Введение.

      Сегодня когда в нашем обществе существует огромное количество различных течений  каждому из нас необходимо, на мой  взгляд знать истоки древней Русской  культуры которая во все времена  было опорой для народного духа.

      История культуры является интереснейшим разделом исторической жизни каждого народа. Русский народ внес ценный вклад в мировую культуру, создав уже сотни лет тому назад немеркнущие в веках произведения литературы, живописи и зодчества. Развитие культуры в эпоху Киевской Руси и в XII — начале XIII в. представляло собой единый поступательный процесс, прерванный татарским нашествием; поэтому рассматривать его целесообразно именно в рамках IX — начала XIII в.

      Нужно заметить что становление культуры Руси по времени совпадает с становлением русской государственности. Рождение народа шло одновременно по нескольким линиям - хозяйственной, политической, культурной. Русь складывалась и развивалась как средоточие огромного для того времени народа, состоящего поначалу из различных племен; как государство, жизнь которого развертывалась на огромной территории. И весь оригинальный культурный опыт восточного славянства стал достоянием единой русской культуры. На развитие русской культуры влияло также то, что Русь складывалась как равнинное государство, открытое всем как внутриплеменным, так и иноплеменным международным влияниям.

      В общей культуре Руси отразились как  традиции, скажем, полян, северян, новгородских славян, других восточно-славянских племен, так и влияние соседних народов, с которыми Русь обменивалась производственными навыками, торговала, воевала, мирилась, - с угро-финскими племенами, балтами, иранскими племенами, другими славянскими народами и государствами.

      В пору уже своего государственного становления  Русь испытывала сильное влияние соседней Византии, которая в то время была одним из наиболее культурных государств мира. Таким образом, культура Руси складывалась с самого начала как синтетическая, т.е. находящаяся под влиянием различных культурных направлений, стилей, традиций. Но нельзя говорить о том, что Русь слепо копировала чужие влияния и безоглядно заимствовала их, она адаптировала их к своим культурным традициям, к своему дошедшему из глубины веков народному опыту, пониманию окружающего мира. Поэтому в чертах русской культуры мы постоянно сталкиваемся не только с влияниями извне, но с их порой значительной духовной переработкой, их постоянным преломлением в абсолютно русском стиле. Если влияние иноземных культурных традиции было сильнее в городах, которые сами по себе являлись центрами культуры, то сельское население было в основном хранителем старинных культурных традиций, связанных с глубинами исторической памяти народа. В селах и деревнях жизнь текла в замедленном темпе, они были более консервативны, труднее поддавались различным культурным новшествам.

, 
 

     Культурное  развитие в киевской Руси можно разбить  на 2 неравных отрезка. Период язычества  и становления и развития православия.

      Язычество.

      В древности, в период становления  народов и государств главным культурным фактором являлась религия. И хотя о Славянсокм язычестве нам известно непростительно мало. Сравните, например популярность и известность Греческих мифов с тем что вам известно о славянских древних богах. И это несомненно на мой взгляд потеря русской культуры.

      Для получения более полного представления  о народных обычаях, песнях, хороводах, вышивках и пр. применяется метод  экстраполяции, заключающийся в  следующем: если какое-либо явление  возникло задолго до Киевской Руси и дожило до XIX—XX вв., то независимо от того, отразилось оно в источниках эпохи Киевской Руси или не отразилось, мы имеем право распространить, эстраполировать его и на Киевскую Русь.

