Международная обстановка накануне войны, причины и подготовка сторон

ВВЕДЕНИЕ. 

Отечественная война  1812 года – одна из самых героических страниц истории нашей Родины. Победа русского народа над завоевателем, который считался величайшим военным гением мира и к моменту нападения на Россию был увечен ореолом всемогущества  и непобедимости, поразила воображение современников и по ныне волнует потомков, служит для одних предметом гордости, для других – неразгаданной загадкой, для третьих грозным предостережением – «не ходи на Москву!». Поэтому гроза 1812 года вновь и вновь привлекает к себе внимание исследователей оставаясь в числе вечных тем исторической науки. «Русской Илиадой» назвали ее современники. Ей посвящено наибольшее число исследований по сравнению с любым другим событием 1000-летней истории дореволюционной России.  Специально о войне 1812 года написано более 10000 книг и статей, не считая великого множества разделов мировой литературы о Наполеоне, которая 1908 году включала 200 тыс. названий и с тех пор значительно выросла. Одними из самых объективных являются книги Е.В. Тарле «1812 год»  и  Н.А. Троицкого  «1812. Великий год России».

Победа 1812 года вызвал порыв  справедливой гордости, справедливой уверенности в себе, потрясла сердца, вызвала лихорадочное возбуждение  во всем российском обществе.

С 1812 годом связан и первый революционный порыв новейшей истории  России – восстание 14 декабря 1825 года – и не только потому, что некоторые  декабристы в 1812 году подняли оружие за Россию против Наполеона, но и потому, что в 1825 году они подняли оружие за Россию против Николая.

Могучий толчок, который победа дала русскому народу, отозвалась пробуждении революционного сознания.

1812 год заграничный поход  русской армии – в своих  ближайших последствиях – разбудил  декабристов. Именно победа 1812 года  повлекла за собой эти последствия.

Не только декабристы связаны  с 1812 годом, но и Пушкин. Поэзия А.С. Пушкина  отражает в себе радостное, гордое сознание могучей моральной силы родного  народа, низвергнувшего «тяготеющий над царствами кумир», это бесспорно. Что без 1812 года Пушкин не был бы таким, каким он был, и говорил бы о России не так, как говорил о ней когда уже подобно Петру «он знал ее  предназначение», это более чем вероятно.

Но не только Пушкин, вся  русская умственная культура, русское  национальное самосознание получили могучий  толчок в грозный год нашествия

Глава I.

Международная обстановка накануне войны, причины и подготовка сторон.

Отечественная война 1812 года, одна из самых значительных как в  российской, так и в мировой  истории. По мнению Е.В. Тарле, она «являлась  наиболее империалистской войной, наиболее откровенно продиктованной интересами крупной французской буржуазии». Так как крупная французская буржуазия, особенно промышленная, нуждалась в полном вытеснении Великобритании с европейских рынков, а Россия, в свою очередь, плохо соблюдала континентальную блокаду, поэтому необходимо было заставить Россию экономически подчиняться интересам французской буржуазии и создать против России внешнюю угрозу в виде вассальной Польши, к которой присоединить Литву и Белоруссию. Таковы были планы со стороны Франции. А если бы эти планы выполнялись бы гладко, то Наполеон стремился добраться и до Индии, взяв с собой русскую армию в качестве резерва. Таким образом, для России борьба с Наполеоном становилась единственным средством сохранить свою экономическую и политическую самостоятельность, спастись от разорения, которое несла с собой континентальная блокада. Однако не стоит забывать и о том, что царская Россия сама стремилась к европейской гегемонии, о чём свидетельствуют неоднократные старания, приложенные в коалиционных войнах 1799-1807гг. Как и было сказано выше, экономические интересы сторон явились главной причиной соперничества между Францией и Россией. Последняя испытывала большие трудности от разрыва торговых отношений с Великобританией, которые российская империя обязывалась исполнять по условиям Тильзитского мирного договора от 1807г. Русское поместное дворянство нуждалось в Англии как в рынке сбыта хлеба, конопли, леса и сала из своих владений. Торговля с новой союзницей – Францией, целиком сводившаяся к ввозу предметов роскоши и вин, была для русских только убыточной. Континентальная блокада, нарушая внешнеторговый оборот России, расстраивала её финансовую систему, так как помещикам и купцам были закрыты торговые пути в северные моря, а также на восток и Чёрное море из-за русско-турецкой войны, следовательно, они не могли исправно платить налоги. Отсюда рос дефицит бюджета и, как следствие из этого, ослабление военной мощи страны. Чтобы нормализовать внешнеторговый оборот России, Александр I по совету Сперанского в декабре 1810г. издал новый запретительный таможенный тариф, который больше всего затрагивал торговлю с Францией, почти полностью ограничивая ввоз французских товаров. Таким образом, континентальная блокада породила войну 1812г., а нагнетаемая международная обстановка ускоряла её развязывание из-за конкретных русско-французских противоречий в политических вопросах. Самым острым из них был польский вопрос. Наполеон создал из польских земель, принадлежавших Пруссии, Великое герцогство Варшавское, которое представляло собой «сильного, но покорного ему вассала на самой русской границе», создавая постоянную внешнюю угрозу Российской империи. Усугублял конфликт также так называемый германский вопрос, суть которого состояла в следующем: присоединение Наполеоном к Франции герцогства Ольденбургского ущемляло династические интересы царизма. К 1812г. сталкиваются русско-французские интересы и на Ближнем Востоке, так как Российская империя стремилась к захвату Константинополя, а Наполеон, желавший сохранить Турцию как противника России на востоке, препятствовал этому. Итак, таковы были основные противоречия между Францией и Россией, которые привели к войне 1812 года.

