и приходилось их уничтожать. Ныне состав жертв опричного террора изучен. На каждого боярина или дворянина приходилось, по мень­шей мере, 3—4 рядовых служилых земледельца, а на каждо­го последнего — по десятку лиц из низших слоев населения.

Осенью 1572 г. государь опричнину «отставил», а все связанное с ней было предано забвению. Наказанию кнутом подлежал тот, кто только осмеливался произнести это сло­во. Отмена опричнины, однако, не прекратила террора. Он продолжался, но в меньших масштабах.

Последствия опричнины. После опричнины в стране разразился тяжелейший экономический кризис — деревни и села Центра и Северо-Запада (Новгородские земли) запус­тели. По прочтении писцовых книг конца XVI века возни­кает впечатление, будто страна пережила вражеское наше­ствие. Необработанными оказались до 90 % земли. К тому эке в 1570—71 гг. в дополнение, ко всем бедам на Россию обрушилась эпидемия чумы.

Крайнее истощение страны, как следствие опричнины, , отразилось и на ее внешней политике.

2. Внешняя политика Ивана Грозного

К числу важнейших задач, стоявших перед Россией в области внешней политики в середине XVI века, можно отнести:

овладение Волжским торговым путем в целях разви­тия торговли со странами Востока;

открытие возможности для беспрепятственного про­движения на Восток — в Приуралье и на Урал;

обеспечение безопасности со стороны Крыма;

укрепление на берегах Балтийского моря;

возвращение западнорусских земель.

2.1. Подчинение Поволжья.

Решение первых двух задач тре­бовало подчинения Казанского и Астраханского ханств — наследников Орды. Казанское ханство возникло в первой половине XV в. на территории бывшей Волжской Булгарии. В XV в. Казань соперничала с Москвой за влияние в Среднем Поволжье. В конце столетия Казанское ханство ослабело из-за раздоров и попало под влияние Русского государства. С 20-х гг. XVI в. Казань стала ареной сопер­ничества Москвы и Крыма. Подчинение Казани Крыму создавало бы единый враждебный фронт на южных и вос­точных границах Русского государства. Еще в середине XVI в. Москва попыталась окончательно подчинить Ка­зань, но поход 1549 г. окончился неудачей.

Потребности государства диктовали более активную внешнюю политику. В повестку дня московские правители середины столетия поставили решение насущной национальной задачи: ликвидацию осколков Золотой Орды. Путь по Волге сулил многие выгоды — усиление торговых, культурных связей с восточными и южными странами; по ее берегам лежали плодородные земли. “Подрайской землицей” назвал эти места Иван Пересветов, публицист, подавший царю несколько посланий. Писал он в них о давней “недружбе” казанских правителей, советовал “послать удалых воинов на казанские улусы” [6, с.285].

Казанские ханы, эмиры и мурзы из года в год нападали на пограничные русские земли. Разоряли города и селения, уводили в полон горожан и крестьян. К началу 50-х гг. более 100 тысяч пленников томились по казанским улусам. Их продавали в Крыму, Средней Азии, Северной Африке. За спиной татарских ханств, в том числе и Казанского, стояла могущественная Оттоманская Порта (Турция).

Уже с весны 1545 г. Иван IV организует походы на Казань. В том же и следующем году там поднимается восстание против хана Сафа-Гирея, ставленника Турции и Крыма. Его изгоняют, и ханом становится Шах-Али, сторонник Москвы. Вскоре Сафа-Гирей возвращает свою власть в Казани. Многие татарские феодалы переходят на службу к Ивану IV. О российском подданстве просят мари и чуваши. Москва посылает войска на Казань (1547—1550 гг.). Эти походы заканчиваются неудачей.

Началась более тщательная подготовка решающего похода. Весной 1551 г. при впадении реки Свияги в Волгу построили Свияжск; крепость стала базой для действий против ханства. В июне следующего года из Москвы выступила 150-тысячная армия во главе с самим царем. В нее входили стрелецкие полки, вспомогательные мордовские и чувашские отряды.

Крымский хан Девлет-Гирей, помогая казанцам, повел войско к Туле. Но его отбили. Русские начали осаду Казани с конца августа. Храбро сражались полки М. И. Воротынского, А. М. Курбского и других воевод, стрелецкие части. Хорошо действовал русский наряд (артиллерия). Мастера во главе с дьяком И. Вырод-ковым строили осадные приспособления (передвижную башню, туры), делали подкопы. Штурм 2 октября 1552 г. закончился взятием Казани.

В 1556 г. такая же участь постигла и Астраханское хан­ство, которое обособилось от Орды еще в XIV в., а оконча­тельно независимым стало в середине XV века. Вслед за Астраханью Москве подчинилась Ногайская Орда, выде­лившаяся из Золотой Орды в конце XIV в. и располагав­шаяся в заволжских степях. В 1557 г. завершилось подчи­нение Башкирии. Сибирский хан Едигер еще в 1555 г. признал вассальную зависимость от Москвы. В 1581—1582 гг. атаман донских казаков Ермак Тимофеевич с небольшим отрядом (около 800 человек) перешел Уральские горы и завоевал «Сибирское царство» — область сибирского хана Кучума, расположенную по рекам Иртышу и Оби.