      Неисчерпаемые богатства народной культуры собраны  и изучены этнографами в XIX—XX вв.: сказки, былины, песни, заговоры, пословицы, загадки, языческие обряды (частично переродившиеся в детские игры), красочные наряды и головные уборы, вышитые полотенца, резная деревянная утварь и архитектурный декор, множество напевов и танцевальных мелодий. Историко-культурный анализ этих сокровищ народной культуры показал, что многие их элементы весьма архаичны и сохраняют (иногда уже бессознательно) черты мировоззрения древних славян языческой поры, сложившегося задолго до Киевской Руси. Фольклор донес до нас некоторые сюжеты, возникшие еще в каменном веке (медвежий праздник "комоедицы") или эпоху подсечного земледелия (игра «а мы просо сеяли»); в вышивках на полотенцах-набожниках мы находим чрезвычайно архаичный облик языческих богинь — рожаниц — и Макоши, богини урожая и блага вообще. Метод экстраполяции должен быть применен и к языку: все то, что в современных русских, белорусских и украинских говорах восходит к древнему общеславянскому языку, сложившемуся за две-три тысячи лет до Киевской Руси, все это характеризует язык, а следовательно, и культуру самой Киевский Руси. Применив этот метод, мы получим дополнение к языку литературных произведений народный лексикон, отразивший хозяйство, быт, военное дело, семейные отношения, представления об окружающей природе (названия различных видов ландшафтов, трав, цветов, деревьев, зверей, птиц), о природных явлениях и т.д.

      Сумма данных, полученных методом осторожной, научно обоснованной экстраполяции, очень важна, ибо свидетельствует о достаточно высоком уровне русской народной культуры, на основе которой создавалась и культура феодальных верхов Киевской Руси.

      Картина мира тогдашнего славянина основывалась на геоцентрическом восприятии Вселенной: Земля неподвижна, а планеты и  звезды вращаются вокруг нее; ночью  Солнце проплывает по предполагаемому подземному океану. В языческих верованиях объединились представления различных этапов первобытности. В одном из поучений XII в., направленных против язычества, так описана история верований: в древности люди верили в то, что миром управляют безликие злые и добрые силы (вампиры и «берегины»), которых следует задабривать жертвоприношениями. В дальнейшем появилась вера в рожаниц — двух богинь плодовитости и плодородия, а еще позже — вера в верховное божество неба и Вселенной — в Рода, от которого зависит жизнь и благополучие всего живого в природе. Рода приравнивали к египетскому Озирису, библейскому Ваалу, и христианскому богу-творцу: вера в него (Рода), вызывавшая гнев церковников, держалась до XIV — XV вв.

      Последним этапом язычества в поучении считалась вера в Перуна- громовержца (княжеско-дружинный культ воинственного бога грозы). Схема поучения близка к истине. Очень важно отметить, что во время его написания все виды верований, возникшие на протяжении многих тысячелетий, сосуществовали у современников этого поучения, они прослеживаются в пережитках у русского крестьянства XIX в. Кроме верховных божеств, верили в леших, водяных, домовых (кутный бог) и русалок; считалось, что последние помогают орошать нивы. Важным богом был Велес (Волос), древнее божество зверей, скота и богатства.

      Отражением  языческого мировоззрения являются магические заклинания, просьбы к  богам, подкрепленные жертвоприношениями. Одним богам приносили кашу, мед, хлеб, а в честь иных (Перун) закалывали быка. Принесение жертв было как бы совместной трапезой с божеством — часть уделялась ему, а остальное поедалось на праздничном пиру. Существовал устойчивый календарь годовых языческих аграрных в основе молений. В новогодние «святки» (с 25 декабря по 6 января) молились всем богам, устраивали пиры, маскарады (рядились в звериные шкуры), гадали о предстоящем годе и заклинали судьбу сделать год счастливым и урожайным. Девушки гадали о своих женихах.

      Весною  в день равноденствия справляли  праздник солнца (бога Хорса), пекли в его честь блины, скатывали с гор горящие колеса, праздновали пробуждение медведя от зимней спячки. Ряд обрядов сопровождал пахоту и сев. Во время созревания хлебов происходили «зеленые святки», прославление растительной силы («Ярило») и моления к русалкам о дожде. Главным летним праздником был день Купалы (24 июня), когда разжигали большие костры и прыгали через них. 20 июля приносили кровавые жертвы Перуну, чтобы грозы не побили почти созревшие хлеба. Осенью было несколько праздников урожая, из них важнейших два — один после уборки снопов с поля (15 августа) и другой после обмолота, когда были закончены все работы (8 сентября); это были праздники в честь Макоши и рожаниц. Языческие праздники отмечались хороводами, песнями, общими пиршествами. Праздничная одежда была щедро украшена цветной вышивкой с различными, архаичными, символическими узорами. В зимнее время, когда женщины пряли лен и шерсть, в деревнях устраивались «посиделки», «беседы», во время которых пелись песни, рассказывались сказки, передавались древние сказания, молодежь соревновалась в разгадывании загадок.