Международная обстановка накануне войны 1812г. все более накалялась. Осознавая неизбежность столкновения, стороны пытались заручиться поддержкой союзников. Наполеон также ставил своей  задачей политически изолировать  Россию, чтобы ей пришлось вести  войну одновременно на три фронта: на юге - против Турции, на западе –  против Франции, Австрии и Пруссии, на севере – против Швеции. Австрия  и Пруссия, побежденные Наполеоном, были вынуждены вступить в союз с  ним против России. Чтобы защитить северные границы, Александр I пошёл  на войну со Швецией (февраль 1808г. –  март 1809г.). Швеция потерпела поражение  и вынуждена была уступить России Финляндию. Однако, несмотря на эту  потерю, Швеция пошла на заключение в апреле 1812г. союза с Россией, так как предполагала компенсировать потерю Финляндии захватом Норвегии.

Готовясь к войне с  Францией, русское правительство  поспешило закончить русско-турецкую войну, так как на юге была задействована  значительная часть русской армии, и в июне ратифицировало заключённый  М.И. Кутузовым Бухарестский мир. Так, благодаря дипломатическому искусству  М.И. Кутузова, менее чем за месяц  до вторжения в Россию французской  армии, военный конфликт с Турцией  был улажен.

Наполеон, ещё не начав  войны с Россией, потерпел в ней  первое дипломатическое поражение.

Россия, довольно успешно  предотвратившая возможность войны  на три фронта, тоже искала союзника в лице Англии, и в июле 1812г. заключила  с ней союз и отказалась от участия  в континентальной блокаде. Однако Англия и сама находилась в весьма сложном положении: ее финансовую систему  тяготила континентальная блокада, готовилась война с США, вспыхнувшая  почти одновременно с войной 1812г. Таким образом, Англия, привыкшая  воевать чужими силами, не оказала  России никакой поддержки. 

Франко-русские отношения  осложнялись. Готовится к войне обе стороны начали с февраля-марта 1810г., причем скрывали свои военные приготовления и обвиняли друг друга в стремлении уничтожить дружбу и мир. «Все усилия Наполеона сосредотачивались на двух задачах: во-первых, завершить подготовку к войне так, чтобы меньше всего оставить на долю случая, чтобы сделать победу неизбежной и, во-вторых, если Россия не пойдет на уступки и войну можно будет начать, устроить так, чтобы ответственность за войну легла на Александра I». Оценивая Россию как сильнейшего противника, Наполеон весьма тщательно готовился к войне. Им были использованы ресурсы как своей стороны, так и зависимых и союзных стран. Также Наполеон знал слабые стороны своего противника: давящий гнет крепостного права, отсталую систему рекрутского набора. Им была широко организована тайная разведка, откуда французское командование узнавало о численности, составе и расположении вооруженных сил России. Французский полководец, учитывая малонаселенность театра военных действий и невозможность питать огромную армию за счет реквизиций, создает большие запасы. Сильной стороной наполеоновской армии являлась ее огромная численность, наличие боевого опыта, хорошее по тем временам обеспечение в техническом и материальном отношении, вера в свою непобедимость. К тому же руководство армии осуществлял пока еще не превзойденный военный деятель – Наполеон Бонапарт.