      Важным  разделом народной культуры были эпические  и мифологические сказания, передававшиеся из поколения в поколение. В них  прослеживаются мифы о первых кузнецах, о начале пашенного земледелия (I тысячелетие до н.э.), о давних битвах со степными кочевниками, олицетворенными в образе жестокого и кровожадного Змея Горыныча. 
 
 
 

                  Православный  этап развития Культуры Киевской Руси.

     Долгие  годы русская культура - устное народное творчество, искусство, архитектура, живопись, художественное ремесло - развивалась под влиянием языческой религии, языческого мировоззрения. С принятием Русью христианства положение резко изменилось. Прежде всего, новая религия претендовала на то, чтобы изменить мировоззрение людей, их восприятие всей жизни, а значит и представлений о красоте, художественном творчестве, эстетическом влиянии. 

     Однако  христианство, оказав сильнейшее воздействие  на русскую культуру, особенно в  области литературы, архитектуры, искусства, развития грамотности, школьного дела, библиотек - на те области, которые были теснейшим образом связаны с жизнью церкви, с религией, так и не смогло преодолеть народных истоков русской культуры. Долгими годами на Руси сохранялось двоеверие: официальная религия, которая преобладала в городах, и язычество, которое ушло в тень, но по-прежнему существовало в отдаленных частях Руси, особенно на северо-востоке, сохраняло свои позиции в сельской местности, развитие русской культуры отразило эту двойственность в духовной жизни общества, в народном быту. Языческие духовные традиции, народные в своей основе, оказывали глубокое воздействие на все развитие русской культуры раннего средневековья.

    Под влиянием народных традиций, устоев, привычек, под влиянием народного мировосприятия новым содержанием наполнялась и сама церковная культура, религиозная идеология. Суровое аскетическое христианство Византии на русской языческой почве с ее культом природы, поклонением солнцу, свету, ветру, с ее жизнелюбием, глубокой человечностью существенно преобразилось, что нашло отражение во всех тех областях культуры, где византийское влияние было особенно велико. Не случайно во многих церковных памятниках культуры (например, сочинениях церковных авторов) мы видим светские рассуждения и отражение чисто мирских страстей. И не случайно, что вершина духовного достижения Древней Руси - "Слово о полку Игореве" все пронизано языческими мотивами.

    Эта открытость древнерусской культуры, ее мощная опора на народные истоки и народное восприятие восточного славянства, переплетение христианских и народно-языческих влияний привело к тому, что в мировой истории называют феноменом русской культуры. Ее характерными чертами являются стремление к монументальности, масштабности, образности в летописании; народность, цельность и простота в искусстве; изящество, глубоко гуманистическое начало в архитектуре; мягкость, жизнелюбие, доброта в живописи; постоянное присутствие сомнений, страсти в литературе. И над всем этим господствовала большая слитность творца культурных ценностей с природой, его ощущение сопричастности всему человечеству, переживания за людей, за их боль и несчастья. Не случайно опять же одним из любимых образов русской церкви и культуры стал образ святых Бориса и Глеба, человеколюбцев, пострадавших за единство страны, принявших муку ради людей.

    Эти особенности и характерные черты  культуры Древней Руси проявились не сразу. В своих основных обличьях они развивались в течение  столетий. Но потом, уже сформировавшись  в более или менее устоявшиеся  формы, долго и повсеместно сохраняли свою силу. И даже тогда, когда единая Русь политически распалась, общие черты русской культуры проявлялись в культуре отдельных княжеств. Несмотря на политические трудности, на местные особенности, это все равно была единая русская культура X - начала XIII в.