Отрицательной стороной французской  армии являлся ее чрезвычайно  пестрый национальный состав. Французов  в ней было менее половины, а  большинство составляли воины порабощенных им народов: итальянцы, швейцарцы, немцы, поляки, португальцы, голландцы и  даже испанцы. Вступая в Россию, Наполеон оставлял в тылу непокоренную Испанию, которая отвлекала на себя 395 тыс. его солдат и многих видных полководцев: Л.Г. Сюше, Н.Ж. Сульта, Ж.Б. Журдана. Также не было в числе его соратников двух самых выдающихся маршалов: Ж. Ланна и А. Масена. Наполеон считал свою армию довольно сильной для первого сокрушительного удара и для последующих наступательных действий, не рассчитывая на затяжную войну, оборону и отступление. Не менее важным отрицательным фактором являлось и то, что французская армия уже страдала ущербностью морального духа, потому что солдатам становились чужды те причины, которые приводили к войнам, и те задачи, которые разрешались в ходе их.

Итак, Наполеон сосредоточил в Польше группу армий, планируя вторгнуться  в Россию и сокрушить ее со стороны  своих основных плацдармов, протянувшихся  от Припятских болот на юге до Балтийского моря на севере.

Если Наполеон рассчитывал  добиться победы в короткие сроки  и прежними, не раз применявшимися им способами, то император Александр I решился не нападать, а только обороняться, и отклонил проекты наступательных действий. Русские войска были расставлены вдоль северо-западной границы по реке Неман и разделены на три армии: 1-й армией командовал военный министр М.Б. Барклай-де-Толли, численностью 127 тыс. чел., 2-й, которая располагалась между Неманом и Припятскими болотами – генерал суворовской школы, князь П.И. Багратион, имевший в распоряжении 48 тыс., 3-й, численностью в 43 тыс. чел. – генерал граф А.П. Тормасов, в обязанность к которому входила охрана юго-западных границ. Более 200 тыс. чел. вспомогательных русских войск были рассеяны по всей Западной и Центральной России. Барклай-де-Толли, назначенный 1 февраля 1810г. военным министром, возглавил всю подготовку к войне и повел ее энергично и планомерно.

Хотя главными недостатками русской армии были рекрутчина и  принцип комплектования офицерского  состава не по способностям, а по сословному принципу, накануне войны  в армии была принята более  совершенная корпусная и армейская  организация, и появились новые  уставы и инструкции, в которых  нашли отражение прогрессивные  тенденции военного искусства, в  частности тактика колонн и рассыпного строя.

Войны начала XIX века способствовали развитию военно-технической мысли  в стране. В результате усовершенствования производства, русское оружие стало  лучшим в Европе. Количество же производимого  оружия могло обеспечить развертывание  крупной армии. Пороховые заводы также вполне справлялись с предъявленными к ним требованиями и давали порох  высокого качества. Суконные и кожевенные заводы, хотя и с трудом, но обеспечивали армию сукном и кожей, необходимыми для обмундирования и снаряжения, товарное производство в сельском хозяйстве  позволило создать крупные запасы зерна и фуража для обеспечения  войск. Все это способствовало осуществлению  мероприятий по укреплению армии, которые  проводились накануне Отечественной  войны 1812г.

Русское правительство осознавало угрозу войны и стремилось задержать  ее начало, на что были направлены силы русской разведки и дипломатии. Кроме  того, Россия сумела увеличить силы своей армии на 23 пехотных, 10 кавалерийских  полков, 8 батарейных и 6 конных артиллерийских рот и довести численность  вооруженных сил, включая иррегулярные войска, до 900 тыс. чел., в том числе  около 500 тыс. полевых войск. Тем не менее, значительная часть войск  находилась в Молдавии, Крыму, на Кавказе, в Финляндии и внутренних районах, на западных границах удалось сосредоточить  лишь около 240 тыс. чел. при 934 орудиях. Эти  силы входили в состав трех вышеперечисленных  главных армий, а также отдельного корпуса генерала П.К. Эссена (18,5 тыс. чел.), располагавшегося в районе Риги, и резервных корпусов генералов  П.И. Меллер-Закомельского и Ф.Ф. Эртеля, находившихся в тылу, в районах Торопца и Мозыря.

Глава II.

Стратегия и ход военных  действий

до оставления Москвы.  Русский командный состав, хотя в  целом и уступал наполеоновскому, был представлен к 1812 г. не только высокородными бездарностями, но и талантливыми генералами, которые могли поспорить с маршалами Наполеона. Первыми в ряду таких генералов (не считая оказавшегося в начале войны не у дел М.И. Кутузова) стояли Барклай и Багратион.  Михаил Богданович Барклай де Толли - потомок дворян из Шотландии, сын бедного армейского поручика - достиг высших чинов благодаря своим дарованиям, трудолюбию и доверию, которое с 1807 г. возымел к нему Александр I. Дальновидный и осмотрительный стратег, "мужественный и хладнокровный до невероятия" воин, "великий муж во всех отношениях" (так отзывались о нем Денис Давыдов, декабристы А.Н. Муравьев и М.А. Фонвизин), Барклай, несмотря на все метаморфозы его прижизненной и посмертной славы, заслужил признание крупнейших умов России и Запада как "лучший генерал Александра" (К. Маркс и Ф. Энгельс), "одно из замечательнейших в нашей истории" лиц (А.С. Пушкин).

Военачальником совсем иного  типа был князь Петр Иванович Багратион - отпрыск царской династии Багратионов  в Грузии, правнук царя Вахтанга VI, любимый ученик и сподвижник Суворова, "генерал по образу и подобию  Суворова", как о нем говорили. Посредственный стратег, он тогда не имел себе равных в России как тактик, мастер атаки и маневра. Стремительный и неустрашимый, воин до мозга костей, кумир солдат, Багратион к 1812 г. был самым популярным из русских генералов. "Краса русских войск", - говорили о нем его офицеры. Г.Р. Державин многозначительно "уточнил" его фамилию: "Бог-рати-он".

Отдельными соединениями в армиях Барклая и Багратиона командовали генералы, уже прославившие себя в многочисленных войнах трех последних царствований: предприимчивый, отважный и великодушный герой, едва ли не самый обаятельный из полководцев 1812 г. Николай Николаевич Раевский; энергичный и стойкий, слывший олицетворением воинского долга Дмитрий Сергеевич  Дохтуров; легендарный атаман Войска Донского Матвей Иванович Платов ("вихорь-атаман" и "русский Мюрат", как его  называли); изобретательный Петр Петрович Коновницын, который соединял в себе барклаевское хладнокровие, багратионовский порыв и дохтуровскую стойкость; разносторонне одаренный Алексей Петрович Ермолов - в одном лице вольнодумец, мудрец, хитрец и храбрец; упорный, прямодушный и благородный Александр Иванович Остерман-Толстой, нравственные качества которого высоко ценили А.И. Герцен и Ф.И. Тютчев; великолепный, с феноменальными способностями, артиллерист и удивительно талантливый человек (знал шесть языков, писал стихи, рисовал) Александр Иванович Кутайсов и др.

1. Русская армия под  командованием Александра I и Барклая-де-Толли.

Форсированным маршем все  корпуса французской армии приблизились к Неману и в ночь на 12 июня переправились  через него и начали военные действия против русской армии. В первый же день вторжения был захвачен город  Ковно. Александр I предпринял попытку остановить военные действия. С этой целью 14 июня он послал к Наполеону своего генерал-адъютанта А.Д. Балашова со своим личным письмом с предложением мира. Это было первое и последнее обращение русского правительства к Наполеону с мирными предложениями. Оно преследовало целью продемонстрировать перед Европой нежелание Россией войны и подчеркивало инициативу Наполеона в нападении. Миссия А.Д. Балашова окончилась неудачей.