    Но  монголо-татарское нашествие, последующий  окончательный распад русских земель, их подчинение соседним государствам на долго прервали это единство. 
 
 

      Архитектура Киевской ,Руси Христианского  периода

    Недаром говорят, что архитектура — это душа народа, воплощенная в камне. К Руси это относится лишь с некоторой поправкой. Русь долгие годы была страной деревянной, и ее архитектура, языческие молельни, крепости, терема, избы строились из дерева. В дереве русский человек, прежде всего, как и народы, жившие рядом с восточными славянами, выражал свое восприятие строительной красоты, чувство пропорций, слияние архитектурных сооружений с окружающей природой.

    Если  деревянная архитектура восходит в  основном к Руси языческой, то архитектура каменная связана с Русью уже христианской. Подобного перехода не знала Западная Европа, издревле строившая и храмы, и жилища из камня. К сожалению, древние деревянные постройки не сохранились до наших дней, но архитектурный стиль народа дошел до нас в позднейших деревянных сооружениях, в древних описаниях и рисунках. Для русской деревянной архитектуры была характерна многоярусность строений, увенчивание их башенками и теремами, наличие разного рода пристроек — клетей, переходов, сеней. Затейливая художественная резьба по дереву была традиционным украшением русских деревянных строений. Эта традиция живет в народе и до настоящей поры.

    Мир Византии, мир христианства, стран  Кавказа, привнес на Русь новый строительный опыт и традиции: Русь восприняла сооружение своих церквей по образу крестово-купольного храма греков: квадрат, расчлененный четырьмя столбами, составляет его основу; примыкающие к подкупольному пространству прямоугольные ячейки образуют архитектурный крест. Но этот образец греческие мастера, прибывшие на Русь, начиная со времени Владимира, а также работающие с ними русские умельцы, применяли к традициям русской деревянной архитектуры, привычной для русского глаза. Если первые русские храмы, в том числе Десятинная церковь, в конце Х в. были выстроены греческими мастерами в строгом соответствии с византийскими традициями, то Софийский собор в Киеве отразил сочетание славянских и византийских традиций: на основу крестово-купольного храма были поставлены тринадцать веселых глав нового храма. Эта ступенчатая пирамида Софийского собора воскресила стиль русского деревянного зодчества.

    Софийский собор, созданный в пору утверждения  и возвышения Руси при Ярославе Мудром, показал, что строительство — это тоже политика. Этим храмом Русь бросила вызов Византии, ее признанной святыне — Константине польскому Софийскому собору. В XI в. выросли Софийские соборы в других крупных центрах Руси — Новгороде, Полоцке, и каждый из них претендовал на свой, независимый от Киева престиж, как и Чернигов, где был сооружен монументальный Спасо-Преображенский собор. По всей Руси были построены монументальные многокупольные храмы с толстыми стенами, маленькими оконцами, свидетельства мощи и красоты.

    Большого  расцвета архитектура достигла в  годы правления Андрея Боголюбского во Владимире-на-Клязьме. С его именем связаны постройка Успенского собора во Владимире красиво расположенного на крутом берегу Клязьмы, белокаменного дворца в селе Боголюбове, «Золотых ворот» во Владимире — мощного белокаменного куба, увенчанного златоглавой церковью. При нем же было создано чудо русской архитектуры — храм Покрова на Нерли. Князь построил эту церковь неподалеку от своих палат после кончины любимого сына Изяслава. Эта небольшая однокупольная церковь стала поэмой из камня, в которой гармонично сочетаются скромная красота природы, тихая грусть, просветленная созерцательность архитектурных линий.

    Древнерусское искусство — живопись, скульптура, музыка — с принятием христианства также пережило ощутимые перемены. Языческая Русь знала все эти виды искусства, но в чисто языческом, народном выражении. Древние резчики по дереву, камнерезы создавали деревянные и каменные скульптуры языческих богов, духов. Живописцы разрисовывали стены языческих капищ, делали эскизы магических масок, которые затем изготовлялись ремесленниками; музыканты, играя на струнных и духовых деревянных инструментах, увеселяли племенных вождей, развлекали простой народ.