Военные силы Наполеона значительно  превосходили вооруженные силы России. С 12 по 20 июня наполеоновские войска перешли  русскую границу, численностью 448 тыс. 83 чел. Его войска почти без сопротивления  быстро дошли до Вильно, где остановились для устройства своей армии. Продвижение  «великой» французской армии  нарушило планы русского командования задержать ее силами 1-й армии  и ударить во фланг силами 2-й. Как только началась война, сразу  же вскрылась пагубность принятого  российского стратегического плана, суть которого сводилась к следующему: против наступающего противника вести военные действия двумя армиями. Одна армия удерживает неприятеля с фронта, тогда как другая действует со стороны его тыла и фланга. На 3-ю резервную армию А.П. Тормасова возлагалось прикрытие киевского направления и обеспечение левого фланга 2-й армии. Данный план прусского генерала К.А. Фуля, как видно из его содержания, совершенно не учитывал объективных условий ведения войны, и Наполеон, следуя своей излюбленной тактике, намеревался разгромить 1-ю и 2-ю русские армии поодиночке, проникнув между ними. Положение усугублялось тем, что у русских армий не было единого командования, т.е. каждый командующий армией действовал фактически самостоятельно. Избегая разгрома, 1-я и 2-я русские армии стали отступать вглубь страны, 1-я армия отходила к Дрисскому лагерю, разрыв между ней и 2-й армией увеличивался и достиг более 200 км. Главные силы французских войск заполняли разрыв. 1-я русская армия достигла Дрисского лагеря 26 июня, где Наполеон решил обойти ее левый фланг и отрезать от Москвы. Однако Барклай-де-Толли разгадал замысел противника и своевременно вывел войска к Витебску. К тому же позиция у Дрисского лагеря была весьма неудачной и 2-я армия не могла своевременно подойти в намеченный район для взаимодействия с 1-й.  Барклай-де-Толли оставил 1-й корпус П.Х. Витгенштейна для прикрытия путей к Петербургу. Александр I, находившийся при 1-й армии, являвшийся главнокомандующим, видя численное превосходство неприятеля, его стремительное продвижение вглубь страны, решил пополнить армию, издав 6 июля манифест с призывом создавать народное ополчение.

В тот же день Александр I оставил армию и выехал из военного лагеря близ Полоцка, не назначив преемника. Функции главнокомандующего, по должности  военного министра, выполнял Барклай-де-Толли. Упорные сражения, данные его войсками с 13-15 июля при Витебске, были необходимы для сдерживания продвижения  французских войск, что дало возможность  отвезти артиллерию и обозы 1-й  армии к Смоленску, а войскам 2-й  армии Багратиона – приблизиться для соединения с 1-й. Между тем 2-я  армия, получив ещё 18 июня приказ идти на соединение с 1-й, несмотря на огромные усилия, всё время задерживаемая  противником, не смогла пробиться ни через Минск, ни через Могилёв. Под Салтыковкой 11 июля завязался ожесточённый бой с войсками маршала Л. Даву. Наконец, П.И. Багратиону, отступая на восток, через Мстиславль, удалось 22 июля соединиться с Барклай-де-Толли у Смоленска. А 3-я армия нанесла у Кобрина поражение корпусу Ж. Ренье. 19 июля на соединение с ней из Молдавии выступила Дунайская армия адмирала П.В. Чичагова.

Первоначальный план Наполеона  окружить и разбить по частям русские  армии сорвался, его войска понесли  значительные потери, ухудшалось снабжение, и падала дисциплина, поэтому Наполеон решил 17-18 июля остановить армию на 7-8 дней для отдыха в районе от Велижа до Могилёва. Ещё в Витебске он узнал о ратификации мирного договора между Турцией и Россией и получил копию договора о союзе России и Швеции, что крайне его озаботило. Однако французский император всё же решил настигнуть русскую армию и втянуть её в сражение под Смоленском. Он намеревался стремительным броском через Днепр у Расаны и далее по Красненской дороге к Смоленску отрезать Барклай-де-Толли и Багратиону путь отступления в глубь России.

Видя внезапное продвижение  Наполеона, русские армии начали поспешный отход. Упорная оборона  дивизии генерала Д.П. Неверовского под Красным позволила русским войскам успеть занять оборону под Смоленском. Барклай-де-Толли планировал дать сражение, но неэффективная работа русского штаба замедлила передвижения войск, что сделало безрезультатными манёвры Наполеона, который разгадал планы их командующих. Русские отступали на восток, а Наполеон снова попытался обойти их с фланга. После тяжёлых, но безрезультатных оборонительных боёв под Смоленском 4-6 августа и близ Валутиной Горы 7 августа, отразив попытку противника окружить 1-ю армию, а также из-за ошибок французских маршалов А. Жюно и И. Мюрата, русские войска отошли к Дорогобужу.

Упорные бои за Смоленск велись усиленными корпусами генералов  Раевского и Дохтурова. Яростные атаки противника, поддерживаемые сильным  артиллерийским огнём, разбивались  о стойкость защитников Смоленска, которые оставили город, лишь выполнив задачу по прикрытию отхода русских  армий. 6 августа наполеоновская армия  вошла в Смоленск; от Москвы её отделяло уже менее 400 км. Наполеон вновь не добился генерального сражения. Стратегия  Барклай-де-Толли приводила к  тому, что война затягивалась, что  Наполеону было крайне невыгодно. Французский  полководец был вынужден признать своё затруднительное положение. Выяснилось, что его армия не может зимовать в Смоленске из-за нехватки ресурсов, и перед Наполеоном встал вопрос о прекращении военных действий. Именно в Смоленске Наполеон впервые  попытался вступить в переговоры о мире с Александром I – через  пленного генерала П.А. Тучкова. Просьба  дошла до Александра I, но осталась без  ответа.