       Христианская церковь внесла  в эти виды искусства совершенно иное содержание. Церковное искусство подчинено высшей цели — воспеть христианского Бога, подвиги апостолов, святых, деятелей церкви. Если в языческом искусстве «плоть» торжествовала над «духом» и утверждалось все земное, олицетворяющее природу, то церковное искусство воспевало победу «духа» над плотью, утверждало высокие подвиги человеческой души ради нравственных принципов христианства. В византийском искусстве, считавшемся в те времена самым совершенным в мире, это нашло выражение в том, что там и живопись, и музыка, и искусство ваяния создавались в основном по церковным канонам, где отсекалось все, что противоречило высшим христианским принципам. Аскетизм и строгость в живописи (иконопись, мозаика, фреска), возвышенность, «божественность» греческих церковных молитв и песнопений, сам храм, становящийся местом молитвенного общения людей, — все это было свойственно византийскому искусству. Если та или иная религиозная, богословская тема была в христианстве раз и навсегда строго установлена, то и ее выражение в искусстве, по мнению византийцев, должно было выражать эту идею лишь раз и навсегда установленным образом; художник становился лишь послушным исполнителем канонов, которые диктовала церковь.

         И вот перенесенное на русскую  почву каноническое по содержанию, блестящее по своему исполнению искусство Византии столкнулось с языческим мировосприятием восточных славян, с их радостным культом природы — солнца, весны, света, с их вполне земными представлениями о добре и зле, о грехах и добродетелях. С первых же лет византийское церковное искусство на Руси испытало на себе всю мощь русской народной культуры и народных эстетических представлений.

        Выше уже шла речь о том,  что однокупольный византийский храм на Руси XI в. преобразовался в многокупольную пирамиду, основу которой составляло русское деревянное зодчество. То же произошло и с живописью. Уже в XI в. строгая аскетическая манера византийской иконописи превращалась под кистью русских художников в портреты, близкие к натуре, хотя русские иконы и несли в себе все черты условного иконописного лика. В это время прославился Печерский монах-живописец Алимпий. Про Алимпия рассказывали, что иконописание было главным средством его существования. Но заработанное он тратил весьма своеобразно: на одну часть покупал все, что было необходимо для его ремесла, другую отдавал беднякам, а третью жертвовал в Печерский монастырь.

        Наряду с иконописью развивалась  фресковая живопись мозаика. Фрески  Софийского собора в Киеве  показывают манеру письма здешних  греческих и русских мастеров, и приверженность к человеческому теплу, цельности и простоте На стенах собора мы видим и изображения святых, и семью Ярослава Мудрого, и изображение русских скоморохов,  животных. Прекрасная иконописная, фресковая, мозаичная живопись наполняла и другие храмы Киева. Известны своей большой художественной силой мозаики Михайловского Златоверхого монастыря с их изображением апостолов, святых, которые потеряли свою византийскую суровость; лики их стали более мягкими, округлыми.

        Позднее складывалась новгородская  школа живописи. Ее характерными чертами стали ясность идеи, реальность изображения, доступность. От XII в. до нас дошли замечательные творения новгородских живописцев: икона «Ангел Златые власы», где при всей византийской условности облика Ангела чувствуется трепетная и красивая человеческая душа. Или икона «Спас Нерукотворный» (также XII в.), на которой Христос со своим выразительным изломом бровей предстает грозным, все понимающим судьей человеческого рода. В иконе «Успение Богородицы» в лицах апостолов запечатлена вся скорбь утраты. И таких шедевров Новгородская земля дала немало.

Широкое распространение иконописной, фресковой  живописи было характерно и для Чернигова, Ростова, Суздаля, позднее Владимира-на- Клязьме, где замечательные фрески, изображающие «Страшный суд», украшали Дмитриевский собор.