Барклай-де-Толли искусно  уклонялся от больших боёв с преследовавшим неприятелем и старательно берёг  свою армию от потерь и внутреннего  расстройства. Отступление удалось  в том смысле, что Наполеон не успел ни разъединить русские  армии, ни разбить их порознь. В военном  смысле это был большой успех. Однако постоянным отступлением Барклай-де-Толли  не были довольны ни Александр I, ни армия, ни всё русское общество. Мало кто понимал, что в военном отношении отступление не было позорным, и все обвиняли Барклай-де-Толли или в трусости, или в даже в измене. Общественное мнение требовало назначения единым главнокомандующим М.И. Кутузова. Чрезвычайный комитет 5 августа вынес решение о его назначении на пост главнокомандующего, несмотря на явную антипатию к нему со стороны императора, который под таким давлением все-таки назначил 8 августа знаменитого полководца за «известные достоинства, любовь к Отечеству и неоднократные опыты отличных подвигов». Русская армия отходила по дороге на Москву. 17 августа она прибыла в район Царево-Займище, где Барклай-де-Толли предлагал дать противнику генеральное сражение. В тот же день Кутузов прибыл в армию и принял командование на себя.

2. Русская армия под  командованием М.И. Кутузова.

Новый главнокомандующий, найдя  позицию у Царева-Займища невыгодной, а силы армии недостаточными для  генерального сражения, продолжил отступление  для соединения с подходящими  резервами и остановился у с. Бородино, где он решил преградить наполеоновской армии путь на Москву. Кутузов так писал Александру I о выборе позиции у Бородино: «…позиция, в которой я остановился при деревне Бородине в 12 верстах вперед Можайска, одна из наилучших, которую только на плоских местах найти можно. Слабое место сей позиции, которое находится с левого фланга, постараюсь я исправить искусственно. Желательно, чтобы неприятель атаковал нас с сей позиции, тогда я имею большую надежду к победе. Но ежели он, найдя мою позицию крепкою, маневрировать станет по другим дорогам, ведущим к Москве, тогда не ручаюся, что может быть…». Прибывшие резервы под командованием генерала М.А. Милорадовича, московское и смоленское ополчения позволили довести силы русской армии до 132 тыс. чел. при 624 орудиях. Наполеон располагал 135 тыс. чел. при 587 орудиях.

Кутузов глубоко понял  характер войны, оценил трудности, связанные  с ее победоносным завершением. Он видел  и трудности, стоявшие перед Наполеоном. Кутузов прибыл в армию с единственной целью – нанести врагу поражение, уничтожить его живую силу. К этому  же стремился и Наполеон. Москва – древнерусская столица –  стала в центре кутузовской и  наполеоновской стратегии. Стратегический замысел Кутузова заключался в том, чтобы в боях за Москву переломить армию противника.

Кутузов понимал чувства  и желания армии и народа как  можно быстрее расправиться с  врагом, далеко проникшим в глубь страны. Но опытный полководец сознавал и другое: слишком недостаточно было наличных сил и средств, чтобы решить эту большую стратегическую задачу в короткие сроки.

Продолжая стратегический курс Барклая-де-Толли и стремясь активизировать действия всех войск, направив их усилия к единой цели, Кутузов ставит конкретные задачи армии Тормасова, корпусу Витгенштейна, действующим на флангах, и подходившей к театру военных действий Дунайской армии Чичагова. Тормасову предписывалось присоединить к 3-й армии все силы генерал-лейтенанта Эртеля при Мозыре и генерал-лейтенанта Сакена при Житомире и вместе с ними развернуть активные действия против правого фланга неприятеля. Чичагов со своей Дунайской армией обязан был сменить 3-ю армию. Отдельному корпусу Витгенштейна приказывалось продолжать прикрывать петербургское направление, активно содействовать, отвлекая силы противника.

У Кутузова была надежда еще  на один источник усиления 1-й и 2-й  Западных армий – резервные формирования, создавшиеся внутри страны. В целях  привлечения всех сил к борьбе с сильнейшим противником Кутузовский  план учитывал использование обстановки, вытекающей из войны как войны  народной. Кутузов содействует развертыванию  партизанской войны, организации новых  крестьянских партизанских отрядов, а  также войсковых отрядов, действующих  партизанскими методами.

Таким образом, план Кутузова строился на нанесении удара по противнику, в стремлении преградить ему путь на Москву и нанести возможно большие потери, на совместных действиях всех русских армий, на сочетании действий регулярных армий с ополченческими и крестьянскими отрядами. В случае же невозможности остановить противника, не допустив его к Москве, оторваться от него, подтянуть резервы и подготовить армию для перехода в контрнаступление.

Кутузов противопоставил  наполеоновской стратегии свою стратегию, основанную на большой маневренной  войне, на исключительно умелом использовании  всех факторов, вытекающих из сложившейся  обстановки и из характера войны.

Наполеон, в свою очередь, сознавая, что охват им русской  армии с флангов затруднен, вынужден был применить фронтальный удар с целью прорвать оборону русских  на сравнительно узком участке в  районе багратионовых флешей, выйти в тыл армии Кутузова, прижать ее к Москве-реке, уничтожить и открыть путь на Москву. На главном направлении, на участке от багратионовых флешей до батареи Раевского была сосредоточена основная масса французской армии: корпуса Мюрата, Даву, Нея, Жюно и гвардия, общей численностью до 86 тыс. чел. Для отвлечения внимания русских планировались вспомогательные удары в направлении на Бородино и Утицу. Французские войска имели глубокое построение, что позволяло им постепенно наращивать силу удара из глубины.

Бородинскому сражению предшествовал  бой за Шевардинский редут 24 августа, в котором русские войска под командованием А.И. Горчакова героически отражали превосходящие силы противника. Каждая из сторон могла быть довольна итогами этого боя и в то же время оценить силу противника. С одной стороны, Кутузов успел дооборудовать свою позицию и определить наиболее вероятное направление главного удара французов – по левому флангу, и поэтому перевел 25 августа 3-й пехотный корпус, усиленный ополчением, на старую Смоленскую дорогу и поставил его скрытно в Утицком лесу, но и ощутил, насколько мощным будет наполеоновский удар в генеральном сражении. По приказу Кутузова защитники редута покинули поздно вечером 24 августа рубеж героической обороны и отступили к главной позиции.

26 августа 1812г. произошло  Бородинское сражение, которое началось  с рассвета и закончилось в  сумерки. Около 6 часов утра  Э. Богарне перешел в наступление на с. Бородино, которое оборонялось егерями. Под натиском превосходящих сил врага русские отошли за р. Колоча. Французский полк переправился за ними, но был контратакован и понес тяжелые потери. Остатки его были отброшены на западный берег Колочи. Главные события развернулись у багратионовых флешей и батареи Раевского. Около 6 часов утра корпус маршала Даву начал атаку флешей, которые обороняли сводная гренадерская дивизия М.С. Воронцова и 27-я пехотная Д.П. Неверовского. Несмотря на тройное превосходство противника в людях и двойное – в артиллерии, русские отразили атаку. В 7 часов французы возобновили наступление, захватили левую флешь, но энергичной контратакой русских были выбиты и отброшены. Наполеон усилил войска Даву силами Нея и Жюно и кавалерией Мюрата. В свою очередь Багратион выдвинул в район флешей свой резерв, а у д. Семеновское поставил 3-ю пехотную дивизию П.П. Коновницина из состава 3-го пехотного корпуса Н.А. Тучкова. Кутузов, убедившись в ходе боя, что французы имеют у с. Бородино слабые силы, приказал укрепить позиции, а также перебросил 4 корпус А.И. Остермана-Толстого к батареи Раевского. В 8 часов утра противник начал третью атаку багратионовых флешей и овладел правой и левой флешами, но русские вновь выбили его из укреплений. Одновременно с третьей атакой флешей польский корпус И.А. Понятовского пытался овладеть д. Утица и выйти в тыл армии Багратиона, но корпус Тучкова сорвал обходной маневр противника. С 9 до 11 часов корпуса Нея, Даву и Жюно предприняли еще четыре безуспешные атаки флешей. Две атаки на батарею Раевского в 9 ч. 30 мин. и в 11 ч. также были отбиты. Вокруг флешей и у батареи Раевского лежали тысячи убитых. Однако французы не продвинулись вперед. Около 12 часов началась восьмая атака флешей. Завязались ожесточенные рукопашные бои. В одной из контратак был смертельно ранен П.И. Багратион. Ценой огромных потерь французам удалось овладеть флешами. Чтобы завершить прорыв позиции, Наполеон перенес основные усилия в направлении батареи Раевского. В этот критический момент Кутузов принял смелое решение: направить корпуса М.И. Платова и Ф.П. Уварова в обход левого фланга наполеоновской армии и внезапно атаковать французов в районе Валуева, Беззубово. «Платов, получив приказание попытаться обойти левый фланг неприятеля и, если представится к тому случай, атаковать его с тылу, исполнил это движение с такой точностью и спокойствием, что был замечен неприятелем только при выходе из дефиле в удалении приблизительно версты от его крайнего левого фланга. Неприятель, устрашенный внезапным появлением леса пик и заметив там же пехоту, счел левый фланг армии в весьма опасном положении и тем с большим основанием, что блестящие атаки генерала Уварова не позволяли ему сомневаться, что они производились, опираясь на решительное движение Платова…». Неожиданный удар русской конницы вынудил французов прекратить атаки против войск 2-й армии и на 2 часа отложить третью атаку батареи Раевского. За это время Кутузов произвел перегруппировку своих сил, усилив центр и левое крыло русских войск 2-м и 3-м корпусами.