       В начале XIII в. прославилась ярославская школа иконописи. В монастырях и церквах Ярославля было написано немало превосходных иконописных произведений. Особенно известна среди них так называемая «Ярославская Оранта», изображавшая Богородицу. Ее прообразом стало мозаичное изображение Богородицы в Софийском соборе в Киеве работы греческих мастеров, запечатлевших суровую властную женщину, простирающую руки над человечеством. Ярославские же искусники сделали облик Богородицы теплее, человечнее. Это прежде всего мать-заступница, несущая людям помощь и сострадание. Византийцы видели Богородицу по-своему, русские живописцы — по-своему.

        На протяжении долгих веков  на Руси развивалось, совершенствовалось искусство резьбы по дереву, позднее — по камню. Деревянные резные украшения вообще стали характерной чертой жилищ горожан и крестьян, деревянных храмов.

        Белокаменная резьба Владимиро-Суздальской  Руси, особенно времени Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо, в украшениях дворцов, соборов стала примечательной чертой древнерусского искусства вообще.

  Прекрасной  резьбой славились утварь и посуда. В искусстве резчиков с наибольшей полнотой проявлялись русские народные традиции, представления русичей о прекрасном и изящном. Знаменитый художественный критик второй половины XIX — начала XX в. Стасов писал: «Есть еще пропасть людей, которые воображают, что нужно быть изящным только в музеях, в картинах и статуях, в громадных соборах, наконец, во всем исключительном, особенном, а что касается до остального, то можно расправляться как ни попало — дескать, дело пустое и вздорное... Нет, настоящее, цельное, здоровое в самом деле искусство существует лишь там, где потребность в изящных формах, в постоянной художественной внешности простерлась уже на сотни тысяч вещей, ежедневно окружающих нашу жизнь». Древние русичи, окружая свою жизнь постоянной скромной красотой, давно подтвердили справедливость этих слов.

      Это касалось не только резьбы  по дереву и камню, но и многих видов художественных ремесел. Изящные украшения, подлинные шедевры создавали древнерусские ювелиры — золотых и серебряных дел мастера. Они делали браслеты, серьги, подвески, пряжки, диадемы, медальоны, отделывали золотом, серебром, эмалью, драгоценными камнями утварь, посуду, оружие. С особенными старанием и любовью мастера-искусники украшали оклады икон, а также книги. Примером может служить искусно отделанный кожей, ювелирными украшениями оклад «Остромирова Евангелия», созданного по заказу киевского посадника Остромира во времена Ярослава Мудрого.

  До  сих пор вызывают восхищение сделанные  киевским ремесленником серьги (XI—XII вв.): кольца с полукруглыми щитами, к которым припаяны по шесть серебряных конусов с шариками и 500 колечками диаметром 0,06 см из проволоки диаметром 0,02 см. На колечках закреплены крошечные зернышки серебра диаметром 0,04 см. Как делали это люди, не располагая увеличительными приборами, представить себе трудно.

  Составной частью искусства Руси являлось музыкальное, певческое искусство. В «Слове о полку Игореве» упоминается легендарный сказитель-певец Боян, который «напускал» свои пальцы на живые струны и они «сами князьям славу рокотали». На фресках Софийского собора мы видим изображение музыкантов, играющих на деревянных духовых и струнных инструментах — лютне и гуслях. Из летописных сообщений известен талантливый певец Митус в Галиче. В некоторых церковных сочинениях, направленных против славянского языческого искусства, упоминаются уличные скоморохи, певцы, танцоры; существовал и народный кукольный театр. Известно, что при дворе князя Владимира, при дворах других видных русских властелинов во время пиров присутствующих развлекали певцы, сказители, исполнители на струнных инструментах.

И, конечно, важным элементом всей древнерусской  культуры являлся фольклор — песни, сказания, былины, пословицы, поговорки, афоризмы. В свадебных, застольных, похоронных песнях отражались многие черты жизни людей того времени. Так, в древних свадебных песнях говорилось и о том времени, когда невест похищали, «умыкали» (конечно, с их согласия), в более поздних — когда их выкупали, а в песнях уже христианского времени шла речь о согласии и невесты, и родителей на брак.