В 14 часов корпус Богарне, кавалерийские дивизии 2-го и 3-го кавалерийских корпусов предприняли третью атаку батареи Раевского. Ценой больших потерь к 16 часам французам удалось ее захватить, однако попытка 2-го кавалерийского корпуса Коленкура развить успех была сорвана контрударом 2-го и 3-го корпусов русской кавалерии. На левом фланге остатки 2-й армии, отражая ожесточенные атаки пехотных корпусов Нея и Даву и кавалерийского корпуса Латур-Мобура, отошли и закрепились на 3-ей позиции – восточнее д. Семеновская. В 18 часов русская армия по-прежнему прочно стояла на бородинской позиции. Ни на одном из направлений Наполеону не удалось достичь решительного успеха. Двинуть в сражение свой последний резерв – гвардию – он не решился. Французский полководец вводил гвардию в сражение всегда в последний момент, когда победа уже была подготовлена другими войсками, когда нужно было нанести противнику последний сокрушающий удар. Но здесь, оценивая обстановку, он не видел признаков полной победы, отчего не рискнул ввести в бой свой последний резерв.

Русские ждали атаку наполеоновской гвардии и готовились к ней, но противник больше не атаковал. Постепенно бой затихал, только в отдельных  местах происходили стычки конницы, и гремела с обеих сторон до 20 часов артиллерийская канонада.

Каждая армия считала  себя победительницей, хотя сражение не решило основных задач, поставленных Наполеоном и Кутузовым. Сгоряча, последний  решил на утро возобновить бой  и напасть на врага, даже без резервов. Но когда обнаружилось, что 45,6 тыс. чел. из русской армии уничтожены в  бою, он понял, что следует отойти и сохранить оставшиеся силы от окончательного разгрома. Русские начали отход к  Москве, чтобы у ее стен, получив подкрепление, снова дать бой. Следом за ними наступали французы, тоже серьезно ослабленные из-за потери 58тыс. 478 чел., надеясь на скорое окончание войны с взятием Москвы.

Бородинское сражение ознаменовало собой кризис наполеоновской стратегии. Наполеону не удалось уничтожить русскую армию, заставить капитулировать Россию и продиктовать ей условия  мира. В практике почти беспрерывно  воевавшего Наполеона это была первая битва с такими потерями и такими результатами.

Русская армия подошла  к Москве, в которой к тому времени  осталась примерно четвертая часть  населения. Надежды Кутузова на получение  подкреплений не оправдались. 1 сентября Кутузов собрал в д. Фили военный  совет и провозгласил свое решение  оставить древнюю столицу без  боя. «Фельдмаршал, обратясь к членам, сказал, что с потерянием Москвы не потеряна еще Россия и что первой обязаннастию поставляет он сберечь армию, сблизиться к тем войскам, которые идут к ней на подкрепление и самым уступлением Москвы приготовить неизбежную гибель неприятелю и потому намерен, пройдя Москву, отступить по Рязанской дороге…». Оставление Москвы – наиболее драматический акт войны 1812г. Кутузов, глубоко сознававший всю серьезность создавшегося положения и твердо убежденный в неизбежности гибели наполеоновской армии, нашел в себе мужество пойти на этот шаг и взять на себя полную ответственность за оставление Москвы.