     Целый мир русской жизни открывается  в былинах. Их основной герой — это богатырь, защитник народа. Богатыри обладали огромной физической силой. Так, о любимом русском богатыре Илье Муромце говорилось: «Куда не махнет, тут и улицы лежат, куда отвернет — с переулками». Одновременно это был очень миролюбивый герой, который брался за оружие лишь в случае крайней необходимости. Как правило, носителем такой неуемной силы является выходец из народа, крестьянский сын. Народные богатыри обладали также огромной чародейской силой, мудростью, хитростью. Так, богатырь Волхв Всеславич мог обернуться сизым соколом, серым волком, мог стать и Туром-Золотые рога. Народная память сохранила образ богатырей, которые вышли не только из крестьянской среды, — боярский сын Добрыня Никитич, представитель духовенства хитрый и изворотливый Алеша Попович. Каждый из них обладал своим характером, своими особенностями, но все они были как бы выразителями народных чаяний, дум, надежд. И главной из них была защита от лютых врагов.

     В былинных обобщенных образах врагов угадываются и реальные внешнеполитические противники Руси, борьба с которыми глубоко вошла в сознание народа. Под именем Тугарина просматривается обобщенный образ половцев с их ханом Тугорканом, борьба с которым заняла целый период в истории Руси последней четверти XI в. Под именем «Жидовина» представляется Хазария, государственной религией которой было иудейство. Русские былинные богатыри верно служили былинному же князю Владимиру. Они выполняли его просьбы о защите Отечества, к ним он обращался в решающие часы. Непростыми были отношения богатырей и князя. Были здесь и обиды, и непонимание. Но все они — и князь и герои в конце концов решали одно общее дело - дело народа. Ученые показали, что под именем князя Владимира не обязательно имеется в виду Владимир I. В этом образе слился обобщенный образ и Владимира Святославича — воителя против печенегов, и Владимира Мономаха — защитника Руси от половцев, и облик других князей — смелых, мудрых, хитрых. А в более древних былинах отразились легендарные времена борьбы восточных славян с киммерийцами, сарматами, скифами, со всеми теми, кого степь столь щедро посылала на завоевание восточнославянских земель. Это были старые богатыри совсем древних времен, и былины, повествующие о них, сродни эпосу Гомера, древнему эпосу других европейских и индоевропейских народов.

       Культура народа неразрывно связана  с его бытом, повседневной жизнью, как и быт народа, определяемый уровнем  развития хозяйства страны, тесно связан с культурными процессами. Народ Древней Руси жил как в больших для своего времени городах, насчитывающих десятки тысяч человек, так и в селах в несколько десятков дворов и деревнях, особенно на северо-востоке страны, в которых группировалось по два-три двора.

   Все свидетельства современников говорят  о том, что Киев был большим и богатым городом. По своим масштабам, множеству каменных зданий-храмов, дворцов он соперничал с другими тогдашними европейскими столицами. Недаром дочь Ярослава Мудрого Анна Ярославна, приехавшая в Париж XI в., была удивлена провинциальностью французской столицы по сравнению с блистающим на пути из «варяг в греки» Киевом. Здесь сияли своими куполами златоверхие храмы, поражали изяществом дворцы Владимира, Ярослава Мудрого, Всеволода Ярославича, удивляли монументальностью, замечательными фресками Софийский собор, Золотые ворота — символ побед русского оружия. А неподалеку от княжеского дворца стояли бронзовые кони, вывезенные Владимиром из Херсонеса; в старом городе находились дворцы видных бояр, здесь же на горе располагались и дома богатых купцов, других видных горожан, духовенства. Дома украшались коврами, дорогими греческими тканями. С крепостных стен города можно было видеть  белокаменные церкви Печерского, Выдубицкого и других киевских монастырей.